Алексей Макаров
Механический вальс

Часть 1. Признания и просьбы

Коснись меня рукой

Коснись меня рукой.

Не жду сегодня продолженья —

И легкого достаточно движенья,

Чтобы понять: вот он, покой!

Прижаться дай скорей к плечу,

Не говоря ненужных слов,

Над городом уже лечу

В потоке ярких снов.

Останься рядом до утра,

Согрей меня своей щекой,

Не тормоши: «Уже пора…»

Оставь подаренный покой.

Пишу тебе последние стихи

Пишу тебе последние стихи.

В них то, что я всегда скрывал.

За колкость рифмы извини,

Но душу так давно не изливал.

Я отправляю чувства на покой.

Ты знаешь, понастроил тьму оград.

Пора разрушить их, тогда гнев твой

Меня спасет от «счастья» – буду рад.

Расстроены слова в реке бумаг,

Внимательно огонь их все прочтет.

Не комментируя, что так, не так,

Рыдания души камин сотрет.

Лаская пух на площади Морей,

Поднимет ветер пыль с седых бровей

Камней усталых – вечных мудрецов,

Что терпят стук подков и башмаков.

Быть может, и пусты мои слова?

Тебе судить, когда стихи прочтешь.

Мы расстаемся – с плеч не голова,

А груз ошибок, верю: все поймешь.

Попробуй переделать свет

Попробуй переделать свет.

Спасти хоть пару безнадежных.

И подожди на все ответ

Кричать в толпу неосторожно.

Попробуй зря всех не судить

И сотворить добро без цифр.

Начни с утра тихонько жить,

А не ломать бредовый шифр.

Попробуй не закрыть глаза,

Когда вокруг совсем не ночь.

Когда заплачут образа,

Найди желание помочь.

Прочитай без запинки мой стих

Прочитай без запинки мой стих.

Он тебе показался странным?

В нем несильный силен и лих,

А хромой обошел все страны.

В нем любили рябых и косых,

Миловались до самой заутрени,

А потом получали под дых

И теряли последние кудри.

В нем желали других пережить,

Револьверы к вискам приставляя,

Зарекались опять не пить,

Под столом по-собачьи лая.

Прочитай, накропай пару слов,

Не клади мои строки в утробу,

Я пойму, к чему был не готов,

И не стану черстветь, как сдоба.

Прочитай, пусть строфу мою вспучило,

Да ответь, что опять не понравилось.

Не в навозную ж влез ты кучу.

И печалей, смотрю, поубавилось.

Прочитай, я, возможно, нескромен,

Но реакции жажду обратной —

Раскаляет мозги без домен,

Вдохновляет на подвиги ратные.

Прочитай, не ругай меня грязно,

Не пинай и взашей не гони!

Я исправлю свое – безобразное,

Проживу все по-новому дни.

Под какую кровать закатилась звезда

Под какую кровать закатилась звезда —

Лунно-белая, путеводная?

За звездою – во мглу, в серое никуда,

Отругать, как змею подколодную.

А потом нежно-нежно прижать к груди,

Убаюкивать, убеждать:

«Ты свети иногда, с неба не уходи,

Очень трудно впотьмах блуждать».

И услышать: «Себя никогда не жалей,

Потенциал не в звездах,

Свое эго от стула скорее отклей,

А меня отнеси на воздух!»

Улетала звезда на небо,

Озаряла тернистый Путь.

И ни шагу назад не было,

Все вперед – по чуть-чуть, по чуть-чуть…

Часть 2. Сложные отношения

Когда закрыты двери, окна

Когда закрыты двери, окна,

Разрушены ступени,

Под тучей, что не знает лени,

Я продолжаю мокнуть,

Прилипнув к ржавенькой трубе,

Просить: «Пусти меня к себе!»

И, не услышав ничего,

Скользить на пузе вниз,

Считая с трех до одного,

Твой осуждать каприз,

Но снова приходить —

В жару, и в град, и в снег,

Я – не железный человек,

Но обречен любить…

Разбавь меня вином

Разбавь меня вином

В надтреснутом бокале,

Сквозь трещинку, как гном

В заштопанном крестом

Носке, сольюсь одном

В неведомые дали.

И в страшном сне забудь

Меня, вина вкусив,

Но плоть не обмануть,

Себя не нужно гнуть,

В болоте дней тонуть,

Волчицею завыв…

Кромсай свои наряды,

Подаренные мной,

Вытравливая «гада»

С корнями – прочь из сада,

Но чувства ведь не лампы —

Не вынуть по одной.

Проверь под тонкой кожей:

Той страсти уголь жив?

Что не кривила рожу,

Подогревала ложе,

Под крики, ахи, стоны

Нас, дураков, любив…

Губ накрашенных цветок на шее

Губ накрашенных цветок на шее —

Отпечаток призрачной любви.

Поливаю, холю и лелею —

Вянет быстро от нее вдали…

Слов неискренних – гора крутая.

Вся в пыли дорога-грусть.

Отношений лоскуты латаю

И, как прежде, громко не смеюсь.

Сахар растворяют встречи новые.

Чайник пуст – отключена вода.

Счастье накормлю узбекским пловом —

Хватит уже Счастью голодать.

Моих победила ты лучших солдат

Моих победила ты лучших солдат:

На поле брани недвижно лежат,

На вешалках войн оставили тени.

Чую обман, бьюсь об заклад,

Десять сражений подряд!

Лишние фишки – путь к преступленью.

Против тебя – всего лишь пшик,

Наточенный кожей штык,

В мыльный пузырь превратится ядро.

Твои же бойцы – на мину прыг!

И ничего. Зомби-ярлык?

Дьяволу точно продали нутро.

Может быть, я плохой командир:

Знамя стыдится залатанных дыр,

И боевых уж песен не пелось.

Нет дисциплины, полный бардак,

Чувствую, что для своих уже враг,

Крепнет в рядах бунтарская смелость.

Ты победила моих всех солдат,

На поле брани недвижно лежат.

С ними я рядом лягу сейчас.

Снимешь мундир, бьюсь об заклад,

Губы твои задрожат —

Эта игра совсем не для нас…

Ты, черт возьми, не клоунесса!

Ты, черт возьми, не клоунесса!

Ходить в огромных башмаках

И дуть потешно в дудки.

Ронять приевшиеся шутки,

Нас оставляя в дураках

В последнем акте пьесы.

Ты даже девочка, не фрик!

Бесспорно, личность не из серых.

Но смой скорей кричащий грим,

И сразу станешь ближе к ним!

Зачем, имея волосы сверх меры,

Носить такой смешной парик?

Возможно, сдамся: чувства ноют,

И сам напялю желтые штаны,

Чтобы пропеть чудным дуэтом

Все развеселые куплеты,

Не отличаясь внешне от шпаны,

Решить все малой кровью.

Забей мне в сердце гвоздь

Забей мне в сердце гвоздь.

Забила? В лес я – жить.

Сорву там ягод волчьих горсть,

Чтоб на Луну повыть.

Уже молчанье – месяц-год,

Тепла – огарок свечки.

Любовь – вперед, на эшафот?

В мешок и на дно речки?

Повыл… Скорей кусачки дай

И вырви ржавь-заразу!

Кори меня, склоняй-ругай —

Ты мудрена на фразы…

Но лучше-ка очисть глаза

От пятен нефтяных,

Вся непогода, и гроза,

И молнии все в них.

Давай поговорим всерьез.

Табу на все обиды.

Да, есть проблемы и курьез,

За сказанное стыдно…

Но будем думать, а не рвать

И дуть, раз обожглись.

Тогда не пробурчит кровать

Брезгливо: «Ну-ка, брысь!»

Я замер в позе импозантной

Я замер в позе импозантной.

Мне лился эль за воротник.

Едва успел побыть галантным,

Она испортила весь шик.

Несла сплошную околесицу,

Стирала нервно пудру с щек,

Грозила к вечеру повеситься

Или пуститься наутек.

Трепала мягкие игрушки,

Рвала бумажные фонарики,

Сонеты заставляла слушать,

Пить залпом – не по маленькой.

Швыряла в темноту цветы,

Кидалась собирать,

Ругала мир до хрипоты,

Звала с собой в кровать.

В финале – мокрая спина,

Свернулись уши в трубки,

И море выпито до дна

Вина на белой шубке.

В салоне Сладких снов

Я был в салоне Сладких снов.

Здесь воздух как ваниль.

Сон захотелось про любовь —

О ней почти забыл.

Мне маг налил в бокал глазурь,

И пена на стекле.

А я увидел пляску бурь

И бунт на корабле.

– Горячая – глотками пей,

Эффект не будет ждать.

И я представил себя с Ней,

Но не хотелось спать.

– Глаз не сомкнуть, что за нектар? —

Я мага упрекнул.

– Не действует твой сон-отвар,

Меня ты обманул!

– За спину, парень, посмотри:

Мой сон не будет впрок.

Я посмотрел – Она стоит:

Стройней не сыщешь ног…

– Привет! Узнала. И ты тут?

Чудесный сон купить?

А может, сократить маршрут

И снова полюбить?

Я подошел, Ее обнял —

Жизнь снами не заменишь!

Маг, хитро щурясь, мне сказал:

– Поймешь еще, оценишь.

Так сколько до сожженья чувств?

Так сколько до сожженья чувств —

Минута или год?

Какое из людских искусств

От ран любви спасет?

Какое лезвие острей

На лоскуты порежет?

Какое даст забыть о ней

Иль вспоминать пореже?

Все жжет невидимым огнем,

Пульсирует внутри

И ночью, и светлейшим днем.

Когда же прогорит?

Так сколько до сожженья чувств

Не шелковых касаний?

Какое из людских искусств

Избавит от страданий?

Пальцы щекочут бедро

Пальцы щекочут бедро —

Бархатна кожа, нежна.

Жар пожирает нутро.

Свет выключает страна.

Вилы чужие в спине —

Чувства и боль вперемешку.

Сколько тонуть в вине,

Не замечая насмешек?

Где-то себя перегнуть,

Стать усмиряющей палкой?

Не полюбить, уснуть?

Но почему-то всех жалко.

Только в ответ не жалеют:

Древо трясут грушевое,

Но постоянно болеют

Души цены грошовой!

Надо закрыть глаза

И в тишине помолиться.

Кто это все сказал?

Или кому это снится?

Механический вальс

Механический вальс на оглохшем от скрипа полу.

Осторожно касаясь растянутых солнцем теней,

Кружит пара, в пластинку вонзает иглу

Граммофон, искажая мелодию розовых дней.

Он ее обнимает, но руки не греет тепло.

И почти не моргают глаза голубого стекла,

Повторив в сотый раз, как же с нею ему повезло,

Бессердечная кукла по кругу опять повела.

Вечерами так хочется душу кому-то излить,

Но слова в пустоту каждый проклятый час.

Своя в доме Звезда не гарантия счастливо жить:

Превращается все в бытовой механический вальс.

Часть 3. Постельные тона

Уста порока

Как же сладки уста

Бутонов на Древе Порока.

Забыли и не зовут

Ткани дневных одежд.

Кажется, мы не будем

У Бога в гостях до срока,

В неге нашедши приют,

Устав от ханжей-невежд.

И все равно – что Завтра,

Вовсе неважно Вчера,

Только Сейчас своей формулой

Краски размоет утра.

И потекут по коже

Разводами капли ночей,

Не остывает ложе,

Взоры храня свечей.

Смех побеждает Время,

В ритме продляя истому,

А за окошком тает

Полугодичный снег.

Снова нас чувства заманят

На пол в четыре приема,

Нежность за ночь не устанет,

Забыв о понятии грех.

Я ноги целую длинные

Я ноги целую длинные

До самых розовых пят.

Из малолитражной машины

Красиво они торчат.

Что там? Лесок и погода

И даже чистейший пруд.

Уже настигла природа:

Пруд и лесок подождут…

Важное – вот оно, рядом,

Как батарейки заряд.

Телу опять – услада.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.