# Три попаданца, не считая пингвина

Нелля Лысенко

Легенды гласят, что живущие во внешнем мире драконы кровожадны и беспощадны, но, как это часто бывает, новые поколения совсем не склонны верить древним предостережениям. Они все больше задаются вопросом о том, стоит ли им продолжать скрываться да прятаться. Случайно открыв проход в запретные земли, юный эльф незамедлительно отправляется на поиски правды. Что ждет его впереди: захватывающие приключения и неожиданные открытия или неминуемая гибель? Об этом вы узнаете, прочитав новый остросюжетно-приключенческий рассказ Нелли Лысенко.

– Пап! Ну, пап, – вытаращил на родителя огромные глазищи молоденький эльф. – Прости меня, а?

– Не могу, сын, правила для всех одни и от их соблюдения зависит ни много ни мало, а выживание целого рода! – посуровел в ответ мужчина. – Так что, раз уж не сумел я тебя правильно воспитать, приму наказание с честью. И ты не ропщи, а продолжай повторять вехи нашей истории. Всего-то сорок пять раз осталось, – подмигнул он, уже начавшему хлюпать носом, чаду.

– Лады, – вздохнул парень. – Ну можно хоть своими словами-то?

Получив одобряющий кивок в ответ, он продолжил:

– В далекие-далекие времена наш мир едва не вымер из-за разразившейся между драконами и людьми войны. Победили конечно же драконы, и им возможно хватило бы мудрости и великодушия для определения людей в резервации. Но вот только накануне финальной битвы человеческий князь, стремясь ослабить боевой дух противника, безжалостно уничтожил тысячи гнезд с новорожденными драконятами.

– Ты чего замолчал?

– Просто мне птичек жалко! Можно я при последующих повторениях этот момент опущу?

– А людей значит тебе не жалко? Ну уж нет друг любезный, давай-ка все подряд и как по-писаному.

– Короче, за какой-то месяц раса людей полностью была уничтожена. Вот бы и сказочке конец, да не тут-то было, – оживилось чадо. – Жил среди драконов один шаман да ведун – Родсилав, а стоит отметить, что нрав у драконьего народа всегда отличался суровостью. Они считали, что, если ты не в состоянии уже летать да охотиться, то и землю тебе топтать собственно незачем.

Так вот, как только почуял наш Родсилав, что начинает хиреть, то сразу в тайную волшебную долину-то и убег. А там ему, видите ли, скучно да одиноко стало, вот и создал он себе в помощники первых эльфов, наделив их лишь добрыми, да светлыми помыслами.


С тех пор уж века прошли, а мы все живем себе тут да поживаем, и не знает о нашем существовании ни одна драконья душа. И все потому, что наш дом окружен такими высокими скалами, что ни один дракон не в силах их перелететь, а тайная тропа, по которой наш создатель сюда добрался, его же пламенем наглухо заварена.

Но время от времени отважные, ой, то есть конечно же безрассудные и неблагодарные эльфы отправляются на поиски новых пещер в надежде отыскать путь в большой мир.

– Так отважные или неблагодарные?

– Пап, ну это спорный вопрос, а вдруг драконы нас полюбят, почему они обязательно должны люто нас возненавидеть?

– А этого мой дорогой, я очень надеюсь мы с тобой так никогда и не узнаем! Ну что, давай сначала и добавь, пожалуй, в свой вольный пересказ побольше выразительности и уважительного отношения к предкам.


***


– Давай! – скомандовала Дракмилла, и, резко уйдя в пике, вильнула в сторону деревьев. Этот маневр позволил ей мгновенно выйти из зоны видимости наставников. Юный зеленый дракон повторил трюк своей бойкой подруги, и спустя каких-то полчаса они уже нежились в лучах солнца на их тайной лесной полянке.


– Ну, и зачем тебе это надо? Хорошо же жили: плескались в озере, да и тревог себе не знали; и на тебе – бредни какие-то она где-то откопала. Да выдумки это все! Нет места людям в нашем излазанном драконами вдоль и поперек мире, нету! – нахмурился Друмзик.

– И вовсе это не бредни, а пророчество! Ну, как ты не понимаешь, что если люди нападут на нас первыми, то опять будут бить по самым слабым и невинным.

– А может тебе напомнить, как сотни наших великих бойцов и героев, сложив крылья, бросились со скалы скорби, не в силах выносить бремя чувства вины за то, что приняли участие в уничтожении целого народа? – почти уже кричала она.

– Нет ничего страшнее войны, понимаешь? И, судя по писаниям, она уже не за горами. Так что хватит лениться да нежиться, пора переходить к решительным действиям. Давай, поднимай свой жирный… – эти слова прервал грохот ломающихся веток и что-то грязное и лохматое плюхнулось на землю прямо к ее ногам.

– Ой, мамочки, они и вправду существуют! – разорвал возникшую паузу детский писк.

– Еще какие мамочки! – вскрикнул, подлетев поближе Друмзик.

– Вообще-то не мамочка, а скорее деточка к нам на обед соизволила пожаловать, – первой пришла в себя Дракмилла. – А ну, давай, выкладывай, скольким людишкам удалось-таки выжить несмотря на ежедневные патрули, и где они все нынче обитают?

– Начнем с того, что я – не человек, а эльф. И больше ничегошеньки я вам не скажу, вон вы какие – злобные, да страшные. А я-то думал, что драконы – мудрые и справедливые. Короче, жрите меня уже, я готов!


***


Запахло жареным. И совсем даже не из-за того, о чем вы подумали. Дракмилла хоть и обладала твердым характером, но под жесткой броней скрывался весьма добрый, да миролюбивый нрав.

Запах гари спускался откуда-то с гор и его появление явно не предвещало ничего хорошего. Наши герои и предположить не могли, что это пробуждается зачарованный Родсилавом вулкан, призванный регулярно запаивать все появляющиеся со временем свежие проходы в мир его «детей».


Земля задрожала, как раз в тот самый момент, когда ящеры, посмеиваясь, решали, как им быть с, дерзко выпячивающим грудь, мальчуганом. В один миг плато с их любимой полянкой резко накренилось и настолько стремительно ушло под землю, что драконы не то что взлететь, моргнуть не успели.

Во внезапно наступившей кромешной тьме раздался восторженный детский голос:

– Ух ты, как быстро и безболезненно я в ад-то попал, а ну Люцифер выходи! Мне теперь экскурсия полагается.

– Позвольте разочаровать вас молодой человек, – вступил в разговор Друмзик. – Ой, чего это вы щиплетесь? Хорошо-хорошо, юный эльф! Так вот вы все еще весьма живы и, судя по энтузиазму в голосе, здравы. А мы с вами всего лишь провалились ну о-о-очень глубоко под землю, если судить по скорости и времени падения.