# Враг России

Виктор Павлович Романов

Надо ли строить сейчас в России мусоросжигательные заводы, которые по меткому выражению нашего президента «напрягают людей», если в мире давно уже работают такие заводы, которые круглый год приносят людям ежедневно здоровье, радость и только положительные эмоции? На этот и другие не менее злободневные вопросы отвечает автор в своем небольшом рассказе, по накалу кипящих страстей и происходящих в нем событий не уступающем драме.

«Враг еще не побежден, а враг кто у нас? Бедность значительного числа населения, нерешенные проблемы в системе здравоохранения, образования, в развитии инфраструктур. У нас есть над чем работать, вот там наш главный противник, а главная цель – повышение уровня и качества жизни граждан нашей страны», – сказал Путин.

(из газеты «Известия» от 27 сентября 2021 г. (www.iz.ru) «Путин перечислил главных врагов России»).


В тот хмурый и дождливый весенний вечер Юрию Петровичу долго не спалось. Ему надоело крутиться с боку на бок без сна и он встал.

Юрий Петрович давно понял, такое часто бывает, когда тебе уже под восемьдесят. Нет ничего лучше в такие моменты, чем интересная книга и удобное кресло. Тем более, что он лет десять уже был на пенсии и ему утром никуда не надо было торопиться.

Чтение оказалось настолько увлекательным, что он оторвался от него только в семь часов утра, когда уже рассвело. Он почувствовал усталость, отложил книгу и стал укладываться спать. Перед тем, как лечь, задернул плотные шторы. В комнате воцарился полумрак.

К ногам у кровати он передвинул свое уютное кресло на колесиках, а на него повесил штаны и рубашку с носками. На сидение положил мобильный телефон.

Едва в голове Юрия Петровича перестали скакать мысли о героях прочитанной книги и стал наваливаться всей тяжестью полноценный сон, как неожиданно раздался звонок мобильного телефона.

Юрий Петрович отбросил одеяло, сел на кровати, продолжая еще спать, взял звенящий телефон, включил его и поднес к уху.

Громкий мужской металлический голос в телефоне сразу согнал с него остатки сна:

– С Вами разговаривает представитель Н-ского регионального оператора. Обращаю Ваше внимание, что Вы задолжали на сегодняшний день двести двенадцать тысяч триста тридцать семь рублей шестнадцать копеек за вывоз твердых коммунальных отходов в Московской области.

– Какие отходы? Какая задолженность? – ошарашенный Юрий Петрович попытался спросить за какие отходы задолженность, если они второй год из-за пандемии не были на даче в Московской области, но телефон уже замолк. Часы на нем показывали девять часов утра. Он понял, что пытался разговаривать с роботом.

Едва Юрий Петрович выключил телефон, как в комнату вошла жена Лидия.

– Ты меня звал или мне показалось?

Юрий Петрович совершенно растерянно, продолжая держать лежащий у него на ладони телефон, пробормотал:

– Нет, Лидуш, я не звал. Ты знаешь, я не спал всю ночь…. Читал…. В семь утра только лег.... И тут этот придурошный звонок. …

– А кто это звонил?

– Какой-то «представитель Н-ского регионального оператора».

– И что он сказал?

– Сказал, что мы задолжали двести двенадцать тысяч триста тридцать семь рублей за вывоз твердых коммунальных отходов в Московской области! Какие коммунальные отходы? Мы же там на даче уже второй год не появляемся? За что двести двенадцать тысяч? Это же почти вся моя пенсия за го-о-од!

– Выброси из головы. Ошибка какая-нибудь. Я сейчас сыну позвоню. А ты выключи телефон, чтобы он больше не звонил и спи спокойно.

– Ага! «Спи спокойно!» Какой тут теперь сон – пенсия за год?!

Он положил телефон на место, взял с кресла рубашку и начал одеваться. Лидия достала из кармана мобильный телефон и стала звонить.

– Алло, сынок, тебе говорить удобно? Да. Нет, ничего не случилось, просто отец заснул только под утро, а его сейчас телефонный звонок мусорщиков разбудил. Сказали, что мы какие-то двести двенадцать тысяч рублей задолжали за вывоз твердых коммунальных отходов в Московской области! А за какие коммунальные отходы? Мы же у себя на даче уже второй год не были? Вот отец переживает, не знает, что делать.

– Выбросить из головы? Больше, чем за три года, суд не имеет права удержать? Не обращать внимания? Я ему так и сказала. Хорошо. Спасибо. Извини, что побеспокоила, До свидания.

– Ну, вот видишь. Он говорит: «Больше, чем за три года, суд не имеет права удержать. Не обращать внимания». А ты переживал.

– Ага, успокоила! – Юрий Петрович уже полностью проснулся и оделся. – Да если они сейчас уже двести двенадцать тысяч насчитали, так за три года они такими темпами до нескольких миллионов дойдут! Что ж нам квартиру продавать, чтоб расплатиться с этими мошенниками за то, что они придумали какие-то фиктивные отходы и теперь будут их якобы вывозить? Так что ли? Сама-то подумай! «Он сказал. Он сказал!»

Он сейчас на работе. У него своих забот полна голова, вот он тебе и сказал. ….

***

Окончательно проснувшись и приведя себя в порядок, Юрий Петрович стал размышлять, как прекратить эти звонки мусорщиков, терроризирующих его по мобильному телефону в столь ранний час.

Для начала он решил позвонить своему соседу по даче Семенычу и разузнать у него, может быть он что-нибудь про них знает.

– Алло! Семеныч, привет! – радостно сказал он, услышав знакомый голос.

– А-а! Привет, Юр!

– Ну, как жизнь? Как здоровье? Когда на дачу?

– Да, ничего. Спасибо! Все живы, здоровы! А на дачу на майские праздники собираемся, как обычно. А вы?

– Ну, мы посмотрим, как погода. В холод не хочется ехать. Да и в порядок ее надо привести. Два года почти не были. Там сейчас участок от прошлогодней травы надо освободить. Придется кого-то из местных нанимать, по телефону договариваться. Гадаю, в половину моей пенсии уложимся или нет? Не можешь кого-нибудь порекомендовать?

– Могу дать телефон нового соседа по даче, который сзади меня участок купил. Он как раз в прошлом году кого-то тоже нанимал для этих целей, вроде тысяч восемь обошлось.

– Давай, диктуй! Это как раз то, что надо!

Записав номер телефона нового соседа по даче, Юрий Петрович перешел к главному для него вопросу.

– Как, кстати, мусорщики там вас не беспокоят?

– Да ты что! Еще как беспокоят! Задолбали уже своими счетами за мусор.

Тон ответа и его содержание ясно говорили Юрию Петровичу, что этот вопрос и для Семеныча является главным.

– Счетами? Тебе уже и счета присылают?

– Нет, сюда в Москву не присылают. Кладут в почтовый ящик на даче! Мы с сыном по очереди бываем на даче дня по два – три и достаем. А тебе чего не приносят?

– Нет, не приносят. А у меня на даче все тридцать лет, как ее купил, и ящика-то почтового не было! А зачем? Если даже у прежнего хозяина, жившего там постоянно, не было в нем потребности, то мне зачем он там? Мы же там долго не живем. Дней пять обычно самое большее. А сейчас из-за пандемии вообще не были там уже второй год.

– У меня, кстати, с мусором на даче никогда никаких проблем не было. В 2001 году сельская администрация установила в нашей деревне мусорный контейнер и предложила платить за него. Вас тогда еще не было в нашей деревне, – продолжал Юрий Петрович. – Я им тогда отнес заявление, в котором попросил освободить меня от этой платы, так как я этим контейнером не пользовался.

Я написал в том заявлении, что, как положено садоводу у меня на даче есть яма для уничтожения больных плодов и ягод. Для пищевых отходов есть компостная яма. Все сгораемые отходы идут в печь. А накопившуюся стеклянную и пластиковую тару мы в пакете увозим с собой на машине в Москву.

В администрации мне сказали, что заявления им не нужно, достаточно устно сказанного, и больше не беспокоили.

У меня до сих пор это заявление цело.

Я про мусорщиков вообще только сегодня узнал.

Представляешь, сегодня не спал всю ночь. …

Не спалось чего-то.… Книжку читал….

В семь утра только лег…. И вдруг в девять часов утра телефонный звонок ….

В трубке автомат говорит: «С Вами разговаривает представитель Н-ского регионального оператора».

– А-а! Да-а-а! Это они нашу деревню обслуживают. И что он сказал? – поинтересовался Семеныч.

– Говорит: «Обращаю Ваше внимание, что Вы задолжали на сегодняшний день двести двенадцать тысяч рублей за вывоз твердых коммунальных отходов в Московской области».

Какие коммунальные отходы, если мы там не живем? За что двести двенадцать тысяч рублей? Это же вся моя пенсия за год!

– Да-а-а! Мы тоже только летом бываем, а остальное время не живем, а они счета одинаковые присылают, что за зиму, что за лето! Надоели так, что сын на днях письмо в Госдуму написал. Хованской. Вот ждем ответа.

– Хованской? Галине Петровне? Вот это вы молодцы! Это именно то, что надо! …

– А ты что, ее знаешь?

– А кто же не знает Галину Петровну Хованскую? Она же всю жизнь наши жилищные права защищала. Сначала в Московской городской Думе. Потом в Государственной.

Я посмотрел как-то ее биографию. Оказалось, мы с нею один институт заканчивали. Так что это наш человек! Мы с женой всегда и голосуем за нее. Вернее за ее партию.

– А в какой она партии? – поинтересовался Семеныч.

– Она всегда была и есть в партии «Справедливая Россия».

Мы только на прошлых выборах ей изменили. Нас этот, как его? Главный наш либерал-демократ напугал. Он взял и сказал с телеэкрана на предвыборных дебатах, если б его партия стала правящей, то он бы послал наших десантников в Киев и навел там порядок.

Так мы сразу с женой побежали голосовать за действующую власть, которая не поддалась на провокации и до сих пор не ввязалась в войну с Украиной. Я думаю, так сделали не только мы.

С тех пор «Единая Россия» и получила абсолютное большинство в Госдуме, какого у нее никогда не было. Разве может Галина Петровна справиться с ними?....

А я пожалуй вот что сделаю. Попробую-ка написать этому региональному оператору. Объяснить, что это ошибка какая-то, мы там вообще второй год не бываем.

– А ты их адрес знаешь?

– Нет. Если у тебя есть, сбрось мне его на этот телефон эсэмэской.

– Да, есть, в квитанциях же указан. Сейчас сразу после разговора с тобой и сброшу. Позвони потом, что ответят.

– Да, конечно. А ты позвони, когда Хованская ответит. Договорились?

– Договорились.

– Ну, все. Тогда до связи!

– До связи!


***


Семеныч, как обещал, прислал адрес Н-ского регионального оператора и Юрий Петрович на следующий же день написал и отправил в эту организацию письмо. В нем он написал все самое необходимое, о чем до этого так подробно рассказывал Семенычу, перечислив даже точно даты их пребывания с женой в том деревенском доме за последние три года, поскольку их было не так много и они все поместились на одной строчке его письма.


***

Через полтора месяца на его письмо пришел ответ от Н-ского регионального оператора и Юрий Петрович сразу же позвонил Семенычу.

– Алло! Семеныч, привет!

– А-а! Привет, Юр!

– Ну, у меня новости от мусорщиков!

– Какие?

– Сначала были хорошие: я нашел их сайт в интернете, свой счет на нем и увидел, что они обнулили счет за текущий месяц.

– Отлично!

– Да. Я тоже обрадовался, что люди меня правильно поняли. Но оказалось, рано радовался. Через месяц счетчик задолженности снова стал расти и пришел письменный ответ от мусорщиков.

– Да ты что? И что они пишут?

– А ничего хорошего. Пишут, что мы с тобой, как собственники жилья в Московской области, обя-я-заны заключить договор с региональным оператором на вывоз твердых коммунальных отходов. Что они являются еди-и-нственным региональным оператором в нашем районе и мы обязаны заключить договор то-о-лько с ними. Более того, пишут, что этот договор с ними мы с тобой уже-е заключили.

– Как заключили? Мы с ними никакого договора не заключали. Мы …

– А вот слушай дальше, не перебивай …. Этот региональный оператор опубликовал в интернете у себя на сайте в конце декабря 2018-го года информацию о предложении своих услуг по вывозу отходов на условиях типового договора. По Постановлению Правительства РФ от 12.11.2016 № 1156 «Об обращении с ТКО …, утвердившего «Правила обращения» с этими отходами, в течение пятнадцати дней мы могли с мусорщиками заключить договор на своих условиях. Но, поскольку мы с тобой практически не пользуемся интернетом и ни сном, ни духом не знаем, кто там, чего и где опубликовал, то на шестнадцатый день после этой публикации регионального оператора наш договор с ним считается официально заключенным. Причем заключенным на типовых, то есть на его-о условиях. Вот так, добровольно-принудительно.

– Ничего себе!? Без меня меня женили?

– Да! Именно так и женили! И тебя, и меня, и еще тысячи, а может и миллионы таких, как мы с тобой!

– А куда же антимонопольная служба смотрит?

– А вот об этом они ничего не пишут. Вот этот вопрос тебе не плохо бы было задать президенту. Как раз объявили ведь дату очередной его публичной пресс-конференции. Почему бы тебе или сыну не задать ему этот вопрос письменно или по телефону?

– Не-е-ет! Я ни говорить так складно, как ты, ни писать не умею. А сына не допросишься. Я его в Думу-то еле-еле уговорил написать. Кстати, Юр, у тебя же есть компьютер? Может что там узнаешь?

– Есть, но я только и умею по нему данные с электросчетчика в Мосэнерго передавать. Что я могу там узнать?

Если только адреса правозащитных организаций?

– Да. Попробуй!

– Попробую. Позвоню потом.


***


Юрий Петрович набрал в поисковой строке слова «помощь, против, регионального, оператора». На мониторе появилось несколько организаций Общества защиты прав потребителей.

Он выбрал ту, до которой удобнее добраться, записал их номер телефона и позвонил.

На его звонок ответил приятный женский голос, назвавшийся Лизой.

– Какой у Вас вопрос? – спросила Лиза.

Юрий Петрович рассказал ей, как региональный оператор терроризирует его звонками о каких-то гигантских задолженностях.

– Да, это сейчас типичная ситуация в Московской области. Региональные операторы ведут себя сейчас как бандиты в лихие девяностые. Вам надо подъехать к нам со всеми документами и письмами и мы проконсультируем Вас о дальнейших действиях. Наша консультация бесплатная.

Такое предложение вполне устраивало Юрия Петровича и он записался на прием на следующую неделю.

Но через пару дней мэр Москвы своим Указом перевел москвичей старше шестидесяти на карантин и самоизоляцию из-за КОВИД-19 и заблокировал им проезд на транспорте.

Юрию Петровичу пришлось звонить Лизе, что из-за этого Указа он не сможет к ним приехать.

А через несколько дней телефон организации, где работала Лиза, вообще перестал отвечать.


***


Через день Юрию Петровичу позвонил Семеныч.

– Алло! Юр, привет!

– А-а! Привет, Семеныч!

– Ну, у меня новости! Получил ответ из Думы от Хованской.

– Так-так-так, вот это интересно! Но поскольку мы с тобой сидим на самоизоляции и никакие ксероксы нам сейчас недоступны, то я тебя попрошу мне это письмо продиктовать. Так что наберись терпения и диктуй. Согласен?

– Согласен. Ты готов, можно начинать?

– Секундочку … Беру чистый лист бумаги, ручку. … Все, поехали.


Семеныч продиктовал письмо, в котором объяснялось сложное и запутанное законодательство об обращении с твердыми коммунальными отходами (ТКО), регулируемое одновременно Жилищным кодексом, постановлениями Правительства РФ и законодательными актами регионов.

Суть письма сводилась к тому, что если проживающие в помещении не пользуются услугой регионального оператора по причине их отсутствия и не проживания на данной площади более пяти дней, то они имеют право на перерасчет и не платят за эту услугу.

Но в случае с Московской областью, в которой Распоряжением их Министерства экологии и природопользования от 09.10.2018 № 607-РМ норматив накопления ТКО установлен с расчетной единицей «1 кв. метр площади», методика перерасчета не предусмотрена.

Письмо заканчивалось следующей фразой:

«Дополнительно сообщаю, что в ответ на парламентский запрос Государственной Думы Правительством Российской Федерации прорабатывается механизм, позволяющий однозначно определить факт непроживания в жилом помещении граждан, которые являются собственниками нескольких жилых помещений, для перерасчета оплаты утилизации твердых коммунальных отходов и определить круг лиц, в отношении которых предложенный механизм будет применяться».

– Понятно. Узнать бы еще, сколько лет они этот механизм собираются прорабатывать.

Пока все высокопоставленные мусорщики не построят себе дачи на красивом берегу и личные самолеты? А их счетчики на нас докрутятся до миллионов?

Ну, ладно. Все да?

– Все.

– Так. Записал. Спасибо тебе. Есть теперь над чем подумать.

Он рассказал Семенычу о своем разговоре с Лизой, о ее правозащитной организации и об их неожиданном исчезновении.

– Теперь из-за этой самоизоляции придется самим все внимательно изучить, а потом и поразмышлять над нашими дальнейшими шагами.

– Юр, у тебя уже есть какие-то наметки или конкретный план?

– Да, есть у меня одна идея. Я, пожалуй, еще одно письмо напишу. Только теперь мэру. Может он нас защитит от этого телефонного терроризма?

– А почему мэру?

– А пусть они разберутся с Правительством Московской области, кому я должен платить? Если я живу в Москве, плачу тут за мусор, почему я должен платить еще Московской области, если я там не бываю вообще?

– А-а. Да, правильно! Действительно! Почему мы дважды должны платить за мусор в Москве и Московской области, когда мы там не живем? Мы же не можем одновременно мусорить там и тут? И дом же сам по себе не может мусорить, если в нем никто не живет? Глупость какая-то! Позвони потом, что мэрия тебе ответит.

– Обязательно! Ну, давай, до связи! Ты тоже звони, когда что-нибудь новое узнаешь.

– Да-а, конечно позвоню. Ну, давай, до связи!


***


Через несколько дней Юрий Петрович позвонил с утра своему соседу по даче Семенычу. Тот по обыкновению в это время сидел и смотрел по телевизору медицинскую передачу о здоровье.

– Алло! Семеныч, привет!

– А-а! Привет, Юр!

– Ну, вот, пришел ответ на мое письмо мэру.

– О-о-о! Послушаем, что мэрия ответила. Интересно.

– Да, интересно! Только, Семеныч, мэрия не стала отвечать, а переслала письмо в Московскую область. Ответило Министерство жилищно-коммунального хозяйства Московской области.

– А-а! Понятно. И что ж они пишут?

– А все то же самое, что и Н-ский региональный оператор: на трех листах сетуют по поводу того, что такое вот законодательство и приводят выдержки из него, а на четвертом листе вранье про скидки.

– А почему вранье?

– Ну, Хованская же ответила, что все скидки региональные! Только для жителей Московской области! Нам-то они не положены! Вспоминай, Семеныч!

– А-а-а! Да, да, да! Действительно забыл!

– Я в своем письме мэру еще написал, что мусорщики завысили площадь моего дома в пять раз и что дистанционный сервис Н-ского регионального оператора не позволяет мне исправить их ошибку о пятикратном завышении. У них там в перечне документов, которыми можно подтвердить размер площади, вообще отсутствует такой документ, как договор купли-продажи дома. Так в ответе на этот вопрос МЖКХ Московской области в своем письме не придумали ничего лучше, чем посоветовать мне подъехать в офис регионального оператора, за сто километров в другой город.

Это в то время, когда мы с тобой и все остальное население Москвы старше шестидесяти закрыты на самоизоляцию. Нас по Москве-то не пускают, заблокировали нам проезд.

Прямо не верится. Будто это не Московская область, а другое государство, расположенное далеко от нас.

– Да-а-а! Странные какие-то люди!

– Нет! Это не люди. Это чиновники. Это особая каста такая.

Я вообще считаю странным уже то, что почему-то существуют два отдельных региона: Москва и Московская область, хотя живем через дорогу. Через Московскую кольцевую автомобильную дорогу. Мы ее МКАДом привыкли называть. Ответь мне: там за МКАДом другие люди живут? Нет. Они работают на тех же предприятиях Москвы, ездят в том же метро.

Кому и зачем нас нужно разделять? Мне это совсем не понятно. Только ради того, чтобы содержать еще огромную кучу чиновников под названием – Правительство Московской области?

Самое интересное, что добрая половина этого областного правительства сидит в той же Москве, занимают тут место. Идешь по московским улицам, а на глаза на каждом шагу попадаются вывески на домах: тут такое, там сякое министерство Московской области.

Та же проблема с Санкт-Петербургом и Ленинградской областью, кстати. Их ведь тоже считала целесообразным объединить в свое время Валентина Ивановна Матвиенко, когда была мэром в Питере.… Потом ей, видимо не до того стало, когда в Совет Федерации перевели. Как-то она потом об этом замолчала….

– А у тебя нет телефона Антимонопольного комитета? Что-то справочная его не дает.

– А зачем он тебе?

– Ну-у-у, хочу позвонить, спросить, чего они допускают двойное налогообложение с мусором? Почему я должен платить за вывоз мусора на даче, если я там не живу?

– А причем тут налогообложение? Ты же говоришь о плате за вывоз мусора?

Хотя я понимаю, почему ты их путаешь. В таком виде плата за услугу по вывозу мусора, когда нет ни услуги, ни самого мусора, действительно воспринимается, как новый налог на недвижимость, «мусорный налог».

Ну, что я тебе могу сказать. Тебе же ответила Хованская: по действующему законодательству установлен порядок перерасчета размера платы за коммунальные услуги, в том числе за вывоз отходов при отсутствии потребителя более пяти дней подряд, но …. И в этом «но» вся собака зарыта. Перерасчет не предусмотрен, если нормы накопления коммунальных отходов установлены в квадратных метрах общей площади, то есть так, как установило Министерство экологии и природопользования Московской области в своем распоряжении. О нем тебе тоже написала Хованская. Ты понял теперь?

– Теперь понял…. Ну и чего ты думаешь дальше делать?

– Дальше нужно обращаться к президенту. Больше не к кому. Я уже второй день пытаюсь составить свое обращение видео или по телефону…. Ничего не получается.

– Почему?

– Ну,…. потому что сказать надо много, …. а времени на обращение отведено секунды.

– А может тогда в виде письменного текста?

– А какая разница? Там тоже ограничение – по количеству знаков!

– А-а-а!

– Ну, ладно! Чего-нибудь придумаю. Давай, до связи!

– До связи!


***


После разговора с Семенычем Юрий Петрович встал и подошел к окну. За окном видны были голые ветки деревьев. Постояв у окна он перевел взгляд на экран телевизора и решил продолжить репетицию своего обращения к президенту.

Он сел за стол. Взял в левую руку лист бумаги с текстом, в правую секундомер, включил секундомер и одновременно, глядя на телевизор, начал читать:

– Уважаемый, господин Президент!

Мы с женой пенсионеры и в течение 2020 года из-за пандемии из Москвы никуда не выезжали, даже на дачу. Но Н-ский региональный оператор замучил нас звонками о задолженности, которая по их расчетам уже сравнялась с моей пенсией за целый год за вывоз несуществующих отходов в Московской области, где у нас дача. На мое письмо в Московскую область пришел ответ, где на четырех листах только сетования, что таковы законы и правила. Судебная практика в Московской области по свидетельству писавших об этом газет противоречива и не гарантирует успех в решении вопроса, так как опирается на те же законы и правила.

А в них за основу расчетов платы за мусор берут не человека, а метр общей площади, независимо живет на ней кто или нет. Госдума по этому вопросу отвечает, что правительство «разрабатывает механизм, позволяющий однозначно определять факт непроживания в жилом помещении граждан». Но такой механизм давно есть. Это потребление электроэнергии.

Может Вы утвердите его своим указом, чтобы с дачников, которые бывают на даче в месяц не более 5 дней, не брали плату за вывоз отходов, используя в качестве критерия проживания на даче не дольше 5 дней показания счетчика потребления электрической энергии до 10 кВт-ч. в месяц, обязав ресурсоснабжающие организации установить за свой счет такие счетчики там, где они отсутствуют? Действие указа установить с первого января 2019 года, когда начался весь этот бардак с мусором.

И еще. Мы с женой убедились в том, насколько недружественны по отношению к человеку законы и правила, действующие в области обращения с коммунальными отходами.