Бадди Фазуллин
Дневники мотоциклиста. Часть Первая

DIARIOS DE MOTOCICLETA, Сага [1]
Куба, 07 декабря – 24 декабря 2006

Посвящаю эти строки одному аргентинскому мотоциклисту, амигосам, которые вместе проделали этот путь и стоически выдержали моё присутствие, всем моим любимым мучачам, о которых думал и думаю, и тем, для кого это повествование не пустая трата времени [2]

Никогда не пускайся в путешествие с теми, кого не любишь

Эрнест Хемингуэй

Желательно не путешествовать с мертвецом

Анри Мишо [3]

Предуведомление

Всем, кроме самых пытливых и преданных почитателей, настоятельно рекомендую опустить прочтение ненужных подробностей: Предисловий, Идей, Планов и Подготовок. То есть сразу перейти к Части Первой. Исключением может стать лишь глава Участники Парада. Но и она не обязательна к изучению. Встретимся за Предисловием.

Это сладкое слово «введение»

А точнее вступление к первому изданию, благо, до второго дело вряд ли дойдёт [4]. Хотя, возможно, придётся готовить ещё версию для печати, которую надо будет довести до определенных умов рашпилем [5]. Как сказал один мой знакомый дядька, бывший мариман:

«Вспомнить есть что, да детям разве расскажешь?»

Заранее хочу просить прощения за природное занудство и кривой слог. И за исторические неточности, что будут встречаться на каждом шагу. Память действует избирательно, хотя сопровождают её собственноручные путевые заметки. Но последние представляют собой лишь намёки да тезисы. Ну ни Хэм я, ни Гуэй [6]. Что с того?

Думал: в каком времени и от чьего лица вести речь? Третье лицо показалось чересчур отдалённым и безличным. А в нашем случае оно и вовсе было бы пятым. А куда деть эмоции, переживания? И крайний субъективизм? Так что придётся вам выслушать эту Сагу от моего нескромного первого лица (ну вот, вижу, двое уже направились к выходу). Переключения на пятое-десятое лицо и частые грамматические ошибки следует отнести на слабую теоретическую базу и малый графоманский опыт.

Предыстория

Поездка началась задолго до того сладостного момента, когда брызги шампанского ударили о борт посудины с гордым названием «Cuba Libre» [7]. Началось всё с желания четырёх амигосов мужеского полу в кои веки провести отпуск вместе. Вспомнить старые добрые студенческие годы и те прекрасные мгновения, когда мы, не обременённые годами, жёнами, детьми и прочими материальными ценностями, вкушали радость от жизни Такой-Как-Она-Есть.

Фильм «Три плюс два» видели? [8]

Участники Парада

Следует представить вам этих отважных Конюхов Фёдоровых [9], этих Рыцарей водки и селёдки-под-шубой, а попросту – банды LOS JOERRIGOS [10]. Вот их незабвенные героические имена:

Падре Бобби, он же Капитан «Буканеро», Эль Гранде Арбалетчик, отец-основатель и Отец народов, а также Главный Бобёр банды (и ещё с десяток почётных званий и прозвищ) [11]. Бобба – наш пламенный Команданте, руководитель, технический и финансовый директор предприятия, лейб-хранитель всех документов и печатей, и главный инициатор всей авантюры. Ну и так просто хороший человек;

Грандэ Падре Лео[польд], он же Эль Гранде Кокодрило, Мучо Гранде Кактус и Гранде Культуристо. Или просто Егор: большой Человек с большой буквы «Че». Егор – Старший Бобёр, староста проекта и Совет Старейшин в одном лице: умудрённый годами муж, который многое мог бы поведать о жизни, но больше предпочитает о ней помалкивать;

Бадди Марк или попросту Брат Марик – самый продвинутый член команды, простёрший дела рук своих далеко по ту сторону Пиренеев. И он же – самое заводное и неугомонное шило в заднице среди ныне присутствующих рыг;

Ну и ваш покорный летописец (ударение на последний слог) – Бадди, просто Бадди («Лось, просто Лось» [12]) – человек-заноза, хам и провокатор в одном флаконе, в котором всё это безобразие замешано в критической концентрации на килограмм веса его тщедушного тела.

Имена героев, хоть и не совпадают с паспортными, не взяты, меж тем, с потолка, а сложились исторически. И именно эти истории ждут впереди. Имена эти, из уст в уста передаваемые благодарными потомками, как в «глухом телефоне», лишь слегка видоизменили свои формы, приобретя при этом даже некоторые героико-эпические черты.

Идея

Искомое место должно было соответствовать изначальной авантюрной идее, то есть быть максимально удалённым от родных пенатов и куста ракиты над рекой [13]. Подальше от жён, детей и прочего нажитого скарба. Вооружившись секстантом и астролябией [14], мы с пылом приступили к поискам. Максимальному совпадению, то есть диаметральному удалению от исходной точки соответствовал остров некоего Робинзона [15] прямо посреди Атлантики. Что показалось нам слишком радикальным для воплощения.

И тут началось: Перу, Боливия, Гондурас, Гваделупа… Ещё много было выпито и закусано по трактирам да кабакам за обсуждениями всех возможных гондурасов и гваделуп. Даже произведены пробы забортного грунта. В пылу полемики многие претенденты (вроде Перу и Боливии) отпали сами собой: ведь страшно далеки они от сурового сибирского народа [16]. Но латиноамериканская тематика накрыла нас с головой, потому решено было рыскать в той же эпсилон-окрестности [17].

Долго бились меж собой последние из оставшихся проектов: Мексика vs Куба. Пришлось даже раз выписать Марика из-за границы: для кворума проведения экстренных совещаний в сауне. Марик бил себя за Мексику, но перевес по Кубе был разгромным: та обошла соперников с завидным преимуществом по всем жизненно важным показателям, включая бюджет и отсутствие бюрократических визовых препон. Ну и, конечно, наша неизбывная ностальгия по соцреализму – времени, когда мы были молодые и чушь прекрасную несли [18].

Правда, Куба оказалась, скорее, соц-сюрреализмом. О чём, в общем, и речь далее.

План

План был таков: никаких планов, полная и безоговорочная импровизация [19]! Вообще, предстоящий отдых мог принять самые причудливые формы от условно пляжного до того, что принято называть «adventure», то есть приключение. Но мечущейся русской душе не пристало адвенчиться за просто так. Если и приключаться, то только отвязно, с оттяжкой и вдрызг. И мы твёрдо решили… ОТТОПЫРИТЬСЯ!

Конечно, некая сумрачная канва существовала. Программа-минимум включала в себя купание с обеих сторон архипелага, заныривание вглубь и вширь, и даже рыбацкие страсти. Плюс автономный проект «эх, дороги» [20], призванный не привязываться к отелям и прочим туристическим заказникам. И, конечно, несметное поедание и великое попивание. Ну и самое главное – наиболее полное и глубокое проникновение в недра (читай «лона») дружественного кубинского народа.

«И никаких музеев, достопримечательностей и цифр для запоминания!»

Сухим языком План делился на две неравноценные части и представлял следующее:

✔ Фаза «Акклиматизация» (Гавана, 2 дня). Что есть эта самая акклиматизация мы глубоко прочувствовали на собственных шкурах;

✔ Сибаритство (Коса Варадеро, 3 дня). «БАРАДЭРО – НО КЬЮБА!» [21] – эта идиома впоследствии стала аксиомой, не нуждающейся в каком-либо разъяснении со стороны изрядно просолённых и забуревших, пропитанных ароматом табака и рома сотоварищей;

✔ Завершалась первая, подготовительная часть путешествия фактом встречи Марика в Гаване (Автопробег «Варадеро – Гавана – Варадеро»).

Далее же начиналась самая отвязная и непрогнозируемая часть Путешествия, где по определению отсутствовали любые привязки к местности, датам и срокам. И можно было лишь поверхностно очертить смутные намерения и заветные чаяния. А именно:

✔ Сесть в рентованное авто [22] и ехать-ехать-ехать, куда глаза глядят;

✔ Есть-пить до отпада и после него;

✔ Знакомиться с коренным и понаехавшим населением. Искать приключения и впитывать впечатления;

✔ В назначенный час не забыть вернуться в Гавану, тем замкнув пространственно-временной континуум [23];

✔ Спровадить Марика и самим вернуться домой живыми и, по возможности, невредимыми.

– А я тебе объясню: Женька летит в Ленинград, чтобы жениться.

– Железная логика! [24]

Подготовка

Полгода пролетели в подготовках да приготовлениях, включая покупку подарочных «ролексов» за 200 руб. для вождей местных племён и стеклянных бус для их дочерей и жён. А также краткий экскурс в испанский: десяток базовых слов плюс пять факультативом. Из последней обоймы особенно понравилась словоформа «эсо и эсо» («это и это») [25]. Вооружённый столь бронебойной фразой, я почувствовал себя готовым к общению по полной боевой [26].

Многочисленные сторонние обозреватели с пониманием кивали: «На Кубу? Правильно, пока Фидель жив и не пришли америкосы», – и мысленно были с нами.

………

«Предвкушение, пожалуй, лучше самого акта», – изрёк вслед за Наташей Ростовой [27] наш штатный острослов Бобби, виртуоз малых словесных форм и мастер тонких философских сентенций.

Предвкушение затянулось настолько, что перед самой поездкой нас стали глодать сомнения: а не будет ли хуже, чем мы себе успели в голове накрутить? Последние месяцы, благо, дел было по горло, пролетели незаметно. По поводу предстоящей встречи с бескрайними карибскими просторами мы даже умудрились получить корки дайверов открытых вод и обзавелись минимально необходимым для этого инструментарием: масками, трубками, ластами. Из рыбацких снастей решено было взять только собственные «заглотыши» [28].

И вот оно, время «Че»… [29]

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

07.12.06, Четверг. День Первый

Начальная точка

Начало координат – 0 км пути

…и вот оно, время «Че»!

Утро Первого дня началось напутственными речами нашего товарища и учёного мужа Профессора Беловежского, незримо присутствовавшего со своими советами всю поездку. Профессор внушал нам про необходимость использования, помимо прочих известных нам языков общения, и самого важного – языка тел. С этим посылом и своим нехитрым скарбом, включая два грузовика фото-видео аппаратуры, мы погрузились в игрушечный салатовый Боинг. Который за символические 3500 руб. вызвался доставить наши тела в столицу нашей родины, и даже город Москву. Ведь доставленные им тела, со слов всё того же Беловежского, и есть тот необходимый инструмент вышеозначенного языка общения, то есть языка тел.

Интересно, но перелёт не отнял у нас столь драгоценного отпускного времени, поскольку по прилёту на часах оказалось ровно столько же, что и на момент отплытия: два часа пролетели как один миг. Конечно, можно было бы списать сей странный факт на старика Эйнштейна и его весьма относительную теорию. Но суха любая теория, коли её не претворять в жизнь, обильно спрыскивая бутылкой текилы и фляжкой какого-то «XO» [30], торжественно распитых над просторами нашей необъятной Родины. На троих:

«За чудесное начало нашего предприятия и не менее чудесное его продолжение!»

Ах, да. Забыл уведомить читателей, что только «трэс» [31] участников похода начали своё победное шествие из пункта «А», точней из пункта «Че». Марик присоединился к остальным уже за Океаном.

«Голубое плато» (не путать с «синей ямой») было достигнуто нами в рекордные сроки. Всем передался всеобщий подъём и ощущение перманентного праздника. Столица встречала нас тепло, да и мы были уже вполне тёплые. А облака в иллюминаторах настраивали на романтический лад и наводили на мысли о прекрасных…

Москва – Домодедово. «Третьим будешь?»

…к тому же случилась со мной на борту одна прелестница с прежней работы. И к моменту приземления я готов был её обнять (текила) и расцеловать («XO»). Что и сделал на пике эмоций уже в Домодедово. Пока я предавался сладким воспоминаниям в объятиях с бывалой сослуживицей о том, когда на почте служил ямщиком [32], мои амигосы выдвинулись за пределы демаркации [33]. И были таковы.

О, господи! Документов-то у меня нет: только усы, лапы… и поджатый хвост [34]. Подхожу робко к тёте в униформе, пытаясь в пелене похмелья подобрать из трёх оставшихся нужные слова на предмет пропажи товарищей, а она мне: «Ты что ль ТРЕТИЙ?»

Ну до чего же могут эти женщины исковеркать простой, казалось бы, но бескомпромиссный пароль «Третьим будешь?» Но оказалось проще: мои подельники просто предупредили обслугу, что один [xxx]рыга [35] застрял в багаже.

Ну чтобы я без вы, падры? [36]

Москва. «Хождение по мукам» [37]

2 040 км пути

Совершив немало пространных перемещений по бескрайним просторам государства Московии, мы очутились в ресторане, где напотчевались каких-то экзотических медуз и, как позже выяснилось, горгон [38]. А наетый и напитый русский мужик чего хочет? Правильно: хочет спеть. Решили совместить и по старинному русскому обычаю вызвали цыган и медведей с гитарами и плясками, то есть переместились в сауну с пивом и караоками.

К вечеру, уже в полнейшем пьяном угаре мы с упорством продолжали свои променады, тангажи и рысканья [39], вплоть до самой долгожданной ночной кареты «Москва – Гавана» (27000 руб. за туда-обратно). Но не без потерь: съеденная в недобрый час медуза (она же горгона) настойчиво попросилась полетать у старика Бобби, только мы её в подворотне и видели. Бобби переживал за неё, тяжко вздыхал, плакал и надрывно клокотал диафрагмой. В общем, извёлся весь и нас изрядно потрепал. Правда, потом, отвечая на возгласы «соберись, тряпка!», собрался и успокоился.

Падре Лео как мог постарался упрятать свою неугомонную горгону поглубже, в ответ на её столь же настойчивые попытки к побегу. Но и та в итоге его убежала, найдя всё же лазейку в могучем организме товарища, и уже у самого Шереметьевского баркаса [40]. Я чудом избежал участи товарищей, поскольку ни медуз, ни горгон не употреблял. Ибо уверен, что лучшая медуза – это жареная картошка с луком. А прочую сомнительную снедь желательно обильно спрыснуть специально подготовленным раствором для дезинфекции. Всё-таки водка иногда не только вредна, но и полезна!

Так и прошёл весь оставшийся вечер: в неопределённых марш-бросках [41] по проспектам вечерней Москвы. То ли в поисках горгон, то ли по другим более диковинным причинам. Если б знали вы, как мне дороги [42] эти наши полуночные, полубредовые шатания. Вёл нас путями неведомыми Падре Лео – правнук Гиляровского [43], знаток столичных закоулков для прощаний с горгонами и просто отлично подготовленный для боевых действий в условиях города партизан. Среди обрывистых и бессвязных вспышек уже изрядно замутнённого сознания вплывают такие туманные картины:

…мы в аптеке… покупаем минералку и презервативы («бомбочки» с балкона бросать?)…

…мы в аптеке (опять?)… аптека другая… мы покупаем презервативы (?) и… ещё презервативы (?!)… мама, я никогда не видел столько презервативов вне витрин! Они ещё и разноцветные… тьфу ты, понял – это же сувениры! Ну слава Аллаху, а то какие только кошмары с бодуна не привидятся…

…я звоню какой-то терпсихоре (что за дурацкое имя?)… зачем звоню?.. кому?.. кто я?.. и где я?.. какого «ху а ю» всё это надо?.. [44]

…мы у подъезда Павелецкого… сидим на тюках и аппаратуре… ждём такси… уже час… мы свидетели шоу одного актёра с мегафоном… шоу с названием «Кто едет в Липецк, Воронеж через Чаплыгин? Подходим, покупаем билеты на Липецк, Воронеж, Чаплыгин»… какое длинное название у этого шоу… хорошо, что у этого прекрасного парня есть сигареты, а значит, есть и перекуры…

(Пролетая уже где-то над Гренландией, мы спрашивали себя с нескрываемым беспокойством: «Как там наши? Доехали уже до Воронежа через Чаплыгин?»)

…мы едем в какой-то машине… невесть куда… за окном огни ненавистной уже Москвы… завтрашнее похмелье уже сегодня [45]… или уже наступило долгожданное завтра, о котором я что-то слышал вчера?.. [46]

…мы едим куски еды в заводской столовой международного терминала Ш2 [47]… 1200 руб. с носа… хороша столовая… а Падрэ Лео на все 1600 поужинать набрал… в столовке!.. где 300 красная цена… вот у него аппетит… вот у них аппетиты!..

Уже под самый занавес Первого дня странствий нам пришлось пройти ещё Сциллу и Харибду [48] таможни и прорвать четыре линии обороны рамок и униформ, включая лёгкий, но принужденный стриптиз. Вконец измотанные своими эпическими метаниями «лос трэс Уллисос» [49], совершив последнее жертвоприношение богу Дьюти-Фри [50], приготовились к последнему рывку, назначенному на два часа ночи по промежуточному московскому времени. Следующего уже, замечу, второго дня странствий.

«Я солдат, недоношенный ребёнок войны…» [51]

08.12.06, Пятница. День Второй

Москва. «Из Москвы, из Москвы!» [52]

2 150 км пути

Прикольно, но мы, севшие на рейс «Кубаны» и люди, пожелавшие лететь Аэрофлотом, в итоге очутились на одном борту. Вот они, причудливые спирали бытия. В рассказе о перелёте через Атлантику я мог бы обойтись лишь сухой цитатой из бортового самописца, недаром, что чёрного. Дословно:

«Весь полёт (тринадцать с половиной часов) нас били палками и трахали в жопу!»

Но я хочу раскрыть все тайны, приоткрыть все завесы, снять все препоны и приспустить уже всем штаны. Всё дело в том, что подорванное коллизиями первых суток здоровье Командора дало сбой уже в начальной фазе программы полёта, когда он натуральным образом выпал в осадок. Прямо мне на руки! Сказав, перед тем как уплыть в тесто:

– Тётенька, я боюсь прививок…

Но я-то тоже боюсь прививок! Насмерть перепуганному мне пришлось растолкать уснувшего уже Леопольда. И уже в два горла стали орать стюардов. Совместными заклинаниями и нашатырём вернули великого, но болезного вождя Бобб-Ху к реалиям [53]. Правда, от куриной лапки и прочего вуду-антуража он отказался, но чая с лимоном изволили-с отведать-с. Сбылось начертанное им же мрачное предзнаменование:

«ДОЛЕТЕТЬ ХОТЬ ЧУЧЕЛОМ, ХОТЬ ТУШКОЙ!»

Вышло тушкой. Какой уж тут сон? Так из похмельного в болезненный бред весь путь и протелепались. Но сам не спи, а товарища засыпай: я чутко прислушивался к дыханию Команданте, принюхивался (не засмердел ли?), тормошил его за его тормашки каждые пять минут, спрашивая:

– Как ты, Падре? – а он мне, касатик:

– Как там наши? Доехали уже до Воронежа через Чаплыгин?

А работники лётной отрасли жутко гримасничали и издевались, говоря мерзкими ехидными голосами: «Это у него от выпитого. А будете продолжать пить на борту нашего распрекрасного лайнера, и вам то же будет. И вас проклянём!»

Вот же вражины! Мы к себе их постыдные замечания, конечно, не отнесли, но пить перестали почти до самого приземления.

«Я солдат. Мама, залечи мои раны…» [54]

Где-то над Атлантикой. Первый контакт

В самолёте же случилось, хоть и косвенное, знакомство с братским кубинским народом: несколько представительниц прекрасного пола возвращались на свою родину. Странным образом они умудрились заполнить собой всё пространство салона, включая наши мысли. Они были такие объемлющие и… настоящие. Прекрасные и удивительные. Кубинки, одним словом. И пахло от них так приторно-дурманяще-экзотично и нестерпимо насыщенно. Запах стелился по салону и стоял всякие полчаса после их прохода мимо. То есть буквально всё время полёта. Поскольку места наши располагались в самом хвосте аэросостава, в непосредственной близости от клозета, куда они так исправно ходили и ходили, пахли и пахли…

Этот аромат (не клозетных кабинок, а кубинок) теперь неразрывно связан с воспоминаниями о Кубе. Он сопровождал нас всюду на протяжении всего путешествия, потому как вся прекрасная половина Острова, по крайней мере тех, кого мы обнюхали, прямо источают данный вид местного приворотного парфюма. И аромат этот, со слов всезнайки-путеводителя, носит имя «Марипоса» (Бабочка). А представительниц пахнущего им населения, соответственно, следует кликать «марипоситами». Признаюсь, этот знойный экзотический запах, то есть запах их тел стал к концу поездки даже каким-то родным. Как, впрочем, и всё по-настоящему кубинское.

Почувствовав в этих девах и в окутавшем всё вокруг аромате нечто необузданно-натуральное, дикое и даже звериное, Падре Лео сформулировал общее первое впечатление от Контакта: «Пойдёмте отсюда… Я ИХ БОЮСЬ!»

С тем и прилетели.

Гавана. Приземление

11 720 км пути (0 км по Кубе)

Сели в Гаване около девяти утра (по нашему уже, кубинскому времени) в международном терминале аэропорта имени Хосе Марти. Хосе Марти – былинный персонаж кубинских народных сказок, типа наших трёх богатырей, ну или трёх медведей, вместе взятых. Образ его и имя носит на Кубе практически всё, чему можно присвоить имя и куда можно прилепить образ.

А ещё этот самый Марти написал кубинскую народную песню «Гвантанамера» (Девушка из Гуантанамо). Ту самую, что наш Падре Лео поёт исключительно на свой лад – «Гван-тара-мэра», что делает её и вовсе родной, коли речь в ней про исконные «тары-бары» да «раста-пыры». Также в каждом городе тот же самый Хосе Марти успел посадить чудо-карагач, который приносит всем счастье, если 33-го числа 33-го месяца совершить вокруг него 33 и 1/3 оборота [55]. Кубинцы зовут это чудо-дерево «сейба». Ну и сейба с ними.

«А для нашей Марочки новенькие тапочки» [56]

Кубинские наши попутчицы, как только шасси коснулось земли, дико закричали, засвистели, заулюлюкали истошно, загорланили из самой глубины своих смуглых пышных декольте, стали отбивать какие-то зажигательные сальсы [57] и петь зажигательные тыры-пыры. И всё это в такт покачиванию их пышущих здоровьем бёдер и фюзеляжа самолёта. Приземление «а-ля рюсс» в нашем исполнении было куда более сдержанным, точнее выдержанным – мы загорланили текилы: за тысячи километров за спиной и за тысячи, которые только предстоит пройти. И ещё по одной «закрепляющей», на всякий случай. Чтоб не гневить ни бога, ни Хосе Марти.

К слову, некоторые наши соотечественники начали готовиться к встрече с Кубой гораздо раньше нашего (горгоны на них не хватает). И так усердно это делали, что кубинская земля приняла и удерживала их крайне неохотно. Вообще, зависть плохое чувство, но как говорят одни мои английские друзья: «Wish you were here» [58]. В смысле «нам бы так…»

Гавана, аэропорт Хосе Марти. «Вот мы и в ХОПРЕ!» [59]

Подключив телефон, сразу же получил: «Welcome to Cuba! We wish you a pleasant stay!» [60] (я же говорил «Wish you were here…») Приятно. Ещё и часы перевели автоматом. Мне здесь уже нравится! Куба встретила нас очень влажным и тёплым климатом. Мы почувствовали это, ещё не выйдя за пределы аэропорта. Тёплое и влажное… – начало более, чем романтическое. Въездные кордоны были пройдены довольно быстро, и вот:

«МЫ НА КУБЕ! МАМА!»

Не выходя за демаркацию, обменяли наши евро на их песо.

Да, коллеги, совет на все времена: деньги лучше сразу разменять помельче. Сразу же! Просто примите на веру. Потом оботрётесь, не раз спасибо скажете (про «две стороны песо» далее).

Тут же возникли трудности в процессе общения. Улыбнувшись и «казав джа» (то есть «ола») прехорошенькой тёте в обменном пункте, я получил «та-кую-пу-ле-мет-ную-оче-редь-ис-пан-ско-го-без-еди-но-го-про-бе-ла-меж-ду-сло-ва-ми», что пришлось постыдно ретироваться фразой «но компрэндо» («мая-твая-нипанимай»). А она мне: «Компрэндо, компрэндо. Дурак ты, а не компрэндо». [61]

– Ну что, поговорил? – падры ухмыляются.

Ничего-ничего: каждому ещё представился случай шагнуть, в страхе закрыв глаза, в это неспокойное море слабой коммуникации. А кто-то и вовсе едва не утонул в пучине, держась за хлипкое «со мной только по-русски». Вообще, первых страхов было много: страшно начать говорить, страшно выйти из маленького и понятного аэропорта в этот новый большой мир. И шагнуть навстречу новому и абсолютно неведомому. Много было ещё страхов. Мы, как маленькие слепые котята, держались друг друга, не выходя за пределы мысленно очерченного магического треугольника более, чем на три метра. Так и перемещались – бермудно [62]. Со стороны, поди, забавно было наблюдать за взрослыми дядьками, которые трутся друг об друга косяками, пугливо озираясь по сторонам.

Куба навалилась на нас, как только мы перешагнули за порог аэропорта. После прохладного зала кубинская атмосфера ударила сразу по всем органам чувств: жарко, влажно, запахи экзотические, пальмы высоченные, какие только в кино про Рэмбо видели. Того и гляди, «узкоглазые» из кустов полезут. А у тебя с предыдущего уровня лишь обойма от ПМ и окровавленная монтировка. И жизни, блин, 28% [63]. Но первый шаг сделан и мы уже едем в такси за 25 «песос конвертибле» (курс около 0,9 $) в гостиницу «Ведадо», района Ведадо же, что в Гаване.

Куба. Две стороны Песо

Немного про деньги и про жизнь. Жизнь, как и деньги на Кубе делятся на две стороны: конвертируемую и внутреннюю «деревянную». Верней «сахарно-тростниковую». За первую, конвертируемую жизнь и расплачиваться приходится «песос конвертибле». Для этого есть конвертируемые магазины, еда, такси и прочие прелести интуристовской жизни для «алеманов-Ё…ных» (см. определение ниже). Вторая же – простая, неконвертируемая жизнь простого кубинского народа: с продуктами по карточкам и пустыми магазинами. Пропорция меж этими сторонами жизни примерно такая же, что и между местными песо и куками (CUC – «peso Cubano Convertible») – примерно один к двадцати (1:24, если совсем точно). Про этот курс мы догадывались с самого начала, но точно узнали гораздо позже. И открылось нам, как нас разводили в первые дни… как кроликов, как алеманов-Ё…

Так что, если быть до конца честным с читателями, полного контакта с простым населением страны так не вышло: все контактёры, более или менее были связаны именно с конвертируемой стороной медали. Как некая подушка безопасности, чтобы прелести результатов социалистического строительства не так вопиюще бросались в глаза.

«Алеман» дословно значит немец. Определение «алеманы-Ё…» (следует произносить слитно, с известной долей презрения, как бы процеживая сквозь зубы) приобрело в определенном контексте значение иностранца-лошарика, которого можно и просто необходимо разводить на «бабки». Именно таковыми «Ё» мы первые дни и являлись. Хоть из кожи лезли, дабы не быть на них похожими, поскольку со стороны вид алеманов-Ё и поступки их чудовищны и нелепы. Прозвище «алеманы-Ё» является страшным ругательством в наших узких кругах. Пацаны, не будьте ими!

Гавана, район Ведадо

11 750 км пути (30 км по Кубе)

Первое приключение на кубинской земле ждало уже в отеле. С трудом выдавив из себя на смеси англо-испанских пальцев наши робкие притязания на проживание, работники за стойкой в ответ вежливо, но сухо, чисто по-английски указали на дверь, типа «Вас здесь не стояло». Амигосы оставили меня одного сидеть на тюках и бояться, а сами выдвинулись в дозор в поисках абитасьона (жилища), которое быстро и обнаружили, буквально в двух кварталах отсюда. Не мудрено, ведь Ведадо – район отельный, словно специально заточенный под тучных алеманов. Вот и мы заселились не абы куда, а в целый «Гавана Либре», он же бывший «Хилтон», он же известный кубинский коктейль. За те 200$ (за дабл-плюс) [64], в нём всегда, думаю, есть свободные коицы для столь щедро раскошеливающихся.

Уже в конце пути, вновь вернувшись в Лябану (La Habana, так зовём её мы – настоящие кубинцы) и почитав более предметно путеводители, мы поняли те странные обозначения отелей на Кубе: Gran Caribe (Премиум), Horizonte (Мидл) и Islazul (Эконом-класс). Горизонтов и Ислазулов вблизи было полно, но кто ж в первые дни деньги считал?

Почистив перья с дороги, решили не терять драгоценного времени на сон-тренаж [65] (шли вторые сутки без сна). Только взбодрились тремя стопками (плюс закрепляющая) запасённой в Дьюти текилы, и выдвинулись навстречу приключениям.

Одно дело заниматься созерцанием через окно такси или пялиться в телеящик на ДК и его «Непутёвые заметки» [66]. И совсем другое – окунуться в самое действо с головой. Весь Первый день, с самого начала нас зацепило и не отпускало состояние немотивированного восторженного веселья, на грани истерии. С признаками лёгкой апоплексии. Хотя как «немотивированного»? Сидим в номере в одних труселях, отмокаем после душа в текиле. Я гляжу на город, на океан с высоты птичьего полёта, с нашего десятого этажа, и из меня вырывается истошное:

– Пацаны, мы на Кубе! Мы в Гаване! Пыздэ-эсь! – и уже фальцетом: – А-а-а!

И так каждые полчаса. Остальные тоже сорвали голос… Первый день на Кубе был крайне насыщен впечатлениями, которые ждали нас буквально на каждом углу. Тем более, всё первое воспринимается наиболее остро.

(А вы свой первый сексуальный опыт помните?)

Кубинская дворняга, как образ

Началось с того, что прямо у отеля дорогу нам перебежало нечто «четыре четырки, две растопырки и один вертун». По виду вылитый «хливкий шорёк» [67]: не то собака, не то крыса, то ли ещё какая свинья. Мутант в общем. Не про этих ли весёлых зверушек я поведу речь в разделе «Еда»? Но более запомнились бездомные худые собачошки, бесчисленное множество которых видели мы по всей Кубе. Такими мне представляются и сами кубинцы: голодными и без крыши над головой, но без малейшего намёка на собственную ущербность или неудовлетворённость. С весёлым задорным взглядом и высоко поднятым хвостом!

Ведадо. Кафе у Луиса

11 754 км пути (34 км по Кубе)

Через пару кварталов нашей пешей прогулки какой-то промоутер жуликоватого вида, шустрый как сперматозоид, на всех известных ему наречиях, включая язык тел и элементы русского фольклора с упоминанием Теофило Стивенсона [68], завлёк нас в самую настоящую кубинскую кафешку (Calle 25 / Infanta). Да мы особо и не сопротивлялись, так как понимали – приключения начались!

Типичное колониальное расположение на углу дома. Открытые не то окна, не то двери… окна дверного размера. Таким же углом чёрная засаленная барная стойка, за ней чёрный, лоснящийся как сама стойка бармен Луис. Непритязательная кубинская пища в сочетании с дешёвым местным пивом «Майабэ». Весёлые и непринуждённые разговоры с Луисом и шоуменом (когда был сломлен языковой барьер, мы даже не поняли). Недвусмысленные подмигивания какой-то бабушки за чисткой картошки… Вот первые, но одни из ярчайших впечатлений от Кубы, потому так подробно. Что особенно запомнилось:

Барная стойка – такая липкая, что непонятно: она черна изначально (ценные породы дерева?) или от грязи?

Бумажные подставки под пиво. Сколько им лет, никто не взялся судить даже по заметным годовым кольцам раскисшего и пропитанного пивом картона. Но толщины они были не меньше сантиметра. От пролитого на их веку. И цвета они были… цвета барной стойки… цвета Луиса!

Первая кубинская еда. Первое же съеденное на кубинской земле блюдо оказалось тем самым легендарным, о котором так долго твердили большевики и путеводители [69] – «Мавр и христианин». Этот непритязательный гарнир с участием риса и чёрной фасоли – традиционное для Кубы и, пожалуй, единственное блюдо, не завезённое с «большой земли».

В качестве основы Луис предложил на выбор:

✔ «карне поркине», то есть мясо свинины. Говорят, что вместо свиней иногда подают какого-то чудо-зверя, среднего между свиньей и собакой;

✔ «чикен». Не путать с чиками. Вовсе не обязательно, что «чикен» – это курица, мало ли на Кубе птиц;

✔ «пескадо» (рыбу);

✔ и «сифудс» (морепродукты).

Данное предложение, замечу, стандартно по всей Кубе. В первый раз решили не рисковать и ограничились «поркятиной». Также в стандартный набор «камиды» (еды) входит «саладо» – салат из капусты, наструганной «в капусту», иногда обрамлённой редкими кружками помидорок или картохи. Картошка у кубинцев не в чести почему-то. Нам, хохлам этого не понять. К стандартному перекусу также относятся фрукты и кофе «по-кубински». Но об этих непременных атрибутах наших трапез мы узнали позже.

Что запомнилось ещё? Конечно, люди.

Во-первых, дедушка, уличный разносчик газет. Который прямо посреди улицы на перекрёстке начал яро агитировать нас за мировую революцию. И в подкрепление своей пламенной речи даже снабдил революционным печатным изданием с названием «Гранма» (это имя ещё будет фигурировать в записках). Или тот же шубутной зазывала, который помимо расхожих «каращё», «матрошка» и «балалайка» вспомнил также Александра Карелина. Или Валуева? Вот ведь: он вспомнил, а я нет. Именно от него мы впервые получили предложение по распробованию местных сигар и девушек: «Гуд сигарс, гуд чикас…» Он открыл для нас бесконечную череду назойливых «френдов» и «амигосов» с их незатейливым набором местной «клубнички» [70].

Или бабушка с картошкой, «ягодка-опять». Эта так залихватски и с таким молодым задором подмигивала нам без отрыва от своей основной посудомоечной и овощечистичной деятельности, что мы, живущие вот уже вторые сутки без женской ласки, едва устояли. Была и ещё какая-то подсобная девчушка радикального шоколадного цвета и прочие немногочисленные, но очень колоритные посетители забегаловки. К примеру, дядя, который привёз Луису упаковку сигар, ещё и снабдив их приходной накладной. Я видел эту накладную краем глаза – в лихие времена я таких немало накалякал для налоговой: ТОО «Азимут», юго-восточный округ…

Ну и, конечно, сам бармен Луис – знаковая фигура всего дальнейшего повествования. Человек-харизма, излучающий, несмотря на цвет кожи, солнечную энергию. Кубинец, практически нас не обсчитавший (за камиду на троих 25 куков, в смысле песов алеманских), и даже подаривший каждому по сигаре, из партии прибывших по той самой накладной от ТОО «Азимут». Сигары были, наверняка, копеечные, без марочной принадлежности, но, видимо, именно такие и курят простые кубинцы, которым не по карману известные на весь мир кубинские табачные брэнды. Тогда же сделали одно из первых кубинских открытий: при выборе кафе и ресторанов надо искать такие же типажи, как Луис. Правило работало практически всегда.

«Пацаны, мы на Кубе, мы в Гаване! А-а-а!»

Малекон. «Купание Красного Коня» [71]

11 755 км пути (35 км по Кубе)

Довольные съеденным и первыми приключениями, за пару минут добрались до Малекона – знаменитой гаванской набережной. Погода к тому времени нахмурилась: подул ветер, волны далеко захлестывали набережную и прилегающее шоссе. Капитан Бобб Кихот [72] бесстрашно ринулся навстречу новым подвигам к самой кромке воды, но коварный океан враз остудил его пыл. С ног до головы! Мы с Лео стояли на значительном удалении через дорогу, но и до нас долетели отголоски той битвы титанов. Так состоялось наше первое крещение в Океане.

«Пацаны, мы на Кубе! А-а-а!»

Хилтон. Цирк «Коппелия»

11 758 км пути (38 км по Кубе)

Переодевшись после «купания красного коника» и обсудив за стопкой-другой-третьей-плюс-закрепляющая наши планы, мы вновь выдвинулись в люди, не забыв прихватить с собой свеженаполненную походную фляжку текилы. Впечатлениям Первого дня на Кубе, да простят меня потомки, уделю я больше внимания, и вот почему. Уже на следующий день экзотика постепенно стала становиться частью нашей жизни и стала восприниматься как должное. Да и горло уже устало от эмоций. Но сейчас…

…с балкона хилтоновского номера увидели в скверике неподалёку зазывно сверкающий купол цирка. А мы в детстве в цирк явно не находились, поскольку понеслись туда, как медведи на велосипедах. Но при детальном осмотре вожделенный шапито оказался люкс-рестораном мороженного питания «Коппелия». Откройте любой путеводитель, невежды, нет там цирка! Собственно, именно путеводитель нам это и поведал уже по факту отсутствия цирка в мороженном. Зато тут тебе и фэйсконтроль, и дресс-код, мамбисесы кругом (представители правопорядка). И френды, тоже стоят в оцеплении: «Сигарс, чикас, фоки-фоки посибле…» [73]

А-а, ну это мы уже слышали…

Ля Рампа и далее. Кубинцы

Встреченных по пути кубинцев можно описывать бесконечно. Общее в них одно – они разные! Темпераментные и не очень, белые, чёрные и между. Они настоящие, они непосредственные, они открытые, они ритмичные и музыкальные. Они не обращают внимания на окружающую нищету, при этом сохраняя позитивный жизненный настрой. Они здоровы физически, поскольку здоровый дух принуждает и телу быть здорову. А чего, собственно, им быть нездоровыми: мягкий карибский климат, непритязательная здоровая пища, морская вода… курорт! Зарплата средняя по стране 15 долларов, потому все цепляются как могут за интуристов, на которых можно отбить за день пару месяцев работы. Это в качестве ещё одного стимула быть ритмичными, шевелиться и быть шевелимыми.

Ля Рампа. «Дедушко» [74]

11 760 км пути (40 км по Кубе)

По дороге наблюдаем картину: какой-то дедушко с переулочка перекрикивается со своей бабушкой в окошке [75] и примкнувшими к ней внуками на балконе четвёртого этажа. В результате до чего-то они всё же договариваются, поскольку бабушка спускает вниз верёвку, к которой деда привязывает какие-то холщовые сумки, о которых они накануне на всю улицу семафорили. Вира… Майна! Занавес. Все счастливы, особенно мы [76].

«Мы на Кубе! А-а-а!»

Куба. Кубинские дети

Кубинские детки. Отдельная тема. Про них не рассказать, их видеть надо, только вживую – фотографии и видео бессильны. Кубинские детки: за ними будущее!

Куба. «Мучачи Линды», всегда и везде [77]

А мучачки… отец наш небесный, прости мне мои прегрешения. Мучачки-то какие! Стройные, вырезанные искусно из ценных пород дерева: красного и чёрного. Рельефные, выпуклые со всех сторон. Нереальные! Ощущение, что вокруг ходят вырванные из Плейбоя ожившие странички. Шоколадом облитые… конфетки! И никаких «силиконовых долин» [78]. Всё аутентичное, от самой матери-природы. А если она ещё и медсестра в белом коротком халатике и в шапочке-ласточке… или учащаяся старших классов или ВУЗа в школьной юбочке, едва прикрывающей трусики… или вся в чёрных чулках и чёрном коротком платье, или бриджах обтягивающих, чёрных, на чёрном теле… Мама дорогая! Это торжество плоти необузданной – просто праздник какой-то [79]!

Мы прозвали этих прекрасных созданий «пэсоньки» – некая вольная производная от «песо», «пс-пс» и «писоньки» (последний компонент термина от Профессора Беловежского). И всякий раз (то есть постоянно), провожая туманным взглядом этих чёрных ангелов, мы, полуобморочные шептали в бреду: «Они прекрасны… и удивительны…»

«Мы на Кубе! Ма-ма-а!»

Ля Рампа, далее везде. Автомобили

Автомобили на Кубе заслуживают отдельного упоминания. Такое дикое сочетание эпох вряд ли где встретишь ещё.

Во-первых, «дореволюционные» Форды, Кадиллаки, Понтиаки, Плимуты и Шевроле периода 40-50-х, оставшиеся от тех ещё америкосов. По одну сторону баррикад. Это р-р-раз. С другого бока МАЗы, КамАЗы, «Жучки» с «Москвичами», как последние приветы дружеского соцлагеря. Это два. Местные кулибины умудряются врезать в ВАЗ-овскую «Копейку» ещё один блок дверей, и используют эти «шестивесёльные лимузины» как народное такси. И набивается туда нашего кубинского народу…

И всё это железо ржавое ещё как-то движется, тарахтит и перемещается. Со страшным дымом и рокотом. Недаром, самая часто встречаемая вывеска на Кубе – «пончера» (мелкосрочная автомастерская). Нам довелось испытать на себе агрегаты разных эпох и социальных строев в действии. Увы, и здесь победа не за социализмом.

Немного особняком стоит «Фиат» какого-то 70-лохматого года, размером раза в полтора меньше (!) нашей «Окушки». Счастливые обладатели этого нечто с гордостью водружают на капоте увесистую фигуру оловянного лебедя, размером чуть не с само авто. «Ягуар» со своим ягуаром отдыхает: «Мучо бьен коче!» – в смысле «очень хороший автомобиль» [80]!

И самая последняя – третья, современная волна автомобилестроения: «корейцы», «французы», «чехи» и даже «немцы» (фрагментарно). Тут нечего и говорить – безликий алеманский жестяной ширпотреб. Когда я в первый раз увидел на улице какой-то роскошный, весь чёрный и в хроме, весь вылизанный хозяином «Кадиллако-плимуто-шевроле», в восторге воскликнул:

– Смотрите, падры, «Чайка» [81]!

– XXXЯЙКА! – не разделили радости падры. Но экспрессивное название за «кочами» прижилось.

Также помимо гужевого, велорикшевого и прочего мотоподобного на улицах Гаваны существует ещё и общественный транспорт: такой потусторонний хтонический советский тягач (МАЗ, КрАЗ…), который тащит за собой ржавый двугорбый приёмник-распределитель и автозак в одном корпусе. Оттуда торчат (и периодически вываливаются от тесноты) руки, ноги и лица невозмутимых кубинцев. И всё это в густом удушливом мареве солярных выхлопов, словно вырвавшихся из самой преисподней. От эдакой кромешной жути веет инфернальностью Стивена Кинга.

Ля Рампа. «Баскетбол-тим»

11 762 км пути (42 км по Кубе)

Едва свернув с Ля Рампы (Тверская типа), чтобы «ля покурить» и «ля приобщиться» к фляжке, мы познакомились с двумя кубинцами афроамериканской наружности. Заинтригованные нашими майками (ярко жёлтые, с недвусмысленными пиктограммами во фронте), те сделали робкое предположение:

– Basketball team? [82]

Юмор, он и на Кубе юмор. Я тоже включился, мол: ага, команда из города ЧЕГЕВАРИНСК. Вообще, весело пообщались с помощью двух слов и трёх жестов. Тут же в разговоре была произнесена фраза, ставшая затем культовой: «Сиберия – фрио!» [83] – и руками себя обнять, как от холода: «У-у-у…» Впоследствии в общении с кубинцами нам достаточно было сказать лишь первую часть фразы, вторую показывали уже сами кубинцы. Что вызывало каждый раз приступы хохота с обеих сторон.

– Видимо, эту фразу им преподают в школах, – сделал заключение мудрый Леопольд.

Задали нашим новым знакомым вопросы, которые беспрестанно мучили нас уже целых полдня: как правильно «сэрВэса» или «сэрБэса»? Че – он «ГеВара» или «ГеБара»? Гавана – она «ГаВана» или «ГаБана»? Правда, как всегда, оказалась где-то посередине [84]. Рассказали им и о нашем Плане. «Барадэро – но Кьюба!» – не одобрили они лишь один из пунктов [85]. Скажу лишь, что заключение это принято считать аксиомой в кругах настоящих аборигенов, к которым мы по мере повествования медленно, но приближались.

Обменялись монетками на память. В знак дружбы навек. Они нам местное песо с Че, а мы им алеманский КУК. Помните про курс конвертибле? Ну и что, зато с Че. Сувенир. Новые знакомые пригласили нас в кафе неподалёку, где вечером должны будут играть: они ещё и музыкантами оказались. И мы обязательно пошли бы, если бы не А-ДА-ПТА-ЦИЯ…

– Где мы сейчас, пацаны?

– Мы сейчас в районе Ведадо, на улице…

– Неее! Мы сейчас, сука, на Кубе! А-а-а!

Гавана, где-то в центре

11 770 км пути (50 км по Кубе)

От Ля Рампы забрали влево и забрели в какие-то одно-двухэтажные трущобы. Повидав затем и другие города, мы поняли, что это вовсе не трущобы, а наоборот – «таун-хаусы по-гавански»: классический колониальный стиль. Общее же впечатление от Гаваны, сохранившееся до конца путешествия, было удручающим. Такое чувство, будто только что была бомбёжка и шли бои за каждую улицу, каждый дом, каждую пядь земли: кругом полуразрушенные «дома Павлова» [86], стёкол в окнах нет, немногочисленные витрины заклеены бумагой накрест… на всё это с ужасом взирают чудо-деревья, у которых не поймешь: где ствол, где ветви, а где корни – всё перемешано и переплетено в один непроходимый и полный трэш.

Так от стопки к стопке прошли какими-то козьими тропами до самой Площади Революции, в центре которой стоит (!) мега-фаллический монумент догадываетесь какому деятелю кубинского эпоса? Правильно – былинному Хосе Марти! Мимо которого мы никак не могли пройти мимо и масштабы которого мы не могли не отметить: тут же в ближайшем скверике, кусты которого не мы первые признали за вполне сносный «баньос» (туалет). Заодно понаблюдали за инверсией струи: от турбулентной до ламинарной [87].

Изрядно измотавшись и уже проголодавшись, не стали спорить с ведущим нас в будущее Падре Боббо: безропотно, как закланные баранцы сели в таксо и за «очо песос» (8 куков!) доехали до Гаваны Вьехи (старого города). Вообще-то, положа руку на сердце (а ещё лучше – на грудь мучаче), стоит признать, что проезд в алеманском такси по городу стоит три, максимум четыре «тугрика». Но мы же алеманы-Ё! Кто же в первый день деньги считает?

Гавана Вьеха. От Капитолия по Прадо

11 780 км пути (60 км по Кубе)

По данным путеводителя где-то на Прадо должна быть презамечательная кафешка «Оазис». Да, забыл объяснить: Прадо – это… кому-то есть необходимость рассказывать, что есть Прадо? Прадо, или официально «Пасео дэ Марти» (да-да, Марти, Марти, опять этот Марти) – это от Малекона такая… и до самого Капитолия. Или наоборот? А лучше и туда, и обратно, вдоль и поперёк… а ещё с разных сторон и посредине… там, где сквер и каменные тумбы-скамьи… но тепло же, сиди хоть до ночи… но как сидеть, когда вокруг музыка и танцы, и из каждого кустика призывные звуки… но мамбисесы кругом следят… и даже каменные львы на страже… знаете, лучше сами поезжайте на Праду [88], и сами всё увидите!

Мы обозвали её «улицей Правды», ведь она, как и проспект Ленина в любом постсоветском населённом пункте, есть в каждом захолустном селении Кубы. Не говоря о Гаване. И это правда. В районе Капитолия была произведена рекогносцировка на местности, не давшая, впрочем, результатов. Водила наш (за восемь-то «песов» чего не помочь людям?) перекрикивался с другими участниками движения в тщетных попытках выяснить местоположение этого самого оазиса в пустыне непонимания.

– Ладно, амиго, высаживай нас уже около своего глупого Капитолия.

(действующая модель, масштаб 1:1, инструкция по сборке прилагается)

В поисках кафе взрыхлили капитольскую площадь по самую Праду, включая сквер, тумбы, львов и кустики. Всё тщетно. Дался же нам этот «Оазис». Желудок был более мудр и приказал:

– Исключаем слово «оазис», расширяем критерии поиска, постепенно сужая круг. И душим голод на корню!

– Есть, гражданин начальник. В смысле жрать, гражданин начальник!

Прадо. «Памела Андерсон»

11 781 км пути (61 км по Кубе)

У парадного входа в итальянский ресторан с названием «Мест нет» нас, готовеньких перехватила какая-то знойная Памела Андерсон [89] с эскортом френдов. Только зачем она вся вымазалась гуталином? Но знатные памеловские буфера ничем не испортишь. Даже гуталином.

– Поесть, касатики мои? Я знаю за углом один прекрасный ресторан, где всегда для вас места есть, алеманчики мои родненькие. А «камида» там («ля пожрать» по-вашему) – просто пися! Чесслово [90].

«За угол» с нашими новыми провожатыми шли минут десять мрачными, темнеющими подворотнями. Места явно не алеманские. К тому же стало заметно смеркаться:

– Падры, вы тоже слышали вой или мне почудилось?

(Звучит тревожная музыка. Редактор субтитров: Ээро) [91]

Скрасил гнетущую атмосферу маленький проходной сюжет: случайно ли, но на марше я резко сбавил обороты, развернувшись к слегка подотставшей кавалькаде, дабы вопросить давно назревшее «доколе». И пышногрудая Пэм, следущая прямо за мной, оказалась прямёхонько в моих объятьях. Въехала, так сказать, в районе Вьеха в меня всеми своими «бритнями» по самые локти: «Упс! Ай дид ит эгейн!» [92] Она была прекрасна и удивительна. А я был на Кубе! И всё бы этим невинным инцидентом и закончилось, но красотка в динамике со всей своей танкетки ещё въехала и в мою босу ногу в сандалете. И я, почти по Агутину, тут же босоного тарантеллу станцевал [93]. Вот, смотрите: до сих пор синяк под ногтём, как напоминание об её танкетках и чудных гуталиновых формах.

Гавана Вьеха. «Ресторан на троих»

11 782 км пути (62 км по Кубе)

«Рестораном» оказалась комната на втором этаже дома, попавшего, как и многие соседние под артобстрел. Ресторан в три столика. Посетителей тоже было не густо. «Мэ густа!» [94] В смысле только мы втроём на бритни и клюнули. Хозяйка ни слова по-аглицки, от наших тыканий в разговорники толку не больше. Позже с моей стороны всё же была вялая попытка законнектиться, когда уже сытый и довольный, выйдя на балкон и указывая на разрушенный дом напротив, я пробулькал: «Порке?» (в смысле «почему»?) Но кто же их скорострельный кубано разберёт, когда внутри сытость, сибаритство и мысли едва текут вслед за очередным глотком «сэрбэсы» (пива)?

Заказали уже проверенные «поркине и саладо». И «шахматный» чёрно-белый гарнир, само собой. Тот, что «мавр на христианке». Так увлеклись заказыванием, что забыли про цены узнать. Что даже для лошков весьма опрометчиво. И отобедали в итоге без фанатизма… аж на 70 куков! Вот, что мы называем, с присвистом, «пыздэ-эсь».

Оттого второй уже важный урок: хочешь «камиды» – проси «ля карту» (меню). Без неё даже переступать порог не сметь. Да и в меню надо пристальней вглядываться, даже с пьяных шар: баночка «сэрбэсы, пор фавор» стоит 0,9 кука, ну максимум 1,5 (для особо упоротых алеманов-Ё). Но не ШЕСТЬ же! Хотя, как позже выяснилось, у жуликов есть «ля карты» на все случаи жизни: и за 1,5, и за 3, и за наши шесть.

И ещё одна зарубка на носу: статус заведения общественного питания следует интерполировать с учётом кубинского колорита. «Ресторан» означает небольшую кафешку, «кафе» – кулинарию с пустой витриной. А «кафетерий» – это окошко, где бойко продают хот-доги и «кубинбургеры». Последние ядовито-химического жёлтого оттенка. Очень спорная кулинарная забава, по поводу которой желания «всё в жизни испробовать» даже не возникло.

По возвращении в Гавану, уже под занавес путешествия, мы нашли таки тот самый злополучный «Оазис». Кто бы из местных сусаниных догадался, что этим глупым алеманам понадобится затрапезный кафетерий на Праде, с одной витриной-холодильником и двумя кубинбургерами внутри, один краше прежнего. Коллеги, относитесь к путеводителям с известной долей скепсиса.

Гавана Вьеха. «Арбат» вечером

11 784 км пути (64 км по Кубе)

Каждый уважающий себя кубинский город имеет в своём арсенале свой Малекон, свою Праду, свой Арбат, свой Капитолий и свою чудо-сейбу на своей же центральной Пласа де Армас. И Гавана – не исключение. Поэтому немудрено, что прямо с Прады, обогнув отель «Англетер» (левое плечо вперёд), мы попали на… Арбат! Он же Сан-Рафаэль.

В «Англетере» давали живую музыку, прямо на террасе. Создавая тот самый легендарный и неповторимый кубинский колорит танцующих прямо на улице людей. Какой-то местный бомжарик так ловко выделывал коленца прямо перед объективом, что на плёнке только его кульбиты и остались. Нашим бы попрошайкам на паперти столько куража да задора. В связи с чем напрашивается такой вопрос к братьям Кастрам: что же это у вас в стране делается, ежели наши бомжи, к примеру, мирно себе по помойкам лазят, а ваши к гражданам великой державы на улицах пристают посредь бела дня, да ещё и в сумерках? Разберитесь! Сроку – до следующей выездной инспекции.

Вечер и темнота наступили рано (не потому что зима, а потому что рассвет и закат в наших экваториальных водах всегда в шесть), и мы увидели улицу Святого Арбатовича Рафаэлева сперва со второй, тёмной и злачной стороны её жизни: с яркими витринами кафе и валютных магазинов, с амигосами и чиками, сигарами и «фоки-фоки посибле». Это была первая столь ожесточённая и массированная бомбардировка нас недвусмысленными предложениями на предмет лёгкой на продажу любви. В воздухе стоял сладковатый запах разврата и тупого развода на деньги [95].

«Упыри и вурдалаки приготовились к атаке» [96]

Представители злачной отрасли поджидали тут же и везде: из каждого окна, закоулка, скамейки, витрины кафетерия. Колосились буйным цветом спелые, расцветшие под щедрым кубинским солнцем, налитые соком и желанием подзаработать. Они были прекрасны и удивительны! Но мы твёрдо (насколько это выходило в тот момент) решили выстоять этот первый неравный бой. Не уступить ни пяди своей чести и кошелька. Или хотя бы на время отложить неминуемое грехопадение. Ведь позади нас Москва, Воронеж и Чаплыгин. Смотрят на нас с укоризной глазами жён, матерей, племянниц и секретарш. И потом, наши организмы давно подкошены бесконечно долгим Первым днём: перелётами, горгонами, двумя сутками без сна, той же «акклиматизацией» (слово-то какое нерусское), когда перепутаны день с ночью, зима с летом, а срамное с недозволенным…

Мы твердили себе что-то в оправдание про «успеем ещё», про «и не раз» и про «времени ещё вагон»… Честно? Мы испугались той вопиющей простоты и доступности отношений, что так разнилось с нашими отсталыми домостроевскими представлениями о заветности греха. Вся эта тургеневщина с клятвами на Воробьёвых горах, где чеховская дама с собачкой и камелиями праведно пучит глаза и предостерегает. Где те же три товарища (Эрих, Мария и брат их Ремарк) сами могут с кем и как хотят, но нам не позволяют. А ведь ещё есть Травиата, Богема и Чио-Чио-Сан… Разве всё это по верхушкам похватанное квазиэстетское безобразие можно упрятать от самих себя, позабыв за проданные на 15 минут стыд и совесть? [97]

Когда в окнах второго этажа я увидел развесёлую компанию чик и френдов, так мило и по-доброму зазывающих нас не проходить мимо соблазнов, я явственно ощутил себя профессором Плейшнером, который вдруг отчётливо вспомнил, о чём говорил ему Штирлиц, и понял: «Пыздэсь явке!» [98]

Потому, недолго думая, на скорость пробежали зону обстрела туда и обратно там, где она менее темна и опасна [99], с уговором продолжить завтрашний осмотр достопримечательностей с последней контрольной точки, уже при свете дня. Ctrl+Alt+Del [100]. За «трэс пэсос» добрались до «трэс койкас», закинули по «трэс текилас» в голову на сон грядущий, «ля раскурили» сигару и… уже в семь вечера «трэс тушкос» отошли в объятия Морфея, пожелав друг другу столько же впечатлений и в будущем, то есть уже в завтра.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Авторские примечания

1

«Дневники мотоциклиста» (исп.) – название путевых заметок заимствовано у одноимённого художественного фильма Вальтера Саллеса 2004 года, снятого в жанре роуд-муви и основанного на биографии молодого Эрнесто Гевары, будущего пламенного команданте Че Гевары

Вернуться

2

Аргентинский мотоциклист – имеется в виду Эрнесто Че Гевара

Амигосы (amigos, исп.) – друзья

Мучачи (muchachas, исп.) – девушки

Вернуться

3

Цитата заимствована у Джима Джармуша и предваряет его великий мистический роуд-муви «Мертвец» (1995)

Вернуться

4

Явная отсылка к поэме Венедикта Ерофеева «Москва – Петушки», также начинающейся с Уведомления автора:

«Первое издание «Москва—Петушки», благо было в одном экземпляре, быстро разошлось»

Вернуться

5

Отсылка к анекдоту про американцев, купивших у Советского Союза чертежи новейшей подводной лодки. Только что они ни делают, в итоге у них получается паровоз. Те с нотой протеста, мол «что за фуфло вы нам подсунули». А им в ответ, что лучше читать инструкцию надо, в которой в конце написано «доработать напильником»

Рашпиль – напильник с самой крупной насечкой. Отсылка к строчке из песни Владимира Высоцкого «Песня плотника Иосифа»:

Возвращаюся с работы –
Рашпиль ставлю у стены.
Вдруг в окно порхает кто-то
Из постели у жены.

Вернуться

6

Имеется в виду Эрнест Хемингуэй, культовый писатель поколения «шестидесятников», долгие годы проживший на Кубе, недалеко от столицы в селении Ко[х]имар

Вернуться

7

Свободная Куба (исп.), название известного кубинского коктейля на основе рома и кока-колы

Вернуться

8

«Три плюс два» – советская романтическая комедия Генриха Оганесяна 1963 года, по сюжету которой трое друзей отправляются на море в отпуск, чтобы отдохнуть «дикарями»

Вернуться

9

Метатеза имени советского и российского путешественника Фёдора Конюхова, в одиночку неоднократно совершившего кругосветные путешествия, походы к Северному и Южному полюсам, восхождения на высочайшие пики мира

Вернуться

10

Ироничное испанизированное самоназвание компании друзей (далее Банды Рыг или просто Банды), отсылающее к русскому обсценному термину (сокращённо «рыги»)

Здесь и далее в именах, прозвищах и прочей речи компаньонов к месту и нет будут совершаться неоднократные попытки использования правил испанского языка и самих испанских слов: артикли el/las (муж. род), la/los (жен. род), слова «мучо» (очень), «гранде» (большой), «падре» (отец), «мучача, чика» (девушка), «пор фавор» (пожалуйста), «грасьяс» (спасибо), etc.

Вернуться

11

Бобры – ироничное обращение между членами Банды, намекающая, видимо, на умудрённость и обстоятельность животного в советских мультиках. То есть на старость и занудство отельных членов Банды. Также иногда используется обращение «грибы» – намёк на замшелость и нежелание двигаться с места

Вернуться

12

Отсылка к анекдоту:

Бежит сохатый по лесу и орёт: Я – Лось Большие яйца! Гон у него. Так гнал, что сдуру зацепился своими, и впрямь, огромными яйцами за рогатину и оторвал их к чертям! А навстречу корова, вся в романтических соплях, пляшет, пританцовывает, рога в одну сторону, вымя в другую: Я – Корова Большие сиськи! А ты кто? – А я… Лось… просто Лось…

Вернуться

13

Строчка известной советской песни «Наш край», известной любому Homo Sovieticus (Человек советский) с детсадовского возраста:

То берёзка, то рябина,
Куст ракиты над рекой.
Край родной, навек любимый,
Где найдёшь ещё такой?

Вернуться

14

Навигационные и астрономические измерительные инструменты

Вернуться

15

Отсылка к приключенческому роману Даниэля Дефо «Робинзон Крузо» и злоключениях героя, в результате кораблекрушения оказавшегося на необитаемом острове, на котором тот в итоге провёл 28 лет. Сюжет робинзонады и само имя героя давно стали нарицательными

Вернуться

16

Цитата из статьи В. И. Ленина «Памяти Герцена» (1912):

«Узок круг этих революционеров. Страшно далеки они от народа. Но дело их не пропало. Декабристы разбудили Герцена. Герцен начал революционную агитацию»

Вернуться

17

Термин из математического анализа высшей школы, означающий область, удалённую от исходного объекта (точки, области, множества) не более заданного параметра

Вернуться

18

Строчка известной песни Сергея Никитина на слова Юнны Мориц:

Когда мы были молодые
И чушь прекрасную несли.
Фонтаны били голубые
И розы красные росли.

Вернуться

19

Перефразирование (перефраз) известного термина «полная и безоговорочная капитуляция»

Вернуться

20

Строчка известной советской песни, написанной Новиковым и Ошаниным осенью 1945 года, вскоре после окончания Второй мировой войны

Вернуться

21

Варадеро не Куба! (спенглиш)

Вернуться

22

Автомобиль на прокат

Вернуться

23

Цитата, получившая популярность после выхода культового фантастического фильма Роберта Земекиса «Назад в будущее» (1985). Сам термин пришёл из квантовой физики и космологии, описывающий теоретическую математическую модель неразрывно и непрерывно связанных между собой пространства и времени

Вернуться

24

Данный диалог – цитата из поистине народной новогодней лирической комедии Эльдара Рязанова «Ирония судьбы» (1975), неизменно показываемой по отечественному ТВ в последний день уходящего года

Вернуться

25

Eso e eso (исп.) – это и это

Вернуться

26

Сокращение от армейского термина «полная боевая готовность»

Вернуться

27

Одна из главных героинь романа Льва Толстого «Война и мир», наивная, открытая, эмоциональная девушка, естественная в своей простоте, полная отроческих грёз и наивных мечтаний. Любимый персонаж Толстого

Вернуться

28

Небольшая рыбка-наживка. В фразе «собственный заглотыш» просматривается явный сексуальный подтекст

Вернуться

29

Время «Ч» (или Час «Ч») – военный термин, условное обозначение времени начала операции. Время «Ч» служит точкой отсчета для согласования действий различных подразделений (к примеру, Время «Ч» минус ХХ часа…). Транскрипция «Че» – отсылка к сокращению от «Челябинск» и дань уважения Эрнесту Че Геваре

Вернуться

30

Маркировка элитного коньяка «Extra Old» с выдержкой не менее 6 лет

Вернуться

31

Tres (исп.) – три

Вернуться

32

Аллюзия на строчку песни В. С. Высоцкого «И я запел про светлые денёчки / Когда я на почте служил ямщиком», что в свою очередь является цитатой известного русского романса. Данная строчка также была перепета в песне-цитатнике группы Агата Кристи «Сказочная тайга» (1995)

Вернуться

33

Разграничительная черта, разделение границ областей, регионов, стран, зон ответственности и т. п.

Вернуться

34

Отсылка к любимому советскому мультфильму «Каникулы в Простоквашино» (1980) по произведениям Э. Успенского, в котором кот Матроскин на требование почтальона Печкина предъявить документы парирует: «Усы, лапы, хвост – вот мои документы»

Вернуться

35

Первое (и не последнее) завуалированное вхождение обсценной лексики в тексте, как правило обозначаемое тремя и более точками или «иксами» (в зависимости от степени экспансивности). […]рыги – в общем случае оскорбительное обращение к лицу мужского пола, потерявшее изначальный негативный смысл в узком кругу друзей. Неоднократно встречается в повествовании, а также послужило основой для испанизированного ника автора

Вернуться

36

Отсылка к старославянской форме обращения в винительном падеже через через именительный: «иду на вы» (вместо иду на вас)

Вернуться

37

Отсылка к одноимённому названию романа-трилогии А. Н. Толстого

Вернуться

38

Горгона Медуза – персонаж древнегреческой мифологии, чудовище с лицом женщины и змеями вместо волос. Взгляд Медузы обращал всё живое в камень

Вернуться

39

Променад (фр. promenade) – прогулка по городу

Тангаж, крен, рысканье – три угла, задающие наклон летательного аппарата по трём координатным осям

Вернуться

40

Отсылка к строчке из популярной эстрадной песни Игоря Николаева «Комарово», смысл которой известен лишь самому Игорю Николаеву:

На недельку, до второго
Я уеду в Комарово,
Где качается на дюнах
Шереметьевский баркас.

Здесь имеется в виду самолёт в аэропорту Шереметьево-2

Вернуться

41

Марш-бросок (воен.) – стремительное (в пешем порядке чередующееся с бегом) организованное войсковое перемещение

Вернуться

42

Строчка известной советской песни «Подмосковные вечера» авторства В. Соловьёва-Седого на слова М. Матусовского

Вернуться

43

Владимир Гиляровский (1855–1935) – писатель, журналист, знаменитый бытописатель Москвы

Вернуться

44

Персонаж древнегреческих мифов, одна из девяти богинь-муз, покровительница танцевального искусства

Ху а ю (англ. who are you)– кто ты? Какого «ху а ю»? – эвфемизм известного табуированного замечания

Вернуться

45

Пародия на избитые рекламные слоганы в популярном в 90-е комедийном шоу «Оба-на!»:

«Агдам – завтрашнее похмелье уже сегодня!»

Вернуться

46

Отсылка к строчке песни Майка Науменко «Шесть утра»:

Серый туман и дождь.
Светает. Шесть утра.
Вот и наступило то самое завтра,
О котором я что-то слышал вчера.

Вернуться

47

Столичный аэропорт Шереметьево-2

Вернуться

48

Морские чудища в древнегреческой мифологии. Пройти между Сциллой и Харибдой – значит чудом избежать смертельной опасности, грозящей с разных сторон

Вернуться

49

Los tres Ulyssos (исп.) – три Улисса. По преданию именно Одиссею (Улиссу) удалось пройти между Сциллой и Харибдой. Вообще, образ Одиссея в мировой культуре один из самых популярных, олицетворяющих сразу несколько важных человеческих тем: долгого скитания на пути домой, хитрого. Взята латинизированная форма имени Одиссея, как отсылка к другому знаковому произведению – роману Джеймса Джойса

Вернуться

50

Duty-Free Shop/Store (англ.), а также «дьюти, дьютифри, дьютики, беспошлинные зоны, etc.» – сети магазинов беспошлинной торговли ограниченного ассортимента (алкоголь, табак, парфюм…), расположенные в нейтральных зонах пропуска через государственную границу (в портах, вокзалах, аэропортах). Стоимость товара в них не включает некоторые налоги, акцизы и пошлины, поскольку формально территория является нейтральной, не подпадающей под действие налогового законодательства стран

Вернуться

51

Строчка из песни культового украинского дуэта 5'nizza, с 2004 года неизменно находящегося в личной ротации автора. Песни группы сопровождали не только весь непростой кубинский перелёт, но и стали неотъемлемой частью самой жизни

Вернуться

52

Перефразировка знаменитой цитаты из пьесы «Три сестры» Антона Павловича Чехова «В Москву! в Москву! В Москву!»

Вернуться

53

Отсылка к сборнику сатирических рассказов О. Генри «Благородный жулик», объединённых сквозными персонажами Джеффом Питерсом и Энди Таккером – мелкими жуликами, зарабатывающими на жизнь на человеческих пороках: жадности, глупости, страхе, тщеславии. В одном из рассказов Джефф Питерс представлялся индейским целителем Воф-Ху, продающим снадобье «Настойка для Воскрешения Больных», состоящем из воды, хинина и анилиновой краски

Вернуться

54

См. сноску [51]

Вернуться

55

33-го числа 33-го месяца – отсылка к русской фольклорной традиции: «30 лет и 3 года», «33 богатыря»… Цифра 3 во многих мистических учениях и религиях имеет сакральный смысл. К тому же 33 – ещё и намёк на возраст Христа

33 и 1/3 оборота [в минуту] – стандартная скорость вращения диска винилового проигрывателя

Вернуться

56

Отсылка к детскому стихотворению Корнея Чуковского «Чудо-дерево» (1926), на котором растут чулки да башмаки:

Папа с дерева сорвёт:
Маше – гамаши,
Зинке – ботинки,
Нинке – чулки.
А для Мурочки такие
Крохотные голубые
Вязаные башмачки.

Вернуться

57

Сальса (дословно с исп. salsa – «соус») – музыкальный жанр, а также зажигательный латиноамериканский танец

Вернуться

58

Wish you were here (англ.) – название девятого студийного альбома группы Pink Floyd (1975), а также заглавная песня с него. Наряду с тремя другими альбомами, выпущенными группой в 70-е, альбом стал культовым и входит в золотой фонд мировой музыкальной культуры XX века

У названия альбома имеется несколько переводов: «Вам бы тут побывать», «Желаю, чтоб ты был здесь», «Жаль, что ты не здесь»

Вернуться

59

ХОПЁР-Инвест – знаменитая российская финансовая пирамида периода «лихих 90-х». «Вот я и в ХОПРЕ!» – цитата одного из навязчивых рекламных роликов компании, наряду с пресловутым Лёней Голубковым из рекламной кампании «МММ»

Вернуться

60

Добро пожаловать на Кубу! Желаем вам приятного отдыха! (англ.)

Вернуться

61

Казав джа (укр. «сказав джа») – строчка песни «Як казав Джа (Убили негра-2)» группы Запрещенные барабанщики, исполненной на украинском языке

Ола (исп. «hola») – Привет

Но компрэндо (исп. «no comrendo») – не понимаю

Вернуться

62

Отсылка к Бермудскому треугольнику и цитате из песни Владимира Высоцкого «Письмо в редакцию телепередачи Очевидное – Невероятное из сумасшедшего дома»:

Развяжите полотенцы,
Иноверы, изуверцы!
Нам бермуторно на сердце
И бермудно на душе!

Вернуться

63

Джон Рэмбо – главный герой серии боевиков в исполнении Сильвестра Сталлоне, получивших небывалую популярность в СССР и России в период расцвета видеосалонов в 80-90-е. Рэмбо – ветеран вьетнамской войны, спецназовец из элитного подразделения Зелёных беретов США, выполнявшего самые сложные секретные миссии в разных уголках мира, в том числе во вьетнамских джунглях

28% жизни с предыдущего уровня – отсылка к популярным компьютерным шутерам (стрелялкам)

Вернуться

64

Тип номеров в отеле с двойной кроватью и дополнительным спальным местом

Вернуться

65

Сон-тренаж («Дембель пошёл в сержантскую отрабатывать сон-тренаж») – армейское фольклорное определение сна вне чёткого армейского распорядка. Иронично-серьёзный тон термина в отношении дневного сна старослужащего

Вернуться

66

Дмитрий Крылов – популярный российский журналист и телеведущий, создатель и бессменный ведущий авторской программы о путешествиях «Непутёвые заметки», в конце которой он по традиции произносит «ваш Дэ-Ка»

Вернуться

67

Персонаж абсурдистского стихотворения «Бармаглот» Льюиса Кэрролла из сказочной повести «Алиса в Зазеркалье», как и всё произведение автора построенное на игре слов:

Варкалось. Хливкие шорьки
Пырялись по наве
И хрюкотали зелюки
Как мюмзики в мове.

Вернуться

68

Теофило Стивенсон (1952–2012) – знаменитый кубинский боксёр, трёхкратный Олимпийский чемпион, трёхкратный чемпион Мира. В 1988 закончил спортивную карьеру и перешёл на тренерскую работу

Вернуться

69

Отсылка к цитате из доклада, с которым выступил В. И. Ленин 25 октября 2017 года (в канун взятия Зимнего дворца):

«Товарищи! Рабочая и крестьянская революция, о необходимости которой все время говорили большевики, совершилась»

Вернуться

70

Good cigars, good chicas (англ., исп.) – хорошие сигары, хорошие девушки

Френды, амигосы (англ. «friends», исп. «amigos», дословно друзья), также далее по тексту кролиководы – определённая категория лиц из местного населения, крутящихся вокруг неопытных и легковерных туристов с целью лёгкой наживы и развода на деньги, зачастую путём мелкого жульничества и обмана. «Разводить кроликов» – и есть, собственно, сам такой обман. Кролиководы – бессменные антагонисты алеманов-Ё в этой туристической драме

Вернуться

71

Название знаменитой картины Кузьмы Петрова-Водкина, написанной в 1912 году и воспринимаемой как символ грядущих перемен в России

Вернуться

72

Аллюзия на знаменитого Дона Кихота, центрального персонажа романа Мигеля де Сервантеса Сааведра «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский», образ которого растиражирован масс-медиа как архетип наивного борца «с ветряными мельницами» за справедливость

Вернуться

73

Фейсконтроль (англ. face control – дословно «контроль по лицу») – система выборочного допуска и обслуживания посетителей по определённым критериям (дресс-код, возрастные, гендерные, социальные и иные ограничения)

Дресс-код (англ. dress code – кодекс одежды) – установленные правила внешнего видя, стиля и одежды для посещения определённых заведений, мероприятий, организаций

Мамбисесы (исп. mambises – от имени собственного Эутинио Мамби) – название партизан, боровшихся за независимость Кубы в XIX веке. В данном случае – сленговое наименование кубинских полицейских

Фоки-фоки посибле (исп.) – сленговое испано-кубинское выражение, означающее возможность заняться сексом и предложение соответствующих услуг

Вернуться

74

Окончание, характерное для «олбанского» языка или «йезыга падонкафф» – популярного в начале-середине 00-х в русскоязычном сегменте жаргонного языка сетевого общения, строящегося на несоответствии фонетически близкого произношения при намеренно искажённой орфографии (креведго, превед медвед, низачот, убейся апстену, аццкий сотона, жжот, etc.)

Вернуться

75

Название фигуры в старинной русской игре «городки»

Вернуться

76

Вира, майна – устоявшиеся термины в строительстве и такелажном деле, означающие команды «вверх» (вира) и «вниз» (майна)

Семафор – изначально механическое сигнальное устройство на железной дороге, мачта с подвижными манипуляторами-крыльями. В настоящее время практически полностью вытеснены светофорами. Семафорить – активно жестикулировать, размахивать руками подобно крыльям семафора

Вернуться

77

Muchacha linda (исп.) – стройная девушка

Вернуться

78

Silicon valley (англ.) – неточный, но устоявшийся перевод Кремниевой долины в США. Здесь намёк на силиконовые импланты и прочие «чудеса» пластической хирургии

Вернуться

79

Знаменитая фраза Карабаса Барабаса из детского музыкального фильма «Приключения Буратино» (1975), наконец узнавшего тайну золотого ключика

Вернуться

80

Mucho bien coche (исп.) – очень хорошая тачка (автомобиль)

Вернуться

81

Название серии легковых автомобилей представительского класса производства Горьковского автозавода. ГАЗ-13, первый автомобиль в серии 1959 года выпуска имел явные сходства с американскими автомобилями середины 50-х годов, в частности с Паккардом-Патрициан и Паккардом-Кариббен образцов 1956 года

Вернуться

82

Баскетбольная команда? (англ.)

Вернуться

83

Siberia – frio! (исп.) – Сибирь – холод!

Вернуться

84

Cerveza (исп.) – пиво. В испанском языке буква «v» произносится как нечто среднее между «в» и «б», а в некоторых случаях как жёсткое «б». О кубано – кубинском варианте испанского и его произношении читать далее

Вернуться

85

См. сноску [21]

Вернуться

86

Легендарный дом в Волгограде, один из главных символов героизма советских граждан в годы Великой Отечественной войны. Осенью 1942 года во время Сталинградской битвы в этом доме в течение 58 дней держала оборону группа советских бойцов

Вернуться

87

Старая избитая студенческая шутка

Вернуться

88

Здесь и далее авторская вольность склонения несклоняемых существительных и наименований, призванная придать тексту ощущение живой разговорной речи

Вернуться

89

Популярная в 90-е годы американская актриса и фотомодель, получившая известность по сериалу «Спасатели Малибу» и съёмкам для Playboy благодаря своей выдающейся груди, накачанной до 5-го размера

Вернуться

90

Просто пися – фраза из детства, вновь запущенная в оборот с легкого языка Профессора Беловежского, «пятого битла» нашей компании

Чесслово (искажённое «честное слово») – триггерная фраза, отмечающая в повествовании момент перехода френдов к стадии развода (см. сноску [70])

Вернуться

91

«Звучит тревожная музыка», «Редактор субтитров С. Ээро» – отсылка к фильмам с субтитрами, транслировавшимся в 70-80-е годы по Второму общественному (образовательному) каналу СССР. В конце каждого из фильма обязательно шли финальные титры про редактора Ээро. Гораздо позже выяснилось, что этот самый загадочный С. Ээро – Светлана Ээро, редактор субтитров на советском телевидении. Так ТВ СССР предоставляло возможность людям с ограниченным слухом смотреть художественные фильмы. В 80-е также на «второй кнопке» начали транслировать и новостные передачи с живыми сурдопереводчиками. А ещё по Второму каналу днём шли образовательные учебные передачи и телеуроки школьного курса по истории, иностранным языкам, музыке, экранизации программной классики, а также собственные телесериалы для детей и юношества, снятые на детской телестудии «Орлёнок». К сожалению весь архив студии «Орлёнок» и учебные телепрограммы были утрачены в 90-е…

Вернуться

92

Бритни Спирс – популярная в 2000-х американская поп-исполнительница, взорвавшая чарты с двумя первыми альбомами «…Baby One More Time» (1999) и «Oops!… I Did It Again» (2000)

Вернуться

93

Леонид Агутин – популярный российский музыкант из «пугачёвского» эстрадного пула, полностью заполонившего отечественную эстраду на несколько десятков лет. Агутин стал известен после дебютного хита «Босоногий мальчик» (1999), откуда и взята цитата «Босоногий мальчик тарантеллу танцевал»

Вернуться

94

Me gusta (исп.) – мне нравится. Игра созвучий «не густо – мэ густа»

Вернуться

95

Переосмысление расхожего выражения «сладкий запах победы» и перефраз знаменитой цитаты из военно-психологической драмы Фрэнсиса Форда Копполы «Апокалипсис сегодня» (1979):

«Чувствуешь запах? Это напалм, сынок. Больше ничто в мире не пахнет так. Я люблю запах напалма поутру. Однажды мы бомбили одну высоту, двенадцать часов подряд. И когда всё закончилось, я поднялся на неё. Там уже никого не было, даже ни одного вонючего трупа. Но запах! Весь холм был им пропитан. Это был запах… победы! Когда-нибудь эта война закончится…»

Вернуться

96

Строчка из панк-сказки, альбома-пародии группы Сектор Газа «Кащей Бессмертный» (1994), любимой, цитируемой и почитаемой членами Банды

Вернуться

97

Культурологические аллюзии на монолог Венечки из культовой поэмы Венедикта Ерофеева «Москва – Петушки» про заповедность стыда:

«Да нет, нет, – тут уж я совсем запутался. – в этом мире есть вещи… Есть такие сферы… Нельзя же так просто: встать и пойти. Потому что самоограничение, что-ли?.. Есть такая заповедность стыда, со времён Ивана Тургенева… И потом – клятва на Воробьёвых горах… И после этого встать и сказать: "ну, ребята…" как-то оскорбительно… Ведь если у кого щепетильное сердце…»

Дама с собачкой – рассказ Антона Павловича Чехова, в центре которого история курортного романа двух несвободных взрослых людей

Дама с камелиями – роман Александра Дюма (мл.) о любви парижской дамы полусвета с молодым аристократом Арманом Дювалем. Роман лёг в основу оперы Джузеппе Верди «Травиата»

Пучит глаза – аллюзия на фамилию итальянского композитора Джакомо Пуччини, автора классических опер «Манон Леско», «Богема», «Тоска», «Мадам Баттерфляй (Чио-Чио-Сан)». Роман «Манон Леско», послуживший основой для одноимённой оперы Пуччини, фигурирует в завязке «Дамы с камелиями»

Три товарища – роман немецкого писателя Эриха Марии Ремарка, в сюжете которого падшим женщинам отведено немало места

Вернуться

98

Отсылка к сюжету и персонажам серии произведений Юлиана Семёнова о советском разведчике-нелегале Максиме Максимовиче Исаеве, работающим в Нацистской Германии под именем Макс Отто фон Штирлиц. Штирлиц приобрёл всесоюзную популярность после выхода в 1973 году одноимённой экранизации романа «17 мгновений весны», стал героем советских анекдотов наряду с чукчей, Чапаевым и Леонидом Ильичом Брежневым

Вернуться

99

Отсылка к знаменитой трафаретной надписи на стенах домов во время блокады Ленинграда «Граждане! При артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна». В память о героизме ленинградцев некоторые надписи восстановлены на своих исторических местах. В частности на стене дома 14 по Невскому проспекту, о которой Александр Розенбаум спел в песне «Прогулка по Невскому»:

Так давайте пройдём в этот вечер прекрасный
Старым Невским моим, да по той стороне,
Что в обстреле была так темна и опасна.

Данная строчка и процитирована в тексте

Вернуться

100

Сочетание клавиш клавиатуры, команда перезагрузки компьютера

Вернуться