# Нашей свадьбы не будет?

Алиса Елисеева

Элина и Алексей мечтали быть вместе, но их счастье разрушала ревнивая мать. Она создавала ситуации, когда верность парня была под большим вопросом. И девушка ушла, бросила возлюбленного. На все его попытки примириться, отвечала отказом, пока не произошла трагическая случайность, в которой он пострадал. Значит, свадьбы не будет?

## Глава 1.

Как бы мы с Алексом не старались притворяться влюблённой парой, наша любовь за два года жизни не привела к свадьбе. Он любил усложнять все эмоциями, я любила включать разум и отключать чувства. И чем сильнее он старался затащить меня в зал бракосочетаний, тем страшнее мне было представить его своим надолго или навсегда. А все начиналось так красиво, ну просто мечта!

Встречались мы два года, последний год жили вместе. И еще несколько лет до этого счастья я была тайно влюблена в него, старшеклассника. Алексей, который сейчас уже без пяти минут муж, – моя первая настоящая любовь. Я очень страдала, засыпала и просыпалась с мечтой о нем и нашей свадьбе.

Я была младше на целых три года, но как только расцвела и стала красавицей, как только случайно вижу, как он идёт – в меня вселялся бесёнок. Мне хотелось искоса поглядеть и быстренько сбежать, махнув ему хвостом. Я могла в своих мечтах стать его любимой. Придумывала для себя сказки о том, как мы вместе. И безумно ревновала. Я умирала от зависти, когда видела, как он разговаривает со своими подругами или обнимает их. Мне хотелось вырасти поскорее, закончить школу, встречаться с ним и поменяться местами. Чтобы он по мне сох, а я только принимала его беззаветную сказочную любовь.

На дискотеки я ходила реветь, а не танцевать. Плакать любила почти каждый раз, но никому не признавалась, почему мне так плохо.

Дискотеки у нас были с Алексеем в одном зале, общие, совместные. Держались мы в своей группе, каждый с ровесниками, старшеклассники вели эти дискотеки, и я старалась как можно заметней мимо него пройти.

С «моим» Алексом всегда была рядом девушка, а в выпускном классе постоянная появилась, чужая, из техникума. Когда я видела их вместе, слезы просто лились в три ручья, и контролировать такие эмоции у меня очень плохо получалось.

Я не понимала, почему он такую выбрал, кривую, косую и хромую ведьму. Неужели она лучше всех? Хотя, что уж было не понять – молодой человек жил взрослой жизнью, и, конечно, не собирался этого лишаться, и обращать на меня своё внимание. На птенца неоперившегося.

На меня заглядывались некоторые Лешкины ровесники, приглашали на медленный танец, шутили.… Но я всегда скромно отказывалась, потому, что ждала хотя бы взгляда в мою сторону или улыбки от него одного.

О безумных страданиях знала только лучшая подруга Наташка и старшеклассница Оксана, одна из подружек Алексея, которая была очень добрым и проницательным человеком. Увидела мой измученный тоской вид, взгляд в его сторону, и подошла. Обняла, расспросила. Поняла, что я – влюбленная маленькая дурочка. Именно она оказала мне неоценимую услугу – попросила его прятаться со своими подружками, потому, что есть девушки, в него тайно влюбленные, и это очень больно видеть. После этого бедный парень вёл себя прилично все время оглядывался, не следует ли поклонницы за ним хвостом.

Оксанка меня часто отговаривала:

– Он красивый, но глупый! Плохо учится. А ты отличница. Зачем тебе глупый? Даже на будущее – сама посуди!

– Такого не может быть, что он глупый. – возражала я, краснея, как алая роза, – И мне все равно! Я буду смотреть и любоваться!

– Ты поговори с ним хоть раз, Элин, может, он со стороны нравится, а так – скучный и дурачок.

– Нет, я не смогу. Я с ума сойду, если подойду к нему.

Когда он приближался, я действительно вела себя неадекватно, в груди быстрее билось сердце, я ужасно хотела, чтобы он стал моим парнем, и, в тоже время, этого боялась.

Лешка поглядывал, иногда улыбался, а я просто чудом спасалась от счастливых обмороков.

Однажды, Оксана решила развеять мои страхи и поближе познакомить. Привела нас с подружкой на пятый этаж школы во время дискотеки, и сказала, что он сейчас придет познакомиться с нами двумя, как потенциальный жених в будущем. То есть, и со мной тоже. Договорилась, он на эту встречу согласился. Думаю, развеять мои сомнения хотел или отказать. Но не выдержала и в панике сбежала. Не хотела себя выдавать. Быть тайной поклонницей легче, чем сознаваться в чувствах.

Столкнулась с ним на лестнице, он чуть не остановил меня, улыбнулся, а я не решилась даже посмотреть в глаза. Пробежала мимо, словно, я- это вообще не влюблённая в него дурочка, а так, мимо пробегала.

А на его выпускном я смотрела, как танцуют вальс, и сходила с ума от того, что больше не увижу его в школе. Стояла в дверях, как в последний раз любовалась его красотой, провожала, уже скучала… Он вдруг случайно быстро посмотрел в мою сторону и сбился.

Я тут же сбежала. Поднялась на последний, пятый этаж школы, где мы должны были с ним познакомиться, закрыла лицо руками и дала волю слезам. Завтра с родителями летим на море, и я могу больше никогда, никогда его не увидеть.

Не знаю, сколько времени прошло, но я услышала шаги и сидела очень тихо.

Это был… он. Один. В руках незажженная сигарета. Увидел меня, сел рядом на ступеньки, потом обнял, ничего не сказав. Погладил по спине осторожно и бережно, дотронулся до волос. Это было так прекрасно и так удивительно, что я постепенно перестала плакать, успокоилась и положила ему голову на плечо. Так мы сидели очень долго в полной тишине. Я думала, что Алекс с кем-то договорился здесь встретиться, а случайно к нему в лапы попала я.

Когда услышали крики, смех, его позвали по имени, и начали подниматься, Алексей осторожно погладил меня по голове и сказал: «Не плачь никогда больше. Все будет хорошо». А потом, обнял так сильно и крепко, хоть и по-дружески, что я захотела запомнить это навсегда. … Он тихо шепнул мне прямо в ухо: «А теперь беги, и никогда не плачь!».

И я убежала.

Прошло больше года. Я перешла в одиннадцатый класс, Леха вернулся из армии, сразу стал гулять, веселиться с друзьями, собирался поступать в технический ВУЗ. И заходил почти каждый день в нашу школу повидать некоторых учителей, позаниматься. Сидел с математиком, физиком после всех уроков. Несколько раз его компания приглашала и нас на свои концерты, в гости. Но я никогда не соглашалась идти к кому-то домой, потому, что не хотела выдать свои чувства и увидеть его снова с другими девушками. Я все еще очень сильно любила.

А на моем выпускном вечере мы стали встречаться. Он приехал, сам ко мне подошел с цветами, поздравил и обнял. Мы посмотрели друг на друга снова … и все! Разум отказал полностью. Я пришла в себя, когда мы с ним уже сладко целовались.

Этот день стал самым счастливым в моей жизни.

Я стала к этому времени смелой и очень «яркой». Необычно одевалась, открыто, весело смеялась и обладала всеми качествами умной девушки с чувством собственного достоинства в глазах.

Теперь он смущался, взгляд отводил.

Влюбился.

А я привыкла, и мне стало, как-то «ровно». Нравится, да, но без этих жутких эмоций до обморока, без фанатизма. Могла его уже близко рассматривать, недостатки какие-то появились. Лицо красивое, правильные черты, идеальный нос, форма лица, глаза и брови бесподобны – я, как художница, его очень часто рисовала.… А зубки у него не очень ровные рядом с клыками, слегка повёрнуты. Смеется, иногда, невпопад. Стесняется меня. Глупости говорит. Носки там, всякие разные.

Когда собирались вместе с его друзьями, Алекс меня не выпускал из рук и не давал пообщаться. Просто, сажал к себе на колени, и все. Мне приходилось вырываться, я возмущалась… И звал он меня не по имени, а «Лялька». В общем, летом мы встречались, не расставаясь, и начали жить вместе, когда я поступила на первый курс.

Полтора года просто замечательно жили. Ремонт в съемной квартире сделали, целовались постоянно, и он меня встречал на машине, когда в его институте занятий не было.

Если Лешка выходил из неё и ждал на улице – однокурсницы завидовали, какой красивый. Синие глаза, чёрные брови, темные волосы, высокий, стройный, модный… Машину ему родители хорошую еще до армии успели купить, на восемнадцать лет. А мне они дарили жутко дорогие ювелирные украшения, которые хотелось сразу отдать обратно.

Последние полгода перед свадьбой мы стали жить, как кошка с собакой. Очень часто ругались, по разным причинам. В основном из-за того, что меня совсем не любила его мама, а он словами никак меня не защищал. Просто уводил в сторону и обнимал. Или один к родителям ездил в гости. Ничего не объяснял, почему так.

Я стала психовать, срывалась, Алекс отвечал. Иногда он злился так сильно, что кричал на меня в упор. Но руками не трогал.

«Что тебе еще надо???», «Да что тебе не нравится?», «Хватит меня отталкивать!!!», «Как ты меня назвала???» И всякие фразы обвиняющие говорил.

Всегда после ссоры уезжал, уносился, как ветер. Гулял в клубах, возвращался утром, уставший, а последнее время и пахнувший женским парфюмом очень сильно. Я дальше злилась и обзывала его нетрадиционными словами. А свадьбу никто не отменял. Он все так же настаивал на подаче заявления в ЗАГС, и осенью мы должны были пожениться.

Устала от его настойчивых предложений, от встреч с родителями, которые уже о свадьбе между собой договорились. Только поэтому, не стала отказываться, и мы с Лешей, по плану, пошли, подали заявление в один из «мирных» дней.

А сами стали жить, как молчаливые соседи. Потому, что Лешка сказал, что если мы не будем разговаривать о чувствах и предъявлять претензии, не сможем поссориться, и все будет хорошо.

Через месяц я не выдержала. Собрала вещи и ушла в комнату в общежитии. А он, вместо того, чтобы постараться узнать, почему я сбежала, пообещать, что больше никуда не будет по ночам уезжать, продолжал гулять и вообще пропал куда-то. Оказалось – на море средиземное с родителями уехал.

Вернулся загоревший, отдохнувший, красивый, как звезда. Приехал к общежитию моему. Его в комнату не пустили по моей просьбе. И я сама выходить не хотела. Алекс не уезжал, стоял возле машины, ждал меня под окнами до поздней ночи, пока все-таки, из чувства вины, не спустилась к нему.

Попросил прощения за все, встал на колени, протянул огромное дорогое кольцо с сапфирами, и умолял: «Пойдем домой, я тебя люблю!» Я сказала, что подумаю и пока не хочу его видеть, мы поцеловались один раз, и снова он куда-то пропал. Не звонит и не приезжает.

Прошло уже целых две недели, как я съехала из нашей квартиры с ремонтом и планами на будущее. Мне понравилось жить с девчонками, и парни неплохие есть. Но, пока, ни с кем не встречалась и близко не общалась, всегда отказывалась. И вот, мне позвонили. Не мой молодой человек, а его мать, и поставила ультиматум! Или я прекращаю издеваться над ее мальчиком и будет свадьба, как планировали, или чтобы я исчезла, и свадьбы точно не будет никогда! Унижаться он больше не собирается.

Я ее спросила: «А он сам что, разговаривать не умеет? Почему сам не позвонил с тем же вопросом?» Она ничего не ответила, бросила трубку.

Чувства к нему были, но я считала, что он глупо себя ведет все время. И не особенно верила, что изменится. А со свекровью будущей уже до свадьбы, получается, у меня ужасные отношения, потому, что теперь он еще и жалуется ей.

Можно было просто поговорить нормально и отложить эту церемонию, пока мозги на место не встанут. Леша же старше меня на три года! А вел себя все это время, как будто маленький мальчик. Уезжал, как псих, гулял днями и ночами неизвестно с кем.

Все украшения, которые они дарили, остались у него в квартире. Только это кольцо руку жгло. Надо было или вернуть, или в банк отвезти в арендованную ячейку, а то, вдруг, потеряется, оно очень дорогое.

Вообще, всегда волновалась, что после свадьбы станет всё только хуже. Что делать, я не знала. Все гости со стороны его родителей, уже приглашены, ресторан забронирован, его матери совсем «не улыбается» обзванивать всех, отменять нашу свадьбу

## Глава 2.

После расставания и этого ужасного звонка от будущей свекрови я сидела в комнате с соседкой по общежитию и старалась взять себя в руки. Возвращаться было нельзя. Я все время думала: «Это не моя вина, мне пришлось уйти!»

Мы болтали о проблемах. То есть, она расспрашивала, а я отвечала.

– Какой ужас, – Светка слушала меня с широко открытыми глазами, – как она вообще могла такое условие поставить, после того, что Лешка творил… И что ты будешь делать?

– Как видишь, я сижу, жду, когда до него дойдет, как до утки – недовольно усмехнулась и фыркнуля я, поправив новые часы, которые он подарил. – Ждать буду до последнего. Домой не вернусь. Он меня… покупает, понимаешь? То есть, даже не он сам, а уверена, что его родители дуют ему во все места и целуют… туда же… И кольцо это прекрасное явно мама его выбирала.

– Мне, кажется, ты должна ему помочь как-то принять решение… Выясни, почему он таскается везде по бабам, когда вы ссоритесь! – Светка задумалась, помолчала. Потом уверенно сообщила – Алекс убегает от скандалов, как многие мужики. Что он выдал после недели разлуки? Только три волшебных слова? Мне кажется, боится опять сорваться и наговорить лишнего или признаться в неверности!

– Да пусть говорит, что хочет. Лишь бы мать его мне больше не звонила. До сих пор отойти не могу.

– Он злится сейчас на тебя, как ты думаешь?

– Конечно, злится. Еще бы. Любимая игрушка из дома пропала. Поиграть не с кем после учебы. Ты думаешь, я должна его, как взрослый человек… как его мама понимать? А я, разве, смогу? Он же старше, Свет! Мужчина должен быть умнее!

– Должен. Но не всегда! – Светка захихикала злорадно.– Можно, хотя бы, попытаться понять, почему он тебя избегает. С ним ты сама почти ни о чем не разговаривала. Только лучше на нейтральной территории окончательно расставаться. Назначь встречу, чтобы люди рядом были, он приличнее себя вести будет. А с мамашей беда. Если вы поженитесь, она тебя достанет, это точно!

Я представила себе, что мы живем втроем. Я, мальчик Лешенька и его «мамахен». Свекр куда-то из этой схемы исчез. Подняла глаза к небесам и искренне прошептала: «О, боже, пожалуйста, только не это».

Светка внимательно на меня смотрела.

– Ты вообще его любишь? Будешь слушать его признания?

– Я не знаю, найдутся ли слова, которым поверю. Он мне больше нравится, когда молчит. Понимаешь? Я влюблена была в него ребенком, а когда встречаться начали – беспокойно становится. … Душит он меня своими объятиями, как собственник, который еще, и разговаривать нормально не умеет.

Я всхлипнула, загрустила. Сложно оставаться, ждать его дома, когда не знаешь, куда он поехал на всю ночь. Мне нужно, конечно, окончательно убедится в том, что он еще до свадьбы меня предает, изменяет, встречается с другими по-настоящему.

– Это так плохо, дальше будет только хуже, – убедительно сказала Светка. – Точно надо знать, конечно, на все сто процентов, раз не признаётся. Он же ни разу не пообещал, что больше не будет… Проследи! Попроси показать телефон! Потому что, если, не увидишь сама – ты будешь думать, что лишилась классного парня.

– Следить я за ним точно не буду, – отмахнулась я. – Я в детстве настрадалась от своей слежки. Увидеть его с кем-то, для меня настоящая моральная катастрофа. Лучше я других подтверждений подожду, начнет жить с кем-то у нас дома, или найдет слова, чтобы рассказать мне, чем занимался в клубах по ночам! Кстати, на море тоже! Пока я тут с вами живу в общежитии – он отдыхал!

– А дай мне его телефончик, пожалуйста, – Светка хитро улыбнулась. – Может, я с ним познакомлюсь и … все узнаю!

Света смотрела на меня честными и невинными глазами, я не стала ей возражать, что это не выход, и быстро перекинула контакт. Позвонила по громкой связи.

– Алексей? – тихо томным голосом спросила Светка, – Нам очень нужно встретиться и поговорить.

– Кто это?! – недовольство Лешки было очевидным.

– Нам нужно поговорить, – не представившись, начала настаивать Света.

– Говори, – голос был безразличным и каким–то тоскливым.

– Это не по телефону, нам надо встретиться, – с нежностью, как загадочная принцесса, сказала подруга, – мы можем сегодня увидеть друг друга? Я буду в алой юбке и белой блузке, у меня светлые длинные волосы…

Он бросил трубку.

– Черт! Вот идиот! – голос Светки стал грубым, как у демона.

Я расхохоталась. Было приятно, что он не обрадовался незнакомой девушке.

– Я же говорила – красивый, но идиот! – Сказала ласковым голосом и с улыбкой, было смешно, как преобразилась Светка.

– Богатый идиот, я бы так сказала. Ну ладно. Еще не вечер. Я его добью! По крайней мере, будем знать, куда он ходит, когда пригласит меня!

– Свет, я знаю. Я с ним раньше тоже каталась… Хочешь, скажу, где он бывает? Перечислю злачные места? Найдешь его и… делай, что совесть позволит! – я опять засмеялась.

– А ты вообще в своем уме? Не боишься, что уведу?

– Я??? Нет! Я боюсь, что его матерь станет моей свекровью. А увести от меня… он же не совсем баран, чтобы его уводили. Вообще-то, … может и совсем. Не знаю, как доучился, у него же диплом в этом году, технический вуз, и программа там жутко сложная для его мозгов. В школе на одни тройки учился.

– Ладно! Тогда давай ваш адрес!

– Ты что? Поедешь? И не лень тебе?

– Подругам надо помогать определиться в жизни.

Светку я знала всего несколько недель, она училась на другом факультете, просто жили вместе. Но раз она назвалась подругой… Почему бы и нет.

– Поедем вместе, я тебя подожду в кафе возле нашего дома, там молочный коктейль волшебный… мамочка, я уже хочу его!

– Давай! Только сначала надо принарядиться! И волосы завить!

Я ждала Светку добрых полтора часа. Уже и коктейль перестал передо мной маячить, я схомячила две сахарные булки и сидела сытая. Наконец принцесса была готова.

– Так! Я готова к любым приключениям! Если он меня отошьет, а такое тоже может быть, … тогда придется признаться, что я твоя подруга. Без твоего ведома, узнала, где он живет, потому, что мне его жалко. Скажу, что ты не узнаешь, и мы с Алексом поговорим о вашем совместном будущем, хорошо?

– Да, но причем здесь совместное будущее? – безразлично возразила я, – Мне интересно, что он делал в нашем недалеком прошлом, когда уносился в неизвестном направлении до утра и приходил весь в жутких духах, благоухал незнакомыми мне ароматами.

– А будущее важнее! Или он еще считает тебя своей правильной невестой, или уже понимает, что допустил ошибку. И ты – звезда не его романа!

Светлана тоже была старше, поэтому я молча кивнула и стала вызывать такси. Если он не сидит дома скучным и одиноким, а уже привел к себе замену, я тоже буду знать.

Мы поехали. В такси я чувствовала себя неуверенно, казалось, что совершаю большую ошибку. Света пахла вкусно, макияж был ярким, как будто собралась на день рождения к нему, а я была, как всегда в своем стиле. Только стрелки и персиковые тени. Но у меня яркие волосы и глаза, сочные губы, и… я ему нравилась. Это было очень заметно по блеску в глазах.

Даже в моменты жуткой ссоры Алекс смотрел, не отрываясь, на губы и… начинал умолять, чтобы я поцеловала его. Или сам впивался в мои уста страстным поцелуем. Я тоже, иногда, не выдерживала и первая целовала. Он сразу все прощал. Ладно. Не стоит вспоминать. Красивый парень, конечно, яркий. Одевается со вкусом. И даже эти зубки, рядом с клыками, чуть повернутые вперед, были ему к лицу.

Он вообще похож на какую-то рок звезду. Да и был ей еще год назад… Играл в группе. Ах, как красив был Леха на сцене их маленького клуба, когда мы только начали встречаться… Может он там и пропадал ночами? Или у родителей в доме? Нет, вряд ли. Музыканты наши все разошлись, разъехались. К тому же он был любителем, а не профессионалом. И еще эти духи ужасные, полфлакона выльешь, и то меньше пахнет.

Приехали, наконец. Свет в окне горел только на кухне. Ужин Лешка готовил всегда сам. Он вообще любил делать всякие вкусные штуки. У меня к готовке душа пока не лежала, с ним в этом сравниться не могла. Но убиралась просто замечательно, как он говорил – «Чистюля моя».

– Свет, буду тебя ждать, но не больше пары часов, потому, что поздно уже. Если что, пришли мне сообщение. – Я показала ей вход в мини-ресторанчик, и мы разошлись.

Уже через сорок минут Светка вернулась встрепанная и злая. Подсела ко мне, взяла меню и молчит.

– Ну что?

– Больной какой-то. Назвал меня… Слушай, а он у тебя такой наглый! Но ты права, и в жизни красивый мужик, не только на фото. Баб у него, наверное… очень много.

– Он один был?

– Откуда я знаю.

– Так ты не заходила? Что же ты так долго!

– Я делом, между прочим, занималась. Нет, не пригласил пока. Два раза пыталась нормально поговорить. Потом звонила, звонила – он музыку врубил, рок какой-то, не открыл больше. Я по соседям прошлась.

– И зачем, если не секрет? Свет, причем тут соседи?

– А притом. Болтливые бабульки знаешь, как много расскажут? Еще больше, чем вы сами о себе знаете.

– Понятно… Сплетни собирала.

– Это не сплетни! Я прикинулась несчастной брошенной подружкой, просила помочь, рассказать с кем живет, с кем встречается… Ну, так вот. Вы – наглые «мажорики». Его мамаша приезжала и права качала с хозяйкой квартиры, чтобы вам ремонт делать в счет аренды. Надавила на нее. Он постоянно дома, не работает, никуда не ходит. Одна соседка на него запала и пару раз пыталась угостить яблочным пирогом. А еще – минуточку внимания, он ходит в соседний дом! К психологу! У вас на подъезде объявление висело, видела? Семейный психолог! Добрая женщина мне поведала, она тоже к нему ходит, мужа хочет в семью вернуть. Пересекались они как-то.

– Прекрасно! Пусть ходит. Ему полезно. Может научиться сам решения принимать, а не ждать, что мамочка скажет.

– Так он из-за твоих выкрутасов ходит.

– Нет. Я нормальная. Это у него проблемы в семье, не у меня. – Я засмеялась. – Как сам выглядел?

– Как… Хорошо, отлично даже. Не хочешь зайти, сама посмотреть? Хотя, лучше не надо. Обратно поедем.

– А поехали … Свет, ты такая нарядная, давай, где-нибудь потанцуем? Настроение хочется поднять. Я что–то рядом с домом совсем расстроилась. Хочу туда, где мы с ним раньше вместе были. Разведаем обстановку, узнает меня кто-нибудь там или нет, я не знаю. Наверное, нет.

– Точно! Я и думаю, зря старалась, что ли? Поехали! – Светка быстро согласилась.

– Хочу именно потанцевать, расслабиться. А то, в последний раз я была в клубе с Лешкой, и он меня держал в руках, как в оковах. Только медленные танцы. Попрыгать не давал!

Я не соврала. Очень редко имела возможность показывать свою энергию, потому, что моему парню казалось, что я для кого–то другого танцую.

«Ну вот, сегодня у меня будет праздник! Не все же ему одному веселиться!» – мысленно поздравила себя я, проходя сквозь толпу с бокалом безалкогольного коктейля. За барной стойкой стоял Антонио, приветственно помахал мне рукой и улыбнулся. Я уже поняла, что он меня узнал. Ну и пусть! Какая разница, я собиралась потанцевать, а не встречаться с мужчинами. А Светка тут же подцепила какого-то парня и приветливо с ним смеялась. Она яркая сегодня, заметная. Юбка – просто огонь!

Я нашла свободное место за столиком, сняла свою короткую кожаную курточку и спокойно вышла на танцпол, присоединившись к такой же малознакомой на вид молодежи. Улыбаясь, помахала Светке, чтобы она меня не потеряла… И … оторвалась по полной!

Свобода!!! Я, казалось, чувствовала себя вне этого пространства, отдавшись только ритму. Мне было все равно, что на меня кто-то смотрит, я красиво танцую с детства. Совсем не стеснялась, чувствовала взгляды и улыбки.

Ко мне присоединялись незнакомые девчонки, мы даже кричали радостно… Дальше было еще лучше. Какой-то парень поднял свою девушку и меня на сцену, туда уже по ступенькам поднялась Светка, и мы еще веселей зажгли. Визжали и подпевали, казалось, что я даже голос потеряла. Было очень весело. Классно! Я взмокла, волосы шелком блестели и переливались, видела свое отражение в зеркалах…

Простая черная майка, кожаные брюки и полусапожки, никаких коротких юбок, но я все равно чувствовала себя женственной.

Адреналин не давал упокоиться. Но, когда уже третий танец завершился, захотела со сцены слезть. Меня снял огромный мужик и сразу повел к своему столику. Я, конечно, быстро вырвалась и засмеялась. Убежала от него.

Светка спустилась тем же путем, она же в юбке узкой была, и, зачем-то, надела мою брошенную куртку. Смотрелась неплохо… Она блондинка и, к тому же, выглядит повзрослее.

Я потянула ее за руку и предложила уехать, но она отрицательно покачала головой. Потом наклонилась ко мне и сказала, что здесь «все супер», она будет еще танцевать, а я могу ее подождать, посидеть на диванчиках.

Хотелось выйти, чуть-чуть остыть.

И тут я увидела Леху.

Повеселились… Вот и конец веселым танцам.

Сначала мне казалось, что он приехал сюда, как обычно. Не за мной, а просто отдохнуть, и постаралась быстро смешаться с толпой, чтобы потом, так же быстро, сбежать. Но, он еще быстрее подошел к бармену, и тот показал ему пальцем прямо в мою сторону.

О боже, только не это. Меня сдали…

Нужно было тоже смело сделать несколько шагов ему навстречу, но я наоборот еще дальше попыталась отойти. По мере Лешкиного приближения, я поняла, что его лицо не выражает ничего хорошего для меня. Он очень разозлился. Не совсем понятно почему. Себе позволял отдыхать каждый раз, когда мы ссорились, а мне что, нельзя даже потанцевать?

«Бармен предатель! Надо было другое место выбрать, и кто меня сюда потянул!» – сокрушалась я, отступая.

Наконец дичь, то есть я, была поймана охотником. Я снова почувствовала его сильные руки на своей спине. Майка была мокрая, наверное, ему это было неприятно. А в остальном он держал, как всегда привычно и знакомо.

– Какая ты довольная… – медленно сказал Алекс мне прямо в ухо, – Зря времени не теряешь! И давно ты так гуляешь от меня???

В его голосе ревность и злость? Или он презирает меня за это желание повеселиться хоть раз?

– Я что, не имею право потанцевать? – уточнила я, – Или это только тебе можно, а я должна грустно сидеть у окна?

– По-моему грустно у окна сижу я!

– Когда я была дома, ты не сидел!!!

– Откуда ты знаешь, где я сидел?!

– Вот именно, откуда? Может и не сидел, лежал! Понятия не имею, что ты делал! – Я попыталась вырваться.

Он еще сильнее прижал меня к себе. Обнял и приподнял. Провел губами по моей щеке, чтобы сказать на ухо совсем другим голосом:.

– Может, … поговорим об этом?

Похоже, Алекс не отпустит. Я, с надеждой, выставила перед собой руки, откинулась и заглянула в глаза. Его лицо было напряженным, в глазах горел знакомый огонь. Мне показалось, что сейчас он меня поцелует. От страсти у него дрожали губы, он кусал их и еле сдерживался.

– О чем поговорим? О моих танцах, или о твоих? – вежливо спросила я.

– Я без тебя не танцую ни с кем! И вообще, … ты меня не знаешь!

– И что мне делать? Догадываться? Сколько еще я буду думать о твоих термоядерных женских парфюмах на одежде? Мне надоело, Леш, пусти!!!

Он поставил меня, чуть расслабил руки, но не отпускал.

– Так, что ты об этом думаешь? Ревнуешь? Боишься потерять?

– С ума сошел? Точно!!! Я должна бояться потерять, когда тебя ночью нет дома, и ты приходишь… как я не знаю от кого! Это ты бояться должен, дорогой! Такое, вообще–то, не прощают! Это не просто попрыгать под музыку в толпе!

– Подожди… Это не то, что ты думаешь! Правда!

– Можешь продолжать делать всё, что захочется, только меня отпусти, я уже дышать не могу! Мне не нравится, когда меня кто-то держит.

Я снова попыталась вырваться. Мы орали друг другу на ухо, вокруг танцевали люди, и мне совсем не хотелось так стоять, зажатой.

Он начал меня гладить по спине и плечам. Выражение лица стало несчастным, растерянным. Опять наклонился ко мне.

– Подожди! Я расскажу! Ты прости меня. Я ничего не сделал такого… Лялька, мы с тобой как-то не так всё делаем. Неправильно.

Я обняла его за шею, притянула и постаралась, как можно более отчетливо высказаться:

– Пусть тебе психиатр твой расскажет как правильно. Леш, давай закончим с этими отношениями, возьми свое кольцо и всё. Хватит мучить и меня, и себя.

– Как ты так можешь? Элин, я думал ты любишь меня. Почему с нами так случилось?

Из жалости, или, пытаясь как-то помягче закончить разговор, я взяла этого ненормального жениха за руку и повела подальше от танцпола. Может и стоит дать ему возможность высказаться нормально, спокойно.

Мы вышли в холл, дошли до входа в ресторан, там было достаточно тихо и прохладно.

Я оглянулась. Алекс был полностью растерян и выглядел, как побитый по щекам. Вспомнила, что у Светки моя куртка, на улице без нее будет прохладно, но мне больше всего хотелось, чтобы он не узнал про то, что мы с ней вместе. Светлана же приходила к нему сегодня. Получится, что я за ним слежу. Черт с ней, с этой курткой и телефоном.

– Пойдем, выйдем на улицу, и ты мне всё скажешь, что хотел. – Наконец, решилась я.

– А что я могу тебе сказать? Могу повторить, что люблю… Добавить, что жить не могу?

– Все ты можешь, – я презрительно усмехнулась. – Леш, хватит, правда. Ну что случится, если мы отменим свадьбу? Еще ничего не оплачивали, а аванс за ресторан мои родители отдадут. Это несравнимо маленькая сумма.

– Ты что, не любишь меня совсем?

– Люблю, но это не важно. Мы вместе – не пара. Нам невозможно понять друг друга! Я тебя вообще не понимаю. И маму твою тем более.

– Прости. Прости за духи.

– Да ладно! Теперь прости? Поверить не могу! А за что еще, не хочешь рассказать?

– Только за это. Мама сказала, что тебя надо заставить ревновать… Чтобы ты… боялась меня потерять…

– А причем тут мама твоя? Драгоценности для меня она выбирала? Так я ничего не взяла, и кольцо с удовольствием отдам. Не боюсь я тебя потерять!

– Духи. Она мне несколько флаконов отдала. Сказала, что так нужно… Хочешь, посмотри… в машине валяются.

## Глава 3.

Все понятно, моя будущая свекровь хочет, чтобы я по своей инициативе с женихом рассталась. Сын её решиться не может, свадьбу не отменяет. А она делает вид, что на его стороне, и замечательно провоцирует скандалы. А что если на самом деле глупый Лёшка делал это, чтобы меня заставить ревновать? Какая замечательная идея!

– Лялька, пойдем со мной, прошу тебя. – Алексей не дал мне обдумать и восхититься от всей души и потащил на улицу.

– Подожди, куда я с тобой должна пойти?

– К моей машине только подойдем. Я покажу тебе.

– Подожди, Леш, я не одна сюда пришла, вообще-то!

– С кем? У-же с кем-то встречаешься? – он почти заикался, голос опять стал холодным, отстраненным.

– Не совсем. Я с подружкой. Если она меня потеряет в этой толпе – обидится. Пойдем, я посмотрю твои доказательства невиновности и вернусь спокойно к ней. А завтра мы поговорим о нас.

Он повел меня к машине, по пути снял куртку, накинул мне на плечи и прижал к себе. Я растерялась от такой заботы, потому, что мы были в ссоре. Хотела опять вырваться, но стало тепло и приятно. Ладно, пусть держит своими крепкими лапами.

В машине в багажнике действительно лежала косметичка и четыре флакона дорогой женской туалетной воды, которую я бы не купила никогда. Ароматы были очень сильные. Я осторожно понюхала и фыркнула.

– Какой ужасный запах. Помню, помню.

– Я ночевал у родителей, потом подъезжал к дому, и поливал этим свою одежду… – он усмехнулся.

– Ты – дурачок. Это так глупо! Ты что, хотел, чтобы я тебе глаза выцарапала? Или двинула чем–то тяжелым из ревности?

– Мать сказала, ты будешь со мной милой и послушной, если боишься на самом деле меня потерять.

– Да не боюсь я ничего! Ты приходишь утром, пахнешь чужими духами… Я тебя за это почти не люблю уже! … Леш, она мне звонила вчера и ультиматум поставила. Или через месяц мы женимся, или я тебя больше никогда не увижу… Ты что-то знаешь об этом?

– Я ее не просил. – Леха отвернулся и покраснел. – Клянусь, я наоборот, когда ты ушла, просил не вмешиваться больше в мою жизнь. И кольцо это вместе с отчимом выбирал. Это он тебе украшения покупал, не мать. Она злилась, что ты так дорого обходишься, еще и выделываешься. Ляль, ты меня, правда, разлюбила из-за этого?

Мне, вдруг, стало его искренне жаль.

Елена Александровна очень ревностно и сильно любила своего сына. Это было видно с первого взгляда и с первого слова. Она его жалела, постоянно обнимала, гладила. Любимый сын был смыслом жизни. А вот старшая сестра Алексея оказалась совсем в другом положении. Я, сначала, вообще не знала о существовании еще одного ребенка в их семье, пока Лешка не сказал мечтательно: «Может, наша Машка, хоть на свадьбу приедет, и они помирятся».

Он рассказал, что с приходом отчима в их дом, мама начала постоянно с ней ругаться, издеваться, не пускать домой. Потом отправила в Волгоград учиться, купила там квартиру и запретила переступать порог дома. Машка плакала на плече у младшего брата, просила не забывать, приезжать в гости. Она с ним все детство провела как мамочка, играла, помогала учиться.

Алексей разочаровался, съехал на тройки, стал пропадать у друзей, играть на гитаре и ударных, а потом в семнадцать лет ушел из дома к подруге, стал жить с ее родителями. Мама им квартиру потом сняла, деньги давала.

Поездки к сестре были редкими и совсем недолгими. Алекс навещал ее, ездил сам на ночном поезде. А сестра приезжала в военную часть, где он служил, привозила конфет, выпечку. Замуж она пока не вышла, жила до сих пор с бабушкой и работала в салоне красоты. А, купленную на деньги отчима квартиру, они сдавали. Алексей все мечтал о примирении в семье.

– Леш, ты можешь со мной своей головой думать? Или она не для этого тебе дана? Не покупайте мне больше ничего! Я все равно не буду носить, ты же знаешь. Не хочу дорогие вещи брать у человека, который сам ни копейки не заработал. Такое ощущение, что я за твоего отчима замуж выхожу. Вот зачем мне это надо?

– Хорошо. Как хочешь. Ты вернешься?

– Теперь уже не знаю. – Я строго спросила, как мать спрашивает ребенка – Алексей, признайся, ничего тебе не будет! Ты на самом деле ни с кем не изменял?

– Лялька, ты что, я даже не смотрю ни на кого!!! – он отрицательно покачал головой, в глазах была тревога и … слезы?

– А на море что делал?

– Пытался успокоиться. Стало только хуже.

– Ладно, жди в машине, и не называй меня Лялькой, я же просила!

– А мне так нравится. Ты же маленькая… Эль, я с ума схожу по тебе… – Он потянулся целоваться, но я увернулась и пошла за Светкой.

Разве это объяснение может смягчить обиду, успокоить меня? Люди не меняются. Он как барашек идет на поводу у любого, и не может сам принимать решения. А если после свадьбы, начнутся более серьезные проблемы с его матерью? Я уже не смогу так просто взять и стать свободной.

К тому же он и сейчас всем своим видом показывает, что разговор будет только об этом – «Ляль, вернись». И все закончится так же – ничем. Ни обещаний, ни разговоров о будущем.

В моем понимании надо думать не только о любви и поцелуях. Он ненадежный и … не очень умный. Мама его не изменит отношения ко мне, а со стороны отчима такая материальная поддержка только хуже сделает. Я не могла принять предложение руки и сердца и решила отменить эту свадьбу. Пусть думает, что хочет. Согласиться – означало бы обречь себя на постоянные сомнения. К тому же, совсем не хотелось участвовать в этой войне с его матерью.

Светка уже меня искала глазами, я подошла, обняла ее.

– Алекс приехал за мной. Ты с нами, или останешься?

– Он же узнать меня может! А ты не хочешь сбежать?

– Как сбежать? У Лешки машина перед входом припаркована, через дорогу. Он меня не пропустит.

Может… одеждой поменяться? В моей юбке ты сможешь уйти подальше, и мы вызовем такси.

– А ты влезешь в мои вещи? – Я с сомнением посмотрела на Светку… Она была шире.

– Вряд ли застегну, но у меня блузка, ее можно навыпуск одеть. Мы с тобой выйдем, сядем в такси спокойно…

– И я позвоню ему, да? – улыбаться мне не хотелось, как-то подленько все это выглядело. Но если я сейчас сяду к нему в машину и… вдруг поддамся обаянию, это будет худшее решение в моей жизни.

– Ты его всё? Разлюбила окончательно?

– Совсем нет. Наоборот, хочу обнять, но так нельзя. Мой разум говорит – уходи, пока не поздно. А любовь пройдет, утихнет.

– А если не пройдет?

– По крайней мере, буду знать, что сделала все разумное, и сдамся властям. Пойду сама к его матери, заплету косу, упаду перед ней в мольбе, чтобы она меня пощадила и не лезла к нам. Даже поплачу!

– И сколько ты так собираешься?

– Свадьба через месяц, я не могу довести до крайнего срока. Сейчас уже ночь, а завтра… отменю всё, наверное! Сначала надо вернуть нормальные отношения.

Мы зашли в туалетную комнату и начали переодеваться. Юбка у меня болталась на бедрах, полусапожки с ней вместе смотрелись ужасно и смешно, а Светка не смогла втиснуться в мою одежду. Над нами потешались невольные зрители, мы до слез насмеялись, снова переоделись обратно. Цирк из женской комнаты уехал.

Я пошла к бармену, хотела уговорить его выпустить нас через запасной выход. Но, он сказал, что если я не прекращу издеваться над его другом, он опять ему настучит. Как овечки смирные, мы вышли из клуба. Светка в моей куртке уселась сразу за водителем и уткнулась в телефон. Спряталась. Похоже, Алексей ее не узнал, или сделал вид, что не заметил.

Ехали в полной тишине, даже музыку нам не включил. Когда я попыталась выйти вместе с подругой, он опять схватил меня за руку и умоляюще посмотрел.

– Не вернусь я домой, дай мне немного побыть без тебя, я хочу понять, что чувствую – устало сказала я.

Не было сил сопротивляться. И он, на удивление, сразу отпустил мою руку, прижал свою к груди, в умоляющем жесте, с тоскливым взглядом побитой собаки. А потом я закрыла дверь, и жених уехал.

Постояла на холодном ветру, посмотрела вслед задумчиво, а потом пошла к подруге, которая ждала меня возле входа. Кольцо отдать я забыла, оно было тяжелым и чужим. Так захотелось снять, но очень страшно потерять такую вещь. Если мы расстанемся, я должна буду вернуть все подарки.

## Глава 3.

Он звонил мне ночью несколько раз. Я сначала не ответила, выключила телефон. Потом, меня начала мучить совесть. Полчаса страдала, вертелась, поправляла подушку и проснулась окончательно. Оделась, вышла из комнаты включила снова. Пришло еще сообщение «Вам звонили». Я набрала Алексею, ответил его глухой и, на сто процентов пьяный голос.

– Нам очень нужно поговорить! Сейчас!

– Что ты хочешь?

– Хочу знать. Нашей свадьбы не будет?

– Ты это хочешь знать сейчас, ночью, в таком состоянии?

– Да!

Я молчала, он прерывисто дышал. Сейчас неподходящее время. Сказать ему, что всё хорошо…? Да, лучше так. Пусть проспится, а потом поговорим.

– Ты меня слышишь, Лялька?

– Я слышу твое дыхание. Разбудил меня… До утра не мог подождать?

– Не могу больше ждать. Жить без тебя не могу… Вернись ко мне, я буду молчать! Буду таким, как ты хочешь!

Я уже не знала, что ему ответить…

– Пожалуйста, Леш, милый, просто ложись спать. Я завтра приеду, мы поговорим. Ты меня полностью устраиваешь, успокойся… Я только хочу, чтобы твоя мама нормально ко мне относилась, я ей ничего не сделала плохого.

– Я – не моя мать. Я очень тебя люблю. И всегда любил.

– Нет, Лешка, ты любишь себя. Я прошу дать мне немного свободы, чтобы понять, как хочу жить. А ты меня разыскиваешь, хватаешь за руки, за плечи, будишь ночью, делаешь все, чтобы я помучилась. Ты только о себе думаешь.

– Не могу больше без тебя!

– Ночью я никуда не поеду. Несколько часов и мы увидимся!

– Не бросай трубку.

– Милый, любимый, мой первый и единственный мужчина. Я еще в жизни никого не встретила лучше тебя, но сейчас не уверена, что хочу такой жизни. Давай вместе отменим эту свадьбу. Я стану твоей женой, когда…

Он положил трубку сам.

Я закончила философскую фразу – «когда мое желание пересилит страх за свое будущее».

На следующий день вечером мне позвонили чужие люди и привезли все мои вещи. Я больше не звонила, и Лешка мне тоже. Все кончено. Шанс выйти замуж за принца из детства… я его потеряла.

## Глава 4.

Всю неделю, которую, как предполагалось, я должна была думать о будущем, … провела в ожидании его звонков. С замиранием сердца я выходила из института и надеялась увидеть его машину. Алекс принял мой отказ и все отменил сам. Не стал меня впутывать в неприятные разговоры, и за это даже испытывала чувство благодарности.

Большинство звонков было от моей мамы, которая, пока еще не знает, что мы расстались. А еще от Жени, нашей общей подруги с Лешкой, и от Светки со словами: «Ну что? Твой не объявился?».

Она меня доставала не только в нашей комнате своими разговорами и упрёками. Смотрела насмешливым и оценивающим взглядом, каждый день напоминала: «Доигралась? Вот и сиди теперь, страдай!»

Спустя две недели я собрала все силы и написала ему сообщение.

«Привет. Прошло много-много дней, но ничего не происходит. То, что я испытываю к тебе, становится только сильнее. Можем ли мы увидеться? Ты приедешь?».

Прошло больше часа, я видела, что сообщение просмотрено сразу же. Но он не отвечал. Острый приступ паники едва не заставил меня позвонить… В этот момент я получила отказ.

«Привет моя Лялька! Я люблю тебя, но не могу приехать».

Я чуть не заплакала. Пошла, умылась ледяной водой. Потом глубоко вздохнула… Значит так и должно быть. Надо принять. Неожиданно услышала звук сообщения, еще, … и еще.

Не стала смотреть,читать, мне было страшно. Наверное, он пишет, что всё кончено, он все отменил, встретил другую или, что я права, мы – не пара. Оставила телефон, лежащим на кровати, оделась потеплее и вышла пройтись.

Осенний ветер трепал мои волосы. Подходили какие-то ребята из общежития, я им спокойно улыбалась, ничего на вопросы не отвечала и шла дальше по улице очень долго…

Дошла почти до нашего дома, это был путь, который я раньше преодолевала только на машине с Алексом или автобусах. Захотелось вспомнить ощущение будущего счастья, когда мы въехали сюда, делали ремонт, жили вместе… Увидела объявление на двери подъезда, маленькое – «Семейный психолог», усмехнулась, представила Алекса. Молодого, еще не женатого парня, который пошел на сеанс.

«Что, интересно, они там обсуждали? Неужели я настолько хочу его увидеть снова, что решусь зайти? Мы сможем поговорить или… опять будем злить друг друга?»

Решительно позвонила в домофон, но мне никто не ответил. В квартире нашей бывшей никого не было. Ладно, все. Больше не буду, пусть начнется новая жизнь у меня, надо учиться, делать… карьеру. Я хотела уйти, но потом все-таки сорвала номер телефона этого психолога. А вдруг, я в чем-то неправа была. И в будущих отношениях мне тоже будет некомфортно.

Отношения с другим мужчиной я даже в страшном сне не могла сейчас представить. Чувство вины присутствовало во всем моём существе. Я, как будто, своей любовью сначала его очаровала, влюбила в себя покрепче, а потом поиграла и бросила перед самой свадьбой.Вернулась домой поздно. Уставшим взглядом окинула комнату, не нашла своего телефона на кровати, и Светки тоже не было. Наверное, она убрала, подальше, чтобы его никто не украл. Искать не стала, решила, что завтра спрошу.Утром я увидела спящую подругу и нашла свой телефон на письменном столе, под книжкой, в нем уже не было непрочитанных сообщений. А последние слова от моего Лешки были о том, что он любит, но не приедет ко мне. Теперь я уже заплакала по настоящему, тихо и горько.