# Сказки на завтрак

Анабель Ли

Высококлассный судмедэксперт Макс живёт своей работой. Заходит домой только чтобы поспать пару часов. Он даже не ответит вам на вопрос, какого цвета жалюзи у него на кухне. На месте преступления же с точностью наоборот, он способен молниеносно подмечать мельчайшие детали, будь то степень истёртости подошв жертвы и все оттенки пожелтевших зубов, причем, причины пожелтения он вам, скорее всего, тоже озвучит. В девушках он видит обычно биологическую массу в килограммах и наиболее уязвимые места для нанесения ножевых ранений. Однако, жизнь преподнесет ему непредвиденное испытание, которое перевернёт всё привычное и обыденное и заставит Макса признать наличие у себя такого важного органа, как сердце.

## Глава 1

Театр Ее Величества, расположенный на Хеймаркет, за углом от легендарного лондонского торгового центра Pall Mall, к семи вечера был уже полон, не смотря на то, что спектакль должен был начаться только в восемь. Исторический зал самого театра на более чем 1100 гостей сам по себе является богатой и захватывающей частью культурного наследия Великобритании и обычно вызывает вздох восторга у всех, кто заходит, вне зависимости от того, сколько раз зритель уже бывал тут. Вот и сейчас огромная группа туристов с открытыми ртами озиралась и лихорадочно запечатляла всё вокруг на камеры телефонов, чем изрядно раздражала тех зрителей, что из-за них застряли у входа.

Если бы стены этого исторического театра могли говорить, они, несомненно, рассказали бы несколько увлекательных историй. С 1705 года театр Ее Величества неоднократно переименовывался, перестраивался и ремонтировался. Он до сих пор находится в самом сердце лондонской сцены и продолжает воплощать утонченную душу британского музыкального театра. Но, поскольку стены не могли говорить, детали тех интересных историй мы, к сожалению, не узнаем, зато я точно озвучу матери другие истории, поскольку в отличие от стен, я говорить могу.

– Макс, дорогой, будь сдержанней, – Попросила мама, когда я приподнял и передвинул с нашего курса движения одну из туристок. – Что подумают об английских манерах приезжие?

– Думаю, они прочли достаточно, прежде чем притащиться сюда на экскурсию. – ответил через плечо, прокладывая путь к нашим местам. – Вряд ли секундная заминка способна перечеркнуть вдалбливаемое годами понимание «манер английского общества».

Мама решила проигнорировать мое замечание и попыталась настроить нас на предстоящее трёхчасовое сидение в одной позе в огромном помещении набитом народом, как банка сардинами. Идеальное место для массовых террористических упражнений.

– Потрясающее чувство, – сказала мама, усаживаясь в кресло. – Я ощущаю себя частью истории. Когда смотришь вечную классику – Призрака оперы – кажется, будто этих трёхсот лет не было.

– Раз уж мы заговорили об истории. – При этих моих словах мама почему-то напряглась.

– За эти триста лет тут произошло сто семьдесят три несчастных случая, два убийства и ….

– Макс, я прошу тебя, только не про историю. – Мама любезно улыбнулась обернувшимся с возмущенными лицами зрителям с переднего ряда. Мне показалось что им хотелось всё же дослушать про историю.

– Хорошо, давай смотреть только в будущее. – Мой взгляд скользнул по люстре, которая сейчас балансировала на краю сцены. По задумке её в самом начале спектакля поднимут под потолок, чтоб впечатлить нас всех открывающимся действом. Я мысленно улыбнулся. – Поговорим о спектакле. Ты видела те два тонюсеньких троса, на которых люстра будет поднята вверх? – мама качала головой, а люди, сидевшие перед нами, нервно заерзали, кидая украдкой взгляды на люстру театрального зала, зачехленную на краю, и то место, где она должна будет быть у нас над головами. – Уверен, что видела хотя бы раз, мы же каждый год ходим смотреть этот спектакль. – Так вот, ее вес, к слову, около тридцати стоунов (190 килограмм). Если бы предмет такой массы упал с высоты двадцати футов…

– Боже, когда ты уже женишь его! Не могу больше это слушать. – Воскликнула мама, сокрушенно растирая указательным пальцами виски.

– Не могу уловить связь между моим предполагаемым браком и твоей потерей слуха. – Даже не удивился. Визит в театр всегда заканчивался одинаково – мне надо жениться.

– Между нами будет сидеть хотя бы одна пара свежих ушей и я смогу ссылаться на старческую глухоту.

– Ты хочешь, чтобы я женился на ушах?

– Хоть бы и так.

Зрители благополучно расселись и первый ненавязчивый звоночек я каким-то образом прослушал, однако, пока не выключили освещение, решил оглядеться.

Как и всегда большая часть посетителей – туристы. Таких заядлых театралов, как моя мать, было всего несколько человек. Для нас поход на Призрака оперы последние десять лет был неким семейным ритуалом повторяющимся каждый год за день до того, как мамины студенты в университете кино и телевидения будут писать сочинение по произведению. Лично мне казалось странным, что она за столько визитов не выучила всё наизусть и по-прежнему настаивала на том, чтоб мы ходили освежить в памяти постановку. Лично я запомнил все арии и мог бы быть суфлером.

Спектакль начался и мой мозг начал перебирать и расставлять в порядке произнесения реплики актеров. Они всплывали в сознании за мгновение до того, как те открывали рот. Когда престарелый Рауль Де Шаньи уже поднял руку, собираясь приобрести то, вокруг чего будут следующие два часа страдать герои, я бессознательно проговорил вперед бедного актера: «Лот № 665 – музыкальную шкатулку в виде обезьянки. – потом уже добавил от себя интересный факт из жизни. – Кто бы мог подумать, но именно музыкальные тарелки стали причиной смерти любителя баклажанов и классической музыки из Кройдона на той неделе».

– Заткнитесь уже! – выкрикнул мужчина, сидевший впереди меня. Стоит отдать должное актеру на сцене, который даже не запнулся, но продолжал, на мой взгляд, менее уверенно.

– Мама, ты уверяла, что в театр ходят приличные воспитанные люди, ты посмотри что за хамство. – Удивленно прошептал в ухо моей спутнице.

– Мне кажется, все приличия уже забыты в истории. – Прошипела она сквозь стиснутые зубы.

– Кстати, об истории.

– Не надо.

– Почему же? Я считаю своим долгом поддержать разговор. – Поскольку я умудрялся доносить информацию шепотом непосредственно в ушную раковину собеседника, более никто не возмутился.

–Ты поздно вспомнил светские манеры. – Ответила мама. – Спектакль уже начался и разговор поддерживают только актеры.

Но больше я ничего не успел сказать, у меня зазвонил телефон.

Глава

2

После десятиминутного скандала в театре, я уже был в патолого-анатомическом отделе нашего центрального участка. Не в результате скандала, а потому что я тут работаю.

– Тело найдено в Колн Вэлли Региональном парке вблизи развязки Ф40 на Дэнем. – рапортовал дежурный. – Личность уже установлена, мужчина работает в комитете по регистрации юридических лиц и живет вблизи Севен Систерс. Ни семья, ни друзья не понимают, что могло привести его в Дэнэм.

– Мне нужно сорок минут. —Тело уже было готово к осмотру, поэтому, прежде чем ехать на место преступление, решил оценить степень и характер повреждений.

На вид пострадавшему было около двадцати-восьми – тридцати. Следов борьбы, удушья или каких-либо повреждений не наблюдалось.

– Что внутри? – Спросил у Люка, нашего патологоанатома.

– Непонятно. Все в норме, кроме одного – он мертв. – Люк по моему лицу понял, что шутка была недостаточна смешная и решил добавить драмы. – И это, резаная рана на сердце. Может, эмоция какая-то сильная оставила?

– Хорошо, что ты не терапевт. – Ответил, покачав головой.

– Это правда, сам смотри. – Люк многозначительно развел руками, но не дождавшись от меня никакой реакции, протянул свежую пару перчаток.

В целом, я мог согласиться с коллегой, что мужчина в порядке, если бы не маленький порез на бездействующем сердце жертвы. Порез явно произошел за несколько секунд до смерти и, собственно, мог бы эту самую смерть и повлечь, но как его нанесли, я не мог понять ибо все ткани грудной клетки были в порядке. Через полчаса я смотрел результаты анализа из лаборатории, которые подтверждали, что труп здоров и полон сил.

– Что пишем в заключении? – Люк задумчиво смотрел на пострадавшего, сложив руки на груди.

Я склонился над телом.

– Что это? – указывая на странную отметину на коже пострадавшего.

– Родимое пятно. – ответил Люк. – Весьма странной формы, не находишь?

– Это пятно четко над раной на сердце.

– И что?

– И такой же формы, как если бы… – Я задумался подбирая подходящее орудие. – Как если бы от стрелы и это был бы шрам а не родимое пятно.

– Стрелы? – Люк помотал головой. – Дэнем знаменит гольф центром, там не стреляют, по крайней мере из стрел. И стрелы точно не оставляют родимые пятна.

– Но стрелы убивают, попадая в сердце. – ответил я. – Но да, это странно, однако расположение пятна меня как-то беспокоит.

Следующий час я потратил в кабинете начальства пытаясь объяснить заключение «прямое попадание стрелы в сердце», прописанное мною.

– На трупе ни отметины, какие стрелы? – Томас даже встал, чтобы мне было понятнее, до какой степени он недоумевает. – Как?

– Прекрасный вопрос. – покивал, соглашаясь. – Неясно.

–Как я должен это рапортовать? – продолжал тот. – Бери новый бланк, пиши сердечный приступ.

– Это не приступ.

– Это и не могла быть стрела по всем логическим выводам.

– Приступ не мог бы быть и по нелогическим.

– Макс, – мне погрозили пальцем. – Сейчас осмотрим место преступления и потом, перепишешь. – Томас, бросил папку с заключением на стол. —Что угодно, но более реалистичное.

В моем понимании при выборе реалистичного стрела заметно лидировала в выборке с сердечным приступом у абсолютно здорового человека, повлекшим резаную рану на внутреннем органе.

Промолчав, я поджал губы и направился за боссом искать улики на месте происшествия.

В час ночи мы долетели в Дэнем без пробок за полчаса. В парке было темно и свежо. Не смотря на то, что я в костюме был одет явно слишком торжественно для случая, группа из трех человек в лиловых комбинезонах, копошащихся в кустах, буквально напрашивались на выговор.

Томас замер, уставившись на них, когда к нам уже подбежал Ник с какими-то бумажками в руках.

– Что за клоуны? – Спросил у него Босс.

– Специальный отдел.

– На чем они специализируются? – Томас явно не поверил, что спец. службы вырядятся акробатами под покровом ночи. Так провалить работу, требующую не привлекать к себе особого внимания, не смог бы даже Джонни Инглиш. Про себя отметил, что не смотря на то, что из театра я ушел, представление подкараулило меня в другом месте.

После обмены какими-то репликами с криминалистами на повышенных тонах, из группы лиловых к нам направился мужчина лет пятидесяти.

– Доброй ночи. – Начал он, а я понял, то логотип, вышитый на груди его комбинезона мне незнаком.

– Мы расследуем преступление. – Томас явно не собирался сдавать позиции. – Где ваше разрешение на осмотр места происшествия?

Как ни странно, разрешение было и пара документиков с загогулинами кого-то очень авторитетного, поскольку Томас как-то сник и скомандовал сворачиваться всем, кроме одного из криминалистов.

– Я всё же хотел бы осмотреть место. – Настаивал, склонив голову к боссу. – Вокруг много деревьев, возможно есть следы стрельбы.

Томас закатил глаза, а мужчина в комбинезоне моментально перефокусировался на меня. – Мы нашли несколько скользящих насечек.

– От стрел?

– Предположительно.

Мы обменялись понимающими взглядами с мужчиной и одним непонимающим с Томасом, после чего босс махнул рукой и направился к машине.

Глава

3

Утро застало меня врасплох посреди гостиной, где я разлегся на диване в вечернем костюме лицом вниз. Шея затекла и ощущения были такие, будто меня избили, хотя я точно помнил, что домой вернулся на служебной машине с чувством полного удовлетворения, что я не псих. Вернее не так, что псих не только я.

Как это часто бывает в криминальных группировках и в обществе психопатов, коллективный сдвиг в одну и ту же сторону придает сил, успокаивает нервы и воодушевляет.

Ночью я под бдительным оком Алана, главного в отряде спецслужб, изучил дерево на котором красовалась неглубокая засечка. Говорил в основном я, а Алан кивал, но ему, похоже, очень понравился ход моих мыслей и мы прекрасно ладили, пока он не спросил, где по моему мнению стрела.

Пожав в ответ новому коллеге плечами, я уже собирался услышать текст той же речи, что мне выдал Томас, но Алан меня удивил.

– Вот моя карточка. – Он протянул мне лиловую визитку. – Позвоните завтра и подъезжайте на встречу. Вы нам подходите.

Я помню, что моргнул в ответ и потом долго сверлил взглядом единственную надпись номера телефона на карточке всю дорогу домой в служебной машине.

Встав с дивана и оглядев комнату сканирующим взглядом, обнаружил визитку на полу у журнального столика.

Диалог занял всего две секунды, где мне просто сообщили адрес, куда подъехать.

Через полчаса в свежей одежде и умытый я стоял, держась за поручень в вагоне метро и думал, что выходные начались как-то странно, начиная с пятничного визита в театр. Совершенно некстати вспомнилось, что мать наверняка вернулась домой вечером не в лучшем расположении духа и странно, что она до сих пор не позвонила, чтобы сообщить мне об этом.

Выйдя на станции St. Paul’s, я двинулся по Нью Чейндж к пересечению с улицей Кэннон. Мимо проплывали немногочисленные проснувшиеся граждане, а я пытался понять, по каким причинам я иду непонятно куда субботним утром, и почему меня так волнует отсутствие орудия убийства. В конце концов, мы не первый раз сталкиваемся с, если не профессионалом, то хотя бы с думающим преступником, который просчитал свои действия и умудрился провернуть дельце сознательно запутывая след, а не пырнуть кухонным ножом в бытовой ссоре. Однако, в данном деле меня беспокоил факт раны на сердце. Как получилось нанести резаное ранение, не повредив ткани грудной клетки, для меня было загадкой, а загадки я любил разгадывать.

– Мистер Чарльстон, как хорошо, что вы вовремя. – Приветствовал меня Алан, тряся руку, а я покосился на настенные часы, показывающие семь минут десятого. – Проходите, располагайтесь.

Мы вошли в кабинет, оформленный в стиле поствоенного минимализма. Посреди просторного помещения стоял огромный деревянный письменный стол к которому прилагалось 2 кресла. Два окна были завешаны тяжелыми гардинами, но невероятное количество ламп на потолке не давало задуматься об отсутствии естественного освещения. Противоположная от окна стена, выкрашенная какой-то серой краской, не имела ни единого элемента украшательства или намека на авторитет хозяина кабинета. Я решил, что на такой поверхности, повесь Алан один диплом, пусть даже Оксфорда, тот бы потерялся в этой монолитно-серой массе, и эффект бы смазался.

– Мистер Чарльстон, предлагаю продолжить наш вчерашний разговор. – Предложил Алан, заняв место напротив меня.

Если учесть, что вчерашний разговор завел меня в тупик, я не совсем видел, каким образом мы могли бы его продолжить.

– Насколько я помню, мы сошлись во мнение, что преступление совершено стрелой, выпущенной приблизительно из арбалета, однако отсутствие внешних признаков ранения и самого оружия определённо говорят не в пользу данной версии.


– Вы верите в то, что вы видите, Мистер Чарльстон? – Спросил он, сверля меня взглядом.

– Не для того ли нам всем даны глаза?

– Глаза говорят вам, что должна быть стрела, а здравый смысл, что нет.

– Аналитический результат всего увиденного говорит, что должна быть стрела, как бы абсурдно это не звучало. – Я улыбнулся.

– Это и отличает вас от большинства людей. Готов поспорить 90% специалистов, сослались бы на что-нибудь типа сердечного приступа и забыли о деле. – Алан качанием головы показал, что он не одобряет этих несчастных из выборки. – Если я скажу вам, что видите вы не всё и обусловлено это не дефектом зрения, а некой помехой, вы поверите мне?

– Я никогда не был легковерным.

– Однако, вы по прежнему сидите в кресле.

Я склонил голову, пытаясь понять собеседника. Мужчина совершенно точно был в своем уме и говорил то, во что верил сам.

– Чайку? – Я удивленно повернул голову на девушку с подносом, стоящую у моего кресла слева. Наверно я вздрогнул как-то утвердительно, поскольку она протянула мне кружку с чаем моментально.

Поблагодарив даму, я повернулся к Алану. – Я не заметил, как она вошла. Вы намекаете на мою захворавшую бдительность?

Алан покачал головой, а я поднёс чашку с чаем к носу. Аромат был чертовски приятным. Черный чай с нотками мяты и чего-то хвойного, он проник в мои ноздри и согрел изнутри каким-то пьянящим ароматом. Я сделал глоток, потом еще один.

– У вас всё прекрасно с бдительностью. – Сказал Алан. – Однако, состав того, что вы сейчас выпили, деактивировал помеху восприятия.

– Что? – Я покосился на чай. Совершенно точно, наркотических средств в нем не содержалось. – Что вы имеете ввиду?

Я мельком взглянул на серую стену и взгляд просто приклеился к невероятным метаморфозам. Одно было ясно, вешать картины и дипломы было бы негде, в стене располагалось шесть дверей.

– Как вы это сделали?

– Они всегда тут были, только вы их не видели.

– Вы намекаете, что стрелу я не вижу по тем же причинам? – Я поставил чашку на стол и привстал, намереваясь исследовать двери. – Тут точно нет галлюциногенов, как вы это сделали? – Спросил Алана, похлопывая по косяку ближайшей двери.

– Не волнуйтесь, помеху можно вернуть. – Алан жестом указал мне вернуться в кресло. – Однако, чтобы понимать подобные происшествия, вы просто обязаны видеть всё. Это вид преступлений, попадающий в категорию межальтернатив, расследованием которых мы, собственно говоря, и занимаемся.

– Межальтернатив? – Не понял термина.

– Существует семь альтернатив, по крайней мере из известных на данный момент. Мы с вами существуем в четвертой, а вот орудие убийства в третьей, по нашим предположениям.

– Альтернативы, это что?

Глава

4

Я смотрел на сидящего напротив меня мужчину и пытался осмыслить то, что он только что сказал. Осмыслить не удавалось, поскольку здравый смысл и усвоенный с пеленок порядок восприятия мира, вооружившись багажом знаний в качестве аргументов, препятствовали столь кардинальным новшествам. Возможно, я сейчас чувствовал себя так же как католическая церковь, будь Алан Галилео Галилеем, твердящим, что земля круглая. Всё, что нам чуждо – мы отрицаем. Однако, я не средневековая церковь, к счастью, а здравомыслящий человек, способный взвешивать факты и принимать то, что мир вокруг не может быть вписан в рамки какого-либо стандартного восприятия.

– То есть, вы хотите сказать, что существуют некоторые другие миры, которые принято называть альтернативами и эти миры каким-то образом пересекаются с нами? – решил уточнить, правильно ли я уяснил.

– В целом, так и есть. Как и пространство, время представляет собой материю, которая расширяется, развивается и эмитирует энергию, которая, в свою очередь, реализуется в неком наборе альтернативных временных континуумов на каждую точку пространства.

– Допустим, эту порцию фактов я уяснил и принял. Однако, каким образом возможно пересечение альтернатив?

– Искривление пространственно-временной материи приближает границы альтернатив, как, например, сделано в целях контроля порядка в нашем центре. – Алан встал и прошел к двери, что располагалась в серой стене первой от входа. – Эти двери – переходы между альтернативами, они стабильны и созданы центральным комитетом для контроля порядка, однако, как вы понимаете, не все существа склонны жить по закону и, время от времени, те или иные обитатели пытаются нарушить границы миров.

– Вы хотите сказать, что наша альтернатива – единственная, где общество пребывает в абсолютном неведении о существовании других миров?

– Конечно нет. – Снисходительная улыбка Алана была адресована не мне, а каким-то его собственным мыслям. – Обществу, его основной массе, народу, если хотите, нет нужды знать всех тонкостей, не так ли? Как и в любой другой политической среде, информацией владеют единицы и держат язык за зубами.

– Ожидаемо. – Я встал и приблизился к первой двери у которой стоял Алан. – И что вы предлагаете мне?

– Я предлагаю вам стать нашим сотрудником. Нам нужны люди, способные видеть и анализировать, делать выводы и строит гипотезы, даже вопреки так называемому здравому смыслу. – Мужчина похлопал меня по плечу. – Это не простое задание, однако, ваша любознательность и способность решать головоломки даже в отсутствие некоторых деталей, помогут вам и, что не менее важно, будут ценны нам.

– Я могу взять время подумать?

– Конечно, – кивнул тот, – из этого кабинета вы выйдите либо нашим сотрудником, либо человеком с помехой, не помнящим последние 24 часа.

Все ясно, дело добровольное: хочешь вступай, не хочешь – расстреляем.

– Я могу взглянуть хоть на одну из альтернатив, чтобы количество фактов заметно притупило здравый смысл?

– Да, это можно устроить. Однако, вам стоит знать, на пребывание в альтернативе выписывается специальный временной пропуск, который имеет ограничения.

– По времени?

– Да и по целям визита.

– Ясно. – Я кивнул, разглядывая первую дверь. Рука непроизвольно тянулась к ручке.

– Прежде, чем мы приступим, не могли бы вы любезно дать мне вашу правую руку. – Пока Алан говорил это, неизвестно откуда взявшаяся девушка протянула ему какой-то цилиндр. – Я беру час вашего жизненного пути в залог. Как не трудно понять, в случае возвращения в срок, час возвращается вам и вы приходите в свою альтернативу в тот же миг, как вышли из нее. Если вы опаздываете, ваша жизнь сокращается на час. Такой же принцип с другими временными отрезками.

– Скорость времени в альтернативах одинаковая? – Если честно, когда дело касается часа и тебе ещё нет сорока, может и не сильно напрягает такая плата, но вот если ты в возрасте и хочешь отлучиться на недельку, как-то рискованно.

– Не во всех, однако у вас будут специальные часы, что показывают обратный отсчет и помогают понять языки местных жителей. – Алан улыбнулся и кивнул девушке, которая протянула мне браслет.

Изделие напоминало часы весьма отдаленно, скорее женское ювелирное украшение, причем весьма массивное, но, думаю, в данном случае выбирать не приходится, поэтому надел сразу без комментариев.

– Вы готовы?

Я кивнул, наблюдая, как Алан поворачивает цилиндр и направляет его одним основанием в круглый выступ на двери и просит меня встать четко напротив, чтобы второе было направлено мне в грудь.


В какой именно момент у меня забрало час жизнь я не понял, никаких физических ощущений или спецэффектов об этом не свидетельствовало.

– Предлагаю вам посетить Лондон первой альтернативы, – пояснил Алан. – Погуляйте по рыночной площади, она сразу рядом у выхода из нашего центра, и возвращайтесь. Думаю, вам хватит впечатлений, мир развивался по совершенно другому пути, нежели этот.

Я кивнул и уверенно распахнул дверь.

Сначала я попал в точно такое же помещение и могло бы показаться, что я вышел обратно, только в этот раз из четвертой двери, вместо первой, куда уходил. Если честно, окажись это всем фокусом, я бы уже проникся, поскольку впечатлило и волосы на затылке всколыхнуло.

Из здания я вышел легко, планировка простая, как будто и не прячутся вовсе от посторонних глаз.

Удивляться начал сразу, выйдя на улицу. Стоит заметить, что и я удивлял, поскольку наряд у меня был слишком бесцветный и унылый для местного обывателя. Мне вообще показалось, что я угодил в какие-то воздушные завесы всевозможных цветов и оттенков. Алан назвал это рынком, что ж, похоже торгуют тряпками, или их маркетологи ведут какую-то войну по броскости товара, где выигрывают сразу все лавки.

Рынок представлял из себя путаницу улочек, часть из которых расположена внутри каменного здания, явно старинного по местным меркам тоже. Архитектура заслуживает отдельного внимания— странные скругленные углы, покатые крыши и окна в форме долек лимона впечатляли своей затейливой реализацией. Лотки, прилавки и маленькие лавочки заполнены всякой всячиной: непонятного назначения предметами, изделиями местных промыслов, украшениями, одеждой и продуктами. Здесь можно купить какие-то ядовитого цвета порошки, может, специи или аналог табака (поскольку прямо при мне какой-то мужчина вдохнул целую горсть), даже предметы интерьера были аккуратно расставлены на пути покупателей. Всё очень ярко, шумно и суетливо.

Моё внимание привлек лоток с книгами. Очень захотелось поглядеть местный образчик литературы, но, поскольку я не уточнил у Алана можно ли брать сувениры, решил, что рисковать часом ради одного предмета как-то недальновидно. Если брать – то что-нибудь посущественней и побольше.

Пока я зазевался на книги, чуть не налетел на какой-то треногий табурет, пришлось в прямо смысле ловить его, чтоб спасти от падения. В итоге мебель была спасена, а вот я споткнулся и хлопнулся на колено. Выглядело красиво, как в мечете, только вместо коврика у меня перед лицом табурет. Почему-то напомнило плаху. На уровне моих глаз были многочисленные коленки, ботинки и голые чьи-то лодыжки, которых я бы, наверно, не приметил, если бы на одной из них (правой) не было странной формы тату. Я, если честно, не фанат татуировок и могу иногда и покачать головой с группой старушек, но в данном случае меня привлек изображенный символ. Как треугольник и от его основания вниз две заостряющиеся линии. Я моргнул, лодыжки удалялись. Какая-то неведомая сила, которую я назвал любопытством, повела меня за картинкой, которая в моем сознании уже прекрасно интерпретировалась в обломок наконечника стрелы. «Опять стрелы!» – Почему-то казалось важным узнать смысл тату. Взгляд постепенно поднялся выше и я понял, что лодыжки идут в небесно-голубой юбке. Откуда-то сзади воздух над рынком рассек громогласный крик: – Держи воровку!

Лодыжки побежали, я удивился, но тоже побежал.

Глава

5

Рынок медленно удалялся за спиной, но я нагонял воровку. Пытался на бегу понять, что мной движет помимо привитого профессией долга блюсти порядок вне зависимости от местонахождения. Принцип: кто-то крикнул, все побежали, ну и я побежал – никогда не был среди применяемых мной. Изображение стрелы (а стрела ли это) почему-то казалось архиважным, но почему-то пугала внезапная одержимость стрелами. Преследующих уже не было слышно, но я рискнул обернуться. Это и было ошибкой, поскольку воровка, как впоследствии оказалось, тоже притормозила обернуться и я со всей скорости снес её с ног.

– Пустите! – Прошептали губы у меня перед глазами, а потом я получил неплохой хук в ребра.

– Почему вы меня ударили? – Возмутился я, чувствуя, как она пытается вылезти из-под меня, что было обречено на провал, поскольку девица была меньше средних габаритов. – Это вы преступница, украли что-то.

– Не у вас же украла, зачем вы-то бежите?

Я попытался пожать плечами, поскольку ответа не было на этот вопрос. Спрашивать про лодыжку именно сейчас почему-то показалось не совсем тактичным. В мыслях всплыл образ матери, растирающей виски указательными пальцами. Невольно покосится на уши воровки. Воспользовавшись моей задумчивостью, она изогнувшись, пнула меня. Вспомнил, что уши принадлежат преступнице. Должен ли я содействовать правопорядку и в других альтернативах или нет? Ну почему я не уточнил такие важные моменты, прежде чем лезть на рынок?

– Похоже, вы просто не в себе. – Девушка, сцепив кисти в замок со всей силы врезала мне по плечу, пришлось привстать. Звук шагов приближающихся преследователей мы услышали одновременно. Взглянув на воровку, подметил, как она стрельнула в сторону взглядом и, проследив глазами в том же направлении, увидел на земле ожерелье. К украшению мы кинулись одновременно, впрочем, как и схватили.

– Ах вот как! – Девушка расценила мои действия по-своему. – Вы крон!

– Понятья не имею кто это. – ответил, упорно перетягивая ожерелье на себя.

Преследователи явно двигались в нужном направлении.

– Отдайте ожерелье и я вас отпущу. – предложил снисходительно, поскольку сила явно на моей стороне.

– Никогда! – её свободная рука подлетела вверх с зажатым кулаком. Предугадав готовящийся удар, я отклонился, но оказалось, что в кулаке у нее был какой-то порошок, который девица молниеносно сдунула мне в лицо.

Приходил в себя медленно. Голова кружилась, обрывочные мысли метались в голове, злость от собственной дурости и неловкости накрыла в тот же момент, как я открыл глаза.

В серой комнате, где я лежал на какой-то подстилке надо мной склонился Алан и еще один мужчина.

– Кажется, я недооценил вас. – прокомментировал первый. – Преступления, просто сами вас находят. Нет, правда, я не думал, что вас выведут из строя редчайшим явно контрабандным сонным порошком из третьей альтернативы, когда выпускал вас на часок пройтись по рынку в первой.

– Вы поймали воровку? – спросил садясь и потирая лицо.

– Мы нашли вас в миле от рынка лежащим без сознания. – пояснил Алан. – У вас что-то украли?

– Не у меня, там у местных.

–Тогда это вопрос не нашего ведомства. – Алан кивнул мужчине, мол можно уходить, тут медпомощь не нужна, тут ущемленное самолюбие.

– Вы же говорите, что порошок контрабандный. – Я встал, отряхнув колени.

– Его использовал вор? – работодатель заинтересовался. – Что было украдено, вы не видели?

– Нет, но воришка посчитал, что я – крон, это кто такие? —Почему-то ожерелье я не считал чем-то серьезным и требующим нашего внимания, поэтому решил не упоминать.

– Преступники. Криминальная организация, сформированная из участников правящей элиты разных альтернатив. – Алан устало вздохнул и помог мне дойти до креста у его стола —Как всегда – основная цель – править всеми мирами.

– Является ли вор, крадущий у криминальной группировки, преступником? – Если девица сперла побрякушку по дурости у не тех людей, её можно только пожалеть.

– Оригинальный у вас подход. – Алан явно веселился. – Вы считаете, что красть у плохих людей не зазорно?

– Я же не детектив, я просто врач, который изучает травмы, побои, увечья, полученные криминальным путем, и даёт заключения об их тяжести и способе нанесения. – Пояснил, принимая очередную чашку с чаем из рук неуловимой ассистентки.

– А у нас есть немного другая информация о вас. – Алан сел и достал из верхнего ящика письменного стола папку с моим именем на ней. – тут будто вы работали в должности детектива аж целых 7 лет, пока вашему начальству не встал поперек горла ваш отчет о преступной группировке, орудующей мечами эпохи династии Цин.

– Это действительно были мечи. Пули не оставляют порезов такого рода. – Меня вдруг осенило. – Возможно ли, что мечи из другой альтернативы?

– Ну вот, а говорите, что трудно поверить. – Алан кивнул. – В данном случае все сложнее, вся группировка совершила несанкционированный переход.

Н-да, получается меня попросили на выход ввиду того, что у начальства было ограниченное мировоззрение, ограниченно рамками одной альтернативы.

– Ладно, давайте составим фоторобот преступницы и дадим в розыск в первой альтернативе. – Предложил начальник, и в кабинет явился мужичок в очках и с огромным шаром с виду стеклянным. Я так себе представлял магические шары предсказателей, только этот заметно больше. Внутри он был будто набит ватой или каким-то белым туманом.

– Как она выглядела? – Спросил босс, когда шар был размещен на столе, а мужичок в непонятно откуда выплывшем кресле с торца.

Я на мгновение задумался, поскольку свидетелем быть пока не приходилось, но как следователь я знал какие факты важны.

– Рост ниже среднего, около 160-164. – Начал уверенно. – Волосы средней длины, одета в голубое плате и удобную обувь.

– Так, а волосы какого цвета?

Как-то у меня в голове не отложилось, но точно не светлые, но вроде и не черные.

– Коричневые. – Я откашлялся. – Хрящи ушных раковин удивительно правильной формы. Расстояние между козелком и противокозелком девять миллиметров. Губы крупные. Колонны фильтрума изогнуты, арка купидона пологая, комиссуры направлены вверх.

– Надо же как подробно! – удивился мужичок. – А глаза?

– Миндалевидные широко посаженные, карие.

– Брови? – продолжал мужичок.

– В наличии, правильной формы, травмированы не были, симметрия соблюдается.

– Какой формы?

– С изломом к внешнему углу.

– Сколько лет, как вы думаете?

Вышло так, что времени разглядеть даму как единый целый кусок плоти у меня не было времени. Если учесть, что она хорошо бегает, дерется, то она полна сил. Если вспомнить, как я на нее грохнулся…

– На ощупь около 25-30. – пояснил, отпивая ещё чаю из кружки.

– На ощупь? – Алан поднял бровь, руки мужчины оторвались от шара в изумлении.

– Она упала.

Решил не упоминать, что я корпусом оценил все изгибы туловища преступницы.

– Так, ну посмотрите. – Мужчина отступил от шара и беловатая дымка внутри стала постепенно оседать, открывая фигуру девушки. Очень полезная вещица этот шарик, просто поразительно детально составлен образ.

– Это она! – одобрительно кивнул.

Глава

6

Первая неделя моего труда на специальный отдел прошла весьма оригинально – меня повысили. Причем на старом месте работы. Как выяснилось позже, не потому что мои заслуги, наконец, были признаны, а потому что новый работодатель нуждался в том, чтоб я занимал позицию повыше и мог сподручнее тасовать улики и выбирать дела, требующего внимания межалтернативного ведомства.

Подсидеть Томаса было приятно. Хоть бывший босс до конца и не понял, за что его вдруг пригласили в центральное отделение и почему его место занял не его зам или хотя бы детектив, а я. Пояснять, что дело в стрелах, я не рискнул, а потому с понедельника въехал в новый офис и принялся ломать голову над делом о таинственном убийстве.

Собственно, суть работы не сильно изменилась: как всегда требовалось настрочить два вида отчетов. Первый, реалистичный для употребления на местном уровне и второй, правдивый. Если ранее мои работы из последней категории отправлялись в мусорное ведро, теперь я мог с гордостью слать их Алану.

За первые пять дней моего труда, удалось выяснить, что жертва, найденная в Дэнеме, был еще менее законопослушным, чем могло быть ожидаемо от сотрудника госкомитета. Лёгкие раскопки на его рабочем столе выдали немало случаев, где он оступился, один из которых, собственно говоря, и мог завести его в гольф центр.

Помощь в официальной регистрации юр.лиц подозрительным гражданам, иммигрантам он рекламировал грамотно, даже сайтик сляпал для серьезности впечатления, благодаря которому мы, изучив расценки, смогли составить сумму нечестно нажитых средств убиенного, а также банк, где эти средства аккуратненько складировались, накапливались и должны были устроить мужчине прекрасное будущее.

Его жена, качая головой с платочком в руке, уверяла, что ничего не знала, но итоговую сумму накоплений не спросила, что заставило усомниться в ее словах. Ребенка допросить не удалось, поскольку кроме «папа» он в свой год и месяц ничего сказать по теме не мог.

Как всегда, полезные данные нам получилось выудить только у коллеги-любовницы жертвы. Как это часто бывает, дамы души и сердца доказывают свою востребованность не только при жизни своих возлюбленных, но и после, благополучно сливая информацию.

Взывать её на допрос в участок у меня не было желания, поэтому встретился с дамой в кафе недалеко от комитета, куда она явилась с опозданием на десять минут, чем моментально зарекомендовала себя как непунктуального человека. Ребята ждали моего сигнала на случай ареста, поскольку накопали мы на неё немало, однако сначала решил выудить информацию.

– Мистер Чарльзтон? – Я поднял глаза от чашки кофе и взглянул на девушку, что подошла.

– Да, присаживайтесь. – указал ей на стул.

Дама выглядела опрятно и очень нарядно. Видимо, в поиске утешителя для разбитого сердца, раз предыдущий представился. Горем не то что не убита, но даже прикинуться расстроенной не догадалась. Улыбалась во все свои выбеленные резцы. Её красная помада прекрасно сочеталась с такими же красными длиннющими когтями, которыми она ловко подцепила страницу меню.

– Что бы вы мне посоветовали? – спросила она, водя пальцем по списку горячих напитков.

– Отвечать на вопросы кратко, по существу и говорить только праву. – Ненавижу личностей, пытающихся избежать ответственности за счёт дешевого флирта или приторно сладкой лести.

Она захлопнула меню и бросила официанту: – Ванильный капучино!

– Мисс Слагард, вы в каких объемах вымогали у вашего любовника средства? – Я понял, что с такой девицей нужно говорить исключительно как с состоявшейся преступницей. Обычно это их напрягает и из роли обольстительницы выпихивает, ибо клеить обвинителя, когда горит стул обычно не получается. Мой опыт подсказывал, что разновидность дам к которой принадлежала мисс Слагард, существовала только за счет получаемых вне работы средств, самоутверждался за счет богатых подарков и внимания от любовника и была склонена манипулировать доступом к туловищу.

Она не ожидала такого откровенного невосприятия на чары и улыбка съехала с ее лица, уступив место праведному возмущению: – Я ничего не вымогала! Она сам мне давал!

– И дом на вас отписал. – продолжал я.

– Дом? Я сама…

– Вы сами будучи секретарем зарабатываете 16тысяч в год и снимаете квартирку в Лонгдейл за шестьсот фунтов в месяц. С учетом ваших трат, вам никак было не скопить восемьсот тысяч фунтов за год. – Я окинул её оценивающим взглядом. – Даже его хищений маловато, если честно. Сдается мне вы секретуете ещё где-то.


– Вы меня оскорбляете! Я честный человек. – Она начала нервничать и озираться по сторонам. – Мои отношения с мужчинами вас не касаются.

– Нас касаются ваши отношения с мужчиной, который помер спустя час после встречи с вами в местечке, которое вы настоятельно советовали ему посетить.

– Я очень люблю гольф.

– Вот и он до смерти его полюбил.

– Он поехал на встречу с одним клиентом. – Девица перешла на шепот. – Они хотели место на Пэлл Мэлл, мы провели регистрацию, но они хотели отжать здание. – Девушка схватила салфетку и промокнула губы. – У нас не настолько длинные руки. Тони пошел им объяснить и…

Всхлипнула красиво, почти натурально.

– Что за люди? Контакты, описание. – Я открыл приложение на телефоне, чтоб записать.

– Они меня того…– дрожащие руки комкали салфетку. – … И что мне потом делать, куда идти?

– Идти никуда не надо, если … «того». – ободряюще улыбнулся. – Мы вас сами заберем на вскрытие.

Она взвизгнула и распахнутые от ужаса глаза стали наполняться слезами.

– Не ревите, грим ваш размажется. – Посоветовал, протягивая новую салфетку. – Не переживайте, мы обеспечим вам безопасность, как главному свидетелю по делу.

– У меня есть телефон и почта, но я с ними вживую не встречалась. Они приезжие. – Девушка сглотнула. – Вы меня защитите?

– Не мы, а правосудие.

– А где я буду от них прятаться? В охраняемом месте, я надеюсь.

– В тюрьме, когда сядете за соучастие в кражах в особо крупных размерах. Очень безопасное и весьма охраняемое место, не находите? – Я отправил сообщение напарнику, который ждал меня в машине с подтверждением ареста. Девица схватила меня за рукав.

– Как в тюрьму?

– На машине.

– За что вы так! Я ни в чем не виновата! Он сам! – Сэм с ребятами зашли в кафе и возмущения девушки перешли в какие-то неясные попискивания.

Глава

7

– Джейн Ферро сказала, что видела тебя в кафе с шикарной блондинкой сегодня в обед! – Голос матери звучал невероятно звонко, мне показалось, что я слышу, как она на том конце радостно подпрыгивает в кресле.

– Она видела, как потом эта блондинка выходила в красивых металлических браслетах на белых рученьках и садилась в гос. транспорт для проезда на новое место жительства?

– Макс, не юли!

– Она преступница. Присела надолго.

– В кафе арестовываешь? Как повысили, так ты совсем уже с высоты поста распоясался? – Мама негодовала. – Бедняжка, наверно думала, что свидание, а ты…

– А я сразу браслеты и новая жил площадь. – Хмыкнул в трубку. – Почти как свидание. Последнее, перед браком. А что ты уже и преступницам симпатизируешь? Тебе совсем все равно, кому я достанусь?

– Мне будет менее жалко преступницу, ведь ты ей достанешься. Но вообще, хотелось бы не убийцу, ни серийного маньяка и не наркоманку. Чтоб здоровая была. – Мама завела любимую пластинку.

– Как насчет административных нарушителей?

– Отлично, кто-то есть на примете? – Она опять воодушевилась.

– По приметам я только задержания произвожу.

– Так задержи на подольше.

– Пока мама. – Я повесил трубку.

Кошмар, с каждым годом всё хуже. Если раньше, когда мне было двадцать пять, она настаивала на образованной девушке с хорошими манерами, из приличной семьи и с уважаемой профессией, теперь, когда мне тридцать семь, она готова к административной нарушительнице не наркоманке. Наверно, надо подождать еще пять лет и она согласится, что мне и одному хорошо. А вообще, как то странно, что нет критерия по ушам, ведь еще в прошлую пятницу был. Почему-то вспомнились уши воровки, что на меня напала и самым наглым образом вывела из строя в мой первый же опыт в другой альтернативе. Стоило освежить в памяти её нахальную мордочку и сложенные трубочкой губы, выдувающие порошок, сразу захотелось придушить. Когда её поймают, напрошусь в командировку в первую альтернативу, чтоб самому её за шкирку в клетку запихать.

Во второй половине дня, когда явился в центр межальтернативных расследований, Алан встречал меня с привычным качанием головы, мол, девица как в воду канула.

– Может эти кроны её убрали? – Предположил я. – Давайте ориентир на труп местным ищейкам.

– Ещё два дня поищут, потом и на труп дадим. – Согласился Алан. – Ну а пока по нашему делу о стрелах, есть зацепка, надо бы проверить.

– В третьей?

– Да. – Он кивнул и протянул мне папку. – Там намечается коронация местного вождя, от нас ждут делегацию. Ты поедешь в качестве кузена принца Карла-Филиппа Шведского, кстати он поедет с тобой.

– Я даже не говорю по-шведски. – На самом деле немного неприятно, что не наш принц едет. Тоже же есть свои, целых два. Но мало ли там какие-то терки на политическом уровне, много ли я знаю.

– Там никто не говорит, зато принц владеет английским. – Алан вздохнул. – Его впервые посылают на важное мероприятия. Возможно вы в курсе, он паршивая овца, даже престол наследует его сестра принцесса Виктория.

– И что я буду делать с паршивой овцой в третьей альтернативе? – За Вильяма и Гарри стало вдвойне обидней.

– Его надо женить на наследнице в идеале, а если нет, то хотя бы не дать ему испортить дипломатические отношения. – Алан встал и прошел к одной из гардин. Я наблюдал, как он отодвигает тяжелый бархат в сторону и естественно, по наивности своей ожидал увидеть окно, но там оказался гардероб. Причем немаленькое помещение, прямо как в театре. – Сейчас Милли подготовит чемодан с набором одежды, а пока, может, чайку?

Насладиться напитком мы не успели, с громким грохотом распахнулась пятая дверь и оттуда вылетел мужчина в каком-то латексном костюме.

– Это конец! – прокричал он, – Нападение средь бела дня.

– Эрт, проходи садись. – Алан уже наливал ему чашечку чая, а я, убедившись, что дверь закрылась сама по себе, перевел взгляд на мужчину. В таком костюме он либо в стриптизе танцует, либо на дно морское ныряет. Раз напали, то, наверно, первое, причем изнасиловали, скорее всего, раз он так орёт.

– Я был в хранилище древних артефактов. – Начал он свой рассказ. – По заданию, проверял целостность писания о богине времени и искал пояснение легенды. Вдруг откуда ни возьмись кроны. Я еле успел притаится, они к облаку данных и всё скачали. Как позже выяснилось, оригинал удалили.

Я понял, что кроны ещё и хакеры по совместительству.

– Паршиво… Значит, мы правы, они хотят объединить альтернативы? – Поинтересовался у коллег.

– Это как конец света в текущих семи и начало мира в новом едином. – пояснил Алан, не поворачиваясь.

– Я видел, что их носитель данных в лиловом накопительном шаре и на цепочке. – Мужчина пожал плечами. – Может чтоб не потерять, на шею повесят, ну как детишки. – Я скептически выгнул бровь почти синхронно с Аланом. – Но это не всё! – Мужчина, поставив чашку на стол со звонким «клац», подался вперёд: – Я осмотрел тело на выходе – мертв. Стрела в сердце при полном отсутствии наружных повреждений, ну прям как вы рассказывали. Убиенный – директор немаленькой компании предоставляющей облачное хранилище данных гос.структурам.

Через полчаса было решено, что мой визит в третью альтернативу откладывается, вместо этого я отправляюсь в пятую на сутки, осмотреть место преступления и пообщаться со свидетелями. Вместо чемодана с первоклассными тряпками августейшей особы мне выдали латексный костюм.

Стараясь не смотреть на себя в зеркало, дабы не начать комплектовать, молча напялил часы, которые, стоит отметить, неплохо смотрелись в этом образе, и направился к пятой двери.

Глава

8

– Вот центральный вычислительный центр облачного хранилища. – Эрт указывал мне на эллипсоид, парящий в воздухе на магнитной подушке. – Каким-то образом взломали защитный барьер и … – Он сокрушенно махнул рукой на творение местной техники и отвернулся.

Если честно, я бы даже не догадался с какой стороны к этому местному компьютеру подходить и как что-либо скачивать. Куда, собственно говоря, носитель информации вставлять.

Оглядев непонятный технический объект со всех сторон, на всякий случай с выражение задумчивости, решил, что стоит переключиться на что-то более привычное.

– С кем из сотрудников можно пообщаться?

– Я уже собрал троих в комнате у сервера, а четвертой нет до сих пор. – Эрт качал головой. – Такая хорошая ответственная девушка, ни одного замечания, ни нарекания, и на тебе! Как нужна, вдруг опаздывает!

– Часто опаздывает? – Какое-то нехорошее ощущение зародилось где-то в желудке и начало подкрадываться к горлу. – Что за сотрудница?

– Первый раз! – Эрт повел меня со соседний зал, а я сфокусировался на его словах, даже по сторонам не смотрел в этом техногенном раю.

– Всего месяц как устроилась. Вежливая, воспитанная, молоденькая. – Эрт вытянул руку вперёд и на уровне своего плеча поводил над полом со словами. – Махонькая такая вся. Может, случилось чего?

– Может, грохнули её вчера когда тырили. Она могла в этот зал зайти не вовремя?

– Сейчас уточним.

В соседнем помещении висел диск, как я понял, выполняющий роль стола и ещё несколько поменьше рядом, выполняющие роли табуретов.

Через час общения с сотрудниками стало ясно, что пост свой они несли не очень ответственно, о чем ныне сожалели, и подтвердили, что новенькая так и не явилась на работу сегодня, а вчера сидела допоздна. Трупа девушки обнаружено не было. Я сложил моментально классическую схему краж, излюбленную фанатами американского кинематографа. Понасмотрятся, и играют потом во всех друзей Оушена.

– Как она выглядит? – поинтересовался, приготовившись записывать ориентир.

– Миниатюрная, миленькая, с каштановыми волосами. – начал один из допрашиваемых, а я почувствовал, как догадка шевелит волосы на затылке. Поднеся браслет к губам, отправил сообщение Алану прислать составленный фоторобот на воровку из первой альтернативы.

Через час, прибывший мне в подмогу шар с изображением подозреваемой был установлен на столе, а четыре головы в такт кивали и твердили, что это их новенькая сотрудница Мона.

Оставив задание мужчинам разыскать девицу и притащить в центр, я с чувством негодования вышел на улицу, дабы насладиться местными пейзажами и пообщаться с парочкой свидетелей из кафе напротив здания.

Пятая альтернатива представляла собой техногенный прорыв в инженерии, нано технологиях и искусственном интеллекте. Дома, с виду стеклянные монолиты невероятной высоты. Кругом сновали причудливые транспортные средства. Некоторые на магнитных подушках по каким-то направляющим (причем не только по земле), некоторые, похожие на дроны с четырьмя пропеллерами, летали в небе.

– Вчера мы закрылись в 9.47 – вещал мне робот-официант. – Нарушителей порядка зафиксировано 2 человека из них один был задержан сотрудниками закононадзирательного органа.

– А необычные какие-нибудь были ситуации?

– Вопрос не ясен, перефразируйте запрос.

Я вздохнули достал ориентир на воровку: – Даму эту видели в округе?

– Да, 23 раза за последний месяц. Могу прочитать список всех заказов совершенных посетительницей у нас в кафе. Могу сообщить время прибытия, убытия, могу передать номер транспортного средства. Выберите нужную информацию.

Я обрадовался. – Номер транспортного средства.

Через час мы с Эртом стояли у здания аренды средств перемещения.

– Жаль, что транспорт не её. Кинула уже наверно. – Рассуждал напарник.

– Она из первой альтернативы. – успокоил его. Почему-то мне казалось, что адреналин буквально танцует у меня в венах и весело подпрыгивает пульс от предвкушения, что я эту нахалку сейчас сцапаю. Логика меня ещё никогда не подводила, а рассудил я так: – Коль Мона из другой альтернативы, то срок у нее либо час, либо сутки, либо месяц. Транспорт она взяла, когда устроилась работать в хранилище данных. Месяц истекает как раз сегодня в семь вечера, а значит она притащится сдавать это подобие мотоцикла. Уверен, нарушать закон ещё и с такой глупостью она не будет. Я донес Эрту мой гениальный план. Он покивал, восторженно покудахтал и пошел купить нам провизии, поскольку уже темнело, а с утра мы так и не успели местных деликатесов накушаться. Чашка чая, выпитая в офисе у меня испарилась в желудке, моментально, подогретая гневом, едва я вспомнил про воровку. Был уверен, что Мона – это не настоящее имя. У этой преступницы – куда ни глянь – одни статьи уголовного кодекса. Еще и на два мира пашет – кошмар!

От нечего делать, я решил прогуляться вокруг здания, время ещё позволяло. Сооружение представляло куб совершенно правильной формы, выполненный из материала, напоминающего стекло. За поворотом я идентифицировал несколько выездов для разных типов транспорта. Далее вдоль стены шла цифровая панель с какими-то символами. «Надо бы взглянуть». Пешеходного перехода тут не предполагалось, поэтому, решил, что перепрыгну.

Убедившись, что рольставни не открываются, я шагнул на магнитный рельс.

Следя одни глазом за воротами, я уже занес ногу, чтобы перепрыгнуть на второй, но свист и затем сигнал откуда-то сзади, заставил меня повернуться. Это я конечно не учел… Что тут же, оказывается, и заезд. К роллете несся местный аналог мотоцикла, пытаясь затормозить.

Соскочив с рельсы, я сгруппировался вовремя, но и водитель умудрился остановиться. Мне нереально повезло.

– Вы в порядке? – встревоженный женский голос прозвучал у меня над ухом и я понял две вещи: Она слезла с мотоцикла и … это Она.

Продолжая отворачиваться, я лихорадочно размышлял, как мне её обездвижить. Эффект неожиданности явно на моей стороне. Почувствовав, что девушка участливо положила руку мне на плечо, я резко схватил её за кисть, вывернув всю руку назад и, подтолкнув в спину, умудрился прижать к себе, надежно зафиксировав вокруг талии. Обе руки ее были прижаты к телу, так что порошок она мне явно не выдует.

– Попалась! – шепнул ей в затылок, от чего всё туловище воровки напряглось.

– Опять ты, мразь! – ответила девица и со всей силы съездила мне пяткой по ступне. Похоже, набойки металлические на её ботах. Было больно. Настолько, что я даже зажмурился и, наверное, передавил бы ей все ребра, но она, не дав мне передохнуть, сделала то же самое со второй ногой и мои руки дали слабину.

Воровка рванулась к мотоциклу, я за ней и, выползя на рельс, преградил дорогу. Боль в пальцах ног пульсировала, но она как-то умудрилась спеться с гневом. Я мог поклясться, что по цвету и температуре был, как раскаленная сталь.

– Ты не посмеешь. – Сложив руки на груди, я прожигал ее взглядом. – Ещё и убийство припаяем, надолго присядешь!

С громким. – Ха! – Она завела машину и ринулась на меня.

Глава

9

Макс, я всерьез опасаюсь за твое здоровье! – Алан зашел в мою больничную палату с подносом, на котором красовался чайный сервиз.

Я молча смотрел в потолок и пытался отвлечься, подсчитывая количество точечных светильников уже по десятому разу, поскольку думать о делах я не мог. Стоило только вспомнить о расследовании, в мозгу всплывало громкое «Ха!» и потом удар, падение, гипс.

– Нет, ну, правда. – Босс обошел мою кровать и обе ноги с гипсом на пальцах, зафиксированные на подвесах. Я старался не прикидывать, как это выглядит со стороны, но мама, навестившая меня вчера в клинике, чуть не лишилась чувств.

– Второй выход в альтернативу и опять нападение, причем тяжесть травм прогрессирует. – Алан протянул мне чашку чая, которую только что налил. – На вот, выпей. Кости срастутся быстрей. – Я принял кружку из его рук с благодарностью. – Я боюсь посылать тебя на задание.

– Я в порядке. – пояснил, качая головой. Это была единственная не зафиксированная и способная шевелиться часть тела. – Я найду эту нахалку и задушу!

– Категория межальтернативных преступлений, статья пятая: убийство. – Алан покачал головой. – Главное задержать, придушить мы её и в камере организуем.

– А смертной казни в межальтернативном законодательстве не предусмотрено? – прозвучало как-то жалобно. Самому противно стало, что я уже второй раз какой-то воровке – недоростку уступил.

– Нет, но мы не отчаиваемся. Несчастные случаи никто не отменял.

Я умудрился улыбнуться.

Ставя пустую чашку на тумбу у кровати, понял, что не чувствую боли и могу снова шевелить пальцами ног.

– Прямо магия, какая-то. – взглянул на Алана. – Как новенький, хоть сейчас вдогонку!

– Сейчас не выйдет, у нас итак уже делегация задерживается. – Алан вышел к двери и кивнул кому-то в коридоре.

Когда в палату зашла девушка с чехлом под одежду и чемоданом, я вспомнил, что меня ждёт овца, которую я веду в третью альтернативу на случку.

Из клиники меня выписали в срочном порядке. Врачи смотрели с каким-то сочувствием, наверно думают, что меня в психиатрическую лечебницу переводят: привезли в латексном костюме, увозят в вычурном тряпье дизайнера импрессиониста в закрытом авто. Я вздохнул.

«Может и хорошо, что какое-то время меня в Лондоне не будет».

– На сколько мы уходим? – спросил у босса.

– На неделю. – Он передал мне очередную папку. – Изучи свою легенду и историю Шведской королевской семьи, мало-ли кто познакомиться подойдёт.

– Максимильанус Бернадот Герцог Весторботтенский? – Боже, надеюсь можно попросить окружающих называть меня Макс для краткости.

– Да. Твой кузен, Принц Карл Филипп Бертиль Герцог Вермландский, уже прибыл и ожидает нас у дверей. – Алан покивал на фото принца. – Он весьма чувствителен к словам, постарайтесь быть посдержанней в комментариях. Хоть он и предупрежден о вашей специальной миссии, согласие королевской семьи получить было не очень просто.

Я кивнул, но что-то мне подсказывало, что намучаюсь я с этой овцой.

– Макс, целая неделя. – Алан поджал губы. – Постарайся выжить. Если что, в чемодане есть оружие.

Я кивнул с благодарностью, мысленно потирая руки.

Принц оказался невысоким мужчиной, вполне приятной наружности с бородкой, столь модной в последние дни. Одет он был так же живенько, как и я. Его чемодан стоял поодаль, а слуга старательно натирал ботинки августейшей особы, расположившись на полу у его ног.

Мне он сразу не понравился. Не слуга, а принц.

– Вы и есть, мой персональный охрана? – Пробасил Карл на едва ли сносном английском и окинул меня ледяным взглядом из-под полуопущенных ресниц, декоративно отведя левую руку в сторону. Поскольку я был на полторы головы выше, смотрелось очень комично.

– Я следователь межальтернативных преступлений. – Отчеканил не менее ледяным тоном. – Ваша задача не препятствовать следствию и вести себя естественно.

– Ладно, пока всё хорошо. – Ответил принц о чем-то своем, а я решил, что будет трудно не воспользоваться оружием в личных целях.

Алан распахнул нам дверь и я минуты три смотрел, как Карл мялся, с опаской заглядывая в проём. Решив, что я просто обязан ему помочь, пихнул королевского отпрыска чемоданом в спину. Принц успешно преодолел границу миров с полученным ускорением, а я услышал сзади голос Алана: – Удачи.

Нас встречали. Трое мужчин в нарядах позднего средневековья с элементами стимпанка, поднимали руки вверх, будто их окружили и взяли на прицел, только при этом они ещё качали головами.

– Что это? – Принц явно не прочитал вводную по приветственным обычаям мира. – Сдаются что ли?

Так, после первых двух секунд в третьей альтернативе, я заподозрил, почему он овца и по каким причинам его отец выбрал наследницей трона принцессу Викторию.

– Приветствия такие. – Прошипел, сквозь улыбку. – Принц лениво помахал рукой в ответ встречающим, а я умудрился повторить жест с руками.

Глава

10

В целом, не смотря на весьма странные не очень практичные предпочтения в одежде, третья альтернатива оказалась развитым государством. У них были свои разновидности транспорта, оригинальный архитектурный стиль и крепкие социальные устои, жестко контролируемые органами власти. Пока нас везли в неком замысловатом авто, я прочел все девять страниц из выданной Аланом папки и запомнил имена всех из правящей семьи и их приближенных.

Принцесса Ясма, обещанная Карлу была весьма пропорционально сложена, собственно говоря, только благодаря наличию её фото в папке, я умудрился заставить его прочесть информацию тоже. Заодно порадовался, что тут способен читать. Слуга принца, которого, как выяснилось звали Ларс, сидел напротив нас с чемоданами и с любопытством глазел в круглое окно. Вот ему, как и мне, простому человеку, повезло узнать принципы устройства миров.

Дворец, в который мы прибыли, великолепием не поражал. Возможно, мой лимит по удивлениям был исчерпан в этом месяце и я наблюдал окружающий пейзаж с лёгкой долей цинизма, довольствуясь тем, что это другой мир.

Нас с принцем поселили в соседние комнаты и мы должны были праздно шляться до семи вечера по местному времени, пока не начнется официальный прием. Как я понял, гостей ожидалось много, послы из всех альтернатив плюс местная знать.

Поскольку я не мог заставить себя убить два часа в четырех стенах комнаты, когда тут целый незнакомый мне мир вокруг, уже через десять минут стоял в коридоре, размышляя с чего бы начать расследование.

Дворец явно находился на значительном расстоянии от самого города, а значит пешком мне туда не дочапать, вернее не причапать обратно вовремя, да и допросить никого не успею. Решил, что прогуляюсь по окрестностям. С навигацией у меня всегда было отлично, поэтому я нашел выход из лабиринта пышных залов и не менее пышных коридоров уже через семь минут. Погода была пасмурная и количество тяжелых серых облаков в небе нашептывало приближение грозы. Я направился в сад.

Как это часто бывает при приближении дождя, краски окружающей растительности видятся более насыщенно. Причудливые цветы, деревья и яркие затейливые клумбы убедили, что королевская семья на услугах садовника не экономят и обладают высоким эстетическим чувством прекрасного.

Я обошел здание примерно за час. По пути мне попадались только слуги, которые каждый раз при виде меня поднимали руки, что было весьма забавно. Вспомнился тренировочный тир в полицейском участке. Там рамки преступников тоже в таких позах выезжают и ты по ним стреляешь.

Углубляться в заросли кустарников времени не было, поэтому я решил, что осмотрю позже, но подметил, что там маячат какие-то невысокие постройки или руины.

За десять минут до начала банкета, я стоял в комнате принца, наряженный, как ванильное мороженое в хрустящем рожке. Мне даже казалось, что все поверят, будто я голубых кровей, поскольку узкие манжеты и удавка на воротничке передавливали доступ крови и мои руки и лицо приобрели аристократическую бледность.

Принц стоял в панталонах и носках на подтяжках и пытался выбрать одну из трех белых сорочек.

– Что мне надеть, чтобы произвести впечатление? – обратился он ко мне.

– Думаю, ваше отсутствие, впечатлит её гораздо сильнее, чем любая сорочка. – Я сложил руки на груди. – Лучше не опаздывать.

Карл недовольно ткнул пальцем в рубашку по центру. Я терпеливо ждал пока он облачится в наряд и Ларс польёт его из флакона пахучей дрянью. Когда принц был готов и подошёл к двери, я чихнул.

– Вы больны? – Он молниеносно выхватил платочек и поднес к своему носу.

– А вы нет? – Если честно, из нас двоих сомнения вызывает, как раз он.

– Не дышите в мою сторону. – Распорядился принц и мы выплыли из комнаты в семь минут восьмого.

Бальный зал был украшен богато. Даже мне показалось, что тут много, что можно спереть и перепродать как антиквариат. Народу было много, но нас вели к шеренге, выстроившихся по правую руку от постамента, где явно восседал король с семьей.

– Его величество, король Эсамир. – вещал церемониймейстер, а король поднял руки вверх, склонив голову вбок. Я повторил жест и выдохнул, когда Карл умудрился тоже поднять обе руки.

– Добро пожаловать, принц. – Король смотрел на меня и улыбался. Стоящая рядом королева тоже, я напрягся.

– Спасибо за приглашение! Это честь для нас с кузеном. – отозвался Карл слева от меня и две пары глаз опустились с моего лица на его, при этом у королевы по-моему они ещё и на переносице сошлись.

– Позвольте представить мою дочь, принцессу Ясму. – Король оказался удивительно тактичным и конфуз прошел незаметно. Принцесса подняла руки и Карл шагнул к ней. Опозорится он опять не успел и я почти расслабился.

Далее нам представили делегатов с других альтернатив. Все с такими же громоздкими браслетами, что и у нас. Из первой были выряженные, как павлины особы в платьях, напоминающих местный покрой только если вы обладаете хорошей фантазией. Из второй альтернативы были два мужчины – сыновья монарха: Принц Онил и Принц Абур. Мы двинулись дальше и познакомились представителями пятой альтернативы, где я вчера пал жертвой нападения. Три делегата в нарядах местного покроя, но из латексного материала. Из шестой была пара, как я понял, самих монархов: – Король Мин и Королева Ула, правители крупнейшего государства альтернативы. – Вещал церемониймейстер, а мы повторяли жест приветствия, как заведенные.

– И, наконец, принц Авий и его невеста маркиза Эвери. – Я поднял руки, улыбаясь принцу, но, когда мой взгляд упал на маркизу, мне показалось, что меня электрошокером тыкнули. Передо мной стояла воровка в сером платье с распущенными волосами и, кажется, накрашенная. Её лицо выражало крайнюю степень удивления. Глаза распахнуты, рот приоткрыт и руки замерли на полпути вверх. Я сразу видел, что она труханула на долю секунды, но заминка вышла незаметной никому кроме нас.

– Очень приятно, – проговорил четко и вкрадчиво.

– Взаимно. – ответил Авий и мне показалось, что я услышал «Ха!» со стороны его спутницы.

Глава

11

Бал был в самом разгаре: гости расслаблялись, слуги напрягались, я следил за каждым движением воровки, отвечал на какие-то вопросы людей вокруг, пробовал местные деликатесы и даже запомнил очередность движений популярного танца. Карл стоял поодаль от меня, о чем-то увлеченно разговаривая с Ясмой, а я удивлялся, как вышло, что она его слушает.

– Высокоуважаемый принц, это вам. – сообщил подошедший слуга с подносом. Я закатил глаза. Единственный человек на этом балу, что не перепутал меня с принцем – это была воровка. Даже среди великих послов которым нас представили лично, меня почему-то восприняли будущим монархом. Это говорило совсем не в пользу Карла.

Чтобы не устраивать сцен и длинных объяснений, я взял записку с подноса и поблагодарил слугу. Отойдя к столику с фруктами, открыл послание:

«Ждем вас в полночь в саду у расколотого фонтана».

Так, похоже становится ещё интересней. Хорошо, что записку перехватил я, сам и пойду, только захвачу оружие. Я окинул зал сканирующим взглядом и убедился, что воровка стоит, как приклеенная рядом с женихом и активно изображает послушание. Лгунья! Её ничего не подозревающий спутник общался с парой мужчин из второй альтернативы. Вдруг Авий отвлекся и, повернув голову, встретился со мной взглядом. Он поднял руку. Жест был не ясен, но я кивнул.

Закуски никак не заканчивались даже к без пятнадцати двенадцать, впрочем, как и выпивка, поэтому решил, что пора остановится самому. Извинившись, я покинул зал, поднялся в комнату и раскрыл двойную крышку чемодана. Вынув пистолет, заправил его в предлагающуюся тут же кобуру и одел на плечи под пиджак. В саду я был уже без десяти и аккуратно продвигался в сторону построек, что подметил ранее.

В темноте ночи фонтан мне удалось увидеть не сразу, однако четыре темных силуэта на фоне серой стены беседки я рассмотрел. Рассудил, что пристрелить меня посреди торжественно приема, где я почетный гость, они не смогут, а значит цель встречи либо обмен информацией, либо какие-то предложения о сотрудничестве. Вспомнив, что принц – это Карл, а не я, то первая предполагаемая цель точно отпадает. Никакой информации он поставить точно не сможет. Выдохнув, я уверенно шагнул на тропу, ведущую к беседке.

– Принц, спасибо, что пришли. – начал Онил. – Как вы находите мероприятие?

– Весьма интригующе. – ответил честно. Особенно сейчас, когда мероприятие осталось там во дворце, а мы тут в потемках.

– Вы должно быть удивлены нашей просьбой о встрече.

Я кивнул, вдруг уловив какое-то движение в кустах за спиной принца Абура. Либо у них там снайпер взял меня на прицел, либо кто-то уши греет.

–Как вы видите, мы представляем собой группу будущих монархов наших альтернатив, мы – это надежда и уверенность наших граждан. – Авий приблизился к четвертому мужчине, которого я не узнал, ибо представлен ему не был. – Это король Фарим.

Мужчина приблизился и слегка склонил голову.

– Я король восьмой альтернативы. – сообщил он. Я напрягся. Почему их восемь? Почему Алан сказал только про семь?

– Я вижу, вы удивлены. – Губы Фарима скривились в ухмылке. – Та информация, которой владеете вы, безнадежно устарела. Количество альтернатив может быть бескрайним и править можно всей альтернативой, а не небольшим государством в рамках своей.

– Неужели? – выдавил я. Классический случай психиатрии: синдром правителя мира.

– Мы, будущие монархи своих альтернатив, разрабатываем проект, при котором рамки навязанные нам ошибками истории будут убраны. – Фарим рукой указал на принцев за своей спиной. – Все наследники разделяют нашу инициативу. Что же скажете вы?

– Весьма похвальная идея. – покивал, помня о возможном снайпере. – Однако, прежде чем принять участие в проекте, мне необходима информация, детали, сроки.

– Я посмотрю, вы деловой человек. – Фарим усмехнулся, но его холодный взгляд был устремлён чётко мне в глаза. – Однако, не думаю, что вопрос открыт к обсуждению.

– А зачем мы тогда его обсуждаем? Записали бы меня в ваши ряды заочно. – Я сверлил его уверенным взглядом в ответ. – У нас такое практикуют. Как раз в рядах власть имущих.

– Вы умнее, чем нам о вас рассказывали. – Авий подошел к нам. – Мы готовы поделиться информацией, чтобы вы уяснили свои задачи и поняли, что ожидается с вашей стороны.

Фарим протянул мне квадратный предмет, и я увидел на внутренней стороне его предплечья татуировку стрелы. «Надо же, – подумалось мне. – Преступники сами меня нашли. Алан прав, я как-то сам к себе притягиваю неприятности и неприятелей».

Через несколько минут я уже возвращался ко дворцу с договоренностью встретиться с группировкой через два дня. Разошлись мы по саду как полагается по очереди, но я задержался. Поскольку хотел поглядеть, что за человек прячется в кустах. Старательно изображая полное неведение и наивность, я насвистывая двигался по тропинке, прислушиваясь периодически к звукам сзади. Вдруг дорогу мне преградила ветка и я, остановившись, повернулся к стволу дерева откуда она опустилась.

Воровка стояла, облокотившись слегка в тени с этой длиннющей веткой в руках (которую она только сейчас опустила) и сузив глаза, поинтересовалась: – Значит, вы ещё несостоявшийся крон.

– Я посмотрю, со слухом у вас всё хорошо. – похлопал в ладоши в ответ. – Платье только свое измазали, так что в бальном зале вам лучше не появляться.

Она откинула ветку и приблизилась.

– Что вы делали в первой и пятой альтернативах?

– Хоть вы и не в том положении, чтобы задавать вопросы, я отвечу. Вы не поверите, гулял. – Ситуация начала меня забавлять, хоть желание придушить нахалку не прошло. – В то время как вы тырите барахлишко, многие честные граждане просто наслаждаются чистым воздухом.

– Мне трудно в это поверить. – Она покачала головой и невероятной величины сережки прозвенели в тишине сада. Мой взгляд упал на её уши, а потом опустился на голые плечи. Покрой платья был весьма откровенный и мне подумалось, что ей должно быть прохладно. Карманов у наряда не предполагалось и я решил, что она не вооружена и без порошка, раз воспользовалась веткой.

– А мне-то как трудно, вы не представляете. – я хмыкнул. – Зная, что вы преступница, стоять и приветственно расшаркиваться, слушая, что невинные жертвы считают вас маркизой.

– Невинные? – она выгнула бровь и усмехнулась.

– Вы грабите только виновных?

– Я не обязана объяснять мои действия и их причины. – вздернув подбородок, девица намеревалась смыться, но я схватил её под локоть.

– Преступники всегда так говорят. – проговорил чётко, ей в ухо. – А вообще обязаны, но так и быть не сейчас а на официальном допросе.

– Я правда маркиза и помолвлена с принцем. – она обижено фыркнула.

– А так говорят пациенты психиатрических учреждений.

– Чего вы хотите? – Эвери попыталась вырвать локоть, но у неё ничего не получилось, я держал крепко. Да и стоял, предусмотрительно поджав пальцы ног в ботинках.

– Правосудия. А вы?

– И я. – Она вглядывалась мне в лицо, по-прежнему пытаясь оторвать мои пальцы от своего локтя.

– Мне кажется, в наших альтернативах это понятие имеет полярные значения.

Она на мгновение закусила губу, потом добавила. – Ладно, раз вы не крон, живите пока, только под ногами не мешайтесь.

– Кажется, вы не поняли. Вы приступили закон. Я тот, кто ловит и наказывает таких как вы. – Хорошенько встряхнул её для усиления эффекта.

– Вы сдадите меня кронам? – Спросила она.

– Я думаю это вы могли бы сдать их мне. Как я понимаю, эта группа самовлюбленных отпрысков власть имущих как раз кроны и есть, а один из них, как это ни странно, ваш женишок.

– Вы не с ними? Не будете с ними? – Кажется, она никак не могла в это поверить. – Откуда вы? Кто?

– Так, сначала вы мне всё рассказываете, а потом мы с вами познакомимся.

Глава

12

– Вы будете допрашивать меня тут? – Эвери с опаской покосилась на кровать в моей комнате. – Вы уверены, что слово «допрос» имеет одинаковое значение в наших альтернативах.

Я закатил глаза и потащил её к стулу, предварительно стянув с него один из пластронов.

– У меня нет возможности отъехать из дворца сейчас и предложить вам менее комфортную камеру. – Связав ей руки за спиной, я надежно зафиксировал их к спинке стула. Выудив ещё один пластрон из шкафа, я присел, чтобы связать воровке ноги. – Кроме того, меня не интересуют эти ваши бабские уловки. В моих глазах вы преступник. Никто на вашу воровскую добродетель не посягнёт.

– Я ничего не скажу, я не доверяю вам. – Я искренне удивился, что она не пыталась меня пинать. Приподняв юбку, я понял, что на щиколотках оружия нет, как и чулок или колготок. Возможно, что-то было приколото к бедрам, но почему-то моя рука замерла на уровне туфель и я не смог заставить себя ощупать преступницу.

– Будто я вам доверяю. – Закончив с ногами, я решил, что стоит приоткрыть окно, поскольку съел я, похоже, слишком много и выработанную организмом энергию деть было некуда. То, что проволок девицу такое расстояние из парка, меня вообще не напрягло, только стало невероятно жарко.

Через пару мгновений, сделав три глубоких вдоха свежего воздуха, я повернулся к допрашиваемой.

– Итак, приступим. – придвинул кресло и расположился напротив нее. – Вы сперли ожерелье из первой, вы сперли носитель информации из пятой. Зачем?

Одарив меня свирепым взглядом, девица уверенно молчала. Я схватил её за подбородок.

– Может, при женихе вы будете более красноречивы? – сделала вид, что направляюсь к двери.

– Стойте! – Девушка, свирепо пыхтя пыталась подпрыгнуть со стулом. – Вы что, совсем дурак? Авий ничего не знает. – Она опять попыталась вырвать руки, но это была пустая трата сил, узлы вязать я научился отменно. – И вы тоже.

– Так просветите.

– Скажите, на чьей вы стороне?

– На своей.

– Я имею ввиду, если выбирать между кронами и повстанцами.

– На своей. – Я устроился обратно в кресле. – Предпочитаю сохранять нейтралитет в любой конфликтной ситуации.

– Кроны хотят создать новые миры. – сказала Эвери.

– Для чего? – сложил руки на груди. – Насколько я понял, каждый уже успешно властвует своим маленьким государством. Смысл так рисковать? Ради чего? Еще и помогать другим? Да и откуда такая щедрость со стороны остальных кронутых, это что, кружок филантропов? Стал королем – помоги другому?

– Мир созданный Фаримом нестабилен. Они ищут знания древних, которые помогут создавать миры правильно. – пояснила девушка.

– Знания? – скептически цокнул языком. – Тут либо в школу надо было ходить, либо в церкви к богу обратиться с вопросом.

– Знания, которые помогут создать ключ богов. – Она устало выдохнула. – Вы вообще что ли ничего не знаете? Чему вас ваши наставники учили? Ведь правящие кланы всех альтернатив обладают знаниями.

Я проигнорировал её вопрос.

– Вернемся к вашим преступлениям. Ожерелье и носитель данных. Для чего они вам?

– Не мне, а им. – Она покосилась на дверь. – Сюда точно не войдут?

– Ещё пять минут назад мне казалось, что вы хотели, чтоб вошли. – Я нагнулся к девушке. – Так что там с кражами?

– Мне удалось узнать, что Авию нужно ожерелье, поэтому я пробралась туда раньше него.

– Чтобы сделать сюрприз любимому.

– Чтобы оно ему не досталось. – Она фыркнула. – Он убил нашего короля, своего отца, неужели вы думаете такого человека можно полюбить?

– Видимо, за таких только замуж выходят. – подытожил в ответ.

– Я это делаю, чтоб быть в курсе событий и помешать им.

– Вы, надо думать, на другой стороне поля. Ну, и кто такие повстанцы, где они, сколько их?

Эвери сначала замялась, опуская взгляд на колени. Я подумал не ответит, но потом, закусив губу, она взглянула на меня украдкой. Я видел, что она сомневается и понял, что ей страшно, но спустя минуту колебаний девушка сказала: – Это я.

– Я и…

– И всё пока.

– Вы же не думаете, что я поверю, будто вы в одиночку ползаете везде. – Она, конечно отчаянная, как я уже понял, смелая, как успел оценить и сильная, как мне повезло прочувствовать, но то, что эта настолько безрассудна в таком опасном предприятии, меня почему-то разозлило.

– Ну и не верьте, я не вру. – кажется, обиделась и даже покраснела. – Я достаточно ловкая.

Ей хватило наглости хмыкнуть.

– Вы сломали мне пальцы на ногах, а до этого пытались отравить. Оба правонарушения уголовно наказуемы.

– Я думала, вы крон. – Она виновато потупила взгляд. – Извините.

– Я думал, вы умнее.

– Я думала, вы тоже.

Мы встретились взглядами и мне показалось, что в её глазах сверкают молнии.

– Так, опустим пока. – Наконец я подошел к главному вопросу, который меня беспокоил уже не одну неделю. – Что за изображение стрелы у вас на ноге?

– У кронов есть глупый обряд, они все сделали себе стрелы на предплечье. – она хмыкнула. – Это помогает их идентифицировать.

– Так, и, чтобы вас было вычислить так же просто, вы сделали себе тату обломанного наконечника. Это что, такая форма протеста в картинках? Не боитесь, что жених заметит, вроде не совсем дурак, да и не слепой.

– Это такое место, которое так вдруг не увидишь. – пояснила Эвери.

– Серьезно? – Я обалдел. Ничего глупее не слышал. – Это первое, что я увидел выйдя на рынок, впрочем, как и толпы других, следящих за вами взглядом, пока вы носились с краденым в руках в ядовито голубой юбке. Да шрамы, родимые пятна и тату – это первые особые приметы, которые бросаются в глаза. Я молчу про патологоанатомов, которые не просто увидели бы, но и сфотографировали бы и запротоколировали.

– У нас в альтернативе, девушки ходят в длинных юбках.

Помирают, надо думать, тоже. Надо же, жених что, под юбку к ней не заглядывал? Что-то мне подсказывало, что вопрос лучше не озвучивать, по крайней мере не сейчас. Пока я рассматривал серую ткань юбки, под которой прятались упомянутые выше части тела, девушка сообщила.

– Носитель мне выкрасть не удалось, они были быстрей меня. – она поёрзала на стуле. – Пустите, мне больше нечего сказать.

– Где ожерелье?

– Я не скажу, хоть пытайте.

– Обязательно! – Я встал, она взвизгнула и зажмурилась.

– Я только знаю, что следующая нужная им вещь во второй альтернативе. – Тараторила девушка, пытаясь отклоняться. Я наблюдал за её мучениями, пока стул не начал крениться назад, поскольку дурочка, оттолкнулась ногами. Моя отличная реакция сработала отменно и я кинулся ловить спинку стула и это определённо смягчило падение, по крайней мере для девчонки, но вот баланс я потерял и меня повело вниз за стулом в моих руках. Пришлось расставить ноги, пытаясь удержаться, но сиденье стула с привязанной девушкой уже принимало горизонтальное положение. Момент когда обе её коленки прилетели мне между ног я проклял день, когда поступил на службу правосудию.

Глава

13

– Вам больно? – Раздалось где-то в районе левого плеча. Если честно, я не свернул ей шею только потому, что моя рука была придавлена спинкой стула. У меня даже в глазах потемнело, но я умудрился прохрипеть: – Нет.

– Вам повезло, а мне больно. – зараза начала ерзать. – Я упала на свои руки связанные в замок, ещё и вы сверху. Мне кажется, теперь синяки будут.

Мысленно пожелав, чтоб у неё отвалились руки, я медленно скатился на бок. На ковре было мягко и спустя пару минут боль отступила, я повернул голову, посмотреть на девушку.

Она так и сидела на стуле лежа и смотрела на меня.

– Вы мне поможете встать?

– Нет, так полежите.

– А что теперь дальше будет? – Молча лежать она явно не хотела. – Вы мне поможете? Вы же тоже против кронов.

– У вас странный метод вербовки в ряды повстанцев. – Вздохнув поглубже, я умудрился сесть. Закрыв глаза, потёр лицо рукой, пытаясь отогнать волну гнева, толкающую меня на преступление, и призвать разбежавшиеся мысли в логическую цепочку.

– А как вас зовут?

Я повернулся.

– Память для вора-разведчика у вас паршивая.

– Я просто так растерялась, когда вас увидела, что уже не слушала, что сказали.

Мой взгляд скользнул с её лица на злосчастный стул и тут я заметил, что юбка тоже подвержена силе гравитации и, задравшись, полностью оголяет ноги и бедра девушки.

Сразу стало ясно, что я поступил весьма мудро, связав ей руки с самого начала: на левом бедре был пояс с кинжалом, а на правом какие-то склянки, предположительно с отравляющим порошком.

– Неплохо вы на бал вырядились. – кивнул я на экипировку. – Жаль быстро не достать в такой-то тряпке.

Было видно, что Эвери только сейчас заметила, что платье не в порядке и, пытаясь приподняться, в итоге грохнулась на бок. Волосы упали ей на лицо.

– Поздно начали стесняться. Я уже всё видел.

Пытаясь выплюнуть прядь волос изо рта и сдунуть помеху с глаз, она проворчала: – Мне всю ночь тут лежать?

Я встал и подошел поднять стул с девушкой. Она ахнула, когда я рывком поставил её вновь в вертикальное положение.

– Вы меня отпустите?

– Пока. Однако, о каждом своем шаге вы будете докладывать мне и делать этот шаг только с моего разрешения. – Я развязал ей ноги и, убедившись, что она не пытается нападать, принялся, развязывать руки.

Эвери вскочила, едва я её освободил и кинулась к двери. Повозившись с замком, отперла и вылетела в коридор. Я поздравил сам себя с гениальностью и годами выработанной хитростью, медленно прошагал к двери, запер на ключ опять.

Стоя у косяка, я мысленно досчитал до двенадцати, когда послышались её шаги и девушка принялась колотить в дверь.

– Вы! – шипела она в замочную скважину. – Отдайте мой браслет! Вы спятили?

– Не вы одна умеете воровать. – наклонившись к замку, я встретился с ней взглядом. – Отдам, если будете хорошо себя вести и выполнять всё, как приказано.

Она с досады пнула дверь.

– Ладно. Будь вы прокляты!

– Отличненько, увидимся за завтраком. Спокойной ночи. – Я вернулся к кровати и нагнулся за браслетом девушки. Всё же я правильно поступил, сняв по-тихому браслет, пока вязал ей руки. Вопрос, куда его спрятать, чтоб не спёрла. Я был уверен, что она попытается влезть если не завтра, то сегодня.

Через полчаса я стучал в комнату принцу.

– Его высочество ещё не вернулся с бала. – сообщил мне Ларс, приоткрыв дверь. – Что-то передать?

– Нет. – Я распахнул дверь, отодвигая слугу и вошел в апартаменты моего временного родственника. – Ты ужинал?

Тот покачал головой, на что я собственно говоря и рассчитывал.

– Иди поешь на кухню.

Дождавшись, когда счастливый Ларс кивнул и вышел из комнаты, я принялся выбирать место для тайника.

Утром я встал очень рано, поскольку под предлогом пробежки, хотел исследовать руины в саду до завтрака. Для того, чтобы всё выглядело естественно, решил преподнести это как добрую привычку аристократов четвертой альтернативы, поэтому в семь пятнадцать я колотил к дверь комнаты принца.

Перепуганный слуга распахнул дверь и, убедившись, что катастрофы не случилось пытался донести, что Карл в семь часов не встанет.

В семь двадцать я поднял его сам прямо из кровати и тот, согласившись со мной, что бегать будет удобнее не в пижаме, упаковался в брюки и рубашку тускло лилового цвета. Он, конечно, ворчал, но я умудрился убедить наследника в правильности поступка.

– Вы уверены, что Ясма выйдет на балкон?

– Однозначно. – Кивал, подталкивая его к выходу. – Вчера на балу только и разговоров было, что ей нравятся спортивные мужчины и сама она с утра разминается на балконе.

Стартовали мы хорошо, но минут через десять принц поинтересовался: – А какой из балконов её?

– Вы так спрашиваете, будто я знаю. – Сочувственно добавил. – Придется обогнуть здание.

У разбитого фонтана мы были без двадцати восемь и принц присел передохнуть, а я повернул к беседке.

Само сооружение было небольшое и уже порядком развалившееся. Посреди под навесом был открытый колодец. Я, конечно, удивился бы увидеть колодец в беседке, будь то у нас в мире, но тут проигнорировал призыв здравого смысла.

Подняв с земли камушек – кинул в бездну. Всплеска не последовало, зато последовало несколько ударов. Колодец был пустой. Заглянул, очень глубоко, так не влезть, но для особо настырных была лестница. Она начиналась с глубины около двух метров. Надо бы веревку, что подстраховаться. Вздохнув о том, что прогресс несильно впечатляющий, я вернулся к фонтану.

– Ни с одного балкона этой части не видимо! – заявил Карл.

– Вы правы, возвращаемся ближе ко дворцу. – Я указал ему жестом двигаться впереди.

– А если она не видела нас?

– Не будем отчаиваться, завтра мы снова предпримем попытку впечатлить вашу даму.

Когда мы приближались к воротам, несколько гостей попались нам, прогуливающимися у клумб.

– Доброе утро принц, – приветствовали они. – Доброе утро, Карл.

Я мысленно выругался, а вот наследник притормозил и повернулся ко мне.

– А почему они приветствуют дважды?

– Вы всю папку прочитали про обычаи? – поинтересовался в ответ.

– Нет, только приветствие и ту часть, что про принцессу.

– Это было на седьмой странице, – соврал разворачивая его обратно к воротам. – Знак высокого уважения.

Глава

14

Завтрак проходил в не менее помпезном зале, чем вчерашний бал. Огромные панорамные окна, украшенные бледно-голубыми шторами, создавали эффект прохладной утренней свежести. Мне даже показалось, что мы на свежем воздухе, настолько хорошо было проветрено помещение. За столом сидели только делегаты и королевская чета. Карлу выделили почетное место рядом с принцессой, а я занял кресло слева от него. Напротив меня сидел король Мин, а по правую руку от него, напротив Карла – королева Ула. Обрадоваться, что соседа слева нет, я не успел, в зал вплыл Авий с невестой и девушку усадили рядом со мной.

Стоит признать, прикидываться белой и пушистой у неё получалось очень хорошо, особенно в этом помогало светло-розовое платье с каким-то пухом. Мне показалось, что когда они расселись, рядом со мной установили радиатор на полную мощность. Температура накалилась, видимо девица со вчерашнего кипятится. Эвери делала вид, что не замечает моего присутствия, как и присутствия жениха, что было не очень разумно с её стороны, так как Авий на неё смотрел в упор. Пришлось самому кивнуть Авию, чтоб тот перестал сверлить дурочку взглядом и сфокусировался на тарелке.

Я взял нож и вилку, намереваясь отрезать кусочек местного овоща, чем-то напоминающего морковку, когда почувствовал руку девушки у себя на бедре. Порадовался, что смотрю вниз, глаза бы выскочили и это не удалось бы скрыть. Рука поползла вверх по бедру, всё моё существо инстинктивно сжалось и насторожилось, ожидая подвоха. Я покосился на Карла, мило воркующего с принцессой, и на Авия, что-то отвечающего королю Мину, и решил, что лёгкий диалог не помешает.