Елена Лухманова
Верь мне, или Сердце изо льда

Пролог

В стародавние времена, когда деревья хоть и шепотом, но еще умели говорить, а пролетавшие по небу звезды всегда исполняли загаданные желания, в одном селении жила девушка необычайной красоты, по имени Ализия. С детских лет она не знала никакой домашней работы, родители ее холили и лелеяли, думая, что так они проявляют свою любовь к дочери и выполняют свой родительский долг. Девочка же постепенно превращалась в эгоистичную, изнеженную кокетку, которая только и думала о том, как она выглядит, и что надеть, чтобы выделиться среди других сельских детей.

В один летний погожий день, двенадцатилетняя Ализия прогуливалась по лесу, в очередной раз любовалась своим отражением в водах лесного озера. И надо же было так случиться, что порывы ветра в тот момент, проносили мимо осколок волшебного зеркала, которое когда-то придумал злой Тролль. Это зеркало всегда показывало только плохие поступки и не замечало ничего хорошего и доброго. Даже разбитое на мелкие кусочки, оно в состоянии было вредить людям. Так, пролетая мимо самовлюбленной красавицы Ализии, осколок как магнитом потянуло к ее испорченному сердцу… Девушка лишь на мгновение вздрогнула, ощутив холодок, но так и не поняла, что же этому было причиной. А ее сердце, с каждым днем стало терять частички тепла, уступая место ледяным кристаллам волшебного зеркала…

Когда Ализии исполнилось восемнадцать лет, слух о ее внешней красоте разнесся по всему королевству и достиг дворца. Король захотел лично оценить насколько молва соответствует действительности и встретился с девушкой. Он был настолько пленен и очарован бездонностью голубых глаз юной красавицы и ее миловидностью, что сразу же предложил ей руку и сердце. Польщенная таким вниманием, Ализия согласилась стать женой короля. В ее сердце еще оставалась частичка тепла, и в глубине души она надеялась с помощью своей привлекательности, найти любовь и стать самой счастливой на свете. Но ее мечтам не суждено было сбыться. Ведь на самом деле, король искал не жену, а яркое украшение своему замку, чтобы было чем похвастаться перед другими правителями. Когда Ализия это поняла, ее сердце от разочарования, окончательно превратилось в ледышку… Если от солнечного тепла, заботы и любви все вокруг оживает, то от обратной стороны: нелюбви и ледяного безразличия, возможны болезни и печальный исход в небытие. Послужила ли трагедия юной девушки началом серьезной болезни короля, или стала всего лишь стечением неведомых обстоятельств, неизвестно, но в первую же ночь после свадьбы король занемог. И спустя несколько дней умер. Уже через пару месяцев молодой вдове наскучил траур, и она отправилась путешествовать по свету, в надежде обрести свое счастье. Больше в родных краях ее уже не видели. Сбылась ли мечта эгоистичной Ализии – неизвестно. Но с тех пор, зимними, студеными вечерами, когда метель начинает завывать по нескольку дней подряд и не дает людям выйти из дому, многие стали видеть прекрасную королевну, сквозь морозом разрисованные стекла, смотрящую на них. Не редко бывало, что взгляд ее печальных, голубых глаз околдовывал и лишал разума. Молодые люди тогда не раздумывая, бросались на поиски таинственной незнакомки: идя на верную гибель. Говорят, что заснеженная гостья, это и есть та самая несчастная Ализия, которая странствуя по свету, набрела на запретное царство злого Тролля. Он когда-то создал волшебное зеркало, отражающее все дурное в людях и искажающее прекрасное. К счастью, зеркало разбилось, но его осколки разлетелись по свету, и один попал в сердце Ализии. Не догадываясь о сущности гостеприимного хозяина, молодая вдова согласилась на предложение Тролля продать ему свою душу, в обмен на вечную молодость и бессмертие до скончания мира…

Глава первая

Встреча

Настенные часы пробили одиннадцать часов. Вечерняя мгла успела пробраться во все уголки плохо отапливаемого чердачного помещения, через маленькое оконце, смотрящее на юг. Комнату освещала одинокая свеча, стоящая на подоконнике. От тусклого огонька на стенах, в надежде кого-нибудь напугать, расползались устрашающие тени, но на них никто не обращал внимание. Нетрудно догадаться, что хозяева этого убогого помещения терпят нужду и экономят буквально на всем. Мебель была скудной и заметно тронутой временем. Окинем взглядом комнату изнутри: небольшой шкаф, плотно набитый книгами, возвышался слева от окна; далее, вдоль стены, стоял потрепанный, ветхий диван. За ним начиналась узкая винтовая лестница, ведущая на нижние этажи. У противоположной стены располагался шкаф покрупнее в размерах, но пониже своего собрата, тоже набитый вплотную разными книгами и журналами. На самом верху книжного исполина, громоздились всевозможные горшки с причудливыми растениями. Рядом стоял «раненый» стол, со сломанной, но перебинтованной ножкой, самоотверженно держащий на себе гору грязной посуды, вперемешку все с теми же горшками с землей. Чуть в стороне, располагалась давно остывшая небольшая печка. Хозяин этой конуры, сидел на корточках справа от окна. Это был бедно одетый юноша: среднего роста, лет двадцати, с густо рассыпанной копной волос соломенного цвета и серо-голубыми глазами. Отец его погиб при странных обстоятельствах, когда ему было лет семь, матушка умерла от чахотки несколько лет назад. Дальняя родственница по материнской линии, из жалости к сироте стала платить за учебу, чтобы потом он мог сам зарабатывать на хлеб насущный. Юноша уже не один час усердно копошился в земле. Точнее: в полуразвалившемся деревянном ящике, доверху наполненном землей, из которой торчало несколько недавно проклюнувшихся ростков пшеницы. В противоположном углу каморки в это время, на заштопанном старом диване, зарывшись в уютный плед, посапывал серый комочек из рода кошачьих. Или делал вид, что спал. Время от времени приоткрывались глазки-щелочки и внимательно наблюдали за хозяином. Когда это милое создание только появилось на чердаке, оно было похоже на лёгкое облако дыма и соответственно, стало зваться – Дымком. Но по прошествии времени выяснилось, что это никакой не Дымок, а самая настоящая Дымка! За неимением другого хозяина, грациозная красавица быстро превратилась в королеву чердачного мира. Ее, так называемый хозяин: бедный студент по имени Томас, был настолько увлечен своей наукой, что нисколько не сопротивлялся самовольному захвату власти. Все мысли молодого человека были о сдаче последних экзаменов по биологии, из раздела о селекции растений. Несколько лет кропотливой работы по выведению нового сорта пшеницы, более устойчивого к вредителям, должны были завершиться триумфом. Ни о чем другом он просто не мог думать. Наверное, Томас давно бы уже умер от голода, по рассеянности, если бы не заботливая Дымка. И в этот раз, тщетно ожидая, когда горе-ученый сам вспомнит о хлебе насущном, ей снова пришлось взять инициативу в свои руки (точнее – лапы). Выбравшись из-под теплого пледа и проделав ряд обязательных упражнений для поддержания стройности и грациозности, Дымка за пару секунд добралась до ящика с ростками пшеницы и стала тереться о ноги Томаса.

– Дымка, перестань, ты мне мешаешь! – отозвался хозяин, но ее величество грация словно не слышала, продолжала путаться под ногами, избавляясь заодно от лишней ворсистости меха.

– Ты меня не слышишь, Дымка? – только сейчас будущий светила биологических наук оторвался от ящика с пшеницей и обратил внимание на поздний час. По взгляду дымчатой королевы можно было прочитать удовлетворительное: «Ну, наконец-то!..»

– Ты, наверное, есть хочешь?.. – почесал Томас затылок, по локоть испачканной в земле рукой.

«Да нет, я тут просто так, мимо проходила!» – чуть не сорвалось с языка Дымки, но она, разумеется, не высказала свои мысли вслух.

– Да, и мне не помешало бы что-нибудь перекусить, – продолжал тугоухий молодой человек. – Пойдём, пороемся в наших закромах.

И юноша в сопровождении дымчатого чуда отправился разгребать залежи посуды, на «раненом» столе, в поисках чего-нибудь съестного…

В это время, к городу, где жил бедный студент приближалось нечто таинственное и загадочное, скрытое от людского взора волшебным туманом. В состав необычного тумана входила серая пыль и сумрак ночи. Если смотреть на происходящее со стороны, это была обычная большая туча. Она будто выплыла из чернеющего леса на горизонте и неумолимо приближалась к спящему городу. Бескрайние небеса затянулись ночной дымкой, которая не позволяла в поздний час даже звездам рассеивать мрак. И эта огромная туча величественным кораблем-призраком, наподобие «Летучего голландца», незамеченная никем, проплывала от одного дома к другому. Ночь была самая обыкновенная, морозная, с небольшим ветром и метелью на опустевших улицах. Ветер завывая, просачивался сквозь щели домов и было неуютно всем, кто слышал его заунывную песню. В ней говорилось об одинокой скорбящей душе, затерявшейся в снежной пустыне…

Ледяное сердце

Ночная мгла легла неслышно

На крыши шапкою из звезд,

Узор морозной ниткой вышив,

Из чьих-то тайн и горьких слез.

Где безразличие на троне,

Надежды даже нет следа.

Сердца пленяет всех героев –

Там королева изо льда.

Из-под белых ресниц только снег,

Только снег, и беды тишина.

Никого не полюбит за тысячу лет:

Сердце изо льда.

И в саду ледяные цветы,

Ароматов не дарит зима.

В снежном царстве замерзли былые мечты

В сердце изо льда.

Когда зима покроет склоны,

Прогнав за семь морей тепло,

Во мраке снежного дракона

Увидеть можно сквозь стекло.

Увидеть можно, но не стоит

Мечтать о встрече роковой.

Пусть это счастье стороною

Пройдет метелью ледяной.

Из-под белых ресниц только снег,

Только снег, и беды тишина.

Никого не полюбит за тысячу лет:

Сердце изо льда.

И в саду ледяные цветы,

Ароматов не дарит зима.

В снежном царстве замерзли былые мечты

В сердце изо льда.

Время от времени, лунный свет пронзал густоту ночи и падал на призрачный корабль поднебесья. Если бы люди были более внимательны и могли хотя бы иногда, взлетать под облака, то сквозь пелену густого тумана, в самой его середине, они бы увидели… роскошные белые сани, словно вырезанные из слоновой кости искусным художником. Витиеватый узор, разливаясь во всём великолепии, напоминал морозные картины на стёклах. И тут и там звездами горели голубые бриллианты, щедро разбросанные по бортам. Быстрых лошадей заменял рослый белый дракон, у которого из ноздрей валил клубами серый иней. Это были поистине королевские сани и принадлежали они самой владычице зимних покровов, которая восседала в них как на троне, кутаясь в облако меховой шубы. У неё в услужении был Северный Ветер – витиеватый парень с характером, Стужа – дама неопределенного возраста, в тайне мечтающая хотя бы на день, стать госпожой снежных владений. Еще бесчисленное множество ледяных фрейлин и грозная королевская гвардия, состоящая из уродливых зверолюдей, парили чуть в отдалении, приняв облик снежных хлопьев. При необходимости они вырастали до нужных размеров и могли любого развеять по ветру.

В этот вечер, ее величество была в преужаснейшем настроении, и глаза бы ее не видели никого из придворных, но они постоянно попадались ей на глаза! Вы только представьте себя на минуточку на месте этой ледяной красавицы… Да, вы королева бескрайних снежных владений и все земные стихии повинуются вашим желаниям. Ни одна красавица мира не оспорит вашей привлекательности и падет ниц перед бессмертием. Но… только первое время, когда королевские возможности еще не были опробованы на деле, была радость в покорении людских сердец и превращения их в снеговиков и снежинок. В каждом вылете из дворца витал дух приключения!.. Со временем же, он сменился на обыденность, скуку и раздражение… Вот и сегодня, под холодную руку попала Стужа, давшая совет ни к месту. На ее счастье, невидимые сани припарковались к одному из городских зданий и у повелительницы не было времени на обдумывание наказания.

В негласные обязанности Снежной Королевы входили каждодневные облёты городов и весей, проверка толщины снежных покровов, замораживание рек и живописные узоры на стеклах домов. Вот, наверное, только последнее вносило разнообразие в жизнь ее величества и дарило хоть какую-то радость, потому что она очень любила рисовать. Но и это увлечение лишь казалось безобидным, таким образом, имели возможность расти гордость и тщеславие и еще более усугубляли ее и без того ледяной характер. Смертные рассматривающие потом ледяные полотна, любовались неведомым миром и мечтали в него попасть. Если в моменты творчества по ту сторону стекла, человек замечал снежную художницу, он в одночасье мог потерять разум. Тогда в сердце навсегда поселялся ее образ, манящий в неведомую даль на поиски призрачного счастья… Кто же доходил до заветного замка, после поцелуя ослепительной снежной королевы терял человеческий облик и превращался в ее слуг: в снеговиков или причудливых зверолюдей из гвардии ее величества, кому как повезет…

Отряхнув с головы рой снежинок-фрейлен, тщетно пытавшихся довести причёску госпожи до совершенства, снежная владычица выбралась из облака шикарной шубы и ступила на парящую тучу. С виду она походила на обычную девушку лет восемнадцати, но внешняя красота ослепляла. Ее огромные голубые глаза, похожие на бездонные озера, и длинные ресницы, подернутые инеем, из-под которых время от времени, падали крошечные снежинки (говорят, эти снежинки – несбывшиеся мечты людей), покорили и сбили с пути многих. От бриллиантовой диадемы на ее голове, щедро усыпанной драгоценными камнями, расходились лучики невиданного по красоте кристалла, напоминавшего упавшую с неба звезду. И что-то похожее на воздушное облако венчало все это великолепие. Длинные пепельные волосы, приподнятые по бокам, придерживали жемчужные булавки, и открывали лебединую шею. Свисающие застывшими каплями бриллиантовые серьги подчеркивали важность персоны. Тончайший гипюр охватывал стройные руки и немного прикрывал шею, спускаясь легкой волной к запястьям, ниспадал с плеч. Линию талии подчёркивал белоснежный атлас с голубым оттенком, плавно переходящий в широкую юбку, как крыльями гигантских бабочек прикрытую с двух сторон всё тем же тончайшим кружевом. Услужливые придворные подали кисти, и её величество начала творить. На стеклах с каждой минутой разрастался чудесный сад, в центре которого возвышался струящийся водопад. Огромные папоротники терялись вдалеке, стройные кипарисы и пальмы горделиво красовались на их фоне. В кружевную листву вплетались чайные белые розы и бархатные астры, жемчужные тюльпаны позвякивали на ветру. Хрустальные реки омывали берега этого сада, на раскидистых ветвях величаво восседали певчие птицы и приводили в порядок свое роскошное, белоснежное оперение… Королева и сама залюбовалась ожившей картиной, что родилась у нее из-под шелковой кисти. На мгновение, она отвлеклась и заметила, что по ту сторону стекла находилась комната похожая на детскую. Не сказать, чтобы жившие там люди были бедны, разнообразие игрушек и мебели свидетельствовало о состоятельности. Только ткань местами выцвела и аккуратные следы починки говорили об изношенности временем. На небольшой, но удобной кровати, под розовым одеялом спала девочка лет семи. По ее беспокойному сну и бледности на лице можно было догадаться, что ее одолевает тяжелая болезнь. Снежная Королева не умела сострадать и чужая боль ее не печалила, но дети порой, видят не так как взрослые, а вот это пугало снежную владычицу. Если у женщин Королева своей внешностью вызывала зависть, у мужчин – страсть, переходящую в безумие, то дети были непредсказуемы. Одни – искренне восхищались (без тени лицемерия!), другие игнорировали, не замечали, занятые своими срочными делами. Но встречались и такие дети, которые жалели… Ее – Снежную Королеву, владычицу снежного царства!.. И вот сейчас, ледяной красавице показалось, что девочка за стеклом может быть из тех, жалеющих людей. Она поспешила закончить узор на стекле и укрылась от чужих взоров в сумрачном облаке. Невидимые сани продолжили путь по спящему городу.

Следующий дом оказался особняком зажиточного купца. Каждая комната в нем блистала роскошью и демонстрировала свою неповторимость. Туча остановилась на уровне последнего третьего этажа, украшенного ажурной лепниной. На фоне малиновых занавесок с золотой окантовкой, Снежная Королева стала в деталях воплощать одну из комнат своего волшебного замка. Ее немного задело, что кто-то из смертных посмел состязаться с ней изысканностью и богатством. Через какое-то время, с нижних этажей начали доноситься крики. Это хозяин с хозяйкой что-то не поделили и теперь выясняли отношения. В конце концов, ее величеству надоело слушать злобные перебранки (этого и в замке хватает) и даже не прорисовав, как следует затейливый узор на обоях, одной из комнат ледяного замка, Королева скрылась под покровом ночи, в поисках другого полотна для своих картин.

Снежная художница дала себе слово, что ни под каким предлогом не будет больше отвлекаться, было бы только вдохновение. И вдохновение снизошло. Из-под королевских кистей, как по волшебству, начали появляться: облака и звезды, ветер в волнах океана белой пеной растворившись, к небесам летел, как парус! И срывался в бездну камнем…

В комнату с другой стороны стекла в это время, сильно качаясь, вошел одноглазый боцман. Он уже несколько лет, как списан на берег, за профессиональную непригодность, имел пристрастие к горячительным напиткам, после чего засыпал мертвецким сном. Вот и сейчас, он возвращался из кабака, где отмечал с приятелями какое-то событие, о котором едва ли вспомнит утром. В комнате сильно подвыпившего холостяка царил полный беспорядок, что запросто можно было сломать ногу или другую часть тела, споткнувшись о «рифы», как их называл хозяин. Зайдя в комнату, еле держась на ногах, боцман освятил себе путь небольшой свечой и целенаправленно повернул к лежанке в дальнем углу, заменяющей ему кровать. Но по дороге споткнулся и рухнул на пол. Оказавшись в горизонтальном положении, бывший морской волк уже не думая ни о чем, уютно устроившись на полу, и провалился в глубокий сон… Опрокинутая свеча, сначала робко, потом осмелев, прошлась по убогой мебели и одежде, густо усеянных в комнате, затем принялась за шторы, кособоко прикрывающих окно. От неожиданности, Снежная Королева едва не отморозила себе палец, неловко подставив руку под ледяную кисть. Увлечённая творческими замыслами, она не заметила начавшегося пожара и перепугалась не на шутку. И ей снова пришлось все бросить, ведь даже вид обжигающего пламени рождал страх и трепет у снежной владычицы. Она поспешила вернуться в сани, опасаясь, как бы придворные не разглядели в ней проявления человеческих качеств, Королева попыталась скрыть появившийся страх от придворных. Спрятавшись от проблем смертных под покровом грозной тучи, она стала распекать подчиненных за невнимательность и сплошную лень. Одну из фрейлин отправила в ссылку на затерянные острова, другую – заморозила и она градиной рухнула на землю… Снежная Королева была вне себя! У нее даже румянец выступил на щеках, что было несвойственно ледяной красавице. В очередном окне, окинув высокомерным взглядом убогость и нищету, Королева решила, что на сегодня хватит с нее приключений. Вдохновение забилось в угол и ни за что не хотело оттуда выползать. Она устала и значит, пора возвращаться в замок. Запустив кисточками, для поднятия настроения, в дрожащих придворных, Снежная владычица юркнула в меховые облака и от усталости, задремала.

А по ту сторону стекла, что Королева оставила без своего ледяного шедевра, посреди плохо освященной комнаты, стоял растерянный юноша. Всего лишь на мгновение, сквозь сумрак ночи, его взору предстала невиданной красоты девушка и бесследно растаяла в темноте. У его ног, серо-дымчатое облако кошачьей наружности, жалостливо поглядывало на хозяина, которого в самое сердце поразила своей внешностью ночная гостья.

Глава вторая

Отшельник

Как многие уже, наверное, догадались, последним окном на пути Снежной Королевы, в ту темную, морозную ночь, был скромный чердак, не менее скромного студента по имени Томас. Он допоздна засиделся за своей научной работой, пытаясь вывести новый сорт пшеницы (более устойчивый к различным вредителям), что совсем потерял счет времени, забыв даже про ужин. Когда ночная гостья подлетала к дому, где на чердаке жил наш студент, Томас отправился на поиски съестного, сопровождаемый королевой убогой каморки, ее величеством кошкой Дымкой. Внимательная Дымка первой и заметила ледяную девушку за стеклом, от чего шерсть на ее шубке встала дыбом. На это обратил внимания Томас и обернулся, чтобы понять причину испуга своей любимицы. Юноша коснулся взглядом неземной красавицы, и непередаваемая грусть обожгла бедное неопытное сердце…

И вот с тех самых пор, молодой человек потерял покой и сон, образ таинственной незнакомки с голубыми глазами преследовал его всюду. Уже не радовали любимые растения, недописанные труды по биологии стали покрываться пылью, одиноко лежа на одной из полок. Только Дымку удостаивал юноша разговорами, да и то потому, что она была свидетельницей его видений. Томас мог часами говорить о гостье, описывая ее красоту и возможные достоинства. В бездонных лазоревых глазах, по его мнению, скрывалась непередаваемая печаль, которая не может не вызвать сострадание и желание помочь. Но что может он, бедный студент? Если бы загадочная гостья попросила, Томас без сожаления отдал бы ей свою жизнь… И жалостливая Дымка терпеливо выслушивала дифирамбы, она то, в отличие от хозяина знала, кто посетил их той злополучной ночью, и не разделяла его наивности. Кошки обычно видят и понимают больше, чем кажется на первый взгляд. Ее величество понимала, что все влюбленные начинают смотреть на мир через воображаемые розовые очки и стоит большого труда разубедить их в этом. А если, в твоем словарном запасе, лишь слово «мяу», сделать это практически невозможно. Приходилось делать вид, что мол, все понимаю, и полностью с тобой согласна, хозяин… Мало ли что взбредет в голову безумно влюбленному. Остаться по каким-то причинам без крыши над головой, королеву чердачного помещения не прельщало.

Одни знакомые посмеивались над незадачливым студентом и пускали шутки ему вослед. Другие – жалостно кивали, что вот мол, еще одного безобидного человека пленила своими чарами, бессердечная Королева… Только Томас не позволял никому в его присутствии, уничижительно отзываться о ледяной гостье. Он искренне верил, что снежная девушка стала жертвой чьей-то злой воли, и в глубине ее души обязательно найдется что-то доброе и человеческое… Томас целыми днями и ночами стал пропадать в библиотеках города (хорошо, что их было всего две!) в поисках ответа на мучащий его вопрос: можно ли вернуть к жизни ледяное сердце? В одной старинной книге юноша нашел описание неких таинственных общин, которые верили в силу любви, изображая ее под видом «рыбы». Те, кто хотел достичь большего в познании этого чувства, уходили в пустыни, горы или дремучие леса, подальше от людей, и в одиночестве поднимались на такие духовные высоты, что им под силу были любые чудеса. От знакомых, Томас как-то слышал историю про отшельника, уединенно живущего в глубине таинственного леса. Ходили слухи, что он вылечил дочку сапожника – смерть уже держала малышку за руку, и помог художнику, которого бросила жена, с горя он не просыхал месяцами от вина. Может, он и Томасу посоветует, как спасти от чародейства заблудшую душу?..

Ночь еще царила в спящем городе, посылая горожанам цветные или черно-белые сны. Только на чердаке одного из многоэтажных домов горела одинокая свеча, слабо освещавшая небольшое пространство вокруг. Но обитатели неприметного жилища давно привыкли к обстоятельствам их существования и не роптали на судьбу, радуясь тому, что есть. Серо-дымчатая кошка Дымка, устроилась на одной из полок, где бедный студент обычно держал свои зеленые насаждения, и настороженно наблюдала за хозяином.

Томас в это время, собирал нехитрый скарб в потрепанный временем, небольшой рюкзак и давал последние наставления ее величеству: «Я договорился с молочницей и соседкой со второго этажа, они будут тебя навещать, так что голодной ты не останешься. Меня не будет всего каких-то пять дней: два дня туда, два дня обратно, день на непредвиденные обстоятельства. Ты и соскучиться то, как следует, не успеешь, поверь мне!»

В испуганных зрачках Дымки читалось, что она ему не верит… «Ничего со мной не случится! – успокаивал ее Томас. – Это в прошлые века на дорогах промышляли банды разбойников, убивающие путников. И заметь, грабили и убивали они, только богатых. А что с меня взять?!»

Молодой человек погладил по шерстке свою любимицу и простодушно улыбнулся, глядя ей в глаза: «Ты думаешь, как я узнаю, тот ли этот отшельник, что мне нужен?! Очень просто, я нарисую ему на земле рыбу и посмотрю на его реакцию».

Томас потянулся достать с верхней полки черствые сухари, Дымка же тем временем, недолго думая, удобно располагалась в его походном рюкзаке. Все попытки выманить «облако дыма» из нового убежища оказались бесплодны, и юноше пришлось взять её величество с собой.

«По крайней мере, будет с кем поговорить в дороге», – успокаивал себя Томас.

Первые проблески рассвета застали влюбленного юношу и его спутницу на выходе из города. Обогнув за день несколько сел и деревень, они заночевали у гостеприимного кузнеца и его многочисленного семейства, чей дом стоял на окраине одной бедной деревеньки, и глазницами окон смотрел на чернеющий невдалеке лес. Ночь прошла без происшествий. С первыми петухами они переступили чертог таинственной лесной чащи.

Широкоплечие деревья-великаны мирно спали, укрытые белоснежным покрывалом и плененные чарами забытья. Кругом царила пьянящая тишина. Лишь изредка вспорхнет потревоженная птица, да ветер гуляющий среди ветвистых крон, заденет искристые кружева и они с шумом падают вниз. На сотни километров ни одной живой души.

Вслушиваясь в тишину

(песня Томаса)

Если бы однажды ночью, в мир мой не вошла, как сон,

Испытав меня на прочность, распустилась, как бутон –

Белой лилией надежды, королева из мечты.

Ты остановила время, замерли мои часы…

Вслушиваясь в тишину,

Всматриваясь в небеса, -

Слышу лишь тебя одну,

Вижу лишь твои глаза.

Там печаль царит и ночь –

В океане пустоты…

Я хочу тебе помочь:

Тишины коснись и ты!..

Обойду все страны мира, покорю вершины гор,

Чтобы снова ты любила, отменю твой приговор.

И не остановит стужа, снегопад души твоей.

Пусть преграды ветры строят, я спешу к мечте своей.

Вслушиваясь в тишину,

Всматриваясь в небеса, -

Слышу лишь тебя одну,

Вижу лишь твои глаза.

Там печаль царит и ночь –

В океане пустоты…

Я хочу тебе помочь:

Тишины коснись и ты!..

«И как можно здесь жить? – недоумевал Томас, пробираясь по рыхлому снегу, то и дело вытряхивая леденящую белизну из-под полы своего старенького полушубка и сапог. Снег хрустел под ногами и звонким эхом, на фоне оглушающей тишины, разносился по всему лесу. Торчащая из рюкзака голова Дымки, с опаской посматривала на ледяные просторы, но стойко переносила все трудности путешествия. Два существа упрямо пробирались по заснеженному бездорожью, не замечая следящих за ними из-за кустов, чьих-то глаз-огоньков. Они не слышали шепота ветра, пытавшегося предупредить их о неведомой опасности. Впрочем, это мог быть обычный страх, вечно прячущийся у нас за спиной и отвлекающий от важных дел. Сердце влюбленного юноши пылало жарче огня и указывало путь. Весь день отважные путники пробирались сквозь лесную чащу. И лишь только, когда ночь стала неслышно опускаться над таинственным лесом, Томас, теряя остатки сил, заметил впереди ветхую избушку-землянку, едва выглядывавшую из-под земли. На пороге, опираясь на посох, стоял седовласый старец и улыбался.

– Рад видеть тебя, Томас! – приветствовал он измученного трудным походом юношу. Молодой человек немного опешил от такого приема, но сделал вид, что все так, как и должно быть. Палкой, с помощью которой он пробирался через заснеженные барханы, Томас начертил на снегу незамысловатую рыбу и вопросительно посмотрел на старца. Отшельник улыбнулся одними глазами и, скрылся в хижине.

«Ну, вот – подумал юноша, – Я – глупец, покорил заснеженный океан, терпел лишения, измучил Дымку и все напрасно…»

– Что ты там встал, заходи. Или собрался ночевать в лесу? – донесся до путников голос из хижины.

Нехотя, стряхнув снег с полушубка и согнувшись в три погибели, Томас оказался в полумраке тесной землянки. Преодолев пару крутых ступеней, горе-путешественники очутились внутри небольшого прямоугольного сооружения. Его с трудом можно назвать домом, больше он напоминал полутемную пещеру. Два небольших окна кое-как освещали окрестности. Из мебели так сказать, был только очаг, сложенный из небольших полуобтесанных камней. И вдоль одной стены было что-то похожее на лежанку: не было ни подушек, ни перин, лишь ветхое одеяльце прикрывало голые доски. Пахло сыростью. Напротив входа, едва различимое во мраке, Томас заметил небольшую нишу в стене, рядом с каким-то портретом горела свеча. «Наверное, у старика кто-то умер, и этот кто-то видно был ему очень дорог», – подумал юноша, проходя внутрь. Хозяин странного жилища помешивал что-то в очаге и гостеприимно предложил располагаться на кровати. Добавив пару поленьев, чтобы пламя в очаге не погасло, старец сел рядом с Томасом. Его белые, как лунь волосы и борода, как-то плохо сочетались с мешковиной вместо одежды. Был еще потрепанный кафтанчик без рукавов, но его лесной отшельник успел скинуть, войдя в жилище.

– Ну что, молодой человек, рассказывай, зачем пожаловал? В прочем, это и так ясно – пылкая влюбленность привела. Вас ведь, молодых, только она может вдохновить на подвиги, больше, к сожалению, ничего… Что молчишь?

Согревшись, Томас немного пришел в себя, но растерялся от заданного вопроса. Казалось, он уже и сам не знал, зачем забрался в эту глухомань. Глупо было надеяться на то, что кто-то может за него решить жизненные проблемы. Но тут из рюкзака выбралась Дымка и юноша приободрился, в компании ведь всегда веселее. Нужно хотя бы, проявить уважение к хозяину и потом уже решать, что делать дальше.

– Я, дедушка, хотел найти здесь мудрого старца из книг, который знает все о любви. Надеялся, что он сможет ответить на мои вопросы… Простите, что потревожил вас… – Томасу почему-то стало стыдно и он старался не смотреть в сторону хозяина лесной землянки.

– А что ты пытался начертить там, на снегу? Вроде, рыбу? – старик сказал это как будто равнодушно, но Томасу показалось, что он знает больше, чем говорит.

– Да, я рисовал рыбу… думал, что вы знаете ее значение…

– А сам-то, ты знаешь того, Кого хотел изобразить?

– Я читал, что так люди изображали раньше Бога, Творца всего, что нас окружает. Из любви к своим созданиям Он родился обычным человеком и умер на кресте, для того, чтобы каждый мог жить вечно в Раю…

– Все верно. А ты бы хотел жить вечно?

– Мне сейчас не до Рая… – удрученно выдохнул юноша.

– Понимаю, решил стать спасителем одной особы, состоящей сплошь из сосулек?

Томас подумал, что отшельник над ним издевается, но взглянув ему в глаза гостеприимного хозяина, увидел только лучезарность и доброту. На щеках снова появились следы стыда.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.