Осколок Млечного Пути
Владимир Гнилицкий

Корректор Алексей Леснянский

© Владимир Гнилицкий, 2022

ISBN 978-5-0055-8194-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Я хочу поведать вам историю про очень давние времена. Никто не знает, как давно происходили эти события, и никто не может сказать, насколько они правдивы. Но легенда гласит, что в те далекие времена земля людей была плоской и являлась началом мира. Не знаю, правда это или нет, но говорят, что в те далекие времена можно было дойти до обрыва, исчезающего в неизвестности, если следовать на восток за линией горизонта. Именно там и брал начало этот удивительный мир. Но никто и никогда из людей не бывал на другом краю мира, который находился где-то на западе, далеко за пределами земли людей. Многие искатели приключений ходили на запад, неизведанные земли манили своими тайнами, но никто и никогда не ступал дальше земли белых фениксов. По легенде, именно фениксы оберегали людей от земель, которые находились на западе, ведь, чем дальше следовать на запад, тем более могущественные народы встречались на пути. И согласно легенде, люди были самым слабым народом в этом удивительном мире и именно в землях людей брал начало этот мир. А земли фениксов были следующими по пути на запад.

Фениксы были загадочными созданиями, внешне они ничем не отличались от людей, кроме того что за спиной у них красовались могучие крылья, которые могли поднять их высоко за облака, а еще говорят, что после смерти они возрождались в новом обличии и никто с точностью не знал, сколько жизней они уже прожили. Народ фениксов был очень мудрым, рассудительным и жил в гармонии с природой. Поговаривают, что, чем больше жизней проживал феникс, тем более сильной становилась его связь с природой, а еще говорят, что после сотни перерождений белый феникс перерождался в черного феникса. Черные фениксы обретали настолько крепкую связь с природой, что могли управлять стихиями. Но был еще более могущественный феникс, его звали Зойра. Он был последним фениксом из рода древних. По местному преданию, древние пришли с запада, чтобы спасти людей от вымирания, и основали свои земли на границе между землями людей и западными землями. В те далекие времена люди были глупы, жадны и очень коварны. Именно из-за своей глупости и жадности они были на грани вымирания. Они разорили свои земли и в поисках спасения начали вторгаться в земли западных народов. Но могучие воины западных земель давали достойный отпор. Люди гибли на границах западных земель. Но и в своих землях они больше не видели жизни. Все вокруг умирало. В годы полного отчаяния в земли людей пришли древние фениксы. Зойра в те далекие времена был черным фениксом, как и все остальные фениксы, пришедшие с запада. Они спасли людей от вымирания. Подарили людям дождь и семена. Научили обрабатывать земли и ухаживать за садами. В скором времени земли людей вновь начали плодоносить, а в садах созрели сочные плоды. Люди перестали вторгаться в западные земли и про войны скоро забыли. Но с тех самых времен фениксы остались жить на границе между землями людей и землями запада. Прошли сотни лет, древние растворились в природе, и лишь Зойра помнил те далекие времена.

Сквозь густые кроны деревьев, устремляющиеся высоко в небеса, пробивались первые лучи солнца. Мир вокруг пробуждался от сна. В густых кронах деревьев-великанов распахнулись окна хижин, которые внешне походили на громадные гнезда птиц. В этих хижинах жили фениксы. Полная гармония с природой позволяла фениксам выращивать свои жилища прямо из ветвей, не губя природу вокруг себя. Легкий ветер кружил опавшие листья над ручьями, которые поделили земли фениксов на большие и малые острова. Ручьи брали свое начало в кристальных озерах на западе и стекались в одну большую реку, за пределами земли фениксов на востоке устремляясь в земли людей. Эта река разделяла землю людей на северный и южный берега. На островах росли цветы самых разных видов, а над цветами кружили бабочки, и легкий трепет их тонких крыльев пронизывал все вокруг еле слышным звоном. Над ручьями играли стрекозы, их крылья переливались всеми цветами радуги под лучами солнца. А в воде среди множества камней можно было заметить красочных рыбок. На каждом острове росло гигантское дерево-великан, а в тени гиганта росли маленькие деревца, на которых созревали сладкие, сочные плоды бараби. Со всех сторон доносилось пение птиц. Казалось, что эти земли никто не населяет. Но вдруг откуда-то из-под облаков, разрезая воздух, вниз к земле устремились два силуэта. Это были юные белые фениксы. Казалось, что вот-вот они столкнутся с землей, но за мгновение до этого они расправили крылья и, паря над ручьем, направились на запад к кристальным озерам. Земли фениксов были не столь велики, и, чтобы преодолеть расстояние от восточных границ до западных, уходило не более четверти времени от рассвета до заката.

Это были брат и сестра. Юношу звали Кайри, а его сестру Агаль.

– Кайри, не отставай, летим скорее! – крикнула сестра брату, оборачиваясь назад.

Она была хрупка и очень добра, на ее лице всегда была улыбка, глаза ее были голубыми, а волосы светло-русые, тонкие скулы и удивительно тонкая шея на хрупких плечах. Она любила играть и веселиться. Ее брат Кайри был стройным и подтянутым. Его волосы были собраны в небольшой хвост на затылке. Серьезное лицо и грубый взрослый взгляд. Если бы не его одежда, то можно было бы подумать, что это черный феникс. Кайри и Агаль были одеты в белые наряды, чем-то походившие на платья, а их ноги были босы – такие наряды носили все белые фениксы. Выглядели они довольно просто и скромно.

Кайри сделал два мощных взмаха крыльями и начал догонять сестру, но в тот момент, когда он практически с ней поравнялся, Агаль зачерпнула из ручья воды и, рассмеявшись, обрызгала брата.

– Сколько можно, Агаль! – недовольным голосом возмутился Кайри. – Я опять весь мокрый.

Но Агаль не переставала смеяться и, сделав взмах, полетела еще быстрее, оставив брата позади. Они летели наперегонки с восточным ветром и вскоре оказались у кристальных озер. В кристальных озерах тоже были разбросаны острова, но они отличались от тех островов, что находились среди ручьев. Эти острова были намного меньше, и росли на них невысокие деревья с широкими стволами, которые под силу обхватить только десяти людям, а их кроны не стремились в небеса, они свисали тонкими ветвями к кромке воды, накрывая собой практически весь остров. У одного из таких островов на поверхности воды лежала большая кувшинка, на этом острове жил Зойра. Он больше не летал, поэтому жил на острове в тени ветвей, а от острова к острову он переправлялся на той самой большой кувшинке. Когда-то в кристальных озерах жили все древние. Но сейчас остался только Зойра. Дерево, у подножия которого жил Зойра, было покрыто зеленой листвой, деревья на остальных островах были усыпаны мелкими розовыми цветами. Розовые цветы олицетворяли воссоединение древнего феникса с природой, и только потому, что дерево Зойры было единственным зеленым деревом в кристальных озерах, сразу было понятно, что он последний из рода древних. Кайри и Агаль понимали, что однажды утром они прилетят к кристальным озерам и обнаружат розовые цветы на дереве Зойры, но, к счастью, сегодня оно все еще оставалось зеленым.

Пролетев над озером, Кайри и Агаль оказались на острове, раздвинув ветви, они прошли внутрь кроны. У основания ствола, на корне, похожем на трон, который рос прямо из земли, восседал Зойра. Это был старик, его длинные седые волосы ложились ровными гладкими прядями между слабых крыльев и доставали практически до поясницы, лицо было покрыто морщинами, седая борода была собрана в аккуратный пучок и одним толстым локоном свисала немного ниже груди. Брови тоже были седыми, а из-за тяжелых век его глаза были едва приоткрыты. Одет он был точно в такое же одеяние, как и белые фениксы, только оно было черным и из-за времени выгоревшим на солнце. Рядом со стариком стоял посох, сплетенный из четырех ветвей дерева. Каждая ветвь обозначала стихию. Воздух, земля, огонь и вода. В верхней части посоха были расположены четыре камня, которые придавали посоху силу. И как ни странно, посох был покрыт зеленой листвой. Он все еще оставался живым.

– Кайри, Агаль, вы голодны? – спросил Зойра и потянулся за фруктами, которые лежали на небольшом выступе, напоминающем чашу в стволе дерева. – Я собрал их еще до рассвета.

– Нет, дедушка Зойра, – сразу же ответил Кайри.

– Что-то случилось? – Зойра встал со своего трона и направился к Кайри и Агаль.

– Нет, дедушка Зойра, – в один голос провозгласили юные фениксы. – Мы просто хотели убедиться, что ты еще не воссоединился с природой. Отец вчера сказал, что ему и другим самым древним черным фениксам этих земель скоро придется перебраться на кристальные озера, – продолжал Кайри. – Значит, твои дни подходят к концу?

– М-да, – поглаживая бороду, произнес старик. – Мы можем проживать сотни, а иногда тысячи жизней, но мы не воссоединимся с природой до тех пор, пока наше предназначение не будет выполнено. Никто не может сказать, сколько мне осталось, я знаю только то, что я начал стареть и слабеть, а это означает, что я больше не смогу переродиться.

На глаза юных фениксов навернулись слезы.

– Но, дедушка Зойра, – заговорила Агаль. – Когда-то ты говорил, что фениксы не умирают, ты говорил, что мы часть этого мира.

– Так и есть, дитя мое, – Зойра обнял за плечи юных фениксов и вывел их из-под кроны, – посмотрите на эти удивительные земли вокруг нас. В давние времена здесь были топи и болота, эти земли были мертвы. Мы пришли в эти земли и вдохнули в них жизнь. Сила посоха дает жизнь всему вокруг, – Зойра стукнул посохом о землю, и из земли проросли цветы. – Видите, какую силу хранит в себе посох.

– Дедушка Зойра, а откуда вы пришли и почему вы не вернулись в свои земли? Ведь у каждого народа есть свои земли.

– Понимаете, – Зойра рассказывал неторопливо, он пытался убедиться, что юные фениксы его слушают и не пропускают слова мимо ушей. – Свои земли есть у каждого народа, но не у каждого народа есть свое место в этом мире. Многие народы вымерли полностью, и после них остались лишь мертвые земли, но мир продолжает жить и без них. У нас же, у фениксов, нет своих земель, но есть свое место, мы приходим в те земли, которые необходимо спасти или оживить заново. Сегодня мы здесь, в самом начале этого мира, а завтра, возможно, нам придется отправиться далеко на запад. Лишь природа знает, куда мы должны следовать. Знаете, дети, возможно, когда-нибудь именно вы будете следовать на запад, и на своем пути вы можете встретить сотни и даже тысячи крон в розовых цветах в самых разных землях. Знайте, все эти земли населяли древние фениксы. Мы подарили жизнь…

Агаль перебила Зойру, не дав ему договорить:

– Дедушка, а как черный феникс становится древним?

– Хороший вопрос, но я не знаю на него ответа, мы так же остаемся черными фениксами, но все нас зовут древними, потому что никто не знает, сколько жизней мы уже прожили.

– Но я знаю, сколько жизней прожил мой папа.

– Ты знаешь, и я знаю, но, когда твой отец больше не сможет летать, вы вряд ли вспомните, сколько жизней он прожил. А юные фениксы и вовсе не будут этого знать. Так что проще его назвать древним.

– Агаль, Кайри, вот вы где, – над озером появился их отец, широким размахом крыльев он закрывал солнце, ему хватило всего лишь два взмаха, чтобы пересечь озеро. Ступив на самый край острова, он немного склонил голову в знак уважения к Зойре. Высокий феникс, статный и мускулистый, его лицо было немного вытянуто, волосы собраны в аккуратный хвост на затылке, но одна прядь свисала вдоль виска. Он был черным фениксом, это было понятно по его черным одеждам, которые походили на доспехи воина. И по черным узорам на краях крыльев, с такими узорами рождались черные фениксы. – Простите, Зойра, надеюсь, они вас не утомили.

– О нет, что ты, знаешь, Дайра, у тебя прекрасные дети. Просто они переживают за одинокого старика. А еще они очень любят мои истории, возможно, после того как я воссоединюсь с природой, они будут единственными фениксами, которые знают историю нашего народа.

– И все же я не хочу, чтобы они покидали территорию наших земель, здесь, у кристальных озер, может быть опасно. Там, на другом краю озера, начинается земля западного народа, а жадность и ненависть живет во всех землях. Зойра, вы сами рассказывали мне про народы, которые разоряли свои земли, а затем вторгались в чужие, – довольно грубо произнес Дайра.

Зойра ударил посохом по поверхности озера, и над водой в воздухе зависли капли, затем капли поднялись еще выше и безобразным образом пролились обратно в озеро.

– Помни, Дайра, наши земли заканчиваются там, где заканчивается сила природы, а природа в этом мире повсюду. Тебе нечего бояться.

Дайра больше ничего не сказал, расправив крылья, он полетел в сторону ручья, Кайри и Агаль отправились вслед за ним.

– Летите к хижине, – резко скомандовал отец и повернул в направлении острова, на котором было скопление фениксов.

– Что там, отец? – спросил Кайри.

– Я не знаю, расскажу, когда вернусь.

– Отец, можно я полечу с тобой? – Кайри был взволнован любопытством.

– Я сказал – летите к хижине.

Кайри и Агаль полетели к хижине, а их отец, пролетев над несколькими ручьями и миновав острова, оказался в скоплении фениксов. Они что-то громко и эмоционально обсуждали. Было понятно, что они разделились на два лагеря и спорят между собой, но Дайра хотел узнать причину их спора.

– Что случилось? – громко спросил он.

– Человек, – донеслось откуда-то из толпы, – Дайра, это человек.

– Расступитесь, – так же громко скомандовал Дайра.

Толпа расступилась, и в центре толпы у подножия дерева Дайра заметил человека.

– Как твое имя? – по взгляду Дайры было видно, что он настроен достаточно враждебно в отношении человека.

– Меня зовут Ален, – дрожащим голосом ответил человек.

– Зачем ты пришел, Ален? – Дайра приблизился к человеку и смотрел на него сверху вниз, фениксы были на полторы, а то и на две головы выше людей.

– Я пришел за помощью, наши земли умирают.

– Мы уже давали жизнь вашим землям, а вы их снова уничтожили! Наши древние вырастили вам прекрасные сады и подарили вам плодородные земли. И вы снова просите о помощи? Отправьте его обратно в земли людей и выставьте дозор у границы.

– Но, Дайра, – один из белых фениксов попытался возмутиться.

– Никаких «но», людям не место в наших землях.

Фениксы, взяв человека под руки, доставили его к границе и вернули в земли людей. Дайра тем временем вернулся в хижину. Кайри и Агаль сразу же набросились с вопросами.

– Это был человек, больше никаких вопросов, – Дайра сразу дал понять детям, что эта тема закрыта для разговора.

– Что он здесь делал?

– Кайри, я сказал, больше никаких вопросов, – Дайра успокоил сына резким строгим взглядом.

Хижина фениксов внутри выглядела довольно странно, она была похожа на дома людей, но буквально вся мебель в хижине росла из полов и из стен. Кровати были сплетены из тонких ветвей, которые росли под потолком, стулья и стол были из ветвей потолще и росли из пола, а в некоторых местах из стен. Окна и двери закрывали ветви, которые просто свисали сверху вниз. Утром они раздвигались в стороны, словно по волшебству, а на ночь плотно переплетались между собой. Все в этих землях было пропитано жизнью и волшебством. Дайра опустился на стул и сквозь окно смотрел вдаль, в сторону восточной границы.

– Отец, о чем ты думаешь? – Агаль спросила очень тихим голосом. Но Дайра лишь тяжело вздохнул и ничего не сказал в ответ. Он просидел недолго, после чего вылетел из хижины. Кайри и Агаль видели, что отец полетел в сторону границы, было заметно, что он чем-то встревожен. Они вылетели из хижины, как только отец исчез за линией горизонта, и взлетели повыше, усевшись на толстой ветви поближе к краю кроны.

– Кайри, как ты думаешь, почему отец так взволнован?

– Ну это же понятно, Агаль, он же сказал, что в наши земли пришел человек. Дедушка Зойра рассказывал, что разные народы разоряют свои земли, а затем вторгаются в чужие. Наверное, он пришел разорить наши земли, поэтому отец и взволнован.

– Как он это сделает? Он же совсем один.

– Ну, я не знаю, но ведь он же зачем-то пришел.

Они продолжали размышлять, устремляя свой взгляд куда-то вдаль, в сторону границы, вдоль которой с юга, там, где равнина заканчивается резким обрывом и нескончаемыми водопадами, на север летел их отец Дайра. Он отправился проверить, выставлен ли дозор, и на всякий случай лично убедиться, что этот человек пришел один. На одном из островов, который расположен рядом с границей, Дайра встретил Нагуру. Это был тоже черный феникс, которого так же, как и Дайру, уже изредка называли древним. Такие же черные одежды, похожие на доспехи, черный узор на крыльях и волосы, собранные в хвост на затылке. Он был выше Дайры на треть головы, шире в плечах, мощные скулы и плоский лоб. А еще на его лице был шрам. С этим шрамом Нагура вернулся с запада. Он и другие черные фениксы отправлялись на запад, чтобы остановить войну между троллями и кентаврами. Эта война была по той же причине, по которой происходили и все остальные войны: тролли разорили свои земли и вторглись в земли кентавров.

– Дайра, скажи мне, что происходит, мы не выставляли дозор с тех пор, как… – Нагура задумался, – я вообще не помню, чтобы мы выставляли дозор. Наверное, последние дозоры помнит только Зойра. И то я не уверен, что они были.

– Человек пришел в наши земли, – Дайра, как всегда, говорил очень уверенно, – я не могу допустить, чтобы люди разорили наши земли.

– Но, Дайра, это всего лишь человек, они слабы, они не смогут пройти дальше границы, ну а если даже и пройдут, я был далеко на западе, поверь мне, очень далеко, и я ни разу не встречал народа более могущественного, чем мы. Природа через посох дарит нам небывалую силу. Пока есть посох, наши земли не умрут.

– Именно это меня и волнует, мы оба знаем, что старик слаб. Сколько ему осталось, скажи мне? Десять лун? А может, всего лишь пять? Скажи, Нагура? Ты знаешь предание? Вспомни, что рассказывал старик.

– Я знаю предание не хуже тебя, и не смей разговаривать со мной в таком тоне!

– Так не забывай, Нагура, что сила природы покинет нас в тот миг, когда хранитель воссоединится с природой, и обретем мы силу лишь тогда, когда посох изберет себе нового хранителя. Скажи, Нагура, сколько лун осталось старику? Что будет, когда старика не станет? Сможем ли мы защитить наши земли без силы посоха? Что станет с нашим народом?

– Я не знаю, я прожил более сотни жизней. Когда природа вдохнула в меня первую жизнь, хранителем был Зойра, и сейчас, когда меня уже зовут древним, хранителем все еще остается Зойра. Так что, Дайра, я не знаю, что с нами будет, когда Зойры не станет.

– И я не знаю, поэтому дозор будет нелишним. Нас ждут трудные времена, а люди лишь усложнят нашу жизнь. Я полечу дальше на север проверить, достаточно ли фениксов отправлено в дозор. Надеюсь, все обойдется и природа не оставит нас.

Дайра взмахнул крыльями и отправился на север. Последний дозорный стоял у самого подножья скалы, которая устремлялась в небеса и была намного выше тех деревьев, на которых жили фениксы. Никто не знал, что находится за этими скалами, и никто не знал, что находится внизу обрыва на юге. Убедившись, что дозорные выставлены в достаточном количестве, Дайра отправился к хижине. Он вернулся поздно ночью, Кайри и Агаль спокойно спали в своих кроватях под потолком хижины. Дайра не ложился спать, он всю ночь просидел у окна, размышляя о том, что ждет их народ. Периодически он брал в руки фрукт бараби, но, так и не надкусив, клал его обратно. Все вокруг спало, лишь цикады и сверчки нарушали тишину, которая царила по ночам в землях фениксов. Для Дайры эта ночь была слишком длинной.

Вскоре из крон стало доноситься пение птиц, это означало, что близится рассвет. Дайра сразу же встал со стула и покинул хижину. Первые лучи солнца Дайра встретил, пролетая над ручьем, он направлялся к Зойре в кристальные озера. На озерах Дайру ждала ужасающая картина. Он завис в воздухе над водной гладью и осматривался, пытаясь понять, что здесь произошло. Ветви на кронах деревьев были сломаны, в воде плавали розовые цветы, оборванные с крон, а на другом берегу озера, у самой границы, можно было увидеть разбросанные кувшинки, вырванные из воды. Единственным утешением для Дайры было то, что крона на дереве Зойры все еще оставалась зеленой. Дайра перелетел на остров и заметил, что кувшинка Зойры практически разорвана на две части.

– Зойра, что произошло? – Дайра громко задал свой вопрос, еще не войдя внутрь кроны. Но Зойра ответил, лишь когда Дайра преодолел ветви и оказался у подножия дерева.

– Ночью с запада пришли великаны, – Зойра был спокоен.

– Они пришли за помощью?

– Нет, Дайра, я так не думаю, скорее, они искали спасения, они были в полном отчаянье. Они истощены, голодны и напуганы. Я думаю, их земли полностью мертвы и умерли они уже давно. Ступив на наши земли, они сразу же начали вырывать и жадно поедать кувшинки. А затем они набросились на деревья. Хорошо, что их пришло немного, их было не больше десяти. Мне удалось потоками воды и ветра прогнать их обратно в свои земли. Но я боюсь, если их придет больше, то я могу не справиться.

– Почему они не пошли на запад? Более богатые земли находятся на западе, все народы отправляются на запад.

– Да. Но не тогда, когда на востоке находятся земли фениксов, наши земли самые богатые в этом мире. Многие народы хотели бы завладеть нашими землями. Я думаю, нам придется отправиться в земли великанов и вернуть жизнь в их земли. Либо они вернутся, и их будет больше.

– Зойра, я должен вам еще кое-что рассказать. Вчера с востока пришел человек. Он просил о помощи. Их земли мертвы. Я велел вернуть его обратно и выставить дозор. Не уверен, что я поступил правильно, поэтому прилетел к вам с первыми лучами солнца.

– То есть и люди, и великаны. И между двумя умирающими землями находимся мы. Ты поступил правильно, вчера они пришли с миром, а завтра могут вернуться с войной. Людьми, как и другими народами, движут страх, голод, зависть и жадность. Они не спасают свои земли, а пытаются завладеть новыми.

Зойра и Дайра вышли из-под кроны.

– Знаешь, Дайра, дозор – это мудрое решение, – Зойра ударил о землю посохом, и из земли вдоль границы с великанами, устремляясь к небесам, сплошной стеной выросли деревья, покрытые густыми колючими ветвями. – Я думаю, такой дозор какое-то время сдержит великанов. Мы должны собрать совет и решить, как поступить в эти непростые времена. Дайра, облети наши земли и распорядись, чтобы черные фениксы, которые бывали на западе, к полудню собрались на пустынном острове.

Все решения фениксы принимали на совете, который проходил на пустынном острове среди черных фениксов, которых приписывали к роду древних. На пустынном острове росла лишь невысокая трава, он был слишком мал относительно других островов, и находился он в самом центре земли фениксов, удивительно то, что этот остров было видно с любого дерева и из любой хижины. Столь же удивительно было и то, что возле пустынного острова пересекались все ручьи, образуя одну большую заводь, но сразу же за островом вновь растекались на множество ручьев. Также заводь вокруг острова и сам остров были единственным местом, где не водились ни жучки, ни стрекозы, ни бабочки, и даже птицы сюда не прилетали. Здесь можно было встретить только лишь одинокую черепаху, которая при появлении фениксов сразу же бросалась в воду.

Дайра отправился на восток, но по пути он заглянул в свою хижину.

– Кайри, Агаль! – крикнул Дайра сразу же, как оказался в хижине, но детей в хижине не было.

– Летим скорее, по-моему, отец вернулся, – обратился Кайри к Агаль.

Они сидели на краю кроны, когда до них донесся голос отца, и, взмахнув крыльями, тут же отправились в хижину, уворачиваясь меж ветвей.

Вернувшись в хижину, Кайри заговорил с отцом:

– Где ты был?

– Я был у Зойры.

– Его дерево все еще зеленое?

– Да, оно все еще зеленое. Я запрещаю вам покидать пределы кроны самостоятельно. Любой полет за пределами кроны только в моем присутствии.

– Это из-за того, что пришел человек?

– Ночью с запада пришли великаны.

– Они пришли просить о помощи?

– К сожалению, нет, они были далеко не дружелюбны, – Дайра смотрел в пол. Не поднимая глаз, он вылетел из хижины и улетел на восток. Зойра тем временем с помощью силы посоха вдохнул жизнь в свою кувшинку. И, проплывая от острова к острову, оживлял сломанные ветви деревьев. К тому моменту, когда Зойра управился с последним деревом, солнце было уже высоко и время близилось к полудню. Зойра подплыл на своей кувшинке к западному берегу и провел посохом по краю воды. Вырванные кувшинки тут же ожили. Глубоко вздохнув, Зойра окинул взглядом границу и отправился к пустынному острову. Все фениксы, которые имели право голоса на совете, уже были на острове, и между ними шел непрерывный спор. Но как только Зойра ступил на остров, спор прекратился. Фениксы расступились ближе к берегам острова и пустили Зойру в центр. Все терпеливо ждали, пока Зойра молча стоял и раздумывал. Наконец тишина прервалась:

– Мы пришли на эти земли в те времена, когда люди воевали с великанами. Как же давно это было, – сказал Зойра и тут же замолчал.

Над островом вновь воцарилась тишина. Вокруг края посоха, которым он упирался в землю, неожиданно для всех высохла трава.

– Эти земли были мертвы, – продолжил Зойра, – и сейчас они умирают. Мы должны вновь принести жизнь на восток в земли людей, – Зойра ударил посохом, и засохшая трава тут же ожила.

– Но что делать с великанами? – Нагура задал вопрос, и остальные фениксы тут же его поддержали.

– Мы выставим дозор, пусть идут на запад… – донеслось из толпы.

– Пусть приходят, мы дадим им бой… – донеслось с другого края острова.

– А может, мы вернем жизнь в их земли?

– Но мы уже возвращали их земли к жизни.

Спор продолжался долго, фениксы предлагали самые разные варианты. Отовсюду доносились предложения, а Зойра в это время просто думал, опустив глаза в землю.

– Довольно! – выкрикнул Дайра. – Пусть Зойра примет решение.

– Я не знаю, как поступить, именно поэтому я и собрал совет.

– Уйдем на запад, – предложил коренастый феникс, стоявший рядом с Нагурой, – мы уже спасали эти земли. Пусть люди с великанами сами разбираются. Мы дали им шанс, они урок не усвоили. Не мы разорили их земли, не нам и спасать. Найдем мертвые земли, возродим и будем жить по-новому.

– Мы не можем уйти, – заговорил Зойра. – Оставим восточные земли, и в скором времени умрут западные. Уйдем мы, и люди отправятся на запад, а вслед за ними и великаны. И так одна за другой будут разорены все земли. Пока все народы не окажутся на краю мира где-то далеко на западе. Без людей этот мир невозможен. Здесь рождается мир. Мы не можем оставить эти земли. Без начала не может быть и конца. Природа велела нам хранить мир людей, именно этим мы и занимаемся на протяжении многих жизней.

Зойра резко прекратил свою речь. Он покинул совет и, ступив на кувшинку, уплыл к кристальным озерам. Фениксы еще долго спорили, но так и не смогли найти правильное решение. Впрочем, Зойра тоже не знал, как он должен поступить, именно поэтому он удалился, не огласив своего решения.

– Всем вернуться в дозор, – скомандовал Дайра, взлетев над островом. – Нагура, ты полетишь со мной.

Нагура удивился:

– Куда?

– На восток, в земли людей.

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Мы должны проверить, насколько плохи дела в их землях.

Пролетев над ручьем, Нагура и Дайра пересекли границу и оказались в землях людей. Они зависли над рекой, в которую стекались все ручьи из земли фениксов.

– Что здесь происходит? – обратился Нагура к Дайре. – Ведь человек сказал, что их земли мертвы.

– Я не знаю, – Дайра был удивлен и возмущен одновременно. – Зойра должен это увидеть. Летим скорее.

– Дайра, постой, мы не успеем вернуться к закату. Мы должны дождаться рассвета.

– Нет времени ждать. Я лечу к Зойре. Проверь дозор.

Дайра и Нагура вернулись в свои земли, и Дайра тут же устремился на запад, к кристальным озерам. Когда Дайра пересек земли фениксов и оказался на острове Зойры, было уже совсем темно и время близилось к полуночи. Зойра тихо спал в своем деревянном троне, посох стоял рядом.

– Зойра, просыпайтесь, вы должны это видеть, – громко заговорил Дайра.

– Что увидеть? – Зойра открыл глаза. – Дайра, ты должен поспать. Посмотри, все земли спят. Давай дождемся рассвета и ты мне обо всем расскажешь.

– Но, Зойра, нет времени ждать. Я летал на восток, в земли людей. Их земли не мертвы, точнее, мертвы, но я не знаю, как объяснить, вы должны сами все увидеть.

– Вернись в свою хижину и отдыхай, на рассвете я отправлюсь на восток и все увижу.

– но…

– Дайра, лети в хижину, – Зойра закрыл глаза.

Дайра покинул остров и полетел в хижину. По дороге он вел беседу с самим собой: «Как можно спокойно спать в такое время? Старик вообще из ума выжил. Неужели он не усвоил урок с великанами, они не ждали рассвета, а если и люди придут ночью?» Вернувшись в хижину, Дайра взлетел к потолку в свою кровать, он закрывал глаза, пытаясь поспать, но внутреннее беспокойство мешало ему уснуть. Он подремал лишь самую малость перед рассветом. Его разбудил шум крыльев детей.

– Кайри, Агаль! Где вы были? Я запретил вам покидать хижину.

Кайри сделал шаг вперед, прикрыв собой сестру:

– Но, отец, мы всего лишь спустились к подножию дерева, чтобы набрать свежих плодов. Мы не покидали пределы острова.

– Земли уже проснулись?

– Нет! Только стрекозы порхают над ручьями. Отец, где ты был вчера? Почему собирали совет? Мы видели, что на пустынном острове был совет. Отец, что происходит?

– Я не знаю, никто не знает. Мне надо лететь.

– Ты полетишь к дедушке Зойре?

– Да.

– Можно мы полетим с тобой?

– Нет, вы останетесь в хижине и будете оставаться в хижине до тех пор, пока я не вернусь.

Дети загрустили.

Дайра покинул хижину. Он встретил Зойру по пути к кристальным озерам. Тот спокойно плыл на восток на своей кувшинке.

– О Дайра, я-то думал, мне придется отправиться на восток в одиночку, – Зойра рассмеялся, – я подумал, что ты уже забыл про столь важные дела, ради которых ты разбудил меня ночью.

Дайра приземлился на кувшинку.

– Нет, Зойра, что вы, я отправился к вам с первыми лучами солнца, – Дайра был взволнован.

– Посмотри вокруг, Дайра, разве это не прекрасно, ты только посмотри на наши земли! Я люблю рано на рассвете плавать от острова к острову, на каждом острове меня кто-то ждет. Где-то это сломанная травинка, на которую наступил феникс, где-то меня ждет сломанная ветвь на плодовом дереве, которую по неосторожности ломает феникс, когда собирает плоды, где-то меня ждут цветы, которые срывает детвора. Каждое утро я возвращаю наши земли к жизни. Каждую травинку.

– Зачем вы мне это рассказываете, Зойра?

– Если бы у нас не было посоха, наши земли уже бы давным-давно умерли. Стоит ли винить другие народы? – Зойра усмехнулся.

Они продолжали плыть на восток, Дайра всю оставшуюся дорогу думал над тем, что сказал Зойра. Вскоре они пересекли границу и оказались в русле реки, которая разделяла земли людей на северный и южный берега. Зойра был сильно удивлен картине, которую он увидел. На южном берегу росли трава и деревья. Этот берег был практически полностью покрыт зеленью и не был похож на мертвую землю. Северный берег был полностью истощен. Лишь изредка можно было увидеть засохшие кустарники.

– Дайра! Это ты хотел мне показать?

– Да. Именно про это я и говорил. Человек сказал, что их земли мертвы, но южный берег процветает.

– Думаю, мы должны ступить на северный берег! Скорее всего, люди живут именно там, вряд ли бы они просили о помощи, если бы жили на южном берегу реки.

– Я полечу вперед, – Дайра хотел взлететь, но Зойра его остановил:

– Не стоит, мы вместе ступим на берег. Земли людей намного больше наших, ты можешь заблудиться. Скалы отступают далеко на север, а южные водопады переходят в восточный край мира так плавно, что становится непонятно, где юг, а где восток. Тебе понадобится не один день, чтобы пересечь земли людей, так что не будем разделяться.

Вскоре кувшинка причалила к берегу. Зойра и Дайра немного прошли вслед за течением, а затем, никого не обнаружив, направились на север, чтобы отыскать людей.

– Дайра! Посмотри, здесь не осталось даже кореньев.

– Но почему они не отправятся на южный берег?

– Наверное, на то есть причины. Смотри, Дайра, там, – Зойра указал посохом, – по-моему, это хижина.

Дайра полетел к хижине, оставив Зойру позади.

– Есть кто? – Дайра приоткрыл дверь, но внутри никого не было. – Посмотрите! – Дайра кричал приближающемуся Зойре. – Их хижины, они мертвы, они сделаны из мертвых деревьев. Зачем они убивают деревья?

– Так делают все народы, – сказал Зойра, подойдя к двери. – По-моему, здесь никого нет, тебе надо взлететь повыше и осмотреться.

Дайра послушал Зойру и поднялся над землей. Вдали он заметил поселение.

– Зойра, мы должны идти немного восточнее, там много хижин.

Вскоре они добрались до поселения. Навстречу им выбежали мальчишки в грязной потрепанной одежде, которые играли у крайних хижин.

– Вы же фениксы! – в один голос закричала детвора. – Вы пришли с запада? Принц Ален говорил, что вы придете, вы принесли дары? Он говорил, что вы придете с дарами!

– Ален! – громко сказал Дайра. – Так звали человека, который пришел в наши земли. Где мы можем его найти?

– Скорее всего, он на ярмарке, – сказал один из мальчишек.

– Ярмарка? Что такое ярмарка?

– Вы не знаете, что такое ярмарка? Там можно купить овощи, фрукты и хлеб.

– Купить? Что значит «купить»?

– Это значит, что вы должны дать металл тому, у кого есть еда, а он вам даст еды.

– Но ведь еда, то есть плоды, они же растут на деревьях, почему вы не можете сорвать плоды с дерева?

– Я не знаю. Мы должны добывать металл, а за металл покупать еду.

– Все это странно, где находится эта ярмарка, ты можешь отвести нас туда?

– Нет, это слишком далеко.

– Насколько? Как долго туда идти?

– Это у городских ворот, отец уходит поздно вечером, чтобы успеть к рассвету занять место на ярмарке.

– Зойра, что такое городские ворота? – тихо спросил Дайра.

– Я не знаю. Посмотрим, когда доберемся до ярмарки. А ты можешь подсказать, в какую сторону нам идти? – обратился Зойра к мальчишке.

– Да, вам надо пересечь село в том направлении, – мальчишка указал на северо-восток между двух хижин, – а дальше идти прямо и никуда не сворачивать. Но вы придете туда только вечером, и ярмарка уже закончится, поэтому вам придется дождаться утра.

– Значит, дождемся, – сказал Зойра и отправился в направлении, указанном мальчишкой. Дайра отправился вслед за ним.

Они шли мимо старых хижин, рядом с хижинами изредка попадались пни от срубленных деревьев, которые приводили фениксов в ужас. Мертвая сухая земля под ногами и ни единой травинки. Палящее солнце над головой и полная тишина. Оставив село позади, фениксы продолжили свой путь по мертвому полю, которое больше походило на глиняный сланец из земли гномов.

– Вы только посмотрите, Зойра, по-моему, эти поля не обрабатывают уже не первый год. И эта земля, почему в ней столько глины?

– Я думаю, раньше этой глины здесь не было, видишь там? – Зойра указал на край поля по левую руку. – Там уровень земли ниже, и глины вроде там нет, с того края земля чернеет на солнце.

– Но как она тогда здесь появилась?

– Не знаю.

Они шли долго мимо заброшенных полей и вырубленных лесов, иногда на их пути встречались одинокие пустые хижины и пересохшие озера. Засохшие кустарники и сплошная мертвая земля.

Миновав эту ужасающую картину, они оказались на небольшой площади, вымощенной камнями, по засохшей между камнями грязи было понятно, что раньше здесь было болото. Людей на площади не было, ведь, как и говорил мальчишка, до площади Зойра и Дайра добрались только ночью.

– Думаю, нам лучше вернуться к последней хижине, которая была на нашем пути, и дождаться рассвета, – сказал Дайра.

– Отлично, так и поступим.

Окинув площадь взглядом, Зойра и Дайра вернулись к заброшенной хижине.

– Как-то слишком мрачно, – сказал Зойра, войдя в хижину, – может, все же переночуем на улице? Идем, Дайра, я организую нам ночлег.

Зойра вышел на улицу, ударил посохом о землю, и из земли выросли небольшие кустарники, а после ветви кустарника переплелись в две уютные зеленые кровати.

– Да, пожалуй, так будет лучше, спасибо, Зойра, – сказал Дайра, устраиваясь в одной из кроватей.

Когда Дайра проснулся, солнце стояло высоко и Зойра уже не спал.

– Держи, тебе надо поесть, – сказал Зойра, протягивая плод.

– Что это? – Дайра удивился, рассматривая неизвестный ему фрукт.

– Это груша, плоды которые растут в землях людей.

– Но тут же нет деревьев, – Дайра огляделся.

– Нет, но я вырастил грушу на кустарнике, прямо рядом с твоей кроватью.

– Какая она жесткая, а ты не мог вырастить бараби?

– Нет, я не могу вырастить бараби в этих землях. У всего есть свое место. Бараби растет в землях фениксов, а здесь растет груша, так что ешь грушу. Если ты когда-нибудь отправишься в земли троллей, то тебе придется есть коренья и листья, так что груша – это не самый худший вариант. Нам пора.

Зойра и Дайра отправились на ярмарку, а их кровати расплелись, и на их месте осталось два одиноких зеленых куста среди мертвых земель.

К тому времени, когда они оказались на ярмарке, вся площадь была плотно усеяна людьми, каждый что-то кричал, все куда-то бежали. Возле небольших деревянных прилавков проходили непонятные споры.

– Значит, это ярмарка, – сказал Зойра и направился к ближайшему прилавку. Толпа тут же расступилась. На лицах людей застыло удивление.

– Зойра, смотрите, что это? – Дайра рассматривал повозку, которых на площади было немало.

– Это повозка, в нее запрягают быков и лошадей, люди всегда ими пользовались.

Дайра подошел ближе к повозке, но его волновала не сама повозка, он рассматривал измученное животное.

– Мы ищем Алена! – громко сказал Зойра. Разговоры постепенно утихли, и над площадью застыла тишина. – Кто-то знает, где он?

– Подождите здесь! – из толпы выкрикнул ухоженный мужчина, который явно отличался от остальных людей, одетых в грязные потрепанные лохмотья. И тут же удалился.

– Зойра, а это тоже груша? – Дайра указывал на прилавок с фруктами.

– Нет, это яблоки, а там слива, а вот это абрикос…

– Зачем столько всего, чем плох один плод?

– Я не знаю, наверное, тоже жадность…

– Я ждал вас, – из толпы вышел Ален, а рядом с ним был тот самый ухоженный мужчина и еще трое, одетых в точно такие же одежды. – Я знал, что вы придете. Идемте скорее.

Ален проводил фениксов через ярмарку в город, который был расположен по другую сторону площади. Ухоженные мужчины шли немного позади.

– Что это такое? Это похоже на скалы, которые находятся на севере, – Зойра с удивлением рассматривал городские ворота, – и там тоже?

– Так и есть, – сказал Ален, – мы рушим скалы, а из скал построили город. Идемте.

По улицам города, пробираясь между каменных домов они дошли до небольшого замка, построенного также из камней. Преодолев порог и мрачный коридор с широкими окнами, фениксы застыли в центре просторного зала. Вдоль каменных стен со сквозными окнами чуть выше человеческого роста стояли лавки, а в глубине зала на небольшом возвышении стоял каменный трон, застланный шкурами животных. По кругу на стенах висели факелы, но они не были зажжены, днем света было достаточно от широких окон. На входе в замок, в коридоре и в зале рядом с троном встречались точно такие же ухоженные мужчины.

– Кто эти люди? – спросил Зойра, указывая на одного из них.

– О, это прислуга.

– Кто такая прислуга?

– Ну, они выполняют мои поручения. Готовят обеды, поддерживают порядок.

– А разве вы не можете сами готовить обеды?

– Смешно, я принц. Я не должен готовить обеды. Для этого есть прислуга.

– А зачем вы рушите скалы? Вы так и не рассказали. Чем плоха деревянная хижина?

Зойру удивляло абсолютно все, что он видел вокруг, Дайра был удивлен не меньше, но он предпочитал молчать.

– Мы рушим скалы, чтобы добыть металлы: железо, медь, серебро. Дело в том, что крупные залежи находятся именно в глубине скал.

– А зачем вам металлы?

– Делать оружие, посуду, приборы и многое другое, но основная цель – это торговля с южанами.

– С кем? – Зойра с каждым словом удивлялся еще больше.

– С южанами, ну, с теми, кто живет на южном берегу. Мы даем им металлы, а они нам фрукты и овощи. Иногда мясо, в наших землях из еды осталась только рыба, которую можно выловить в реке.

– Что? – громко выкрикнул Дайра. – Повтори, что ты сказал, вы едите рыбу? Мясо? Вы едите мертвых животных?

– Дайра! Успокойся, – Зойра поспешил избежать недоразумений. – Многие народы едят рыбу и мясо. Так что ты говоришь, Ален? Расскажи мне про южан.

– А что там рассказывать, их земли богаты и плодородны. А наши земли мертвы, но у нас есть северные скалы и богатые залежи металла. Мой народ добывает металл и выменивает на него фрукты и овощи у южан.

– Что значит «твой народ»? Эти земли, скалы и южный берег – все это принадлежит людям. Ведь южане – это тоже люди и вы один народ. Вы можете просто пойти и взять эти плоды, это ваши земли. А южане могут сами взять металл.

– Нет, не можем, южный берег – это земли принца Генри. А этот берег – это мои земли. И я не позволю, чтобы южане нарушали границу.

– Границу?

– Да, река – это граница, и, если понадобится, мы будем сражаться за свои земли.

– Дайра, нам лучше уйти, – Зойра направился к выходу. – Мы ничем не можем вам помочь.

Дайра поспешил за Зойрой, принц Ален попытался их остановить, но это было бесполезно. Дайра не понимал, почему они должны были уйти, но он решил не задавать вопросов, пока они не пересекут границу и не окажутся в родных землях. Зойра прибавил шаг, как только вышел за городские ворота.

– Дайра, ты помнишь дорогу?

– Нам надо на юг, выйдем к реке, а там уже разберемся…

– Лети вперед, найди мою кувшинку, нет времени, мы должны вернуться засветло.

– Но солнце еще высоко. Что вас так встревожило?

– Нет времени объяснять, разве тебе что-то не понятно? Я велел отыскать место, где мы сошли с кувшинки на берег.

Дайра улетел вперед.

Зойра шел широкими шагами, периодически останавливаясь на какой-то миг, чтобы перевести дыхание.

– Зойра, мы идем верно, – еще не подлетев, крикнул Дайра, – если идти прямо, то выйдем как раз на кувшинку.

– Хорошо, нам надо поторопиться.

Вскоре они преодолели мертвую землю и, ступив на кувшинку, приплыли в родные края.

– Зойра, мы успели засветло, что теперь? Собрать совет? Усилить дозор? Что?

Но Зойра ничего не отвечал, он просто стоял на кувшинке, немного склонив голову и крепко сжав посох двумя руками. Кувшинка тоже больше никуда не плыла, она как будто застыла посреди ручья. Вскоре стих ветер и шелест листьев, пение птиц тоже постепенно растворилось в воздухе, и со временем наступила полная тишина.

– Покой и тишина, – тихо заговорил Зойра, – покой и тишина – без этих двух составляющих мир невозможен. Там, в землях людей, нет ни одного, ни другого. А еще они разделили свои земли на две земли, как такое возможно, они же один народ, не понимаю. Хижины из камня, да еще и стеной отгорожены от деревянных хижин. А эта ярмарка? Ведь плоды растут на деревьях и каждый может подойти и сорвать плод.

Но южане почему-то запрещают. А эти, что на севере, готовы сражаться за скалы? Зачем? А река – это теперь граница, граница, которая тянется с запада на восток. Дайра, ты понимаешь, что там творится? Один народ, одна земля, но они решили разделиться. Из-за чего? Чтобы одним принадлежали плоды, а другим скалы? Нет, Дайра, это жадность, про которую я говорил, такова природа людей, и, если мы вернем жизнь в их земли, это все равно ничего не изменит. Они только начнут жаждать чего-то другого. Или? Если южане больше не смогут менять металл на плоды? А если они пойдут с войной на север за металлом? Это жадность, это не нужда! Нужда была у великанов, которые готовы были съесть все, что им попалось. А Ален нет, он хочет и плоды, и скалы. Поэтому он пришел просить помощи. Дайра, уже смеркается, я вернусь в кристальные озера, а ты поспеши домой, кстати, как там поживают Кайри и Агаль? Они не навещают меня последние дни.

– С ними все хорошо, просто я запретил им покидать крону до тех пор, пока…

Зойра прервал Дайру:

– Не будь с ними так строг, в наших землях им ничего не грозит. Ты не сможешь их уберечь от жизни. Пора уже забыть.

– А если не получается забыть?

– Знаешь, Дайра, многие тогда не вернулись с запада, не только мать твоих детей, там остались чьи-то отцы и сыновья, к сожалению, из женщин не вернулась только твоя. Но ты не сможешь ничего изменить, такова жизнь, такова воля природы, значит, она выполнила свое предназначение, то же самое и с детьми, не пытайся их уберечь, отпусти их, дай им свободу. У природы есть на каждого свои планы. Если их миг придет, природе будет неважно, где они находятся, ты не сможешь спрятать их в хижине. Но ты отобрал у них свободу. Мы фениксы, мы должны летать наперегонки с потоками ветра. Мы не можем постоянно лазать меж ветвей со сложенными крыльями. Лети домой, Дайра, и передай детям, что я их жду завтра на рассвете.

– А как же люди?

– Пусть природа сама все решит. Я всего лишь старик.

– А что говорит природа?

– Разве ты не видишь, природа молчит? Дайра, мне пора, лети и ты в хижину. Ты должен отдохнуть.

Дайра полетел в хижину, а Зойра поплыл на запад к кристальным озерам. Тем временем принц Ален покинул город и вместе со своей прислугой отправился на север в шахты, где добывают металл. В его повозку было запряжено четверо лошадей, голодных и измученных, эта повозка не была какой-то особенной и не сильно отличалась от тех, на которых простые люди перевозят металлы и разные товары. Но, в отличие от остальных повозок, повозка принца Алена была чистой и внутри имелась скамья. Прислуга из четырех человек ехала верхом, позади и еще двое ехали прямо в повозке с принцем Аленом. Кругом стоял мрак, из-за плотного смога и пыли едва виднелось ночное звездное небо. Путь проходил по накатанной колее от деревянных колес тяжело груженых повозок.

К тому времени, когда Дайра вернулся в хижину, Кайри и Агаль уже должны были спать, но они сидели у окна и дожидались отца.

– Отец! Тебя не было два дня, где ты был? – спросил Кайри.

Агаль ничего не сказала, она подошла, обняла отца и только после этого чуть слышно прошептала:

– Я переживала. Ты никогда не оставлял нас одних.

– Вы уже взрослые и должны понимать, что однажды я вас покину насовсем и переберусь в кристальные озера. Вам пора становиться самостоятельными.

– Так где ты был? – еще раз спросил Кайри.

– Я был в землях людей. А еще я хотел сказать что завтра на рассвете вас ждет Зойра.

– И ты нас отпустишь?

– Да. Вы можете, как и прежде, лететь куда угодно.

– Спасибо, – так же тихо сказала Агаль и еще крепче обняла отца.

– А теперь я хочу поспать, путь был нелегким, да и, возможно, завтрашний день подкинет новые трудности.

В хижине наступила тишина.

Зойра, добравшись до своего острова, не ступил на берег, он остался на кувшинке.

– Тишина и покой, – повторил Зойра, глядя на водную гладь. – А если завтра не будет ни того, ни другого. Что хотел этот человек? Нет, его привела в наши земли не нужда. А что же тогда? Скажи, мой друг.

Положив передние лапы на край кувшинки, из воды высунула голову черепаха, которая жила на пустынном острове. Она посмотрела сначала на Зойру, затем на границу с землями великанов, а затем устремила свой взгляд в звездное небо. После этого черепаха исчезла где-то в озере, оставив Зойру наедине с тишиной.

– Я знаю, ответ есть, на все вопросы есть ответы. Но где его найти?

Зойра очень долго простоял над водой, рассматривая отражение звездного неба. И только перед рассветом ступил на берег своего острова. Приготовившись ко сну, Зойра тут же передумал и вышел из-под кроны.

– Верно, совершенно верно, – Зойра стоял на берегу и смотрел в сторону границы с землей великанов. – Нет, это не выход.

Расстроенный Зойра опять ступил на кувшинку, он направился к пустынному острову. Кругом по-прежнему стояла тишина, но время уже близилось к рассвету.

– Тишина и покой, – в очередной раз повторил Зойра.

Оказавшись в заводи у пустынного острова, Зойра не ступил на землю, он проплыл мимо и направился на восток.

На рассвете Кайри и Агаль несколько раз облетели вдоль и поперек кристальные озера в надежде увидеть Зойру, но, к сожалению, они его не обнаружили и не раздумывая направились в свою хижину.

– Отец!.. Отец!.. – кричали они, перебивая друг друга. – Там это!..

– Успокойтесь, – сказал полусонный Дайра. – Объясните кто-нибудь один.

– Там это… – продолжил запыхавшийся Кайри. – Дедушка Зойра, его нигде нет.

– А его дерево?.. Оно…

– Оно еще зеленое, – тут же ответил Кайри

– Наверное, он на пустынном острове опять болтает со своей черепахой, я уверен, с ним все в порядке. После заката он направился в кристальные озера. Да и дерево зеленое. Значит, все хорошо.

Дайра вылетел из хижины и направился к пустынному острову, но Зойры там не оказалось, тогда он полетел в кристальные озера, но Зойры не было и там. Кувшинки тоже не было рядом с островом Зойры. Дайра летал весь день от одной хижины к другой, расспрашивая всех фениксов, но никто ничего не знал. Перед закатом Дайра отправился на восток к границе и отыскал Нагуру.

– Нагура, как давно ты стоишь в дозоре?

– Я – две ночи, а что?

– Зойры нет.

– Дерево…

– Оно зеленое, Нагура, лети на север, я полечу на юг, может, кто из дозорных что-либо видел. Я облетел все земли, его нигде нет.

Ночь была длинной, в землях фениксов не спал никто, все пытались отыскать Зойру. Кайри и Агаль переживали больше остальных, они несколько раз летали к острову Зойры и в итоге остались в кристальных озерах дожидаться Зойру, хотя отец был против. На рассвете Дайра собрал совет, но, так как на совете не было Зойры, ни к чему хорошему это не привело. Возникло множество споров и разногласий.

– Мы должны решить, как нам быть дальше, – Дайра пытался успокоить толпу фениксов.

– Наверное, это твоя забота, – донеслось из толпы, – ты же, видимо, приемник.

– Сейчас речь идет о судьбе нашего народа и наших земель, что это? Зависть? Вы этому, видимо, у людей научились, – Нагура попытался поддержать Дайру, но это лишь еще сильнее подковырнуло толпу и без того неспокойных фениксов.

– Мы, в отличие от Дайры, не летаем в земли людей. Да и старик покинул нас после того, как вы побывали по ту сторону границы.

– Наше путешествие было необходимостью, – Дайра повысил голос и расправил крылья. – Вы смеете меня судить? Зойра покинул нас, и, где он сейчас находится, неизвестно, на западе голодные и отчаявшиеся великаны, на востоке – люди, чей замысел нам не известен. Без Зойры мы как без крыльев.

– Старик нам не нужен, нам нужен посох, – из толпы вышел высокий черный феникс Вараба, он встал напротив Дайры и расправил крылья, пытаясь показать свое превосходство. Вараба часто был на западе, и войны его не пугали, все его тело было покрыто шрамами, в этом фениксе было больше ужаса, чем добра. Он не был похож на остальных фениксов. Войны забрали его благородство, добро и справедливость. Поговаривали, что однажды он воссоединился с природой, но природа его отвергла. – Ты знаешь, Дайра, нам нужен посох.

– Нам нужен Зойра, посох избрал Зойру и подчиняется только ему.

– Сила есть в каждом из нас, – Вараба вырастил цветок прямо на ладони и протянул его Дайре, – но мы подчиняемся природе, а посох… тому, у кого есть посох, подчиняются стихии. Нужно найти Зойру и вернуть посох, а старик нам не нужен.

– Да как ты смеешь! – Дайра сделал шаг вперед и хотел ударить Варабу, но в одно мгновенье меж ними появился Нагура:

– Дайра, не стоит, я думаю, совет должен закончиться прямо сейчас, пока мы не перебили друг друга, Дайра, летим.

В это время повозка принца Алена остановилась у северных скал. Прислуга осталась наверху, а принц Ален по каменной лестнице, затем по узким каменным коридорам, освещенным факелами, пробирался в глубину шахты. С потолка то и дело капала вода, как будто нарочно пытаясь потушить факелы. Коридоры вывели принца в холодную сырую каменную пустоту, похожую на комнату. По левую сторону комнаты стояли стол и пара стульев. В комнате никого не было, и принц тут же ее покинул. Встретив в коридоре одного из работников шахты, принц распорядился отыскать Давида, а затем вернулся в комнату. Алену не пришлось долго ждать, и вскоре перед ним появился мужчина. Худой, в поношенной одежде, которая была пошита из плотной ткани и не один раз отремонтирована. Голова была спрятана под плотным капюшоном. Лицо и руки были грязными, но в полумраке было непонятно, что это: сажа или пыль. На руке, в которой он держал факел, виднелись ссадины.

– Давид, проходи, присаживайся, – принц указал на один из стульев, – ты неважно выглядишь.

– Жизнь в шахте иная, нежели в замке, можешь и сам попробовать. Или боишься запачкаться?

Принц рассмеялся:

– Да я бы опробовал, но мое лицо и моя репутация…

– Нет у тебя никакой репутации, ты слабак и трус. Говори, зачем пришел, и можешь уходить, я думаю, ты помнишь дорогу на поверхность. Или тебя проводить?

– Что же, я могу уйти, но… хотя нет, это неважно.

– Говори, коль пришел, ты ведь не просто так проделал такой долгий путь.

– Ну, все дело в том, что в городе были фениксы.

– Все-таки пришли, – Давид снял капюшон, – они что-то принесли?

– Нет…

– Не лги мне! – крикнул Давид и схватил принца за ворот. – Люди устали, им нужен отдых и крепкий сон. Сырость и каменная пыль, как паразиты, медленно пожирают людей изнутри.

– Они получают за это еду, нет металла – нет еды. Кстати, когда я увижу следующие повозки? – принц говорил, пытаясь оторвать жилистую руку Давида от своего ворота, но у Давида была крепкая хватка.

– Слушай меня, принц, ты обещал, что фениксы принесут плоды и семена и мои люди больше не будут работать в шахтах. Мы воины, а не гномы, и, если ты не сдержишь свое слово и фениксы не принесут нам семена, я со своими людьми отправлюсь на юг. Мы возьмем все, что нам надо.

– У нас перемирие…

– Я перемирие не заключал, а значит, я ничего не нарушу.

– Не смей…

– Ты мне не указ, можешь уходить.

Давид покинул комнату и исчез где-то в глубине коридора, принц вышел из комнаты практически сразу после Давида и отправился на поверхность по тому же самому коридору, по которому он прибыл в комнату.

– Принц Ален, мы можем отправиться в обратный путь? – спросил один из прислуги, как только принц подошел к повозке.

– Солнце слишком высоко, дождемся в тени скал, когда жара пойдет на спад.

Принц Ален опустился на землю и залез под повозку, чтобы спрятаться от жары.

Дайра и Нагура прилетели в хижину Дайры.

– Где дети? – спросил Нагура.

– Они на кристальных озерах, они больше остальных переживают пропажу Зойры.

– Он вернется, он не мог нас оставить, я думаю, он отправился в земли людей.

– Это вряд ли, он торопился их покинуть, да и дозорные ничего не видели.

– Тогда где он?..

– Не знаю, главное, что дерево все еще зеленое.

– Зеленым оно было вчера…

– Если бы оно сегодня покрылось розовыми цветами, Кайри и Агаль давно бы уже были здесь.

– Наверное, ты прав. Что было в землях людей? Почему вы покинули их так быстро?

– Люди рушат… точно, летим к северным скалам.

– Зачем?

– Возможно, Зойра у северных скал.

– Но зачем?

– Ему нужны ответы. Люди рушат северные скалы и из скал строят свои хижины. А еще они добывают металлы и меняют их на еду на ярмарке. Зойра говорил, что люди разделились на два народа. Он хотел понять, почему скалы и металл для них стали важнее, чем природа. Я думаю, он у северных скал.

– Мы уже смотрели у северных скал.

– Мы должны проверить все еще раз. Собери… хотя нет, лучше отправимся вдвоем.

– Дайра, мы не сможем отыскать его в ночной тени.

– Тогда нам лучше поторопиться.

– Давай дождемся рассвета.

– Нет, ты не понимаешь, на востоке люди, на западе великаны, а что, если у нас нет времени до рассвета, что, если этот закат будет последним?

– Природа нас не покинет.

– Тогда я отправлюсь один…

Дайра вылетел из хижины. Нагура не пытался его остановить, он молча посмотрел ему вслед и направился в сторону кристальных озер. Фениксы вели себя довольно оживленно, земли наполнились спорами, скандалами и просто слухами о том, куда отправился Зойра. Нагура пытался не обращать на все это внимания. Он пролетал мимо любой компании и молча игнорировал вопросы, которые часто доносились ему вслед. Оказавшись на острове Зойры, Нагура, как и рассчитывал, встретил там Кайри и Агаль.

– Вы голодны? Я принес бараби.

– Я очень голоден, – Кайри потянулся и взял у Нагуры плод, вслед за ним плод взяла Агаль.

– Присядьте, я хотел бы с вами кое о чем поговорить.

– И о чем же? – невнятно спросила Агаль, пережевывая плод.

– О Зойре. Вы часто проводили с ним время, и, мне кажется, вы могли бы знать, куда он отправился.

– Мы не знаем, он нам не рассказывал, что хочет уйти. Он ведь вернется?

– Да, Агаль, он вернется, но все же подумайте, может, его что-то тревожило последнее время?

– Мы не видели его последние несколько дней, отец запретил нам покидать хижину с того самого дня, как в наши земли пришел человек. А когда отец и дедушка Зойра вернулись из земель людей, отец сказал, что дедушка Зойра ждет нас на рассвете, но, когда мы прилетели к нему в хижину, его там не было.

– Вы уверены, что вам нечего мне рассказать?

– Да, уверены, – Агаль к этому времени уже доела свой бараби, а Кайри молча уплетал уже второй плод.

– Хорошо… И я думаю, что вам пора вернуться в свою хижину, отец переживает.

– Дедушка Зойра говорил, что нам нечего бояться в своих землях, – уверенно сказал Кайри.

– И все же лучше вернитесь в свою хижину.

Нагура улетел, Кайри и Агаль его не послушали и остались в кристальных озерах в хижине Зойры.

Время близилось к закату, Дайра летел вдоль северных скал, поднимаясь к облакам, а затем снова опускаясь к земле. Он хотел осмотреть как можно большую территорию, до тех пор пока солнце не исчезло где-то далеко на западе. Северные скалы не были похожи на земли фениксов, здесь не было высоких деревьев, не было и густой травы, лишь одинокие кустарники, разбросанные по склонам. После заката Дайра не прекратил свои поиски, он продолжил свой путь пешком вдоль подножия скал, пытаясь отыскать следы, которые, как думал Дайра, должны были остаться на сыпучих наносах у подножия скал. На следующий день Кайри и Агаль, возвращаясь к своему острову, нашли спящего отца у подножия дерева, он был настолько измучен за последние дни, что не смог подняться в хижину. Кайри и Агаль смотрели то на отца, то друг на друга и не знали, что делать: то ли разбудить отца, то ли оставить его и не мешать спать. Кайри подошел к отцу и собирался его разбудить, но Агаль его остановила:

– Не надо, пусть поспит.

– Я просто хотел, чтобы он поднялся в хижину.

– Ты же знаешь что он не поднимется, если он проснется, он сразу же куда-нибудь улетит, а ему нужно поспать.

– Ну ладно, пусть спит здесь.

Агаль присела на землю рядом со спящим отцом, а Кайри потянулся за бараби.

– Агаль, смотри, что это? – Перед Кайри свисала сломанная пожелтевшая ветвь.

Агаль подошла поближе, чтобы рассмотреть.

– Я думаю, что эта ветвь умерла.

– Но почему? Ты когда-нибудь видела такое?

– Нет.

– И я не видел. Наши земли умирают? Надо разбудить отца.

– Нет, Кайри, не буди, не надо.

Но Кайри уже подскочил к отцу и принялся тихонько трясти его за плечо.

– Что случилось? – Дайра немного не понимал, где он находится. Первым делом он посмотрел на небо, чтобы понять, сколько он проспал, по солнцу он определил, что полдень еще не наступил. Кайри стоял, склонившись над отцом, Агаль стояла немного позади. Она держала в руке сломанную ветвь, свисающую с дерева, и смотрела на отца, который по-прежнему выглядел очень уставшим.

– Зойра, он так и не появился? – в первую очередь спросил Дайра.

– Нет, – тут же ответила Агаль.

Дайра встал, подошел к дереву и сорвал бараби.

– Отец, что с этой ветвью? – тихо спросила Агаль.

– Она сломана.

– И дерево теперь умрет?

– Нет, от сломанной ветви деревья не умирают, – Дайра взял ветвь двумя пальцами, – что было бы с нами, не будь у нас посоха?

– Что? – Кайри подошел к отцу. – Что ты сказал, отец?

– Да так, кое-что вспомнил, – Дайра отпустил ветвь и подошел к краю воды. – Наверное, Зойра приплыл бы на рассвете и спас бы эту ветвь.

– Если бы он не исчез, – с грустью в глазах дрожащим голосом подметила Агаль.

– Мне пора.

– Куда?.. Когда ты вернешься?

– Мне нужно увидеть Нагуру.

Дайра улетел. Кайри и Агаль набрали плодов бараби и вновь улетели в кристальные озера. Земли фениксов были слишком оживлены, и это тревожило Дайру. По пути к границе его несколько раз останавливали и задавали неуместные вопросы про Зойру, про людей и про то, у кого теперь посох. Дайра лишь разводил руками и продолжал свой путь. Он знал ничуть не больше остальных, но никто в это не верил. На границе Нагуры не было, и Дайра отправился к нему в хижину. Дайра застал Нагуру на полпути. Они продолжили свой полет вместе.

– Нагура, мы должны отправиться в земли людей, возможно, что Зойра вновь отправился туда после нашего возвращения.

– Нет, это вряд ли, никто из дозорных его не видел.

– Но все же полетим вдоль реки, если он там, то мы увидим кувшинку. Если нет, то вернемся.

– Дайра, а что, если он ушел, ну как бы тебе объяснить. В общем, скорее всего, если он ушел молча, то вряд ли он хотел, чтобы мы его искали. Я думаю, нам не стоит покидать родные земли.

– А как же посох?..

– Так тебя тоже заботит посох?

– Отчасти да. Ты хочешь сказать, что тебе все равно, что сейчас с посохом?

– Нет, но на данный момент меня больше волнует судьба наших земель, посмотри кругом, все встревожены.

Нагура завис над ручьем, сразу же после этого завис и Дайра.

– Я вижу, но нам нужен посох, если погибнут наши земли, нас никто не спасет.

– Отец, отец, – над ручьем летел запыхавшийся Кайри, – отец, летим скорее.

– Что случилось?

– Летим скорее в кристальные озера, ты сам все увидишь.

– Где Агаль?

– Она осталась там…

– Ты оставил сестру одну? – Дайра повысил голос и сдвинул брови, показывая свое недовольство, а затем полетел к кристальным озерам. Нагура без раздумий отправился вслед за ним, Кайри от них здорово отстал, ему было не под силу угнаться за черными фениксами. Агаль вылетела навстречу отцу и чуть было не столкнулась с ним.

– Мне страшно… – произнесла Агаль.

Дайра не останавливаясь еще быстрее полетел в кристальные озера. Нагура замедлился и полетел наравне с Агаль, он не стал задавать вопросов, а просто решил, что его присутствие придаст ей спокойствия. Да и пролететь оставалось совсем немного, чтобы самому все увидеть.

Когда Нагура и Агаль добрались до кристальных озер, Дайра молча стоял у границы из колючих деревьев, которую вырастил Зойра.

– Что будем делать? – спросил Нагура, подлетев к Дайре. Агаль осталась на другом берегу. По ту сторону границы стоял ужасный треск. Измученные голодом великаны ломали деревья, пытаясь пробраться в земли фениксов. Дайра продолжал стоять молча и неподвижно.

– Дайра, Дайра… Ты меня слышишь? – Нагура слегка толкнул Дайру в плечо.

– Что?

– Что будем делать?

– Они не пошли на запад, – обронил Дайра и продолжил свое молчание.

– Дайра, – Нагура стал перед Дайрой. – Ты меня слышишь? Мы должны принять решение, великаны вот-вот проберутся сквозь заросли.

К этому времени подлетел Кайри, он остановился рядом с Агаль. Они не слышали, о чем разговаривали Нагура и их отец. Но по лицу отца было видно, что все слишком плохо. Дайра какое-то время простоял в ступоре. Затем, посмотрев на Нагуру, перелетел озеро и остановился рядом с Кайри.

– Летите в хижину, – распорядился он. – Агаль, ты останешься в хижине. А ты, Кайри, должен принести мне мой меч.

– Но, отец…

– Никаких «но», Кайри, мне нужен меч. – Кайри и Агаль отправились к хижине. – Нагура, ты должен лететь на восток, пусть все дозорные, каждый черный феникс летит сюда, и найди мне Варабу, настало время обнажить мечи.

– Может быть, все обойдется?..

– Я думаю, не в этот раз. Вараба, он мне нужен. Лети, Нагура, нет времени.

Дайра остался один, он отправился на остров Зойры в надежде отыскать его старый меч на тот случай, если Кайри не успеет. Зойра рассказывал, что после последней битвы он избавился от своего меча, но Дайра надеялся, что это не так, ведь меч Зойры, возможно, для Дайры был единственным шансом. Нагура долетел до ближайшей хижины и без лишних разговоров и объяснений велел собирать всех черных фениксов в кристальных озерах. Очень быстро молва о великанах разлетелась по всем землям фениксов, началась паника. Дозорные с восточных границ стремительно летели к западным, женщины, дети и большинство белых фениксов поднимались в свои хижины, в густые кроны высоко под облака. Кайри, оставив сестру одну, торопился к отцу, крепко удерживая громоздкий меч. Фениксы участвовали во многих войнах, но воевать за свои земли им предстояло впервые. Дайра не смог отыскать меч на острове Зойры. Он опустился на одно колено у самого края воды и стал просить у природы, чтобы она помогла ему. Дайра был совсем один в кристальных озерах.

– Мать-природа, прародительница четырех стихий, мать всего мира, прошу тебя, не оставь наши земли, не оставь наш народ, защити нас, и мы продолжим хранить тебя, служить тебе верой и правдой, – повторял Дайра, склонив голову к воде. Треск по ту сторону границы усиливался. Колючие ветви, оставляющие на теле глубокие кровавые раны, больше не пугали великанов. Голод и отчаяние взяли свое. Видимо, природа услышала мольбы Дайры, попутный восточный ветер подхватывал фениксов и нес их в кристальные озера еще быстрее, а самым первым до кристальных озер добрался Вараба. Он стал на острове рядом с Дайрой.

– Не стоит, природа нам больше не поможет, на войне все решают меч и готовность отобрать чужую жизнь. Не сможешь отобрать чужую – отберут твою, хотя посох сейчас не помешал бы. Что скажешь, Дайра?

Дайра ничего не сказал, он лишь с презрением посмотрел на Варабу, который продолжил беседу:

– А я смотрю, ты и меч не взял, ах да, совсем забыл, ты же не воин, вот твоя женщина, она была достойным воином. Зачем тебе меч, вряд ли ты умеешь с ним управляться, лучше продолжай молиться.

Вараба продолжал что-то бормотать, но Дайра больше его не слушал. Вскоре над кристальными озерами стали появляться и другие фениксы, Вараба замолчал. Дайра продолжал стоять неподвижно, дожидаясь, когда Кайри принесет меч. Фениксов становилось все больше, вскоре над озером появился и Кайри, с трудом удерживающий меч. Оказавшись на острове, он сразу же упал на землю. Дайра застегнул меч на ремень.

– Отец, я хочу остаться.

– Нет, ты должен вернуться в хижину, ты еще слишком…

– Правильно, твой отец не стал воином. И ты им не станешь, – в разговор вмешался Вараба. – Лети прячься в хижине.

– Не смей! – Дайра выхватил свой меч и нанес Варабе удар по лицу тяжелой рукоятью, Вараба тут же выхватил свой меч, и через мгновенье два острых клинка встретились в воздухе. Удары были настолько сильны, что при каждом соприкосновении появлялись искры, каждый был настроен очень решительно, вокруг стоял неразборчивый шум, фениксы образовали плотное кольцо и что-то кричали. Кто-то подстрекал, кто-то пытался их успокоить, но ни один не осмелился остановить эту драку. Дайра наносил мощные удары один за другим по мечу соперника, и вскоре Вараба оказался на земле.

– Кажется, ты забыл, кто я, – грозно сказал Дайра, стоя над побежденным Варабой, – я Дайра, сын Раи и Дариды, наследник великого рода, мой отец Дарида прожил тысячи жизней, он родился тогда, когда родилась природа, ни один другой феникс не прожил столько жизней, сколько прожил мой отец, у моей матери Раи не было родителей, потому что ее родила сама природа, мои родители не воссоединились с природой, мои родители растворились в природе и стали частью этого мира. И ты смеешь насмехаться надо мной? Кто-то еще?! – громко крикнул Дайра, глядя на толпу. – Я спрашиваю, кто-то еще?

– Довольно, – из толпы вылетел Нагура, – довольно, Дайра, ты должен успокоиться, там, по ту сторону границы, там реальная угроза, Вараба тебе не враг.

Дайра успокоился, убрал свой меч и протянул руку Варабе, чтобы помочь ему подняться.

– Кайри, ты почему еще здесь, я же велел тебе лететь в хижину.

– Хорошо, отец, – Кайри улетел.

Треск по ту сторону становился все ближе, фениксы образовали плотную стену над озерами, во главе которой стояли Дайра, Нагура и Вараба. Время близилось к закату.

– Вараба, ты должен командовать, – неожиданно для всех сказал Дайра. – Ты прав, я не знаю, что такое война.

Дайра покинул свою позицию предводителя и встал к остальным фениксам. Тревога и напряжение росли. Вараба взлетел в воздух выше остальных фениксов:

– Я не знаю, сколько мне осталось лун, точно так же и вы не знаете, когда в последний раз увидите закат, но если ваше время еще не пришло, если вы не выполнили свое предназначение, то этот закат не станет для вас последним.

Треск по ту сторону прекратился. Фениксы оголили мечи и насторожились, Вараба, закончив свою немногословную речь, подлетел к границе и прислонил ладонь к одному из стволов. Полная тишина. Мощный финальный удар, нанесенный великаном, сокрушил живую стену и отбросил Варабу вместе с щепками и обломками далеко назад, в плотный строй фениксов. На мгновенье природа замолчала, стих ветер, над кристальными озерами стояла рябь заката. Раздались еще несколько мощных ударов, которые увеличили дыру в стене.

– Занять позиции вдоль берега! – громко крикнул Вараба, поднимаясь в воздух, на его лице было множество свежих мелких ран от щепок. – Великаны не должны ступить на берег. Забудьте про благородство.

Первые великаны, преодолевшие стену, начали размахивать огромными дубинами, одним ударом великан сбивал сразу нескольких фениксов. Те великаны, которые пришли без дубин, отрывали громоздкие щепы от стены и бились ими. Дыра в стене увеличивалась, великанов становилось все больше. На кристальных озерах развязалась война двух народов, война за земли и ресурсы. Вода перемешалась с кровью и окрасилась в алый цвет. Фениксы наносили серьезные раны великанам своими острыми мечами. Некогда мирные земли, на которых царили жизнь и волшебство, в одно мгновенье превратились в поле боя.

– Поднимайтесь выше! – громко кричал Вараба, нанося один за другим мощные удары. – Не летайте над водой, режьте по горлу, рубите головы! Не нарушайте строй, не дайте им ступить на землю!

Мощные удары великанов разбрасывали строй фениксов в разные стороны. Великаны, получившие серьезные раны, издавали дикие крики, которые разносились по всем землям фениксов. Но боль и глубокие раны их не останавливали. Великаны продолжали атаковать. Дайра отлетел к берегу, ступил на край воды и громко крикнул, подняв меч над головой:

– Летите в небо!

После этого он резким движением опустил меч к воде. Все фениксы тут же взлетели. Поднялась высокая волна, которая сбила великанов с ног. Это дало фениксам преимущество, но ненадолго, они лишь успели перегруппироваться. Дикие великаны, измученные голодом, тут же вставали и вновь бросались в бой. Солнце скрылось за горизонтом, при лунном свете алая вода казалась черной.

– Помогите раненым! – громко кричал Дайра.

– Оставьте, им уже не помочь! – тут же кричал Вараба. – Там, позади, живые ваши женщины и дети! Им мы можем помочь!

Фениксы падали один за другим.

– Мы должны отступить, – Дайра стоял на берегу, словно под гипнозом, потерянный и обездвиженный ужасом войны, он больше не мог сражаться.

– Никто, слышите, никто не покинет битву. Там, за спиной, наши земли, мы не можем… – Вараба бился, не чувствуя ни жалости, ни усталости. И с каждым новым ударом он становился более жестоким. Очередной удар забрал жизнь первого великана, огромное тело упало в воду среди тел мертвых фениксов. Это придало фениксам уверенности.

– Затылок! – крикнул Вараба. – Бейте в затылок, туда, где заканчивается позвоночник! Там их слабое место!

Оцепеневший Дайра тут же пришел в себя и подлетел к Варабе:

– Мы должны отступить.

– Мы должны сохранить наши земли.

– Посмотри, сколько фениксов пало, посмотри, Вараба. Для кого мы их сохраним, мы все погибнем.

Вараба осмотрелся, в воде плавали десятки убитых фениксов и лишь один великан.

– Мы не можем оставить эти земли, мы не сможем возродить новые, Дайра, у нас нет посоха. Эти земли все, что у нас осталось. Я предпочитаю остаться воином, которым я всегда был. Слишком часто мне доводилось сражаться за незнакомые мне земли. А теперь, когда я должен защитить свои, ты предлагаешь мне бежать? Нет, Дайра. Мы не отступим.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.