Синцэри
Любовь Мятиш

© Любовь Мятиш, 2023

ISBN 978-5-0055-7988-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Все персонажи в моей книге являются вымышленными и любое совпадение с реально живущими или когда-либо жившими людьми случайно.

Глава 1 Кто я?

Я сидела на толстой ветке на верхушке дерева.

– Что?! Как?!

В панике схватилась за ветку обеими руками. Меня еще сильнее накрыло чувство страха, когда я увидела свои руки. Руки были мои и не мои. Пальцы длиннее и тоньше, ладонь у́же, а ногти больше похожи на заостренные и чуть изогнутые коготки. Хотя ногти-когти покрыты лаком, точно так, как я просила сделать в салоне. Я поднесла обе руки ближе к глазам, стала изучать. Забылась и чуть не полетела вниз головой с ветки. Меня что-то удержало. Я снова схватилась за ветку руками и осторожно повернула голову назад. Откуда-то с пояса тянулась тонкая прочная веревка, немного напоминающая хвост мартышки.

– Хвост?! У меня хвост?!

И вдруг поняла, что резкие свистящие звуки – это мои возгласы.

– Я не умею говорить? Кто я? Что со мной?

И снова свистящие звуки. Мой мозг отказывался верить в происходящее. Я стала осматривать себя и объяснять себе все вслух:

– Так спокойно. Я сижу на ветке. У меня вытянутые ладони, но без шерсти. Я в своей одежде, в джинсах и водолазке, а на ногах мои кроссовки. Так? Так. Как я забралась на дерево и почему у меня хвост?

Я с трудом заставила себя разжать одну руку, обхватывающую ветку и потрогала хвост.

– Да это точно хвост, тонкий, но очень крепкий. Похож на хлыст наездника, только с небольшой кисточкой на конце и покрыт нежным пушком в цвет тела.

Я уже не обращала внимания, что разговариваю не как человек, а посвистываю. Сейчас главное было понять, что со мной произошло. Я стала вспоминать события прошлого дня, снова рассуждая вслух:

– Вчера мы с Тамарой пошли в ночной клуб, там веселились… Точно. Это глюки. Я сплю. Скорее всего тот парень… Как же его зовут? Не могу вспомнить. Он мне что-то подмешал в мой бокал с вином.

Я удобнее уселась на ветке, прислонилась спиной к стволу и даже стала покачивать ногой. Ведь если это глюк, то не страшно, я не упаду. Машинально сорвала с дерева веточку и стала её жевать.

– Ох, как же вкусно!

Я потянулась за другой лакомой веточкой и снова чуть не свалилась.

– Чёрт!

– Я здесь. Что ты тут с утра ведешь сама с собой философские беседы?

– А-а-а – я заорала во всю мощь своих легких и прижалась телом к стволу. Обернулась на голос. Там сидел вчерашний парень, только в странной одежде и без обуви. Лицо было немного изменившимся, чуть вытянутым и с более широким слегка приплюснутым носом. Скулы покрыты пушком, в цвет тела, будто он сильно загорел. А губы… губы очень чувственные, немного пухлые, они притягивали мой взгляд.

– Т-ты к-кто? – заикаясь спросила я. Хотя из горла снова вышло посвистывание.

– Я Чо́ртан Добромыслов.

– А я кто?

– Ну ты даешь! Ты Цветана. С этой ночи Добромыслова.

– Что?!!!!

– Ну что ты свистишь так громко? Всё забыла?

– Я ничего не помню. Как я здесь оказалась? Мы же были в клубе?

– Были. Ты решила уехать пораньше и вызвала такси. Помнишь?

– Нет. Слушай, – я запнулась, – Чёртан, как мне слезть с дерева, я боюсь упасть.

– Упасть? С чего бы?

– С дерева! – я разозлилась, – помоги мне слезть с дерева, мне надо.

Он перепрыгнул на мою ветку, обхватил руками за талию, уже хотел прыгать, но вовремя остановился.

– Мы оторвем твой хвост, лучше держись им за меня.

– А как?

– Слушай, Цветана, ты что совсем ничего не помнишь?

– Нет.

Он покачал головой, потянулся и размотал мой хвост. Хвост тут же замотался на его руку.

– Нет, Цветик, так не пойдет. Так я не смогу прыгать и держаться за ветки.

Он снова размотал мою непослушную новую конечность и положил её к себе на талию, хвост тут же обмотался вокруг. А потом я завизжала, потому что мне показалось, что мы падаем.

Чёрт повис на ветке держась только своим хвостом, а сам крепко обнял меня. Я же прилепилась к его телу как настоящая макака.

– Цветана, доверься мне, просто обними меня. Мы не упадем. Успокойся, не свисти. Сейчас сбегутся все синцэриане.

– Хорошо, я попробую.

Остальной путь вниз я молчала, но крепко обнимала парня и руками, и ногами, и хвостом. Когда мы спустились, он не спешил меня отпускать, а наоборот прижал к себе сильнее.

Я почувствовала, как его руки скользят ниже моей талии и прижимают сильнее к своему телу. Я тут же отпрыгнула от него. «Хм… какая у меня удивительная прыгучесть, отпрыгнула на добрых десять шагов» – подумала я.

– Чёрт, скажи, а где у вас тут туалет? Мне нужно.

– Пойдем покажу.

Мы подошли к дереву, и я заметила в нём что-то наподобие двери, из коры этого же дерева. Парень открыл дверь:

– Заходи, там сама разберешься.

Я вошла и поразилась. Это был современный туалет, с удобным унитазом и даже со шлангом для интимной гигиены. Вода оказалась нужной температуры. Я облегченно выдохнула, когда наконец привела себя в порядок. Подошла к раковине помыть руки и посмотрела в зеркало.

Вот теперь я издала не визг и не свист, а ультразвуковой сигнал.

На меня смотрела я, но очень изменившаяся. У меня лицо стало более вытянутым, нос стал чуть шире и приплюснутее, а уши шевелились и были покрыты легким пушком.

В туалет ворвался Чёрт. Увидел, что я смотрю на себя в зеркало и выдохнул с облегчением.

– Фу, Цветик, ну что ты всё свистишь! Успокойся. Ты самая красивая синцэрианка на всей планете.

А у меня уже пропал голос, но я никак не могла перестать визжать. Чёрт подошел ко мне и накрыл мой орущий рот своими губами. От неожиданности я замолчала, а потом прикрыла глаза и отдалась во власть чувств. В моей голове, как картинки в калейдоскопе стали складываться воспоминания. И чем дольше мы целовались, тем все яснее становилось у меня в голове. Руки Чёрта изучали моё тело от макушки до пятой точки, гладили и ласкали. Я таяла под его руками, по всему телу разливалась теплая волна. Когда я поняла, что он пытается расстегнуть пуговицу на джинсах, оттолкнулась от парня, отступила на шаг и произнесла:

– Я всё вспомнила.

Глава 2 Подарок

Мы с Тамарой дружим уже много лет. Я более спокойная и «натуральный синий чулок». Для меня самым лучшим отдыхом было полежать на диване и почитать книгу. Не важно про что. Я читала всё. От сказок и до научных статей. Главное, чтобы это вызвало мой интерес.

А Тамара полная моя противоположность. Она ходила в походы, лазала по деревьям, спускалась в старые пещеры и штольни, ходила на сплав по реке, каталась на всех видах транспорта. Одним словом – непоседа.

И вот такие разные мы дружили с самого детства. Сейчас мы сидели в кафе, смаковали кофе, Тамара меня уговаривала пойти в ночной клуб.

– Цвет, ну пойдем, а? Ты же уже год никуда не вылезала из своей квартиры.

– Как это? Я хожу на работу, в кино, на выставку даже недавно ходила.

– Какая скука… Цветочек, ну пойдем, а?

– Ну что я буду там делать? Там так шумно всегда.

Тамара скривилась и засопела, потом отвернувшись произнесла обиженно:

– Значит не помнишь про моё день рождения… ну и не ходи…

– Ой, Тамарчик, прости. Прости. Я и правда что-то забыла. Я бы вспомнила.

Я схватила руку, поднимающейся со стула подруги и придержала, не давая встать.

– Прости меня, конечно я пойду.

– Только вот что, Цветана, давай без твоих подарков. У меня книги уже ставить не куда. Ты же знаешь, что я их не читаю. Почти не читаю.

Я ошеломленно смотрела на Тамару. «Это что получается? Я все дни рождения дарю ей книги. С семилетнего возраста. Еще не по одной, а по три, а она не читает их. Завтра ей исполнится двадцать пять…» Я начала высчитывать.

– Не считай, сама скажу. Ты мне подарила пятьдесят книг. Они стоят у меня на почетном месте на полке.

Теперь уже засопела я.

– Не обижайся, Цветик. Ну ты же знаешь, я не люблю читать. Но я, честное слово, половину прочитала.

И она утвердительно закивала.

– Цветик, мы же договорились, я не тащу тебя в походы, а ты не заставляешь меня читать.

Я улыбнулась. Это так. В детстве у нас были порывы подстроить друг друга под себя, перевоспитать… но мы сдались уже в четвертом классе. Я вспомнила, как мы сидели в «домике», построенном из стульев и покрывала, и держась за руки давали друг другу клятву: «Я – Цветана, обещаю не заставлять тебя, Тамара, читать книги, а просто буду помогать делать уроки», «Я – Тамара, обещаю тебе, Цветана, не таскать за собой в походы, а привозить интересные находки и рассказывать обо всем, что я увидела».

Мы улыбнулись друг другу, обнялись и как в детстве прижались щеками.

– Что же тогда подарить тебе, Томочка?

– Цветик, ну правда мне ничего не нужно.

– Без подарка я не смогу.

– Хорошо, твой подарок для меня будет необычным.

– Что же это?

– Ты познакомишься с парнем. Я сама укажу на него, а ты подойдешь и познакомишься.

– Тома, но это же противоречит правилам.

Тамара закатила глаза и застонала:

– Каким правилам? Ты даже еще не целовалась ни разу. Тебе тоже скоро двадцать пять. Цветик. Подари мне такой подарок? А? Хотя бы один вечер побудь настоящей девушкой, а не синим чулком.

Я посмотрела в глаза подруги и кивнула. Меня ведь знакомство ни к чему не обязывает.

И вот мы в клубе. Гремит музыка, на танцполе под звуки этого грохота скачут девушки и парни. У меня с самого первого момента сразу сдавило болью виски.

– Садись вот сюда, – Тамара подтащила за руку меня к свободному столику и побежала к барной стойке.

Я сидела и разглядывала беснующихся на танцполе людей. Я скользила глазами по периметру зала и зацепилась взглядом за парня, он тоже сидел за столиком, мне показалось, что у него шевелились уши. Я фыркнула от своих мыслей и повернулась к Тамаре. Она принесла нам напитки.

– Цветик, я взяла нам выпить и заказала закуску, фрукты, и орешки, как ты любишь. Не смотри на меня удивленными глазами – это слабый алкогольный напиток.

– Хорошо. С днём рождения тебя Тамара!

Мы чокнулись бокалами и пригубили напиток. Мне он понравился. Алкоголь не чувствовался совсем, вкус был немного терпким и чуть сладким. А еще он был холодным и в жарком помещении легко пился. Через какое-то время я почувствовала желание танцевать. Тамара тоже уже отбивала ногой такт.

– Пойдем, Цветик, потанцуем, – наклонилась к моему уху Тамара.

Я кивнула, мы пристроились с краю танцпола, рядом с извивающимися и прыгающими телами. Вначале, я чувствовала скованность, но постепенно напиток меня расслабил и вот уже я прыгала под грохот музыки вместе с остальными. Неожиданно для себя я поняла, что мне нравится, что во мне накопилось очень много энергии. Мелодии сменяли одна другую, а мы все прыгали и прыгали.

Вдруг быстрая музыка сменилась медленной. Тамару пригласил на танец черноглазый кудрявый парень, а ко мне подошел тот самый, что привлёк моё внимание вначале вечера. Он был очень загорелым, какой-то необычной внешности. Вроде бы и не красивый, но взгляд притягивался, особенно заинтересовали его губы. Немного припухлые. Они бы больше подошли для девушки.

«Интересно, наверное, ими он очень мягко целуется» – пронеслось у меня в голове, я даже удивленно посмотрела ему в глаза.

– Меня зовут Чо́ртан Добромыслов, а как зовут тебя, моя красота?

– Как тебя зовут? Чёртан? Чёрт?

Он улыбнулся, зубы оказались ровными с немного выступающими резцами.

– Пусть будет Чёрт. Как же зовут тебя?

– Цветана.

– Необычное имя для этого мира.

– Что? – мне мешала музыка услышать, что он сказал.

– Красивое имя, Цветана. Ты мне подходишь.

– Мне плохо слышно, – стараясь перекричать музыку произнесла я и приблизила ухо к его губам.

Меня кто-то толкнул и его губы прикоснулись к моему уху. От уха и до кончиков пальцев ног и рук по мне пробежали искорки.

– Ты моя – ты синцэрианка, – шепнул мне в ухо парень. Мелодия закончилась, и он проводил меня к нашему столу. Нехотя отпустил мою руку из своей, предварительно коснувшись ей сначала лба, а потом губ.

Тамара плюхнулась на соседний стул и показала мне большой палец вверх.

– Молодец, Цветик, одобряю. Ни на кого тыкать пальцем не буду. Объявят белый танец, пойдешь его пригласишь.

Я нахмурилась, а подруга затараторила:

– Ну это же входит в подарок для меня. Помнишь? Ты обещала.

– Хорошо, Тома.

Глава 3 Чёрт

Мы с Тамарой немного посидели спокойно за своим столиком, отдохнули. Я снова выпила напиток. Ведущий объявил белый танец. Я встала и на негнущихся ногах направилась в сторону стола того парня. К нему подскочила какая-то девушка и потянула за собой. Я облегченно выдохнула и развернулась к нашему столу, меня придержали за локоть. Я хотела возмутиться, обернулась, на меня смотрели глаза цвета корицы.

– Ты шла ко мне? Цветочек?

– Да, – не стала я скрывать.

Чёрт приобнял меня за талию, я положила руки ему на плечи, и он снова коснулся губами уха, но уже другого. Снова искорки пробежали по моему телу.

«Пора домой, а то уже какие-то глюки начинаются, искорки, уши шевелящиеся. Да, пора мне домой.»

После этого танца, я подошла к Томе и сказала, что иду домой. Тома не возразила, потому что увлеченно общалась с тем черноглазым парнем. Я заказала такси, решила подождать на свежем воздухе. Когда из-за поворота показалась, вызванная машина, меня окружили четверо парней.

– Красотка, ты почему так рано уходишь?

– Такая милая девочка, – потянулся к моему лицу, второй.

– Поехали с нами, мы сейчас едем ко мне – третий висел на плече четвертого и еле ворочал языком.

– Извините, парни, но мне нужно домой.

Я развернулась и кинулась в сторону подъезжающей машины, но меня схватили за локоть и потянули назад.

«Чёрт! – мысленно ругнулась я – помоги мне…»

И вдруг меня подхватили сильные руки, от неожиданности я вскрикнула, оказалась на дереве.

– Все хорошо, Цветик, это я – Чортан.

– Как мы на дереве оказались?

Вместо ответа он прижался ко мне и прошептал в ухо:

– Хочешь попрыгаем по деревьям?

Мне вдруг стало весело, я представила себе, что я обезьянка и прыгаю с ветки на ветку.

– А-а-а, давай.

Я первая прыгнула на ветку соседнего дерева. Мы дурачились и носились по деревьям. Меня нисколько не смущало такое необычное веселье. Наоборот, стало необыкновенно легко, тело и мысли были свободными от быта и негатива. А когда мы сидели на самой верхушке и болтали ногами, после часового прыганья с ветки на ветку, я улыбалась. Так ни о чем не думая и не беспокоясь, я рассматривала полянку под деревом. Умиротворенность разлилась по всему телу.

– Цветана, с этой минуты ты будешь Добромыслова.

А я уже проваливалась в сон, у меня закрылись глаза, и мне нисколько не хотелось спорить.

– Буду, конечно буду. Мне нравится фамилия – Добромыслова – сонно ответила я.

И вот сейчас я стояла в туалетной комнате, внутри дерева и всё это, как картина на экране в кинотеатре, пронеслось перед мысленным взором.

– Это всё правда? Чёрт, где мы сейчас, и кем я стала? Кто ты такой? Объясни.

– Если ты закончила все дела в этой комнате, то давай выйдем, и я всё тебе объясню.

Мы вышли из дерева… «Смешно звучит, – подумала я, – вышли из дерева».

Мой живот недовольно забурчал, парень посмотрел на меня внимательно, спросил:

– Ты голодная?

– Я нет, а вот он, да – я ткнула пальцем себе в живот.

– Какая ты у меня необычная, Цветочек. Пойдем, я дам тебе самоё вкусное растение на Синцэри.

– На чём?

– На Синцэри. Так называется наша планета.

Я остановилась и ошарашенно огляделась вокруг. Деревья были такими же, как на Земле. Вот дуб, вот берёза, вот сосна. И вдруг, напротив нас, в берёзе открылась дверь и из неё вышел старенький мужчина. Чёрт тут же склонил голову:

– Приветствую тебя старейший, надеюсь, что это не мы потревожили твой отдых?

– Нет, Чортан, иди с миром.

Парень потянул меня за руку, как в спину прилетело резкое:

– Стой!

Чёрт, развернулся и задвинул меня за себя.

– Подойдите ближе. И девушка пусть подойдет – у старичка вдруг оказался очень властный голос.

– Не бойся, – шепнул мне парень и крепко взял меня за руку.

– Откуда ты взял эту девушку?

– Старейший, она с планеты Земля. Вчера был мой первый телепорт, и я сразу встретил свою душу. Она моя, она синцэрианка.

Старичок обошел вокруг нас, хотел прикоснутся ко мне, но парень напрягся и заурчал. А когда звук его урчания стал похож на громкий звук работающий дрели, только тогда старейший отошел на пять шагов.

– Ну что ж. Это действительно твоя душа. Я рад за тебя. Идите.

Мы отошли на приличное расстояние, прежде чем я спросила:

– Ты мне объяснишь, что происходит?

– Да, Цветана, сейчас, мы уже пришли. Обними меня так же, как когда мы спускались с дерева.

Я послушно обхватила Чёртана руками и ногами. Он быстро запрыгнул на ветку, и мы оказались снова на дереве. Но не остановились, а он открыл дверь в стволе, она находилась, примерно в середине дерева. Мы вошли в просторное помещение. Я осмотрелась. Было все как в наших квартирах, только всё из дерева, вся мебель и даже чашки, и ваза на журнальном столике.

– Устраивайся удобнее. Сейчас я покормлю тебя и всё расскажу.

Я села в плетеное кресло-качалку рядом с журнальным столиком. Чёрт принес два больших деревянных стакана с соком, тарелку с фруктами и какими-то листьями.

Он передвинул своё кресло, сел на против. Забросил в рот сразу несколько листьев и довольно прищурился. Я тоже попробовала лист и услышала какой-то мурчащий звук, только на четвёртом листочке я поняла, что это я мурчу от удовольствия.

Парень наблюдал за мной, уши его подрагивали, и он был очень довольным.

– Рассказывай, – потребовала и постаралась сдержать своё мурчание.

– Меня зовут Чортан Добромыслов. Цветана, я не Чёрт, а Чортан, через О.

Я кивнула в знак согласия, что услышала его, а сама продолжила поглощать вкусные листочки.

– Мы находимся на планете Синцэри. Она очень далеко от вашей Земли. Мы, мужчины—синцэриане, каждые свои двадцать пять лет телепортируемся на различные планеты и ищем там свои души.

– Как это?

– Ну ты моя душа. По-вашему, жена или любовь, или вторая половинка. Как еще тебе объяснить?

– Странные понятия. А если ты – не моя любовь?

Чортан посмотрел на меня с таким изумлением, что мне даже стало неловко. Потом поднялся, обошел столик, наклонился к моему лицу, внимательно посмотрел в глаза:

– Цветана, а если бы я не был твоим, то ты не смогла бы вместе со мной телепортироваться на Синцэри.

Я застыла с непрожеванными листьями во рту. Я только сейчас поверила в происходящее и на мои глаза навернулись слёзы.

– Погоди, Чортан, а что случилось со мной там? На Земле?

– Ты просто исчезла. Тебя там больше нет. Тебя объявят в розыск, но никогда не смогут найти.

Я уткнулась в ладони и заплакала. Я оплакивала себя, которой больше нет на Земле. Мои всхлипывания перешли в рыдания, а потом в безутешный вой. Чортан что-то мне говорил, бегал вокруг меня, а я никак не могла успокоится. Моя душа рвалась на Землю. Там мои родные, там моя подруга Тамара.

Глава 4 Душа

Как же хороша моя новообретенная душа. Её маленькие изящные уши, притягивали моё внимание, но спешить было нельзя. Я терпеливо ждал, когда зазвучит медленная мелодия, чтобы пригласить её на танец. И вот мы танцуем. Я представился:

– Меня зовут Чортан Добромыслов, а как зовут тебя, моя красота?

Из-за громкой мелодии она плохо слышит:

– Как тебя зовут? Чёртан? Чёрт?

Я улыбаюсь во весь рот, так забавно она коверкает моё имя. Я знаю, что в этом мире есть такое сказочное существо – чёрт.

– Пусть будет Чёрт. Как же зовут тебя?

– Цветана.

– Необычное имя для этого мира.

– Что? – кричит она громко, такая забавная, морщит носик.

– Красивое имя, Цветана. Ты мне подходишь.

– Мне плохо слышно, – снова кричит и приближает ухо к моим губам.

Тут по счастливой случайности, её кто-то толкнул и мои губы прикоснулись к её уху. Инициализация запущена, и я с облегчением выдыхаю, потому что от её уха и до кончиков пальцев ног и рук побежали искорки. Их почти незаметно, потому что на танцполе цветомузыка и выключен верхний свет. Я радостно выдыхаю:

– Ты моя – ты синцэрианка.

Мелодия закончилась, мне совсем не хочется отпускать мою душу, но провожаю её до места и совершаю еще один обряд, касаюсь её рукой сначала лба, а потом своих губ. Теперь я услышу её, даже с другой планеты.

Во время второго нашего танца, я сразу же касаюсь её второго ушка. И становлюсь абсолютно счастливым. Всё. Я обрел свою душу. В течении этого часа, я подойду к ней, обниму, оберну свой хвост вокруг её талии и сработает телепорт на Синцэри.

Что-то испугало мою Цветану, она после танца сразу же вызвала машину. Придется следовать за ней. Я вышел следом и увидел, что четверо парней окружили мою душу. Я услышал, как Цветана позвала меня:

– Чёрт, помоги мне.

Я в прыжке подхватил её, мой хвост обвился, кувырок в пространстве, и мы на Синцэри, на дереве. Цветана испуганно вскрикнула.

– Все хорошо, Цветик, это я – Чортан.

– Как мы на дереве оказались?

Я испытывал эйфорию! Моя душа со мной! Я крепко прижал Цветану к себе и шепнул:

– Хочешь попрыгаем по деревьям?

Я ожидал любую реакцию, но девушка меня удивила, она рассмеялась:

– А-а-а, давай.

И первая прыгнула на ветку соседнего дерева. Я испугался, ринулся следом, но все обошлось. Цветана уже прошла частичную инициализацию. Она изменилась. Она стала как я.

Если сравнивать с обитателями земли, то наши тела можно было бы сложить из нескольких представителей. Все органы у нас как у человека. И в то же время, в нас есть что-то от белки, наверное, прыгучесть. От обезьяны цепкость и хвост, немного вытянутые тонкие конечности, приплюснутый нос. От кошки – зрение, слух и мурчащие звуки, которые мы издаем в моменты удовольствия.

А сейчас мы дурачились и носились по деревьям. Цветана прыгала с ветки на ветку, цеплялась руками и хвостом, но кажется она не замечала свою новую конечность. Когда она устала, мы устроились на крепкой ветке. Цветану стало клонить в сон. Я незаметно взял её милый хвостик и намотал на ветку. Так она не упадет. Приобнял её, она прильнула ко мне так доверчиво, что я тихонько замурчал от удовольствия.

– Цветана, с этой минуты ты будешь Добромыслова.

Она пробормотала:

– Буду, конечно буду. Мне нравится фамилия – Добромыслова.

Я долго смотрел на нее спящую. Потом устроил удобнее на ветке и пошел в дом. Принял душ, переоделся. Вышел снова на ветку.

Мы находились рядом с дверью в мой дом, но я не хотел пугать Цветану, поэтому не стал заводить её в дерево. Пусть она вначале привыкнет к мысли о произошедших в ней изменениях.

Я заметил, что моя душа просыпается. Сел немного сзади неё на соседнюю ветку и стал наблюдать. Как же смешно она рассуждала, я еле сдерживал смех. Когда она потянулась за веточкой и чуть не свалилась, я уже не мог сдерживаться. Тем более, что она позвала меня:

– Чёрт!

– Я здесь. Что ты тут с утра ведешь сама с собой философские беседы?

Как же громко она свистела!!! Пришлось спустить её с дерева.

И вот сейчас она стояла в туалетной комнате, внимательно рассматривала себя и снова свистела на всю Синцэри. Замолчала, только когда я закрыл ей рот поцелуем.

Встреча со старейшим меня заставила понервничать. Очень редко, но так иногда случалось, старейшие отбирали у молодых синцэриан их вновь обретенную душу. Ведь они уже не могли сами телепортироваться. Хорошо, что старейший увидел нашу крепкую привязку.

Цветана с интересом наблюдала за происходящим. Лишь просила всё ей объяснить.

Я занес её на дерево и завёл в дом. Странно, но она не удивилась, что в узком стволе дерева вместилось несколько комнат. А вот после моих слов:

– Ты просто исчезла. Тебя там больше нет. Тебя объявят в розыск, но никогда не смогут найти.

Цветана закрыло лицо ладонями и заплакала. Она не просто плакала, она так безутешно выла, что я бегал вокруг неё и не знал, как успокоить. Моё сердце вместе с её сердцем рвались на Землю. Я перепугался не на шутку. Было такое состояние, что сейчас не выдержу, открою снова телепорт и окажусь на её планете. Я подхватил её на руки, занес в душевую комнату, прижал к себе и включил холодную воду.

Цветана прижалась ко мне, замолчала, только прерывисто дышала. Я вынес её из душа, стянул мокрую одежду. Она не сопротивлялась. Уложил на кровать, укрыл мягким легким одеялом. Она лежала с закрытыми глазами и тихонько постанывала, будто ей невыносимо больно. Я принес воды, приподнял голову, дал попить. Она попила, но глаз не открыла. Свернулась калачиком и заснула. Я не смог её оставить одну. Переоделся в сухое и лег рядом поверх одеяла.

Проснулся от взгляда. На меня смотрели печальные глаза моей души. Я легонько коснулся её щеки кончиками пальцев. Погладил по волосам:

– Прости, моя душа. Прости, что тебе так больно, но по-другому я не мог. Ты – моя душа.

– Чортан, почему ты выбрал меня? Ведь в клубе было очень много девушек.

Голос у Цветаны был хриплым, она видимо сорвала связки пока кричала.

– Цветана, я расскажу тебе все, позже. Сейчас мы пойдем поплавать в нашем лечебном озере. Тебе обязательно нужно там поплавать.

– Я не хочу.

– Я понесу тебя на руках.

Я взял Цветану на руки, она обвила меня хвостом за талию, а руками за шею. Я очень быстро добрался по знакомому пути до озера и прямо с крайнего дерева спрыгнул в воду. Мы погрузились с головой, я зажал нос моей души пальцами одной руки, а рот накрыл поцелуем. Было удивительно, но она не сопротивлялась и не пыталась барахтаться. Мы целовались, лежа на дне озера. Так долго, на сколько у меня хватило воздуха в легких. Потом я всплыл, убрал руку с носа и прервал поцелуй, чтобы вдохнуть. Цветана тоже вдохнула воздух и снова потянулась к моим губам. Я уложил её на себя, подплыл к мелководью, и мы снова целовались. Я уже давно мурчал от удовольствия и вдруг услышал, как замурчала Цветана. Её мурчанье было самой прекрасной песней. Ведь это означало, что ей приятно, что она получает удовольствие от поцелуев со мной.

Глава 5 Я не существую

«Я умерла. Я в той жизни умерла. Меня нет на Земле. Умерла. Исчезла. Я не существую. Я здесь неизвестно кто. А там меня нет. Кто же я такая?»

Я лежала и смотрела на потолок, стены и мебель. Смотрела на них, а видела себя. Свою жизнь. Там на далёкой Земле. В голове крутились одни и те же мысли.

«Почему именно я? Кто я теперь? Меня нет на Земле. Исчезла. Кто же я такая? Я не существую. Умерла. Исчезла. Меня нет. Или я есть? Кто я тогда? Нет, меня нет на Земле, а тут я не знаю, кто я такая.»

Мысли, мысли. По кругу. Одни и те же. А в груди пустота и тоска. Тоска тянет и скручивает все внутренности. Слёз нет, я их выплакала. Просто лежу и смотрю в потолок.

«Я умерла. Я в той жизни умерла. Меня нет на Земле. Умерла. Исчезла. Я не существую. Я здесь неизвестно кто. А там меня нет. Кто же я такая?»

Когда Чортан взял меня на руки, хвост сам обвился вокруг его талии, а руками я машинально обняла его за шею. Он очень быстро перепрыгивал с ветки на ветку, а потом спрыгнул в воду. Почему-то я не испугалась. Чортан зажал мой нос пальцами и поцеловал. Это было удивительно и совсем неожиданно целоваться в воде. Внутри меня появилась надежда на будущее. Мне становилось все приятнее и легче на душе. Мы целовались, лежа на дне озера. Когда мы всплыли, я сама потянулась к его губам. Для меня это стало потребностью. Я будто пила его жизненные силы. Я услышала мурчанье Чортана. При чем сначала не ушами, а телом, а потом поняла, что тоже замурчала. Я испытывала наслаждение от поцелуя.

Хоть я и была «синим чулком», но лежа сверху на Чортане, почувствовала, что он сильно возбужден. Он лежал спокойно, только руки скользили вдоль тела. Он не пытался двигаться, не тёрся об меня. Был у меня такой опыт в юности. Вроде бы в седьмом классе. Мальчишка прижал меня к стене в школьном коридоре и стал тереться. Сначала я растерялась. Не понимала, что происходит, потом оттолкнула его с такой силой, что он отлетел к другой стене коридора. Потом с Тамарой мы секретничали на эту тему. Она мне всё рассказала. У нее были старшие сестра и брат. Для неё не было секретов про интимную жизнь. Я же росла как в теплице, с мамой. Меня оберегали от всего. Эти мысли промелькнули мимолетным воспоминанием.

Чортан первым отстранился от меня.

– Пойдем домой, душа моя.

– А нельзя еще побыть тут немного? – мне не хотелось уходить.

– На сегодня хватит. Мы сюда завтра придём снова.

Не выпуская меня из своих объятий, Чортан вышел на берег, ухватился за нижний сук и снова прыгая с ветки на ветку, донёс меня до своего дома в дереве.

– Переоденься в сухое, а я пока принесу нам поесть.

Он ушел, а я стала стягивать с себя мокрое белье. Развернулась за одеждой и увидела своё отражение в зеркале. Передо мной в полный рост стояла обнаженная девушка. Я подошла ближе и стала себя разглядывать.

«Тело почти не изменилось. Может я стала чуть худее и гибче. Руки тоже не изменились, лишь ладони стали у́же, пальцы длиннее, ногти острее и чуть загнулись на концах, стали напоминать коготки.»

Я повернулась к зеркалу спиной и заглянула в него через плечо.

«Хм… а хвост ничего так, симпатичный, как им вот только управлять?»

Хвост был обит вокруг моей талии. Я попыталась мысленно ему приказать, но ничего не получилось. В этот момент в комнату вошёл Чортан и мой хвост змеёй метнулся к одежде, захватил её и прижал к груди.

– Я думал, что ты уже переоделась. Я выйду.

Он поставил на столик поднос с какими-то неизвестными моему взгляду фруктами или овощами, а сам вышел. Я быстро натянула на себя одежду. Это оказались штаны, похожие на спортивные, но с небольшим отверстием для хвоста и что-то похожее на водолазку, только без горловины. Все село на меня как вторая кожа. Цвет одежды был похож на молодую листву.

«А у Чортана цвет одежды похож на кору дерева» – подумалось мне. Я еще раз взглянула в зеркало. Все было гармонично.

«Лохматость повышенная, мне нужна расческа».

– Чортан, я одета. – Он сразу вошел и окинул меня внимательным взглядом. – А у тебя есть чем расчесать волосы?

– Тебе очень идет кориум. А расческа не нужна. Просто проведи кончиком хвоста по своим волосам.

– Я правильно поняла, кориум – это одежда? Кожа?

– Да. Наша одежда создается, из коры деревьев и кожи животных. Она не должна мешать прыгать по веткам. Садись кушать.

Чортан жестом указал на столик. Я подошла, села в кресло-качалку и потянулась за уже знакомыми мне листочками.

– Я не умею управлять хвостом, научи меня – смущенно произнесла я. Мне вдруг показалось, что это интимное место моего тела и обсуждать это стыдно.

– Ничего сложного, ты же не задумываешься, когда берешь рукой листья или как ты делаешь шаг. Так и тут. Все будет естественно. Просто нужно немного времени.

Чортан говорил и ел с аппетитом сочные овощи или фрукты. Я же ела только листья. Он это заметил:

– Цветана, ешь фрукты. Они тебе понравятся. Вот это на вкус, как груша, а это яблоко.

– А вы едите только растительную пищу?

– Нет, мы едим и мясо, но для этого нужно пойти в ресторан. Можно поесть там, а можно принести домой.

Я взяла один из фруктов, тот что Чортан назвал грушей и откусила.

– О-о, чёрт, – сок фрукта попал мне в глаз.

– Я тут, моя душа, – Чортан подхватил меня и понес к раковине. Когда я промыла глаз и вернулась за столик, он напряженно спросил:

– Скажи, ты сейчас на меня сердилась?

Я с удивлением смотрела на парня, а потом рассмеялась.

– Ты знаешь, что в первый раз, когда ты представился в ночном клубе, я подумала, что тебя зовут Чётран или сокращенно Чёрт?

– Да, я понял. У вас есть сказки про чертей. А при чем тут я?

– Ну понимаешь, у нас еще иногда ругаются так. Вот, например, я ударилась обо что-то и мне больно, я могу сказать «чёрт!». Или как сейчас, мне попал сок в глаз, и я тоже сказала «чёрт».

– Подожди, – Чортан заерзал на своем кресле, – ты хочешь сказать, что когда к тебе приставали парни, ты не меня звала?

Я перестала улыбаться и стала вспоминать, что произошло там, у клуба. Я вспомнила, что развернулась и кинулась в сторону подъезжающей машины, но меня схватили за локоть и потянули назад. Я негромко ругнулась:

«Чёрт! Помоги мне», не успела додумать «боже», как оказалась на дереве.

– Нет, я не звала тебя.

– То есть в ту минуту опасности, ты не думала обо мне?

– Нет, Чортан, я думала о том, как бы мне быстрее добежать до подъезжающей машины. Скажи, а если бы я тогда не чертыхнулась, ты не забрал бы меня сюда?

– Забрал бы, душа моя, я бы все равно тебя забрал – Чортан, провел хвостом по голове и плечам, будто погладил себя, продолжил, – ты же моя, ты уже на тот момент прошла инициализацию. Цветана, ты бы не смогла уже жить на Земле.

Мне вдруг снова стало очень тоскливо, я подумала:

«Я не существую. Я не существую! Умерла. Исчезла. Меня нет. Или я есть? Кто я тогда? Нет, меня нет на Земле, а тут я не знаю, кто я такая.»

Глава 6 Особенности

Жизнь в доме на дереве меня совсем не радовала. Мы кушали, разговаривали, несколько раз ходили к озеру. Спали вместе, целовались, но Чортан не позволял себе лишнего. Когда я грустила, то видела, как Чортан старается меня развеселить, вкусно накормить, но я скучала. Я скучала по своей маме, по Тамаре, по работе. А еще я скучала по книгам. Мне ужасно хотелось занять чем-то свой мозг. Однажды я не выдержала:

– Чортан, а у вас есть книги? Радио? Телевиденье? Интернет?

Он отрицательно качал головой на каждое моё слово.

– Ну хоть что-то у вас тут есть, чем-то же нужно заниматься? – я вскочила с кресла и начала метаться по комнате. – Уж на сколько я домоседка, но ведь невозможно сидеть в замкнутом пространстве! Чортан, давай куда-нибудь сходим, а? Я уже месяц сижу на дереве, как в клетке.

Чортан подошел ко мне, прижался к моей спине, тихо произнес:

– Я не могу никуда вывести тебя. Нам нужно завершить инициализацию, но я вижу, что ты еще не готова.

– А что нужно сделать? – я развернулась в его руках, заглянула в глаза. – Скажи, что нужно. Я же скоро тут с ума начну сходить. Мне приятно твое общество, но…

Я выскользнула из рук мужчины и снова заметалась по комнате, взмахнула руками, не зная, как выразить свои эмоции. Потом подошла к нему:

– Так что нужно сделать, чтобы ты смог познакомить меня с синцэрианами?

– Нужно, чтобы произошел доккинг. Или по-другому, нужно заняться сексом, но я вижу, чувствую, что ты не готова.

– Сексом? – я уставилась на Чортана. – Сексом?!

– Да. Пока мы не совершим доккинг, есть опасность, что кто-то из старейшин заберет тебя к себе или другой молодой синцэрианин проявит интерес и вызовет меня на состязание. Я не боюсь проиграть, я боюсь тебя потерять.

Я постаралась перевести тему:

– Скажи, как я могу получить информацию о вашей планете, о жителях, о законах или правилах?

– К тебе придут все знания от меня, после доккинга.

Я остановилась напротив Чортана, внимательно посмотрела ему в глаза.

– А почему ты просто не занялся со мной этим сексом, – я пощелкала пальцами руки -доккингом? Ты же чувствовал, что, когда мы целуемся, я возбуждаюсь.

– Да, чувствовал. Но этого недостаточно. Нужно, чтобы ты была готова.

– Я должна сама что-то сделать?

– Нет, не сама, а твой организм. В нас есть звериное чутье. Я не чувствую, что у тебя наступило время эструс или твою течку.

– Течку? Как у собак что ли?! – я хохотнула.

– Как у синцэрианок, – серьезно ответил мне Чортан, – твой организм должен быть готов принять меня и тогда доккинг пройдет безболезненно. Тем более, что это у тебя будет в первый раз. Я ведь правильно чувствую?

Мои щеки залились румянцем. Я кивнула и отвернулась от Чортана. Он тут же обнял меня, обхватив руками и тесно прижался к моей спине.

– Не нужно этого стыдится, моя душа. Я ведь целую неделю был на вашей планете и девушки нужного мне возраста, с нетронутой девственностью у вас большая редкость. А потом в клубе я почувствовал тебя.

– То есть? Ты выбрал меня из-за того, что я девственница? Не из-за внешности, не из-за того, что я тебе чем-то понравилась?

Я обиженно посмотрела на Чортана и засопела, а потом из меня стало выходить сердитое урчание. Чортан напрягся, будто готовился к прыжку или сбежать. Когда я это осознала, то растерянно посмотрела на него и урчание затихло.

– Фу-х, Цветана, не пугай меня, я уже готов был бежать.

– А что произошло? Почему я урчала? Что это со мной было?

– Ты рассердилась, душа моя.

– Рассердилась, да, но почему я урчала?

– Это ты предупреждала меня, что сердита и можешь кинуться на меня.

– Кинуться? – я удивленно заморгала глазами. – Как кинуться?

– Как кидается кошка, когда сердится? Вот и мы так кидаемся в драку.

– Мы?

– Да, мы. Синцэриане. А ты теперь синцэрианка.

– Хочешь сказать, что я сейчас, как дикая кошка могла кинуться на тебя? Поцарапать? Укусить?

Чортан улыбнулся во весь свой синцэрианский рот и кивнул.

– Могла, поэтому я приготовился бежать или увернуться. Это происходит с нашим телом, само собой.

– Боже, за что мне это всё? – я закрыло лицо руками и опустилась прямо на пол.

Чортан сразу же сел рядом и притянул меня к себе.

– Не грусти, моя душа. После доккинга тебе станет намного легче и проще, ты все осознаешь.

Он притянул меня к себе, развернул мою голову, убрал руки от лица и стал покрывать легкими поцелуями. Я сама потянулась к его губам и сразу же из меня полилось громкое мурчание. Чортан в ту же минуту замурчал еще громче меня.

Чортан целовал меня нежно, во рту двигал своим языком, то быстро, то медленно обводил им все мои зубы, то посасывал мой язык. На несколько мгновений отрывался от моих губ, облизывал их. Быстро скользил губами по ушам, щекам, шее и снова изучал мой рот. Мне так нравились его действия, что я машинально повторяла за ним. И в эти моменты он прикрывал глаза, а его мурчание сотрясало тело, таким громким оно становилось.

В какой-то момент я заметила, что мы лежим на полу. Я сверху и своими руками зарылась в его волосах, совершаю движения, как кошка. Будто разминаю тесто. А Чортан лежит подо мной и внимательно смотрит на меня. Мы уже не целуемся, я просто изо всех сил делаю ему массаж головы. А наше мурчание слилось в унисон. Оно льется как песня. Я перестала сжимать и разжимать ладони и засмущалась.

– Все хорошо, душа моя. Ты почти готова к доккингу. Не смущайся, – сквозь мурчание сказал Чортан, – не останавливайся, продолжай, мне приятно.

И я продолжила. Только перестала лохматить его волосы, а обняла за шею и стала посасывать его язык и изучать рот. Через какое-то время, Чортан осторожно отстранил меня от себя и тяжело дыша произнес очень хриплым низким голосом:

– Цветана, нам нужно остановиться, я уже с трудом сдерживаюсь. Потерпи, моя душа, еще совсем немного, может пару дней и у нас все будет хорошо.

Я с шипением снова обхватила его тело, еще и хвостом обмоталась покрепче за талию, а губами накрыла его губы. Он зажал свой рот и не впускал мой язык. Я отстранилась от него, посмотрела в глаза и снова зашипела. Тогда Чортан с легкостью вскочил с пола и одним прыжком занес нас под холодный душ.

– Что ты делаешь! Сумасшедший! – я от возмущения начала колотить мужчину по плечам, спине и груди. Он не реагировал. И лишь когда моя злость и вместе с ней всё возбуждение прошло, он вынес меня из-под холодного душа.

– Не злись, я прошу тебя, Цветочек. Ты пока сама себя не понимаешь. Я не хочу тебе навредить.

– Отпусти меня, – я обиженно дернулась из его объятий.

Мне было очень стыдно за своё поведение и в то же время очень обидно. Ведь впервые в жизни, я была так сильно возбуждена и так сильно хотела секса, а меня остановили. Чортан не стал со мной спорить, он положил рядом со мной сухую одежду, сказал:

– Переоденься, – и вышел в другую комнату.

А ко мне пришло осознание, что я вела себя, как кошка или обезьяна.

«Кто же я в этом мире? От кого во мне больше особенностей?»

Глава 7 Терпенье

В тот же день после наших страстных поцелуев я изнемогал от желания. Я уже чувствовал, что Цветана готова к доккингу, у нее уже началась эстериус. Нужно было еще немного потерпеть, чтобы не причинить боли. Я знал, что моё терпение вознаградится яркой сексуальной жизнью на все наши совместные годы. Инициализация у Цветаны почему-то отличалась от других видов женских душ, телепортированных на Синцэри. В ней всего было много. Она была человек, но в то же время все повадки кошки, обезьяны и белки были в ней, как во мне. То есть она стала даже более синцэрианкой, чем остальные женщины.

После холодного душа я чувствовал себя легче, но внутри все скручивалось в пружинку. Ожидание долгожданной разрядки нарастало и готово было вылиться мощным взрывом.

– Душа моя, я отлучусь до вечера, ты могла бы помочь мне?

– А что нужно сделать?

– Нужно перебрать вот эти крупы. Вот тебе два туеска. В один складывай вот эти желтые зерна – эта крупа по вкусу, как ваша гречка, а вот эти красные убирай в другой туесок. Это крупа, как ваш амарант, но у нас она слабо ядовитая. Её обязательно нужно отделить от гречки.

– Хорошо.

Я наклонился, легко коснулся губами волос Цветаны и сбежал. Сбежал от нее. В буквальном смысле. Я, наверное, целый час прыгал по соседним деревьям, пока мои мышцы не заныли приятной истомой. Тогда я сел на ветку выше входа в наш дом и стал размышлять.

«Цветана уже больше месяца на Синцэри. Почему у нее так долго идет процесс и не начинается течка. Ведь вначале всё было очень стремительно. Может дело как раз в этом я не дал ей пробыть на её планете положенный час до телепорта. Да, скорее всего так, – я улыбнулся своим мыслям, – после доккинга Цветана поймет, что я её обманул с крупами, я чувствую мне придется побегать от моей злючки. Как же забавно она сегодня разозлилась на меня.»

Мои воспоминания о разозленной и одновременно возбужденной женщине снова вздыбили мой мэмбрум. В паху так сильно заныло, что я скрипнул зубами.

«Как же я хочу тебя, моя душа. Как ты вкусно пахнешь, как приятно мурчишь. Мурчание сладким эхом передается моему телу. А сегодня наше мурчание перешло в унисон. Наверное, живущие в соседних деревьях синцэриане, заслушались, так сладка была твоя песня. Как потом, когда придет осознание, среагирует Цветана на то, что нашу песню слышат всё синцэриане?»

Я снова запрыгал с ветки на ветку, чтобы сбросить напряжение, я совсем не мог думать о Цветане, сразу возбуждался. Я просто с ума сходил от желания. Стоило только перед мысленным взором мелькнуть её ушку или губам, или любому изгибу её тела, мой мэмбрум сразу становился очень напряженным.

«Как мне выдержать оставшееся время? На сколько еще хватит моего терпенья? – я тяжело вздохнул, а потом мысли снова вернулись к нашим поцелуям. – Особенно тяжело мне было сдерживать себя сегодня. Но и в озере я был на грани. А как хороша она была в воде. Только в нижнем белье, которое носят женщины с Земли, Цветана возбуждала меня еще сильнее. Так и хотелось забраться пальцами под эти маленькие кусочки ткани.»

Мой мэмбрум затвердел и налился свинцовой тяжестью. Я начал прерывисто дышать, я будто задыхался.

«Что же мне сделать, чтобы успокоится? Как не думать о женщине? На сколько еще хватит моего терпенья?»

В это время я услышал, как Цветана вскрикнула. Я стрелой прыгнул на ветку к входу в дом. Уже приготовился открыть дверь, как услышал злобное шипенье и любимое ругательство моей души.

– Чёрт, чёрт, чёрт! Все мои труды напрасны! Кто придумал эти туески?

Я метнулся на соседнюю ветку, а потом скрылся в листве. Я не знал, смеяться мне или уже бояться. Но губы сами раздвигались в улыбке.

Я не знал, чем отвлечь Цветану и вспомнил сказку с её планеты. В этой сказке мачеха заставляла девочку перебирать крупу, а, чтобы работы хватило на дольше, она специально смешивала её. Я тоже специально смешал сегодня крупы. Еще в туеске проделал дырку. Скорее всего сейчас Цветана решила переставить туесок и просыпала перебранную крупу.

«Ох, предчувствую я, что просто так мне это с рук не сойдёт, – мне хотелось смеяться и я боялся, что рассерженная Цветана, может превратиться в дикую кошку, – как же мне теперь загладить свою выдумку?»

В это время в доме что-то упало. Я вновь перепрыгнул к входу и теперь уже не останавливаясь впрыгнул в дом. Передо мной разъяренной кошкой стояла Цветана.

– Что случилось, душа моя? – я постарался придать своему лицу непонимающий вид.

– Чортан, я не смогла тебе помочь. Я все рассыпала.

Цветана сморщила обиженно свой прелестный носик. Было такое чувство, что она сейчас заплачет.

– Не расстраивайся. Хочешь, я сейчас быстро схожу в ресторан и принесу нам на ужин что-нибудь мясное?

– Хочу, очень хочу. А что делать с этой крупой?

Она указала на рассыпанные зерна на столе и под столом.

– Ничего не делай, пойди лучше прими душ, а я скоро вернусь.

Она ушла в душ, а я шепнул дереву, чтобы он убрал зерна и помчался за мясным угощением.

Я вернулся быстрее, чем Цветана вышла из душа, поставил на столик принесенную еду и еще быстро сбегал за напитком из цветов миллефолиума и леонуруса. Он обладал успокаивающим и расслабляющим свойством, был слабоалкогольным напитком.

– Как вкусно пахнет, я сейчас съела бы целого быка.

Цветана быстрым шагом подошла к столику, опустилась в кресло, потянулась к тарелке и замерла с протянутой рукой.

– Что это?

– Это наше самое вкусное блюдо. Это жареный лепус.

– А что это за животное? Лепус?

– Цветана, лепус это заяц на языке вашей планеты.

– Заяц? Выглядит как крыса.

– Они просто у нас меньше размером. Попробуй, тебе понравится.

Я сам отломил ножку лепуса, протянул Цветане.

– А это наш самый вкусный напиток, он приготовлен из цветов миллефолиума или по-вашему тысячелистника и леонуруса-пустырника. Его нужно пить понемногу, маленькими глотками в течении часа.

– У нас из пустырника делают лекарство.

– Давай будем пить напиток, как пьют у вас в клубе, чокнемся – я протянул бокал к бокалу Цветаны, она стукнула в ответ и пригубила.

– Хм, неожиданно приятный напиток, мне нравится.

Цветана кивнула своим мыслям и неожиданно выпила все содержимое бокала большими глотками. Я испуганно замер, глядя на нее, а она выпила, взяла поданную мной ножку, вначале откусила маленький кусочек, распробовала и с удовольствием начала обгладывать. Мои мысли вернулись к доккингу, снова заныл мой мэмбрум. Я не мог есть и пить, только наблюдал с каким удовольствием моя женщина поглощает мясо лепуса.

«Терпенье, нужно потерпеть», – уговаривал я себя.

Глава 8 Первый доккинг

Я чувствовала себя рассерженной кошкой. Когда уже почти вся крупа была перебрана, я решила передвинуть туесок. Приподняла его и вся крупа ручейком высыпалась. Я с таким трудом отбирала одни зерна от других уже дольше часа, поэтому я громко возмутилась:

– Чёрт, чёрт, чёрт! Все мои труды напрасны! Кто придумал эти туески?

Снова стала отделять один вид крупы от другого. Видимо я нервничала, потому что мой хвост вдруг смахнул туески со стола.

В ту же минуту в комнату вбежал Чортан. Он смотрел на меня такими внимательными и одновременно удивленными глазами. Мне стало стыдно, что я не смогла перебрать крупу по его просьбе. А еще обидно. И на глаза стали наворачиваться слёзы. Чортан не дал мне времени на самобичевание, отправил в душ. А сейчас я ела самоё вкусное мясо, которое когда-либо пробовала.

– Мм, как же вкусно. Чортан, почему ты уже больше месяца кормил меня только фруктами и зеленью? Почему только сегодня принес мясо?

– Прости, душа моя. Я не думал, что ты так сильно хочешь мясо. Я рад, что тебе понравилось.

– Да, ваш заяц просто объеденье. Кстати, почему я понимаю большинство слов без перевода, а некоторые слова не воспринимаются.

– Думаю, что это пройдет…

Я перебила Чортана:

– После доккинга. Да, ты говорил. Ик. Ой. Ик. Кажется, я переела. Ик. Чортан. Ик. Дай мне попить. Ик. Пожалуйста.

После выпитого стакана воды, икота прошла. Я была сытая и довольная. А еще мне было очень легко. Хотелось кружиться. Я встала и чуть не упала. Чортан подхватил меня на руки.

– Ой, что это со мной? Меня качает, как после алкоголя.

– А это и был слабоалкогольный напиток. Его нужно пить очень маленькими дозами. Ничего, скоро пройдет. Сейчас я уложу тебя в постель.

– Но я не хочу спать, – я ухмыльнулась, – но если ты пойдешь спать вместе со мной, то я не против.

– Конечно пойду, куда же я денусь.

– А давай танцевать, а? Как тогда в клубе?

– Я бы с удовольствием, мой Цветочек, но тебе нужно лежать, иначе у тебя будет кружиться голова.

– Хорошо. Давай лежать.

Когда Чортан уложил меня, я потянула его на себя и впилась губами в его губы. Он сначала упирался на свои руки, нависая надо мной, а потом лег сверху и перехватил инициативу. Теперь уже Чортан терзал мои губы в сладком поцелуе, а я мурчала от удовольствия и снова месила руками его волосы.

Потом мне захотелось посмотреть на него обнаженного, и я стала стягивать с него кориум, то есть, одежду.

– Что ты делаешь, душа моя? Если я разденусь, то наш первый доккинг будет сегодня.

– Давно пора, – я снова потянула с него одежду – все равно это случится, а я уже хочу секса с тобой и изнываю от желания.

– Нет. Цветана, ты под действием напитка. Так нельзя.

Я отстранилась и стала стягивать одежду с себя, возмущенно бормоча при этом:

– Чёрт! Да помоги же мне! Этот кориум прилип ко мне и не снимается.

– Душа моя…

– Замолчи! – я прекратила попытки снять кофту и рассерженной кошкой уставилась в глаза Чортана. Я лежала на его бедрах и чувствовала, как сильно он возбуждён. – Замолчи и помоги мне снять этот чёртов кориум! Или будет только ху-ж-ж-е-е.

Я уже не шипела, я злобно урчала.

Чортан лёгким движением стянул с меня верхнюю часть кориума, а нижняя будто стала сползать с меня. Я взглянула на свои бедра и ахнула, два хвоста, мой и Чортана стащили с меня штаны. И тут же потянули штаны Чортана. А руками он снял свою верхнюю часть кориума.

И вот мы полностью обнажены. Я лежу сверху на мужчине и внимательно разглядываю его тело.

«Хм… тело как тело, совсем обычное. Кроме хвоста.»

В этот момент, Чортан резко переворачивается, и я оказываюсь под ним.

– Цветана, душа моя, моего терпенья первый раз на ласки не хватит. Ты меня прости… О-о-о.

Пока он говорил, я развела ноги и с силой насадилась на его мэмбрум. Потому что я уже не могла терпеть. Я вся истекала желанием.

– О-ох, – выдохнула я одновременно с Чортаном и замерла. Он тоже не двигался и внимательно смотрел мне в глаза. Столько было в его взгляде изумления, радости, восхищения одновременно.

– Цветочек мой, душа моя, теперь мы навсегда вместе, теперь ты моя женщина.

Чортан стал медленно двигаться во мне, а губы накрыли мой рот. У меня исчезли все мысли, я просто парила. Я видела Синцэри с высоты птичьего полёта и все знания, и умения предыдущих поколений сейчас входили в меня. Я была всем сразу – реками, горами, деревьями, животными, птицами и всеми синцэрианами. Я испытывала что-то невероятное. Мне показалось, что это продолжается не минуты, а века, даже не века, а миллионы лет. И вдруг я почувствовала сама себя, своё возбуждение, двигающийся мэмбрум во мне. Я услышала наше громкое мурчание, я поняла, что сейчас все синцэриане чувствуют моё возбуждение и слышат нас. От этой мысли я возбудилась еще сильнее и взорвалась фейерверком оргазма. И тут же очень сильная струя ударила меня изнутри, меня снова подняло над Синцэри. Я парила над ней и видела теперь не реки и деревья, а сгустки энергии. Я видела магию.

Я теперь знала всё.

– Душа моя, радость моя, моя жена, моё солнце.

Я очнулась от голоса моего мужчины. Моего любимого мужчины, теперь я знала, что это любовь и что я теперь синцэрианка.

– Чортан, я теперь знаю всё.

– Да, теперь от тебя ничего не скрыто. Все знания ты получила. По крайней мере то, что известно о планете мне.

– Я теперь знаю, что деревья живые. Я знаю, что с ними можно разговаривать. Я знаю, как можно менять пространство внутри дерева.

– Да, душа моя, ты все знаешь.

Я смущенно потупилась, надавила на плечи мужчины, чтобы он лег на спину, села сверху.

– А еще я знаю, что моя интра готова принять твой мэмбрум еще раз.

Я чуть приподнялась и снова опустилась на восставший подо мной мэмбрум мужчины. В этот раз мы целовались и руками изучали тела друг друга, одновременно медленно двигаясь в старом, как весь этот мир ритме страсти. Теперь я не летала над миром, я просто получала наслаждение от секса. Когда мы достигли пика наслаждения, я положила голову на грудь мужа и сразу провалилась в сон.

Проснулась я лежащей на кровати, мои ноги были разведены, а мой мужчина лежал между моих ног и целовал внутреннюю часть бедер, подбираясь все ближе к интимному местечку. Я не стала сообщать, что проснулась, просто закрыла глаза и отдалась во власть чувств.

Глава 9 Фейерверк чувств

Прошло три месяца с момента первого доккинга. Цветана освоилась на планете. Она уже не боясь прыгала с ветки на ветку. Я познакомил её с соседями. Она как раз ускакала к вновь обретенной подруге, а я сейчас трудился над новым проектом. Придумала его Цветана. Она решила, что жить без книг очень скучно, а так как при доккинге, не только Цветана получила знания от меня, но и я от нее, то мне было понятно её желание. Я создавал сеть для «интернета». Нет, это не будет тем же что и на планете Земля. У нас нет такого развития технологии. Это будет магия и наши умные деревья. Я бился над этим проектом уже два месяца.

Первый месяц мы не могли оторваться друг от друга. При воспоминании о первом доккинге, я снова почувствовал возбуждение. Как же была хороша моя душа. Какое яркое наслаждение я получил от первого раза. Конечно и последующие все разы были очень чувственными и восхитительными, но первый… Я зажмурился и перед глазами промелькнуло всё до мельчайших подробностей. Моя душа одновременно злющая, сексуальная, возбужденная и ранимая – это то что мне было нужно, чтобы получить весь спектр эмоций. А знания о её мире стали небольшим дополнением к тем знаниям, что уже были у синцэрианцев.

– Чортан! – в дом взбешённой фурией вбежала Цветана, – ты почему мне сразу не сказал, что наш первый доккинг может закончиться моей беременностью?

– Душа моя, а разве это и так не было понятно? – я весь подобрался для прыжка. Если сейчас Цветана прыгнет, то мне нужно быстро отскочить. Эта разъяренная кошка уже царапала меня. Правда потом она зализывала мои раны… как же это было сладко.

– У меня не было знаний о Синцэри! Как ты мог не рассказать? Не предупредить?

– Цветочек мой, но ведь ты женщина. У вас на земле разве женщина не может забеременеть после первого секса?

Цветана стояла посредине комнаты и её ноздри раздувались, хвост был поднят вверх, и кисточка на нём подрагивала. Она злилась. Я осторожно сделал шаг к ней:

– Душа моя, ты сердишься потому что сама об этом не подумала? Но ты должна знать, что в некоторых случаях пары не могут иметь потомство…

– Ничего не говори сейчас!

Цветана плюхнулась на пол и села в позу мартышки. Она уперлась одним локтем в согнутое колено, ладонью подперла голову, а вторая нога была вытянута. Хвост жил своей жизнью. Она то гладила себя по волосам кисточкой, успокаивая, то била ей дробный такт по полу.

– Ладно, ты прав. Я тоже должна была об этом подумать.

Я уже сделал шаг к ней, когда она вскочила и зашипела на меня:

– Но ты дал мне тот чертов напиток из цветов миллефолиума и леонуруса. Для чего ты напоил меня?

Я снова отступил на шаг:

– Цветана, но ведь я предупредил, что его нужно пить по чуть-чуть.

Она снова задумалась, видимо вспоминая тот день и вдруг коварно улыбнулась. Она сделала шаг ко мне, я от неё.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.