Дмитрий Крушлинский
Сборник страшных историй. Третий выпуск

Дневники в доме.

Я работаю менеджером по недвижимости. И неплохо на этом делаю деньги. Зная некоторые лазейки в законе, я смог взять себе старую квартиру, где хозяева умерли и жилище некому просто оставлять. Наследников у них не оказалось. Я воспользовался шансом и взял себе квартиру за очень маленькую сумму. Частично пришлось прибегнуть к ипотечному кредитованию, но отдавать деньги придется лишь несколько лет. Так, работая агентом по «недвижке», я помогал людям покупать и продавать жилье, делать обмен и решать судебные вопросы по дележке квадратных метров (просто у меня есть еще образование юриста и практика адвоката по жилищному праву). Заодно я мог выбирать себе самое дешевое жилье, чтобы потом покупать и перепродавать. Мне же лично хватало и небольшой квартиры в хорошем тихом районе возле парка. Конечно, я не упустил шанса приобрести себе домик за бугром на случай переезда в другую страну. В целом, жизнь удалась.

Так я думал до того момента, пока ко мне не пришло письмо. Не электронное, а обычное с почтовой службы, как в старину. Оформленное восковой печатью с невероятно красивым почерком, где буквы завивались и соединялись в причудливых узорах. О чем же письмо? Вскрыв его, я прочитал текст, где клиент рассказал о заброшенном никому не нужном частном доме в деревне Березовке. Я-то думал, там будет описание какого-нибудь родового наследства с людскими корнями, уходящими вглубь веков. Но нет, просто красиво написанное сообщение с просьбой продать дом. Я вздохнул и почесал репу. Почему бы и нет? Возможно, клиент будет ждать в доме, чтобы обговорить со мной цену продажи, права собственности и прочие детали сделки. Хотя подозрительность во мне взыграла в полной мере, так как нормальный человек не будет слать письма в агентство недвижимости, а придет сам.

На всякий случай, я позвонил знакомому в милицию и сказал ему, что еду на потенциальную сделку при странных обстоятельствах. Мой друг смекнул, что к чему и ответил, что скажет патрульным по близости. Пусть подъедут, проверят клиента. И я тогда расслабился. Можно не волноваться за свою безопасность.

Клиент в конце письма сделал приписку «буду ждать вас в доме». Ни телефона, ни каких-либо контактов иного рода. Я пожал плечами, да и ладно. Прокачусь с ветерком, отдохну от городской суеты. Взглянув по карте, обнаружил недалеко от деревни озеро. Улыбнулся. Прихвачу удочку, порыбачу часок на обратном пути.

Дорога до Березовки заняла почти весь день. Ехал практически без остановок по главным шоссе. В конце я завернул на проселочную дорогу и там шуршал колесами по гравию, далее по сухой глине и округлым кочкам, чуть ли не стуча зубами от тряски. Потом я тормознул у озера, круглого и спокойного. Я вглядывался минут пять в отражение водной поверхности. Голубое небо с облаками и ближайшие избы с коттеджами вдоль противоположного берега одиноко приветствовали меня, будто надгробия.

– Вот и приехали. Почти. – Сказал я с блаженной улыбкой. Летнее солнышко согревало лицо и делало из моей рубашки с брюками горящие слои ткани, заставляющие кожу попеть. Противно, однако ради бизнеса приходится бегать в строгом костюме или в опрятном одеянии, несмотря на жару или холод. Но я не грустил по этому поводу. Ведь после встречи я сниму костюм и натяну «спортивку», присев с удочкой на каменистом бережке. Много рыбки ждет меня. Я в этом уверен.

Дом, как и я предполагал, очень старый. Прохудившаяся крыша с металлической черепицей, гниющие пересохшие стены из бруса, косые рамы окон, ставни из прошлых веков и забор в виде острых кольев и металлической ржавой сетки, – вот что я увидел, подъехав к калитке и выходя из перегретого душного салона. Хлопнув дверью, я потянулся, хрустнув косточками. Проворчав что-то себе под нос, направился к домику. И резко остановился. Позади кто-то позвал меня по имени.

– А?

Никого. Улица пуста. Нет, мне точно не показалось. Кто-то реально меня звал, словно стоял в паре метров за спиной. Я поглядел в соседние дома, прошелся вдоль заросшей травой дороги, вернулся в машине. Ни одного человека так и не заметил. Деревня будто вымершая. Да, кстати, и подле озера тоже я людей так и не приметил.

Махнув рукой, я смело потянул на себя калитку. Не заперта. Дверь дома точно также приоткрыта. Видимо, клиент уже ждал внутри. И я вошел. В помещении, где ютился обычный деревянный стул, стол, полки с пожелтевшими тетрадями и книгами, везде серым слоем ожидала движения воздуха деревенская пыль. Просто толстый слой пыли, будто я попал на Луну или на Марс. Не буду удивлен, если ко мне подойдет космонавт, заявив, что я второй человек на спутнике Земли. Это смешно, но вот где клиент? Я прошел во вторую комнату, служившую, скорее всего, туалетом. Никого. И там я заметил, как всё устарело, покрылось грязью, все той же пылью. Я предполагал какой-то обман, но не такую встречу, где никого нет. И какой смысл выманивать меня в такую глушь? Ради чего? Ради моей поддержанной иномарки? Или ради чемодана с деньгами, коего у меня нет?

Я услышал звук автомобиля. Подскочив к окну, облегченно выдохнул. Это патрульные менты. Пусть обозначат место. Если какой-то преступник прячется и следит за мной, то пусть знает, что я не идиот, и у меня есть связи с «фараонами».

Ребята с автоматами походили по дому, проверили округу и уехали. Чтобы пацаны не ворчали, я выдал им «чаевых». Пивка попьют после работы. Я прекрасно понимаю, какова жизнь среднестатистического служаки: это частые стычки с алкашами, буйными дебилами, беготня за наркоманами и так далее по списку. Оставаться при этом адекватным и добрым служителем закона очень сложно. Проводив ребят взглядом, я вернулся в домик и стал рассматривать лежащие на полках тетради с книгами.

Вот тут и началось мое необычайное исследование, затронувшее мою душу и все виды страхов. Я приехал совершить сделку, а получил намного более интересное занятие, – чтение старых записей. Причем, позже я осознал, что это всё не фантазии авторов, не выдумки. Это самые настоящие записи или дневники свидетелей чего-то жуткого, страшного от тошноты, пронзающего нервы так, что невольно хотелось оглядываться по сторонам, боясь того, что страхи превратятся в реальность.

Я взял первый попавшийся под руку дневник. В руках я держал толстую тетрадь в мелкую клеточку. Она потеряла свой белесый цвет, линейка практически стерлась. На обложке корявыми символами написано «Дневник. Тучино. 03. ию. 81».

Я открыл первую страницу и начал читать…

3-е июня 1981-й год.

Я Вадим Крыжов. Работаю на заводе Сельхозтехники. Не буду вдаваться в подробности, что я там делаю в цеху. Просто работаю и всё тут. Руки вечно в мазуте или в грязи. Работа хоть и грязная, однако мне нравится разбираться с техникой, что-то ремонтировать, пилить… короче, я знаю, как починить что-то или сделать, используя простые инструменты и русскую смекалку. И вот, я решил в выходной день съездить на рыбалку, прихватив с собою все необходимое, вплоть до гаечных ключей, запаски и запасной удочки с сетью. Заранее я сообщил об этом жене. Она не против. Привыкла к моим поездкам за город, так как знает, что я обязательно привезу хороший улов. Да, да, я знаю, что моя жена Лида изменяет мне с соседом. Я даже рад, так как не приходится каждую ночь ее удовлетворять в постели. Надоела она мне, стала толстой и некрасивой за десять лет семейной жизни. Детей у нас нет, поэтому мне плевать на такую «семью». Рыбалка – вот это мне по душе. Это, своего рода, вторая семья!

Ладно. День очень хороший, светлый. Я почти миновал деревушку Колодцы и буду ехать через село Яркое. Оно находится на высоком холме, где всегда ветрено и солнечно. А ниже уже начинается река Весенняя. Самое то для рыбалки. Недалеко от речки уже начинается таежный лес. Практически дикая непроходимая местность, но моей Ниве все равно. Моя подружка везде проедет.

Подъезжаю к реке. Автомобиль кренится то влево, то вправо, то задирает нос кверху. Кочек тут предостаточно, но советский легковой вездеход держит марку. Я решил разнообразить путешествие и свернул с основной колеи, ворвавшись в кустарник и объезжая стволы осин, берез и сосен. Двигатель так и ревел. Я аккуратно преодолевал ямы, овраги и крупные кочки. Чтобы не заблудиться, я использовал речку, как постоянного надежного спутника, далеко от нее не отъезжая. Периодически останавливался, вылезал наружу и подходил к реке, просматривая подходящее местечко для рыбалки. Пока мне ничего не нравилось. Или берег крутой, или течение слишком быстрое или какие-нибудь коряги мешают. Но при этом я отдыхал душой и телом, вдыхая свежие ароматы тайги и рассматривая здешнюю зелень. Красота сибирских дебрей завораживает меня, стирает все тревоги, очищает мой организм от эмоциональной золы. На работе, порой, не только грязные условия портят здоровье, но и крики начальства, стресс от споров с бабами, если те выше по должности. Ну и жена, как лишний камень на душу. Если бы не рыбалка и летняя тайга, я бы наверно на себя руки наложил. А зимой, между прочим, я лювлю рыбу прямо на реке, просверливая лед ручным сверлом. Его пришлось в гараже самому мастерить.

Не буду раздражать вас, читателей, кто осмелился взять в руки мой дневник, своей жизнью и нытьем. Я нашел хорошую поляну, обустроился там, поставив брезентовую палатку. Разжег костер рядышком с бережком и давай рыбачить перед сном, закусывая при этом черствым черным хлебом и вареной картошкой, взятыми из дома. Так себе ужин, но я не расстраиваюсь. Все отлично.

В час ночи, судя по моим наручным часам, я выловил большого леща, килограмма на два-три. Что ж, очень даже неплохо для первого раза. Зажарил его и ближе к утру, поев, мгновенно уснул. Причем недалеко от костра. Завернутый в пару пледов, я не ощущал летнего сибирского холода. Дышалось хорошо. Я видел сны… не помню про что. Однако проснулся с каким-то испугом. Может, простыл, а может из-за комаров, весь сон атаковавших лицо и другие открытые участки тела. Просыпаюсь потный, какой-то напуганный. Я пытался вспомнить сон. Помню лишь серость, туманность и какие-то нечеткие образы. Люди это или звери? Думаю, мне снились люди.

4-е июня.

Сейчас вечер. После неясных сновидений, напугавших меня до холодного пота, я провел весь день у кромки воды. Выбрав толстое поваленное когда-то давным-давно дерево, скрытое на половину в речке, я залез на него и сидел часами с удочкой в руках. Ну как сидел? И стоял тоже. И заходил в воду по колено, закидывая подальше крючок с червями. Наловил, таким образом, пять крупных рыб. Среди них был лещ, щука и сазан. Последний вообще удивил своей тяжестью и размерами. Килограмм на семь будет точно. Повезло так повезло, ничего не скажешь. Не зря леску толстую приобрел давным-давно.

Почему я пишу дневник? Не могу ответить на вопрос. Просто пишу. Что-то подстегнуло меня взять с собою тетрадь с ручкой. Я не любитель историй и не сказочник. В школе был троечником в русском языке, кое-как сдал экзамен в 9-м классе, а потом техникум. Выводя все эти буквы, я понимаю, что скоро что-то произойдет. Развод с женой? Или меня тревожит мое будущее? Надеюсь, для меня начальники не приготовили увольнение. Я вроде бы работник приличный, не пью, не курю. Нет, пью только по праздникам. Бутылку водки взял, но приму рюмочку на грудь завтра, в честь удачной ловли.

Для вас мой день покажется скучным. Ну сидел мужик, ловил рыбу. И что с того? А вот я получил много положительного заряда. Это вам не дома сидеть и в дурака играть на картах. И даже не на гитаре тренькать новые хиты 80х. Нет, рыбалка гораздо круче, ярче, весомее. Выезжайте на природу, рекомендую. Гарантирую, что получите вы исключительно жирные «плюсы» от отдыха с удочкой в обнимку (хотя с бабой тоже обниматься тоже полезно на природе).

Солнце село, окрасив верхушки деревьев красноватыми оттенками. Я наблюдал за этим и напевал песенку из старого фильма. Когда стемнело, я щупал взором алые угли в костре. Просто смотрел и часто теребил их палочкой. Огонь возмущался щелканьем, шуршанием и снопами искр.

Лес такой темный сегодня. Я бы сказал, слишком темный, тяжелый, загадочный.

5-е июня.

Я просыпался посреди ночи. В этот раз лег в палатку, поэтому не смог оценить обстановку вокруг. Почудилось ли? Вокруг костра мелькали тени. И еще я слышал шаги с хрустом веток и шуршанием листьев. Я сразу подумал о местных жителях леса. Лиса, волки, медведи, олени и множество различных животных, способных проявить любопытство к чужому добру. Ведь я оставил рыбьи кости и внутренности на берегу. Часть рыбы нарезал и выкопал для нее глубокую яму, – что-то вроде подземного холодильника. Поверх закрыл камнями и запасным колесом. Мелкие животные не смогут колесо сдвинуть и повредить. На счет медведя не знаю. Для мишки я заготовил хлопушку, фонарь и ружье. Чем-то да отпугну.

Я не стал выглядывать из палатки. Непрошенный гость или гости как быстро появились, так и ушли. Честно говоря, сомневаюсь в своих выводах. Мне могло и присниться. Утром я специально осматривал окрестности с ружьем. Никаких следов. Отпечатков сапог, копыт или лап нет, словно ночью сюда приходили призраки.

Что ж, продолжу рыбачить. У меня еще целый день в запасе. Завтра уже ехать домой надо.

6-е июня.

Вчерашний день подарил мне целую кучу рыбы. Я ловил ее каждые минут десять. Внезапно река расщедрилась. Я какое-то время радовался, затем наскучило. Чересчур легко рыбешка вылетала из воды, насаженная на крючок. Азарт иссяк. Я решил отдохнуть от ловли. Занялся осмотром автомобиля перед отъездом. Открыл капот, покопался в двигателе, что нужно было, – сменил, заправил, подлил и подкрутил. Довольный собою и родной Нивой, я пнул колеса, оценив давление в камерах и уселся у костра. Все в идеальном состоянии.

Огонь поглощал палки, а я подкладывал новые дрова, раззадоривая пламенного бога. Сумерки малу-помалу сгущались. Над водой поднимался туман. Река словно замедлилась. Я ощущал счастье и покой. Нагребая угли в общую массу, я жарил рыбу и глотал слюни. Где-то в лесу щебетали птицы и стучал дятел. Шелестели кроны, ветер поднимался, что-то мне говоря, рассказывая свои истории о свободной жизни на высоте. Я заслушался и вздрогнул… от совершенно чужеродного звука. Он шел именно из-за деревьев.

Я посмотрел туда. Там кто-то есть. Животное. Невидно.

– Если это человек, то отзовись! – Крикнул я. Это мог быть медведь. Весьма опасный хищник, когда голодный. Я встал и подошел к палатке, вытащив оттуда ружье, заряженное солевыми пулями. Они не убьют, но точно сделают больно.

Тишина в ответ. Я уселся к костру, на пенек. Стал ждать движения. Время от времени посматривал на рыбу, дабы та не сгорела. И тут опять что-то услышал. В этот раз неизвестное живое существо ходило с левой стороны от своего собрата. Я напряг зрение, стараясь уловить хотя бы общую фигуру. В таких густых лесах животные отлично маскируются. Ветви и листья с сорняками плотными рядами конструируют завесу. А в темное время суток у тьмы в тайге свои порядки.

– А фиг с тобой. – Сказал я, отложив оружие и принявшись за рыбку.

Пишу дневник, лежа в палатке. Скоро спать. Зеваю, отгоняя рукой пробившихся сквозь защитную сетку комаров. Читаю газету под свет фонарика. Еще три раза я улавливал ушами непонятную активность в лесной чаще. Я так думаю, это мелкие грызуны и лисы, унюхавшие мою рыбку. Я перестал беспокоиться на эту тему, хотя впервые столкнулся с такими скрытными пушистыми друзьями.

7 июня.

Утром не смог завести машину. Что с ней такое стряслось, так и не понял. Ведь я проверял все от и до, я лазил в каждый отдел механики, каждый болт осмотрел. Ничего за ночь не пропало, не повредилось. Автомобиль не заводится, словно сел аккумулятор. Но измерения при помощи некоторых инструментов показали, что аккумулятор в рабочем состоянии и полон энергии. Я лишил машину свечи, той, что дает искру при зажигании или повороте ключа, покрутил ее в руке. Целая и сверкающая новизной. Покупал ее, как помню, в прошлом месяце. Специально это сделал, чтобы на рыбалке все было нормально с моей Нивой. Я установил свечу обратно в ее родное уже гнездо. Не заводится. Искра при этом отслеживается. Что же это такое? Что мне делать, пока не могу сообразить.

До самого обеда я маялся с автомобилем. Потом сплюнул и обматерил весь лес. Если я опоздаю на работу, то могут уволить или лишить зарплаты за неделю. Начальство на заводе строгое, и я их понимаю. Ведь производство безостановочное, любые остановки из-за отсутствия рабочего «винтика» могут привести к убыткам и проблемам в социальной сфере.

Я старался победить неизвестность. И проиграл. Закрыв автомобиль и засунув в рюкзак все самое необходимое, я отправился пешком вдоль реки. Перед этим я обжарил несколько рыбин. В дороге буду кушать, пока не выйду на ближайшее шоссе или селение. Шагать по таежным дебрям нелегко. Я застревал в заплетающихся ветках и стеблях растений. Казалось, что березка путает меня с деревом и оплетает мои ноги, намереваясь высосать из меня все соки. Нога то и дело ухала вниз, в яму, или же запиналась о трухлявую ветвь. Один раз я налетел на дерево, устало посмотрев на реку. Задумался, делая шаги и ударился лбом о крепкую сосновую «стену». Стало смешно, я минут пять хохотал. Образовалась шишка. Я поблагодарил природу за такое мизерное наказание. Мог ведь и глазом напороться на острый сук. Обошлось малой кровью, как говорят в народе.

Записываю последние строки, пока не стемнело. Использовать фонарь ради тетради не буду. Надо экономить.

Ближе к вечеру я потерял речку. Как так вышло, понятия не имею. Я шагал, и водные блики не выходили из поля зрения за множеством деревьев и кустов. Река непременно находилась справой стороны. И тут раз, ее нет. Я никак не посмел бы повернуть в противоположную сторону или отойти слишком далеко. Но это произошло. Буду сейчас искать берег. Он наверняка в двух шагах от меня, рано испугался.

8 июня.

Сегодня день рождения у моего родственника – двоюродного брата. Зачем это написал? Подбодрить хоть как-то самого себя. Дело в том, что речка исчезла. Ее не стало. Как можно потерять акваторию шириной в пару сотен метров, идущую с севера на юг? Я бы заревел, как баба, однако от слез результата не будет. Я тупо иду вперед, стараясь следить за прямотой движения. Я знаю, что человек инстинктивно припадает на одну ногу, совершая круговой маршрут. За этим и слежу, оставляя четкий след каждые десять шагов. Я либо копаю ямку и втыкаю палку с тканью, либо режу на дереве отметку, либо прибегаю к иным методам. Потом смотрю позади себя, отслеживая ровную линию. Так и иду, медленно и аккуратно, протаптывая путь. Даже если уйду в леса, то меня проще будет найти спасателям по отмеченной искусственной дорожке с метками.

Я расстроен. Речка могла бы быстро вывести меня к жилым районам. А вот лес, да еще и тайга окружена, чаще всего, дикими многокилометровыми пустошами в людском смысле. Природа наоборот богатеет, если она более дикая и свободная от человеческих воздействий. Я отмахиваюсь от комаров и ем как можно меньше. Экономия – мое спасение. Поблема в жаре. Рыба не протянет столько в удушливом пекле, привлекая мух, которые так и лезут в мешок с пищей. Кроме этого, я начал бояться чащи. Нередко слышу такие же шорохи и шумы, как тогда, в палатке у костра. Что-то идет следом за мной, сохраняя дистанцию. Я не зоолог, так бы возложил сие поведение на стаю голодных волков или лисичек.

Всю ночь я слушал, как существа копошились вдалеке. Метров так десять от меня, если мерить «ушами». То они бегали туда-сюда, обходя меня со спины, спереди, с флангов, то они просто размеренно шли, хрустя веточками и шелестя листьями. Мне кажется, в эту ночь они приблизились. Что же им надо? Я пару раз кричал, спрашивал. Затем угрожал ружьем и издавал рев, пытаясь припугнуть. Никакого толку. Идут за мной.

9 июня.

Я не спал всю ночь. Посплю до обеда. Для этого выбрал широкое дерево с такими корнями, чтобы они прикрывали спину, оставив фронтовую щель. Если кто нападет, смогу в упор всадить ему соль промеж глаз. Ну либо ножом пырну. Готовый к бою, заснул.

Проснулся от ужасного кошмара, вспотев и побледнев. Снилось, как я бегу в лесу и меня хватают за ноги, за волосы и вонзают в спину что-то острое. Боль невыносимая, реалистичная. Я продолжаю нестись сквозь плотные заросли, ломаю толстые ветки, останавливающие меня, панически кричу и рыдаю. Давно я таких кошмаров не видел. Даже не припомню когда.

Скушал кусочек рыбы и посмотрел на солнышко, пробивающееся через кроны деревьев. Я долго успокаивался под жужжание насекомых и шелест травы под порывами ветра. Мои преследователи затихли. Я обрадовался. Может быть, они оставили меня в покое? Я очень надеюсь на это.

10 июня.

Ручка пл… плохо пишет. Чернила заканчиваются. Скоро прекращу записи. Да и устал. Пальцы… дрожат. Я кое-как вывожу буквы и цельные предложения. Не так уж и голодаю, но и полноценного рациона не получал третий день. Или второй день? Сбился со счета. Судя по числам, брожу по лесу третьи сутки. По ночам я боюсь спать, голова болит. Приходится ложиться спать днем, выискивая подходящее укрытие.

Опять они! Они еще ближе. Шумят. Я отчетливо различаю их шаги. Один раз они что-то сказали мне. Или показалось. Лес не хочет меня отпускать. Когда же я окажусь на дороге или хотя бы в месте, где есть люди? Когда? Я устал, хочу кушать. Рыба закончилась. Несу в рюкзаке сырую. Она, мягко говоря, попахивает. Буду жарить такую.

Развел костер. Сидел и клевал носом. Рыба сильно подгорела, ибо я заснул. Ну и ладно. Такую съем.

11 июня.

Всю ночь твари бесили меня своим присутствием. Потом они осмелели и принялись издавать какие-то странные звуки. До меня доходило щелканье, шипение и смесь чего-то еще. Не медведи, не волки, а что же это за существа? Я время от времени ругаюсь матом, бью палкой по траве. Это не помогает. Но лучше, чем ничего.

Отметки больше не ставлю. Усталость так глубоко проникла в меня, что я лишь переставляю ноги, стремлюсь вперед. Где-то там, есть люди, шоссе. Деревья нескончаемой армией преграждают мой путь, давят своим величием и массой. Комары облепили мое лицо и голые руки с шеей. Плевать. Не до них.

12 июн…

Ручка заканчи… тся. Я уст…л. Господи спаси!! Я видел этих тварей! Господ… и!.. Они пытались ме… схват…ть ночью. Отбился ружьем.. выстрел…л. . ручк… закан…

Я пролистал пустые страницы дневника. Записи обрывались. Затем я нашел листик в виде заплатки. Развернул. И очень удивился, читая полицейский отчет. Там сказано, что гражданина Вадима Крыжова так и не нашли. Пропал без вести с 1981-го года. Дневник найден в шестидесяти километрах от стоянки. Автомобиль марки «Нива» обнаружен местным егерем. Следов борьбы, крови или признаков насилия нет. Машина брошена в рабочем состоянии. Дальше в ходе розыскных мероприятий волонтеры, лесники и милиционеры со спасателями обнаружили лишь часть отметок Вадима. Было ощущение, что часть из них убрали специально. Специалисты склонились в общей гипотезе, – человека похитили, следуя за ним по пятам. Мотив преступления неясен. Денег у Вадима нет, родственников в высших кругах нет.

Я сглотнул слюну, по спине пробежал холодок. Отчет завершался припиской следователей: Прошел месяц тщательного расследования. Недалеко от места пропажи Вадима егерь наткнулся на человеческий обезображенный труп, заросший травой и мхом, присыпанный землей и по какой-то загадочной причине лишенный внутренних органов и головного мозга. Невозможно узнать, кому он принадлежал. Останки переданы экспертам-криминалистам.

В 80-е еще не существовало ДНК-экспертизы. А если и была, то не по карману простой семье заводского рабочего. Я почитал еще пару строк и отложил дневник. Судьба исчезнувшего человека до сих пор не раскрыта. Мне стало интересно, что написано в остальных тетрадях.

Выключенный телевизор.

Около десяти лет я работал программистом в офисе. Фирма, где я и пахал, занималась развитием различных заказных проектов, от сложных игр с внедрением искусственного интеллекта до торговых или финансовых систем для банковских структур. Программировать приходилось все подряд. Но сама эта работа имеет при себе универсальные инструменты, так что создавать можно что угодно, просто надо знать базовую структуру проекта.

Я наслаждался офисным режимом труда, весело общаясь со своими сослуживцами, – дизайнерами, такими же, как я программистами, концептерами, пиарщиками и прочими сотрудниками огромной организации. Кроме того, в такой компании обязательно цокали каблучками красивые стройные девушки, устраивающиеся сюда, в большей степени, ради флирта с директорами. Какой-то красавице удавалось захомутать беднягу, а кому-то нет. Проигравшие увольнялись, ибо работать они не привыкли, а лишь хотели повертеть жопкой да сесть на шею. Меня и других ребят это забавляло, и мы наблюдали, заодно пытаясь с данными красотками замутить чисто ради жаркого секса на разок.

Но вот Рай внезапно прекратился. Из-за ковида, конечно же. Всех отправили работать домой. Некоторым даже позволили взять офисную технику, с условием, что человек купит новую такую же, если сломает. Я не исключение. У меня дома компьютер мощный, но монитор слабенький. И мне разрешили взять второй, офисный с отличной цветопередачей, что позволяло не портить зрение.

Попрощавшись с фирменными друзьями, я переселился в свою берлогу холостяка. Впервые месяцы мне было жутко скучно и дискомфортно, – пытаться печатать программы без привычной болтовни сослуживцами, веселых шуток и простого шума офиса, когда кто-то шелестел бумагой, а кто-то печатал документы, гудя принтером. Другие же звенели посудой на кухонном закутке. Всего этого не стало. Я слышал только гудение своего системника да уличный гам за приоткрытым окном.

Однажды, мне просто это надоело. И я решил как-то и что-то поменять. Нет, я не побежал в салон красоты, чтобы сменить прическу, как это любят делать женщины, подразумевая под данным актом «апгрейд жизни». Я сделал более странный поступок…

Купил себе хороший планшет, потратив практически всю месячную зарплату и часть взяв с накоплений на черный день. Я нисколько не жалел о покупке. Ведь планшет заменит мне компьютер. Временно. Он будет неким видом отдыха или облегчающим рабочую деятельность инструментом. Я специально выделил несколько дней в неделю на работу с планшетом при полном выключении компьютера с мониторами. Надоедливый гуд системника перестал раздражать, а мониторы стояли эдакой темной стенкой на столе, красноречиво смотря на меня черными экранами. В отражении двигался черный силуэт меня самого, довольный новой жизнью.

На планшете печатать так же удобно, как и на клавиатуре. Хотя не слишком привычно. Ну ничего, я справлюсь.

Я приноровился к печати на планшетном ПК спустя пару недель. И жизнь уже казалась не такой тяжелой. Работать в тишине, слушая улицу за окном ни так уж и плохо.

Все бы ничего, но меня начали напрягать мониторы. Это просто глупость какая-то, о чем я думаю?! – такие мысли бегали в моей голове. И все равно, смотря на мониторы, эти черные квадратные зеркала, я постепенно углублялся в их тьму, инстинктивно ища там нечто нечеловеческое. Создавалось ощущение движения тьмы на экране, и потом возрастал страх, трещало нервное напряжение в мыслях, будто бы всполохи молний в тучах. Я не представлял, что же это такое с мониторами, с их темными экранами. Это всего лишь ровные поверхности из стекла и пластика. Почему я нервничаю и волнуюсь, вглядываясь в экраны. Зеркало есть зеркало, с чего бы ему пугать меня.

Я старательно занимался на планшете, пытался грузиться полноценной работой, дабы мысли не возвращались к мониторам. Я мог бы убрать мониторы, накрыв их чем-нибудь, но не сделал этого. Работать на планшете постоянно я тоже не могу, у прибора есть свои значительные минусы. Я чередовал работу планшета с компьютером. К тому же, на выходных я иногда резался в игры, и смотрел качественное кино в высоком разрешении, и тут системник незаменим с крупными экранами.

Выключенные и, с виду, невинные, мониторы давили на мою психику. Мне все чаще и сильнее казалось, что экраны, как живые смотрят на меня. Я чувствовал их тяжелый безмолвный взор.

Либо это не они, а нечто, находящееся по ту сторону. Что-то, что существует в зеркальном сером мире внутри экранов. Сколько времени оно там живет, в безликом темном зеркале, я задумался об этом, включив фантазию. Потом одернул себя. Вроде не маленький мальчик, а нагоняя сам же себе страху. Я сердито выругался и решительно закрыл экраны своими вещами. На один повесил футболку, а на второй полотенце.

С древних времен, когда впервые люди сумели сконструировать самое мутное зеркало на основе полированного металла, существовали поверья и легенды о мирах и чудовищах, обитающих в зеркале. Оно и понятно, – сложно поверить в то, что отражение не живое. Ведь оно лишь отражает суть реальности, но люди по причине малого ума приукрашивали зеркальный мир, делая его животворным в плохом смысле слова. Сказок про волшебное доброе зеркало очень мало. Зато историй о призраках в отражении – тысячи.

Я расслабился и посмеялся над своим «примитивным животным», сидевшим во мне, как и в любом человеке. Животное в душе всегда ищет повод дрожать от страха или бежать, лишь бы не сожрали хищники. Я улыбался и печатал на планшете, используя программу С++. Начальство дало задание: сделать парочку вспомогательных приложений. Ни несложные. Порой, вся морока с программированием – это именно объем создаваемой среды. Можно небольшое приложение писать более недели, хотя по итогу получится малюсенький набор кнопочек, включенных в общий проект, куда-нибудь в игру, софт или веб-структуру.

Я как раз печатал последний скрипт, чтобы проверить работоспособность текста при переходе в режим среды, как внезапно услышал шорох. Краем глаза я заметил, как футболка сползла с монитора и застыла скомканной материей на столе. Я напугался до шевеления волос, до мурашек, пробежавших по спине. Затем выдохнул, обматерив самого себя за трусость.

– Футболку плохо повесил. – Сказал я вслух и встал с кровати. Она находилась напротив стола с мониторами. Я нередко стал работать прямо на кровати, подключая планшет к розетке, если аккумулятор садился. Так и сидел с проводом, – с прямой связью со стеной, где и была розетка.

Подойдя, я заново повесил футболку. Сделал так, чтобы нижняя часть ткани не перевешивала верхнюю. На всякий случай чуть-чуть подергал за края футболки снизу. Держалась хорошо. Я отвернулся и направился в постельку, наслаждаться лежащей работой, однако и второй монитор показал свою демоническую сторону, сбросив с себя полотенце. На что я уже не отреагировал, как девушка, визжащая от неожиданности. Повесив полотенце на монитор, я так же хорошенько распределил махровую ткань, сделав нижнее полотно легче верхнего.

Вечер прошел без жутковатых событий. Я созванивался с начальниками и заказчиками с фриланс-сайтов. Вел переговоры о новых заказах и даже успел поругаться с одним ненормальным клиентом. Тот потребовал бесплатной переделки всей программы. Договорились о доплате, где мне пришлось перепечатывать некоторые скрипты, маскируя ошибки или стирая лишние символы, вызывающие баги. Уставший и выжатый эмоционально, я лег спать пораньше, перед сном не забыв поглядеть кино, скачанное с торрента. Практически в середине фильма я вырубился, и проснулся к концу. Выключив планшет, снова заснул.

Мне приснилась моя же комната. Я сидел на кровати и неотрывно смотрел на мониторы. Темные экраны медленно увеличивались в размерах. Я боялся их, сердце трепетало, билось о ребра, изо рта выходили стоны ужаса. Мониторы заполнили собою всю комнату, и тьма начала выходить из них, будто бы ядовитый черный туман, клубящийся, тяжелый и явно живой. Я чувствовал, как туман из зеркального мира стремится ко мне. Он голоден. Он или оно желает моей плоти.

Туман достигнул моих ног. И я проснулся. Не было холодного пота или бешено бухающего сердца с криками. Я просто открыл глаза, и весь ужас сновидения растворился в воздухе, как пар из кипящего чайника. Только вот мозги мало чего соображали, зависли, слишком долго загружая и принимая реальность. Я минуты две разглядывал потолок. Потом рот мой выдал мычание в нескромном львином зевке.

Я присел на кровати и уже подумал о дурацком сне, как о шутке Морфея. Ну любит этот мужичок людям кошмары посылать, и бороться с его шалостями бесполезно. Чего я точно не ожидал, так это пасмурной погоды в жаркое лето за окном. И настоящего кошмара, представшего моим глазам.

Полотенце и футболка покинули экраны, возлежав кучками на столе. Мониторы опять смотрели на меня серыми зеркальными поверхностями. У меня все похолодело внутри. Страх вернулся, как бы я ни старался его засунуть обратно во тьму сознания. Страх тяжелой гирей рухнул на душу, и эмоции отреагировали соответствующе, врубив сигнализацию. И если страх – это сирена в городе, протяжно и настойчиво завывающая, как ветер во время шторма, то явление «смотрящих» на меня мониторов – это словно огромная тень, нависшая над несколькими городскими районами. Тень неизвестной и страшной опасности. Длился стрессовый эффект в голове целые минуты. Я с огромным трудом преодолел страшные мысли и чувства, отвел взгляд от мониторов и сжал кулаки.

– Да какого хрена-то?! – Крикнул я и вскочил. Далее мониторы уже обнимались с тряпками, поверх обмотанные скотчем. Я реально психанул, лишив себя экранов для работы. Весь день пришлось заниматься исключительно на планшете. Что удивительно, я прекратил бояться. Сквозь ткань, держащуюся крепко-накрепко на скотче, мониторы не могли меня доставать. И не мог не радоваться. Настроение так повысилось, так подскочил позитив в душе, что я даже позвонил бывшей подруге, пофлиртовав с ней и намекнув на секс этим вечером. Мне повезло, Аня ни с кем не встречалась пока что, и согласилась на свидание с постельным десертом.

Для любовной встречи я быстро сбегал в ближайший супермаркет и прикупил вина, шоколадных конфет и цветок. Надо же как-то умаслить бывшую. Я даже взял плюшевого мишку в отделе игрушек. Анюта обожала плюшевые игрушки. Кстати, расстались мы мирно, просто любовь-морковь прошла. И иногда мы видимся для жаркой ночки, так как нам комфортно друг с другом в плотских утехах. С новым партнером приходится что-то угадывать, изворачиваться, краснеть из-за чего-то, а с Аней такого нет. С ней всегда легко и понятно.

Она позвонила мне, когда я вернулся во двор многоэтажки, еще не зашел в квартиру. Просто очередь на кассе была огромна, а Аня приехала раньше. Сказала, что ждет уже у двери. И что странно, дверь почему-то не закрыта. Я удивился и подумал, что от радости забыл закрыть замок. Вахтерша нашего подъезда – старая бабка – глазастая и подозрительная, всех знала в лицо. Так что воров точно бы не пропустила. А Аню она хорошо знала, и относилась, как к внучке. Потому я и сказал:

– Анют, ты тогда заходи и ставь чайник. Я скоро приду, уже во дворе.

– Ну хорошо. Жду, красавчик! – Шутливо ответила бывшая и повесила трубку. Хотя перед тем, как сделать это, она вдруг что-то пробормотала. Я же услышал еще и какой-то резкий звук, похожий на рвущуюся бумагу.

– Что за… – Сказал я и поспешил к подъезду. Минут пять и буду уже дома. Но что за звук был? Меня это насторожило. Неужели таки воры… нет, очень сомнительно.

В квартиру я влетел, как ошпаренный, заголосив «Аня, ты где?!». В эти мгновения я пребывал в шоковом состоянии, ибо случились ровно две жутких вещи:

Аня куда-то пропала. При этом, ее обувь, темно-синие туфельки, остались у порога. Значит, она явно зашла в коридор гостиной, может сразу же прошла на кухню и включила чайник… нет, прибор был холодным. Даже воды не налила.

Эти дьявольские мониторы стояли открытыми. Кто-то содрал весь скотч, разбросав куски по комнате и порвав ткани. Аня бы такого не сделала. Она не истеричная натура, не страдала психозами. Если только воры. Но куда тогда они могли деть Анюту? И зачем?

Я предположил, что Аню могли похитить и утащить куда-то. Например, на верхние этажи. Но тогда бы я мог услышать крики. Или не мог? Я ринулся с места и затопал по лестнице, тормознув у последнего десятого этажа. Внимательно оглядел все углы и двери квартир. Осмотрел люк на чердак. Он конкретно был заварен. Утащили вниз или спрятались в другой квартире, – вот что мне подумалось. И я тогда принялся ломиться во все двери по всему подъезду. Везде закрыто, либо там жили вполне адекватные соседи, коих я знал в лицо.

Я в состоянии какой-то прострации и дергающего нервы страха спустился к вахтерше и умоляюще спросил, не могли ли выбежать из подъезда моя Аня. Может, она решила подшутить и незаметно выскользнула на улицу. И такое возможно, если вахтерша отвернулась, и Аня этим воспользовалась. Но и это я исключил, так как вахтерша – бабка опытная и звук открывающейся двери слышит, как лисичка «фенек», улавливающая звук угрозы.

Я бился в догадках, возвращаясь обратно в квартиру. Упорно не хотел верить в бесследное исчезновение Ани. Бывшая не могла просто испариться на ровном месте. Я, как безумный крот, изрыл всю квартиру, разбросав вещи, ящики стола, шкафов. Ни одной улики, кроме обуви на пороге.

И тут мои глаза остановились на мониторах. Какая-то страшная логическая мысль загоралась в мозгу, вонзаясь в нервы, как раскаленный прут.

– Не может этого быть. – Прошептал я и вздрогнул.

Мониторы качнулись с каким-то странным визгливым скрипом. Они не просто качнулись. Они повернулись ко мне, на какие-то доли миллиметра. Но я уловил это. Мне не пришлось бы даже измерять ради подтверждения сего видения, ибо зрение прекрасно фиксирует малейшее движение предметов. Так уж мы, люди, устроены. Мы, как дикие животные, во имя безопасности замечаем подозрительное движение в окружающей среде, чтобы при возможности убежать, спастись, спрятаться или дать отпор хищнику. И я определенно могу подтвердить, – мониторы сдвинулись сами по себе. Еще и в мою сторону!

Что бы сделал на моем месте нормальный человек? Разбил бы прибор, оживший по непонятным причинам. Я так бы и сделал, однако страх превратил меня в испуганного кролика, застывшего под взором волка. Что-то в душе шептало мне «Не двигайся!». И я безропотно выполнял, во имя спасения собственной жизни. Инстинкт подсказывал, что хищник нападет, если сделать резкое движение. Звучит довольно-таки тупо. Чего я так боялся? Двух мониторов? Разумная часть корпорации «я» ругалась и призывала к бою с видимым врагом. Что могут сделать мониторы? Да ничего!

Но они забрали Аню. Каким образом, мне совершенно не хотелось узнавать. Мне хотелось как-то освободиться от происходящего кошмара в виде оживших экранов.

Я медленно, преодолевая парализующий тело ужас и ощущая тяжелый взгляд экранов, очень медленно делал шажки в сторону выхода. Надо, всего-навсего, покинуть комнату. Потом взять что-нибудь покрепче и разбить к чертям собачьим мониторы. Как же мне хотелось выбраться из этих тисков. Чем активнее я пытался сократить расстояние до дверного проема, тем мощнее мониторы давили на меня. Вместо своего отражения экраны показывали глубинную тьму, настолько черную и страшную, что я не мог смотреть туда. Глаза слезились, смотря под ноги, вправо, влево, куда угодно, но только не в сторону мониторов. Нельзя, иначе я исчезну, как и Аня. Иначе окажусь в Аду, куда затащат эти демонические мониторы. Или экраны всего лишь переходные врата, открывшиеся непредвиденно и случайно? Гадать можно бесконечно. Я знаю, что никто меня не спасет, не поможет. Примут за сумасшедшего, не более того. Их правда.

Моя реальность показала мне когти, острые и вселяющие ужас. Я достиг половины пути. Мониторы стояли ко мне под тупым углом, градусов так под сто пятьдесят. Еще чуть-чуть, и экраны не будут «касаться» меня, я полностью окажусь у них за «спиной». И тогда вам конец. Я разобью вас, используя молоток, который обычно лежит у меня под ванной. Я его там оставил вместе с другими инструментами, когда делал небольшой ремонт. Молоток поможет мне избавиться от смертельной опасности…

Я застонал и непроизвольно сделал шаг назад, упершись спиной в шкаф. Мониторы, громко и отвратительно скрипя, стали поворачиваться ко мне экранами. И когда они это сделали, то я заорал, увидев то, что и погубило Анюту. Любимой мою Анюту, которую я до сих пор люблю.

Кажется, я встречусь с ней… во тьме Ада.

Железо.

Как же надоели эти соседи. Почему они весь день шумят? Постоянно верещит сигналка грузовика, говорящая о том, что тот сдает назад. Каждую минуту гремят каким-то металлическим хламом, то ли что-то перенося, перекидывая, то ли складывая куда-то с ненормальным остервенением. Они словно делают это с ненавистью. Я бы понял, если бы они делали это периодически. Но это происходит изо дня в день несколько месяцев. Без перерывов на обед или ужин. Лето давно закончилось, середина осени завоевала окружающую природу, покрыв дороги и дворы сухими желто-красными листьями. Идет снег, быстро тающий на асфальте, а соседи все не заткнутся. Они продолжают что-то бросать, ломать и чем-то грохотать. Мне это надоело так, что я не могу нормально спать. Они делают свои грязные дела даже по ночам. Даже если дела вовсе не грязные, а добродетельные. Это все равно бесит.

Я закрываю окно, а стекло подрагивает, дребезжит. Звук их стройки настолько тяжелый, что даже стеклопакет не спасает. Да и сами стены частного дома подрагивают. Я живу в частном секторе, в «избе», доставшейся мне по наследству от бабушки. До того я мучился в общаге. Не буду закидывать всех никчемными фактами о прошлом, – словом, бабуля обо мне позаботилась, подарив такую вот райскую жилплощадь с огородом. Домик хоть и гниет, сделанный из бруса почти сотню лет назад, я откладываю на постройку нового, работая на трех работах. Мне совершенно не до девушек, не до развлечений. Я, как пахарь рою землю и мечтаю о новом коттедже. Но вот мечта треснула по швам, когда соседи в пяти домах от меня начали свою долбаную строительную деятельность. Я не могу нормально отдыхать, спать. В наушниках сотрясания дома становятся некой фобией, – так и ждешь, а не обрушится ли старый дом тебе на голову.

Я пару раз ходил к ним и видел лишь высокий, метра под три, стальной листовой забор вдоль тропинки, где уже начиналась асфальтированная дорога. Ничего не видно за ограждением. Грохот при близком расстоянии в разы выше, словно они там с большой высоты роняют железо, захламляя сами себя. Затем звуки сменяются, смешиваются в какой-то вообще несуразный грохот. И это пиканье машины. Оно практически не замолкает. Грузового транспорта, отъезжающего назад, тоже нет рядом. Видимо, он у хозяев на территории. Это странно, ведь обычно сразу после выгрузки грузовики покидают строительную зону для того, чтобы их коллеги на таких громадинах въехали и выгрузили следующую партию песка, камня или раствора.

Во второй раз, посетив соседей, я приметил пик здания. Сложилось ощущение, что это верхняя часть пирамидальной крыши. Ровная, вроде бы каменная, отполированная поверхность. Не видно, чтобы там соединялись рядами элементы черепицы. Пик пирамиды гладкий, и цветом обладает серовато-синим, как обсидиан, способный отражать пасмурные тучи. На деле, обсидиан не может быть зеркальным, – это горная порода магматического типа, или вулканическое стекло. То есть, камень серовато-черный, блеклый и делает лишь острые блики, вбирая в себя весь свет. Но вот тут, пирамидальная крыша в местах, где нет атмосферного рефлекса, показывала именно обсидиановую ровную структуру, почти черную, как уголь. Солнечные грани копировали синеву небес, нисколько не стесняясь своих необычных оптических свойств. Я удивлен этому явлению. Что это за материал такой. Какой-то редкий камень? Или металл с нанонапылением? Или стекло такое? Я не инженер, поэтому лишь гадал и думал о новых технологиях, известных узкому кругу специалистов в области строительства.

Я пытался достучаться до соседей, долбя рукой по забору. У них отсутствует и звонок, и сама калитка. Мою ладошку, хлопающую по стальным листам, заглушали эти бесконечные шумы. Пытаюсь орать благим матом, а вместо собственного голоса слышу то, как неизвестный, явно тяжелый, предмет с оглушитальным грохотом сталкивается, видимо, с таким же предметом, далее лязгают чем-то и бьют, совершая быстрые ритмичные удары, раздражающие слух. Даже земля под ногами подрагивала, подтверждая то, что мне это не снится в кошмарах. Явь не радовала мой уставший розоватый мозг.

Должен же быть у соседей вход и выход! Так мне подумалось в тот раз. И я отправился обходить их территорию. Зашел за угол, и там забор растягивался до самого соседского дома. Выходило, свободны лишь две стороны, а остальные части забора граничат с огородами других жителей частного сектора. Я растерялся, размышляя, каким образом соседи покидают родное жилище и пребывают сюда. Ни одной машины у забора, а все прохожие шли мимо, не поворачивая головы в сторону меня и шумов. Я стоял один, как идиот, ожидая чего-то, непонятно чего.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.