Елизавета Соболянская
Питомец

Маша устала. Бывает такой уровень усталости, когда тебе плевать на то, что ты заходишь в квартиру в грязных ботинках. Плевать, что падаешь на постель прямо в пальто уронив рядом сумку. Главное – закрыть глаза и позволить себе наконец отключиться.

Открыла глаза Мария от восхитительного ощущения – она выспалась! Это было так необычно, восхитительно и волшебно, что девушка потянулась, и замурлыкала. По ее голове и обнаженной спине тотчас прогулялась чья – то большая, горячая ладонь и незнакомый голос произнес на незнакомом языке:

– Алан кооммо Миилли сетта! Матти, матти, Миилли! Матти, матти!

Девушка испуганно распахнула глаза и уставилась на незнакомого мужчину. Огромного, как ей показалось в первое мгновение незнакомого мужчину. Светловолосого и голубоглазого, словно викинг.

– Матти, матти, – сразу две руки обхватили Машу и затискали, как плюшевую игрушку.

– Норден! Фиис! Остари Миилли ито котта!

В круге зрения ошеломленной девушки появился еще один мужчина – такой же огромный и широкоплечий, но Темноволосый и кареглазый.

От неожиданности у Маши открылся рот, и блондин, играясь сунул в него палец. Разозлившись, девушка от души куснула наглеца. Тот зашипел, убрал руку подальше и надулся. Темноглазый шатен рассмеялся:

– Норден! Миилли умца кито котта! Айто делли!

Пока блондин демонстративно баюкал укушенную конечность, шатен присел рядом с тем, на чем лежала Маша, успокаивающе погладил ее по голове, провел по спине, уперся во что-то, похожее на плотные трусики, похлопал, как мамашка младенца, проверяя наполнение и еще раз погладив встал:

– Миилли, мита хотте, етера нужди!

Девушка почему-то поняла, что обращаются к ней. В голове что-то щелкнуло и словно издалека начали доноситься слова:

– Алан, питомец Миилли проснулась! Хорошая, хорошая Миилли! Хорошая, хорошая!

– Норден, прекрати! Оставь Миилли в покое!

– Норден! Миилли умница, я тебя предупреждал! Нас ждут!

– Миилли, мы уходим, еда на месте!

Пока все это ворочалось в голове, мужчины поднялись, прихватили какие-то мелочи, вышли из комнаты и вскоре вдалеке хлопнула дверь.

Маша полежала неподвижно еще немного, потом медленно поднялась и огляделась. Во-первых, она была голая. Почти. Только что-то типа памперсов на нижней части тела. Во-вторых, лежала конечно не в своей постели, а на большой овальной подушке украшенной бахромой с кисточками. Еще было тонкое не то одеяльце, не то пледик из мягкой тряпочки похожей на флис. Ну а в-третьих – помещение ей было абсолютно незнакомо! Девушка прекрасно помнила, что пришла с работы мучаясь жуткой головной болью, упала на кровать и… дальше темнота и крепкий сон. Может она и сейчас спит? Ой! Щипать себя больно! Значит нужно разведать обстановку, и понять, что это были за великаны, и почему они разговаривали явно на незнакомом ей языке. И откуда взялся запаздывающий перевод?

Завернувшись в плед, как в тогу, Мария двинулась обследовать территорию. Комната оказалась огромной. Ее подушка в углу очень походила на лежанку для кошки или собаки. И по размерам, и по размещению, и по виду. Комната оказалась спальней. Мужской. Две огромные кровати, в разных концах, две тумбы, два шкафа для одежды – все указывало на то, что мужчины живут здесь.

Следующим шоком стало зеркало. Самое обыкновенное, скромно висящее между шкафами так, чтобы было удобно взглянуть на себя, когда одеваешься. В нем отразилось… нечто. Маша даже взвизгнула на секунду и тут же поразилась собственному голосу. Он стал ниже, мягче и каким-то…мурлыкающим! А в зеркале отражалась смуглая встрепанная девушка с миндалевидными зелеными глазами и…длинными острыми ушками, покрытыми пушком! Под пухлыми розовыми губами прятались очень белые зубы с острыми клычками. Очень похожими на кошачьи!

В испуге девушка перевела взгляд на свои руки и вздохнула с облегчением – ногти были обычными, только чуть темноватыми. Фигура… не видно! Зеркало висело высоко, видимо в расчете на рост хозяев дома. Покрутившись, Маша крадучись двинулась дальше и вскоре нашла большое зеркало в прихожей. Мда. Особь была несомненно женская. Красивая маленькая грудь с коричневатыми сосками, тонкая талия, красивый изгиб бедра… рост остался тем же – около метра семидесяти пяти, но эти великаны ее запросто могут на руках таскать!

Никаких других странностей, кроме очень ярких глаз и непривычных ушей Мария в себе не заметила. Хвоста не было, а «памперс»… В общем она отправилась в ванную комнату, и даже ее нашла! Вот только между раковиной и унитазом стоял… лоток! С милой зелёненькой надписью, явно имя питомца или что-то вроде «для кошки»!

Пренебрежительно фыркнув, Маша сделала свои дела как положено человеку, вымыла руки, умылась, и посмотрела в памперс. Ага. Понятно. Эти дни. Ну пусть будет памперс, раз уж трусов и прокладок ей не выдали.

Следующий сюрприз ждал на кухне. Подставка с двумя мисками, украшенными той же зеленой надписью. В одной была вода, во второй что-то похожее на сухой корм.

– Нет уж, лопайте сами свои сухари! – возмутилась девушка и поискав открыла некое подобие холодильника непривычной формы и зависла. Знакомой еды не было! Никакого пластика – только бумага и листья. Ни одной пластиковой или жестяной банки – только стекло незнакомой формы с этикетками на неизвестном языке. Вздохнув, Маша вынула ближайшую емкость, всмотрелась в надпись, ощутила короткое головокружение и с удивлением прочла: «кумарис».

– И что это такое? – озадаченно спросила она вслух.

Потом аккуратно вынула пробку с металлической петелькой, принюхалась и поморщилась – явно какое-то спиртное! Что ж, придется действовать методом научного тыка! Перебрав все пакетики, коробочки и баночки, девушка нашла какую-то мясную пасту, фруктовое пюре, что-то похожее на тофу и молоко. Поела, еще раз фыркнула на «сухарики» в миске и пошла дальше осматривать жилье. Просто для того, чтобы не останавливаться и не задумываться.

Вопросы все равно кружили в ее голове, но разглядывая непривычную по дизайну технику, огромную мебель и множество книг на неизвестном языке, Маша удерживала себя от истерики. Отдельный шок вызвал взгляд за окно. Деревья с сиреневыми листьями, зеленое небо, белое солнце, ой, два! Непривычной формы техника на земле, да и сам дом… судя по тому, что можно было увидеть в окно, это был второй или третий этаж довольно большого круглого дома, обнесенного ажурной решеткой. Иногда внизу проходили великаны, пролетали птички, какие-то насекомые… Мария ощутила себя кошкой, скучающей на подоконнике в ожидании хозяев, и слезла. Пошла вновь бродить по комнатам, которых насчитала три, плюс кухня, прихожая, санузел и кладовка. Спальня с двумя кроватями, гостиная с диванами и столиками, и что-то вроде библиотеки, с рабочими столами, и специфическим ароматом мужского убежища в часы тревог. И все вокруг непривычных форм, цветов и фактур! Ну как? Как она тут очутилась?

Девушка быстро нагулялась, вернулась на подстилку, свернулась калачиком и в слезах заснула, в тайной надежде проснуться в своей квартире, на своей постели, пусть и в пальто, и в сапогах!

Увы. Разбудил ее шум – вернулись хозяева жилья. Девушка съежилась под скудным пледиком, не зная, как быть.

– Миилли, Миилли! – раздалось из прихожей.

Потом топот ног. Мужчины явно заглянули в санузел, потом на кухню, и наконец в спальню. Шатен сразу подошел к лежанке, и начал тискать девушку, как кошку. Потом повернулся к двери, и взволнованно сказал:

– Норден! Наш питомец ничего не ел и не ходил в туалет! Посмотри, какая опухшая мордочка!

Девушка вздрогнула – теперь она понимала их сразу, без задержки.

Блондин опустился рядом и начал трогать Машу по лицу, по голове, чесать за ушами, но выглядел тоже обеспокоенным:

– Я не знаю, в чем дело, Алан, говорят, первая течка проходит непросто. Может отвезем питомца к доктору?

И тут он допустил ошибку! Это самый Норден стянул с Марии пледик и… заглянул ей в «памперс», как ребенку! Реакция последовала незамедлительно – девушка размахнулась и отвесила наглецу тяжелую пощечину! И зашипела, как сердитая кошка – просто от неожиданности враз позабыла все слова.

– Тише, тише Миилли! – шатен перехватил ее и удерживал навесу подмышки, как злую кошку.

– Надо помыть и поменять штанишки, – вздохнул блондин, и два здоровенных мужика потащили Машу в ванную. Она пунцовая от стыда повисла на руках Нордена, и тихонько завыла, оплакивая свою скромность.

С нее стянули грязный «памперс», вымыли струей прохладной воды, потом намазали каким-то маслом и упаковали в свежие штанишки.

– Все! Отпускай! – скомандовал Алан, – может она и правда заболела? Тихая какая-то сегодня.

– Пойдем поедим, – решил Норден, голодно поглядывая в сторону кухни, – если Мииллли не станет лучше, съездим к врачу!

Машу до кухни несли на руках. Там посадили на мягкую низкую табуретку, и занялись своими делами. Девушка смотрела на мужчин во все глаза. Они спокойно открыли холодильник, достали продукты, принялись готовить, тихо переговариваясь и подсовывая «питомцу» какие-то кусочки. Однажды на пол плюхнулась примерно столовая ложка мясного паштета. Мария осталась на месте – во-первых ей эта штука не слишком понравилась, когда она отыскала ее в холодильнике, во-вторых – она же не кошка, есть с пола!

– Похоже Миилли все же болеет, – вздохнул Норден, – обычно она кимури на лету проглатывала.

Оба великана хмуро уставились на девушку, она же фыркнула им в ответ и отвернулась. Паштет собрали тряпкой, накрыли на стол и сели есть. Запахи были аппетитными, и Мария невольно повернулась к столу, разглядывая сервировку и блюда. Горячего хотелось. И пить тоже!

– Миилли, ну не смотри так на стол! У тебя же полная миска! – попытался одернуть Марию Алан.

– Да ладно тебе, – оборвал его Норден, и позвал: Миилли, или ко мне!

Маша осторожно спустилась с табуретки, прикрываясь руками, и волосами подошла поближе к шатену. Он ловко усадил ее на колени и начал кормить с рук. Не все ей нравилось, от чего-то девушка отворачивалась, но вот сладковатый напиток с малиновым вкусом пришелся по душе, так что она потихоньку взяла стакан и выпила весь, под насмешливым взглядом Алана.

Конечно, сытная горячая еда способствовала сонливости, так что Маша сама не заметила, как пристроилась на горячем плече шатена и задремала.

– Ну вот, нашему питомцу явно лучше. Пойдем посмотрим что-нибудь интересное, а к врачу если что и завтра съездим! – предложил Алан.

Нордена этот план явно устроил, так что мужчины переместились в просторную комнату с диванами, креслами и низкими столиками. Там Алан пощелкал пультом, вызвав на стене голопроекцию какого-то спортивного соревнования, и под шум болельщиков и комментарии, Мария уснула окончательно.

Проснулась в одиночестве на том самом диване от неуютного холодка. Ну да, окно приоткрыто. Мысленно ворча на мужиков, которые «питомца» не укрыли, потопала в спальню и попыталась устроиться на подушке для «кошечки». Холодно! Подушка скользкая! Плед короткий! Покрутившись, девушка встала, и плюнув на конспирацию подошла к кроватям. Алан и Норден спали – один на спине, вольно раскинув конечности и длинные светлые волосы. Второй – на животе, спрятав все интересное кроме роскошной спины и хм… Да-да, эти великаны спали голыми!

Словно почувствовав ее взгляд, Алан вдруг повернулся на бок и похлопал по упругому матрасу рукой:

– Миилли, иди сюда! Опять замерзла! Вот говорили нам, берите шерстяного питомца!

Маша содрогнулась – так есть еще шерстяные? Но стоять и думать было холодно, поэтому она скользнула в объятия мужчины, пригрелась и… внутри включилась мурчалка! Сама собой включилась! Блондин довольно погладил ее по спине и засопел.

Утром Марию бесцеремонно стряхнули с постели:

– Миилли! Опять шерсть! – нарочито страдая протянул Алан, стряхивая простыни.

– Это у тебя шерсть! – сонно буркнула Маша, – а у меня волосы! – и встряхнула растрепанной копной. Вообще блондинчик в чем-то был прав, надо бы причесаться!

– Еще и недовольна, негодяйка шерстяная! – громко и насмешливо отозвался Норден. – Похоже Алан ты обидел нашего питомца! Мыть будешь сам! Один!

Вспомнив о процедуре «купания», Маша вспыхнула, до корней волос, и… убежала в ванную!

– Ха, лови теперь питомца сам! – заявил обрадованный блондин, встряхивая покрывало.

– Ну и поймаю! – Норден сморщил нос, – никуда она не денется, вредина!

Между тем Мария споро сделала свои дела, вымылась сама, скинула надоевший «памперс», открыла шкафчик, вынула чистый и заколебалась. Судя по всему, «питомцы» здесь были не совсем разумными и сами таки штуки надеть не могли. Придется… Она взяла штанишки в руки, и двинулась обратно в спальню. Там подошла к Алану и ткнула ему «памперс» в руки.

– Надо же! – открыл рот блондинчик, и… сунул руку «питомцу» между ног, чтобы проверить чистоту. – Еще и помылась! Как она кран открыла?

– Да чего удивительного, – буркнул Норден, разглядывая девушку, – нам же говорили, что некоторые питомцы достигают разумности двухлетнего ребенка! А там просто ручку надо дернуть.

В общем Машу намазали маслом, одели, и потащили на кухню. Из разговоров мужчин стало понятно, что сегодня у них выходной, и они планируют сначала отвезти «питомца» к ветеринару, а потом сходить на вечеринку.

Для начала они приготовили себе обильный завтрак, и теперь уже Алан кормил «кошечку» с рук, и чесал за ушком. Потом мужчины сходили в душ, и стали собираться. Маша тихо сидела на подстилке, борясь с восхищением. Оба великана вышли из душа голыми, и не стесняясь друг друга выбирали в шкафах одежду, давая каплям воды просто высохнуть на великолепных, почти безупречных телах.

Наконец они оделись, но совсем не так, как одевались в будний день. Вместо консервативных костюмов с галстуками, Ноден и Алан натянули обтягивающие штаны – один из материала похожего на серую кожу, второй из плотной ткани с каким-то узором вдоль бокового шва. Рубашки на этот раз были яркие, воротники распахнутые, и ко всему прочему они прихватили довольно плотные куртки из той же «кожи».

Потом Норден вынул из кладовки большую корзинку с крышкой и скомандовал:

– Мииллии, гулять!

Маша сползла с пуфика, кутаясь в пледик, дошла до корзинки и со вздохом забралась внутрь. И так понятно, что «кошечку» на руках к ветеринару не повезут. Ее вынесли в колючей неудобной корзине на улицу, поставили на заднее сидение чего-то похожего на летающую тарелку, Алан сел за руль и… «тарелка» взмыла в воздух. Мария вскрикнула, а мужчины довольно переглянулись:

– Ну вот, Миилли как обычно не любит летать!

– Тебя бы в корзину посадить, так что не видно ничего, – бормотнула Маша себе под нос, и попыталась все же разглядеть хоть что-нибудь в щелочку.

– И как ей объяснить, что корзинка проницаемая и дышать в ней и так нормально? – вздохнул Норден, – опять ведь дырку сделает!

– Ну маленькая она еще, – выступил в защиту питомца блондин, – подрастет, надоест. Помнишь тетя Фирузия рассказывала, что ее питомец как подрос обленился и потолстел, даже ел лежа!

Мужчины фыркнули, а Маша надулась. Она уже поняла, что русскую речь эти великаны не понимают, а она их понимает, но говорить на их языке не может. Пока. Между тем «тарелка» пошла на снижение и вскоре они вышли возле уютного особнячка, окруженного высоким прочным забором.

Калитка отворилась по звонку. К домику вела дорожка с одной стороны, от которой располагались клетки с… «питомцами», а с другой разгуливали невиданные прежде девушкой звери голубого и молочного цвета. Девушка жалобно заскулила, когда поняла, что в клетках сидят похожие на нее существа с такими же длинными меховыми ушами, только покрытые шерстью, как шимпанзе. У некоторых особей шерсть была особенно длинная и густая, красивого пепельного или голубоватого цвета. Была парочка «лысых» экземпляров, абсолютно равнодушно взирающих на мир, и еще была… корзинка с детенышами! Похожая на манеж коробка с решетчатой стенкой, украшенной бантиками. В ней возились младенцы, на вид около двух-трех лет и постарше. Пара мальчишек лет шести пытались даже выглянуть наружу, но еще не дотягивались до верха «коробки».

– О, смотри, у Дреуса опять пополнение! – сказал Алан, тыкая в «лысого» парня, – похоже сейчас мода на лысых питомцев!

Норден ничего не ответил, он вообще на других питомцев не смотрел, только заглядывал сквозь щелки в переноску, проверяя, как себя чувствует Миилли.

Доктором оказался такой же великан, только постарше. В его усах и волосах поблескивала седина, но зеленый халат был безупречен:

– А Кеарны! Приветсвую! Привезли своего питомца на осмотр?

– Да, доктор, – Норден поставил переноску на пол, вынул Машу и усадил на металлический стол. Девушка вся сжалась – металл неприятно холодил, а волосы плоховато закрывали ее от взгляда мужчин.

– У Миилли первая течка, – несколько обеспокоенно сказал шатен, погладив девушку по спине. Она перестала есть из миски, только с рук, а сегодня вообще сама принесла штанишки и помылась!

– У питомцев такое случается при достижении половой зрелости, – успокаивающим тоном отозвался док, – вы же помните, что они могут достичь разумности двух-трехлетнего ребенка? Видимо гормоны помогли вашей питомице сделать прорыв в развитии. Ну что, укладывайте вашу Миилли на стол, сейчас посмотрим!

Как Маша не сопротивлялась, три здоровых мужика растянули ее на столе и пристегнули поперечными ремнями.

– Ух, и правда прогрессирует! – отпыхивался док, разглядывая царапины на руках. – Нусс…

Холодный датчик опустился на напряженный живот девушки, поелозил, придавил, потом прогулялся к груди, шее и пропал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.