Анастасия Лис
Дом Штеран. Гончая

Пролог

Ханна уже час неподвижно стояла, выслушивая придирки командира. Не то, чтобы было к чему придраться, ему просто нужно было спустить пар, и Ханна была для этого самой подходящей кандидатурой, попадая одновременно в четыре ненавидимые командиром группы.

Во-первых, она была аристократкой. Командир происходил из бедной семьи и достиг всего своим умом, и его бесили знатные выскочки, занимавшие посты по праву рождения. Поскольку таковых было немало, командир сразу ко всем относился предвзято.

Во-вторых, Ханна защитила звание архимага год назад, когда ей было двадцать два, поставив абсолютный рекорд по молодости присуждения звания. Сам командир был магом только второй ступени, а ему было уже сорок два. Так что в этом случае он просто завидовал и злился на себя за это недостойное чувство. Он несколько раз пытался увидеть в Ханне ценного специалиста и радоваться, но зависть всегда оказывалась сильнее.

В-третьих, Ханна формально относилась к женскому полу, а командир считал, что война исключительно мужское дело. Это предубеждение ему в основном удавалось держать под контролем, к тому же среди боевых магов женщин становилось все больше.

В-четвертых, Ханна была брюнеткой. Чем командиру насолили темноволосые люди, так и осталось для «гончей» загадкой, ответ на которую она, впрочем, не слишком стремилась получить. Ханна давно смирилась с тем, что близких отношений с командиром у них не выйдет и просто выполняла свой долг. В числе прочего, позволяя командиру разрядить на себе гнев. Ей-то все равно, а вот другие начинали злиться.

И это тоже было проблемой. Командир был непопулярной личностью в части. Настолько, что его уже несколько раз пытались устранить. Ханна всегда успевала предотвратить покушение, за что ей же, как правило, и попадало. Вот и сейчас, повод тот же, хотя командир уже полчаса как отвлекся на другие прегрешения.

Черные мушки перед глазами Ханны стали жирнее, закрывая собой едва ли не весь обзор. Токсин практически достиг пика воздействия. «Гончая» дышала размеренно и осторожно, чтобы не спровоцировать обморок. «Ведьмины» грибы были опасны не только из-за высокой ядовитости, но и сходством с деликатесными мармушками. В этот раз Ханне просто повезло, она заметила в столовой с каким злорадным предвкушением некоторые офицеры смотрели на тарелку командира. «Гончая» немедля подошла и закинула себе оттуда в рот самый подозрительный грибочек. Объяснить свой поступок Ханне, конечно, не дали, а увели в этот укромный уголок для выговора.

– Аста Штеран, – рявкнул командир, хватая ее за плечо. – Хватит меня игнорировать. Бездна, – потрясенно добавил он, ловя тело «гончей». Ханна же надеялась, что на него никто не устроит покушения, пока она в отключке. Не хотелось разочаровывать Арли.

***

Ханна очнулась с чувством, что куда-то опаздывает. Лазарет заливал полуденный свет, но даже он был не в силах сделать это место хоть сколько-нибудь радостнее. Впрочем, девушке до этого не было дела.

– Какое сегодня число? – сипло спросила она целителя, делавшего, судя по всему, плановый обход.

– Тридцать второе, – буркнул тот, сворачивая к ней. Поводил над ней ладонями, прощупывая ауру. – Вам еще все равно рано вставать, отдыхайте.

Ханна не стала спорить, а дождавшись ухода целителя, провалилась во внемирье. Учения уже начались и ее долг быть возле командира, потому как иначе он рискует оттуда не вернуться из-за несчастного случая.

Учения проходили на границе с королевством Каном. Что, конечно же, бесило их. Разведчики уже должны были узнать, не приготовили ли соседи сюрпризов, но Ханна предпочла убедиться в отсутствии таковых сама, чтобы потом уже можно было не отвлекаться от охраны. Она знала, насколько далеко могут дотянуться разведчики, как, впрочем, и гипотетические противники, поэтому исследовать начала сразу за этой чертой.

Группа из тридцати пяти людей Ханну насторожила. Для пограничников и егерей многовато, для обоза далеко от дорог. «Гончая» развеяла обычное «видение» и сплела «высотное» модифицированное. Теперь она словно бы смотрела с облака вниз на магические потоки и линии. По их искажениям можно было о многом сказать. Например, о том, что группа готовит какое-то сверхмассивное плетение. Было крайне сомнительно, что оно предназначено для управления погодой. И все же оставалась возможность ошибки, поэтому Ханна следила за ними, пока не стало ясно, что вот-вот будет завершен «огненный дождь». Само по себе заклинание не было сложным ни в создании, ни в защите от него, но нынешнее плетение накрыло бы большую территорию и перегрузило щиты однополчан Ханны.

Еще одной характерной особенностью «дождя» являлось то, что легко можно было отследить его создателя или создателей. Значит – наемники. Вероятно, нанятые даже не Каномом, королевству невыгодна сейчас конфронтация с Империей. Каном по старой недоброй традиции периодически нарушал границу и делал пакости соседям, но этим и довольствовался. Пара сотен трупов военнослужащих на шалость уже не тянула, а вот на повод к войне очень даже. Арли, Ханна точно знала, в ближайшее время вооруженных конфликтов не планировала, поэтому подобное развитие сценария необходимо было пресечь как можно раньше. Желательно, не оставив следов.

«Гончая» вышла так высоко, как только могла, и начала начитывать заклинание призыва. Искать вне мира всегда сложно, необходимы не только почти бездонный резерв, но и непоколебимая воля вкупе с бесстрашием, потому как проделывать все приходилось, падая с большой скоростью вниз. Подыскать метеороид с нужными размерами удалось не сразу, поэтому, как только он полностью проявился, пришлось сменить позицию и выйти над ним. Прицелиться так было куда сложнее, но Ханне надо было попасть только в заданный квадрат, что давало довольно приличные допуски, поэтому основные усилия девушка направила на разгон метеороида. Пока долетит до земли, все следы магического вмешательства сгорят вместе с внешним слоем.

Силы стремительно убывали. Яд «ведьминых» грибов, поражал не только тело, но и резерв, блокируя его и позволяя распоряжаться в лучшем случае третью. И Ханна давно ее исчерпала, вкладывая в заклинание жизненную энергию. Угол падения, наконец, был задан, а скорость набрана. «Гончая» создала телепорт на упреждение и влетела в него, приземлившись на мягкий ковер.

– Ханна? – донесся удивленный голос Арли.

Следующей реплики «гончая» уже не услышала, провалившись в обморок от истощения.

***

То, что Арли рядом, Ханна знала еще до того, как открыла глаза.

– Если тебе интересно, – произнесла эла главнокомандующая. – Каном активно радуется подарку Небес, такая огромная глыба метеоритного железа не каждое тысячелетие прилетает. И конечно же, трупы под этим подарком их ничуть не волнуют. Они перевели перекличку, в госслужбах убыли не было, простых подданных там быть не могло, потому что их заранее предупредили не приближаться к тому району, так что методом исключения получается – тела принадлежат чужакам, до которых королевству дела нет.

Ханна продолжила лежать с закрытыми глазами. Торопиться больше некуда, судя по звукам за окном, госпиталь находится в городе, а не в части.

– Я высоко оценила твою изобретательность, – продолжила Арли как ни в чем не бывало. – А вот твой командир, к моему удивлению, нет. И вместо того, чтобы забрать прошение о твоем переводе, он подал еще одно, с просьбой об ускорении рассмотрения первого.

«Гончая» равнодушно отметила про себя, что это, пожалуй, закономерный итог. Никто не будет терпеть рядом с собой раздражающую личность. Хотя она полагала, что командиру хватит выдержки подождать полгода и просто отказать в продлении контракта.

– Вы конфликтовали? – так и не увидев реакции, спросила Арли.

– Нет. – К командиру Ханна не чувствовала ни приязни, ни ненависти. Так что едва ли их отношения можно так трактовать.

– Что ж, – вздохнула главнокомандующая. – Вы не оставляете мне выбора. На следующие полгода я переведу тебя в другую часть. Постарайся поладить с новым командиром.

Когда через два дня Ханну представили ему, она, глядя на его радостную улыбку, отчетливо поняла – не поладят.

Глава 1

Джин устало потер лицо, смена выдалась тяжелой. Рядом понуро брела Алия, ей было паршивей всех. Она так и не смогла спасти ребенка, а ведь чтобы выиграть хоть полминуты, целитель не стала читать обезболивание, все силы бросив на остановку внутренних кровотечений. В итоге ребенок умер, корчась в агонии. Джин знал, что это терзало Алию сильнее всего, она не смогла даже облегчить последние минуты несчастному. Рядом, обнимая за плечи подругу, шла Реви. Огневик и сама выглядела не лучше.

До конца смены оставался всего лишь час и Джин от всей души надеялся, что вызовов больше не будет. Команда измотана, работать в полную силу они не способны ни физически, ни морально. Да и накопители разряжены, о собственных резервах и вовсе речи нет.

– Сат Лерхам, подойдите, пожалуйста, в столовую, – заглянул в комнату отдыха начальник отделения. Джин почувствовал тревогу, Рун Омстад никогда не являлся так рано на работу, да и к подчиненным обращался обычно куда менее формально.

– Сейчас буду, – коротко отозвался Джин, вместо столовой направляясь к душевым. Судя по всему, гости важные, нужно хотя бы ополоснуть лицо, смывая пепел пожара.

Важность гостей Джин сильно недооценил. За столом сидела, погрузившись в бумаги, сама эла главнокомандующая. Хотя служба спасения к армии никаким боком не относилась, подобный визит определенно сулил неприятности.

Адъютант, заметив вошедших, тронул начальницу за плечо, принял протянутые ему бумаги и, выходя из столовой, забрал с собой заодно и Руна. Тот покорно подчинился, бросив на Джина выразительный взгляд. Впрочем, Джин слишком устал, чтобы его расшифровывать. Поэтому просто присел напротив элы главнокомандующей.

Женщина, едва заметно улыбнувшись, откинулась на стуле, нимало не смущаясь пристального внимания. Джин не помнил точно, сколько эле главнокомандующей, но выглядела она очень молодо, что-то между двадцатью пятью и тридцатью годами. В фиолетовых глазах плескалось одобрение и веселье. Причем последнего, как показалось Джину, было больше всего.

– Поскольку представлять нас некому, – произнесла эла главнокомандующая. – Начну я. Меня зовут Арли Аста Штеран. Ее – Ханналиша Аста Штеран. Вам представляться нужды нет.

Джин только сейчас заметил на подоконнике девушку. Она сидела, согнув одну ногу в колене, другая же свободно свисала, иначе было никак, подоконник узкий. Услышав свое имя, Ханналиша повернулась к ним. У нее могли бы быть красивые теплые медовые глаза, но сейчас на Джина были обращены два безжизненных кусочка янтаря. Многим нравился янтарь, но Лерхам не мог воспринимать его иначе как окаменевшую кровь деревьев. И глаза девушки застыли так же.

«Потенциальная самоубийца», – отметил про себя Джин и хмуро посмотрел на старшую гостью, начиная догадываться, о чем пойдёт речь.

– Она в порядке, – спокойно ответила Аста Штеран на невысказанный вопрос. – И да, она наблюдается у целителя душ. Даже у двух. Я никогда не привела бы ее сюда, не будучи уверенной в ее вменяемости.

Джин скептически посмотрел на собеседницу. Он предпочитал верить своему восприятию и опыту.

– Сейчас у нее сложный период, – пояснила эла главнокомандующая. – Ханна потеряла всякий смысл жизни.

Джину просто зверски захотелось кофе. Крепкого, без сахара, с капелькой сливок. Он почти чувствовал его на языке. Желудок издал руладу, намекая, что одними фантазиями сыт не будешь. Ханналиша дернулась и пристально посмотрела на Джина.

– Извините, – поморщившись, буркнул Джин. Конечно же, высшая аристократия не привыкла к таким звукам.

Ханналиша встала с подоконника, двигаясь дергано, как сломанная заводная кукла. Кофе захотелось еще сильнее, без него усталый мозг просто отказывался принимать весь происходивший абсурд. Постояв пару секунд, словно что-то обдумывая, девушка шагнула во внезапно открывшийся портал. Дававший красное свечение. Джин потер глаза, надеясь, что те пока его не подводят.

– Это боевой телепорт, – любезно пояснила эла главнокомандующая. – Им часто пользуются у нас в роду. Думаю, Ханна скоро вернется, поэтому давайте продолжим. Я хотела бы, чтобы она поработала под вашим руководством хотя бы смен пять. После или продлим контракт, или я заберу ее, и мы больше вас не побеспокоим.

– Вы ведь понимаете, что людям с неустойчивой психикой у нас делать нечего? – прямо спросил Джин, так и не найдя тактичной формулировки вопроса.

– Она не склонна к импульсивным поступкам, – мягко улыбнулась Аста Штеран. – Вам еще выдастся возможность убедиться, что Ханна очень послушна. К тому же, разве вашей команде помощь архимага лишняя?

– Какое направление? – настороженно уточнил Джин.

– Боевая магия, – кивнула эла главнокомандующая. – Но Ханна обладает широкими знаниями и высокой степенью адаптации.

Упомянутая персона как ни в чем не бывало вышла из телепорта и брякнула на стол поднос. Негромко возмущенно звякнули фарфоровые пары, несколько капель сливок покинули молочник и наперегонки побежали по расписному боку. По столовой разнесся одуряющий запах кофе.

– Похоже мне повезло, – невесть чему обрадовалась эла главнокомандующая и собственноручно разлила кофе по чашкам. – Угощайтесь, у нас отличные повара.

Женщина едва успела отдернуть руку от места, куда в тот же миг с грохотом водрузили этажерку с закусками. Ханналиша же вернулась на подоконник, приняв ровно ту же позу. Эла главнокомандующая немедленно выбрала себе тарталетку и закинула в рот.

– Я тоже еще не завтракала, – понизив голос, призналась она, и тут же потянулась за следующей.

Джин осторожно отпил из чашечки. Черный, почти тягучий напиток с добавлением каких-то специй с первого глотка словно перешел в кровоток и с каждым ударом сердца все быстрее разносил по телу бодрость.

– Закусите, – посоветовала Аста Штеран. – Этот рецепт разбудит кого угодно, но желудок потом спасибо не скажет. Так что присоединяйтесь.

И показала пример, откусывая от миниатюрного бутерброда. Джин, смирившись с ситуацией, взял себе такой же. Но мысли его были далеки от еды.

– Где вы работали до этого? – спросил он у девушки. Та вздрогнула и повернулась к нему. Зрачки ее то расширялись, то сужались, словно она никак не могла сфокусироваться на нем.

– В триста пятьдесят первой дивизии, – с запинкой ответила она. Голос ее был хриплым, словно девушка давно им не пользовалась. – Боевым магом.

– Вы ведь понимаете, что профпереориентация будет очень сильной? – уточнил Джин.

Губы ее дрогнули, но она так ничего и не ответила. Джин отпил кофе, пристально глядя на нее и показывая, что все еще ждет ответа.

– Да, – выдавила, наконец, она. – Я готова служить.

– А у вас талант, – одобрительно улыбнулась эла главнокомандующая. – Рада, что не ошиблась в вас.

– Лестью вы ничего не добьетесь, – решительно отставил чашечку Джин. – В ее состоянии рано выходить на работу.

– Наш «говорящий с душами» так не считает, – покачала головой Аста Штеран. – И я с ним согласна. Для Ханны это возможно последний шанс выкарабкаться. Или хотя бы завершить жизнь достойно. Подождите, – предупреждающе подняла руку она. – Речь не идет о самоубийстве, и даже о той скрытой форме, когда человек ищет смерти вроде бы естественной. Ханна умирает. По разным оценкам ей осталось от полугода до года. И прежде чем мне придется отдать приказ об эвтаназии, я хотела бы, чтобы она увидела другую точку зрения на этот мир. И было бы замечательно, если бы вы смогли продемонстрировать ей, зачем пришли в эту профессию. Только пять смен, я гарантирую ее хорошее поведение.

– Почему я? – выдохнул Джин. Эла главнокомандующая, похоже, била прицельно по его болевым точкам.

– По многим причинам, – усталая усмешка промелькнула на лице Аста Штеран. – И конечно же, вы не единственный кандидат. Но только вам она принесла кофе просто потому, что для вас это было важно. Вы смогли заставить ее отвечать. Она подчиняется уже сейчас.

– А может и не подчиниться? – неприятно удивился Джин.

– О нет, – покачала головой эла главнокомандующая. – С этой стороны проблем бы не было. Я к тому, что про кофе вы и словом ведь не обмолвились. Но она уловила и принесла. Мне кажется, подобное понимание с полумысли в вашей работе должно здорово помочь.

– Могу я подумать? – сдался Джин.

– Конечно, – кивнула Аста Штеран и протянула визитку с рунами вызова ее личного зеркальца. – Мы будем ждать вашего ответа до послезавтра.

После чего открыла телепорт и ушла. А Ханналиша отчего-то медлила, бесстрастно продолжая смотреть на Джина.

– Я раздражаю? – наконец, спросила она.

Джин чувствовал, что ответ для нее отчего-то важен. Поэтому тщательно обдумал его, прежде чем сказать.

– Не вы, а обстоятельства. Поправляйтесь, с таким субтильным телосложением вам будет сложно работать.

– Хорошо, – ответила успокоившаяся девушка и тоже ушла.

Джин потер переносицу. Логика семейства Штеран определенно находилась за гранью его понимания.

***

– Что-то случилось? – осторожно уточнила мама, пододвигая младшему сыну салат.

– Опять не спасли кого-то, – проявил черствость старший, нагребая в тарелку побольше мяса.

Джин поморщился. По характеру он с братом был словно огонь и вода, а потому со взаимопониманием у них всегда были проблемы.

– Разве это повод ерничать? – холодно спросил отец. Его взгляд на жизнь находился как раз где-то посередине, поэтому в семье он был миротворцем.

– Всех не спасти, – буркнул Ир. – А Джин чуть ли не над каждой букашкой трясется, скоро нимб появится, как у святого Великого Пламени. А то и ореол благословленного.

Мама укоризненно посмотрела на старшего.

– Каждому свое, – мягко сказала она. – Кому-то спасать, а кому-то убивать, чтобы хранить мир в Империи.

Теперь поморщился Ир. Он не любил, когда ему тыкали этой стороной его профессии, хотя обычно был рад прихвастнуть, что входит в столичный спецназ «сапфировых» драконов.

– Мне хотят навязать стажера, который меня не устраивает. – Джин меланхолично ковырялся в тарелке, снова и снова прокручивая в памяти события вчерашнего утра.

– Так откажи. В чем проблема? – недоуменно посмотрел на него Ир.

– Эле главнокомандующей? – хмыкнул Джин.

Брат присвистнул, а родители переглянулись.

– Прям настолько никудышный стажер? – осторожно спросила мама. – Ты же вроде и бестолочей умудрялся обучать в специалистов.

– Я готов спорить на что угодно, что она до Бездны умна, иначе не стала бы в таком возрасте архимагом, – вздохнул Джин. – Куда сильнее меня беспокоит то, что, похоже, в погоне за званием, Ханналиша Аста Штеран перегрела мозги.

– Знакомое имя, – пробормотал, нахмурившись, отец.

– Еще бы, – воскликнул Ир. – Это же одна из самых влиятельных семей Империи. Ну ты встрял братец, таким действительно не отказывают.

Отец достал зеркальце и начал кому-то звонить.

– Что? – отозвался женский голос.

– Айна, что ты знаешь про свою кузину Ханналишу? – прямо спросил отец.

– Что случилось? – насторожился голос.

– Ее хотят определить под начало моего сына.

– Которого?

– Младшего. Джина.

– Того, что спасатель?

– Да.

– Передай мои поздравления и соболезнования. Ханна – «гончая», и чтобы не говорил Тери, она сохраняет контроль. Если твой сын сможет удержать лидерство, у него появится инструмент для спасения стольких людей, скольких пожелает.

– Мы точно говорим о девушке? – хмыкнул отец.

– Она «гончая».

– Ладно, советы по приручению будут? – зашел он с другой стороны.

– Кто передает ему Ханну?

– Эла главнокомандующая.

– Его воля – это меч и щит, кнут и пряник. Он должен стать истинным мастером. Удачи.

Отец аккуратно закрыл зеркальце и убрал обратно в карман. Все пытались уложить в голове полученную информацию. Впрочем, оказалось, что некоторые думали совсем не о том.

– Ты водишь знакомство с Аста Штеран? – не выдержал Ир.

– Я дружил еще с дедом Айны, – пожал плечами отец, явно не видя в этом ничего такого. – Так что я помню ее малышкой. Сейчас она заняла его должность и заведует лесами Альена.

– Тоже егерь? – улыбнулся Джин. Отец нынче занимал пост заместителя по межведомственным связям в егермейстерстве столичного округа. По молодости и лично патрулировал леса, гоняя браконьеров.

– Да, – взгляд отца наполнился нежностью и теплотой. – Принципиальная очень. И парней себе под стать набрала. Вот такую провинцию, как Альен, хочется всегда ставить в пример. Никаких тебе взяточников и мягкохарактерных тюфяков.

– Ну да, ну да, – ехидно покивал Ир.

– Потому что волки тоже кушать хотят, – наставительно произнес отец. – А за их рационом малышка Айна следит лично.

Охоты шутить у Ира резко поубавилось.

– Значит, Айна тоже считает, что мне стоит согласиться? – вернулся к интересующей его теме Джин.

– Она понимает, как важна твоя работа, – отец прямо посмотрел ему в глаза. – Если она считает, что эта девочка Ханна может быть тебе полезна, то почему бы не взять ее на испытательный срок?

– А никто не думает, что может у них не принято говорить плохо о своих? – встрял Ир, но был жестоко проигнорирован.

– А эта Ханна симпатичная? – спросила мама.

Джин с удивлением посмотрел на нее. Внешность последнее на что он обращал внимание в коллегах. Мама терпеливо ждала ответа. Так что пришлось честно напрячь память.

– Худая брюнетка с янтарными глазами, черты лица узкие, ухоженная, – выдал, наконец, Джин.

– Ты словно ориентировку читаешь, а не девушку описываешь, – съязвил брат. – Спросили тебя вообще не о том.

– У всех свое понимание красоты, – пожал плечами Джин. – Думаю, если она немного наберет вес, станет выглядеть привлекательнее.

– Я к тому, как Эрмина отнесется к новенькой, – тактично намекнула мама.

– Моя работа ее не касается, – как можно убедительнее сказал Джин. Все сделали вид, что поверили.

Эрмина была девушкой Джина, причем по большей части именно ее же усилиями продолжая пребывать в этом качестве. Делать ей предложение Джин тем более не торопился, чувствуя, что особой любви в ней нет, скорее привязанность. Впрочем, рвать с ней тоже не спешил, Эрмина умела отвлекать его, когда работа грозила поглотить. Мама все же опасалась, что девушка задурит голову младшему и войдет в семью. Отец этого не боялся, но Эрмине тоже был не рад. Одному только Иру она нравилась.

– Впрочем, ты сумеешь с этим разобраться, – поспешила замять тему мама и перевела разговор на недавно выведенный сорт роз, полученный в императорской оранжерее. Во имя спасения семейного обеда все сделали вид, что им безумно интересно.

***

– Теперь это твой командир, – указала рукой Арли. – Служи с честью.

Ханна церемонно склонила голову. А потом перевела взгляд на мужчину, стоявшего перед ней. В прошлый визит рассмотреть его так и не удалось. В последнее время она перестала различать лица, исключением были только близкие, остальные же шли фоном.

Джин Лерхам обладал ростом выше среднего с плотным телосложением и четко выраженной мускулатурой. Как и остальные, он был одет в комплект из плотно облегающего свитера под горло и брюк, связанных из заговоренных нитей. На вызовы поверх надевали специальные куртки, штаны и шлемы.

– Не смеем больше отнимать ваше время, – сухо произнес Джин, скрестив руки на груди. На Арли он не злился, но хотел, чтобы она побыстрее ушла.

Ханна с любопытством заглянула в глаза новому командиру. Цвет был довольно распространенным серым, такие глаза склонны менять оттенок, выдавая эмоции владельца. Коротко стриженные русые волосы, крупные черты лица, твердый подбородок, прямой нос. Наверное, его нельзя было назвать красивым с точки зрения общества, но в нем было спокойствие и надежность, что привлекали «гончую» куда больше.

– Девочки, подберите стажеру обмундирование, – попросил командир и к Ханне приблизились две девушки.

«Гончая» позволила себя увести.

– Как тебя зовут? – спросила рыжая.

Поскольку приказа поддерживать разговора не было, Ханна предпочла промолчать. Вместо этого сосредоточилась на восприятии внешности коллег, чтобы можно было отличать их от прочих безликих фигур. Рыжая была выше и крупнее подруги, с голубыми глазами и лицом, усыпанным веснушками. Брюнетка тоньше, но назвать ее хрупкой было нельзя. Вероятно, работа требовала постоянных физических нагрузок.

– Меня Реви зовут, – представилась рыжая, не дождавшись ответа. – А ее Алия. Она у нас целитель. А ты кто? Просто нам же нужно нашивку тебе еще подобрать.

И показала рукав, на котором было нашито пламя с двумя поперечными линиями под ним. У брюнетки на этом месте был лазурный шар с тремя полосками.

– Боевая магия, – коротко ответила Ханна.

Реви присвистнула.

– Такого точно на складе нет. Непопулярное, знаешь ли, направление для спасателей. А что еще умеешь?

– Универсал, – предложила вариант Ханна. Чтобы получить степень архимага, ей пришлось изучить многие дисциплины, так что против истины она не погрешила.

– С размером тоже проблемы, – виновато вздохнула Алия, рыскавшая по полкам. – Ты очень худенькая, на таких не шьют.

Ханна, пока девушки пытались что-то подобрать, успела понять систему, по которой все хранилось на складе, и сама взяла нужные вещи.

– Большевато, – поцокала языком Реви. Алия метнулась к двери, чтобы запереть ее. «Гончая» продолжила переодеваться. Служба уже началась, значит, ей надлежит быть в униформе, как и всем.

– Давай ты будешь в раздевалке это делать, – приложила руку к груди брюнетка. – У нас отдельная для женщин есть.

Ханна кивнула. Это не имело принципиального значения, можно и подчиниться, пока она не разберется в местных традициях. Кроме регламента действий, каждое сообщество формировало собственные ритуалы, которым все следовали. Можно было их и проигнорировать, ведь эта служба ненадолго, всего пять смен, но почему бы и не попытаться приспособиться.

– Пойдемте, а то Джин нас потеряет, – махнула рукой Реви.

Командир, если их и потерял, никак не дал этого понять, только недовольно прошелся взглядом по фигуре «гончей».

– Через десять дней я буду в оптимальной форме, – доложила Ханна, встав по стойке смирно. – Вещи станут как раз.

– Главное, чтобы сегодня ветром не сдуло, – хохотнул кто-то.

«Гончая» перевела взгляд на шутника. Выше Джина на полторы головы, и в полтора же раза шире, лицо из тех, про которые говорят «простое» или «деревенское», шатен, глаза голубые. Смотрит с любопытством, на рукаве нашивка земли.

– Кирид, – одернул его Джин.

– Да ладно, – добродушно отмахнулся здоровяк. – Я же ничего такого не имел в виду. Улетит – поймаем. Вон Фер уже прикидывает за какие места ловить.

Упомянутый блондин широко улыбнулся. Ханна по явно привычному для мужчины оскалу и тому, как он держится, определила, что он принадлежит к бабникам. На рукаве – ветер.

– Ханна, если Фернан будет приставать, можешь его ударить, – разрешил Джин, бросив на подчиненного строгий взгляд, от которого улыбка у того увяла.

– Лерхам не приветствует служебных романов, – шепнула стоявшая рядом Алия.

– Сохранить работоспособность? – решила уточнить Ханна, у которой вызывала большое сомнение возможность блондина достойно выдержать ее удар. Она была внекатегорийным бойцом именно потому, что на равных с ней сражаться никто не мог.

– Кхм, знаешь, лучше просто мне скажи, – вздохнул Джин, представив, похоже, воздушника со сломанной челюстью.

– Эла владеет боевыми искусствами? – мягко спросил вошедший в комнату брюнет.

– Да, Суо, эла Ханналиша Аста Штеран ими владеет в полной мере, – едва заметно улыбнулся Джин. Кажется, его позабавило замешательство блондина и здоровяка. Ханне начинало нравиться читать его эмоции, так он воспринимался полнее и ближе. – А еще она архимаг.

– Для нас честь, – легко поклонился брюнет. Судя по раскосым глазам и более плоскому, чем у остальных, лицу, предки его происходили с Ишаула.

– Раз уж все собрались и познакомились, тогда в арсенал, – скомандовал Джин.

– Только ты сам своей стажерке все объясняй и показывай, – хмыкнула Реви. – Тебе она хотя бы нормально отвечает.

Арсенал представлял из себя разбитое на четыре секции большое помещение. Судя по комплектации, каждая секция была закреплена за одной сменой. Все артефакты покоились на проводящих панелях, помогающих им аккумулировать энергию. Хотя, вероятнее всего, должны быть маги дозарядки. Самостоятельно накапливать артефакты будут долго, уж точно трех суток им не хватит. Отдельно на крючках висела рабочая верхняя одежда. Ханна успела ознакомиться с технологией их изготовления. На каждый предмет уходило не меньше месяца и труд не менее пятнадцати магов соответствующего профиля. Так что спасатели были надежно защищены от огня, воды и механических повреждений. Поэтому в основном целителям приходилось лечить им переломы и серьезные ушибы.

Ханна слегка повернула голову к открытому окну. Жужжание, пока неслышное остальным, стремительно приближалось. Судя по громкости и скорости перемещения, это было очень крупное насекомое. Даже если не ядовитое, проблем доставит немало.

Ханна сделала плавный шаг в сторону и в точно рассчитанный момент сцапала насекомое за середину тушки и раздавила его. С одной стороны кулака торчала голова с внушительными жвалами, с другой – самый конец брюшка с немного высунувшимся жалом.

– Гигантский островной шершень, – опознал насекомое Суо и благоговейно посмотрел на Ханну. – Эла в столь юном возрасте стала истинным мастером боевых единоборств?

«Гончая» не считала себя мастером, поскольку у Штеран просто отсутствовало такое понятие. Никому в голову не приходило ставить какие-то промежуточные точки на бесконечном пути самосовершенствования.

– Я внекатегорийный боец, – неохотно сказала она и перевела взгляд на Джина. Он сохранял внешнее спокойствие, но на самом деле был недоволен. – Я сделала что-то не так?

– Нет, – покачал он головой. – Такой шершень в городе способен натворить немало бед. Не нас бы ужалил, так прохожих. – Ханна с интересом наблюдала, как недовольство сменяется легкой печалью и осознанием правильности происходящего. – Но я бы попросил тебя, если есть возможность, не убивать. В природе все сбалансировано. Даже такие, на человеческий взгляд, опасные насекомые там нужны.

– Хорошо, – склонила голову «гончая», понимая, что речь сейчас не только о ее жертве.

– Не переживай, – хлопнула ее по плечу Реви. – Просто у Джина весьма сложная философия по поводу жизни и смерти. Если бы я сама не видела, как он ест мясо и раз даже зарядил одному придурку в глаз, я считала бы его травоядным пацифистом.

– Поступил вызов, – раздался голос диспетчера. – Маяк установлен.

– Ханна, иди сюда, я помогу тебе собраться, – позвал Джин, отходя к стендам.

Поскольку куда деть шершня «гончей» не сказали, она тихонечко обратила его в прах, он уже все равно мертвый, и поспешила к командиру.

***

Вызов был пограничным, из тех, когда спасатели могли помочь, а могли и штраф выписать за дерганье спасателей по пустякам. Джин всегда помогал. В конце концов котята не виноваты, что у них такие невнимательные хозяева.

Собака, услышавшая плачь из-под земли, крутилась тут же. Его хозяйка стояла вместе с владелицей дома поодаль и обе с надеждой смотрели на спасателей.

– Ханна, – позвал Джин. – Сможешь достать аккуратно?

Девушка кивнула и оценивающе посмотрела на землю примериваясь.

– Нам придется повредить вашу канализационную трубу, – обратился Лерхам к владелице дома.

Полная брюнетка только вздохнула.

– Вы уж поосторожнее, – попросила она. – Котенок редкой породы. Маленький еще совсем. Еще и Мая пропала, мама его, и остальные малыши. Он все, что у меня осталось.

Ханна присела у выбранного участка и быстро, почти неслышно начитала заклинания. Судя по всему, несколько подряд, при такой скорости Джин не мог точно сказать, что она делает.

Два «водяных клинка» ушли в землю, выбив фонтанчики грязи. «Допуск маленький», – успел подумать Лерхам, когда левитацией Ханна вытащила кусок трубы и вытряхнула себе на ладонь пищащий комочек.

– Я займусь, – тут же подскочила к Штеран Алия, забирая котенка.

– Остальных вытаскивать? – равнодушно спросила Ханна.

– Естественно. – Рука дернулась, чтобы потереть переносицу. Дурацкая привычка, которую никак не удавалось изжить. Так что недоумение пополам с раздражением пришлось подавлять силой воли.

Ханна пошла проверенным путем: «водяные клинки» и левитация. И вот она уже стряхивает остатки земли с крышки большой круглой коробки. Открыв крышку, она провела быструю диагностику состояния.

– На минус, мертв, на минус, на минус, – сообщила она.

– Я не могу стабилизировать, – отчаянно прошептала Алия, колдовавшая над первым котенком.

– Ойлоты, – сказала Ханна, опуская коробку на землю. В ней обнаружилась кошка и трое котят. Все в скверном состоянии даже на вид, словно над ними долго измывались. – Требуют видоспецифического лечения.

– Ты знаешь, как с ними работать? – тут же спросил Джин.

– Могу стабилизировать до оказания квалифицированной помощи, – предложила Штеран.

Алии даже говорить ничего не надо было. Она тут же поместила своего пациента рядом с другими котятами. Ханна сняла перчатки и поддернула рукава, обнажая запястья, на каждом из которых обнаружилось по три шрама. Речитатив, который она затянула, был на каком-то гортанно-рычащем языке. Шрамы начали кровоточить, но капли не падали, а воспаряли, выстраиваясь в какие-то знаки. Штеран по очереди коснулась всех находившихся в коробке, включая мертвого. Знаки из крови рассыпались мелким красным крошевом, которое устремилось к указанным целям.

– Как яблоки в карамели, – выразил, витавшую в воздухе мысль, Фернан, заглянув в коробку.

Кошки были покрыты тонкой оболочкой прозрачного красного цвета, матово блестевшей на свету.

– Лучше всего доставить в клинику как можно скорее. – Ханна неторопливо одернула рукава и снова надела перчатки. – Они в слишком плохом состоянии, это влияет на меня.

– В каком смысле? – насторожился Джин.

– Стабилизация идет за мой счет, – пояснила Штеран, явно не видя в этом ничего такого и крутанула кистью левой руки.

На раздавшийся взрыв все резко оглянулись. А парень, перед ногами которого дымилась воронка, наоборот, медленно повернулся к спасателям. Но не успел он и слова сказал, как его окружила сфера из стремительно вращающегося воздуха.

– Ханна? – изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, спросил Джин.

– Нетравматично изолирую, – немного наклонила голову вбок она. – Иначе он убежал бы.

Лерхам глубоко вдохнул и выдохнул, решив попозже провести лекцию о том, когда немногословность уместна, а когда нет.

– И зачем он тебе? – подтолкнул Джин стажерку к пояснению.

– Статьи тридцать восемь, восемьдесят пять и восемьдесят девять Международного соглашения об охране редких и сверхценных видов, – отрапортовала Ханна, а потом, судя по всему, что-то прочитав в глазах начальства, добавила. – Причинение вреда здоровью, а также умерщвление ойлотов карается каторгой до двадцати пяти лет. Если Ишаул, который почитает этот вид, как священный, сможет добиться экстрадиции, тогда смерть быстрая или мучительная, в зависимости от совокупности доказанных статей.

– Он не мог, – твердо заявила владелица дома. – Яник – хороший мальчик, и с Маей он всегда ладил. Вы что-то путаете девушка, мой сын не такой.

Джин только хмыкнул. Матери всегда стараются не замечать дурных привычек любимых чад, так что в этом случае был склонен верить Ханне.

– А что будем делать с видоспецифическим лечением? – печально спросила Алия, так и сидевшая на корточках возле коробки.

– Я знаю клинику, где им могут оказать помощь. – Ханна безразлично мазнула взглядом по ярящемуся в воздушной тюрьме парню и снова посмотрела на кошек.

– Это, наверное, дорого, – усомнилась хозяйка.

– Они умирают, – без обиняков заявил Джин. У него не было времени уговаривать, еще неизвестно, как это потом отразится на Ханне, а смена только началась. – Наша целительница оказалась бессильна, так что и в обычной клинике вам не помогут. Если отказываетесь, то мы снимаем стабилизацию, выражаем вам соболезнования и уходим.

– Не надо, – тут же испугалась женщина. – Я найду деньги. Как-нибудь.

Она впала в печальную глубокую задумчивость. Ханна сняла с пояса зеркальце, и едва связь установилась, быстро произнесла:

– Пять ойлотов, кошка и котята, один котенок мертв, остальные на минус, стабилизированы через кровную связь, требуется немедленное хирургическое вмешательство.

– Мы сейчас же начнем готовить операционные, – раздался звонкий девичий голос. – Но хирурга у нас только два. Если позволите, можно было бы привлечь «Рохо», у них специалисты не хуже. Так мы сможем снять стабилизацию одновременно.

– Хорошо, – согласилась Ханна. – Курьер есть?

– Можем забрать от Зеленых ворот, – предложили по ту сторону зеркальца. – У нас там стоит маяк.

– Сейчас буду.

Слова у Штеран с делом не расходились. Она подхватила коробку, и жестом создав портал, ушла. Воздушная тюрьма разрушилась, поскольку подпитывать ее стало некому.

– Вы за это ответите, – процедил парень. – Это превышение полномочий, а эту чокнутую уволят.

– И за что же? – холодно посмотрел на него Джин. – Она не причинила вам ни малейшего вреда.

– Она насильно меня удерживала, да еще и оклеветала. Думаете, я это так оставлю? – продолжал разоряться парень, угрожающе наступая на Лерхама.

– Боюсь, вам будет не до того, – вежливо улыбнулся Джин. – Лучше бы начали думать, где для себя достать адвоката.

– Ах ты… – замахнулся парень, но рука его была перехвачена.

– Нет, – сказала Ханна, возникшая из красной вспышки. Не верилось, что маленькая хрупкая девушка может спокойно удерживать мужчину в полтора раза крупнее себя. Но как бы тот ни дергал рукой, пытаясь освободиться, Штеран словно бы не замечала его усилий.

– Ты вовремя, – кивнул Джин. – Вызывать стражу или «драконов»?

– И что вы им скажете? – злорадно ухмыльнулся парень.

– Когда пытаешь кого-то, то делать это следует в изолирующих перчатках, если намерен остаться в тени, – назидательно заметила Ханна. – Но ощущения тогда не те, да? Ты ведь не хотел убивать всех, верно?

Парень завороженно уставился на пленительницу.

– Ты взял котенка на руки, – так же спокойно и размеренно продолжила она. – Он был такой маленький, беззащитный, хрупкий. Ты сжал всего лишь чуть крепче, не хотел сильно травмировать, только насладиться его писком. Но тут вмешалась кошка-мать, она укусила тебя. – Ханна свободной рукой сдвинула рукав парня и там действительно обнаружились следы укусов и царапины. – Ты испугался, выронил котенка, но вцепившаяся кошка тебя не отпускала. Тогда ты нашел что-то тяжелое и ударил ее. А потом снова и снова, пока она не перестала шевелиться. Рядом лежал котенок, а где-то попискивали остальные. Дома никого не было, у тебя еще оставалось время достаточное не только для того, чтобы спрятать улики. Поскольку рубеж все равно был пройден, ты решил поэкспериментировать. Того, что упал, ты сжимал до тех пор, пока не раздавил его. Другого…

– Хватит! – крикнула хозяйка дома. – Пожалуйста, перестаньте, вы лжете, вас там не было, так что прекратите врать.

– Мне и не надо было там находиться, – перевела на нее взгляд Ханна. – Я прочитала все по характеру повреждений ойлотов. По крови вашего сына на клыках кошки и ее когтях. По его эмоциям. Вы ведь не знали, что он садист?

– Нет, – отрицательно затрясла головой женщина. – Он добрый мальчик, кто угодно подтвердит.

– Кхм, – сказала соседка, про которую все благополучно забыли. Она же до этого момента скромно стояла в сторонке, с интересом наблюдая за разворачивающимися событиями. Пес, который услышал плач малыша в канализации, сидел у ее ног. – Точно не я. Он плохо к Юлю относился.

– Мюша, – ахнула хозяйка дома. – Он же рос на твоих глазах.

– Потому и говорю, – поморщилась соседка. – Это только тебе любовь материнская глаза застит. Все ему готова простить, даже смерть любимой Маи. Чтобы сказал бы твой отец? Я вот помню, о чем он предупреждал, когда привез Маю. А ты?

– Я должна была беречь ее пуще своей жизни, – поникла женщина.

– Может и выходят их еще, – смягчилась соседка. – Только лучше им не возвращаться в этот дом. Продай их хорошим людям, так и клинику оплатить хватит, и стервецу твоему на адвоката.

– Лучше бы ей потратить эти деньги на собственного адвоката, – равнодушно вставила Ханна. – Статья шестьдесят пять: небрежность, приведшая к гибели.

Джин заново оценил ситуацию. Парня было не жаль, а вот его мать очень даже.

– Сколько могут стоить кошки? – спросил он.

Хозяйка назвала сумму и Лерхам, едва удержался от того, чтобы не присвистнуть. Зато это позволили себе Фернан и Реви. За такие деньги можно было купить дом со всей меблировкой в респектабельном районе столицы. Клиника наверняка выставит приличный счет, но и того, что останется, хватит, чтобы, возможно, выкрутится из этой истории.

– У кого есть знакомые, которым нужны ойлоты? – спросил Джин, у него таких точно не было.

Все отрицательно замотали головами. Ханна отпустила парня только для того, чтобы опять заключить его в воздушную тюрьму. А потом снова сняла с пояса зеркальце.

– Лана, выкупи ойлотов. Они сейчас в нашей клинике, состояние на минус, но должны выжить. – Менее всего это походило на просьбу, скорее на приказ.

– Кто тот самоубийца, что отправил их туда? – рявкнули из зеркальца.

– Им займутся «алмазы», – ушла от ответа Ханна. – Деньги пойдут его матери.

– И где были ее глаза? – продолжала бушевать Лана. – Надеюсь, хоть документы у нее в порядке? Не контрабанда?

– Папа официально купил Маю, – оскорбилась женщина. – Так что да, все бумаги у меня в порядке.

– Дай ее зеркальце, – недовольно пробурчала Лана.

Ханна ожидающе посмотрела на хозяйку дома, и та засуетилась, начав проверять карманы, а потом подобрала палочку и вывела руны на грязи. Штеран, едва глянув, повторила их в воздухе, за ее пальцем оставался светящийся след, что погас спустя пару секунд.

– Ты уже вызвала «драконов»? – спросила Лана.

– Нет, – пожала плечами Ханна.

– Ставь маяк, сейчас буду.

Ханна неопределенно хмыкнула, и захлопнув зеркальце, вернула его на место. Почти тут же рядом с девушкой открылся портал.

– Это не совсем наша юрисдикция, но мы с коллегами как-нибудь договоримся, – хищно улыбнулась вышедшая оттуда брюнетка. Судя по голосу, эта была та самая Лана. Ее напарник начал внимательно оглядывать все и всех. Оба были в форме следователей «антрацитовых драконов».

– Мы можем оставить все оформление документов на них? – по внутренней связи спросил Джин у Ханны. Все шлемы команды, а также диспетчера, были оборудованы амулетом связи. Единственным неудобством было то, что обратится к кому-то одному, чтобы другие не слышали, было нельзя.

– Лана уверена, что да, – успокоила его Штеран. – Нас потом допросят.

– Ты же сказала, чтобы в клинике задокументировали все травмы? – грозно нахмурилась брюнетка.

– Да, – кивнула Ханна. – Если мертвого котенка не удастся реанимировать, вскрытие будет проходить под надзором Следовательского Корпуса.

– Просто великолепно, – пропела брюнетка, плотоядно глядя на будущего каторжника.

– Рой, возвращай нас, – скомандовал Джин диспетчеру.

***

– Вовремя вы, – выглянула из столовой сата Бараль. Нестарая еще женщина была вдовой спасателя и после его гибели нашла смысл жизни в том, чтобы заботиться о коллегах мужа. Поскольку готовила она отменно, никто не жаловался. В первое время сата порывалась все делать на общественных началах, но ее убедили, что кормить такую ораву это полноценная работа, так что все отделение скидывалось на продукты и ей на зарплату.

– Ура, завтрак. – Кирид тут же снял шлем и устремился в столовую. Никто уже даже не шутил над любовью здоровяка к еде.

– Здравствуйте, я сата Бараль, – представилась женщина, приседая в неловком реверансе перед Ханной. – Я постаралась учесть, что вы привыкли к другому. Так что, если будут какие-то пожелания к обеду, только скажите.

– Не волнуйтесь так, – улыбнулся ей Джин, поскольку Ханна опять промолчала. Нет, с ней все же придется провести разъяснительную беседу. – Раньше она служила. Офицерские пайки, конечно, получше солдатских, но до вашей стряпни им все равно далеко. Верно, Суо?

– Истинно так, – подтвердил тот.

– М-м-м, – с наслаждением протянул Кирид, уже приступивший к каше. – Не знаю, что вы добавили, но я готов теперь ее есть не только на завтрак, но и на обед, и ужин.

– Ой, ты всегда так говоришь, – хихикнула сата расслабляясь.

Остальные решили не отставать от Кирида и воздать должное блюдам. Слышалось только «передай сахар», «верни масло», «а мне чай?», несмотря на социальную разницу, команда у Джина была сработанная и общались все по-родственному просто. Хотя по манерам за столом было понятно, кто здесь аристократ, а кто нет. Алия и Фер давно уже отбросили лишние церемонии, но если в тебя это с детства вбивали, то вилка сама ложится в руку под нужным углом.

– Не нравится? – расстроенно спросила сата Бараль.

Все дружно посмотрели на Штеран, которая, не смущаясь такого внимания, продолжила механически потреблять пищу. По-другому этот процесс было назвать нельзя. Лицо равнодушное, движение равномерные, Джин даже эмпатически ничего не уловил: ни удовольствия, ни отвращения.

– Хм? – намекнул Лерхам.

– Я не чувствую вкуса, – сообщила Штеран, закончив с кашей и придвигая к себе пудинг.

– Вообще? – удивилась Алия. – И давно?

– Да. Нет. – лаконично ответила, но поймав взгляд Джина, добавила. – Мор сказал, если смогу стать полезной здесь, то меня научат заново его чувствовать.

– И есть еще что-то, чему мы должны тебя научить заново? – мягко спросил Лерхам, проклиная элу главнокомандующую, которая явно о многом умолчала.

– Еще не различаю лиц, – неохотно призналась Ханна. – Но поскольку я сильный эмпат, на работу это не влияет. И физическая выносливость полностью не восстановилась, могу поднять только полтора своих веса.

– А обычно сколько? – потрясенно посмотрела на нее Реви.

– Два-два с половиной в зависимости от условий и точки приложения.

– Представляешь, она даже тебя поднять сможет? – Фернан пихнул локтем в бок Кирида.

– Тогда лучше не думай, что она с тобой может сделать, если что, – благодушно отмахнулся Кир, оглядывая стол на предмет чем бы еще полакомиться.

Алия же только завистливо вздохнула. Что она, что Реви нормативы сдавали едва-едва. Эта мысль заставила Джина иначе посмотреть на признание Ханны. И в самом деле ведь не такие уж недостатки, тем более со временем это пройдет.

– Кушай лучше, – велел Джин. – Смена длинная, сил потребуется много.

Ханна кивнула и перехватила последнее пирожное, которое пытался утащить Кирид. Лерхам только неопределенно хмыкнул на ворчание здоровяка. Зато Джин убедился, что скорость и реакция у Штеран на высоте. Да и зрение в целом отличное.

***

Ханна, получив заслуженную выволочку от Джина за то, что не хочет общаться с коллегами, приободрилась. Он не стал бы говорить об этом, если бы не планировал ее оставить. Особенно ей понравилась та часть, где шла речь о том, что со временем коллеги начнут многое понимать из ее молчания и лаконичных ответов, но пока придется все же излагать мысль полностью. В общем, донести идею о важности взаимодействия внутри команды Джину удалось.

Новый вызов был на пожар в одном из неблагополучных районов, который входил в зону ответственности спасателей. Когда они вышли из телепорта, шестиэтажный дом уже вовсю пылал, вокруг стояли зеваки, несколько человек бегали и истерично что-то кричали.

– Реви, выиграй нам время, – скомандовал Джин. – Кир, карту.

Маг огня начала ритуал подчинения стихии. Ханна почувствовала едва заметную дрожь земли. Это уже, судя по всему, было делом рук Кирида. «Гончая» знала похожее заклинание из арсенала разведки, использующее резонанс земли. Недостатком являлось то, что живые существа так обнаружить было нельзя, поэтому следом накладывалось другое.

– Можно на карту будет нанести местоположение живых, – предложила Ханна. – Я знаю это заклинание.

– Начитывай, – согласился Джин.

Немного подумав, минимальный вес «гончая» взяла по ойлотам, вроде бы Джину важно спасение и животных, а не только людей. К тому времени, как она закончила поиск и определение, Кирид создал иллюзорную модель здания, в которую Ханна встроила маркеры жизни согласно отслеженному местоположению.

– Люди на шестом этаже заперты, – указал Джин на иллюзии чем-то заваленную лестницу, в таком уменьшении было непонятно чем конкретно.

– Можно направленно срубить дерево и пробить стену, – тут же предложила Ханна.

– Они по нему не спустятся, – с сомнением посмотрел на единственный подходящий для этого клен Фернан. – Вон сколько веток.

– Можно расчистить, – внесла коррективы «гончая», мысленно снижая планку подготовки гражданских.

– Фер, потом поставь «воздушный барьер» дополнительно, – приказал Джин. – Вы с Ханной берете на себя шестой этаж. Если быстро закончите, то еще первый. Мы с Суо начнем с пятого и пойдем вниз. Алия принимает пострадавших, пока не прибудут целители дежурного госпиталя.

«Гончая» ушла боевым телепортом к клену, не желая тратить время на передвижение. Оружием крови у Ханны была глефа, поэтому срубить дерево так, чтобы оно падало в нужном направлении, ничего не стоило. Для ускорения падения Ханна побежала по стволу к стене.

– Вот Бездна, – раздался внизу потрясенный голос Фера.

Едва ли на это требовался ответ, поэтому «гончая», осмотрев стену и вспомнив расположение маркеров, аккуратно выпилила кусок стены глефой. Внутрь, к сожалению, ронять было нельзя, пришлось потратить пару секунд, чтобы создать «липучку».

– Сейчас пойдет «вал», – предупредила Ханна по внутренней связи.

– Подожди, – попросил Фернан, и почти тут же добавил. – Можно.

Деструкция прокатилась по стволу вниз, оставляя после себя лишь тонкий слой древесного порошка и запах скошенной зелени. Но и они быстро улетучились, пока ставились «воздушные барьеры».

– Мы спасены, – просипела женщина, возникая в новообразованном выходе и надрывно кашляя.

– Дойдете сами? – уточнила Ханна на всякий случай. С ее точки зрения, если она осилила путь до сюда, то и вниз тоже сможет, но с этими гражданскими ни в чем нельзя теперь быть уверенной.

– Да, да, – закивала женщина. – Помогите сестре, на нее шкаф упал.

Ханна постаралась как можно деликатнее поменяться местами с эвакуируемой, которая застряла как раз в проходе. Наконец, ей это удалось, и она увидела маленькую задымленную комнатку, а также упомянутый шкаф.

– Что у нас тут? – Фер протиснулся сквозь дыру и огляделся.

– Приподними немного, – попросила Аста Штеран, присаживаясь рядом с пострадавшей. Была странно, что женщины не смогли справиться вдвоем, не настолько большой предмет мебели, да и выполнен из очень тонких досок.

– Достаточно, – остановила Ханна, мгновенно оценив ситуацию. В получивший зазор она вставила крутобокую вазу. – Штырь проткнул ногу, судя по всему, повреждена бедренная артерия.

– Надо позвать Алию, – нахмурился Фернан.

– Я справлюсь здесь, – покачала головой Ханна. – Можешь идти дальше. – И заметив его недоверчивый взгляд, пояснила. – Я умею оказывать первую помощь.

– Ладно, – неохотно кивнул спасатель и побежал в следующую комнату.

– Я не буду накладывать обезболивание, – предупредила Ханна пострадавшую. – Нужно чтобы вас сначала осмотрел целитель. Потерпите?

Женщина, мученически поморщившись, неохотно кивнула. «Гончая» один движением скинула шкаф, а потом так же быстро выдернула штырь. Пострадавшая взвыла и потянулась к ноге. Пришлось ее зафиксировать одной рукой, чтобы не мешала. К счастью, кровоостанавливающее заклинание можно было наложить и оставшейся свободной.

К сожалению, уточнить, как именно у спасателей эвакуируют тяжелораненых, Аста Штеран не догадалась, поэтому решила руководствоваться опытом армейским. Удобнее всего было бы тащить, перекинув через плечи, но женщина начала возмущаться, поэтому пришлось нести ее на спине, поддерживая за ноги.

Сдав, наконец, пострадавшую Алии, Ханна посмотрела на схему, которая все так же висела в воздухе. Идти пешком – непозволительная роскошь, если всех придется с такой скоростью эвакуировать, поэтому прикинув координаты, «гончая» переместилась на шестой этаж.

– Не сходится количество маркеров и выведенных людей, – доложила Алия Джину, когда отряд снова собрался вместе.

– Ханна, перепроверь, – скомандовал Лерхам.

Но шесть огоньков упрямо оставались на месте. Две группы: в четыре и в два, находились на первом этаже.

– Мы там не раз смотрели, – стиснул зубы Кирид.

– Мы с Суо закончим, – приняла решение Ханна. Она точно знала, где искать, а Суо оптимально подходил для спасения двоих.

– Идите, – кивнул Джин. – Фер, готовься, начнем, как только они вернутся.

– Есть, – отозвался воздушник.

Ханна, быстро сориентировалась в здании и кивнула Суо на одну из стен.

– Фальшь, за ним полость, – обозначила она и побежала дальше, пробьет и сам.

Вернулись они к отряду одновременно. Добыча Суо выглядела куда солиднее, ребенок и собака, а Ханна держала за хвосты четырех крыс. Самая большая была размером с крупную кошку, остальные поменьше, судя по всему, выводок.

– Я задавала поиск по массе, – пожала плечами Аста Штеран на недоуменное молчание и встряхнула крыс, которые начали очухиваться. Одна и вовсе пыталась раскачаться и укусить пленительницу.

– Хм, – сказал Джин. – Хорошо, а теперь отпусти их, помощь им точно больше не нужна.

Ханна покорно разжала руки. И проводила задумчиво взглядом сначала крыс, а потом и спасенного Суо мальчика, которого забирали подоспевшие целители. С таким она еще не сталкивалась, нужно будет посмотреть специализированную литературу. «Гончая» никогда раньше не слышала о магических крысах, а что смущало ее в ребенке Ханна никак не могла сформулировать даже для себя.

Тем временем здание накрыл купол с избирательной проницаемостью и оттуда выкачали весь воздух, отчего огонь быстро затух.

– Собираемся, – скомандовал Джин. – Здесь мы закончили. Рой, ставь нам телепорт.

***

Время на смене было строго расписано и нарушать распорядок дня разрешалось только для вызова. После завтрака и до обеда шли учебные занятия. Сегодня лекции читал Джин, хотя, как успела шепнуть Реви, к ним часто приходят профессора или разработчики артефактов, в общем, всегда есть что узнать нового.

Ханна старательно конспектировала все, что рассказывал Джин, выделяя непонятные места. Вероятнее всего, это были какие-то базовые моменты, которые объясняли еще на первых курсах Академии Спасения. Очевидно, что наверстать весь разрыв в знаниях за каких-то двадцать суток невозможно, но необходимо хотя бы продемонстрировать потенциал к обучению.

– Ханна, покажи, что успела записать, – попросил Джин, забирая ее тетрадь. – Хм, понятно. Куда лучше, чем я опасался. Ты слушала курс основы военно-полевого целительства?

– А также основы военно-инженерного дела, – склонила голову Ханна, удивленная его проницательностью.

– Суо тоже их заканчивал, – едва заметно улыбнулся Лерхам. – Выпускником Академии он стал куда позднее. Вечером будет время для самообучения, посмотришь в нашей библиотечке учебники с синей маркировкой – это основы. Как раз держим для стажеров. Продолжим. Итак, кто вспомнит три признака того, что пожар имеет магическую природу?

– Прям магическую или разожгли с помощью магии? – дотошно уточнила Реви.

– Прям магическую, – фыркнул Джин и поощряюще улыбнулся подчиненной.

Ханна философски вздохнула. Даже если бы она могла завидовать, все равно бы не стала, ей и так, как стажеру, уделяют очень много внимания по отношению к той небольшой пользе, которую она приносит. Законспектировала заодно признаки, точно пригодятся.

К обеду «гончая» обогатилась знаниями и прониклась еще большим уважением к Джину. Этот человек не переставал ее поражать, казалось, нет числа его достоинствам.

– Ханна, ты сказала, что узнала о том, что делал тот садист из косвенных улик. Ты еще и этот курс прошла? – деликатно спросила Алия.

– Нет, у меня была практика в Следовательском Корпусе Альена, – покачала головой Аста Штеран. – Плюс большой опыт общения с разными родственниками.

– А родственники тут при чем? – озадачилась Реви.

– А зачем тебе там практика? – одновременно с ней спросил Кирид.

– У всех Аста Штеран есть склонность к насилию, у отдельных представителей это перерастает в полноценный садизм. Подобные черты характера в основном держатся под контролем. Сублимирующие действия не могут быть направлены на посторонних. Даже на Вис Штеран, хотя они тренируются вместе с Аста Штеран, – исчерпывающе ответила Ханна на первый вопрос и задумалась, как понятнее объяснить второй.

– Хотя мне другое интереснее, откуда у тебя появилась глефа, которая может деревья перерубать с одного удара и куда потом делась? – ткнул в сторону Ханны ложкой Фернан.

Аста Штеран вышла из-за стола, прихватив с собой яблоко. И сотворив глефу, начала:

– Оружие крови называется так собственно из-за того, что его создают из крови призывающего. Ничья больше для этого не подходит, поскольку такое оружие не является физическим объектом в полном смысле этого слова. Это воплощение силы, воли и стремлений мага. Слой крови в моей глефе настолько тонкий, что вы не смогли бы его рассмотреть, даже если бы я разломила свое оружие для демонстрации.

Ханна подбросила яблоко и поймала его лезвием. Яблоко пару раз качнулось, но устояло. «Гончая» снова подбросила его, чтобы в следующее мгновение продемонстрировать две половинки, разделенные идеально ровным срезом.

– Как я уже говорила, глефа – это воплощение намерений, от них зависит и результат. Почти все оружие крови имеет острую кромку, но это скорее для удобства, чтобы не перестраивать мышление. Например, у Арли оружие крови – молот, но она может им наносить как дробящие удары, так и режущие.

– Молотом? – неверяще переспросил Кирид.

– Нет разницы между формами, – подтвердила Ханна и положила глефу древком на указательный палец. – Сохраняет ли оружие равновесие?

– Конечно же, – не понял вопроса Фер.

– Нет, – покачал головой Суо. – Равновесие глефы сохраняет рука ее держащая. Это ответ на вопрос почему эла Ханна здесь, а не в Следовательском Корпусе.

– К вам там «алмазные драконы», – заглянул в столовую Рой. Вся его фигура словно вопияла «что вы успели натворить?».

– Все хорошо, – успокоил его Джин. – Пригласи следователей сюда.

– Мы, собственно, уже тут, – раздалось из-за спины Роя и тот от неожиданности отскочил в сторону, пропуская в столовую двух мужчин в белой форме «алмазных» следователей.

Ханна посмотрела на них с легким удивлением. Обычно те старались не афишировать свое присутствие и одевались повседневно, а тут такая официальность.

– Меня зовут Йор Нарар, а моего напарника Мавис Баар, – представился тот, чью шевелюру уже украшала седина. – Приносим извинения за внезапное вторжение, но дело серьезное.

Раздавшийся дзиньк ознаменовал собой то, что утки на обед уже точно не будет. Ханна неторопливо оглянулась, оценивая можно ли хоть что-то спасти. Но сата Бараль уже охая выкидывала птицу в ведро для отходов. Кирид за этим следил с такой же печалью, как и Ханна.

– Я могу сходить на кухню за другой, – внесла предложение Аста Штеран. Сам по себе голод или недоедание ничего бы не значили, но ускоренная регенерация требовала прорву энергии, добывать которую сподручнее было все же из еды.

– Больше нет, – вздохнула сата Бараль.

– На общую, где я обычно ем, – пояснила Ханна.

– Не стоит тратить на это магию, – поморщился Джин, хотя его отсутствие основного блюда тоже не обрадовало.

– Боевой телепорт ее практически не расходует, – горячо заверила его «гончая». – Это же больше свойство тела, а не заклинание.

Ханна «прочитала», что Джин не очень понял принцип боевых телепортов, но, главное, поверил ей и согласен с планом, поэтому сорвалась с места даже раньше, чем он кивнул.

На кухне общего дома Штеран Ханна ориентировалась неплохо, сразу направившись к холодильному шкафу, где всегда можно было раздобыть перекус, а то и чего посущественней.

– Эла? – остановил ее удивленный возглас шеф-повара Горави. – Что-то определенное ищете? А то у нас есть и только приготовленное.

– Мы утку потеряли, – коротко описала ситуацию Ханна.

– Так, – упер руки в бока Горави. – И сколько вас?

Аста Штеран задумалась считать ли следователей, но потом решила все же приплюсовать их, на всякий случай.

– Девять.

– Утки сейчас нет, – нахмурился шеф-повар. – Есть лебедь. Как раз накануне была большая охота, так что дичины у нас сегодня в меню много. Олик, принеси корзину большую с дощечками.

Когда поваренок притащил корзину, из-за которой его видно не было, Горави начал туда быстро переставлять блюда, по ходу давая указания:

– Лебедя подогреете, а вот оленина так и должна быть охлажденной. Вепрятину копченую доведете до комнатной температуры, не перестарайтесь, пожалуйста. И салат положу из морепродуктов, я только изобрел рецепт, потом расскажите, как вам. Что еще? Ах да, вот эти пирожки с паштетом и торт, совсем маленький.

Ханна задумчиво посмотрела на торт, щедро украшенный фруктами и марципановыми фигурками, возвышающими над бортиками корзины, но возражать не стала. Мало ли кто что предпочтет. Поэтому подхватила продовольственный запас и вернулась в отделение.

***

– Кир, Фер, принесите следователям стулья, – попросил Джин, едва Ханна ушла. Было даже интересно с чем она вернется, но точно не с уткой. Не в ее стиле. Было отчего-то такое вот впечатление. – Я так понимаю, вы по поводу ойлотов. Надеюсь, мы не нарушили каких-то законов?

– Нет. – Мавис Баар благодарно кивнул Феру и присел к столу. Сата Бараль тут же поставила следователям по чашечке с чаем. – Вы у нас проходите как свидетели, так что дожидаться оперативной группы были не обязаны. Вы не против детектора лжи? – спросил он, вытаскивая из кармана маленький стеклянный шар на подставке.

– Конечно, нет, – пожал плечами Джин, скрывать им было нечего.

Седовласый Нарар, коллега Баара, отодвинул чай, водрузив вместо него массивный блокнот, и приготовился конспектировать. Вопросы следователей всю команду, мягко говоря, озадачили. Мало того что больше половины были о несущественных мелочах, так еще и спрашивали то одного, то другого.

– Ставни не белые, а розовые, – поправила появившаяся Ханна. Огромная корзина в ее руках намекала, что предчувствия Джина не подвели. – Выцвели, краска некачественная. У крыльца клумба, круглая. Между домом и крыльцом лежал труп большой птицы.

– Смерть насильственная? – оживился Нарар.

– Не смотрела. – Штеран задумчиво тасовала тарелки на столе, видимо прикидывая, как впихнуть все принесенное. – Я ее зацепила поиском.

– Мы все равно все не съедим, – остановил ее Джин. – Так что доставай птицу, остальное – на ужин.

– Ну, может еще хотя бы салат? – жалобно посмотрел на него Кирид, успевший заглянуть в корзину. – И вот еще пирожки горячие, хрустящие. Потом будет совсем не то.

– Хрустящие пирожки? – заинтересовалась Реви.

– А торт, так и быть, на ужин, – скрепя сердце, пошел на компромисс Кир. – И мясо. А оно тут разное, просто чтобы ты понимал!

Пока Кирид отстаивал расширение обеденного меню, Ханна принесла тарелки и поставила их перед следователями.

– О, спасибо, но мы уже… – начал было Баар, но был прерван на полуслове.

– Сейчас обед, – отрезала Штеран и заняла свое место за столом. – Сата Бараль, сколько мне дали, столько я и принесла. Если вас не устроит качество или количество, позднее я верну обратно.

– Не стоит, – вздохнула женщина. – Кто-то же это все готовил, старался. Было бы оскорблением отослать обратно, даже не попробовав.

– Отлично, – кивнула Ханна. – Горави просил собрать отзывы по поводу салата, новый рецепт, думаю ваше мнение, как профессионала, будет самым ценным.

Вместо ответа, сата начала сноровисто раскладывать птицу по тарелкам.

– А это кто? – потыкала в свою порцию Алия.

– Лебедь, – меланхолично пояснила Штеран, а потом ровно с той же интонацией обратилась к следователям. – Есть какие-то проблемы со сбором улик?

– Есть проблемы со жрецами Отца-Океана, прибывшими аж Ишаула и требующими выдачи святотатца. В случае отказа, грозят порвать все дипломатические отношения и чуть ли не объявить войну. – Баар ткнул вилкой в дичь так, словно перед ним был один из жрецов.

– Неудивительно, – пожал плечами Суо. – Никому не хочется лишних проблем с гневом Великой Стихии. Скоро вам пришлют официальное прошение выдачи преступника. В отличие от Империи на Ишауле религия и власть неразрывно связаны.

– Преступление произошло на нашей территории, – возразил Нарар, с интересом глядя на Суо.

– Но против жителя Ишаула, – указал «водник». – Ойлоты не продаются, их отдают в долгосрочную аренду. Поскольку аренда чаще всего на весь срок жизни животного, многие ошибочно полагают, что купили его и вольны делать все, что захотят. Что крайне опрометчиво в отношении детей Отца-Океана.

– Зачем их тогда вообще в острова отпускают? – озадачился Кирид. – Раз они такие неприкосновенные.

– Благословением надо делиться, – назидательно произнес Суо. – Вместе с ойлотом приходит удача.

– Лучше бы она пришла к нему, а не вместе с ним, – печально вздохнула Алия, припомнив маленьких пациентов.

– Однако жрецы отреагировали очень уж быстро и бурно, – не обратил на нее внимания Суо. – Такое была во времена черного культа, когда ойлотов отлавливали, чтобы принести в жертву. Согласно Писанию, Тамела встала на защиту детей Великой Стихии и повергла пришлого бога, несмотря на то что пришлось принять неисчислимые страдания. С тех пор она почитается, как покровительница острова.

– То есть они серьезно, а не играют на публику? – нахмурился Баар.

– Более чем, – кивнул «водник». – И скорее всего, пытаются предотвратить распространение проклятия Стихий на членов семьи преступника.

– Я должен был догадаться, что это для них тоже не миф, – пробормотал Баар. – Похоже все еще больше осложнилось. И все же выдавать парня нельзя. Империя выступает против смертной казни.

– Заключите его в храм Отца-Океана, вместо тюрьмы, пока идет следствие, – предложил Суо, накладывая себе салат. – А там, глядишь, умрет и вопрос снимется сам собой. Или заболеет и до конца жизни поселится в тюремном госпитале. В этом случае, кстати, от вас отстанут. Это будет считаться вынесенным приговором Высших.

– Не хотите поработать у нас внештатным сотрудником? – полушутя-полусерьезно спросил Наар. – А то наш спец по Ишаулу ничего-то оказывается толком и не знает.

– По материнской линии все в роду были жрецами, – пояснил Суо. – А по отцовской – военными. Я одинаково дорожу и старым домом и новым, так что готов прийти на помощь, если, конечно, это не пойдет во вред службе.

– Постараемся учесть, – торжественно кивнул Баар, в то время как его напарник, окончательно расслабившись, наравне с остальной командой наслаждался пирожками.

***

День шел своим чередом: команда успела обойти все намеченные дома с высоким индексом риска, осмотреть их, проверить маяки для телепортов, а также нанесли на карту самовольно возведенный сарайчик. Хоть он и не мешал, но рапорт в градостроительный комитет составить пришлось. Как объяснил Джин, если вовремя не реагировать на такое, то уже через месяц можно улицу не узнать, а то и заплутать во вроде бы знакомых местах. Поскольку Ханне никогда в жизни не доводилось плутать где-либо, она положилась на опыт командира.

Особый интерес для Ханны представляло оборудование для решения различных задач в безмагической зоне. Собственно, ей позволили только посмотреть на учения со стороны, но она все равно многое успела понять и надеялась, что в следующий раз ей уже дадут попрактиковаться. Выглядело весело.

– Обычно я спаррингую с Джином, но его как раз вызвало начальство. Не окажите мне честь, эла Ханна, стать моим противником?

«Гончая» перевела взгляд от внушительного набора различных штанг и гантелей на огороженный участок для занятий единоборствами.

– Суо, имей совесть, у вас разные весовые категории, – фыркнула Реви.

– Какое это имеет значение? – не поняла Ханна.

– Ну, как бы очевидно же за кем будет победа, – смутилась «огневик».

– Да, – кивнула Аста Штеран. – Но я могу проверить его уровень и подсказать пути для дальнейшего развития.

По удивленному молчанию Ханна поняла, что очевидное очевидно было не всем. Поэтому, как и приказал Джин, решила разъяснить свою позицию.

– Нас тренируют с рождения, спарринги начинают с трех лет. При этом оппонент определяется всегда случаем. Напротив может оказаться как малыш, так и взрослый. Это учит точнее соизмерять силу ударов, а также просчитывать ситуацию и гибче приспосабливаться к изменяющимся условиям боя.

– Что может ребенок против взрослого? – нахмурился Фер. – Как-то это нечестно.

– Детей в таких спаррингах в основном учат правильно определять уровень опасности противника. Хотя я в свое время обезвредила Сая, ударив под колено, а потом в прыжке в горло. От последнего он успел защититься, схватив меня за ногу. Я повисла вниз головой, что внушило ему ложную уверенность в моей беспомощности. Поэтому удар в паховую область стал для него неожиданностью. Тогда мне засчитали победу.

– Разве это не запрещенный удар? – спросил Фер, прочистив горло. Рассказ произвел на него сильное впечатление.

– Запрещены только смертельные приемы больше, чем в четверть силы, – покачала головой Ханна. – И то чаще всего их просто обозначают.

– Жестко у вас, – уважительно протянул Кирид.

– В бою никто не будет вас жалеть, – нахмурилась Ханна, вроде бы уловившая, что конкретно задело коллег. – А спарринги нужны именно как отработка реальных сценариев.

– Зато, думаю, ваши мальчики быстро учатся, как защитить самое дорогое, – хмыкнула Реви. – Ну что Суо, не расхотел еще драться с Ханной?

– Сильный противник – это бесценный опыт, – бесстрастно ответил тот, хотя «гончей», прекрасно был виден и его интерес, и его опасения.

– Атакуй, – предложила Аста Штеран, входя на ринг.

Коллеги, которые вместо того, чтобы заниматься на тренажерах, подтянулись поближе, Ханну не беспокоили. Она только внимательнее отслеживала траекторию атак Суо, чтобы, увлекшись, он не попал по одному из друзей. А ведь вполне мог, печально отметила «гончая». Войдя в раж, он перестал в должной степени контролировать окружающее пространство. Вот и когда Джин сказал «довольно», вздрогнул от неожиданности, не заметив прихода командира.

– Эла Ханна, вы обещали дать рекомендации, – напомнил Суо, покидая ринг.

– Ты слишком сосредоточен на противнике, – постаралась она поточнее сформулировать мысль. – Это мешает тебе использовать подворачивающие шансы. На следующем вызове посчитай всех птиц.

– То есть, вместо того чтобы работать, он воробьев считать будет? – возмутился Фер.

– Смысл как раз в том, чтобы не прерывать деятельность, – терпеливо пояснила Ханна. – Поначалу у всех плохо получается.

– То есть ты тоже считать их будешь? – первой сообразила Алия. – Тебе же надо будет проверить его.

– Конечно, – едва заметно улыбнулась Аста Штеран. – Это базовое упражнение. К тому же повышение наблюдательности поможет потом в работе.

– Главное, не перестарайтесь, – одобрил план Джин, занимая место Суо на ринге. – Остальные так и будут глазеть или все же делом займутся?

Команда тут же разбрелась по залу, все же так или иначе найдя способ наблюдать за спаррингом.

Боевые навыки Джина оказались послабее Суо, зато за счет эмпатии он всегда отслеживал всех людей в комнате. Так что в глазах Ханны оба мужчины находились примерно на одном уровне. Но подтянуть Джина можно уже сейчас, а Суо придется сначала поработать над собой.

– Ну, что скажешь? – с горящими глазами спросила Реви, пока Джин пытался отдышаться.

– Приемлемо, – флегматично отозвалась Ханна. – По стандартам Дома Штеран минимальный уровень самообороны, с таким разрешают самим выбирать совершенствоваться ли дальше или остановиться.

– Мои поздравления, капитан, – торжественно-ехидно произнесла Алия. – Вы вровень с восемнадцатилетними Штеран.

– Четырнадцатилетними, – поправила Ханна. – К этому времени завершается основное обучение, и подростки условно приравниваются к взрослым.

– Это как? – сдался Кирид, потерпевший поражение в попытке понять уклад жизни Дома Штеран.

– Они могут принимать решения так же, как и взрослые, но за ними все равно присматривают и несут за них ответственность, – пояснила Ханна. – Считается, это лучшее время для экспериментов и совершения ошибок, поэтому подростков практически ни в чем не ограничивают.

Алия и Фернан только завистливо вздохнули. Им, как аристократам, пришлось долго отстаивать право строить свою жизнь, как хочется. И то, Алию до сих пор пытались контролировать родители.

– Ханна, молодец, хорошо поработала, – провел рукой по лбу Джин, вытирая пот. – Остальные – нет. Хватить отлынивать.

И пошел подавать пример на турник. Ханна выбрала гантели и до конца часа меланхолично работала с ними, украдкой поглядывая на то, как занимается Джин.

***

– Суо, я не очень поняла загадку про равновесие, – трагическим шепотом возвестила Реви, косясь на уютно устроившуюся в кресле у окна Ханну. Лицо у Штеран было такое мечтательно-одухотворенное, что, если бы Джин лично учебник не выдавал, подумал бы, что она сентиментальный роман читает.

– Какую? – рассеянно спросил Суо, отрываясь от «Пламенного вестника», журнала настолько профессионального, что весь тираж расходился по отделениям спасателей и в центральные библиотеки провинций. – Ах, ты про глефу?

– Ну да, – закивала Реви.

Джин заметил, как остальные тоже начали подтягиваться поближе, видать, не только «огневик» была озадачена. Сам Джин предпочел бы как раз быть в этот момент где-нибудь в другом месте, он догадывался какой правильный ответ, и тот был ему не по вкусу.

– На самом деле все просто, – пожал плечами Суо. – Есть люди ведущие, а есть ведомые, есть те, кому служат, и те, кто служит. Эла Ханна всего лишь имела в виду, что не нашла человека достойного, под чьим началом хотела бы остаться.

– А здесь, получается, хочет? – бросила хитрый взгляд на Джина Реви.

– На Ишауле принято считать, что есть два типа лидеров. – «Водник» отложил журнал в сторону, поняв, что спокойно дочитать статью ему не дадут. – Первый – догоро, просто люди, находящиеся на своем месте. При этом не все начальники могут стать догоро, тут важно умение работать с людьми, вести их за собой. Второй – догоро-мо, истинные лидеры. За ними хочется следовать, им хочется служить и, если потребуется, и жизнь отдать.

– Звучит так, словно речь идет о фанатиках и их лидерах, – нахмурившись, заметил Кирид.

– В том числе, – спокойно согласился Суо. – Догоро-мо отличает харизма, воля и идея, которую они олицетворяют. Хороший верховный правитель всегда догоро-мо, хотя иногда такие люди встречаются в неожиданных местах. Даже простое знакомство с ними большая удача, а служить им и вовсе благословение Стихий.

– Звучит так, словно ты с ними даже знаком, – буркнула недовольно Реви.

– С двумя, – остался невозмутим Суо. – И еще мельком успел увидеть элу главнокомандующую. Даже это мимолетной встречи было достаточно, чтобы убедиться – слухи не врут, такого человека можно назвать догоро-мо, не боясь ошибиться.

Реви задумчиво покачалась с пятки на носок, а потом громко обратилась к Ханне:

– Тогда почему ты не стала служить эле главнокомандующей? Она же наверняка Джина во всем превосходит.

– Я ей не нужна, – ответила Штеран, не отрываясь от учебника. – Если Арли потребуются марионетки, она их получит и так.

– Такое впечатление, что ты не очень жалуешь родственницу, – протянул Фер. – Хотя не могу тебя винить, сам с родней не в ладах.

Ханна, наконец, оторвалась от книги, чтобы непонимающе посмотреть на Фернана.

– Это не вопрос отношений, просто таковы факты, – попыталась она разъяснить. – Она могла бы использовать меня, даже приспособиться со временем, но это все равно, что постоянно опираться на трость при здоровых ногах.

– То есть Джину такая подпорка необходима? – ехидно уточнила Реви.

– Джин умеет их правильно использовать, создавая конструкцию нужную ему данный момент, – парировала Ханна. – Так что речь идет скорее о разных компетенциях, чем о слабости.

Алия открыла было рот, чтобы тоже что-то спросить, но наткнулась на предупреждающий взгляд Джина и решила просто продолжать слушать. Фернан, также уловивший неодобрение начальство тем, куда зашла беседа, попытался перевести тему.

– Думаю, одной из Штеран слова о служении и верности очень близки, ведь именно этим славится ваш род, – вымученно улыбнулся он.

– Дом Штеран служит Дому Штеран, Альену и Империи. Именно в таком порядке, – поправила его Ханна.

– А как же император? – Фер выглядел совершенно сбитым с толку.

– Присяга приносится не личности, а Империи, – Ханна явно потеряла интерес к разговору и все чаще заглядывала в учебник. – Императорский Дом обеспечивает стабильность и процветание, поэтому он всегда может рассчитывать на Дом Штеран. Это взаимовыгодные отношения.

– Вот как, – неловко улыбнулся Фернан. – Не знал.

Суо только фыркнул. Джин подумал, что «водник» и в этот раз услышал в словах Ханны больше, чем остальные. Если бы Суо не был давно женат, то Лерхам бы сказал, что из них получилась бы прекрасная пара, понимающая друг друга с полуслова. Тряхнув головой, чтобы оттуда убрались всякие глупости, Джин вернулся к отчетам.

***

Новый вызов поступил ближе к полуночи, когда отбой давно прозвучал и бодрствовал согласно очередности только Кирид. Пока все быстро собирались, Рой кратко ввел их в курс дела, чтобы можно было отобрать нужное оборудование. Утонули, или почти утонули, два парня, оба пьяные.

Телепорт вывел спасателей на берег реки, по которому металась полураздетая девица и что-то нечленораздельно кричала.

– Суо, Ханна, – скомандовал Джин. Этой парочке не нужно было даже ничего больше говорить, они мгновенно сорвались с места и вскоре уже скрылись под водой.

– Реви, свет. Алия, я беру первого, ты второго, – продолжил раздавать распоряжения Лерхам. – Фер, Кир, будьте наготове, поможете дотащить пострадавших.

Над берегом реки повис рой «светлячков», давая ровное освещение почти без теней.

– Вы же спасете их? – кинулась к Джину девица, которая только сейчас их, похоже, заметила. Лерхам невольно отступил на шаг, от девицы шибало сивушным духом сильнее, чем из дверей низкопробной забегаловки.

Ответить он не успел, поскольку рядом с ревом открылся зеленый с красными сполохами портал, откуда вырвались вал речной воды, Ханна и тело, которое она поддерживала. Портал тут же схлопнулся. Штеран бросила спасенного и снова побежала к реке.

В первую очередь Лерхам проверил пульс у парня. Отсутствовал. Плохо, но ожидаемо. Джин положил пострадавшего животом на свое колено и заклинанием начал выводить лишнюю воду из легких, так было быстрее. Потом положил парня на спину и как можно точнее поместил ладонь над сердцем, теперь надо было запустить его. На заднем плане что-то происходило, но целительство давалось Лерхаму и так непросто, чтобы обращать внимание еще и на это. Сердце пациента забилось ровно, а вот легкие не запустились. Пришлось по старинке делать искусственное дыхание, по капле вливая магию.

– А-а-а, – заорал очнувшийся и задышавший парень.

«Перестарался», – подумал Джин, все плавно покачивалось. В себя его привел донесший откуда-то слева звонкий звук пощечины. Посмотрев в ту сторону, увидел потирающую щеку девицу и Ханну что-то тихо ей выговаривающую. Сил чему-либо удивляться уже не было. Джин с трудом повернул голову и увидел, как над вторым колдует Алия. Судя по ее спокойному, сосредоточенному лицу, пациент будет жить, даже если не хочет.

– Я могу поделиться силой, – Ханна присела на корточки рядом с Джином. С ее волос до сих пор капала вода, а мокрые свитер с брюками неприлично плотно облегали тело. Реви воспользовалась тем, что Ханна хоть сколько-нибудь сидит неподвижно, и высушила ее. – Но она специфична, может быть неприятно.

– Давай, – согласился Лерхам. Неприятно можно и перетерпеть, капитану непозволительно разлеживаться во время проведения операции по спасению.

Рот его тут же наполнился противным металлическим вкусом крови. Зато голова разом прошла, да и в теле появилась легкость.

– «Бездна» без печати, – кивнула Ханна на исцеленного Джином парня. Тот сидел неподалеку, настороженно зыркая по сторонам. Сухой, поскольку Реви и до него успела добраться. «Бездной» называли людей, у которых энергия в теле не задерживалась. Чтобы нормально жить им приходилось или таскать при себе постоянно блокирующие амулеты, или делать печати-татуировки. Если не быть аккуратными, такие люди вполне могли высосать резерв у любого мага. На счастье последних, подобная мутация встречалась редко, да и до взрослого возраста мало кто доживал.

– Извините, – буркнул парень. – Амулет, похоже, в реке остался.

– Ясно, – кивнул Джин. Рой уже должен был вызвать стражу. Это было обычной практикой, пострадавших и свидетельницу опросят, если сочтут, что ничего подозрительного нет, отпустят домой, если же что-то привлечет их внимание, передадут дело «антрацитовым» следователям.

Стон второго парня, возвестил, что сегодня спасатели никого не потеряли, и это определенно радовало.

***

Идя рядом с Майром Ортом, капитаном меняющей их команды, Джин радовался, что остаток ночи прошел без происшествий и осталось только сдать смену. Обе команды уже должны были собраться в церемониальном зале, так что Лерхам невольно все ускорял шаги.

– Не терпится на выходной? – добродушно подначил его Орт.

– Не в этом дело, – хмуро бросил Джин, в груди которого поселилось предчувствие скорой беды.

Когда оба капитана вошли в зал, Лерхам понял, что немного опоздал. Ханна удерживала в болевом захвате Ритара Блана, того еще бабника.

– Немедленно брось, – рявкнул Джин, чьи опасения обрели зримую форму.

Ханна послушно разжала руки, роняя противника на пол, а потом даже убрала их за спину, виновато потупившись. Лерхам только вздохнул, злился он вовсе не на нее, скорее на себя. Ведь видел же, что Штеран не нравится, когда к ней прикасаются. Когда Фер вчера, забывшись, начал осыпать ее комплиментами, она обдала таким холодом, к счастью, в переносном смысле, что ловелас быстро догадался, стоит пойти поискать другой объект для оттачивания навыков.

– Девушка, вы не могли бы не использовать приемы на коллегах? – крайне неодобрительно спросил Орт.

– Только если коллеги будут вести себя вежливо и перестанут распускать руки, – отрезал Джин.

– Да, пусть радуется, что его в окно не выкинули, – поддержала отчего-то довольная Реви.

– Это неприлично лезть с поцелуями к незнакомым девушкам, – добавила Алия.

– Я только ручку, в качестве приветствия, – буркнул Блан, не торопясь вставать с пола и опасливо косясь на Суо. Тот выглядел так, словно прикидывал с какой части начать разделку нечестивца.

Джин потер переносицу. Судя по эмоциям Реви и Алии, этот неугомонный тип и к ним приставал. Может не сейчас, но жизнь попортить успел.

– Ханна, если Ритар Блан еще когда-либо проявит неуважение к тебе или другой девушке нашей команды, разрешаю принять нетравматичные меры по перевоспитанию, – велел он.

– Лерхам, а ты не много на себя берешь? – зло прищурился Орт.

– Судя по всему, даже мало, – скрестил руки на груди Джин. – Если ты не в силах объяснить своему подчиненному, как не стоит поступать по отношению к коллегам женского пола, то этим займемся мы.

– Что-то случилось? – В зал вошел Рун Омстад. Начальник отделения бережно нес чашу с неугасимым огнем. Спасательная служба столицы традиционно находилась под защитой Великого Пламени, так что все церемонии, так или иначе, касались этой стихии. – Эла Аста Штеран, как вам работалось, не слишком устали?

– Аста Штеран? – Глаза Блана округлились, а сам он поспешно встал, и отвесив короткий поклон, отошел в сторону.

– Благодарю вас, – слегка качнула головой Ханна. – Я прекрасно провела время и, конечно же, ничуть не устала.

– Да? – удивился Омстад. – Обычно стажеры к утру с ног валятся, даже если смена спокойная была.

– По сравнению с равноденными военными играми Штеран, нагрузка несущественна, – покачала головой Ханна, бросая почему-то вопросительные взгляды на Джина.

– Значит у тебя достаточно сил, чтобы систематизировать список, – сказал Лерхам, подходя к Ханне. Ночью девушка составила по его просьбе перечень всех известных ей заклинаний, явно переоценив знания Джина, поскольку никаких примечаний сделать не догадалась. Так что пришлось покаяться в собственном несовершенстве и попросить разбить их по стихиям и сферам применения.

– Будет сделано, – едва заметно улыбнулась Ханна, явно успокоенная.

Вопрос только, чем успокоенная? Джин повернулся к Омстаду:

– Давайте начинать.

Тот согласно кивнул. Обе команды быстро построились друг напротив друга. Лерхам забрал чашу у Руна и торжественно передал Орту, как знак того, что теперь защита участка переходит к нему и его подчиненным.

– Ханна, пойдем переодеваться, – потянула ее за собой Реви, едва закончилась торжественная часть.

Джин отметил, что к прикосновениям девушек Штеран относится спокойно. Что наводило на некоторые мысли. Которые, впрочем, друг с другом не согласовывались, так что Лерхам пока выкинул их из головы, до появления новых фактов.

Глава 2

К вечеру, когда Джин успел не только проснуться, но и поужинать, в гости неожиданно зашел его отец.

– Неужели настолько любопытно? – усмехнулся Джин, впуская его в квартиру.

– Ты так описал свою стажерку в тот раз, что должен был предвидеть мой приход, – фыркнул отец, устраиваясь в кресле в гостиной.

Квартиру Джин снимал скромную, состоящую всего из трех комнат: спальни, кухни и гостиной. Еще была настолько крошечная прихожая, что ее за комнату не считала даже квартирная хозяйка.

– Эрмина никак не уговорит тебя переехать? – отец лениво поглядывал по сторонам, тактично не замечая пыли, которую сын опять забыл убрать.

– Одному мне места больше и не нужно, – раздраженно дернул плечом Джин. У него всегда портилось настроение, как только речь заходила об этом. Если подумать, то оно портилось почти из-за всех вещей, так или иначе, связанных с Эрминой. – К тому же я пока не определился, купить ли квартиру или сразу дом. Если еще немного подкопить, то можно будет позволить себе более благополучный район.

Отец только хмыкнул. Ну да, если бы Джину нужна была респектабельность, то он бы и снимал жилье ближе к центру, а не по соседству с работой, как сейчас.

– Будешь чай? – Джин предпочел уйти на кухню, нежели продолжать разговор на данную тему. – Недавно меня нашла одна женщина, сказала – мы спасли ее дочь, сунула мешочек с чаем и сбежала. Так что отказаться не получилось. Я уже пробовал, довольно оригинальное сочетание трав, тебе должно понравится.

– Давай, – громко согласился отец, не покидая облюбованного кресла. Дождавшись большой пузатой кружки, из которой всегда пил чай, оказываясь в гостях у сына, вернулся к цели визита. – Ну и как стажерка?

– Весьма неплохо, – Джин сосредоточенно смотрел в свою чашку, словно в янтарном напитке были ответы на все вопросы. – Она как маг на голову, а то и две, выше нас всех, не говоря уже о том, что в спарринге играючи победила меня и Суо. Быстро соображает, отсутствие профильного образования компенсирует творческой переработкой имеющихся компетенций.

– Если слушать только слова, то просто сокровище, а не стажер, – усмехнулся отец. – А вот по интонациям – скорее стихийное бедствие.

– Ей ведь на самом деле все равно убивать людей или спасать, – Джин поставил чашку на стол и зажал переносицу. – Причиняет ли она боль кому-то или спасает из огня, эмоциональный фон говорит о равной сосредоточенности.

– Не всем быть такими идейными, как тебе, – философски заметил отец.

– Есть и другая проблема, – говорить об этом Джину не хотелось, но ему нужен был совет. – Она проявляет ненормальную привязанность ко мне. Мы знакомы всего сутки, слишком быстро. Причем это не любовь, или хотя бы влюбленность, скорее ближе к поклонению.

– Тебя нервирует поклонница? – приподнял в удивлении брови отец.

– Меня нервирует та легкость, с которой молодой архимаг, который даст фору любому бойцу спецназа, ставит себя в зависимое положение, отказываясь от собственного мнения и достоинства, – отчеканил Джин. – А если точнее, меня это бесит, потому что я вижу, что, общаясь с другими, она ведет себя сообразно положению, не играет на публику, а именно ощущает на равных или выше. Так откуда взялась эта болезненная зависимость от меня?

– Ханне подобный вопрос ты, конечно же, задать не сможешь? – прозорливо догадался отец. – Тогда спроси ту, кто тебе подарочек подкинул.

– А элу главнокомандующую, думаешь, я о таком спросить смогу? – фыркнул Джин.

– Тебе в любом случае придется набраться мужества, – пожал плечами отец. – Или поговорить откровенно, или отказаться от Ханны без объяснения причин. Работать с ней так, ты явно не сможешь.

– Да уж, – вздохнул Джин. – Она даже как эмпат сильнее меня.

Отец только отсалютовал ему кружкой. Из спальни раздался нежный перезвон колокольчиков.

– Кто это может быть? – озадачился Джин поднимаясь.

– Ответ на все твои вопросы? – усмехнулся отец.

Джин только отмахнулся и ушел за зеркальцем. Приняв вызов, он с некоторым изумлением увидел элу главнокомандующую. Хотя едва ли стоило удивляться, что у нее есть руны вызова, которые Джин ей не давал.

– Чем обязан? – наконец, спросил он.

– Расслабьтесь, – рассмеялась Аста Штеран. – Я всего лишь хотела поинтересоваться, как прошла первая смена Ханны. Появились ли у вас вопросы или, может быть, что-то не устраивает?

Лерхам задумчиво посмотрел на собеседницу. Если и пользоваться советом отца, то сейчас. Поэтому он глубоко вдохнул, выдохнул и почти дословно выдал ту же тираду, что и отцу.

– Я понимаю, – кивнула она. – Не помните, вам в детстве рассказывали о легендарном мече Янгиле, который обрел разум?

– Как и всем, – пожал плечами Джин. О Янгиле был целый цикл легенд, ведь меч, в отличие от его хозяев, был вечен.

– Ваша проблема в том, что вы смотрите на Ханну, как на девушку и элу из высокородной семьи. Но если немного изменить угол зрения и относится к ней как к легендарному мечу, то все значительно упростится, так ведь? Разве вас смущало бы, что вас любит и слушается Янгил?

Сначала Джин не мог поверить услышанному, потому что разве можно всерьез предлагать относится к человеку, как к оружию?

– Она ведь ваша родственница, как вы можете так с ней? – спросил, начиная злиться, Лерхам.

– У нас есть причины, – едва заметно улыбнулась эла главнокомандующая, чем еще больше взбесила Джина. – Подумайте над моим предложением, потому что вы нас устраиваете, и мы хотели бы оставить Ханну у вас насовсем.

Лерхам почувствовал, что еще немного и выскажет все, что думает. Поэтому скомкано попрощался и захлопнул зеркальце.

– Ты слышал? – проворчал он, с досадой кидая ни в чем не повинный артефакт на кровать.

– Да, – согласился, ничуть не смущаясь, отец. Он стоял на пороге спальни, весело глядя на сына. – Интересная у них позиция.

– Интересная? – взорвался Джин. – Бесчеловечная скорее. Они ведь и воспитывали Ханну, почти наверняка, закладывая в ее голову мысль, что она всего лишь инструмент. Неудивительно, что она стала странной, с такими-то родственничками.

– Ты слишком остро реагируешь, – неодобрительно посмотрел на него отец. – Успокойся. От твоей злости лучше никому не станет. К тому же совет элы главнокомандующей не так уж и плох. Ханна уже взрослая, ты не можешь изменить ее, только свое к ней отношение.

– Не смогу? – прищурился Джин. – Это мы еще посмотрим. Я докажу, что они ошибались, заставлю их признать ее.

– Чтобы Аста Штеран признали ее как личность, надо чтобы она сама для начала признала себя таковой, – заметил отец.

– Это, пожалуй, будет самым сложным, – кивнул Джин.

– А что будет простым? – заинтересовался отец.

– Ее карьера, – предвкушающе улыбнулся Лерхам. – Через год ее начнут сманивать у нас другие отделения, через два – она станет известной всем спасателем, через пять – заслужит звание героя Империи.

– Амбициозно, – оценил отец.

– Ее сила и подготовка вполне это позволяют, – отрезал Джин.

– Что ж, время покажет, – пожал плечами отец. Он-то точно знал, как часто вроде бы продуманные планы рушатся из-за новых обстоятельств.

– Время покажет, – согласился Джин.

***

– Ты видел, как он разозлился? – мурлыкнула Арли, с умилением глядя на зеркальце.

– Нет, но слышал, – хмыкнул Сет, стоявший неподалеку. Больше никого в кабинете главнокомандующей не было. – Значит, все прошло по плану?

– К счастью, да. Скажи Айне, чтобы впредь согласовывала информацию, которую можно передать семейству Лерхам. Не хотелось бы, чтобы Джин отказался от сотрудничества испугавшись.

– Ты уверена, что он подходит? – с сомнением протянул Сетфин.

– Надо полагать, ты еще не общался с Ханной, – рассмеялась Арли, расслабленно откидываясь в кресле. – Я капитулировала через десять минут ее хвалебных од Лерхаму. Так что велела ей начать вести дневник. Презанятнейшее чтиво. Особенно меня заинтересовали крысы.

– Что? – удивился Сет.

– Крысы, – повторила Арли. – То ли созданные магией, то ли наделенные какими-то магическими свойствами. Ханна не успела разобраться, ей приказали их отпустить.

– Зачем? – нахмурился Сетфин. – Разве не логичнее было бы их сначала изучить?

– Потому что Ханна не догадалась сказать об этой особенности своему командиру. Она еще только подстраивается под него, ошибки неизбежны. Но раз уж несостоявшиеся подопытные сбежали, я отправила одного из своих людей навестить в госпитале мальчика, которого спасатели вытащили из-за фальшь-стены. Ты много знаешь детей, при пожаре прячущихся в тайники, которые нельзя открыть изнутри?

– И что с ребенком? – насторожился Сет.

– Исчез, – посмотрела на него Арли. – В госпитале уверены, что его забрал отец, но никаких записей нет. Да и образ этого «отца» в памяти весьма размыт. Так что я передала записи Ханны, а также все, что удалось собрать моему человеку «алмазным» и «сапфировым» драконам. Сами пускай делят как хотят.

– Судьба у нее, что ли, такая, находить неприятности в спокойном месте? – пробормотал Сет.

– Не волнуйся, Ханна теперь в хороших руках, за ней присмотрят.

– Ты была в этом уверена и с предыдущими командирами, – язвительно напомнил Сетфин.

– Ошиблась я только со вторым, – поморщилась Арли. – А с первым так и задумывалось. Ему нужна была незаметная охрана, пока внутренняя безопасность заканчивала проводить расследование, а мне, чтобы потом можно было сыграть на контрасте. Что я, собственно, и сделала. Кто же знал, что его так совесть заест, что он рапорт о переводе Ханны подаст.

– Совесть? – изумился Сет.

– Он хороший офицер, – криво улыбнулась Арли. – И понимал, что поступает несправедливо, а когда получил подтверждение, что Ханна спасла его от нескольких покушений – это стало последней каплей. Хотя нет, действительно последней был ее героический поступок, когда она, рискуя сдохнуть от перенапряжения, прибила отряд наемников. Так что теперь бедняга проходит курс лечения у целителя душ, чтобы избавиться от своих предубеждений и фобий.

– Похвально, – протянул скептически Сет.

– Лучше поздно, чем никогда, – развела руками Арли. – А вот со вторым действительно промашка вышла. Только еще понять бы в чем. Все ведь утверждали, что отношения между ними были идеальными до самого последнего момента.

– Да-да, именно поэтому она избила его так, что ему реанимация понадобилась. Из любви и уважения. И поэтому же потом называла не иначе, чем презренный червяк, – ехидно прокомментировал Сетфин.

– Это вообще единственное, что она потом говорила, – с досадой бросила Арли. – Я так и не в курсе, что между ними произошло.

– Мор знает, – подсказал Сет.

– Конечно, знает, но не скажет, – фыркнула Арли. – Полагает, что по большому счету это не имеет значения.

– Если не учитывать того, что Ханна после этого ушла в такую депрессию, что я думал – умрет раньше времени.

– И все же Мор полагает, что презренный червяк имеет весьма косвенное отношение к ухудшению ее состояния, а потому и возиться с ним смысла нет. Лучше скажи мне, ты выполнил мое поручение?

– Да, – вздохнул Сет. – Но мне кажется, ты строишь слишком долгосрочные планы. Лерхам все еще может отказаться от Ханны.

Главнокомандующая звонко рассмеялась, а потом вытирая выступившие от смеха слезы, сказала:

– Никогда. Я тебя уверяю, он теперь все сделает, чтобы вывести ее из-под нашей опеки. Ох, а это ведь я еще не сказала ему, что она юридически только частично дееспособна, согласно законам Альена. Вот он взбесится. Так что информацию даем строго дозировано, а то или сбежит, или объявит нам священную войну, как олицетворению зла, – она опять рассмеялась, а потом, всхлипывая, добавила. – Впрочем, я начинаю склоняться к последнему.

***

Джин как раз думал, не опоздают ли девушки его отряда к церемонии передачи смены, когда увидел их вместе около столовой. Из обрывка разговора, который он успел услышать, пока подходил ближе, Реви и Алия восхищались нарядом Ханны. Джин же только равнодушно отметил, что Штеран, к счастью, не поддалась этой моде носить штаны в повседневной жизни. Ее синяя струящая юбка скромно закрывала ноги до лодыжек, ниже были кожаные сапожки на небольшом каблучке. Сверху радовала глаз рубашка, застегнутая на все пуговицы, единственным украшением которой была камея, приколотая у горла. Завершал ансамбль пиджак в тон юбке. В общем, скромно, опрятно, со вкусом. Поскольку мнение Джина никто не спрашивать, озвучивать его он не стал. Вместо этого выразительно посмотрел на огромную корзину в руках Ханны.

– Доброе утро! – поздоровалась девушка.

– Доброе, – согласился Лерхам. – Если будешь постоянно приносить еду, сата Бараль может обидеться.

– Это продукты, – покачала головой Ханна. – Горави велел их передать. Думаю, он беспокоится, что сата Бараль еще не скорректировала количество закупаемых ингредиентов. Пока я под ускорением регенерации, я ем значительно больше.

– Как Кирид, что ли? – протянула Реви, уважительно оценивая на объем корзины.

– Его порция подходит мне разве что в обычное время, – пожала плечами Ханна.

– Надо же, а с виду такая маленькая, – неопределенно хмыкнула Реви.

– У меня быстрый метаболизм. – Ханна иначе перехватила корзину. Было не похоже, что ей тяжело, скорее неудобно из-за габаритов.

– Ты выглядишь вполне здоровой, – прищурившись, авторитетно постановила Алия.

– Конечно, – удивленно на нее посмотрела Штеран.

А вот Джин почувствовал себя дураком. Действительно, вполне естественно, что Ханна абсолютна здорова, иначе бы ее не взяли на работу, несмотря на протекцию элы главнокомандующей. Но тогда получалось, что ему солгали.

– Что-то не так? – осторожно спросила Ханна, уловившая его настроение.

– Ничуть, – криво улыбнулся Джин. – Я рад, что тебя вылечили и через полгода ты не умрешь.

– На сегодняшний день оценочный срок теперь составляет восемь месяцев, – Ханна, похоже, действительно не понимала, почему он злится и старалась отвечать аккуратно.

– И что случится потом? – приподняла брови Алия. Ей, как целителю, должно быть еще сложнее было в этом разобраться.

– Потом с высокой вероятностью я умру, – охотно пояснила Штеран.

– Но ты здорова, – указала на очевидное Алия. – Нет даже никаких предрасположенностей к болезням.

– Это врожденное несовершенство души и разума. Если исправить это не удастся, я сойду с ума и меня уничтожат, чтобы избежать большого ущерба, – терпеливо ответила Ханна и снова перехватила корзину поудобнее, явно намекая, что с беседой пора завязывать.

– И ты так спокойно об этом говоришь?! – рявкнула, не сдержавшись, Реви

– Я не боюсь смерти. К тому же делается все, чтобы это предотвратить. – Штеран укоризненно посмотрела на коллег. – Может мы закончим на этом? Нам еще переодеться надо успеть до церемонии.

– И очень быстро, – добавил Джин, которому стало стыдно за свои подозрения в адрес элы главнокомандующей.

***

Осеннее полуденное солнце мягко грело двоих стоявших на крыше отделения и наблюдавших, как остальная команда преодолевает полосу препятствий.

– Что ты о ней думаешь? – спросил Джин.

– Эла Ханна очень талантлива, – удовлетворенно кивнул Суо, глядя, как Штеран спокойно стоит на узкой кромке высокого щита, через который обычно перебирались по приставной лестнице. Она же разбежалась и взлетела достаточно высоко, чтобы зацепиться кончиками пальцев до верха, чего вполне хватило чтобы подтянуться и утвердиться на высоте. – Думаю, где-то через полгода, максимум месяцев восемь, она сменит меня на посту твоего заместителя. К этому моменту она уже подтянет теорию, наберется опыта и проявит лидерские способности.

– Хм? – Хотя Джин доверял мнению Суо, но последнее заявление было уж больно неожиданным.

– Я понимаю, почему ты не веришь мне, – едва заметно улыбнулся ишаулец. – Пусть моя наблюдательность, как бойца, недостаточно хороша, я все еще могу судить о человеке по его взаимодействию с другими.

– Мне она показалась одиночкой, – признался Джин.

– Помнишь наш разговор о догоро и догоро-мо? Эла Ханна является представителем первого типа. Она неспособна вдохновлять людей на подвиги, но может максимально эффективно их использовать. Как ты думаешь, чем она занимается?

– Оценивает их возможности? – предположил Джин. Ханна по-прежнему стояла на щите, идеально сохраняя равновесие.

– Именно. Эла Ханна уже поняла, как сильно ты ценишь команду и старается вписаться так, чтобы скомпенсировать недостатки остальных. Думаю, через пару смен она начнет предлагать идеи по оптимизации, – Суо разве что не лучился довольством.

– Такое ощущение, словно ты видишь в ней молодого себя, – пошутил Джин.

– О нет, – тихо рассмеялся его заместитель. – Эла Ханна во всем меня превосходит. Сейчас ее рвение тебя раздражает, капитан, но это от недостатка опыта. Дай ей немного времени – она подстроится.

– Ясно. – Лерхам оперся бедром на перила ограждения, по-прежнему не сводя взгляда с субъекта их обсуждения. – В таком случае нам с тобой придется немало потрудится над ее образованием, потому что полгода – это непозволительно много. Оставшийся срок ее жизни оценивают всего в восемь месяцев.

Суо полностью повернулся к Джину, внимательно разглядывая его профиль. Они были в одной команде уже почти шесть лет и успели неплохо друг друга узнать.

– Мне не нравится ход твоих мыслей, – нахмурился ишаулец. – Думаешь, они собираются разменять твою жизнь на ее?

– Это кажется логичным, при учете усилий, которые они прикладывают, чтобы эмоционально привязать меня к ней. – Джин жестами показал Ханне, которая как раз посмотрела на крышу отделения, чтобы она продолжала прохождение полосы препятствий. – Не могу сказать, чтобы у них этого не получалось. Полагаю, есть ритуал, при помощи которого можно исцелить Ханну, и он подразумевает добровольное согласие донора. Хотя я до сих пор даже не представляю, как меня собираются использовать, если сломаться должен ее разум.

– До конца испытательного срока еще есть время, ты можешь отказаться, – попытался достучаться до него зам. – Пусть найдут кого-нибудь другого.

– Они искали. Но из всего списка, подошел, судя по всему, только я. – Джин вспомнил, как ненароком об этом сказала эла главнокомандующая в первую их встречу. – В конце концов, может я и не умру. Сложно об этом думать, глядя на поведение Ханны.

– Возможно, она просто полагает, что после ритуала станет с тобой едина и потому не беспокоится, – проворчал Суо.

– Возможно, – усмехнулся Лерхам. – У нее на редкость странный тип мышления. И все же, Суо, если все пройдет по худшему сценарию, я хочу, чтобы ты сделал все, чтобы Ханна осталась спасателем и заняла мое место.

Молчание длилось, пока до финиша не добрались Алия и Реви, традиционно пришедшие последними.

– Я не буду ей служить, – тихо сказал, наконец, Суо. – Если ты умрешь, я исполню твою волю, а потом уйду. О большем не проси.

– Спасибо, – Джин положил руку на плечо своего друга. Он знал, как тяжело тому далось это решение. – Тогда давай приступим к реализации нашего плана.

***

Кэре очень-очень хотелось отпустить шпильку в адрес Балвы, заместителя главы «сапфировых драконов» по оперативной работе. Говоря проще, он отвечал за следователей, а Кэра – за спецназ. Эта была одна из многочисленных причин, почему они не ладили и при каждой удобном случае старались уколоть друг друга побольнее.

– Ешь, – скомандовал Алис Белл, ставя перед Кэрой мисочку с печеньем и огромную кружку с чаем. Аста Штеран молча подчинилась, поскольку Алис был не только ее начальником, но и любимым мужчиной.

Где-то у входа в комнату совещания сердито запыхтела секретарша Белла, по совместительству являвшаяся и его невестой. Кэрафина была в курсе, что об этой ситуации в Главном Управлении не только все знают, но и делают ставки, что с точки зрения Аста Штеран было несусветной глупостью. В основном, потому что сама Кэра оценивала собственные шансы не более чем один к ста. Алис обладал цельной натурой, из тех, что никогда не изменяют в браке, просто потому что не видят в этом смысла, раз уж жена выбрана добровольно и по любви.

Иногда Кэра мечтала, чтобы маленькая секретарша скоропостижно скончалась, поскольку это резко бы повысило ее, Кэры, шансы где-то аж до семи к ста, но вслух этого никогда не говорила, а уж тем более не планировала воплощать подобное в жизнь.

– Какое мудрое решение, – тонко улыбнулся Балва, усаживаясь напротив своего вечного оппонента за столом. – Вам, Аста Штеран, и впрямь лучше занять рот. Когда вашего мнения спросят, мы, конечно же, подождем, пока вы дожуете.

Вместо ответа Кэрафина закинула еще одну печенюшку в рот. Балва раздраженно передернул плечами. Как и прочие собравшиеся, он полагал, что есть на важном совещании в высшей степени неприлично. Аста Штеран думала, это потому, что они просто неспособны одновременно усваивать информацию и наслаждаться чаем, так что не видела причин себя ограничить. Алис вот прекрасно ее понимал и часто сам приносил ей перекус.

Хотя кого она обманывала? Белл просто отвлекал Кэру, чтобы она не собачилась с Балвой, хотя бы в его присутствии. Но все равно внимание было приятно.

– Начнем. – Алис занял место во главе стола. – Все ознакомились с документами?

Прозвучал негромкий согласный гомон.

– Тогда я готов для начала выслушать ваше мнение, – предложил Белл.

– Мы не можем дать ход делу без заявлений о пропаже детей, – начал Балва, старательно подбирая слова. Мюр, возглавлявший следователей в столице, торопливо кивнул, подтверждая это. – У нас нет ничего, кроме чьих-то ничем не подкрепленных догадок. Боюсь, даже если все описанное правда, мы вынуждены занять выжидательную позицию.

– То есть проигнорируем торговлю детьми? – ровным тоном спросила Кэрафина.

– Для начала надо подтвердить факт торговли, – возразил Гираэль, отвечавший за связи с общественностью. – Если будем действовать опрометчиво, опять нарвемся на скандал. – И укоризненно посмотрел на Аста Штеран.

– Мое дело, захватывать преступников максимально эффективным способом, твое – объяснять людям, какие мы герои, – отбила обвинение Кэра.

– Хороши герои, – скрипнул зубами Гираэль. – При захвате из банды почти в сорок человек до суда дожило только девять.

– Мы отвлеклись от темы, – нахмурился глава и хлопнул ладонью по столу. – У кого-то есть еще что сказать по существу?

– С вашего разрешения, у меня, – поднял руку молодо выглядящий брюнет. Его привел с собой Хиртар, отвечавший за вооружение. – В одном из документов было указано, что были обнаружены странные крысы. Если сосредоточим расследование на них, весьма вероятно, так мы выйдем на детей.

– Но они ведь все равно убежали, – отмахнулся от его идеи Балва. – Ты нам предлагаешь охотиться за туманом?

– Я… – тут же стушевался брюнет, а потом все же собрался. – Создать магических зверей или наделить уже имеющееся существо новыми свойствами, очень трудно и затратно. Зачем тогда их послали в подобное место? Вероятнее всего они были там в роли наблюдателей. В эту теорию укладывается и пропажа мальчика из госпиталя.

– Что, кстати, сказали его родители? – спросил Алис у Балвы.

– Что он связался с какой-то бандой и ушел из дома, – вздохнул зам по оперативной работе. – Домой иногда все же заходит, поэтому никакое заявление они подавать не собираются.

– Даже так, – задумался Белл. – В таком случае, нам ничего не остается, как принять идею начать расследование с другого конца.

– Представляю, что скажут люди, – пробормотал Гираэль.

– Что мы отслеживаем все угрозы, – ласково, как маленькому, пояснил ему Алис. – Даже с виду ничтожные, а то вдруг этих грызунов готовят, как террористов?

Гираэль задумчиво кивнул, видимо, начав прикидывать, какие еще варианты можно представить общественности.

Кэра продолжала потягивать чай с отрешенным видом. Сидевший рядом Майлин, возглавлявший столичный спецназ и не понаслышке знавший об истинной натуре Кэрафины, начал с опаской на нее поглядывать. Аста Штеран проигнорировала его, продолжая строить планы по дальнейшим тренировкам личного состава. Когда следователи укажут цель, они должны быть готовыми действовать немедленно. Кэра чувствовала, что противник в этот раз им попался сложный. Такие без колебаний прикроются детьми, а значит надо заранее продумать контрмеры.

Алис также иногда посматривал на Кэрафину. Будучи человеком проницательным, он наверняка догадался, куда свернули ее мысли, но ничего не сказал. Тем самым молчаливо одобрив то, что мало кто из преступников переживет будущий штурм. Белл ненавидел тех, кто издевается над детьми.

Глава 3

«Сапфировые» следователи оказались весьма настойчивыми типами. Они пришли в отделение уже третий раз, хотя было непонятно, что именно они хотят еще услышать. Им о том пожаре уже все рассказали, записали и даже зарисовали. Джин сжал переносицу, пытаясь унять раздражение. Ханна была единственной, кто согласилась открыть память, поэтому следователи в основном донимали остальную команду. Кто бы мог подумать, что тот выводок крыс способен вызвать такой переполох.

Джин устало опустился в кресло в комнате отдыха. Команда сочувственно на него посмотрела, но подойти никто не рискнул. Лерхам никогда не срывался на подчиненных, но создавать прецедент никому не хотелось. Возможно, Ханна могла бы сгладить ситуацию, она тонко чувствовала момент и несколько раз так отвлекала его чашечкой кофе и вопросами по учебе, но сегодня ее не пустил Суо, объяснявший ей основы статистического анализа.

– Там… это… пришли… – влетел в комнату начальник отделения. Вид у него был бледен, руки тряслись, и он никак не мог закончить предложение.

– Ваше Высочество, – негромко поприветствовала Ханна, неспешно вставая из-за стола. Ее спокойствие начало распространяться по комнате, снимая оковы шока не хуже ментального заклинания.

– Давно не виделись, – небрежно ответила вошедшая девушка. Одета блондинка была в простого кроя пурпурные юбку-брюки и такой же жакет. Но непритязательный наряд не мог скрыть ее властную натуру. – Времени у меня мало, поэтому перейду сразу к делу. Ты должна писать мне доклады обо всем странном, что увидишь на вызовах.

– Я нахожусь в ином подчинении, – возразила Ханна.

– И что? – выгнула бровь принцесса.

– Я не выполняю сторонних приказов, – переформулировала Аста Штеран.

– А если я говорю это как член Императорского Дома? – Джин видел, как принцесса начала злиться. Похоже, ей редко отказывали.

– Ты хоть понимаешь, что стоит на кону? – Ее Высочество быстро сократила расстояние до Ханны и теперь смотрела на нее свысока, благо рост позволял. – Прямо сейчас где-то идут незаконные магические эксперименты над детьми! А ты в недотрогу играешь?!

– Я ли? – прищурилась Ханна. – Ты прекрасно знаешь, что должна сделать, но тебя корежит, поэтому предпочитаешь прятаться за высокопарными фразами.

– Жить надоело? – прошипела принцесса.

– Это не в твоей воле, – холодно отрезала Аста Штеран. – Если тебе сложно, пришли одного из своих подхалимов, мне все равно. Ему тоже.

Джин с интересом наблюдал как принцесса пытается молча внушить Ханне должное послушание перед более высокородным, но все ее усилия разбивались о полнейшее спокойствие Ханны. Она явно была уверена, что правда на ее стороне и не боялась дальнейших репрессий.

– Сат Лерхам, – внезапно повернулась к нему Ее Высочество. – Я хотела бы попросить вас о содействии следствию. Ханна очень наблюдательна. Мы были бы благодарны, если бы вы сочли возможным сообщать обо всем необычном, чему станете свидетелем.

А потом еще голову склонила.

– Кхм, – только и смог сказать опешивший Джин. – Естественно, мы всегда готовы сотрудничать с «драконами». До тех пор, пока это не мешает нашим основным обязанностям, разумеется.

– Благодарю, – кивнула принцесса. – В таком случае, рассчитываю на вас. Буду ждать новостей.

И вышла из комнаты. Все дружно выдохнули.

– Это было сильно, так разговаривать с принцессой, – нервно хихикнул Фернан.

– Ее высокомерие вкупе с самомнением однажды доведут Аиру до беды, – отозвалась Ханны, возвращаясь за стол. – А еще ей стоило бы больше спать и регулярнее питаться, она стала слишком нервной и нетерпимой.

– А что, раньше было по-другому? – уточнил Фер, с ужасом глядя на Ханну.

– Последний раз мы общались подростками, – рассеянно ответила Штеран, возвращаясь в мир статистического анализа. – Тогда она была спокойнее. Впрочем, с тех пор как Мор ей категорически отказал, она периодами то ненавидит наш Дом, то любит.

– Похоже, нам не повезло попасть в первый вариант, – вздохнула Алия. – Все точно будет в порядке? Она не станет мстить за твое упрямство?

– Я в своем праве, – удивленно посмотрела на нее Ханна. – Она сразу должна была обратиться к Джину и прекрасно это знала. Она не посмеет наказывать нас за собственную ошибку.

– Ну, тебе виднее, – с сомнением протянул Кирид, пребывавший дальше всех от мира аристократии.

Джин вполне понимал, почему принцесса не хотела обращаться к нему напрямую. И дело было даже не в том, что он простолюдин, хотя и в этом тоже, но в основном, Ее Высочество желала обставить это как небольшую услугу одного аристократа другому, а теперь делу пришлось придать официальность, что было по каким-то причинам нежелательно. Но поскольку сделанного не воротишь, Джин решил не забивать голову.

***

Ханна аккуратно выводила буковку за буковкой. Торопиться было некуда, к тому же она почти закончила и теперь следила, чтобы не испортить документ. Джин бы не стал ругаться из-за помарок, поскольку рапорт был исключительно для наработки практики, но ему явно нравилось, когда подчерк был красивый и разборчивый.

В коридоре уже какое-то время тихо переругивались два голоса. Их обладатели, надо полагать, думали, что обсуждение останется тайной. Ханна только вздохнула. Впрочем, этого можно было ожидать. Сегодня была последняя смена испытательного срока и Джин четко дал всем понять, что Ханна остается, поэтому девушки из их команды расхрабрились и сейчас как раз заканчивали распределение ролей в маленькой постановке.

– Так что ты простила этого Йона? – спросила у Реви Алия, когда обе они вошли в комнату.

– Решила дать ему шанс, – с усмешкой ответила Реви. – Все же этот жмот разорился на золотой браслет. Так что нескоро он забудет урок. А у тебя как с женихом?

– Все по-прежнему, – вздохнула целительница. – Ни он, ни я не рады навязываемому нам браку. Так что тянем время как можем и ждем вариантов получше. В идеале бы, конечно, найти любовь среди аристократов, никого другого моя семья все равно не одобрит.

– На меня хотя бы не давят, – сочувственно посмотрела на нее Реви. – Впрочем, родители в последнее время намекают, что время идет и неплохо бы определиться, кто из моих поклонников станет мужем.

– И у кого наибольшие шансы? – заинтересовалась Алия.

– Ни у кого, – гордо ответила огневик. – Потому что разводы – это зло. А значит, нужно найти мужчину, что не наскучивал бы мне спустя месяц.

Алия только покачала головой и посмотрела на Ханну.

– А тебя есть жених или поклонник? – спросила она.

– Нет, – покачала головой «гончая» и еще раз пробежалась глазами по законченному документу. Вроде бы все хорошо.

– Везет, – сказала Алия, не скрывая зависти. – Можешь ждать любовь сколько угодно и тебя не будут принуждать к тому, что надо семье. Если бы мне сказали, что я умру через год, родители точно бы меня сразу бы замуж выдали и заставили ребенка завести, чтобы род не прервался. У нас дар по женской линии передается. А тебя вот не трогают.

– Я в любом случае не могла бы сейчас завести ребенка, – терпеливо ответила Ханна. Она уже давно в разговорах с сокомандниками представляла, что разговаривает с детьми. Поэтому не раздражалась, насколько бы странными или нелепыми ни казались ей вопросы, а отвечала развернуто. Дети должны учиться. – Это тело несовершенно.

– А если бы могла? – вклинилась Реви. – Заставили бы?

– Если даже у кого-то в клане была бы такая возможность, они в первую очередь обратили бы свой взор на Арли. Ее комплекс считался исчезнувшим, в то время как мой просто чуть сильнее подобных, но далеко не уникален, – указала на очевидное Ханна. – Так что в клане с надеждой смотрят на каждого, кто хоть ненадолго задерживается с ней рядом.

– Звучит так, словно они и бастардам рады, – озадаченно пробормотала Реви.

– В Кодексе Дома отсутствует такое понятие, как бастард, все дети находятся в равных условиях, – пояснила «гончая». – В некоторой степени это связано с тем, что в клане не принято наследование.

– Ты имеешь в виду имущество или пост? – нахмурилась Алия.

– И то и другое, – кивнула Ханна. – После смерти Штеран родственники и друзья берут себе что-то на память, остальное передается в фонд клана. Включая личный капитал, накопленный за жизнь. Однако любой Штеран достигший четырнадцатилетия получает землю, которая будет приносить доход. Если надел пришелся на леса, то соразмерно компенсируется. По большому счету это можно считать деньгами на карманные расходы. Подростки на них учатся управлять личными финансами.

– Кхм, – только и смогла произнести Алия, на которую произвел неизгладимое впечатление новаторский подход Штеран к вопросу наследства.

– Такая система требует определенной стабильности и уверенности в здравомыслии следующих поколений. Обычно невозможно просчитать будущее настолько далеко, поэтому стоит относиться к Дому Штеран, как единственному в своем роде, – с некоторым сочувствием посмотрела на нее Ханна. Почти все аристократы реагировали на это одинаково неодобрительно. Им сложно было принять тот факт, что детям они могут завещать разве что пожелания.

– Это все, конечно, здорово, – отмахнулась Реви. – Но мне интересно другое. Значит, жениха у тебя нет, поклонника тоже. Но ведь кто-то же тебе хотя бы нравится?

– Да, Джин, – кивнула Ханна.

Алия ахнула и прижала ладонь ко рту. Но Реви сразу почувствовала подвох и уточнила.

– Не в общечеловеческом смысле, а как мужчина. Вот хотела бы ты его обнять, слиться с ним в жарком поцелуе, чтобы он тебя…

– Реви! – остановила ее покрасневшая Алия. – Давай без подробностей. Думаю, она и сама все поняла.

– Джину бы не понравилось, если бы я представляла его подобным образом, – убежденно сказала Ханна.

– Ну мы же не про него говорим, а про тебя, – не сдавалась Реви. – Твои мысли и фантазии принадлежат только тебе, остальным их можно не рассказывать.

Ханна озадаченно посмотрела на «огневика». Она уже выразила точку зрения на этот вопрос, чего еще от нее хочет эта девушка?

– Что обсуждаете? – спросил Джин, беря со стола рапорт, который закончила Ханна. «Гончая» уже давно почувствовала его приближение, так что с нетерпением смотрела, как он пробегает глазами по документу. А вот девушки, видимо, его появление пропустили, потому что дружно вздрогнули и покраснели.

– Н-ничего, – нервно улыбнулась Реви. – О всяком девичьем. Я тут кое-что вспомнила, так что побегу.

– Я с тобой, – встрепенулась Алия и подруги быстро ретировались.

– Значит, парней обсуждали, – спокойно заключил Джин. – Не бойся их одернуть, если в своем любопытстве они зайдут слишком далеко.

Ханна кивнула, хотя не могла представить черту, за которой пришлось бы это делать. Она знала, что некоторые темы были в обществе запретными, а некоторые нежелательными, но если не отвечать на вопросы детей честно, то они сами попытаются до всего докопаться. Или навоображают невесть чего. Непонятно даже, какой исход будет страшнее.

– Хм, касательно рапорта, вот здесь небольшая ошибка, – показал на нужное место Джин. – Но это наша вина – мы тебе сразу не сказали. Этот пункт только недавно изменили, и он настолько незначительный, что рапорт у тебя приняли бы и так, но раз уж мы учимся, то будем делать все правильно.

Джин достал из шкафа подшивку журналов «Пламенный вестник» за прошлое полугодие, и найдя нужную страницу, показал Ханне. «Гончая» жадно вчиталась в статью. Вообще, она давно облизывалась на журнал, но понимала, что в первую очередь надо уделить внимание учебе, а развлечение потом.

В дверь деликатно постучался начальник отделения. Ханна с тоской посмотрела на подшивку, опять почитать не получится.

– Я подумал, может вам эла Аста Штеран сегодня подписать постоянный контракт, чтобы на выходных не нужно было возвращаться? – осторожно спросил сат Омстад. По какой-то причине он побаивался Ханну и поэтому всегда старался быть предельно вежливым и предупредительным.

– Это невозможно, – отклонила она его предложение. – Я не обладаю правом подписи.

Сат Омстад озадаченно покосился на временный контракт, который в числе прочих документов держал в руке.

– Но я же помню… В моем присутствии… – сконфуженно пробормотал он, а потом и вовсе замолчал.

– Простите, я не совсем верно выразилась, – извинилась Ханна, поняв, в чем причина заминки. – Согласно Кодексу Дома Штеран, я ограниченно дееспособна, но поскольку этот пункт вступает в конфронтацию с законами Империи, согласно которым я должна персонально подписывать документы, касающиеся моей личности, свою подпись могу поставить только после согласия действующего эрре. Хм, я не уверена, какой наиболее правильный перевод этого слова. Опекун? Присматривающий, возможно, будет точнее. На данный момент моим эрре является Арли Аста Штеран.

– Ограниченно дееспособна? – вычленил главное начальник отделения бледнея.

– Не волнуйтесь, этот статус для внутрикланового пользования, у проверяющих не будет к вам никаких вопросов, – уверила Ханна, но сат Омстед погрустнел только еще больше.

– Хотел бы я увидеть этот Кодекс, – отчетливо произнес Джин.

– Принести? – тут же предложила «гончая». Судя по его настроению, Дом Штеран в его глазах пал окончательно и Ханне было неловко, словно она специально вводила его в заблуждение, хотя и честно отвечала на все вопросы. Осталась надежда, что ознакомление с Кодексом как-то этот момент сгладит. А может и нет. Ханна вполне отдавала себе отчет, что злится Джин из-за ее положения в клане. До этого ее все устраивало, но теперь, видя, как другой человек столь негативно реагирует на давным-давно сложившиеся традиции, она не могла не задаваться вопросом, а не пора ли их тогда менять.

– Завтра принесешь, – постановил Джин подумав. – Как раз на выходных и ознакомлюсь.

Ханна сильно сомневалась, что ему хватит одних выходных, поскольку собиралась принести том с пояснениями, для вступающих в Дом Штеран. Но промолчала, рассудив, что возможно, она просто чего-то не учитывает.

– Внимание, поступил вызов на пожар, – раздался голос диспетчера. – Ближайшая фиксированная точка для телепорта далековато, так что вам придется пробежаться, ребята.

– Рун, она подпишет на выходных, – пообещал Джин, кивая на документы в руках сата Омстада. – Ханна, живо в арсенал.

«Гончая» с удовольствием подчинилась.

***

Ханна с Киром слаженно завершили создание плана строения. Поверх Реви расставила маркеры возгораний, завершая картину происходящего.

– Немного изменим порядок. – Джин, нахмурившись, рассматривал иллюзию. Все выглядело так, словно пожар начался из угловой комнаты на третьем этаже. В последние дни похолодало, а значит люди достали обогреватели. В этом районе дешевые, а то и самодельные, так что все вроде бы сходилось, но что-то не давало Джину покоя. – Реви – контроль над огнем, Алия – принимаешь пострадавших, Суо с Фернаном возьмут верхние два этажа, следующие мы с Ханной, Кир, прочешешь первый, потом присоединишься к Суо. Вопросы?

Все дружно замотали головами.

– Тогда работаем, – хлопнул в ладони Лерхам.

Все, кто мог эвакуироваться сам, уже так и сделали, так что никто не мешал спасателям быстро продвигаться к начальным точкам.

На четвертом этаже Джин забрал старушку, спавшую столь крепко, что поначалу даже заподозрили отравление угарным газом, а Ханна освободила подростка, у которого нога угодила в трещину в полу. На третьем пришлось вызволять семейство, чью дверь перекрыла упавшая балка. Наибольшую сложность вызвал тип, который, похоже был намерен забрать все содержимое своей квартирки. И ладно бы собирался тащить это сам. Он истерично требовал, чтобы спасатели ему помогли, потому что они обязаны защищать жизни и имущество.

– С имуществом – это к страже или «антрацитам», – отрезал Джин, и они с Ханной просто вытащили этого типа из здания, несмотря на его вопли.

Взглянуть на комнату, с которой начался пожар, удалось только мельком, но увиденное лишь усилило подозрение Джина, что возгорание не случайность. Ханна, тенью следовавшая за ним, полностью эту точку зрения разделяла.

– Вроде бы всех вывели, – резюмировал Джин, когда вся команда вновь собралась у карты-иллюзии.

– Вроде бы, – нахмурилась Ханна. – Но я хотела бы еще раз пробежаться по этажам и проверить. Одна, чтобы было поскорее закончить.

Лерхам неохотно кивнул. Он знал, что даже Фер, самый быстрый из них, будет ее только задерживать. Штеран, едва получив разрешение, ушла боевым телепортом.

– Вызвать следователей? – спросил Суо.

– Определенно, – согласился Джин. – Осталось только понять каких. Сдается мне, нам крупно повезет, если все это просто афера со страховкой. Подождем Ханну. Возможно, она сможет что-то добавить к нашим наблюдениям.

– Я понимаю, в первую очередь люди, – криво улыбаясь, к ним подошел тип с третьего этажа. – Но раз всех вывели, может уже окажите помощь с вещами?!

На последнем слове он не выдержал и сорвался в крик.

– У вас будет достаточно времени вынести их, как только пожар будет потушен, – взял на себя роль переговорщика Суо. Что было очень кстати, потому что Джин на мгновение из реальности словно выпал, подключившись к чужому восприятию. Эмпаты, даже сильные, к коим себя Джин никогда не причислял, могли только считывать эмоции окружающих. У некоторых это получалось настолько хорошо делать, что казалось они мысли читают, а не чувства. Но Джин никогда не слышал, чтобы дар эмпатии позволял кому-то влезать в чужую душу.

Лерхам повернул голову, уставившись на одно из окон первого этажа. Ханны не было видно, но Джин знал, она там, настороженно вбирает в себя информацию всеми возможными способами, потому что на грани восприятия слышит кого-то.

– Дом вот-вот рухнет, – заорал Кир. – Но такого не должно было быть. Он не настолько ветхий.

Джин его полностью проигнорировал, потому что в этот момент Ханна уловила боль, исходившую из подвала. Скрип и скрежет стали слышны уже всем, по стенам начали расходиться трещины. Осталось мгновение, чтобы отдать приказ Ханне. Должна ли она вернуться или…

Дом с грохотом рухнул, подняв пыль и погасив под обломками огонь. Наступила тишина.

– Держись, – негромко скомандовал Джин. На самом деле даже это слово было избыточно, потому что Ханна воспринимала его волю напрямую. Она спокойно держала физический щит, на который всей массой давили обломки здания, не допуская даже вероятности, что может не выдержать. При этом, чтобы поддерживать прямой контакт с Джином, она оставляла сознание открытым, несмотря на то, находилась рядом с кем-то агонизирующим. Чудовищное испытание для любого эмпата.

– Суо, сможешь зафиксировать все это льдом? – уточнил Лерхам у своего заместителя.

– Придется отдать весь резерв, – предупредил Суо и приступил к делу.

Силы Ханны быстро убывали. Быстрее, чем нарастал слой льда. Джин сцепил зубы и использовал левитацию, чтобы немного облегчить давление на щит. В ответ пришла эмоция-улыбка. Лерхам дожив до тридцати даже не подозревал, что такое бывает. Впрочем, все происходящее выходило далеко за рамки привычного и знакомого.

– Пробить туннель? – с готовностью предложил Кирид, оценив результат работы Суо.

– Не стоит, – устало мотнул головой Джин. Рядом с ними открылся портал, потому что Ханна оценивала получившуюся конструкцию, как не очень надежную и способную рухнуть от любого силового воздействия. Лерхам был в этой оценке согласен, но Суо и так умудрился превзойти его ожидания со своим полупустым резервом.

– Там нужен целитель? – махнула рукой в сторону портала Алия.

Штеран, пытавшаяся очистить лицевой щиток от пыли, покачала головой. Джин рвано выдохнул, улавливая все, что не было сказано вслух. На самом деле он знал ответ еще до обрушения. Но все же надеялся на лучшее, что они ошиблись и прогноз не так мрачен.

Ханна вытянула руку. Лерхам аккуратно положил в нее свое зеркальце. Все его нервы были словно струны, на которых играла чужая боль, выводя мелодию раздражения, агрессии, бессилия.

Штеран быстро одно за другим активировала два зеркальца. «Слушаю» и «чего тебе?» прозвучало почти одновременно.

– Нужны следователи, это касается детей, – ровно произнесла Ханна. По ее тону невозможно было догадаться о подоплеке дела, но собеседники, видимо, достаточно хорошо ее знали и уточняющих вопросов задавать не стали. – Маяк установлен.

И захлопнула оба зеркальца. Джин за время разговора сумел ментально отгородиться от чужой боли и теперь снова мог более-менее ясно мыслить.

– Сколько их там? – сосредоточенно спросил Лерхам, прикидывая варианты дальнейших действий.

– Восемь, – коротко ответила Ханна, а потом поколебавшись добавила. – Из тех, что пока еще живы. Лежат вместе.

– Я должна пойти, – встрепенулась Алия, но Джин трезво оценивал ее возможности. Спасти умирающих она не сможет, только получит очередную душевную травму. И все же нельзя оставлять как есть, тоже неправильно. На ум пришла строка из реестра заклинаний, составленного Ханной.

– Хватит сил на печать царства сна? – спросил он Штеран.

Та что-то быстро подсчитала и кивнула.

– Подождите, а портал не закроется? – забеспокоился Фернан.

– Нет, – отрезала Ханна и начала творить. Ее напев и плавные движения рук создавали маленькое чудо. Специалистов по печатям было больше, чем магов крови, но не существенно. Ханна, совмещавшая в себе обе редкие профессии, была и вовсе бесценна. Она была словно чья-то воплощенная мечта, подумалось Джину.

Почти одновременно открылись два телепорта, откуда вышли следователи, «алмазные» и «сапфировые». Недоверчиво покосились друг на друга.

– Покажи им, – кивнул Лерхам. Из подвала теперь доносились только эманации довольства и тихого счастья.

Следователи переглянулись, но послушно прошли в портал. Впрочем, молодой «сапфир» быстро вылетел обратно. Он едва успел отбежать в сторонку, как его стошнило. Сразу за ним вышла высокая женщина. На ее синей форме не было знаков различия. А еще в ней было что-то, что роднило ее с Ханной.

Например, она умела стремительно нападать, понял Джин. Время словно растянулось. Мозги заработали на пределе возможностей. Удар с таким ускорением его точно вырубит, и это при удачном раскладе. Блок пробьют, уклоняться тоже нельзя – за ним Алия. Суо не успевает.

Росчерк красного и женщина отлетела в сторону. Ханна не остановилась и немедленно нанесла второй удар, впечатавший «дракона» в стену.

– Успокоилась? – вопрос из уст Ханны выглядел далеко не праздным, учитывая, что она держала противницу за горло. Та вместо ответа раздраженно стряхнула чужую руку. – Еще раз выкинешь подобное, Кэра, я переломаю тебе все конечности, чтобы творила поменьше глупостей.

– Даже не сомневаюсь, – криво улыбнулась та, которую назвали Кэрой. – Я должна была попытаться. Нам ты нужна куда сильнее, чем ему. Это просто бездарное растрачивание твоих талантов.

Ханна пожала плечами. Ей было все равно, где работать, куда важнее – с кем. Из портала вышли остальные следователи. Старший «сапфир» неодобрительно посмотрел на молодого коллегу, который все никак не мог отойти от увиденного.

– Вызови наших целителей, – приказал он.

– Без шансов, – вздохнула Кэра. – Иначе эти, – она кивнула на спасателей. – Были бы уже там. Да и выбор печати о многом говорит.

Печать царства сна была на границе допустимого законом и Джин знал, что придется написать не одну объяснительную, почему он принял именно это решение. Заклинание позволяло погрузить человека в блаженство так глубоко, что ничто из вне не способно было потревожить его или разбудить. Даже смерть.

– Возьмете на себя оформление? – уточнила Ханна.

– Да уж явно то, что в подвале не по вашей части, – пренебрежительно фыркнула Кэра и что-то кинула Ханне. – Казенные накопители тебе мало что восполнят.

Штеран тут же нацепила браслет, и энергия потекла полноводной рекой. Джин напомнил себе, что зависть чувство малопродуктивное. Такие высококлассные артефакты делаются едва ли не индивидуально, настолько они дороги и сложны в исполнении. Всех спасателей такими явно не оснастить.

– Тогда вот ответный дар. – Ханна кинула женщине небольшой шарик, извлеченный из поясной сумки.

– Алхимический огонь? – прищурилась Кэра, разглядывая предмет со всех сторон. Следователи с жадным любопытством наблюдали за ее манипуляциями.

– Еще там должны быть следы того, что держало барьер. Ни я, ни Кирид ничего не нашли при первом осмотре. Если бы начавшееся обрушение не нарушило контур, мы бы так и остались в неведении, – призналась Ханна. – Думаю, их план состоял в том, чтобы обломки раздавили сосуды и алхимический огонь оставил только пепел от тел.

– В этом есть смысл, – пробормотал один из «алмазов».

– Я же говорю, она на этой работе просто впустую себя тратит, – скривилась Кэра и махнули им рукой. – Валите уже. Дальнейшее все равно вне вашей юрисдикции.

Ханна вопросительно посмотрела на Джина. Лерхам нашел идею отличной, даже если высказали ее столь хамски.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.