Борис Егоров
С Новым Годом, старина!

Предисловие.

Бывший водитель выходит на пенсию и дополнительно подрабатывает, оказывая несложные услуги населению – кому по хозяйству, кому обувь почистит. С трудом сводя концы с концами, доверившись ненавязчивым и радужным обещаниям молодого маклера Ефима, старик покупает облигации и надеется стать героем семьи, поделившись с её членами не только лаврами победителя, но и честно заработанной монетой. Что из этого выйдет – читайте в рассказе. Повествование от первого лица.

Глава 1. Вот тебе, дед, и пенсия твоя заслуженная

Как удачно сложилось – успел оформиться на пенсию в 69 лет. Те, кто родились позже, теперь смогут это сделать только в 73. И ведь с новыми лекарствами продления молодости они на этом не остановятся, будут и дальше оттягивать возраст выхода людей на пенсию… хотя, может это и неплохо? Живешь дольше, работаешь дольше – всяко при деле. И всегда в курсе новостей и находишься рядом с близкими… кстати, что-то давно ко мне дети не заезжали.

По пути на кухню я посмотрел на себя в зеркало, висящее на стене с мрачными обшарпанными обоями в узком длинном коридоре. «Зарос, смотрю, пойду в душ – распарюсь и побреюсь. Как раз чайник к тому времени закипит».

Так начался мой первый свободный будний день счастливого человека, который 47 лет отдал работе. Отгремели поздравления по случаю дожития и выхода на пенсию, вручили прощальный подарок в виде конверта с деньгами и надписью «от коллектива».

Накануне звонили дети, поздравляли с днем рождения и с долгожданным выходом на пенсию. Не заехали – возможно, из-за того, что всё дорожает и им теперь не хватает денег на зарядку батарей машины даже по ночному тарифу, просто не хотят меня расстраивать и не говорят об этом. Надо выслать им немного монет.

С последней зарплаты и пособия по выходу на пенсию у меня было в наличии 49 тысяч, плюс в конверте 800 – парни собрали по символической сотне с каждого, нас как раз было девять водителей. Мы почти всегда собирали символические суммы по разным случаям – день рождения, или при новорожденном. Кроме того, раз в год на день водителя собирались и отмечали свой праздник как следует – с алкоголем. В общем, не так уж и скучно было. Да, по-простому, но зато душевно.

Прошло чуть больше месяца со дня рождения и выхода на пенсию, я набросал на листе бумаги свои обычные расходы, подвел черту и вывел округленный итог – десять тысяч на коммунальные платежи, включая свет, газ, воду. Раньше, при зарплате почти в сорок тысяч, мне хватало и квартиру оплачивать и еду готовить. Остаток денег по итогам каждого месяца всегда перечислял детям. Если мало осталось, значит одному, а в другой месяц – второму. Если сэкономил побольше, то обоим детям отправлял. Оно хоть и немного, но в молодости деньги всяко нужнее, чем старикам. Чего мне, много надо? По барам и ресторанам не хожу, сварил на мясной кости крупы какой себе, да Каштанке, и все довольны. Никто не голодает. Правда, тут еще одна отдушина появилась – котенок маленький прибился недавно. Ох и шкодный, зараза. Собака нормально его приняла, да и он к ней как к родной, играют вместе. Всяко лучше одиночества Каштанки, когда меня дома долго нет. Табаком назвал его, сам не знаю почему. Наверно из-за цвета подшерстка, да дымчатого оттенка. А, может, потому что на лапах не держался, будто обкуренный чем был.

«Вот, начислят пенсию, буду сидеть на печи, новостя смотреть, да баранки с чаем хлебать» – думал я, предвкушая первую пенсию. Обещали, что насчитают не менее половины от среднемесячного дохода в последние три года. А так как я отработал водителем в министерстве, имею грамоты разные, то и вовсе сулили больше половины. «Это, если так рассуждать, будет тыщ двадцать, не меньше. А то и двадцать пять! Мне с Каштанкой и Табаком на пропитание хватит. Может и детям еще останется».

В конце месяца у дочери был день рождения, а её телефон оказался вне зоны доступа или выключен – «случилось, может что?» – подумал я, но позвонил сыну и выяснил, что та уехала с мужем в какой-то пансионат или санаторий. Перевел ей три тысячи к праздничному столу через сберкассу, благо рядом с домом находится.

Днем седьмого ноября позвонили в дверь. Я открыл – на пороге знатная женщина крупных размеров, не юная и не старая, но скорее всего немногим моложе пятидесяти.

– Здравствуйте, – вам кого? – спросил я.

– Так вот вы какой, новенький. Смотрю списки – незнакомая фамилия. Ну давайте знакомиться, – сказала она и вошла в коридор, потеснив меня своим напором и габаритами.

– А вы кто? – опешил я.

– Кто, кто? Известно кто. Пенсия нужна вам?

– Нужна, конечно, жду давно.

– А чего ждать? Известно когда – до десятого числа каждого месяца. А если вдруг десятое попадает на выходные – то позже.

– Как позже? Обычно, если зарплата выпадает на выходные, то напротив, давали в пятницу!

– Это вам зарплату давали в пятницу, а пенсию будете получать тогда, когда я до вас дойду. Желающих много, а я одна, на весь район! – многозначительно подчеркнула она. – Бывает, придешь к кому-нибудь, а его или её или их дома нет. Или преставился пенсионер, например.

– И что тогда?

– Когда тогда?

– Ну вот преставился пенсионер, кому тогда его пенсия достается?

– Кому, кому? Вестимо – в казну.

– Как в казну? Ведь у него наверняка кто-то есть, кому эти деньги нужны – дети, супруги, животные в конце концов.

– Хех, ты посмотри, вот сколько новичков у меня не было, а все как один наивные. Ты что ж, хочешь сказать, что государству деньги не нужны? Вон, каждый год кто-то рождается, болеет, умирает. То сделай, это сделай. Кому-то дорогу построй, кому-то школу отремонтируй. Ладно, хватит разглагольствовать, мне еще в пять домов чесать. Итак, смотрим ведомость. Вам положено двенадцать семьсот тридцать.

У меня аж дыхание затруднилось – думал, сейчас скажет « вот ваши тридцать тысяч рублей», а я еще пожалуюсь, что мало для бывшего министерского работника. А тут «двенадцать»? При коммуналке в десять? Вы серьезно?

– Это за первую половину октября? – почти скуля вымолвил я.

– Сейчас посмотрим, так… это три дня сентября и тридцать один день октября. Всё как положено. Тринадцать сто двадцать пять начислено, минус обналичивание и вот ваши двенадцать семьсот тридцать. Да, и распишитесь здесь.

– Что это?

– Добровольное информированное согласие с условиями пенсионного обеспечения.

– Какое же это обеспечение? Это какой-то грабеж.

– О чем вы, юноша? Нормальная пенсия, у некоторых и того меньше.

В левой руке она держала купюры, в правой бумаги и ручку, а также коммуникатор для считывания биометрии. Отпечаток пальца подтверждал факт получения средств. Чувствуя, что силы меня покидают и желания стоять в коридоре больше нет, я взял ручку, расписался в бумагах, а символы на экране коммуникатора даже не разобрал без очков.

Она ушла, а я погрузился в кресло. Каштанка лизнула свесившуюся кисть руки и легла в ногах. Меня подташнивало, не хотелось абсолютно ничего.

Наутро я проснулся с ощущением дикой пустоты где-то внутри. Что такое? Неужто душа покинула меня и так выглядит то, что начинается после смерти? Ни подыматься, ни шевелиться совсем не хотелось. Весь вечер ломал голову, как жить на примерно три тысячи в месяц и так и не придумал. Заснул с трудом. За окном разгулялась типичная осень – хмурое небо выплевывало на прохожих то снег, то дождь. Пешеходы прыгали, словно пингвинчики – от одного менее мокрого места до другого, чтобы не промочить ноги. Всё это я мог наблюдать без труда с кровати, ведь квартира находилась на первом этаже старого дома, который частично уже погрузился ниже уровня горизонта. Получилось с годами полуподвальное помещение. На кухне был люк в погреб, который выкопал еще в молодости – там хранились редкие консервации, и когда-то были небольшие запасы вина. По радостным событиям открывали с женой бутылочку красного… да, а теперь вот один с собакой и котом.

Поставил чайник на плиту, краем глаза заметил листок бумаги, на котором накануне расписывал свои расходы и доход… только доход срезал больше чем в два раза и нарисовал большой знак вопроса. Вместе со мной на кухню пришли Каштанка и Табак.

– Ну что, доходяги? – не без самоиронии спросил я.

Насыпал им в кормушки гречки, приправив обоим вареную крупу остатками сливок. Крышечку отложил в обрезок пластиковой бутылки, а упаковку смял и бросил в пакет для утилизируемого неорганического мусора. Крышечки в то время я относил в столовую медицинского колледжа – там повариха за них давала что-нибудь вкусное, а сама накапливала их и передавала дальше в соответствующий пункт утилизации, получая какое-то вознаграждение. Как она говорила, вырученные деньги шли на благотворительность.

Пока я заварил чашку чая, Каштанка управилась с миской гречки и уже сидела рядом в ожидании чего-то мучного – корки хлеба, куска баранки. С конца прошлого месяца я, будто на подсознательном уровне, но пока в виде игры, растягивал свои запасы и не ходил в магазин – просто решил, что пойду туда с первой пенсии и наберу необходимых запасов на следующий месяц. Вот и осталась одна баранка на утренний завтрак. Аппетита не было, поэтому половину её я осилил, а вторую всё-таки отдал собаке. Ей же неведомо, что такое пенсия. Как ей понять, что раньше многие годы я давал ей со стола что-нибудь вкусное, а теперь вдруг перестал?

С Табаком проще – он еще маленький, ест часто, но по чуть-чуть. Каштанка находилась в более зрелом возрасте – мы забрали её из приюта для животных лет восемь назад. Выросла небольшой черной лохматой псиной. Выгуливал её несколько раз в день в сквере неподалеку. С Табаком, опять же, проще – он ходил по нужде в лоток.

Глава 2. Снежный ком

Понимая, что двух-трех тысяч мне не хватит до следующей пенсии, я решил пока не платить за квартиру и коммунальные услуги. Ну а что? До этого я почти пятьдесят лет платил исправно каждый месяц, не спрашивая почему они насчитали именно столько. Не возмущался постоянному росту платежей – просто корректировал свои расходы, планомерно их снижая и отказываясь от чего-то затратного. Так постепенно перестали посещать кафе, театры, распродажи. Перестали путешествовать, а затем и вовсе продали машину, так как было очень дорого её содержать, даже если она стояла под окнами и никому не мешала.

Возможно, в отказе заплатить квартплату крылась большая ошибка, но мне нужно было выиграть время, чтобы осмотреться. Я включил телевизор, там в это время шло традиционное утреннее шоу из разряда «Доброе утро, страна. Вот вам план».

– Вода – ценный ресурс, – рассказывал с экрана телевизора представительный человек в костюме и галстуке. – Наш организм большей частью состоит из воды, поэтому мы рекомендуем выпивать по несколько литров чистой воды в день. Например, утром – первым делом стакан воды, а потом уже еда, кофе и всё остальное.

– Расскажите, что делать людям, которые хотят избавиться от лишнего веса? – спросил диктор.

– Здесь нам на выручку снова придет вода – перед тем, как приступить к приему пищи, целесообразно выпить один-два стакана воды, в зависимости от комплекции и аппетита гражданина.

– Может, диеты какие-то посоветуете?

– В стародавние времена была весьма популярная в народе диета – сон. Почему говорят «ляжь, поспи и всё пройдет»?

– Я думала, это относится больше к психологическим расстройствам, – засмеялась диктор.

– И к ним тоже. Во сне мы самым загадочным образом восстанавливаем силы, черпая энергетику откуда-то извне.

На этом телевизор я выключил, однако план созрел быстро – ведь я в нужный момент получил важные сведения. Вероятно, судьба сама мне подсказала, как жить дальше. Холодная вода у меня по счетчику, как и все остальные коммуникации, но я же не выпью так много, чтобы это как-то отразилось на ежемесячных платежах? Всё в рамках погрешности средства измерения. Однако уменьшение потребления пищи в полной мере никак не решало задачи – это лишь подспорье. Требовалось или радикально изменить структуру расходов и образ жизни, либо искать подработку. К первому варианту я пока был не готов, поэтому начал со второго. Благо я жил почти в центре города, на первой линии и далеко ходить не надо – почти всё под рукой. Придя на муниципальную биржу труда, я отстоял очередь из более молодых и перспективных людей, заполнил анкеты, оставил контакты и пошел домой. На этом первый день после получения пенсии я решил закончить. В магазин не заходил, решил пить воду и спать – чего еще желать старику?

На второй день я позвонил на прежнюю работу – может, водителем и не возьмут обратно, но хотя бы каким-то хозяйственником или дворником. Получив отказ, я пошел в ближайшую школу и детский садик, но там от сторожевой охраны давно отказались, перейдя на пультовую охрану, а дворников они заменили дежурством старших классов. Хотя министерство просвещения клялось, что средства на уборку территории выделяются в полном объеме. Кому верить?

На третий день уже подступила легкая паника. Написал от руки несколько объявлений об оказании простых бытовых услуг и развесил по окрестностям.

Четвертый день прошел в тишине и размышлениях. Я прекрасно понимал, что еще есть вариант сбора отходов, которые подлежат переработке – например, алюминиевые банки из-под напитков. Всегда видел, как это делают другие, но никогда не думал, что посетят такие мысли в качестве руководства к действию. Опять же, в сквере, где я регулярно выгуливал собаку, было в достаточном количестве лавочек и урн, чтобы искать такого рода отходы. Стеклянные бутылки не принимались, поэтому они всегда валялись в избытке и подвыпившая молодежь для развлечения просто била стеклотару, иногда даже стреляя по бутылкам из любых доступных видов оружия – будь то просто камень, рогатка или травматический пистолет. А вот алюминиевые банки не представляли никакого интереса, потому что они легкие и не разлетаются при попадании пули или кидании об стену.

В ближайшую субботу я намеренно ушел с собакой из дома пораньше – было еще темно, а пятницу, как известно, любят отметить шумно. Обойдя весь сквер, не ограничиваясь только лавочками, я собрал с десяток банок. Хорошенько сплющив их каблуком ботинка, я положил их в бумажный пакет из ресторана быстрого питания. Вероятно, кто-то вечером тут перекусывал булкой с котлетой и сыром, а пакет с остатками салфеток остался висеть на ветке дерева, не промокнув на мокром снегу. Но что такое десяток банок? От силы полторы сотни грамм металла, пусть и ценного. Чтобы собрать хотя бы килограмм сырья, надо найти еще пять-шесть десятков таких банок. Тогда с этого можно получить примерно 60 монет. В принципе, на буханку хлеба хватит. Вернувшись домой, я набросал свой бизнес-план, согласно которого мне требовалось каждый рабочий день сдавать не менее двух килограммов плющенных банок, а это, в свою очередь, полсотни скверов по субботам. Сказать, что я расстроился – не сказать ничего. Но, начало положено – и надо думать дальше. По моим объявлениям никто не обратился, от биржи труда тоже звонков никаких не было. Тогда я позвонил в семью, в которой когда-то много лет отработал персональным водителем – возил сына главы семейства в школу и обратно, выполнял другие поручения. Но и там получил отказ, скрепленный просьбой не звонить больше по тому номеру телефона.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.