Андрей Коншин
Подарите мне мечту

Окна старого дома выходили на Круглую площадь. И сам дом, причудой архитектора, был выстроен подковой, округлым сквером, выходящим на площадь. Жильцы, также как и площадь, называли дом Круглым. Так и говорили: «Живем на кругу…».

Иван Макарович помнил дом, сколько себя. Во всей большой коммуналке уже не осталось ни одного старого жильца. Уже никто не помнил, как принесли сюда Ванечку из родильного дома в голубом одеяле с бантом, и уж тем более никто не помнил Ванечкиных родителей.

Когда-то, совсем давно, во дворе – подкове был сквер с фонтаном, скамейками, витой чугунной оградой и кустами душистого табака. Макарыч даже видел его на старинных фото. Красиво. Другое было время, и обитатели дома были другие.

В войну сквер сильно пострадал от бомбежек. Фонтан разобрали, скамеечки и ажурная ограда исчезли. Сквер опустел. Да какой уж тут сквер – просто пустырь подковой. Тогда-то городским властям и пришло в голову высадить посреди сквера огромную ель.

Аккурат напротив круглого дома, через площадь, был дом культуры железнодорожников. Рядом – магазин «Детский Мир», универмаг (его тоже в народе, заодно с площадью, именовали Круглым), кинотеатр Кругозор (не трудно догадаться, что благодаря площади жители упростили его название до проста «Круга»), и кафе-ресторан «Округа» (и, конечно же, молва его переименовала «У Круга»).

«На Кругу» назначали свидания и встречи, собирались компаниями, просто фланировали и отдыхали.

В общем, Круг был культурным центром провинциального городка. От Круглой площади лучами расходились главные улицы городка: Вокзальная, Речная, Заводская, Строителей (бывшая Ленина) и Луговая. Ивану Макаровичу нравилось логичное и обоснованное название улиц. Все сразу понятно. Никому в голову не придет спрашивать, почему так названо.

Бог весть, кому в голову пришло так необычно спланировать улицы городка. Говорили, что когда-то на Круглой площади стоял собор. Может, так и было. А может, легенда. Когда Ванечку принесли в Круглый дом, уж точно ничто об этом не напоминало. Единственная церковь возвышалась на берегу в конце Речной. Старинная, красивая, но очень ветхая. Сейчас ее восстановили, луковки куполов издали сверкают. Иван Макарович недавно был на набережной. Красота! Как он в детстве не замечал? Время, видать, другое было.

Тогда его, как магнитом, тянула Вокзальная, со старинным вокзалом 19 века, стилизованным под готический замок с замысловатыми башенками и шпилями. Странная фантазия для провинциального вокзала. Говорили, причуда купца, разбогатевшего на перевозках по железной дороге.

Вокзал, Круглый дом, да еще несколько мало интересных купеческих домов и лавок, да здание старого Гостиного двора, изрядно обветшавшее, но все еще отчасти используемое по назначению – вот и вся «городская старина».

Остальной город отстроился заново после войны. Простенько и не изыскано. Потому немногочисленные исторические места, особенно Круглая площадь, притягивали горожан во времена праздничных гуляний.

Круглая площадь была совсем не велика и вечно заполнена транспортом. Но какая же площадь без праздничного оформления? Громадная ель в сквере Круглого дома зимой одевалась в мигающие гирлянды, наряжалась флажками и игрушками.

Издалека елка казалось очень торжественной и нарядной. Вблизи были видны огромные лампочки гирлянды, грубо выкрашенные гуашью. А игрушки были самыми настоящими, из «Детского Мира» напротив. Пупсы в космических скафандрах, куклы, пожарные машины, паровозы, мячи, катера, колокольчики, хлопушки. И все это настоящее!

Окна Ванечкиной комнаты выходили как раз на средние ветки ели. И он каждую зиму рассматривал раскачивающихся на ветру космонавтов, кукол и паровозы. Своих игрушек у Ванечки было немного. Семья жила небогато, и игрушками Ванечку баловали не часто, и вообще, баловство в семье было не принято. Ванечка считал игрушки на елке за окном тоже своими. Вот совсем близко от подоконника раскачивается красно-синий мяч, а чуть ниже – яркая сверкучая юла. Космонавт с надписью СССР на шлеме заглядывает прямо в форточку окна.

«Сколько же уже лет? Страшно подумать, уж точно больше 60. Надпись СССР почти стерлась. На юле вблизи видны вмятины, краска подоблезла. Игрушки на елке, почитай, ровесники», – подумал Макарыч. «Все также весело раскачиваются. Почти такие же, как тогда. Ничего не меняется». Макарыч мельком взглянул в зеркало и грустно ухмыльнулся: «Нет, кое-что все-таки меняется…».

Интересно, а как там звезда на верхушке? Сколько Ванечка себя помнил, если изогнуть шею и посмотреть на самый верх, сквозь ветки ели виднеется рубиновая светящаяся звезда.

Ну-ка! Макарыч с трудом изогнулся и охнул, шея –то уже не та…. Нет, звезды не было. Вместо нее на верхушке ели сверкал и переливался снежно белый ангел . Кажется, он даже поворачивался и трубил в сверкающую трубу. Тоже красиво! «Наверное, единственная обнова елки за полвека», – улыбнулся Макарыч .

Когда Ванечка выходил во двор в предновогодние дни, он всегда устремлялся под ель. Там, внизу стоял в пушистой шубе, красной шапке и с посохом огромный дед мороз. Держал руку в варежке у лба, как будто кого-то высматривал. Ванечка точно знал, кого. Через площадь, на длинном балконе дома культуры стояла Снегурочка. Ванечка мучился вопросом, почему Дед Мороз и Снегурочка не вместе. Раз в час, а может и чаще (часов у Ванечки не было) вдруг раздавался скрип, шелест и шорох, а потом густой бас дедушки мороза вещал: «Внученька! Снегурочка! Где же ты?....». Снегурочка через площадь ему что-то отвечала тоненько. Но гул машин заглушал слова. Что-то еще говорил дедушка внучке. Голос часто обрывался, звучал неотчетливо… Очень трудно было прослушать диалог деда с внучкой до конца. Но зрителей это, похоже, не смущало. Живой диалог через площадь уже оживлял новогоднюю картинку.

Ванечка тоже не вникал в подробности беседы, как могло показаться со стороны. У него была совершенно иная цель. Ему нужно было дождаться конца разговора деда с внучкой, не перебивая (Ванечке мама строго-настрого наказывала никогда не перебивать старших). Но, до того как смолкнут шуршания и скрипы в огромной фигуре деда мороза, успеть обратится со своей просьбой!

У Ванечки была мечта. Он слышал, что послушным и хорошим детям Дед Мороз приносит подарки в канун Нового года, исполняет самые заветные желания. Надо только написать письмо и хорошо попросить. Ванечка уже научился писать. Не очень аккуратно и не очень ровно, но разборчиво.

На углу дома висел синий почтовый ящик. Ванечка, улучив момент (со двора выходить ему не разрешалось категорически) добежал с конвертом до угла. Какой-то дядька как раз опускал в ящик конверт. Ванечке повезло, самому бы ему точно до щели было не достать. Дядька охотно взял конверт, улыбнулся, прочитав адрес, и опустил конверт в ящик. Ура! Но как только план был исполнен, Ванечку начали мучить сомнения. Как дойдет письмо?

Кому? – Деду Морозу. Тут все ясно.

Куда? – Ванечка сначала хотел написать: Москва. Где же еще жить Дед Морозу?

Потом усомнился, спросил маму. Мама уверенно сказала, что на Севере. Точнее адреса и она не знала.

Ванечка где-то слышал выражение «крайний север». Наверное, там и должен жить Дед Мороз. Так и написал, коротко и ясно: «Деду Морозу. Крайний Север».

Хотел нарисовать на конверте льды и белых медведей, чтобы адрес был понятней. Долго копался в коллекции фантиков и нашел нужное – «Мишка на Севере». Получилось не очень похоже. Но все же лучше, чем ничего. Все ж таки, с картинкой адрес будет точней.

А потом начались новые сомнения. А вдруг адрес не точный? Вдруг, письмо не дойдет или придет с опозданием, или адрес на почте перепутают. Вдруг, в письме ошибки. Вдруг, деду Морозу письмо не понравится (писал Ванечка еще не очень хорошо, да и почерк…). Ох, может не понравится! Этого никак нельзя было допустить! Дед Мороз должен успеть получить его просьбу. И понять ее правильно. Это так важно!

У Ванечки была МЕЧТА.

Нет, не желание, не хотение, не блажь (как считала мама). Именно мечта!

Макарыч глянул на собственную детскую фотографию у елки в сквере и усмехнулся: в детстве каждая фантазия кажется огромной и важной мечтой …

Нет-нет, Ванечка точно знал – это не фантазия, не блажь и не каприз. Это очень-очень важно! Он не мог объяснить почему. Он просто чувствовал …

Все это началось с поездки в гости к маминой сестре. До того момента вся жизнь Ванечки протекала «на кругу». Тут и магазины, и кино, и Детский мир, и универмаг …

Мама работала дома. Весь день она что-то печатала, что-то помечала карандашом и подчеркивала. В это время маме нельзя было мешать, и Ванечка гулял в сквере. Он твердо обещал гулять так, «чтобы мама видела». А как это? Ванечка придумал отличный способ. Пока, прислушавшись, он мог различить быстрый стрекот маминой машинки у окна, он видим. Как только звук становился неразличим, значит, ушел слишком далеко и нужно возвращаться ближе к окну.

Так что вселенная Ванечки наглядно ограничивалась Круглой площадью. И это казалось не мало.

Но вот однажды мама сказала, что они поедут завтра к тете Наде. Ванечка помнил тетю Надю, добрую и улыбчивую женщину. Но вечно хлопочущую по хозяйству, не разговорчивую и немного скучную. Поэтому новость на него не произвела впечатления. Он ожидал поход где-то «на кругу», в скушные «гости».

Но на утро произошло невиданное. К подъеду подъехала бежевая машина с зеленым огоньком на лобовом стекле. И прямо по Вокзальной улице машина устремилась к тому самому зданию вокзала с башенками и шпилями. Ванечка любил помечтать, издалека разглядывая игрушечные башенки вокзала, что когда-нибудь он отправится туда, а оттуда уедет… . Дальше фантазия Ванечки не шла.

И вот, прямо сейчас, машина везла Ванечку все ближе и ближе к вокзалу. Вот уже проступили контуры розово–белых стен, красная черепичная крыша, металлический флюгер и флажки на башнях. Воздух наполнился новыми звуками, гудками, громкими голосами как из уличного репродуктора, шипением, уханьем, скрипом, звоном и еще многими звуками, которым Ванечка просто не мог подобрать название.