Уроборос
Часть первая: Змеиный культ
Михаил Таран

«Ложь всегда извивается, как змея, которая никогда не бывает прямой, ползет ли она или лежит в покое; лишь когда она мертва, она пряма и не притворяется».

Мартин Лютер, (1483—1546)

Дизайнер обложки Евгений Койнов

© Михаил Таран, 2021

© Евгений Койнов, дизайн обложки, 2021

ISBN 978-5-0055-6896-0 (т. 1)

ISBN 978-5-0055-6895-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Холодный мрак. Пустота. Ничего… Вокруг больше ничего нет. Ни мыслей, ни чувств, ни желаний. Но это не смерть, нет. Это что-то другое. «Кома? Возможно. А может, и нет. Где я?» – измученный разум судорожно искал ответы, безрезультатно пытаясь понять, что происходит. Пытаясь понять, куда исчезла окружающая реальность. Неужели он навеки обречён на этот плен. Плен вне времени, вне пространства. Всё что осталось, лишь это мерзкое ощущение невесомости. Нетленное забытье, в чертогах которого столь легко заблудиться. «И сколько же я тут блуждаю? День? Год? Столетия?» – снова бессвязный поток вопросов, вновь утопающий в забвение.

Неожиданно холодную пустоту пронзил теплый голос Отца. Все остатки жизни, затаившиеся в Михаиле, собрались в единый комок.

– Очнись, сын мой! Пора! Без тебя выстроенный мной порядок хрупок и не постоянен, – голос был нежным, придающим сил, согревающим своей теплотой. Михаил давно, очень давно не удостаивался чести личной аудиенции с Отцом.

Холодный мрак пустоты озарил ослепительный вихрь пурпурного цвета материи. Материя пульсировала, кружась в гипнотическом танце безудержного водоворота. В самом центре этого неведомого вихря дрожал бесцветный блёклый шар. Михаил не мог воспринять и осознать себя, утратив столь многое и сохранив столь малое, но он с уверенностью мог осознать и воспринять этот шар. Это было нечто из иного мира, что заштампованный привычными нормами разум определял как око. Око Великого Творца, взирающее на своего сына и общающееся с ним здесь, в этих мрачных чертогах забытья.

– Создатель? Я мертв? Прости меня, если принятые мной решения не оправдали твоих ожиданий и надежд, – послышался взволнованный голос Михаила, моментально поглощенный бесконечной пустотой.

– Нет. Ты не мертв. Но ты был в шаге от этого. Твои действия и твои суждения мне близки, ты не разочаровал меня ни разу, сын. Но тебя слишком долго не было. Многое изменилось. Пора вернуться в реальный мир. Ты нужен мне в Небесном Царстве.

Строгий реверберирующий голос Отца транслировался глубоко в подсознание, запуская там цепь причудливых и необъяснимых реакций. Пурпурный вихрь вспыхнул невообразимо яркой, слепящей вспышкой, а затем исчез. Полупрозрачное, блёклое око тоже исчезло и вязкая, холодная тьма вновь разлилась от края до края бесконечного чертога. Казалось, что всё стало как прежде, но кое-что всё-таки изменилось. Михаил почувствовал слабое дуновение ветерка, что играючи щекочет его кожу. Почувствовал стук усталого сердца, чьи слабые удары нарушали безмятежный покой в чертогах забвения… Тук… тук… тук… Слышались редкие удары, словно настырный метроном, отбивающий ритм. Космический холод куда-то удалялся, прячась в темноте, которая постепенно стала рассеиваться.

Неспешно начали проявляться очертания предметов окружающих обессиленного Архангела. «Это место… Оно мне знакомо. Это же… Храм «мерцающих огней»! – судорожно вспоминал Михаил, разглядывая загадочную пурпурную материю, что заменила собой высокий сводчатый потолок. Эта материя точь-в-точь была похожа на ту, что ему совсем недавно довелось созерцать в своём видении. Она также вихрилась и пульсировала, но вот белесоватого и полупрозрачного Ока в ней уже не было. Материя эта принадлежала другим аспектам бытия и была переполнена неукротимой силой, полное осознание которой было попросту невозможно, как и невозможно было понять истинную природу Создателя. Да, Михаил знал, что именно здесь, в этом священном месте, грань между мирами тоньше всего. Именно здесь Отец может с меньшим трудом установить телепатический контакт с каждым из своих сыновей, если конечно сам того пожелает. Вдоль величественных, украшенных исполинскими колоннами, стен проносились округлые сгустки божественной энергии. Сгустки причудливо двигались по своей необъяснимой траектории, отчего создавалось впечатление, словно они обременены разумом. Михаил осторожно пошевелил пальцами правой руки, затем пальцами левой. Суставы с трудом гнулись и отзывались тупой болью, возмущённые излишней активностью после сотен лет небытия. Михаил неспешно огляделся, пытаясь понять, что же тут происходит.

Он лежал на металлическом ложе. Вокруг было множество сияющих и жужжащих генераторов «доминус энергии». К его телу подведены трубки и провода от странных приборов и необычных устройств, по всей видимости, поддерживающих в нем жизнь. Первая попытка встать не удалась, мышцы не хотели подчиняться его воле. Они попросту не слушались. Приборы, окружающие ложе, начали пищать, издавая неприятный, режущий слух звук. Со второй попытки Михаил смог сесть, оттолкнув от себя только мешающие устройства. Головная боль и тошнота сразу же напомнили Архангелу, что он пока еще жив. За спиной неуверенно встрепенулись ослабевшие крылья гиганта, издав негромкий хлопок. Проведя рукой по шее, он ощутил протяженный, уродливый шрам.

– Как я и предсказывал, ты вернулся, брат мой! – раздался приятный радостный голос.

Архистратиг перевёл свой настороженный взгляд в том направлении, откуда донеслись эти слова.

К обессиленному великану, каким-то чудом вырвавшемуся из холодных чертогов забвения, приближался гость. Это был Гавриил. Он неспешно шагал со стороны главного входа. Михаил окинул его быстрым взглядом. Оракул не изменился, он выглядел точно так же, как и всегда. Во всяком случае, именно таким Михаил его и запомнил. Мешковатая серая туника с множеством складок скрывала могучее тело гостя. Огромные крылья смиренно сложены за широкой спиной. В руках пророк сжимал древко старого пастушьего посоха, опираясь на него при каждом шаге. Задумчивое лицо белокурого гиганта, как и прежде, полнилось тревогой, но при этом осторожно улыбалось.

– Что со мной случилось, брат? – держась огромной ладонью за голову, спросил Михаил.

Слова давались с трудом. Его совершенное тело переполняло неизвестное доселе чувство слабости, а разум тонул в наползающем тумане дремоты.

– Ты был на волосок от смерти. Находился в глубокой коме. Тебя отравили кровью Спасителя, в Эдеме, – пояснил приближающийся Гавриил. Стук пастушьего посоха, эхом разлетался по храму. Этот стук невероятно раздражал и невообразимо нервировал.

– В коме? Я слышал голос Отца. Он говорил со мной. Сколько я был без сознания? – Михаил встал на ноги, ощущая подошвой стоп приятный холодок каменного пола. В этот момент Архистратиг понял, что на нем совершенно нет одежды.

– О, брат мой. Тебя не было с нами три века. Если быть точным, то триста двадцать один год. Некоторые из наших братьев уже не ждали, что ты вернешься. Однако я верил!

Гавриил подошел к своему брату и протянул плотно скрученную и перевязанную веревкой белую тунику. Михаил поначалу был неподвижен, словно пытался осмыслить сказанное оракулом, после чего взял одежду.

– Три века… Немыслимо… Что с Небесным Царством? Что с Эдемом? – взволнованным голосом спросил Михаил, одевая тунику.

– Небесное Царство стабильно. Люцифер неплохо справляется со своими обязанностями. Порядок. Всюду порядок. Он организовал свой личный легион, назвал их «дети зари». В остальном без особенностей… Ах, да! Ему же удалось вернуть к жизни леди Лилит! Теперь она всегда рядом с ним. Всюду ходят вместе, даже смешно. Еще Самаэль возвел внушительных размеров дворец в центре небесного города, – Гавриил задумчиво смотрел в потолок, разглядывая светящиеся сферы небесной энергии и вспоминая события последних столетий.

– С этим ясно, что с Эдемом? – перебил Михаил.

Эдем две сотни лет горел в пламени братоубийственных войн. Однако сейчас людям более-менее удалось снизить градус вражды. Они сформировали два государства. Доминион и Иерихон. Первое – диктатура О. С. С.Ч., пропаганда борьбы с небесным наследием. Второе – Теологический радикализм остатков «Небесного Щита». Оба государства весьма неоднозначны и являются противоположными крайностями. В научном и технологическом развитии человечество не сильно преуспело. Они с трудом смогли достичь инфраструктуры уровня середины 21-го века. Люцифер возненавидел людей после того, что они сделали с тобой. Он был готов начать полномасштабное вторжение в Эдем, планировал полное истребление, но Отец отговорил его. В итоге Самаэль поручил ангелам из научного отдела разработать гипертессеракт, с целью поместить в него всю Солнечную систему. И надо сказать им это удалось. Теперь Эдем заключен в гипертессеракте и хранится у Люцифера в личных покоях. Никто из ангелов не может проникнуть на Землю. Отныне ангелов там никогда больше не будет. Да, нужно заметить, что основной причиной, тормозящей развитие человеческого общества, стал как раз таки тессеракт. Он блокирует радиоволны, не позволяет использовать спутники, выводит из строя не защищённые мощными экранами электроприборы. Человечество лишилось интернета, радиосвязи и систем спутникового наведения. Работают лишь локальные, стационарные электроприборы. Средств связи практически нет. Самое распространённое средство связи это депеша и гонец. Тессеракт экранирует всю планету, вызывает серьёзные помехи и артефакты, сбои в электронике, – Гавриил тяжело вздохнул и замолчал, обдумывая, не пропустил ли чего важного.

– Невероятно. Я слишком долго спал… То есть, в Эдеме теперь нет ни одного ангела? – Михаил снова присел на металлическое ложе.

– Не совсем. Перед тем как Эдем был заключен в гипертессеракт, Мария попросила Люцифера позволить ей вернуться на Землю. Она сказала, что у нее есть личное незаконченное дело. Он разрешил ей это сделать, с условием, что она станет сторонним наблюдателем, и не будет вмешиваться в дела людей. Ко всему прочему, Самаэль поручил ей отыскать первый тессеракт, в котором заключен Астарот и стать его хранителем. Этот куб был утерян во время бунта, а это недопустимо, – Гавриил внимательно смотрел на брата, словно пытаясь предугадать, как он будет реагировать на сказанное.

– Мариэль… Я прочитал ее письмо в тот день. Она просила меня покинуть Эдем, просила не подавлять бунт. А еще она хотела, чтобы я подарил Йозефу вечную жизнь и молодость так, как когда-то подарил Персивальду. И я сделал это. Сделал его бессмертным. Думаю, она отправилась в Эдем именно из-за него, – Михаил широко улыбнулся.

– Надеюсь, удача будет благоволить ей, – Гавриил чуть склонил голову.

Несколько секунд пророк был неподвижен, а затем оживился и вздрогнул, словно вспомнил что-то важное.

– Ах, да! У меня есть для тебя хорошая новость. Нам удалось извлечь из «конвертора» душу Караэля. Когда ты окрепнешь, мы можем приступить к проектированию его нового тела, – Гавриил нетерпеливо постукивал своим посохом о пол, внимательно уставившись на своего брата.

– Это и правда замечательная новость! Караэль мой лучший легионер! Мой друг. Вернуть его к жизни – меньшее, что я могу для него сделать за его самоотверженность.

– Да, мой брат. Пойду, сообщу Херувиму, что ты вернулся. Сообщу, что наш мир стал прежним, – Гавриил неспешно развернулся и с улыбкой направился в сторону выхода, оставив брата один на один со своими мыслями.

Шаги оракула были невесомыми и бесшумными. Лишь неизменный стук посоха выдавал его, напоминая, что он ещё не покинул лоно храма. Приблизившись к прекрасным, аркообразным вратам, украшенным бесчисленным множеством безупречных скульптур, белокурый гигант остановился и замер. В этот самый момент он кое-что вспомнил. И воспоминание это пронзило его разум, словно удар молнии. Улыбка моментально исчезла с прекрасного лица, уступая место печали и тревоге. Гавриил осознал, что ещё не всё поведал своему грозному брату. Да, сейчас он должен был сказать Михаилу то, чего никогда и ни с кем не хотел бы обсуждать. Но вырвавшийся из мутного омута памяти образ слепого ангела не оставил ему другого выбора. Поганый Сетт, прозвавший себя Видящим! Он, вместе со своей армией древних ангелов, сейчас прячется где-то в Эдеме. Он плетёт ужасные интриги, направленные на воплощение его богомерзких планов в жизнь. Что он задумал? Этого никто не знает и никогда не сможет узнать, так как безумный Сетт чертовски хитёр и коварен. Известно лишь одно – он жаждет аннигиляции Создателя, дабы самому возвыситься до демиурга. Непостижимая наглость и дерзость, бросать вызов Творцу но, тем не менее, это так.

– С тобой всё нормально, брат? – настороженно уточнил Михаил, приближаясь к остолбеневшему пророку. Архистратиг чувствовал, как растёт напряжение. Чувствовал, как какая-то негативная энергия обволакивает массивную фигуру Гавриила.

– Нет! – резко ответил Гавриил, моментально развернувшись к своему брату.

Мрачное, напряжённое лицо пророка не предвещало ничего хорошего, и Михаил это прекрасно понимал.

– Я сказал тебе, что в Эдеме больше нет ангелов, кроме Марии. Я солгал. Это совершенно не соответствует действительности. Там есть великое множество ангелов, с которыми нам нужно что-то сделать и как можно скорее, – голос Гавриила был пугающе серьезным, а на уставшем лице читался неподдельный ужас.

Глава 1 «Из глубин времён»

Церта-Сити.

321 год после исхода ангелов.

Первое что он услышал, это был пронзительный звон в ушах. Словно ультразвук, рассеивающий зачатки мыслей. А первое что довелось почувствовать, была острая разрывающая голову боль.

Первое воспоминание, которое удалось найти в разбитом сознании, это стальной сапог, разбивающий его лицо… кровь… треск костей…

Словно мозаика, вспышки разорванных в клочья событий прошлого собирались в единый пазл.

Надменное, полное презрение лицо Михаила… Ещё один фрагмент позабытой мозаики. Его взгляд пылает ненавистью… Доносятся звуки боя…

Снова приступ головной боли, и тщательно восстановленные фрагменты прошлого вновь рассыпаются на пазлы.

С трудом удаётся разлепить глаза. В образовавшуюся щёлочку пробился полумрак, разбавленный тусклым пульсирующим светом подключённых к телу трубок.

Несколько раз моргнув, он избавился от мутной пелены застилающей взор.

– Где я? – тихим голосом произнёс он.

Мышцы затекли, тело совершенно не хотело подчиняться его воле. Онемевшие конечности с трудом шевелились.

Он огляделся. Пространство замкнутое, словно какая-то коробка…

«Это гроб?» – скользнула болезненная мысль.

Его тело пронизано странными трубками, по которым поступает синеватый субстрат. Пульсирующий голубоватый свет, исходящий от трубок, освещал стенки и крышку «коробки».

На крышке вспыхивали разноцветные руны. Причудливый орнамент и загадочные символы плотно покрывали её стенки.

– Подожди-ка… Я знаю этот символ… – он повернул затёкшую шею. Его взгляд задержали высеченные на металле начертания.

– Вельзевул… Храм сотворения… – мозаика снова принялась собираться в очередную картину из прошлого.

– Значит это саркофаг, – он улыбнулся, словно радуясь своей догадливости. – А это… – он потянулся ослабевшей рукой к гравюре украшающей крышку саркофага. Огромные сочащиеся ядом клыки, упругое смертоносное тело, хитрые глаза. Он смотрел на гравюру рептилии, словно в зеркало.

– А это я… – выдохнув хриплую фразу, он опустил руку и закрыл глаза.

Боль становилась сильнее, она проснулась вместе с ним и никак не хотела вновь засыпать.

– Габриэлла! – он резко раскрыл глаза, и тусклый свет вызвал приступ тошноты. Вот та самая мозаика, которую ему хотелось собрать быстрее прочих!

Образ рыжеволосой девушки с разноцветными глазами, вынырнул из бездонного колодца его памяти. Уставшее сердце стало биться чуточку чаще.

– Где же ты сейчас? – он нахмурил лоб, отгоняя скверные мысли. – Я найду тебя, Лисёнок…

Приглушенные голоса привлекли его внимание. Их было много, все что-то активно обсуждали, но толстые стенки саркофага не позволяли разобрать ни слова.

Вскоре раздался низкий вибрирующий гул. Те, кому принадлежали эти голоса, активировали какой-то прибор. Спустя пару минут саркофаг куда-то понесли или повезли. После непродолжительного перемещения коробку снова оставили в покое. Затем и бубнящие голоса исчезли.

– Интересно… – синеватые губы снова растянулись в улыбке.

Жёлтые глазки нетерпеливо бегали. Он больше не мог, не хотел тут находиться! Ему нужно туда, где эти таинственные голоса, где свежий воздух, свобода. Туда где его ждёт Габриэлла! И вот неугомонный взгляд его бешеных, жёлтых глаз зацепился за знакомую руну, словно рыба за рыболовный крючок.

Продольные зрачки растянулись, синеватые губы выпустили из рта тонкий, змеиный язык.

– Асмодей…

***

– Этот объект был недавно найден нашими археологами в Гималайских горах, – тыкнув пальцем в свежераспечатанные снимки, произнёс Канцлер.

Усталые глаза внимательно смотрели на угрюмого собеседника, расположившегося на диване.

– Любопытно, Канцлер. Очень любопытно… – кивнул собеседник, манерно закинув ногу на ногу.

– Любопытно? Это всё что ты можешь на это сказать? – Канцлер приземлился в своё массивное кожаное кресло на гравитационной платформе, после чего подтянул его ближе к столу.

– Ну а что же Вы ждёте от меня услышать? – несколько надменно улыбнулся собеседник, хитро прищурившись.

– Это реликвия времён Вечной Войны! Древний артефакт! Вы могли бы проявить больше заинтересованности, мистер Фальтус! – возмущённо воскликнул Канцлер. Его белые брови нахмурились, а морщины в уголках глаз углубились.

– С чего Вы взяли, что глава тринадцатого отдела должен интересоваться историческими артефактами? – спокойным голосом произнёс собеседник. – Поместите находку в музей, пусть пылится там, как и прочие «наследия» прошлого.

– Ты потерял интерес, стал ленивым, – Канцлер открыл ящик стола и достал несколько бумаг. – А что если я скажу, что внутри этого объекта находится живое существо? Это заинтересует главу Искариот?

– Что? – Фальтус вскочил на ноги и приблизился к столу.

– Археологическая группа провела сканирование объекта на томографе. Внутри обнаружен живой организм, – Канцлер протянул фотографии и бумаги собеседнику.

– Этого не может быть… – Фальтус внимательно изучил фото. Саркофаг из неизвестного, блестящего металла с изображением объёмной змеиной головы на крышке. Множество рун, напоминающих те, что ему показывали во время учёбы в академии.

– Да, это небесные письмена… – прошептал Фальтус и принялся изучать бумаги. Археологи дотошно, во всех деталях описали результаты исследования. Распечатанные протоколы сканирования были осторожно прикреплены к остальным бумагам на скрепку. На распечатках отчётливо виден антропоморфный скелет внутри саркофага. Сомнений, что содержимое саркофага живое, не осталось.

– Ну, что ты скажешь на это? —пощипав свою скудную, седую бороду, спросил Канцлер.

– Это небесный… Необходимо немедленно отправить туда Искариот! – не отрываясь от бумаг произнёс Фальтус.

– Не волнуйся, в музей уже прибыл патруль О. С. С.Ч. – успокоил его Канцлер.

– Этого недостаточно. Они не знают, с чем имеют дело, – Фальтус бросил бумаги на стол. – Я и мои люди немедленно отправимся в музей и устраним угрозу.

– Вот, именно этого я от тебя и ждал, – Канцлер самодовольно улыбнулся. – Я не смею просить, но если получится взять его живьём… Это было бы очень полезно. Возможно, мы бы смогли почерпнуть больше информации об этих существах.

– При всём уважении, Канцлер, но всё что нам нужно знать о небесных агрессорах, это то, как их можно убить. И я это знаю. Больше мне никакая информация не требуется, – высокомерно ответил глава тринадцатого отдела.

– В таком случае избавься от него, – согласился Канцлер.

Кивнув головой, возбуждённый Фальтус вышел из кабинета Канцлера. Его суетливый шаг быстро сорвался на бег. Патруль О. С. С.Ч., дипломаты, чиновники, все кого он встречал на своём пути, смотрели на него с тревогой и безмолвным осуждением. Добежав до лестницы, перепрыгивая через три, а то и четыре ступеньки, он быстро спустился вниз. Чуть было, не поскользнувшись на гладком мраморе, Фальтус добрался до дверей, ведущих на улицу. У главного входа его уже ждала машина. Чёрный, блестящий, статусный автомобиль. Открыв дверь, Фальтус влетел в салон и тут же заорал.

– Гони в департамент! Срочно!

– Вас понял, – спокойно ответил водитель, заводя автомобиль.

Замерцали проблесковые маячки, освещая поглощённую вечерним полумраком округу. Машина с рычанием развернулась и понеслась по двору резиденции. Парковые деревья выныривали из сумрака, словно силуэты невиданных зверей. Раскидистые лапы растений словно тянулись к проносящейся мимо машине, пытаясь её схватить. Фальтус не знал покоя, его разум придумывал всё новые и новые варианты предстоящей встречи с внеземным существом. Страх? Безусловно он испытывал страх. Волнение тоже было. Но больше всего он чувствовал гордость и собственную важность. Сейчас ему выпал шанс доказать превосходство человека над небесными агрессорами. Орден Искариот так долго готовился к этому контакту. Сколько было изучено теории, сколько освоено практик… Этот день – логическое завершение целой эпохи. А возможно даже начало новой истории человечества.

Машина уже неслась по оживлённой городской улице, обгоняя и подрезая попутный транспорт. Фальтус вальяжно развалился на заднем сиденье, уставившись в окно.

Церта-сити светился неоном вывесок и яркими ксеноновыми фонарями вдоль дорог. Доминионская столица кипела жизнью. Толпы горожан шли в разных направлениях, заполоняя тротуары. Из придорожных забегаловок играла динамичная жизнерадостная музыка. Рекламные щиты с изображёнными на них красивыми девушками, предлагали купить очередную ненужную ерунду. Фальтус провожал въедливым взглядом всё, что попадало в его поле зрения. Но он совершенно не думал о том на что смотрел, его мысли были далеко. Он даже не заметил, как машина проехала очередной перекрёсток и попала на знакомую улицу. Лицо Фальтуса стало мрачнее и напряжённее. Они приближаются к департаменту.

Через десять минут автомобиль подъехал к КПП, остановился. Впереди преграждал дорогу стальной шлагбаум со светоотражателями. Из бетонной сторожки вышел человек. На нём был строгий чёрный костюм, белая рубаха и галстук. В руках он держал фонарик. Посветил сначала на номера, затем на водителя. Нахмурившись, часовой сурово вздёрнул головой, словно спрашивая «чего надо?».

Глухо тонированное заднее стекло автомобиля медленно опустилось, и часовой увидел высокопоставленного пассажира. Худощавое, остроугольное лицо уставилось на часового своими чёрными, блестящими, немигающими глазами.

– Мистер Фальтус? – часовой многозначительно поклонился.

– Пропусти нас, времени мало! И давай поживее! – прорычал Фальтус, приглаживая свои набриалинянные чёрные волосы.

Часовой тут же бросился обратно в сторожку. Через несколько секунд шлагбаум пришёл в движение, позволяя машине проехать дальше. А ещё через пару секунд Фальтус стоял на пороге Департамента.

Мрачный, с редкими маленькими окнами каземат, был абсолютно серым и каким-то депрессивным. Уродливое здание пряталось от светящихся неоном шумных улиц за высоким забором. Маленький дворик с неухоженным парком, больше напоминающим дикий лес, казался необитаемым. Однако на каждом дереве и стене можно было заметить камеры видеонаблюдения. Через эти камеры, мрачный департамент следил за внешним миром.

Фальтус поправил пиджак, рывком открыл дверь и вошёл.

Он шагал по тускло освещённому длинному коридору, по обе стороны которого проплывали полупрозрачные двери кабинетов. Через узорные стёкла дверей пробивался свет, который, казалось, был даже ярче чем от потолочных ламп коридора. Из кабинетов доносились голоса, стук клавиш печатных машинок и прочая суета. Звук шагов дублировался скрипом старого, потёртого паркета. Фальтус огляделся. Стены коридора выглядели так же уныло, как и всё остальное в этом здании. Зелёная, местами отстающая и уже отваливающаяся краска была повсюду. Ей выкрашены стены, трубы, двери и всякая мелочь вроде вентиляционных систем.

Пройдя весь коридор и упёршись в последнюю, лишённую стёкол, стальную, но такую же зелёную, как и все остальные дверь, Фальтус остановился. Сверил время на своих часах, собрался с мыслями и вошёл.

В кабинете или точнее казарме, в которой оказался Фальтус, царила совершенно безмятежная обстановка. Двое высоких и плотных мужчин сидели за небольшим письменным столом, друг напротив друга и пили чай. Они о чём-то лениво беседовали, то и дело доставая из невообразимо шуршащего пакета какие-то сушёные фрукты. Ещё один обитатель казармы дремал на диване, расположенном сразу же за шкафом с отчётами и прочими документами.

Заметив гостя, оба здоровяка отставили чашки с чаем и медленно поднялись со своих стульев.

Здоровяки были похожи друг на друга, как по комплекции, так и лицами. Оба в чёрных пиджаках, оба широкоплечие и высокие, оба коротко стрижены. К слову стрижены они были настолько коротко, что сквозь волосы хорошо виднелась их бледная кожа. Это братья-близнецы Корбор и Карбар. Комичность в созвучности их имён, пожалуй, видел только сам Фальтус, остальные этого не замечали. Два брата близнеца, два здоровяка с глупыми именами как у поросят из какой-то детской сказки. Фальтус с трудом их отличал, частенько путал кто из них кто, до недавнего времени. Но где-то, год назад, во время «грандиозной» охоты на таинственного ангела, появившегося в Церта-сити, Корбор получил огромный шрам на всю правую половину лица и ослеп на один глаз. С тех пор Фальтусу стало проще их дифференцировать. К слову сказать, в тот день Корбору ещё повезло, поскольку орден Искариот лишился тридцати лучших оперативников. Ангел, на которого они затеяли охоту, оказался невообразимо проворен, силён и опасен. Теперь его голова хранится в огромной, заполненной формалином колбе в личном кабинете Фальтуса.

– Что-то случилось? – хриплый низкий голос донёсся из уст Корбора.

– Кто третий? Кто ещё сегодня на смене? – нетерпеливо бросил Фальтус, кивнув в сторону торчащих из-за шкафа ног.

– Каин, – улыбнулся Карбар.

– Твою мать… Новобранец? – чёрные глаза Фальтуса блеснули, его пронзительный голос разбудил спящего.

Послышалась суета за шкафом, затем ноги пропали и через секунду появился молодой высокий юноша с растрёпанными волосами и заспанным лицом.

– Он у нас полгода уже, парень толковый. Да и к тому же он из санитарной школы… отчислен. Ну, я имею в виду, что он почти санитар, а это важно, – флегматично бормотал Корбор, косясь на юнца бельмом своего незрячего глаза.

– Чёрт побери, у нас самый важный день в истории ордена, а в группе быстрого реагирования оказался несмышлёный юнец! – Фальтус окинул Каина быстрым, но тяжёлым взглядом.

Худой и высокий как каланча, хотя и сутулый. Бледный и растрёпанный. Руки непропорционально велики. Пальцы молодого оперативника совершенно тощие и длинные, словно лапки паука. Поговаривали это всё из-за синдрома Морфана, которым юноша обладал. Фальтус недолюбливал таких как Каин. Его политика относительно набора рекрутов в орден заключалась в том, чтобы находить лучших из лучших. Но сейчас, когда орден переживает не самые лучшие времена, выбирать не приходится.

– Я справлюсь, Ваша честь! – выкрикнул Каин, стараясь не смотреть на гостя.

– С чем справишься? Ты даже не представляешь насколько это серьёзно! Насколько это важно для меня! – Фальтус быстрым движением поправил галстук и снова взглянул на часы.

– Мы можем отправить машину за Николаем. Возьмём его на это задание вместо Каина и все дела, – предложил Корбор и взглянул на брата, словно ожидая его реакции. Брат кивнул, соглашаясь со сказанным.

– На это нет времени. Юнец в деле, – Фальтус протянул братьям фотографии, которые получил от Канцлера.

– Реликт? – настороженно спросил Карбар, внимательно разглядывая снимок.

– Да, реликт. А внутри ангел. Находится там предположительно со времён вечной войны. Подарок из прошлого, – Фальтус вновь уставился на часы.

– Это не сложно. Он закрыт в этом ящике. Мы прикончим его, даже опомниться не успеет, – Корбор улыбнулся уродливой однобокой улыбкой.

– Не сложно? В прошлый раз такой же ушастый ублюдок прикончил тридцать наших парней и порезал тебе лицо. Ты уверен, что это будет несложно? Я вот сомневаюсь, – Фальтус выхватил фотографии из рук здоровяков и спрятал в карман пиджака.

– Какой план? – спросил Карбар, не отрывая взора от Фальтуса.

– Экипируемся и выезжаем немедленно. В музей, куда доставили реликт, уже прибыли бойцы О. С. С. Ч. Они окажут нам поддержку. Постарайтесь найти схему музея. Хорошо бы знать все входы и выходы, – Фальтус снова бросил пренебрежительный взгляд на Каина. Молодой человек стоял, вытянувшись по струнке, уставившись в стену.

– Хорошо! Какой протокол экипировки? – уточнил Корбор, почёсывая изуродованную щёку.

– Квартум-патроны, квартум-щиты, ртутные патроны, осколочные гранаты по две на каждого, – торопливо ответил Фальтус.

– А кровь Христа? – вновь поинтересовался Корбор, чуть нахмурив лоб.

– Не понадобится. Мы не на такую крупную добычу нацелены, – рассмеялся Фальтус.

– Через пятнадцать минут будем готовы, – кивнул Карбар.

– Сегодня у Вас будет ещё одна банка с небесной головой, – пообещал Корбор, оживлённо потирая руки.

– Меньше болтовни, больше дела! – угрюмо ответил Фальтус, после чего поспешил выйти в коридор.

Трое дежурных оперативников последовали за ним. Пройдя несколько метров вперёд, они свернули налево и спустились вниз по стальной, винтовой лестнице. Очутившись в подвале перед тяжёлой бронированной дверью хранилища, Фальтус принялся возиться с кодовым замком.

Вскоре в механизме замка что-то щёлкнуло, и дверь с протяжным скрипом отворилась. В хранилище автоматически зажглись лампы, освещая множество стеллажей с оружием и экипировкой. Все четверо вошли внутрь и разбрелись по хранилищу, выискивая необходимое снаряжение. Фальтус первым делом подошёл к стеллажу с квартум-щитами. Перед ним лежали замысловатые устройства, соединённые между собой сетью проводов. Фальтус задумчиво покачал головой, затем снял пиджак и распустил галстук. Быстро расстегнув пуговицы на рубахе, он сбросил и её. Взял со стеллажа загадочное металлическое кольцо. Оно сияло синеватыми камнями в грубой огранке. Тусклый свет, исходящий от камней, пульсировал внеземной энергией – силой, осознать границы которой не представлялось возможным. Фальтус ловко защёлкнул кольцо на шее и принялся разбираться со следующим элементом. Браслеты, переходящие в кожаные перчатки, так же как и ошейник содержали большое количество синеватых кристаллов. Затем нагрудный элемент. Это самое главное. Сложный по строению, но невероятно лёгкий жилет. В его структуре пряталась катушка из сверхтонкой квартум-нити. Именно эта катушка, питаемая миниатюрным доминус-генератором, вызывала мощнейшие магнитные аномалии, создавая барьер для всевозможных стрелковых атак противника. Такая технология имелась только у Искариот. Они ей крайне дорожили и не раскрывали секрет её создания даже регулярной армии О. С. С.Ч.

Закатав брюки, Фальтус застегнул стальные кольца на лодыжках. После, принялся соединять проводки, связывающие все элементы квартум-щита. Когда провода были подключены, он нажал кнопку активации и вдохнул жизнь в доминус-батарею. Заточённая в ней душа несчастного ангела билась в агонии, питая немыслимой энергией катушку. Металлические стеллажи принялись вибрировать и дрожать. Фальтус воспарил над поверхностью пола, левитируя, словно в невесомости. Его остроугольное лицо, скалилось блестящей улыбкой. Грохот за спиной заставил его обернуться. Упал один из стеллажей. Фальтус окинул взглядом лежащее на полу оружие. Затем он увидел испуганные глаза Каина. Худой юноша даже не представлял, какой силой обладают оперативники Искариот. Он был не готов. Это очевидно. Но другого пути уже нет. Фальтус щёлкнул кнопкой, и доминус-батарея отключилась, временно даря покой душе несчастного ангела.

Фальтус прервал свой непродолжительный полёт, его ноги вновь стояли на полу, но Каин не переставал пялиться на него, с восторгом и трепетом во взгляде.

– Это квартум-щит. Мощный прибор, способный образовывать магнитную аномалию вокруг носителя. Пробить такой щит не так-то просто, если вообще возможно, – сообщил Фальтус, пытаясь успокоить юнца.

– Это немыслимая технология! – Каин улыбнулся, поблёскивая глазами.

– Так и есть… – с важностью в голосе согласился Фальтус.

Корбор и Карбар поспешили поставить упавший стеллаж на место и принялись собирать с пола оружие.

– RZ-7 или RZ-10? – задумчиво спросил Корбор, держа в руках две крупнокалиберные винтовки.

– Десятый, – быстро ответил Фальтус, застёгивая пуговицы на рубахе.

– Разящий? Это же допотопная технология? Эта пушка недостаточно мощная. Её давно списали даже О. С. С. Ч. Только фанатики Иерихона пользуются этим, – удивлённо спросил Каин, пристёгивая ошейник квартум-щита на свою тощую шею.

– Модель RZ, обладает подходящим для нас калибром, да и все наши «особенные» боеприпасы разрабатывались именно под неё, – несколько возмущённо сообщил Фальтус, завязывая свой галстук.

– Квартум-патроны, способны пробить любую броню! Корпус танка для них как картон! – радостно сообщил Карбар, показывая обойму патронов, из которой исходило небесно-синее сияние.

– Небесная руда – это особый материал. Весь секрет в этом, – кивнул Корбор, соглашаясь с братом.

– И не забудьте ртутные патроны! – снова послышался напряжённый голос Фальтуса.

– Это я знаю! Ртуть ослабляет ментальные способности ангела, – радостно сообщил Каин.

– Если бы ты этого не знал, то это было бы странно, по меньшей мере, – Корбор нахмурился и с щелчком пристегнул обойму квартум-патронов.

– Ртуть токсична для ангела, но не смертельна. Она просто ослабляет его, – добавил Фальтус, закидывая винтовку на плечо.

– Тогда ослабим эту тварь! – Каин казался счастливым, разглядывая обойму с ртутными патронами.

– Все готовы? Тогда вперёд! – нетерпеливо оглядев свой отряд, приказал Фальтус.

Все четверо вышли из хранилища. Корбор прихватил с собой небольшой ящик осколочных гранат.

Тяжёлая дверь закрылась, зашуршали механизмы замка.

Спустя пару минут, они уже находились в служебном микроавтобусе. Покинув территорию департамента, через уже знакомый КПП, чёрный микроавтобус выехал на оживлённую городскую улицу. Влившись в плотный поток попутного движения, водитель включил сирену и проблесковые маячки. Фальтус и его оперативники приближались к музею. День, который они так долго ждали, наконец-то настал. Если сегодня им удастся уничтожить ангела, доказать Канцлеру свою нужность, то тринадцатый отдел может рассчитывать на дальнейшее финансирование своих проектов. Но если они упустят этого ангела, то Канцлер наверняка будет разочарован и орден лишится средств к существованию. Год назад, когда Искариоты принесли голову остроухого альбиноса и швырнули её к ногам Канцлера, орден перестал нуждаться в деньгах. Финансировались абсолютно все проекты и даже откровенно безумные разработки ордена. Именно тогда был разработан квартум-щит. А всё потому, что Доминион испугался. Страх движет ими! Страх проникал в их сознание и молил рыдающим голосом. Молил отдать всё: все деньги, все силы, всю власть, всё влияние… Отдать всё это герою, способному защитить их хрупкий мирок от агрессивных небесных пришельцев. И этим героем был Фальтус. Но время шло, и за текущий год страх ослабил свою хватку. Канцлер посчитал, что тринадцатый отдел слишком затратный для его казны. Да и угроз они больше не видели. До сегодняшнего дня. Сейчас речь идёт о выживании ордена Искариот. Ордена, в котором состояли их предки. Ордена, который является единственной силой на планете способной противостоять небесным агрессорам. И Фальтус не имел права на ошибку…

Глава 2 «Саркофаг»

Приглушённый шум мотора и действующий на нервы рёв сирены мешали сосредоточиться. Фальтус сидел рядом с Каином напротив братьев-здоровяков. Все его мысли упирались в юного новобранца, способного завалить это дело.

– Сначала используй ртуть, только потом меняй на квартум, – тихо пробормотал Фальтус себе под нос.

– Ртуть? – громко переспросил Каин.

– Давишь тварь ртутью, а после того как она упадёт без сил, пускаешь в ход квартум. Но перед этим не забудь одеть респиратор. Пары ртути быстро распространяются и можно самим надышаться этим дерьмом, – наставлял Фальтус, внимательно разглядывая лицо Каина.

Вытянутое лицо, с огромным ртом и близко посаженными глазами. Горбатый, усыпанный веснушками нос и густые брови. Высокий лоб и нелепая, растрёпанная причёска. Каин не похож на оперативника Искариот. Он выделялся, казался каким-то чужим. И Фальтусу это не нравилось. Не нравилось, что нужно объяснять элементарные вещи. Не нравилось, что молодой юнец может всё испортить. Но выбирать не приходилось.

– Хорошо, мистер Фальтус! Я непременно так и сделаю, – Каин воодушевлённо кивнул, после чего ещё сильнее ссутулился. – Где можно взять респираторы?

– Ты серьёзно? – глаза Фальтуса округлились.

– Они в ящике, за последним сидением, – ответил Карбар.

Каин сконфуженно поправил галстук и уставился на блестящие винтовки, пристёгнутые на пневмофиксаторах возле двери. «Разящий, такая древность… Даже смешно, что приходится брать на такое дело это допотопное оружие. А ведь я видел „Стигмату“ у нашего водителя…» – подумал Каин. «Да, у водителя пушка посерьёзнее, чем у оперативной группы. Что может быть круче плазменного заряда… Эх, я всё же этого не понимаю.»

Юноша мечтательно закрыл глаза и прислонился к подголовнику.

– Готовность пять минут. Мы почти на месте, – доложил водитель.

Фальтус нетерпеливо заёрзал. Братья переглянулись. Каин медленно открыл глаза и снова уставился на ждущие своего часа винтовки.

Как только машина остановилась, Карбар тут же потянулся к тому самому ящику, в котором лежали респираторы. Выволок его из-за сидения и достал четыре маски. Первые три быстро раздал, четвёртую ловко напялил на своё широкое лицо. Круглый фильтр респиратора напоминал поросячий пятачок, что придавало его лицу смешные очертания. Фальтус на секунду улыбнулся, перед тем как одеть маску. Он поймал себя на мысли, что братья действительно имеют много общего со сказочными поросятами.

– Готовы? Тогда пошли! – приглушённо, сквозь респиратор прошипел Фальтус, убедившись, что все его подчинённые тоже в масках.

Через пару секунд все четверо были уже у главного входа в музей. Высокие стеклянные двери были распахнуты, а охраны из числа О. С. С.Ч. нигде не было видно. Это немного настораживало Фальтуса, а таинственное предчувствие грядущих неприятностей росло с каждым ударом сердца.

Четверо оперативников вошли внутрь. Просторный зал музея был нелюдим. Ни одной живой души. Мраморный пол блестел, отражая свет ярких ламп. Высокий потолок величественным куполом нависал над залом. Оперативники продвигались вглубь, с опаской осматривая каждый метр. Все четверо держали свои винтовки наготове. Мертвенная тишина, с каждой секундой усиливала напряжение. Всё что они слышали в этот момент, это лишь тяжёлое дыхание, пробивающееся сквозь душные фильтры масок, предательски громкий звук шагов, эхом разлетающийся по просторному залу и собственный пульс, отбивающий барабанную дробь.

«Искариот – непобедимая сила! Это древний орден, осмелившийся встать против гнёта небесных агрессоров», – размышлял Фальтус, пытаясь прогнать позорное чувство страха. Его руки крепко сжимали «разящий». Испуганные чёрные глаза постоянно бегали, выискивая хоть какую-то активность. Но в зале никого кроме них не было. Лишь пустынное пространство, вдоль стен которого стояли древние статуи. Крылатые мраморные великаны, щедро украшенные малахитом и янтарём, держали золотые мечи и копья. Лица статуй внушали трепет. Превосходные образцы искусства времён вечной войны. Эти статуи были вывезены из захваченных силами О. С. С.Ч. твердынь «Небесного щита». Здесь, в музее, они по праву занимают свои места.

Пройдя в следующий зал, где хранились экспонаты небесного оружия, Фальтус остановился. Его спутники переглянулись.

– Здесь никого нет! – голос Фальтуса дрогнул, это было отчётливо слышно даже через респиратор.

– Уже второй зал, а мы не встретили ни души. Где патруль, где персонал музея? – тихо произнёс Корбор.

– Возможно в следующем зале? – неловко встрял Каин. На его лице проступила испарина, глаза взволновано хлопали большими ресницами.

– Всем быть наготове. В любой момент всё может пойти не по плану, – быстро протараторил Фальтус и двинулся дальше.

– Можно подумать сейчас что-то идёт по плану, – еле слышно прошипел Карбар, следуя за своим лидером.

Зал с оружием был гораздо хуже освещён. Потолочный свет приглушённый, что позволяло небесным клинкам мерцать голубоватым сиянием со своих стеллажей.

Гладиусы ангелов, некоторые из них именные. Оружие, вершившее судьбу мира. На каждом клинке чья-то кровь. Отдельно, под бронированным стеклом покоилось то самое копьё, которое год назад удалось забрать с трупа ушастого альбиноса. Этот ангел настолько ловко орудовал своим оружием, словно оно было частью его самого. Глядя на смертоносное копьё, лишившее несколько десятков жизней его лучших людей, у Фальтуса начался нервный тик. Правый глаз самопроизвольно дёргался, пытаясь закрыться и не видеть всего этого.

Группа продвинулась дальше. Следующий зал был именно тем, который нужен.

Фальтус замер. Его лицо побледнело. Правый глаз перестал дёргаться. На лбу показались капли пота. Дыхание участилось. То, что довелось увидеть оперативникам Искариот, сложно описать словами.

Гладкий пол залит кровью. Кругом невообразимо изуродованные трупы. Тела несчастных истерзанны какой-то непостижимой силой. Некоторые раздавлены, выжаты, словно под прессом. Их кости раскрошились на множество мелких обломков. Глаза налились кровью. Рты раззявлены в немом крике ужаса. Их бескостные тела напоминали тряпичных кукол, брошенных как придётся.

Некоторые трупы разорваны пополам. Потроха тянулись от одной половины трупа к другой, словно связующая их нить, напоминающая о том, что некогда это было единым организмом.

Но больше прочих Фальтуса удивили трупы с зелёной кожей и отёчными, невероятно раздутыми лицами и шеями. Казалось, словно их жизнь прервал какой-то сильнодействующий яд.

На всех этих несчастных была форма бойцов О. С. С.Ч.

– Это патруль… – с ужасом в голосе выдавил из себя Каин.

– Точнее то, что от него осталось, – безучастно добавил Фальтус.

– Что могло с ними такое сделать? – задумчиво спросил Корбор, взглянув на брата.

– Например, то же, что оставило тебе эту отметину, – ответил Карбар тыча пальцем на изуродованную щёку брата.

– Хватит болтать! Ищем саркофаг, – приказал Фальтус и сделал шаг вперёд.

Под ногой оказалось что-то твёрдое, и он быстро взглянул вниз. Оторванная рука, с висящими клоками мяса, лежала в луже крови. Фальтус с пренебрежением оттолкнул конечность ногой.

– Ботинки новые… – с досадой прошептал он.

Группа двинулась дальше. Третий зал оказался просторнее двух предыдущих. Это был зал военной славы «апостолов» – прародителей ордена Искариот.

На постаментах стояли чёрные гусеничные монстры, башенные орудия которых несли смерть врагам человечества во время вечной войны. Да и в первые десятилетия борьбы с Иерихоном, эти танки неплохо справлялись со своими задачами до появления плазменных винтовок. Это были поистине легендарные машины.

Десантные и боевые вертолеты, уронившие ангелов с небес, и показавшие им кому на самом деле принадлежит земное небо. Крылатые машины прошлого даже сейчас выглядели устрашающе.

Зал славы и чести сейчас выглядел так, словно это какая-то жуткая инсталляция бесславного поражения и полной аннигиляции.

Пройдя дальше, группа оперативников, наконец-то наткнулась на то, ради чего они прибыли в это злополучное место.

Блестящий металлический саркофаг лежал на боку. Тяжёлая крышка валялась неподалёку.

Фальтус ускорил шаг и тут же, чуть было не поскользнулся, на залитом кровью полу. Он с трудом устоял на ногах. Подойдя к саркофагу, оперативники принялись его внимательно изучать. Необычный металл отливал перламутром. Толстые стенки саркофага испещрены руническими символами. Внутри гробницы множество загадочных трубок, из которых по каплям выделяется синеватая, люминесцирующая жидкость. Изнутри стенки также покрыты рунами, некоторые из которых мерцали разными цветами, словно какая-то панель управления.

Зловещая змеиная морда, украшающая крышку саркофага, ехидно раззявила клыкастую пасть и пронзительно смотрела на Фальтуса своими блестящими глазами-рубинами.

– Слишком поздно. Тварь ушла… – опустошённым голосом сообщил Фальтус, разглядывая крышку.

– Плохо дело, – добавил Корбор.

– Плохо? Ты имеешь в виду, что Церта-сити в опасности? – испуганно переспросил Каин.

– Он имеет в виду, что тринадцатый отдел остался без денег. Без средств к существованию. Канцлер урежет финансирование ордена, и мы окажемся на дне! – возмущённо прорычал Карбар, раздражённый глупыми вопросами Каина.

– К чёрту Церта-сити! К чёрту канцлера! – заорал Фальтус, теряя контроль.

– Какой план? – невозмутимо спросил Корбор, снова покосившись на брата.

– Нужно прочесать весь музей, все залы. Возможно оно ещё здесь, – чуть успокоившись, ответил Фальтус.

Корбор достал из кармана бумагу, свёрнутую несколько раз. Развернул. Это оказалась схема музея. Братья-здоровяки внимательно уставились, соображая, где именно они сейчас находятся.

Фальтус и Каин стояли рядом, даже не принимая участия в процессе уточнения местонахождения группы. Поскольку первый уже смирился с мыслью о поражении и просто ждал, сам не понимая чего. А второй совершенно не дружил с картами и не хотел злить здоровяков своей глупостью.

– Где рептилия? – неожиданно, словно из ниоткуда, раздался хриплый незнакомый голос.

Братья бросили карту и схватились за винтовки. Каин попятился назад и, споткнувшись о крышку саркофага, рухнул на кровавый пол. Фальтус вздрогнул и резко развернулся в том направлении, откуда донёсся голос.

В другом конце зала, неподалёку от входа, ведущего к выставке небесных клинков, стояли три фигуры. Одна из них несколько впереди, две других за его спиной. Незнакомцы облачены в чёрную, напоминающую чешую дракона, броню. Эти бронекостюмы походили на те, что использует «Небесный щит», но всё же немного другие. Более мрачные, более тяжёлые. Под бронёй алые робы. На головах незнакомцев нахлобучены плотные капюшоны, из-под которых, словно затухающие угли костра, сияют красные огоньки глаз. Огоньки окаймляет пульсирующее голубоватое свечение. Иногда это свечение становилось настолько сильным, что затмевало сами угольки. А после практически исчезало, позволяя уголькам сиять с новой силой. Багровые плащи незнакомцев, спадая с плеч, стремились к самому полу. На широких кожаных поясах висят загадочные пузырьки и колбочки с чёрной жидкостью.

В ножнах короткие мечи. В руках «разящие». Лица незнакомцев плохо различимы из-за тени капюшонов.

– Стоять на месте! Ни шагу дальше! – заорал Фальтус, вскинув винтовку.

На бледном лице впередистоящего незнакомца скользнуло подобие улыбки. Пульсирующие огоньки глаз, не мигая, уставились на группу растерянных оперативников.

– Вы кто, мать вашу, такие? – прорычал Корбор, целясь в того, что стоит позади справа.

– Это ваших рук дело? – снова послышался охваченный нервной дрожью голос Фальтуса.

– Слишком много вопросов, – монотонно ответил впередистоящий незнакомец. Двое стоящих позади него, переглянулись.

– Их глаза, мистер Фальтус. Посмотрите на них! – перепуганный Каин поднялся на ноги и панически размахивал винтовкой, целясь то в одного, то в другого незнакомца.

– Заткнись! Думаешь, я не заметил? – раздражённо ответил Фальтус.

– Меня зовут Дарий. Я прибыл сюда, чтобы забрать рептилию. Но как я вижу, её здесь уже нет, – громко и горделиво произнёс впередистоящий незнакомец, снимая с головы капюшон.

– Ну что же. Может быть ты объяснишь, о какой рептилии идёт речь? – насторожился Фальтус.

– Вы даже не знаете, что именно является вашей целью? Вы прибыли забрать что-то, но сами не знаете что? Тогда вам несказанно повезло, что вы опоздали! – Дарий в голос рассмеялся, демонстрируя свои блестящие белые зубы.

– Мы пришли сюда за одним ангелом, а получим сразу трёх! – раздался раздражённый баритон Корбора.

– Идиоты! Мы не ангелы! Вы даже не в силах узнать настоящего ангела. Отличить его от… Впрочем это уже и не важно. Вы нам не нужны, поэтому мы уходим, – Дарий развернулся и неторопливо направился к выходу, двое его спутников последовали за ним.

– Сначала ртуть, затем квартум! – напомнил Фальтус и щёлкнул тумблером, переведя «разящий» в автоматический режим.

Оглушительный грохот выстрелов эхом отражался от стен зала. Каждый выпущенный снаряд, вопил громогласным рокотом. Этот звук был криком необузданной силы древнего оружия. Блестящие гильзы дождём сыпались на пол. Пережить такой плотный шквал огня казалось невозможным. Фальтус отстегнул опустевшую обойму и со щелчком зарядил новую.

– Прекратить огонь! Хватит! – заорал Фальтус, с трудом перекрикивая грохот винтовок.

Наступила тишина, нарушаемая лишь пронзительным звоном в ушах.

Лицо Фальтуса казалось напряжённым. Нервный тик снова принялся терзать его глаз.

Троица таинственных незнакомцев, которая, по его мнению, уже должна была быть уничтожена, или как минимум до предела истощена, стояла как ни в чём не бывало.

«Снаряды словно не достигли цели, но как такое возможно?.. С такой-то плотностью огня…» – подумал Фальтус.

– Твари! Это что, ртуть? – поморщившись спросил Дарий.

– Меняем на квартум! – не отрывая взгляда от незнакомцев, приказал Фальтус.

Оперативники быстро отстегнули обоймы с ртутью и заменили их на сияющие небесным светом квартум-патроны.

– Я хотел оставить вас в живых, жалкие собаки, но теперь такой милости от меня вы не дождётесь! – прорычал Дарий, срывая с ремня одну из склянок с чёрной жижей. Откупорив пробку, он разом осушил склянку. Двое его спутников сделали то же самое.

– Огонь! Огонь! – Фальтус вновь вскинул винтовку.

Снова раздался оглушительный грохот. Синие светлячки квартум-патронов, оставляли за собой трассерный след. Траектория атаки была определена, но попасть в движущиеся цели оказалось совсем не просто. Незнакомцы стремительно приближались, петляя зигзагами, уходя таким образом из-под линии огня. Их движения слишком проворны. Скорость, с которой они перемещались, невообразима даже для ангелов. Синие светлячки не достигали цели. Они проносились мимо проворных незнакомцев и попадали в стоящие на постаментах бронемашины. Квартум с шипением пробивал броню, оставляя оплавленные, ровные отверстия после каждого попадания.

«Это невозможно… Невозможно, быть таким быстрым!» – подумал Фальтус, судорожно меняя очередную обойму.

Проворные незнакомцы были совсем близко. Фальтус ударил себя кулаком в грудь. Под рубашкой что-то зашипело. Запульсировало синеватое свечение доминус-батареи. Квартум-кристаллы на перчатках принялись сиять с удвоенной силой. Вибрация охватила зал. Стоящие на постаментах бронемашины издали протяжный, низко реверберирующий гул.

Дарий совсем близко. Его необычный меч со свистом рассёк воздух. Фальтус выставил вперёд свою ладонь, словно закрываясь от удара. Изысканное лезвие замерло, задрожало, затем с силой отскочило назад. Удивлённый Дарий отшатнулся, с трудом удержав оружие в руках.

– Что? Какого?.. – это всё что он успел произнести, перед тем как целый рой квартум-снарядов пронзил его тело насквозь.

Чёрная броня не смогла остановить синих светлячков и покрылась множеством сквозных пробоин. Кровь хлынула на пол. Тело с грохотом рухнуло навзничь. Необычный меч лежал в крови, даже сквозь грохот винтовок слышался таинственный, взволнованный женский голос.

– Си амоно киана!

Этот голос звучал из ниоткуда и на секунду Фальтус предположил, что это ему причудилось.

Двое оставшихся незнакомцев стремительно бросились назад, разрывая дистанцию. Непонимание ситуации принудило их к отступлению. Они спрятались за один из чёрных танков «апостолов».

На несколько секунд воцарилась тишина. Фальтус закинул винтовку на плечо. Каин и братья здоровяки поспешили активировать щиты. Лежащий на полу Дарий хрипел и давился собственной кровью.

«Удивительно, что он ещё жив», – размышлял Фальтус, разглядывая поверженного противника.

– Ну что, ублюдки, уже не такие смелые? – повизгивая заорал Каин. Винтовка в его руках ходила ходуном. Сам он ссутулился ещё больше прежнего.

– Кретины, вы тратите наше время! Дайте нам уйти! – раздался хриплый голос из-за танка.

– Вам не уйти! – грозно ответил Фальтус.

В ту же секунду, с ловкостью гепарда, на корпус танка запрыгнул один из незнакомцев. В руках у него был «разящий». Вскоре показался и второй незнакомец. Загрохотали выстрелы. Крупнокалиберные снаряды рикошетировали от квартум-щитов, разлетаясь в разных направлениях.

Ответный огонь не заставил себя ждать. Голова одного из незнакомцев разлетелась на куски, разбросав вокруг фрагменты мозга. Безжизненное тело скатилось с бронемашины и рухнуло на пол. Второй незнакомец отшвырнул винтовку и, выхватив гладиус, бросился к соседнему постаменту с очередным экспонатом бронетехники. Рой светлячков, смертоносной стеной следовал за ним. Квартум пробивал броню, за которой прятался незнакомец. Пробивал стены зала. Квартум пробивал всё, проходя сквозь любые преграды как раскалённый нож сквозь масло.

– Окружайте его! – скомандовал Фальтус, продвигаясь вперёд.

Оперативники приближались к постаменту, за которым прятался загнанный враг. Как вдруг из-за спины раздался крик, сменившийся булькающим звуком, после чего что-то тяжёлое рухнуло на пол. Они развернулись. Удивление и страх сковали оперативников.

Позади них стоял Дарий, живой и абсолютно здоровый. Его смертельные раны полностью затянулись. В правой руке он держал свой изысканный меч, а в левой, отрезанную голову Карбара. Круглая голова, с нахлобученным на лицо респиратором смотрела на Фальтуса глазами полными ужаса. Обезглавленное тело лежало рядом.

– Брат! Нет! – завопил Корбор, падая на колени. Левый глаз стал влажным, а бельмо правого безэмоционально оставалось сухим.

– Боже милостивый… – чуть слышно выдавил из себя Каин, пятясь назад.

– Вспомнил о Боге? – Дарий улыбнулся. Его бледное лицо смотрело на Каина своими мерцающими, телячьими глазами.

– Держи! – Дарий швырнул голову Карбара Каину. Новобранец выпустил из рук «разящий», пытаясь поймать голову, не дать ей упасть на пол.

– Идиот, что ты делаешь? – Фальтус вскинул винтовку, нажал на курок, но обойма была пуста.

Тем временем Каин поймал голову Карбара, но лишился своей. Незнакомец, что до этого момента прятался за постаментом, наконец-то покинул своё убежище. Лезвие его гладиуса с невероятной скоростью отделило голову Каина от худощавого тела. Всё произошло настолько быстро, что молодой оперативник даже ничего не успел понять и уж тем более не успел воспользоваться щитом.

Корбор попытался вскочить на ноги, но Дарий оказался быстрее. Удар сапогом в лицо отбросил оперативника на три метра назад. Корбор потерял сознание и лежал на полу без чувств.

Перепуганный Фальтус вытащил гранату и сорвал с неё чеку.

– Не подходи! Не подходи, или я убью нас всех! – истерически орал Фальтус, тряся гранатой.

– Кретин! Ты вынудил меня устроить тут бойню. Кровь твоих людей на твоих руках! И что ты получил взамен? Труп берсерка? Но мы заберём его тело с собой, поэтому ты не получишь даже этого, – спокойный голос Дария обладал небольшой хрипотцой. Изысканное лезвие скользнуло в ножны. Обезглавивший Каина незнакомец, приблизился к своему вождю и остановился чуть позади него.

– Кто ты? – судорожно бегая испуганными глазами, спросил Фальтус. Рука, сжимающая гранату, дрожала.

– Я же уже представился… Меня зовут Дарий, – собеседник улыбнулся и достал из кармана портсигар.

– Дарий… Мать твою… Дарий… – бессвязно бормотал Фальтус.

– Да, всё верно. Так и есть, – Дарий чиркнул зажигалкой и затянулся, после чего выдохнул колечко дыма.

– Что ты тут забыл? – снова спросил Фальтус.

– Ты немного глупый. Или у тебя проблемы с памятью. Я всё это тебе уже рассказал. Мы пришли за рептилией, так же как и вы. Но, так же как и вы, мы опоздали. И вместо того, чтобы попытаться догнать беглеца, мы задержались здесь. Из-за тебя мы потеряли время. Мастер Сетт будет разочарован, – Дарий стряхнул пепел на пол и снова затянулся.

– Сетт? – Фальтус кивнул головой, словно требуя больше информации.

– Да, Сетт, – Дарий кинул окурок под ноги Фальтусу и направился к выходу. Его спутник поспешил за ним.

– И всё? – обескураженный Фальтус, вставил чеку обратно в гранату.

– Труп берсерка мы заберём, ты уж не обессудь, – монотонно сообщил Дарий, закидывая на плечо тело павшего бойца.

Уже через пару минут Фальтус остался один в разрушенном зале, напоминающем больше склеп, чем музей. Корбор приходил в себя, стонал и шевелился. Здоровяк жив… Это хорошо.

Однако миссия провалена. Всё что им удалось, это потерять двух оперативников. А взамен ничего, нет даже доказательств присутствия ангелов. Что сказать Канцлеру? Как оправдаться в провале? Поверит ли он в эту историю? Наверняка не поверит. Орден Искариот обречён. Да и это теперь, когда появился столь сильный, практически неуязвимый враг. Фальтус опустошённо стоял посреди зала, не зная, что делать дальше.

Глава 3 «Новое тело для старой души»

Тем временем в Небесном Царстве.

Город мерцающих огней. Храм Зари.

Уже ночь. Городские улицы окутаны сном. Ни единой души вокруг. Вернувшийся в реальность гигант неспешно приближается к храму, в котором его ждёт старший брат. Каждый шаг, каждое движение отзывается болью в мышцах. Боль обессиленного трёхсотлетним сном тела. Он совсем недавно проснулся. Лишь вчера ему удалось покинуть царство грёз и вернуться в реальность. Лишь вчера он узнал о судьбе Эдема и Небесного Царства. Он опоздал на триста двадцать один год. И теперь хотел исправить то, что, по его мнению, ещё можно было исправить.

Мрак ночных улиц рассеивали снующие повсюду светлячки доминус-энергии и люминесцентное сияние флюросцианов. Огромные трёхметровые цветы флюросцианы раскрывали свои лепестки по ночам и закрывались в бутоны к утру. Лепестки этих цветов мерцали в ночи красным и розовым светом. Цветы-великаны произрастали вдоль всей улицы, по которой шёл Михаил.

Чистый, чуть влажноватый воздух бодрил своей свежестью. Брусчатка под ногами с лязгом встречала закованные в броню ноги.

Ониксово-чёрный Храм Зари, словно чёрная жемчужина расположился в самом центре белокаменного города мерцающих огней. Его неприступные стены, украшены золотыми статуями Самаэля. Каждая статуя отображает его триумфальные победы и великие свершения. Одна фигура сражает копьём узурпатора Молоха, другая поглощает тессерактом Астарота, третья протягивает руку раненому человеку. Но особенно интересной показалась четвёртая, где воспаряющий в небеса Люцифер, несёт на руках раненого Архангела. Михаил грозно нахмурил брови, осознавая, что Самаэль присвоил себе и эту заслугу. А ведь его там даже и не было. В тот день, когда Михаил пал, его старший брат уже вернулся в Небесное Царство. Это памятник тщеславию, а не доблести…

– Смотреть противно, – архистратиг отвернулся.

Окинув взглядом гладкие и невероятно ровные стены, затем высокие шпили чёрных башен, он испытал гордость за небесных зодчих. Такой шедевр – воистину произведение искусства.

Михаил приближался к главному входу. Его золотая броня мерцала в красном свете флюросцианов. Под бронёй была надета красная туника с изысканной вязью. Крылья аккуратно сложены за спиной. Светлые волосы развеваются на ветру. Лицо Архангела спокойно, словно маска.

Шагая вперёд, он думал о брате. Думал, что ему сказать. Думал, как он изменился и изменился ли вообще. Впрочем, статуи на храме говорили сами за себя. Люцифер не изменится, его эгоцентризм – константа, его тщеславие безгранично.

Мрак ночи мешал разглядеть главный вход, но там точно было какое-то движение. Синие огоньки глаз и столь же синие линии небесных клинков.

«Стража», – мелькнула мысль в уставшем разуме Архангела.

Как только Михаил приблизился к золотым вратам, ему преградили дорогу двое ангелов. Они появились из ниоткуда, словно вынырнули из мрака. Это легионеры.

«А что за легион?» – подумал Михаил, разглядывая стражника.

На них была пластинчатая чёрная тяжёлая броня, украшена квартум-кристаллами. На головах закрытые чёрные шлемы, с грубо сделанными забралами. Сквозь эти забрала лиц практически не видно, но зато видно синие огоньки глаз. Судя по глазам, это младшие ангелы. Нагрудная броня украшена гравюрой звезды и множеством рунических символов. На плечи накинуты чёрные плащи. В руках гладиусы.

– Стой! – громко произнёс один из ангелов, выставив вперёд ладонь.

Михаил остановился. Сапфировые глаза с удивлением смотрели на наглого ангела.

– Лорд Люцифер сегодня не принимает! – добавил второй стражник.

– Ты слеп? Или глуп? – раздался низкий баритон Архангела.

– Я вижу. И разумом не слаб! – злобно бросил первый стражник.

– Я Михаил! Архистратиг! – в бешенстве заорал Архангел.

– Понятия не имею кто это. Впервые слышу, – высокомерно сообщил ангел.

– Что? Ты впервые слышишь моё имя? – Михаил с удивлением и злобой смотрел на дерзких стражников.

– Да. Я не знаю кто такой Архистратиг Михаил. Мне неизвестно это имя. Я вижу, что ты Архангел. Но опять же, я не знаю тебя. Мы видели всех Владык, но тебя мы не видели никогда. Твоё тело весьма внушительных размеров и само по себе есть оружие. Неужели ты думаешь, что я пропущу чужака, да ещё и столь опасного, в лоно храма? Неужели ты думаешь, что я способен подвергнуть жизнь моего Светоносного Лорда такой угрозе? – стражник говорил громко, уверенно и без малейших запинок.

– Сколько тебе вообще лет, если ты не помнишь меня? – чуть успокоившись, произнёс Михаил.

– Мне сто тридцать пять лет, – с важностью сообщил стражник.

– Это же очень мало, ты совсем дитя! Это многое объясняет… Позови кого-нибудь из более старших легионеров и они разъяснят тебе кто я, – Михаил улыбнулся, радуясь, что конфликта можно избежать.

– Дитя? Ты блаженный что ли? Мне осталось пятнадцать жалких лет жизни! Мой возраст пределен для этого тела! – возмутился стражник.

– Что? Что ты имеешь в виду? Ты болен? Почему тебе так мало отмерено? – глаза Архистратига округлились, он не понимал что происходит.

– Это ты видимо болен, раз задаёшь такие вопросы! Всем известно, что Светоносный лорд инициировал три сотни лет назад реформинг генома ангелов. Каждый из ангелов прошёл обработку в Храме Сотворения. Теперь установленные на гены замки блокируют возможность к вечной жизни. Организм изнашивается и слабеет. Внешне это не проявляется, но вот внутри… Мы стареем и неотвратимо погибаем в возрасте ста пятидесяти лет. Доволен лекцией? Или ещё чего-то спросить хочешь? – стражник прищурил глазки. По его голосу можно было понять, что он улыбается, даже подсмеивается.

– Люцифер лишил носителей дара вечной жизни? То есть ангелы теперь смертные, как люди? – Архангел замер, лицо его побледнело.

– Люди? Что такое люди? – стражник в голос рассмеялся, видимо считая Михаила безумцем.

– Люди, это жители Эдема! – возмущённо ответил Архангел. Ему не нравилось, что какой-то младший ангел насмехается над ним.

– Да ты выдумщик! Люди… Эдем… Что это за чушь! Не знаю никаких людей, но ангелов лишили вечной жизни из-за развратно потребительского образа жизни, к которому приводит бессмертие. Древние ангелы погрязли в разврате, алчности, чревоугодии. Древние ангелы миллионы лет не делали ничего хорошего. Они просто тратили годы, разменивая их на наслаждения и самопотакания. Их время прошло. Светоносный Лорд сокрушил скверну в лице древних. Каждый древний ангел был пойман и казнён. А чтобы мы, младшие, не повторили их судьбу, срок нашей жизни сократили. Теперь, наша жизнь быстрая и яркая. Мы словно горящие щепки. Приносим свет и сгораем, – стражник подошёл ближе, его голос был весьма бодрым и дерзким.

– Вы убили древних? Просто так? – Архангел не понимал, в каком мире он проснулся. Всё изменилось. Его не помнят. А тех, кто его мог вспомнить, больше нет.

– Не мы, а наши предки. Ну всё, хватит разговоров на сегодня. Убирайся отсюда полоумный, пока можешь! – внезапно злобно ответил стражник.

– Ты видимо смерти ищешь? – Михаил свирепел. Нимб над головой полыхнул огнём, крылья распахнулись.

– Бросаешь мне вызов? – оба стражника приняли боевую стойку.

– Черви! Грязные крысы! – возмущённо произнёс Михаил, после чего в его руке появился огненный меч.

– Убери оружие! Последний раз предупреждаю! – строго пригрозил стражник.

– Предупреждаешь? Я хозяин всех небесных легионов! И ты смеешь мне преграждать путь? – бешенство Михаила становилось всё сильнее.

– «Дети Зари» служат только Люциферу. А ты видимо совсем обезумел, раз несёшь такую чушь. Я не знаю тебя. Поэтому ты не пройдёшь в храм, – громко сообщил ангел, покачивая гладиусом.

– Не пройду? Ты ошибаешься, щенок. Я пройду по вашим трупам, – прекрасное лицо Архангела исказила гримаса гнева.

Оба ангела не колеблясь, бросились вперёд. Они неплохо и слаженно атаковали. Их удары очень хорошо выверены и достаточно быстры. Небесные гладиусы со свистом рассекали воздух, но Архистратиг непринужденно уворачивался от каждого выпада.

Пышущее жаром огненное лезвие разрубило первого наглеца поперёк. Меч рассёк стражника от макушки до паха. Разрубленное тело упало, охваченное языками пламени.

Второй наглец немного попятился, но затем снова бросился в бой. На удивление эти ангелы оказались очень смелыми, даже безрассудными.

Несколько безуспешных попыток ранить Архангела, закончились потерей обеих ног. Ангел упал перед вратами, вопя от боли. Охваченные огнём обрубки конечностей судорожно подергивались. Михаил с силой пнул лежащего на земле противника. Да так, что тот размозжился о чёрную стену храма.

Золотые врата распахнулись, и Архистратиг вошёл внутрь. В храме царил такой же мрак, как и на улице. Редкие сгустки доминус-энергии спиралью спускались вдоль стен от потолка к полу и обратно. Их света не хватало, чтобы хорошо разглядеть парадный зал. Ещё одна статуя возвышалась в центре зала. Но на этот раз, она состояла из какого-то прозрачного минерала. Структура минерала преломляла скудные частицы света, преобразуя их в божественное сияние.

Статуя встречала гостей храма, широко разведя руки, словно зазывая в свои объятия. Просторный зал обладал великолепной акустикой. Откуда-то из соседних комнат, примыкающих к залу, доносились летании на языке древних. Хор голосов нараспев молил Светоносного указать путь их душам и определить цель их существования.

Гладкие ониксовые стены украшали лепнины, сюжеты с которых вновь прославляли Самаэля.

Гладкий и скользкий пол отзывался эхом на каждый шаг. Разъярённый Архангел быстро продвигался вперёд. Огненный нимб и пылающий меч, освещали путь куда лучше чахлых доминус-сгустков. Михаил не знал где именно стоит искать брата. Он просто шёл вперёд, доверившись судьбе.

Ударом ноги Архангел распахнул очередную дверь. За ней было гораздо светлее. Всё в золоте. Вдоль стен расположились прекрасные фонтаны с мраморными фигурами. И с десяток враждебно настроенных легионеров. Ангелы мгновенно встретили гостя дождём из огненных сфер. Михаил в последний момент успел воспользоваться гравитационным щитом. Жар перегретой плазмы чувствовался даже сквозь барьер щита. Яркий свет огненного вихря слепил глаза. Михаил зажмурился и тут же вскрикнул от боли. Квартум-лезвие пробило бедро гиганта насквозь. Затем ещё один удар, на этот раз пробита нагрудная броня. Кровь окрасила кирасу. Архангел взмахнул крыльями и поднялся на несколько метров в воздух, но тут же рухнул вниз, почувствовав нестерпимую боль. Огненная сфера опалила его крыло, оставив уродливую чёрную метку из выжженных перьев.

«Немыслимо, это же просто младшие», – судорожно думал Архангел, вставая на ноги.

Несколько легионеров уже неслись прямо на него.

– Назад! – Михаил выставил вперёд свою огромную ладонь. Мощный поток сжатого воздуха с силой отбросил ангелов назад, ломая их тонкие кости.

Ещё трое приближаются справа. Превосходный удар, затем ещё один. Скорость, с которой атаковал Михаил, была невообразима. Подобно огненному смерчу, он перемалывал врагов одного за другим. «Дети Зари» не могли ничего противопоставить мощи великого Архистратига. Они гибли один за другим. Да, их бесстрашные и яростные атаки были бесподобны, но не результативны. Через пару минут, все ангелы были повержены. Михаил в бешенстве устремил свой взор к следующим вратам. Врата со скрипом распахнулись, и в зал маршем выдвинулись колонны из полусотни легионеров. Обессиленный боем и трёхсотлетним сном Архангел попятился назад, но и сзади уже приближались ровные ряды «Детей Зари».

– Что же, видимо сегодня, братец лишится своего легиона, – злобный баритон Михаила эхом отразился от стен.

– А вот это уж вряд ли! – послышался не менее низкий голос в ответ.

Откуда-то сверху спикировал чернокрылый великан. С грохотом он приземлился прямо перед рядами своих легионеров. Огромный бледный черноволосый великан с ярким кольцом света над головой. Его тело заковано в непробиваемую, столь же угольно-чёрную броню. Красная набедренная повязка, прячущая ноги, украшена руническими знаками. Исполинские руки сжимают копьё, напоминающее нераспустившийся стальной цветок.

– С пробуждением, брат! Я рад твоему возвращению! – с улыбкой произнёс Люцифер.

Слова чернокрылого великана казались добродушными, но его взгляд не выражал ровным счётом ничего. Безразличие, читающееся во взгляде, граничило с раздражением.

– Рад? Тогда почему же ты натравил на меня своих псов? – яростно воскликнул Архистратиг.

– Натравил? Что за вздор? Ты сам прорвался в мои чертоги. Сам пролил кровь моих воинов. Здесь нет моей вины, – Самаэль мурлыкал, словно кот. Его слова надменны, а улыбка не искренняя.

– Я требую аудиенции! Один на один! Без лишних ушей! – Михаил быстро зашагал навстречу брату, но Люцифера тут же обступила толпа легионеров. Бесстрашные ангелы ощетинились небесными клинками, защищая своего лорда.

– Не беспокойтесь, дети мои, он не причинит мне вреда. Хотя бы потому, что он слишком слаб, – провозгласил Люцифер, похлопав по плечу одного из стоящих впереди легионеров.

– Я не слаб, братишка… – гневно ответил Михаил.

– Но и не настолько силён, что бы тягаться со мной, – добавил Самаэль.

Развернувшись, чернокрылый гигант направился в следующий зал. Легионеры расступились, пропуская своего повелителя.

– Следуй за мной! – низкий голос Люцифера подхватило эхо большого зала.

Михаил поспешил за своим старшим братом. «Дети Зари» сформировали живой коридор, пропуская Архистратига. Ангелы с недоверием сверлили его своими синими глазами.

Следующий зал был ещё больше предыдущего. Округлые стены, кольцом окружали Архангелов. Взглянув вверх, Михаил не увидел потолка. Нет, потолок, конечно же, был, но очень высоко. Настолько высоко, что разглядеть его казалось невозможным. Чёрный глянец стен разбавляли малахитовые вставки, спиралью идущие вверх.

– И что теперь? Куда дальше? В этом зале больше нет дверей, – настороженно спросил Михаил. Огненный меч Архистратига к этому времени уже исчез, а полыхающий огнём нимб превратился в тонкое кольцо света. Да и в целом пробуждённый гигант выглядел умиротворённо, словно позабыл все причины для ярости.

– Ты разучился летать? – громко, словно бросая вызов, спросил Люцифер.

Чернокрылый гигант разбежался, подпрыгнул и, оттолкнувшись от гладкой стены, расправил крылья. Словно огромный ворон он полетел, устремляясь вверх. Михаил, задрав голову, смотрел за тем, как его брат поднимается всё выше и выше. Поднимается к потолку, которого отсюда даже не видно. Вскоре Люцифер пропал из виду. Лишь чёрное перо с его крыла, медленно покачиваясь, падало вниз. Михаил протянул руку, позволяя перу приземлиться на его широкую ладонь. Чёрное перо… словно насмешка… словно вызов. Оно будто бы говорит: «попробуй, догони своего брата!»

Михаил с содрогающим стены хлопком поднялся в воздух. Без прыжков и прочих ужимок. С места. Он летел вверх, за своим братом. Летел, чувствуя жгучую боль в опаленном крыле. Летел, чувствуя обиду за несправедливое забвение. Всё выше и выше. Всё ближе к потолку, которого даже не видно. Эта башня, казалась бесконечной. Невообразимо высокое сооружение. Малахитовые вставки на фоне чёрных стен, казались ползучими змеями, быстро движущимися по спирали.

Михаил уже начал чувствовать усталость, а потолка по-прежнему не видно. Более того, пол тоже пропал из виду. Каждый взмах крыльев даётся с всё большим трудом. Ослабленное сном и недавним боем тело оказалось не готово к такому испытанию. Да, именно испытанию. Люцифер решил в очередной раз доказать, что превосходит остальных братьев в силе и стойкости. Вряд ли кто-либо из Архангелов, кроме Михаила, смог бы подняться в личные покои Херувима.

«Невозможно! Я больше не могу. Но если я сдамся, то разобьюсь, погибну и сгину в забвении. Обо мне никто больше не вспомнит. Нет! Этому не бывать!» – Михаил нахмурил лоб, делая прекрасное лицо суровым. Тонкое кольцо света, вновь полыхнуло огнём над его белокурой головой. Открылось второе дыхание.

Спустя час Михаил, наконец-то, достиг потолка. Круглое окаймлённое золотой оправой отверстие в потолке, служило вратами в покои Херувима. Обессиленный Михаил влетел туда и тут же рухнул без сил, к ногам старшего брата. Уставший Архангел тяжело дышал, чувствуя привкус крови во рту. Сердце колотилось. Тело изнывало от усталости. Сил не хватало, даже чтобы приподнять голову. Единственное, что видел Михаил, это чёрный металл стальных сапог Люцифера. Забавно, но сапоги были выполнены так, что напоминали когтистые лапы стервятника.

– Что с тобой брат? Ты устал? – насмешливо спросил Люцифер.

Стальная лапа стервятника с размаху опустилась на спину, пытавшемуся встать Михаилу. После чего Архангел снова прильнул к полу.

– Я просто не размялся, – тяжело дыша, произнёс Архистратиг.

– Я могу покончить с тобой одним ударом ноги. Один удар и твоё обессиленное тело полетит вниз, навстречу жёсткому полу. Ты расшибёшься, размажешься как насекомое. Твоя кровь перекрасит стены зала в красный цвет, – с лязгом ёрзая стальным сапогом о золотую кирасу, произнёс Самаэль. Его голос казался серьёзным и тихим. Впервые за всё время с момента их встречи, он говорит искренне. Говорит то, что действительно думает. – А самое главное, мне не придётся даже оправдываться. Не придётся врать. Я просто скажу, что ты не рассчитал силы. Что ты оказался слабее.

– Да, ты прав. Если ты это сделаешь, то действительно никто не узнает, что ты причастен к моей гибели, – выдохнул Михаил.

– Именно! – самодовольно воскликнул Самаэль, опёршись на древко копья.

– Ну так давай же! Сделай это! Сделай это сейчас, потому что другого шанса я тебе не дам! – хрипло выкрикнул Михаил.

– Я не стану этого делать, – Люцифер отошёл в сторону, позволяя Михаилу подняться.

– И почему же? Боишься? – Архистратиг приподнялся, встав на одно колено. Мышцы колотились в судороге.

– Люблю, – строго ответил Самаэль.

– С трудом в это верю, – Михаил смотрел в сапфировые глаза брата. Казалось, он говорит правду.

– Ну ты уж постарайся поверить, – Люцифер протянул свою огромную руку.

– Ты лишил ангелов дара, это безумие! – Михаил принял протянутую руку и поднялся на ноги.

– Древние потеряли цель существования, младшие могли повторить их судьбу. Я исправил это, – Самаэль улыбнулся и направился к чёрному мраморному трону, стоящему в центре зала.

Архистратиг оглянулся. Стен у зала не оказалось. Лишь шесть ониксово-чёрных колонн держали на себе тяжёлый сводчатый потолок. Своды потолка украшены золотом. Продуваемый всеми ветрами зал, напоминал гнездо того самого стервятника за которым Михаил только что гнался.

Между колонн стоят внушительных размеров чаши, в которых горят костры. Доминус-сгустков тут совсем нет. Ночное небо беспросветно чёрное, как весь этот храм. Плотные облака проплывают через весь зал, словно ленивые медлительные черепахи.

– Это лишь повод! На самом деле, ты хотел власти и поклонения. Древние ни за что не стали бы тебе поклоняться. Поэтому ты лишил их жизни, а младших лишил дара. Конечно, теперь ты для них практически божество. Мощный бессмертный великан, общающийся напрямую с Создателем. Ты получил то, что хотел. Построил свой новый мир, – Архистратиг приближался к усевшемуся на трон Самаэлю.

– Ну наверное ты прав. Это один из поводов. Знаешь, сейчас они смотрят на меня так, как никогда не смотрел ни один ангел. Они действительно обожествляют меня, – согласился Люцифер.

– Ни один ангел не смотрел на тебя как на божество? А как же Мариэль? Она грезила тобой больше других, – Михаил строго скрестил руки на груди.

– Мариэль… Эта девка отправилась в Эдем, и больше я о ней ничего не знаю, – задумчиво произнёс Люцифер.

– Боже милостивый! Что это? – Михаил чуть было не лишился дара речи, взглянув на пол возле трона.

Круглый участок пола, вокруг трона состоял из стекла или какого-то прозрачного минерала. Но самое ужасное это то, что было внутри. В структуре пола оказались замурованы отрезанные головы древних ангелов. Остроухие, размалёванные тушью и косметикой головы законсервированы в толще прозрачного минерала. Лица мёртвых голов переполнены страхом и отчаянием. Среди десятков голов, Михаил узнал одну, некогда принадлежащую Вельзевулу.

– К чему эти крики и паника? Это напоминание о неправильно выбранном пути. Ты ведь и сам недолюбливал древних. Частенько мы вместе осуждали их. Помнишь? – Люцифер внимательно разглядывал головы, вглядывался в лицо каждой.

– Недолюбливал, да! Но убивать их, да ещё и так осквернять, это совсем другое! – Михаил широко развёл руки, застыв в негодовании.

– Что сделано, то сделано. Скажи мне лучше, почему ты не пришёл ко мне сразу, а направился первым делом к другим братьям? – Самаэль нахмурился и уставился тяжёлым взглядом на собеседника.

– Потому что по ним я соскучился больше, чем по тебе… – задумчиво ответил Михаил.

– Очень жаль, что мой самый любимый брат по мне даже не соскучился. А вот я скучал! – Люцифер улыбнулся.

– Почему никто из твоих легионеров ничего обо мне не знает? Почему они не знают о людях? – строго спросил Архистратиг.

– Потому что ты был мёртв больше трёх веков! Потому что мир изменился! И ты правильно заметил, я изменил этот мир под себя! Нет больше праведника Архистратига, который может убить ни в чём неповинное дитя! Нет больше хозяина небесных легионов, потому что и легионов больше нет! Есть лишь один легион! Это «Дети Зари»! Ты забыт всеми, кроме своих братьев, но и они не станут идти против моей воли. Сейчас так мало обладателей дара. Сейчас моё слово – это закон! А что касается людей, то этот грязный скот чудом избежал истребления. Отец и мои слабохарактерные братья просили меня воздержаться от мести. Возмездие не коснулось людишек, но я закрыл их навечно в тессеракт. Теперь никто не сможет проникнуть в Эдем. Да и знания о нём, как и о тебе сокрыты. Новые поколения ангелов понятия не имеют ни о тебе, ни об Эдеме. В этом мире ты живой мертвец! Смирись с ролью наблюдателя, тебе ни чего не изменить. Твоё время прошло! – Люцифер кричал, вскочив со своего трона. Чернокрылый гигант эмоционально размахивал руками и пронзительно смотрел на своего растерянного брата.

– Ты глупец! Ты возвысил себя, ослабив остальных! Теперь ангелы не смогут постичь мастерство так же хорошо, как раньше. Им попросту не хватит времени! – возмутился Михаил.

– Этого времени им более чем достаточно! Небесному Царству больше ничего не угрожает! Бояться нечего! – так же эмоционально ответил Люцифер.

– Не угрожает? Ты в курсе, что в Эдеме Сетт? Да и к тому же не один, а с целой армией древних. А тессеракт, с заточённым в нём Астаротом? Где он? – Михаил подошёл к одной из колонн.

Ночное небо окутывало башню. Не было видно ничего, кроме непроглядной тьмы. Где-то там внизу дремал белокаменный Город Мерцающих огней.

– Сетт в западне, ему не выбраться из тессеракта. Так же как и Астароту. Да и к тому же ходят слухи, что тюремщики Рагуила тоже там. Уверен, что Афелий найдёт брата, – спокойно ответил Люцифер, возвращаясь обратно на трон.

– Ты недооцениваешь Сетта. Эта тварь ошибка природы. Он слишком умён и хитёр. Отрицать тот факт, что он умнее нас, бессмысленно. Думаешь он не найдёт способ выбраться? Думаешь он не найдёт способ уничтожить Небесное Царство? Я вот так не думаю. Надеяться на Афелия недостаточно. Необходимо уничтожить Сетта и найти тессеракт с Астаротом. Пока мы этого не сделаем, мы не можем говорить о безопасности Небесного Царства, – строго произнёс Михаил, вглядываясь в темноту ночного неба.

– Афелий устранит Сетта. А твоя ненаглядная Мариэль найдёт тессеракт с Астаротом, – лениво ответил Самаэль.

– Нам нужно отправиться туда самим, немедленно. Необходимо самим удостовериться в том, что с Сеттом покончено, – Михаил резко развернулся и взглянул на развалившегося на троне Люцифера.

– Это невозможно. В гипер-тессеракт нельзя проникнуть материальным объектам, – Самаэль сдвинул подлокотник трона вперёд и из потайной полости достал металлический куб.

– Это гипер-тессеракт. Тюрьма для людишек, – Люцифер показал блестящий куб Михаилу.

– А нематериальные объекты? – Михаил внимательно разглядывал куб.

– Теоретически можно поместить туда душу, с условием, что она займёт тело естественно рождённого ребёнка где-то на просторах Эдема. Но для этого надо как-то извлечь эту душу, – ответил Самаэль.

– У меня есть одна такая душа на примете. Я хочу, чтобы ты отправил в Эдем Караэля. Я ему доверяю. Он сможет устранить Сетта и поможет Марии найти первый тессеракт, – с уверенностью и решимостью произнёс Михаил.

– Ах-ха-ха! Караэль слабак! Он не смог избежать смерти. Не смог одалеть Азазеля. Что он сможет сделать? – в голос рассмеялся Люцифер, пряча куб обратно в тайник.

– Просто отправь его туда. Так мне будет спокойнее, – настаивал Михаил.

– Хорошо, брат. Я сделаю это для тебя, – Люцифер одобрительно кивнул.

Глава 4 «Последний шанс»

Церта-сити. 10 лет спустя.

Фальтус сидел за стойкой бара одного из дешёвых кабаков в трущобах Церта-сити. Малоприятное место, но позволить себе что-то лучше он не мог. Приходилось довольствоваться тем, что есть.

В течение нескольких последних лет он частенько захаживает сюда и напивается до беспамятства. Заливает боль потери своего наследия. Потери ордена, который был для него смыслом существования. Десять лет назад, когда они потерпели неудачу с саркофагом, канцлер урезал финансирование тринадцатого отдела. А спустя годы и вовсе распустил орден Искариот, посчитав его бесполезным пережитком прошлого. Департамент закрыли.

И сегодня, в очередном порыве меланхолии или очередном приступе депрессии, Фальтус пришёл в этот злосчастный кабак, чтобы напиться.

Уставившись в грязную, залитую всевозможной выпивкой, липкую, вонючую стойку бара, он неспешно потягивал виски.

В прозрачном стакане плавали два кубика льда. Фальтус старался покончить с пойлом до того как начнёт таить лёд. Он не любил, когда растаявший лёд разбавляет выпивку, делая её мерзкой на вкус. Впрочем, этот виски, единственный на который ему хватало денег, был из числа тех напитков, которые сделать хуже, чем они есть уже невозможно.

Осушив стакан, он осторожно поставил его на стойку.

– Повторить? – громко спросил, суетящийся рядом бармен.

– Да. Повтори, – кивнул Фальтус, глядя в стакан. – Только безо льда.

Бармен забрал со стойки стакан и через минуту принёс новый. Действительно, в этот раз безо льда.

Фальтус обернулся, окинув нетрезвым взглядом кабак. Дешёвые столы, дешёвые стулья, плотный туман сигаретного дыма, множество маргинального вида личностей и громкая динамичная музыка. Освещение скудное. Пахнет потом и дешёвым алкоголем.

Поморщившись, Фальтус залпом осушил стакан и размашистым движением вернул его на стойку.

– Повторить? – снова послышался голос бармена. Полноватый бородатый паренёк в засаленном грязно-белом фартуке, уже потянулся, было, за бутылкой.

– Нет. Пока хватит, – Фальтус махнул рукой.

Недовольный отказом толстяк, поспешил удалиться.

Как такое возможно? Как можно летать так высоко и упасть так низко? Упасть на самое дно этой жизни… Как так получилось, что глава тринадцатого отдела, да и сам отдел остались за гранью? Одна ошибка и потеряно всё. Власть, влияние, сила, деньги, технологии, всё потеряно.

Фальтус задумчиво взглянул на часы. Дорогие наручные часы – это всё что осталось от былой жизни. Уже вечер, пол-одиннадцатого.

– Повтори! – словно в никуда, крикнул Фальтус, доставая из кармана пиджака пачку сигарет.

Тут же появился бородатый бармен с бутылкой в руках.

– Безо льда? – уточнил толстяк.

– Естественно! – нетрезвым, но уверенным голосом ответил Фальтус.

Безуспешно чиркая зажигалкой в попытке закурить, он выругался. Затем он принялся её трясти и снова безрезультатно чиркать. Огня не было.

– Твою мать! – взбешенный Фальтус швырнул зажигалку на стойку.

– Могу ли я предложить Вам огоньку, мистер Фальтус? – из-за спины раздался чей-то незнакомый голос.

Фальтус хотел развернуться, чтобы посмотреть на того, кто посмел заговорить с ним, но незнакомец уже уселся рядом. Сев на стул, гость манерно постелил платок на стойку и лишь затем положил туда руку.

Тёмно-синий мундир с множеством орденов и медалей. Высокий воротник, с трудом скрывающий горжет бронекостюма. Широкие плечи гостя украшены золотыми эполетами. Крепкие руки в чёрных кожаных перчатках. На плече шеврон О. С. С. Ч. Широкие с лампасной лентой штаны прячутся в высокие блестящие армейские сапоги.

Небритое лицо гостя казалось спокойным и доброжелательным.

– Вас было непросто найти, мистер Фальтус. Что за скверный образ жизни Вы ведёте? Неужели для Искариот больше нет работы в Церта-сити? – гость улыбнулся и, чиркнув золотой зажигалкой, поднёс пламя к зажатой в зубах Фальтуса сигарете.

– Ты кто такой? Мы знакомы? – неразборчиво пробормотал Фальтус, прикуривая сигарету.

За спиной послышались шаги и рядом с гостем появились двое штурмовиков О. С. С.Ч.

Оба штурмовика держали в руках «Стигматы». Перегретый плазменный реактор винтовки, светился зеленоватой аурой. Система охлаждения оплетала корпус и ствол оружия множеством тонких гофрированных трубок. С этих трубок непрерывно сочился конденсат, отчего чёрные перчатки солдат постоянно были влажными.

Фальтус заметил, что появление штурмовиков вызвало волнение среди местных. Многие клиенты торопливо покидали кабак.

– Меня зовут генерал Абрахт, – манерно поклонившись, гость спрятал зажигалку в карман.

– Чем обязан? – выдохнув облако дыма, спросил Фальтус.

– Чего желаете, господа? – откуда-то снова нарисовался бармен.

– Желаю говорить с этим джентльменом! – злобно блеснув глазами, ответил Абрахт. Бармен тут же испарился.

– Я прибыл в этот гадюшник не просто так, а по делу, – развернувшись к Фальтусу, прорычал генерал. Его глубоко посаженные глаза, с пренебрежением разглядывали собеседника.

Действительно, Фальтус выглядел жалко. Некогда влиятельный и могущественный человек, запустил себя до простого алкоголика без малейшей цели в жизни. Отросшие грязные засаленные волосы небрежно падали на глаза, смотрящие нетрезвым взглядом. Лицо постарело, покрылось морщинами. Грубая щетина местами поседела.

Белая рубаха, которые выдавали всем оперативникам ордена, стала серой с множеством пятен и дыр. Складывалось впечатление, что эту рубаху он носит, не снимая дни напролёт.

– Тогда поторопись! У меня мало времени, – взглянув на часы, с напускной важностью сообщил Фальтус.

– И что же? Куда же Вы спешите, мистер Фальтус? В соседний кабак на свидание с очередной бутылкой? – усмехнувшись, поинтересовался Абрахт.

– Быть может и так. Тебе-то какое до этого дело? – Фальтус вновь затянулся.

– Экспедиция археологического института обнаружила древнюю пирамиду на территории города, носившего имя Эйлат… – Абрахт несколько откинул голову назад, отчего его взгляд стал ещё более надменным.

– И что теперь? Мне разрыдаться от счастья? – Фальтус затушил сигарету о стойку бара, после чего махнул рукой бармену.

– Повторить? – спросил довольный толстяк.

– Наливай! – размашисто кивнул Фальтус, чуть не впечатавшись лбом в стойку бара.

– В пирамиде находится второй саркофаг, наподобие того, из-за которого твоя группа отправилась в музей, – продолжал Абрахт.

– Да? Хорошо… Но ты знаешь, мне плевать! – Фальтус потянулся к наполненному стакану.

– А мне нет! – заорал Абрахт и выбил стакан из рук Фальтуса.

Стекляшка рассыпалась множеством осколков и разлетелась по полу. Ошеломленный Фальтус, с негодованием смотрел на генерала.

– Пока ты тут нажираешься, жалея себя, мои люди пачками гибнут в этой чёртовой пирамиде! Думаешь, я пришёл тебя уговаривать? Нет, это не так! Ты поможешь мне или я вышибу тебе мозги прямо здесь и сейчас! – взбешенный Абрахт, нависал над Фальтусом.

Двое штурмовиков сделали шаг назад.

– Заманчивое предложение, генерал, – поочерёдно моргая своими не трезвыми глазами, сообщил Фальтус. – Так в чём же дело?

– Дело в том, что в пирамиде и вокруг неё огромное множество кровожадных монстров. Целая свора отдалённо напоминающих собак существ мешает нам забрать саркофаг.

Мы уже потеряли один из грузовиков и несколько десятков солдат. Всё что нам удалось, это закрепиться у входа в пирамиду, – генерал вновь уселся на стул и манерно поправил воротник.

– От меня-то, что надо? – Фальтус с непониманием смотрел на собеседника.

– Канцлер обещал возродить орден, если ты сможешь достать саркофаг. Он сказал у вас есть подходы… Способы борьбы с внеземными отродьями, – ответил генерал.

– Чем я могу помочь-то? – спросил Фальтус.

– Вот и я так думаю, что ничем, – Абрахт встал со стула, поправил мундир, явно собираясь покинуть заведение.

– Стой, подожди! Конечно, я знаю их слабые места! Да и к тому же у нас есть оснащение, – Фальтус схватился за рукав мундира.

– Тогда собирайся. Времени мало, – с пренебрежением отдёрнув руку, ответил Абрахт.

– Хорошо! – Фальтус слез со стула и, с трудом удерживая равновесие, сделал шаг вперёд.

– А почему бы не отправить туда танки и больше пехоты? Ты же генерал! – снова поинтересовался он, уставившись на Абрахта.

– Потому что наша армия начала наступление на приграничные земли Иерихона. Да и к тому же узкие коридоры пирамиды нивелируют наше численное превосходство, – с важностью ответил Генерал.

– Наступление? Вы нарушили многолетнее перемирие? – голос Фальтуса показался более трезвым, чем пару минут назад.

– Да. Мы нарушили перемирие, чтобы покончить с жалкими фанатиками навсегда. Мы сотрём их крепости с лица земли! – с ненавистью прошипел генерал.

Фальтус быстрым шагом подошёл к одному из столов, взял салфетку, достал из кармана ручку и принялся что-то писать. Закончив, он поспешил обратно к генералу.

– Вот, здесь адреса моих оперативников, – сказал Фальтус, протягивая салфетку.

Абрахт кивнул головой и салфетку принял один из сопровождающих его штурмовиков.

– Три агента? – уточнил генерал.

– Два. Третий адрес мой, – ответил Фальтус.

– Зачем мне твой адрес? Ты и так с нами, – не понял Абрахт.

– А затем, что твои солдаты поедут за моими оперативниками и привезут их ко мне домой. Мы с тобой будем ждать их именно там. Только после того как все соберутся, мы сможем выдвинуться в сторону Эйлата, – пояснил Фальтус.

– С чего ты взял, что я буду торчать в твоей конуре и ждать твоих людей? – блеснули возмущённые глаза генерала.

– Ну, хотя бы потому, что Искариот вам нужны. И к тому же, после развала департамента, именно в моей конуре хранятся некоторые вещицы из арсенала ордена, – самодовольно ответил Фальтус.

– Ха. Ладно, пусть будет по-твоему. Но ждать мы будем не более пяти часов, – генерал направился к выходу, сопровождаемый штурмовиками.

Возле кабака уже стоял бронированный армейский автомобиль. Тяжёлая чёрная машина с большими колёсами и маленькими окнами. Один из штурмовиков поспешил открыть для генерала заднюю дверь автомобиля. Абрахт неспешно сел в машину. Затем штурмовик взглянул на Фальтуса.

– Залезай! – скомандовал он.

Фальтус неуклюже залез в салон автомобиля, расположившись рядом с генералом.

Штурмовик захлопнул дверь, оставшись снаружи.

– Трогай! Наша цель: район 13, сектор 2, корпус 1, – распорядился Абрахт, вальяжно развалившись в комфортном кресле.

– Вас понял, мой генерал! – проскандировал в ответ водитель.

Бронированный зверь рывком тронулся с места. На удивление, столь тяжёлая машина оказалась весьма быстрой. Ночная Церта-сити по прежнему мерцала неоном. Яркие придорожные фонари освещали путь. Проехав по главной улице около километра, они свернули на соседнюю, которая значительно отличалась от главной. Освещения толком не было, фонари разбиты, стены разрисованы неприличными рисунками, кругом горы мусора и толпы бездомных. Обратная сторона Церта-сити, изнанка, которую не все замечают. Это тринадцатый район. Трущобы, в которых влачил своё существование Фальтус.

Добравшись до указанного адреса, автомобиль остановился, разгоняя крыс, копошащихся в мусорных залежах у дороги.

– Выходим. Показывай куда идти, – недовольным голосом произнёс Абрахт.

Фальтус открыл тяжёлую дверь автомобиля и неловко выполз из салона. Корпус, в котором он жил, выглядел ужасно. Аварийное покосившееся здание с частично заколоченными окнами. Пройдя внутрь, они поднялись по лестнице на четвёртый этаж. Повозившись с замком, Фальтус отворил хлипкую дверь своего жилища.

Генерал с пренебрежением оглядел комнату. Грязные стены с отстающей краской. Еле горящая лампочка под потолком. Пол с частично отколотым кафелем выглядел хуже, чем в общественном туалете. Заколоченное окно прикрыто каким-то тряпьем. Деревянный стол у окна завален каким-то мусором. Множество пустых бутылок в каждом углу. Жуткий запах плесени и затхлости.

– Располагайтесь, генерал! – гостеприимно предложил Фальтус, усаживаясь за стол.

– Невообразимо мерзкое место. Надеюсь, долго ждать не придётся, – монотонно ответил Абрахт, осматривая помещение.

Его внимание привлекла небольшая деревянная тумбочка, на которой стояла какая-то банка. Подойдя ближе, Абрахт всмотрелся в эту мутную банку и его глаза округлились.

В банке плавала отрезанная голова. Необычная голова смотрела на генерала злобным, застывшим взглядом. Мёртвые красные глаза замерли навечно. Длинные остроконечные уши напоминали антенны. Седые волосы оплетали голову словно водоросли. Бледное утончённое лицо было безумно прекрасным. Никаких физических изъянов, чистое совершенство.

– Это ангел? – не отрывая взгляда от банки, спросил Абрахт.

– Да, эту тварь нам было тяжело поймать. Но мы смогли, – ответил Фальтус, роясь в куче хлама на столе.

– Я первый раз вижу ангела, – задумчиво произнёс генерал.

– Будем надеяться, что последний, – пробормотал Фальтус, вытаскивая из кучи хлама стакан.

– Не вздумай пить! Ты и так уже в хлам! – генерал бросил раздражённый взгляд на собеседника.

– Ладно, ладно… – Фальтус швырнул стакан обратно.

– Где твои технологии, о которых ты мне рассказывал? – нетерпеливо спросил Абрахт.

– Сейчас… – Фальтус встал и обошёл стол с другой стороны.

Опустившись на колено, он вытащил из-под стола ломик. Абрахт насторожился, рука генерала потянулась к кобуре, в которой томился пистолет. Тем временем Фальтус принялся отколачивать кафель с пола. Он яростно орудовал ломиком, отшибая куски кафеля и цемента. Добившись своего, он отшвырнул лом обратно под стол. Немного повозившись, Фальтус достал увесистый, старый чемодан. Стряхнув с него пыль, он принялся крутить колесики кодового замка. Спустя несколько секунд чемодан был открыт. Генерал подошёл ближе, по-прежнему придерживая кобуру.

– Вот они, мои технологии! – радостно сообщил, сидящий на полу Фальтус.

В чемодане оказались две разобранные винтовки класса «разящий» и несколько обойм для них. Помимо этого, там находились странные приборы с множеством проводов.

– Что это? – спросил генерал, уставившись в чемодан.

– RZ-10, – поспешил ответить Фальтус.

– Это я понял. А что за причиндалы с проводами? – уточнил Абрахт.

– Квартум-щит. Разработка Искариот. У вас такого нет, – с важностью сообщил Фальтус.

– Пока нет, – поправил генерал.

– Если орден возродят, то и не будет, – парировал Фальтус.

– Если возродят, – улыбнулся Абрахт.

Воцарилась гнетущая тишина. Фальтус встал с пола и направился к столу. Усевшись, он достал из помятой пачки сигарету. Генерал положил зажигалку на стол и сел рядом.

Затянувшись, Фальтус закрыл глаза, затем выдохнул облако едкого дыма.

– Давай поподробнее о монстрах в пирамиде, – стряхивая пепел на стол, сказал Фальтус.

– Их несколько десятков. Появились не сразу, но они с самого начала были в пирамиде. Похожи на огромных лысых собак с красной кожей и рогами. Их пасти способны разорвать всё, – генерал монотонно начал свой рассказ.

– Как вы потеряли грузовик? – Фальтус снова затянулся.

– Эти твари перевернули его, разнесли всю кабину и сожрали водителя. Мы с трудом заняли позицию возле входа. Такое впечатление, что в этом саркофаге что-то очень ценное для этих существ.

– Серьёзно. Похоже на гончих. Но в таких количествах их никто никогда не видел. Нам рассказывали про них в академии, – Фальтус затушил сигарету о стол.

– Ты сможешь решить эту проблему? – строго спросил генерал.

– Я помогу вам прорваться в саму пирамиду, выиграю для вас время. Дальше придётся действовать самим, – ответил Фальтус.

– Главное пройти коридор. Он слишком узкий, мы не можем подавить тварей там, – продолжил Абрахт.

– В таком случае мы вам поможем, – кивнул Фальтус.

– Я надеюсь, – выдохнул генерал.

– Так значит, вы снова развязали войну с Иерихоном? – осторожно уточнил Фальтус.

– Да. Пора покончить с этими приспешниками небесных узурпаторов. Их время прошло, – снова прошипел генерал.

– Как бы нам это самим боком не вышло, – Фальтус закинул ноги на стол и лениво зевнул.

– Что ты имеешь в виду? – настороженно уточнил Абрахт.

– Их много и они безумные фанатики. Все они будут биться до конца. Это сильно ослабит Доминион, – пояснил Фальтус.

– Они деградировали до средневекового общества. Они дикари! Мы размажем их как насекомых, – генерал встал со стула и направился к банке с головой.

В течение следующего получаса, они не разговаривали. Тишину нарушали лишь звуки проносящихся под окнами машин и писк крыс.

Вскоре послышались шаги и голоса. Входная дверь распахнулась. В комнату вошли четверо.

Один из них был здоровяк Корбор. Он сильно не изменился за последние десять лет, разве что отрастил пышную бороду. Его изувеченное шрамом лицо было до предела напряжено. Здоровяк поправил тугой галстук. Казалось, что свеженький пиджак оперативника ему немного маловат. Да и если по правде, здоровяк немного прибавил в весе.

Вторым оказался Николай. Старый знакомый Фальтуса. Высокий, смуглый мужчина с чёрными кудрявыми волосами. Николай, так же как и Корбор, был в костюме.

Двое других, это штурмовики Абрахта. Те самые, что наведались вместе с ним в кабак.

– Фальтус! Какого чёрта тут происходит? – несколько раздражённо выкрикнул Николай.

– Да, почему нас на ночь глядя увозят из дома солдаты О. С. С.Ч.? – поддержал Корбор.

– Друзья мои, у нас появилась возможность возродить орден! Это наш шанс! – вскочив со стула, нетрезвым голосом начал Фальтус.

– Чушь. К чёрту твой орден. Да и тебя вместе с ним, – бросил Николай.

– Поддерживаю! – кивнул Корбор.

– Что? Вы не можете… – удивлённый ответом, Фальтус снова уселся на стул.

– Джентльмены, меня зовут генерал Абрахт. Если вы откажетесь оказать нам поддержку, то будете уничтожены. Я думаю, ваша жизнь и восстановление департамента, в обмен на небольшую услугу, это неплохая сделка, – вмешался Абрахт.

– Что за шантаж? Думаешь, я боюсь смерти? Если хочешь, можешь пристрелить меня прямо сейчас! – рассвирепел Корбор.

– Корбор, если ты не хочешь сражаться за орден, если тебе плевать на Доминион и на меня… Возможно тебя заинтересует шанс отомстить убийце твоего брата? – невнятно пробормотал Фальтус.

– Что ты несёшь? – Корбор взглянул на Фальтуса.

– О.С.С.Ч. нашли древнюю пирамиду, в которой спрятан второй саркофаг. Наподобие того, что мы видели в музее. А ты знаешь, кому он ещё нужен, кроме нас? – немного пошатываясь, Фальтус подошёл к здоровяку и взглянул прямо в его единственный глаз.

– Дарий! – глаз Корбора блеснул ненавистью.

– Именно, – Фальтус кивнул.

– Кто такой этот Дарий? – уточнил Николай.

– Демон. Он лишил жизни моего брата, – ответил Корбор.

– Как интересно. И почему же я узнаю об этом только сейчас? – ошеломлённо произнёс Абрахт.

– Потому что я вспомнил об этом именно сейчас, – ответил Фальтус, покосившись на генерала.

– А я вот помню об этом всегда. Не могу забыть. Каждую ночь мне снится лицо моего брата и этот демон, держащий в руках его голову, – дрожащим голосом произнёс Корбор.

– Ладно, мы в деле! – громко сообщил Николай. – Только хотелось бы больше информации.

– Вы получите информацию по дороге. Нам нужно выдвигаться. Ночью мы вылетаем в Эйлат, – Абрахт поправил мундир и подошёл к своим штурмовикам.

Фальтус осторожно закрыл свой чемодан и взял его в руки. Генерал спешно вышел из комнаты, остальные последовали за ним.

Глава 5 «Предложение, от которого невозможно отказаться»

Тем временем. Иерихон. Сектор 17.

– Спасибо кардинал Дин, но я вынуждена отклонить ваше предложение, – несколько смущённо ответила женщина, отведя взгляд в сторону.

– Ты хорошо подумала? – кардинал по-хозяйски налил полный стакан грега, затем недолго думая, осушил его одним махом.

– Более чем. При всём уважении, вы не тот человек, которого я бы хотела видеть рядом с собой и моим сыном, – женщина осторожно взглянула на собеседника.

Кардинал сидел за столом, собранном на скорую руку. Старый толстый седой пахнущий потом и ещё каким-то стариковским запахом. Этот запах свойственен всем старикам. Широкое лицо с обвисшими щеками, обрамлённое снизу двумя подбородками, всем своим видом выражало недовольство. Маленькие глаза, казались еле заметными на таком большом лице и даже терялись на общем фоне. Зато нос был весьма выдающимся, украшенный жирной мерзкой бородавкой. Патлатые седые грязные волосы торчали из-под высокой чёрной шапки, увенчанной золотой христаграммой. Обрюзглое тело покрывала широкая чёрная мантия. Кардинал то и дело запихивал в рот наполненную едой ложку. Жадно чавкая, словно голодная свинья, он озлобленно смотрел по сторонам. Блюда, которыми угощала хозяйка дома, были на удивление разнообразны. На столе стояла кастрюлька с варёным картофелем, усыпанным зелёным луком. Салаты из местных овощей. Тушёное в горшочке мясо.

– Ты живёшь одна. Такая молодая, красивая. Твой муж сгинул в лесах на охоте. Прошло уже много лет. Чего ты ждёшь? Живёшь тут в этой халупе и горбатишься на полях с утра до вечера. Если станешь моей женой, жизнь сразу поменяется в лучшую сторону, – кардинал Дин улыбнулся своими лоснящимися губами, демонстрируя жёлтые кривые зубы.

– Вы уже пожилой человек, и слышать такие предложения от вас, мне возмутительно. Да и к тому же вы священнослужитель. Кому как не вам знать о порочности подобных помыслов! Да, мой муж пропал уже давно, но любовь моя к нему никуда не делась. И жизнь наша вполне устраивает меня, как впрочем, и моего сына. Еды, как видите, нам хватает. Дома чисто и тепло, – женщина вышла из-за стола и подошла к грубо выполненному комоду, на котором громоздилась железная статуэтка Архангела Михаила.

Отблески горящих свечей и лампад, слабо освещали её лицо. Пышные жёлтые как колоски спелой пшеницы волосы, собраны в хвост. Усталые, красивые глаза неподвижно разглядывают фигурку Архистратига. Загорелая кожа, гладкая как морская гладь.

– Дура! У тебя есть день, чтобы всё обдумать и придти ко мне с согласием и робким повиновением. В противном случае, ты пожалеешь, что вообще появилась на свет! – уронив табуретку, словно свинья, отползающая от корыта, священник выбрался из-за стола.

Кардинал выругался, плюнул на половицы и тяжело дыша, побрёл к выходу. Огромная, округлая туша кардинала с трудом протиснулась в дверь. Священник ушёл.

– О, величайший из Владык, услышь мои мольбы. Защити меня и моего сына Виктора от этих бед. Останови это безумие. Спаси нас… – молила женщина, упав на колени перед статуэткой.

Слёзы катились по щекам, голос дрожал. В маленькое окошко светила бледная луна. По крыше барабанил дождь, отбивая каплями странный, прерывистый ритм. Порывистый ветер заставлял ветхие стены поскрипывать. Казалось, их лачуга не может выдержать натиск разбушевавшейся природы, но она выдерживала. Выдерживала каждый раз.

– Мама, ты плачешь? – раздался тихий испуганный детский голос.

Женщина быстро поднялась на ноги. В дверном проёме, ведущем в соседнюю комнатушку, стоял её сын. Большие зелёные как заливные поля глаза мальчика, удивлённо и настороженно вглядывались в лицо матери. Ему всего десять лет, но он уже всё понимает.

– Не бойся его мама, я не дам тебя в обиду! – Виктор подошёл к матери и крепко обнял её.

Женщина вновь расплакалась, всхлипывая и вздрагивая. Она потрепала белые как снег волосы сына и тихо сказала:

– Я и не боюсь, сынок.

– Иди лучше спать. Завтра тяжёлый день. Нужно будет отнести на рынок урожай. Придётся ни свет ни заря проснуться, – подняв голову, предложил Виктор.

– Да, ты прав, сынок. Иди, а я приберусь здесь и тоже пойду, – женщина улыбнулась.

Мальчишка внимательно посмотрел на мать, затем неспешно направился в свою комнатушку.

Из печи доносился слабый треск догорающих дров. Тихо тикали старомодные настенные часы. Слабый тусклый свет свечей с трудом разгонял мрак в ночной хижине. Мерзкий стариковский запах по-прежнему стоял в комнате.

Усталая женщина подошла к столу и принялась наводить порядок. Она собрала разбросанные повсюду объедки и выбросила их в мусорное ведро. Помыла посуду. Затем помыла пол.

Взглянув на беспрестанно тикающие настенные часы, она поняла, что времени на сон осталось совсем мало. Налив немного грега в стакан, она залпом выпила его. Поморщилась и пошла спать.

Следующим утром, Виктор проснулся от бряканья посуды и вкусного запаха еды. Выскочив из кровати, одевшись, он направился туда, где гремели тарелки.

Мать уже приготовила завтрак и ждала своего сына.

– Доброе утро, мамочка! – Виктор уселся за стол.

– Доброе утро, сынок! – ответила мать, накладывая кашу в тарелку.

Утреннее солнце заглядывало в окошко, заливая своими лучами комнату. Птицы пели свои звонкие песни, которые по утрам казались наиболее жизнерадостными, чем в какое-либо другое время.

– Как спалось? – поинтересовался Виктор, закидывая кашу в рот.

– Хорошо. А тебе? – улыбнувшись, ответила мать.

– Кошмары снились, – коротко ответил Виктор.

Бледное лицо мальчика обладало острыми чертами лица и большими глазами. Невероятно белые, даже седые волосы, растрёпанной копной торчали в разные стороны.

Его мать никак не могла понять, почему у её сына такие белые волосы. Ни у кого в роду волос такого цвета не встречалось.

– И что же это был за кошмар? Ты помнишь свой сон? – спросила мать.

– Да, мне снилась вечная война. Снился кровопролитный бой. А ещё демон с железной рукой, – задумчиво ответил Виктор.

– Какая глупость. Это всё из-за тех книг, которые ты читаешь перед сном. История Иерихона – не лучшее чтиво на ночь, – женщина положила каши себе в тарелку и села за стол.

Позавтракав, мать осталась мыть посуду, а Виктор направился во двор. Выйдя на улицу, он глубоко вдохнул свежий утренний воздух. Чуть прищурившись от яркого солнца, он направился к сараю, в котором уже были припасены товары для рынка.

Пройдя по деревянным мосточкам мимо высокого штакетника, за которым как бешенные носились куры, мальчишка вышел на дорогу. Эта дорога проходила через всё селение, да и вообще через весь сектор и вела прямиком к крепости. Широкая пыльная дорога, казалась той самой нитью, связывающей его и таких как он с теми, кто живёт в крепости.

Оглянувшись, мальчишка взглянул на лачугу, в которой они с матерью жили. Низкий покосившийся деревянный домик, с поросшей мхом крышей. Это один из самых старых и самых отдалённо расположенных домов в селении. Окутанный со всех сторон лесом, утопающий в не кошенной траве, дом казался позабытым и не ухоженным.

Но таким он был не всегда. Раньше, когда был жив отец Виктора, всё было намного лучше. Трава всегда была скошена, подступающий со всех сторон лес вырубался. Но Виктор этого не помнил, поскольку не помнил и отца.

Налюбовавшись ветхим домиком, мальчишка пошёл в сарай, стоявший рядом с дорогой.

Открыв защелку, на которую была закрыта хлипкая дверца, Виктор вошёл внутрь.

Сарай не имел никаких источников освещения. Да и они там были не нужны, так как огромные щели в стенах отлично пропускали солнечный свет. А по ночам ходить в сарай у них с матерью манеры не было. Заваленный всевозможным хозяйственным инвентарём сарай был весьма просторным. Чего там только не хранилось. И лопаты, и вилы, и грабли, и косы, и даже отцовские охотничьи ружья где-то тут пылились. В центре величественно возвышалась, нагруженная ярко-красными помидорами телега. Именно эту телегу и предстояло сегодня везти на рынок.

Взявшись за ручки, Виктор осторожно выкатил телегу на дорогу. Там его уже ждала мать. Её жёлтые волосы сейчас были спрятаны под красным платком. Синий цветастый сарафан и старые заношенные туфли. Она была готова.

– Мы можем идти. Только сарай сейчас закрою, – серьёзным голосом сообщил мальчишка.

Закрыв на защёлку сарай, они покатили телегу по дороге. Пройдя минут десять, они увидели, что по бокам стали появляться другие домики. Эти домики были красивее, чем их лачуга, некоторые из них были сделаны из камня.

Телега катилась легко, вес товара совсем не чувствовался. Лёгкий скрип несмазанных колёс и запах дорожной пыли.

Вскоре дорога привела их к центральной площади селения. Площадь окружали высокие, двух и трёхэтажные дома из дорогого кирпича. Черепичные крыши этих домов, не шли ни в какое сравнение с прогнившей крышей их лачуги. Мощеная резными плитами площадь оказалась весьма многолюдна, даже в столь ранний час. Селяне бродили повсюду, занимались своими утренними делами. Где-то впереди, прямо из окна вылился целый ушат помоев. Вонючая жижа растеклась по площади, привлекая внимание обнаглевших грызунов. Крысы пробегали вдоль домов, прячась в тени. Размеры этих тварей были не меньше чем с небольшого кота. Кто-то из селян, вооружившись косами шагал на сенокос. Кто-то тащил упирающуюся и отказывающуюся идти свинью. Отдельно, по два-три человека стояли патрули. Это святые воины. Адепты «небесного щита». Их чёрные балахоны, с нахлабученными на голову капюшонами, немного пугали. Белые бронекостюмы, защищающие их тела, казались чем-то невероятным. А оружие, которое они держали в руках, было поистине легендарным. «Разящий» – дар ставший наследием небесных покровителей. Это оружие творило историю.

Виктор с интересом и любопытством разглядывал винтовки, представляя, как они в унисон грохотали, поливая врага градом снарядов.

Патруль встречал проходящих мимо них людей недобрым сосредоточенным взглядом. Пройдя ещё немного, мощёная улочка вновь превратилась в пыльную дорогу, по правой стороне которой расположился скотный двор. Резкий запах навоза ударил в нос. За скотным двором снова появлялись домики. Некоторые из них были такие же ветхие и покосившиеся, как и их лачуга.

Виктор стал ощущать усталость. Вытерев со лба пот, он посмотрел вперёд. Впереди виднелся высокий красный забор и вывеска с выцветшей надписью «рынок». На входе стояли двое «святых воинов». Виктор ускорился, намереваясь быстрее прикатить телегу на место и отдохнуть.

– Стоять! – заорал «святой воин», выйдя на середину дороги.

– Что случилось? Мы везём товар на рынок, – взволнованным голосом пояснила мать.

– Я вижу! Платите за вход, – улыбнулся «святой воин».

– За вход? Но ведь мы ещё ничего не продали. Раньше всегда платили только на выходе! – удивилась женщина.

Виктор испуганно хлопал глазами, глядя то на мать, то на патруль.

– Раньше было раньше, а теперь по-другому. Не хочешь платить, убирайся! – «святой воин» угрожающе махнул винтовкой.

– Но у меня совсем нет денег, мы же ещё ничего не продали! – на глазах женщины проступили слёзы.

– Ты думаешь, мне это интересно? – усмехнулся «святой воин».

– Вот, может быть это подойдет? – женщина сняла с пальца обручальное кольцо и протянула солдату.

– Этого конечно мало, но да чёрт с тобой. Проходи, – «святой воин» забрал кольцо и ушёл с дороги, позволяя завезти телегу на рынок.

На рынке царила суета, шум, толпы народу. Всюду велась бойкая торговля. Где-то продавали мясо, где-то овощи, где-то грег или вино. Одежда, украшения, посуда, мебель… Продавали всё, о чём можно было только подумать.

Расположившись у одного из прилавков, разложив помидоры, Виктор и его мать занялись торговлей. По началу дела шли не очень и большого интереса к их товару никто не проявлял. Но спустя пару часов стали подтягиваться первые покупатели. Придирчиво копаясь в спелых помидорах, они выбирали лучшие. Не самые большие, но и не такие чтобы совсем маленькие. Спелые, но не такие, что бы совсем мягкие. Ароматные, но не настолько чтобы ими пропахла вся комната. Покупатели избалованные и очень ворчливые. К вечеру удалось продать лишь половину. Сгрузив остатки с прилавка обратно в телегу, Виктор и его мать отправились домой. По пути им пришлось отдать половину вырученных средств «святым воинам», чтобы те соизволили выпустить их с рынка.

Путь назад казался долгим, несмотря на то, что телега стала легче, усталость и досада делали своё дело.

Сейчас мощёная площадь селения уже освещалась керосиновыми уличными фонарями. Людей совсем не встречалось. Но во всех окнах площадных домов горел свет. Виктор в очередной раз восхитился, разглядывая красивые кирпичные дома. Он знал, что в одном из этих домов живёт мерзкий кардинал Дин. Священник, власть и влияние которого позволяло ему безраздельно править этим селением.

Пройдя дальше, Виктор со своей матерью, вновь вышли на дорогу. Они неспешно брели назад к своей ветхой лачуге.

– Мама, а правда, что в крепости живёт великий епископ Персивальд? Говорят он бессмертный, – оживлённо поинтересовался Виктор.

– Нет, сынок, это всё сказки. Вымысел. Не более чем легенда. На самом деле в крепости живут такие же отвратительные люди как кардинал Дин. Они и правят Иерихоном. Точнее обирают простых людей. Таких как мы, – с грустью в голосе ответила мать.

– Но ведь о нём пишут даже в учебнике истории Иерихона. Неужели это всё ложь? – с досадой уточнил мальчик.

– Если бы это была правда… Если бы и вправду существовал такой герой, сражавшийся бок о бок с Архангелами и внимающий их истинам, неужели бы он позволил твориться такому безумию? Неужели ты думаешь, что он разрешил бы править таким как Дин. Неужели он разрешил бы обирать свой народ? Я так не думаю. Наша жизнь становится всё тяжелее и горестнее. Каждый день как новое испытание. Если бы легенда о Персивальде была правдой, он бы вывел нас к свету. Но его не существует. Возможно, раньше он и жил. Но сейчас его точно нет среди живых, – мать оживлённо говорила, громко, словно укоряя сына в том, что он летает в облаках. В том, что Виктор не замечает серых красок реальности.

Когда они добрались до своего дома, на улице уже совсем стемнело. На небе вновь появилась луна, но не такая яркая как прошлой ночью. Прохладный, чуть влажноватый, ночной воздух, вызывал бесконтрольные приступы дрожи. Мурашки бегали по коже.

– Хорошо, что ещё нет дождя, – подбодрила сына мать, открывая дверь лачуги.

Виктор ничего не ответил, лишь поспешил скорее зайти в дом. Внутри было теплее. Мать, чиркнув спичками, принялась зажигать свечи. Свет постепенно вытеснял мрак, освещая комнату.

– Я хочу есть, – усевшись за стол, произнёс мальчишка. Его уставший голос звучал тихо и несколько отрешённо.

– Сейчас принесу варёной картошки. У нас ещё осталось в погребе, – зажигая свечи, ответила мать.

На улице послышались шаги, скрип мосточков и чьи-то незнакомые голоса. Виктор оживился, ожидая, что вот-вот раздастся стук в дверь. Но стука не было.

– Мама, там кто-то есть, – испуганно сообщил мальчишка, перейдя на шёпот.

– Да, я слышала, – женщина настороженно прислушивалась.

В ту же секунду хлипкая дверь слетела с петель, с грохотом рухнув на пол. Испуганная женщина взвизгнула от неожиданности. Виктор вскочил на ноги и в панике пытался разглядеть того, кто выбил их дверь. В дверном проёме стоял человек с нахлобученным на голову капюшоном. Гость бесцеремонно вошёл внутрь, затем показался следующий. Их было трое. Все они были в чёрных робах и белых бронекостюмах. Все трое с «разящими» в руках. Это «святые воины», без сомнений.

– Что вы себе позволяете? Кто дал вам право врываться в дома? – возмущённо закричала женщина, подойдя к сыну.

– Кардинал Дин дал нам право на твой арест, грязная ведьма, – низким голосом сообщил один из гостей, тот, что зашёл первым. Его лица было не разобрать из-за тени капюшона.

– Что?.. Что это за чушь? Я напишу депешу в крепость о вашем произволе! – лицо женщины побледнело, страх мешал говорить.

Первый гость неспешно подошёл ближе. Поравнявшись со столом, он бросил на него старую, потрёпанную книгу. Виктор внимательно уставился на затёртую обложку. На ней была изображена перевёрнутая, пятиконечная звезда и какой-то текст на латыни.

– Это что? – спросила женщина, крепко прижимая к себе сына.

– Это книга, содержащая в себе обряды поклонения падшим ангелам. Обряды, направленные на получение запретных знаний. Рецепты сомнительных зелий и многое другое. На этих страницах, богохульные и оскорбительные писания, – строго ответил «святой воин».

– И зачем же вы принесли эту мерзость в мой дом? – строго уточнила женщина.

– Принесли? Ты видимо не понимаешь. Мы только что нашли эту книгу у тебя на столе! – рассмеялся гость. Двое сопровождающих его воинов, угрожающе передёрнули затворы винтовок.

– Что ты несёшь? Ты только что принёс эту книгу в мой дом и швырнул её мне на стол! Я вообще впервые вижу эту дрянь! – дрожащим голосом оправдывалась женщина.

Перепуганный Виктор, с непониманием смотрел на «святых воинов», ожидая, что они скоро уйдут. Но непрошеные гости не собирались никуда уходить.

– Грязная ведьма! Именем кардинала, ты обвиняешься в ереси и подлежишь немедленному аресту! – гость стремительно приблизился и с размаху отвесил испуганной женщине хлёсткую пощёчину.

Виктор вскрикнул, его мать упала на пол. Двое «святых воинов» рывком поставили её на ноги и поволокли на улицу.

– Нет, остановитесь! Она невиновна! – мальчишка бросился за ними вслед, но его тут же схватили.

Тот самый, который выбил дверь их лачуги, держал его за шиворот, словно котенка. Здоровый мрачный мужчина. Теперь Виктор смог разглядеть его лицо. Массивные скулы, квадратный подбородок, злые глаза и густые брови.

– Даже не пытайся противиться воле кардинала, наглый щенок! Мне пристрелить тебя, это как зад подтереть. Совсем не сложно, – прорычал «святой воин» и отшвырнул мальчишку в сторону.

Виктор хотел снова подняться на ноги, но понял, что дуло «разящего» уже уставилось на него.

– Даже не пытайся, – хриплым басом повторил «святой воин», после чего вышел на улицу, вслед за своими спутниками.

Виктор разрыдался, уставившись в ночной мрак, в котором только что растворилась его мать и похитившие её солдаты.

Глава 6 «Искупление»

Ещё совсем недавно пустующая площадь, сейчас была переполнена зеваками и неравнодушными селянами. Зазывалы из числа прислужников кардинала колотили кулаками в двери домов и собирали толпу. Роптание людей доносилось со всех сторон. Селяне стояли с факелами и вилами в руках. Их ярость подогревали зазывалы кардинала.

Толпа рвалась устроить самосуд, но «святые воины» держали её в оцеплении. С десяток адептов «небесного щита» выстроились в кольцо, тесня толпу по периметру площади. Свет пылающих факелов разгонял ночной мрак. Злые люди наперебой что-то кричали, некоторые кидались гнилыми помидорами и тухлыми яйцами.

В центре многолюдной площади возвышался крепкий столб, к которому была привязана женщина. Толстые плетёные верёвки, туго фиксировали её тело к столбу. Ветер трепал жёлтые, словно колоски спелой пшеницы, волосы. Большие испуганные глаза разглядывали обезумевшую толпу. У ног пленницы заботливо сложены сухие дрова и сено. В воздухе висит стойкий запах бензина.

Виктор не знал, что ему делать. Его держали в оцеплении, в толпе ненавидящих его мать людей. Мальчишка рыдал и пытался прорваться, но «святые воины» постоянно возвращали его назад.

Безумие приобретало немыслимые масштабы. Осознание того, что собираются сделать с его матерью, в клочья разрывало хрупкий разум мальчишки. Бессилие, не способность помочь, сводили с ума.

– Расступитесь! Пропустите Его преосвященство! – громко заорал один из «святых воинов», размахивая винтовкой.

Увидев направленную в их сторону винтовку, селяне начали расступаться, формируя небольшой коридор в толпе возмущённых людей. Вскоре через этот живой коридор на площадь вышел кардинал Дин. Старик шёл в сопровождении двух «святых воинов». Шёл медленно и неуклюже. Вместо чёрной мантии, сегодня на нём была белая. Видимо праздничная или более церемониальная. На голове высокая шапка с золотой христаграммой. На шее дорогое ожерелье с какими-то красными самоцветами. Поднявшись на специально подготовленный для сегодняшнего дня помост, священник огляделся. Тяжело дыша, он всматривался в лица столпившихся на площади людей. Злые, пропитанные всеобщим недовольством и страхом лица. Затем он взглянул на пленницу. Улыбка растянулась по широкому, обвисшему лицу старика. Он словно говорил ей: «ну вот видишь? Я же обещал тебе, что ты пожалеешь».

Толпа притихла. Роптание и крики сменились тишиной. Собравшиеся люди ждали, что же им скажет священник.

– Дети мои! Мы собрались здесь в этот мрачный час из-за ужасных деяний одной ведьмы. Ведьмы, которая долгие годы притворялась послушной и смиреной селянкой. Мы знали её как порядочную женщину, мать, соседку, хорошую работницу. Но как выяснилось, это было лишь прикрытие. На самом деле она продала свою душу в обмен на сокрытые от человечества знания! – громкий, чуть повизгивающий голос Дина, разносился по всей округе. Его тяжёлая одышка, разрывала фразы продолжительными паузами. Напряжение росло. Это ощущалось, несмотря на абсолютную тишину.

– Вчера наши братья нашли в её доме книги, подтверждающие мои слова! – кардинал показал чёрную книгу, которую вчера приносили «святые воины» в дом «ведьмы».

– Ведьма! Сжечь её! Сжечь ведьму! – взорвалась яростным криком толпа.

– Тишина! – заорал один из «святых воинов», стоявших рядом с помостом. Виктор узнал его по голосу и комплекции. Это тот самый здоровяк, что выбил их дверь и забрал его мать.

– Эта женщина обвиняется в ереси! Обвиняется в поклонении падшим и проведении богохульных обрядов. Она хотела навлечь на нас беды, мор, смерть. Это плата, за которую ей сулили награду тёмные силы! – брызжа слюной, орал священник.

– Сжечь ведьму! – подхватила толпа.

– Да, дети мои! Наказание за содеянное – смерть в пламени всеочищающего костра! – Дин поднял свои жирные руки вверх и задрал голову.

– Сжечь! Сжечь! Сжечь! – скандировала толпа.

Виктор упал на колени, глядя заплаканными глазами на мать. Он пытался запомнить её, так как понимал, что она скоро исчезнет.

Быстрым шагом на помост поднялся один из зазывал и подошёл к кардиналу.

– Ваше преосвященство, жрица прибыла с личным визитом и проверкой. Мы проводили делегацию в ваши покои, – шёпотом еле слышно пробормотал зазывала.

– Что? Но она же должна была прибыть только на следующей неделе! – лицо старика покраснело, испуганные глазки забегали.

– И тем не менее она уже здесь и не одна. Чёрный паладин прибыл вместе с ней, – осторожно добавил зазывала.

– Твою мать… – выругался старик и принялся торопливо и неуклюже слезать с помоста.

– Дети мои, необходимо немного подождать! Возникло безотлагательное дело, требующее моего личного присутствия! Возмездие пренепременно свершится! Я скоро вернусь! – запыхавшись сообщил кардинал, направляясь к своему дому. Сопровождающие Дина «святые воины» расталкивали толпу, освобождая кардиналу путь.

Собравшиеся на площади люди были не довольны тем, что священник откладывает сожжение ведьмы. Они кричали, размахивали вилами и факелами.

Добравшись до своего дома, Дин вошёл внутрь. Пройдя в свой кабинет, он увидел её.

Нагрянувшая с нежданным визитом гостья, сидела в дорогом кресле кардинала, закинув ноги на стол. С грязных сапог осыпалась земля, прямо на разбросанные по столу бумаги.

Тело гостьи закрыто утончённым, изысканным, чёрным бронекостюмом. На голове капюшон. На правом плече красная повязка с чёрной христаграммой. Лицо гостьи спрятано под серебряной маской, глаза которой представлены красными линзами визоров. Светящиеся визоры тут же уставились на кардинала, как только он появился в кабинете.

Рядом с гостьей стоял великан. Огромный, более двух метров ростом. Широкоплечий. Великан закован в невероятно толстую, пластинчатую броню, выкрашенную чёрной краской. Нагрудные элементы брони покрыты острыми пятисантиметровыми шипами, кончики которых источают синеватое свечение. Могучие руки великана тотально механизированы. Мощные сервоприводы и системы гидравлики приводили их в движение, посредством множества поршней, заменивших его мышцы. С шипением и жужжанием шевелились стальные пальцы, заканчивающиеся остро заточенными когтями. Ноги великана, как и тело, были также покрыты толстой бронёй. На голове чёрный шлем с решётчатым забралом в нижней части лица и светящимися, красными визорами на месте глаз. Сверху шлем украшен серебряным терновым винцом. В грубо выполненных кожаных ножнах покоился огромный полуторный меч. Теснение на коже, раскрывало имя этого меча: «LexDei». Великан был малоподвижен, словно ящерица на солнце.

– Что же, кардинал Дин, Вы не встречаете нас и не предоставляете пищу и кров после длительного путешествия? Неужели Вы хотите выказать неуважение магистрату крепости и лично королю Болдуину? – бодрым и звонким голосом произнесла гостья, положив свой «разящий» на стол. Винтовка богато украшена красивыми гравировками и позолочена.

– Жрица Эльза Рик, – произнёс кардинал, сделав недовольную мину. – Мы не ждали Вас столь рано. По нашим сведеньям Ваш визит должен состояться лишь на следующей неделе. Мы бы обязательно встретили Вас, если бы были своевременно проинформированы, – оправдывался Дин.

– Депеша была отправлена две недели назад. В ней сообщалось, о нашем внеплановом визите и его целях. Вы не в курсе? – красные визоры внимательно разглядывали старого ожиревшего священника.

– Нет, Ваша светлость, мы не получали письма, – кардинал постыдно склонил голову.

– Ну что же. Хорошо. Пусть так. Апартаменты для себя мы уже нашли, осталось решить вопрос с едой, – уставшим голосом произнесла Эльза.

– Апартаменты? – не понял Дин.

– Да. Эта хижина нам нравится. Мы остановимся здесь, – быстро ответила жрица, оглядев комнату.

Кабинет выглядел роскошно. Паркетный пол, книжные полки с множеством всевозможных книг. Картины на стенах. На полу медвежья шкура. На окнах плотные изысканные шторы. В дальнем углу комнаты потрескивает камин. Множество свечей, повсюду расставленных на подсвечниках, превосходно освещали пространство.

– Но, Ваша светлость, это мой дом… – осторожно уточнил священник, розовея лицом.

– Теперь мой. На время пребывания в этой дыре конечно, – строго произнесла Эльза.

– Воля ваша, – кардинал поклонился.

– Мы прибыли забрать налоговые подати. А также забрать весь ваш гарнизон, – Эльза Рик убрала ноги со стола, затем медленно встала со стула.

– Гарнизон? – удивлённый кардинал сделал несколько шагов, приближаясь к жрице.

Неподвижный до этого момента великан ожил. С шипением и жужжанием сервомоторов, он быстро встал между девушкой и священником, не позволяя Дину пройти дальше. Красные линзы внимательно уставились на перепуганного кардинала. Великан безмолвно смотрел на священника.

– Да, гарнизон. Все бойцы «небесного щита» возвращаются в твердыню. Это приказ короля Болдуина, – спокойным голосом сообщила Эльза Рик.

– Но почему? Чем мы провинились? – тряся своими обвисшими щеками спросил Дин.

– Доминион нарушил перемирие. Приграничные сектора пали. Их армия опустошает наши земли. Мы вынуждены отступать в крепости, чтобы подготовиться к обороне. В таких деревнях как ваша, нам не отстоять сектор, мы попросту потеряем людей, – девушка подошла к окну, отодвинула занавеску и стала разглядывать творящееся на площади безумие.

– Доминион направляется сюда? – Дин попытался обойти великана, но тот тут же оттолкнул его назад, не позволяя приблизиться к жрице. С трудом устоявшего на ногах старика подхватили двое сопровождающих его «святых воинов».

– Да. Доминион теснит наши войска. Скоро они вторгнутся и в наш сектор, – спокойно ответила девушка.

– Тогда мне тоже необходима эвакуация! – возмущённо заявил священник.

– Что за балаган вы устроили на площади, кардинал Дин? – продолжая вглядываться в окно, поинтересовалась жрица.

– Эта женщина обвиняется в ереси. Она приверженка сомнительных оккультных учений. Она приговорена к смерти. Если вы не против, мы бы хотели привести приговор в исполнение прямо сейчас, – тяжело дыша, бормотал толстяк.

– Мы не желаем затмить свет наших душ тенью принятых вами решений, – монотонным голосом произнесла Эльза Рик, искусно уходя от ответа.

– Тогда с вашего позволения мы закончим начатое, – кардинал развернулся к одному из «святых воинов» и жестом приказал действовать. Воин поклонился и поспешно вышел.

Виктор видел, как адепт «небесного щита» нёс в руках факел. Видел, как он неумолимо приближается к его матери. Видел первобытный ужас в её глазах. Он всё это видел, но не мог ничего сделать. Бессилие и безысходность оказались слишком тяжёлым бременем для мальчика. Подойдя к столбу, «святой воин» внимательно посмотрел на лицо пленницы. Красивое, перепуганное лицо.

– Не надо, прошу! Пожалуйста! Я готова сделать «правильный» выбор! – дрожащим, захлёбывающимся от слёз голосом бормотала женщина.

– Какой? Верность Господу? Ты предала свою веру! Твой путь уже предопределён, как и твоя судьба, – строго произнёс воин и швырнул факел к ногам пленницы.

Пропитанные горючим поленья, моментально вспыхнули. Огонь стремительно распространялся, подбираясь всё ближе к телу.

– Нет! Боже милостивый! Нет! – истерически кричал Виктор. Мальчишка пытался вырваться из оцепления и ему это почти удалось, но один из «святых воинов» всё же схватил его.

– Боже милостивый! Прошу, помоги! Спаси мою мамочку! Пошли нам ангела, который остановит это! Прошу! – рыдая, молил мальчишка.

Рёв ликующей толпы заглушал душераздирающий крик боли. Пламя облизывало кожу ног, очень быстро превратив её в уголь. Нестерпимый жар и невыносимые страдания. Боль, пожалуй, равной которой не существует. Облизав кожу, всепожирающее пламя принялось за мышцы. К этому времени крики пленницы уже прекратились. Огонь охватил весь столб, поднимаясь высоко в ночное небо и озаряя площадь, столь же сильно, сколь сильно озаряло её солнце.

Вскоре, пламя костра покончило с мышцами и теперь глодало обугленные кости.

– Боже! Ты меня слышишь? Спаси маму! Помоги ей! Если ты и вправду есть, пошли мне знак! Пошли мне ангела! – в истерике, с пеной у рта кричал Виктор. Мальчишка брыкался, пытался вырваться, но удерживающий его воин не поддавался.

– Твоя мать ведьма! И сдохла, как подобает ведьме! – радостно прокричал удерживающий Виктора воин.

В ту же секунду, после этих слов, мальчишка перестал брыкаться и успокоился. Он перестал кричать. Перестал пытаться убежать.

– Убийство невинного доставляет тебе радость? А крики боли для твоих ушей слаще музыки? – произнёс мальчишка. Голос его изменился. Он как будто дублировался эхом в подсознание, словно реверберировал и искажался.

Виктор развернулся и взглянул на удерживающего его человека. Увидев лицо ребёнка, «святой воин» побелел.

Невозмутимые глаза мальчишки сияли ярким голубым светом. Седые волосы трепал порывистый ветер. Неосязаемая энергия окружала хрупкое тело.

– Ты кто такой? – с трудом произнёс остолбеневший воин.

– Тот, о чьём пришествии молил этот ребёнок. Я Караэль! – одно лёгкое движение руки и неудержимый поток сжатого воздуха оттолкнул «святого воина».

Переломанное раздавленное тело солдата рухнуло в толпу обескураженных селян. Все его кости были сломаны. Череп раздроблен и размягчён. Глазные яблоки отсутствуют, а изо рта хлещет кровь. Перепуганные селяне замерли, не зная как реагировать. Это ангел, без сомнения. Но что теперь делать, никто не знал. Поклоняться? Или уничтожить? Толпа застыла, не зная как поступить.

Мальчишка приблизился к пылающему костру. Запах смерти, запах жженой плоти. Ему уже приходилось чувствовать такой запах. Но тогда была война, тогда действия людей можно было попытаться оправдать. А сейчас? Сейчас им нет оправдания!

– Я в течение десяти лет делил это тело, с душой маленького мальчика. Одно тело, на две души. Но я не вмешивался. Я не хотел забирать контроль над ним, поскольку видел, как Виктор любит свою мать. Любит больше всего на свете. Как он мило и наивно радуется мелочам. Радуется утреннему солнцу, пению птиц, тёплому дождю… Радуется жизни! Но сегодня вы убили душу маленького мальчика. Вы разрушили его мир. Сломали его хрупкую психику. Сегодня он отдал мне контроль над своим телом, и я пришёл в ваш жалкий мир, – голос Караэля звучал тихо, спокойно, но его слова слышал каждый.

– На колени, нечисть! – послышались строгие голоса. Приближаются «святые воины», пятеро и все с винтовками наготове.

– Ненавидеть проще, чем любить, ведь правда? Ненависть оправдывает ваши страхи, зависть и ничтожность. Ненавидя, вы чувствуете силу. Но эта не та сила, которая созидает и восстанавливает. Эта та сила, которая разрушает и обрекает на страдания. Страдания, которые вы используете для получения большей ненависти. Больше ложной силы, которая питает ваши ничтожные души. Вы бились против Люцифера и Астарота ради создания нового мира. Созидания и любви. И что вы получили? Чего добились? Что вы делаете сейчас? Даже Люцифер не настолько жесток и безумен как вы. Вы погибаете, уничтожаете сами себя! – седовласый ангел смотрел на приближающихся к нему солдат и видел в их лицах смятение.

Они боялись ошибиться. Они хотели верить, но не знали можно ли.

Прильнувшая к окну Эльза Рик, внимательно следила за происходящим. Она и подумать не могла, что станет свидетельницей возвращения ангелов. Хотя, впрочем, он был всего лишь один. Да и возвращение его никак не входило в её планы.

– Это ангел, – развернувшись к кардиналу, сообщила жрица. Танцующее пламя свечей, причудливо отражалось от блестящего металла её маски.

– Без сомнения! Вы видели его глаза? А голос? – взволнованно тараторил Дин, уставившись в соседнее окно.

– Кардинал Дин, этого мальчишку нужно уничтожить. Он одержим! – строго произнесла Эльза Рик.

– Уничтожить? – переспросил священник.

– Он считает себя мессией. Его речи губительно влияют на разум наших воинов. Да и вообще, появление ангела поставит под угрозу наше правление. Болдуин потеряет корону, а мы потеряем контроль над Иерихоном. Сейчас, в это тяжёлое время, нам не нужны ложные идолы и пророки, – убедительный холодный голос девушки пробирал до мурашек.

– Но… Но может… – начал мямлить кардинал.

– Солдат, ты слышал, что я сказала? – громко воскликнула Эльза Рик, повернув свою серебряную маску на стоящего за кардиналом «святого воина».

– Да, моя госпожа! – уверенно ответил солдат.

– Тогда иди к своим братьям и передай им мой приказ. Убейте мальчишку! А месте с ним и всех этих зевак. Они слишком многое видели и слишком многое слышали, – жрица снова взглянула в окно и почувствовала на себе тяжёлый взгляд Караэля. Окружённый ангел стоял на площади, ожидая решения людей.

– Вас понял, миледи! Все будут уничтожены, – «святой воин» поклонился и вышел на площадь.

– Лексад, слушай мой приказ! – произнесла жрица, подойдя к великану.

– Верификация голоса. Голос верифицирован как Эльза Рик, жрица храма святого пламени Владыки Михаила. Внесение изменений в директивы. Установка новых задач, – прозвучал машинный голос компьютера.

– Так это не человек? – испуганный кардинал сделал шаг назад.

– Убить всех! Зачистить территорию! – передёрнув затвор приказала жрица.

– Изменения в директивы внесены. Задачи обновлены, – вновь раздался машинный голос, и великан направился к кардиналу.

– Что? Что вы делаете? – старик суетливо пятился к выходу.

Но сбежать ему не удалось. Железная рука размашистым ударом разорвала его жирное брюхо. Кардинал издал истошный крик боли. Кровь мгновенно пропитала белую мантию священника. Раздутые кишки выпали на пол. Бледный, остолбеневший от ужаса и боли старик, придерживал выползающие потроха своими ладонями. Он пытался затолкать свои внутренности обратно в живот, не осознавая, что это его уже не спасёт. Нависающая фигура великана, внимательно следила за бессмысленными действиями старика. Красные визоры неподвижно уставились на свою жертву.

– Кончай с ним! Нам надо торопиться! – раздался нетерпеливый голос Эльзы Рик.

Великан в ту же секунду выхватил из ножен свой меч. «LexDei» был прекрасен. Широкое лезвие полуторного меча, целиком выполненное из квартума, сияло небесным светом. Клинок со свистом рассёк воздух, разрубив кардинала поперёк. Разделённый труп старика, рухнул к ногам великана. Крови оказалось много, она залила весь пол, расплескавшись красной лужей вокруг тела кардинала.

– Идём! – жрица перешагнула лежащего на полу священника и направилась к дверям.

Тем временем, невозмутимый Караэль ждал ответных действий со стороны адептов «небесного щита». Он верил в благоразумие людей. Ждал рациональных, обдуманных решений.

Растолкав толпу, на площадь вышел ещё один «святой воин». Это был тот самый солдат, которого послала Эльза Рик. Приблизившись к своим боевым братьям, воин начал о чём-то с ними шептаться. Солдаты поочерёдно смотрели то на ангела, то на окружившую площадь толпу. Они о чём-то спорили, это можно было понять по эмоциям на их взволнованных лицах.

– Ангелы снизошли до нас! Спасение наше! – раздались крики из толпы селян.

Караэль не понимал, что задумали солдаты, но подозревал, что они могут совершить неправильный выбор. Выбор, который определит их судьбу. Ангел неспешно пятился к толпе, чувствуя там поддержку.

– Святые небеса удостоили нас посланником! – кричал кто-то из возбуждённой толпы.

Караэль заметил, как из кардинальского дома выходит женщина в маске, а вместе с ней и стальной великан. Недоброе предчувствие холодком пробежало по телу ангела.

– Именем короля Болдуина, одержимый ребёнок подлежит истреблению! Очистить, освободить тело невинного дитя! – заорал один из «святых воинов» и вскинул винтовку.

Загрохотали выстрелы. Караэль, что было сил бросился в толпу, пытаясь укрыться там. Перепуганные люди кричали и пытались покинуть площадь. Началась давка. Ангел наивно полагал, что солдаты не станут стрелять по толпе и ему удастся там спастись. Но он заблуждался. Крупнокалиберные снаряды «разящих», разрывали незащищённые тела селян в клочья. Караэль с трудом продвигался вперёд. Он видел, как на его глазах, разрывались животы, раскидывая вокруг органы. Видел, как лопались головы, орошая всех дождём из крови и кусочков мозга. Видел, как раненные селяне падали на брусчатку, обречённые погибнуть, будучи затоптанными толпой. Снаряды со свистом проходили сквозь тела, разбрызгивая кровь. Крики и истошные вопли охваченной паникой толпы доносились со всех сторон. Это была невероятная жестокость, которой Караэль совсем не ожидал от людей. С трудом удерживаясь на ногах, ангел уже не понимал, куда именно он направляется. Обезумевшая толпа, словно горная река, несла Караэля вперёд.

Эльза Рик встречала бегущих в её сторону селян прицельными короткими очередями. Люди подкашивались, падали, бились в агонии.

Чёрный паладин, ворвавшись в толпу, рубил перепуганных селян своим небесным мечом. Каждый взмах которого уносил жизни нескольких несчастных. Сервомоторы с жужжанием приводили в движение огромное тяжёлое тело. Поршни с шипением поднимали его огромные руки. Стальные кулаки с лёгкостью ломали черепа. Искалеченные люди осыпались к его ногам, как трава под ударами серпа во время сенокоса. Лексад неумолимо прокладывал себе путь. Красные, светящиеся в ночи визоры, искали мальчишку.

Чудом выбравшись из живой реки, Караэль огляделся. Охваченные паникой люди хаотично разбегаются в разных направлениях. Наперебой грохочущие винтовки ни на секунду не замолкают. Кругом трупы. Много трупов. Ими завалена вся площадь. Слабоосвещённая, узкая улочка, примыкающая к площади, привлекла внимание ангела. Эта улица его шанс на спасение.

Казалось, что всё закончилось и спасение уже рядом. Но тут появился он. Одним взмахом меча, разрубив трёх бегущих в панике селян, Лексад уставился своими красными визорами на мальчишку. Стальной великан несколько секунд был неподвижен, словно анализируя ситуацию, а затем рванул к Караэлю. Ангел нырнул в полумрак улицы, убегая от преследователя.

Скорость, с которой передвигался Караэль, была высока, однако Чёрный Паладин не уступал. Шипение сервомоторов, доносящееся из-за спины, становилось всё громче. Лексад приближался, догоняя убегающего ангела. Не смея обернуться, Караэль слышал, как тяжелобронированные ноги великана, каждым своим шагом разбивают брусчатку на мелкие осколки. Слышал лязг сочленений его брони. Ангел осознавал, что тело ребёнка не способно убежать от такого преследователя. Понимание неизбежности предстоящего сражения, заставило Караэля остановиться. Развернувшись, ангел внимательно посмотрел на стального великана. Лексад сбавил темп, перейдя с бега на шаг. Тяжёлые шаги стальных ног, эхом разлетались по узкой улице. Красные визоры, угрожающе приближались во мраке ночи. Остановившись в нескольких метрах от ангела, великан замер.

– Цель верифицирована. Директива обновлена. Устранение угрозы монархии. Протоколы ликвидации цели активированы, – раздался машинный голос компьютера и Лексад сделал шаг вперёд.

– Остановись! Ты совершаешь ошибку! – взволнованно произнёс Караэль.

Но сияющее лезвие «LexDie» уже неслось в его сторону. Ловко увернувшись, ангел ушёл из-под удара. Меч пронёсся в нескольких сантиметрах от его седой головы. С шипением поршней, великан вновь замахнулся, но огненная сфера заставила его отшатнуться. Однако перегретая плазма, сотворенная Караэлем, не смогла нанести хоть какого-то значимого урона. Несколько секунд помедлив, великан вновь продолжил своё дело. Удары сыпались один за другим. Юркое тело ребёнка на пределе сил уклонялось от каждого нового выпада. Но шансов у Караэля не было, и он это прекрасно понимал. Ни одолеть великана, ни убежать от него ангел не мог. Вновь пронёсшееся над головой лезвие разрубило кирпичную стену за спиной мальчишки. Посыпались куски камня и кирпичная пыль. Квартум проходил через преграды с небывалой лёгкостью. Караэль выполнил перекат вправо, пытаясь разорвать дистанцию и уйти подальше от стены. Но Лексад не отставал. Силы ангела были на пределе. Его ментальные ресурсы истощены. В очередной раз увернувшись от удара, Караэль заметил за спиной великана странный, чёрный дым, клубящийся облаком теней. Отвлечённый загадочным облаком, ангел пропустил удар кулаком в грудь. Хрупкое тело упало на брусчатку, отлетев на несколько метров от Лексада. Ангел не мог дышать. Сломанные рёбра хрустели и отзывались нестерпимой болью на каждое движение. Не в силах встать на ноги, ангел ждал своей участи, лёжа на грязной улице.

– Не так быстро, кастрюльная голова! – словно из ниоткуда раздался приятный женский голос.

Караэль из последних сил приподнял голову. Таинственное облако теней, клубящееся за спиной великана, превратилось в девушку. Прекрасная блондинка, с сочащимися тьмой глазами, в которых причудливо танцевали дымки теней. Её тело защищает титановая кираса с эмблемой первого небесного легиона. Кирасу прикрывает красная шёлковая туника. На поясе болтаются загадочные песочные часы. В руках девушки угольно-чёрный меч, чьё матовое лезвие окружено вихрем теней. Караэль узнал этот меч. Именно его он видел в последние секунды своей жизни. Именно этот меч пронзил его тело и забрал его душу. Это легендарный конвертор, личное оружие Люцифера.

Безмолвный Лексад развернулся к таинственной незнакомке. Несколько секунд он рассматривал её своими светящимися визорами.

– Верификация цели. Цель не верифицирована. Активация протокола. Устранение свидетелей, – вновь раздался машинный голос, и великан направился к незнакомке, позабыв о раненом Караэле.

Но девушка оказалась не так проста. Она первой нанесла удар. Конвертор несколько раз скользнул по крепкой броне и издал протяжный стон, похожий на вибрацию.

Лексад ответил рубящим ударом. Лезвие пронеслось сверху вниз, но смогло лишь высечь искры из разрубленной брусчатки. Девушка словно растворилась в воздухе. Лексад не успел опомниться, как получил очередной удар, на этот раз в спину.

– Невероятно, я не могу пробить его броню! Может быть это из-за этих шипов? – воскликнула девушка, грациозно уходя из-под ответного удара.

– Шипы на его броне содержат квартум! Это щит! – с трудом прокряхтел Караэль.

– Ну и что же с этим делать? – несколько раздражённо спросила незнакомка.

– Нужно бежать, другого пути нет, – выдавил из себя Караэль.

– Я не люблю бегать. У меня достаточно времени на неспешные прогулки, – блондинка отскочила от пронёсшегося перед ней лезвия и сняла с пояса песочные часы. Перевернув их, она остановила время. Всё вокруг замерло. Наступила тишина. Лексад застыл, в очередной раз, замахиваясь мечом. Его фигура напоминала грозную статую.

– Ты Мариэль! Хозяйка времени! – догадался Караэль, с трудом поднявшись на ноги.

– Называй меня Марией, мне так привычнее. А теперь пойдём, они замерли не навсегда и скоро вновь придут в движение. Нужно уходить! – Мария взяла раненого ангела под руку, и они поспешили покинуть это место.

Глава 7 «Шёпот теней»

Фальтус поёжился. Холод в салоне самолёта сводил его с ума. Казалось, что с каждым часом становилось всё холоднее и холоднее. Любезно предоставленный генералом плед, совершенно не спасал ситуацию. Фальтус пялился в иллюминатор, наблюдая как рассвет раскрашивает облака жёлто-оранжевыми красками. За всё время полёта ему так и не удалось уснуть. Потерянный сам в себе, в своих целях и мечтах он не понимал, зачем летит на это дело. Зачем ему орден, разрушенный и уничтоженный, забытый и не востребованный. Зачем ему эта вечная охота на небесных. Он думал об этом не переставая, но всё же не мог отказаться от последнего шанса на нормальную жизнь. Шанса вернуть своё влияние и возвысить Искариот до тех позиций, которые они занимали в первые десятилетия войны с Иерихоном. Тогда ещё была свежа память о небесных агрессорах, свободно разгуливающих по нашему миру. Люди это помнили и поэтому уважение к ордену Искариот, как к освободителям, было безграничным. Но всё это стёрлось о время. Уважение, страх, почитание. Всё это ушло в прошлое. Да и сами Искариот отправились туда же. Вернуть былое величие древнего ордена, защитить честь своих предков – вот та цель и те мотивы, которые заставляли Фальтуса жить дальше.

– Десять лет о тебе не было ни слуху, ни духу, а теперь ты объявился с этими собаками из О. С. С.Ч. и забрал нас из наших домов, из наших семей. Теперь мы летим на другой конец планеты, в пустоши, где не ступала нога человека уже больше трёх сотен лет, – строгий хриплый голос Николая развеял грёзы Фальтуса.

– Это наш долг. Мы – Искариот! Мы должны защищать людей от небесных тварей. Это путь, по которому шли наши предки. И мы не вправе свернуть с этого пути, – с важностью ответил Фальтус, оторвавшись от иллюминатора.

– Меня дома ждут жена и дети. Мне не дали с ними даже попрощаться. Ради чего? – Николай внимательно уставился на собеседника.

Перед вылетом, Фальтус успел побриться, принять душ и сменить свою заношенную рубаху на свеженький костюм оперативника. Он выглядел гораздо лучше и ухоженнее, однако подглазники и глубокие морщины по-прежнему никуда не делись. Его уставшее и постаревшее лицо выражало тревогу, а дёргающийся правый глаз выдавал внутреннее напряжение.

– Ради человечества. Ради Доминиона. Ради Искариот, – ответил Фальтус.

– Неубедительно. Корбор потерял брата. Я так понял, его убил кто-то из небесных? – Николай сделал глоток воды, после чего осторожно поставил стаканчик на откидной столик.

– Не уверен, что это был небесный. Но это точно был не человек. Неуязвимый быстрый демон, – Фальтус ослабил галстук.

– Думаешь, он снова явится за саркофагом? – Николай, не мигая, смотрел на собеседника.

– Более чем уверен. Он наверняка попытается забрать этот саркофаг, – ответил Фальтус, задумчиво кивая головой.

– Корбор ждёт этого момента. Он жаждет мести, – голос Николая казался безразличным и холодным.

– Он получит шанс отомстить, – Фальтус вновь взглянул в иллюминатор.

Проплывающие облака озаряло проснувшееся солнце.

– А что с гончими? Я думал, что они полностью истреблены, а тут выясняется, что их целая стая, – продолжал расспрашивать Николай.

– Да… – лениво ответил Фальтус, не отрывая взгляда от облаков.

– Что «да»?! – неудовлетворённый ответом прорычал Николай.

– Их там целая стая, – несколько помедлив, ответил Фальтус.

Воцарилась тишина. Никаких разговоров, лишь гул работающих двигателей и лёгкая вибрация. Стало теплее. Фальтус даже забыл, что недавно мучился из-за невыносимого холода.

– Пристегнуть ремни. Идём на снижение, – раздался строгий голос одного из солдат О. С. С.Ч.

Боец шёл между рядов и повторял одно и то же, снова и снова: «Пристегнуть ремни. Идём на снижение…»

Фальтус и Николай застегнули ремни, убрали откидные столики. Самолёт снижается, это было ясно по странному чувству, словно внутри что-то переворачивается. Такое чувство возникает всегда, когда прыгаешь или падаешь с высоты. Фальтус не любил высоту, можно даже сказать, что он её боялся.

За бортом, сквозь облака показалась мёртвая безжизненная пустыня. Та самая пустошь, что оставалась нетронутой три сотни лет. Это руины города Эйлат. Именно здесь началось вторжение Люцифера. Именно тут погибли сотни тысяч, а возможно и миллионы людей. Отправная точка, с которой началась вечная война. Война, которая до сих пор трясёт планету в ужасной конвульсивной судороге.

– Достигнута нужная высота! Всем приготовиться к десантированию! – снова послышался голос идущего между рядов солдата.

На этот раз боец катил за собой тележку и что-то раздавал. Какие-то мешки или сумки. Приблизившись к Николаю и Фальтусу, солдат швырнул им два напоминающих рюкзак предмета.

– Десантированию? – не понял Фальтус.

– Что это? – спросил Николай.

– Да, к десантированию. Это парашюты. Одевайте их и выдвигайтесь в хвост, – торопливо ответил солдат, продолжая раздавать рюкзаки. Со скрипом колёс за ним катилась телега, наполненная парашютами.

– Какого чёрта, Фальтус? – Николай злобно уставился на собеседника.

– Понятия не имею, мне об этом никто ничего не говорил, – Фальтус побледнел.

– Отлично, теперь ещё и прыгать придется, – ворчал Николай, напяливая рюкзак.

Защёлкнув крепления, он внимательно всё осмотрел.

– По-моему это кольцо, – задумчево тыкая пальцем в железку, предположил Николай.

– По-моему? – настороженно переспросил Фальтус.

– Да, по-моему! Я ни разу не прыгал. Теория в академии это всё что у меня есть! И академия далеко в прошлом! – рассвирепел Николай.

Фальтус ничего не ответил. Действительно, учёба в академии была давно. Да и когда их учили прыжкам, никто из молодых оперативников и подумать не мог, что эти знания им когда-либо пригодятся.

Собравшись, они направились в хвост самолёта, как и сказал им солдат. Пройдя несколько крепких стальных дверей, им удалось добраться до нужного места. Хвостовой десантный отсек. Ничего лишнего. Стальные стенки с непрерывно мигающими красными лампами. С десяток снаряженных, полностью укомплектованных солдат О. С. С.Ч. выстроились в колонну. Все они тоже были с парашютами. На всех пустынный камуфляж. Позади солдат стоит Корбор. Здоровяк напряжён и сосредоточен. В центре, пристёгнутый тросами, тяжёлый БТР с плазменной пушкой класса «ЗЕВС». Военная машина, зафиксирована к десантной платформе. По всей видимости, БТР тоже будут десантировать. Вскоре появился и генерал. Его бронекостюм, так же как и форма его солдат, выполнен в жёлто-коричневом цвете песочного камуфляжа. На лице платок, закрывающий рот и нос. На глазах тактические очки. На голове каска.

– Ну что, вот и настал этот час! Мы в точке десантирования! Мы готовы! – бодро заорал генерал.

– А почему бы нам просто не приземлиться? Зачем прыгать? – жалобно спросил Фальтус.

Раздался раскатистый смех солдат. Генерал подошёл к главе тринадцатого отдела и положил ему руку на плечё.

– Потому что тут нет аэродрома. Тут вообще ничего нет, кроме пустыни. После прыжка, самолёт развернётся и отправится обратно к ближайшей базе, – голос генерала был совершенно спокойным, словно он понимал беспокойство Фальтуса.

Внезапно раздался противный крякающий звук сирены. Десантная аппарель стала медленно опускаться. Поток воздуха хлынул в отсек.

«Началось», – подумал Фальтус.

Первым делом сбросили БТР. Тяжёлая махина моментально вылетела из самолёта и устремилась вниз. Затем выпрыгнули первые пять солдат. Генерал жестом пригласил Искариот стать следующими. Первым прыгнул Корбор. Смело, совершенно не колеблясь. Вторым стал Николай. Не так смело как Карбор, несколько секунд помявшись, но всё же прыгнул. Пришла очередь Фальтуса.

– Давай, прыгай! – раздался настойчивый голос генерала Абрахта.

– Я не могу! Это слишком высоко, – закричал побледневший Фальтус, приблизившись к краю.

– Прыгай, говорю, у нас мало времени! Сейчас выйдем из зоны, придётся заходить на второй круг! – раздражённо ответил Абрахт.

– Я не готов! Я… – Фальтус не успел договорить, как сильный толчок в спину выкинул его из самолёта.

Фальтус орал что было сил. Перед глазами проносились облака и воспоминания из жизни. Растопырив руки и ноги, ему кое-как удалось стабилизировать свой полёт. Земля приближается. Внизу уже можно было разглядеть объекты. Руины в пустыне, засыпанные песком и блестящая чёрная пирамида.

Фальтус потянулся к кольцу. Резко дёрнул его. Парашют раскрылся, замедлив его падение. Полёт показался Фальтусу невыносимо жутким. Адреналин разбавил кровь. Разглядывая приближающуюся пустыню, он понимал, что его относит всё дальше от пирамиды. Понимал, что ему предстоит долгий путь пешком через мёртвый город. Спустя несколько минут, он уже приземлился. Отдышался, выругался, огляделся. Невыносимая жара, слепящее солнце и песок. Кругом лишь песок и руины древнего города. Его сердце колотилось с небывалой частотой. Пожалуй, он действительно боится высоты. Избавившись от парашюта, Фальтус направился вперёд, к маячащей впереди пирамиде. В небе виднелись ещё парашюты. Все они приземлялись на значительном расстоянии друг от друга.

Покинутый мёртвый Эйлат был ужасным памятником прошлого. Наполовину поглощенные пустыней руины, сожжённые танки и машины тут и там торчали из песка. Каждый шаг давался с трудом. Ноги вязли. Приходилось перелезать через развалины, чтобы скорее добраться до точки сбора.

Никого из десантировавшихся вместе с ним рядом не было. Скорее всего, они приземлились чуть дальше. Самое скверное заключалось в том, что у него с собой не было оружия. Боекомплект находился у солдат и чтобы его получить, предстояло добраться до пирамиды. Паршивый план. Фальтус только сейчас об этом подумал. А если он встретит гончих? Даже одной твари будет достаточно, чтобы разорвать его в клочья.

«Нужно поторапливаться», – мелькнула беспокойная мысль.

Фальтус добрался до крупного, полуразрушенного здания. Песок поглотил первый этаж, практически полностью засыпав окна.

«Обойти его будет не просто, придётся идти внутрь», – оглядевшись, Фальтус полез по песчаным дюнам к пробоине в стене на втором этаже.

Подпрыгнул, подтянулся и, раскачавшись, попал в здание. Разрушенная выжженная комната. Всюду песок, кое-где ржавые гильзы. На стенах выбоины от снарядов. Темно. Свет практически не проникает внутрь. Фальтус шёл прямо, стараясь как можно быстрее выбраться наружу. Эхо шагов разносилось по пустому зданию и преображалось его акустикой в какой-то жутковатый звук.

Пройдя комнату, Фальтус оказался в тёмном длинном коридоре. На секунду ему показалось, что он здесь не один. От этой мысли его всего передёрнуло. Машинально он ускорил шаг. Глава Искариот держал руку на кнопке активации щита, осознавая, что сейчас это его единственное оружие. Впрочем, активировать щит в этом здании было бы равносильно смерти. Магнитная аномалия наверняка вызовет обрушение этих руин.

Что-то мелькнуло справа, какая-то тень. Затем такая же промелькнула слева.

– Это просто оптический обман, здесь никого нет, – шептал себе под нос напуганный Фальтус.

– Дай нам своё тело. Отдай его нам. Отдай тело. Нам невыносимо так. Мы не можем. Мы хотим вернуться, – противный шёпот раздался в его голове.

– Что за херня! – Фальтус сорвался на бег.

Краем глаза он видел, как дымки теней скользят по стенам. Что-то происходит. Словно кто-то лезет в его голову.

– Позволь мне забрать это тело. Не сопротивляйся. Мы познаем наслаждение. Страдание прекратится. Мы убьём их. Отдай его нам… – голоса становились настойчивее.

В глазах вспыхивали жестокие безумные картины. Пытки. Дикая резня. Фальтус видел это, словно воспоминания. Видел всё, будто это происходило с ним. Страшные картины проецировались в подсознание, словно воспоминания. Фальтус видел, как с людей заживо сдирают кожу. Видел Древние храмы, зиккураты, жрецов. Толпы людей. Жертвоприношения богу на золотом троне. Видел юного царя, чьи руки были по локоть в крови невинных жертв. Видел алтарь. Алтарь, олицетворяющий их бога. Жуткое отвратительное существо. Картинки становились всё отчетливее и практически вытесняли собой реальность.

– Что тут происходит?! – Фальтус бежал по коридору, видя впереди свет.

Это окно. Он выпрыгнул, даже не удосужившись проверить, есть ли там дюны. Хорошо, что дюны были. Он рухнул прямо в песок и покатился вниз. Подняв голову, он увидел двух перепуганных солдат О. С. С.Ч. с плазменными винтовками в руках.

– С Вами всё нормально? – настороженно спросил один из них.

– Я пока ещё не понял, – ответил Фальтус, отряхиваясь от песка.

Видения пропали, как и эти жуткие голоса. Но что это было?

– Ты опять напился что ли? – послышался знакомый голос. Это был Корбор. Вместе с ним к Фальтусу шёл Николай.

– Ласточкой прыгаешь из окна в песок. Башку разбить или шею свернуть не боишься? – добавил Николай.

– Мне кажется, я что-то видел в здании. Это были какие-то тени. А ещё голоса… я слышал голоса! – взволновано ответил Фальтус.

– Похоже на белую горячку, – заключил Корбор, взглянув на Николая.

– Да, похоже. Или головой ударился, – ответил Николай.

– Мы почти на месте, необходимо поторапливаться, – один из солдат кивнул в сторону пирамиды.

И правда, оказалось, что она уже близко. Её ониксовые стены блестят на солнце. В небо устремляется огромный шпиль. Весь её вид совершенен. Сооружение, возведённое инфернальными силами для падшего архангела. Памятник. Местная достопримечательность.

Несмотря на то, что пирамида была близко, идти пришлось долго. Невыносимая жара и рыхлый вязкий песок значительно замедляли продвижение. Впереди шли солдаты. Трое оперативников тащились за ними. Корбор уже снял пиджак и галстук, расстегнул несколько пуговиц на рубахе. Широкое лицо здоровяка раскраснелось, покрылось потом.

– Ты что, не взял щит? – возмутился Фальтус, уставившись на шею и грудь Корбора.

– Нет. У нас их только два осталось. Остальные запечатаны в старом здании департамента, в хранилище. Удивительно, что ты этого не знаешь… Ах да! Тебя же с нами не было, когда мы решали эти вопросы. Ты же заливался дешёвым пойлом в местном гадюшнике, наплевав на те ценности, которыми ты нас постоянно поучаешь, – грубо с нескрываемым пренебрежением ответил Корбор.

– Второй у меня, если что, – добавил Николай.

– Отлично. Винтовок, надеюсь, хватит? – начал ворчать Фальтус.

– Винтовок на каждого найдётся. Боеприпасы в основном квартум. Ртути по одной обойме, – отчитался Николай.

– Собак бить возьмите обычные разрывные снаряды. Квартум переводить нельзя, – Фальтус вытер рукавом лоб. Несколько песчинок налипли на мокрую от пота кожу.

– Что тебе там причудилось? Почему прыгал как полоумный из окна? – угрюмо спросил Корбор.

– Я видел тени и слышал голоса. Они как будто возникали в моей голове. Ещё картинки перед глазами жуткие. Я знаю, звучит не очень нормально, но это правда, – взахлёб начал рассказывать Фальтус.

– Ты пил сегодня? А до этого ты сколько дней в запое был? Может как раз таки время и пришло? – Николай вынул из кармана фляжку и протянул её Фальтусу. – Выпей, иначе накроет белая горячка и нам придётся ещё и тебя ловить по пустыне.

– Это не белая горячка. Это похоже на… – Фальтус принял фляжку, скрутил крышку и сделал глоток.

– На что? – спросил Корбор.

– На Циклон! – выдохнул Фальтус и снова сделал глоток.

– Чушь. Это всё сказки. Никакого циклона не было. Это выдумки! – возмутился Николай.

– Нам в академии рассказывали про него. Это души! – настаивал Фальтус.

– Николай прав, нет здесь никаких призраков. Это всего лишь легенда, – согласился Корбор.

– То есть вы думаете, что у меня едет крыша? – Фальтус таращил свои блестящие маленькие глазки то на Корбора, то на Николая.

– Это больше похоже на правду. Я уже давно заметил, что ты повёрнутый, – улыбнулся Николай.

– Что ты сказал? – возмущённый Фальтус толкнул Николая в плечо.

– Что слышал! – в ответ возмутился Николай.

– Успокойтесь! Сейчас не время выяснять отношения. Лучше скажите мне вот что. Как вы думаете, появится ли этот ублюдок снова? – раздался грозный баритон Корбора.

– Ты о ком? – не понял Николай.

– Дарий?! – догадался Фальтус. – Я думаю, он явится. Ему зачем-то нужны эти гробы. Первый он упустил, но второй-то точно не упустит.

– Жду не дождусь этой встречи, – с удовлетворением в голосе хрипло сказал Корбор.

– Не отставайте, нам уже немного осталось, – послышались голоса впереди идущих солдат.

– Идём, идём! – крикнул Николай.

– Как они в такую жару в броне тащатся? – сочувственно произнёс Корбор.

– Да ещё и со «стигматами», – добавил Фальтус.

– Хватит болтать. Мы действительно отстали. Прибавьте шагу! – встрял Николай, опережая своих товарищей.

Глава 8 «Пирамида»

Агенты Искариот наконец-то добрались до точки сбора. Путь был сложным и утомительным. Корбор сразу же направился к расположенным по правую руку бочкам с водой. Мучащая его жажда с каждой минутой становилась всё нестерпимее. Николай и Фальтус продолжили свой путь к чёрному ониксовому храму. Шли они медленно. Фальтус то и дело смотрел по сторонам. Возле пирамиды было много солдат. Здесь у них разбит лагерь. Установлены палатки. Разведены несколько костров, на которых солдаты готовят что-то в котелках. Искорёженный перевёрнутый грузовик, с залитой кровью кабиной – зловещее напоминание о последнем нападение собак. Чёрные пластиковые мешки, сложенные чуть поодаль от самой дальней палатки, поглощают песок. Порывистый ветер приносит песчинки, постепенно засыпая неподвижные объекты. Пустыня словно болото впитывает в себя всё, что лежит на её поверхности. Чёрных мешков много, не меньше десятка. И это не считая тех, кто остался в самой пирамиде. Тех, кого не удалось достать. Уже знакомый БТР занял позицию в пятидесяти метрах от входа в тёмный храм. Его перегретая плазменная пушка была готова уничтожить любую возможную угрозу. Распечатанные врата, ведущие в тёмные недра пирамиды, частично баррикадированы камнями. Солдаты О. С. С.Ч. напряжённо вглядываются в чёрный коридор, ведущий вглубь пирамиды. Их винтовки наготове. Все ждут очередной атаки гончих. Палящее солнце сводит с ума. Жара вытягивает остатки сил.

Генерал Абрахт тоже здесь. Он общается с местным офицером, видимо получает информацию о текущем положении дел. Фальтус поспешил к нему, оставив Николая.

– Генерал, какого чёрта вы делаете? Вы выкинули меня из самолёта как мешок с мусором! – раздражённо начал высказывать своё негодование Фальтус, приближаясь к Абрахту.

– Убавьте свой тон, мистер Фальтус! Видите, мы общаемся с капитаном, а вы лезете в наш разговор бесцеремонно и без всякой на то причины! – возмущённо ответил генерал.

– Без причины? А если бы я убился? Или если бы меня сожрали в этих руинах? Почему нельзя было обеспечить агентам Искариот безопасность на должном уровне? – продолжил гнуть свою линию Фальтус.

– Хватит истерик! Глава тринадцатого отдела ведёт себя как девчонка! Ты – оружие. Ты такой же солдат как и мы! Если ты обосрался после десантирования, то что же будет когда ты встретишься с реальной угрозой? Убежишь? В обморок упадёшь? Ты на позиции, как и твои люди! Получи оружие и жди распоряжений! – Абрахт схватил Фальтуса за галстук и рывком подтянул к себе.

– Каких ещё распоряжений! Только не говорите, что у вас есть план… Для начала неплохо было бы выслушать мой! – просипел сквозь перетянутое горло Фальтус.

– От тебя разит спиртом! Ты опять пил? – генерал оттолкнул Фальтуса подальше от себя.

– Пятнадцать штурмовиков и два сержанта плюс грузовик. Нам удалось устранить только двух собак. Они слишком проворны, поэтому быстро сократили дистанцию, – продолжил как ни в чём небывало невозмутимый капитан.

– Где трупы собак? – поинтересовался Абрахт.

– В морозильных камерах в складской палатке, – ответил капитан.

– Мне нужно на них взглянуть! – оживился, потирающий горло, Фальтус.

– И не только тебе, – Абрахт кивнул капитану, прося показать трофеи.

Капитан развернулся и зашагал вперёд. Генерал и Фальтус последовали за ним. Пройдя через весь лагерь, они добрались до той самой палатки, в которой находились поверженные гончие. На входе их встретили часовые, двое солдат вытянулись по стойке смирно.

Палатка оказалась невообразимо огромной. Не палатка, а целый шатёр. Внутри лежали ящики с боеприпасами и провизией. Какие-то канистры и тюки были свалены кучей. Немалую часть палатки занимали всевозможные археологические инструменты: лопаты, кирки, щёточки, странные коробки с ситом вместо дна и прочее подобное.

– Это добро тут зачем? – фыркнул Фальтус, кивнув головой в сторону инструмента.

– Это инвентарь археологической группы. Они планировали приступить к раскопкам, когда мы попадём в пирамиду, – задумчиво ответил капитан, словно и сам не знал, зачем всё это нужно.

– Чего там копать? Всё же на поверхности! – улыбнулся Фальтус, доставая из кармана фляжку, которой с ним поделился Николай.

– Заткнись уже! – раздался возмущённый голос Абрахта. – Что с археологами?

– Половину выпотрошили гончие ещё при первом контакте. Остальные в целости. Они в своей палатке. Сидят там целыми днями и не выходят практически, – отчитался капитан.

– Хорошо. Пусть пока там и сидят, – кивнул в ответ генерал.

Капитан торопливо подошёл к одной из холодильных камер и несколько раз тыкнул пальцем в консоль. Раздался неприятный писк. Затем с шипением вырвались клубы пара. Холодный воздух охладил разгорячённые тела окруживших камеру людей. Крышка открылась. Когда пар рассеялся, появились изувеченные тела невиданных монстров. Огромные лысые краснокожие чудовища, отдалённо напоминающие собак или даже медведей. Их пасти были усыпаны острыми клыками в несколько рядов. Их головы украшают длинные, словно пики, рога. Мощные когтистые лапы выглядят крайне смертоносно. Глаза этих тварей разных размеров, расположены несимметрично.

Выжженная пробоина в груди, говорила о том, что эту тварь удалось усмирить плазменным зарядом «стигматы».

– Ахренеть… – выдохнул Фальтус.

– А он больше чем я думал. Сколько он весит? – задумчиво спросил Абрахт, разглядывая тушу гончей.

– Мы не взвешивали, но примерно 250 килограмм. Мы их еле дотащили, – ответил капитан.

– Это настоящие гончие! – восторженно заключил Фальтус.

– Ты серьёзно? Мне не нужны твои научные заключения! Мне нужно, чтобы ты и твои люди помогли нам пройти внутрь. Нам нужно забрать саркофаг и убраться отсюда обратно в Церта-сити. Причём как можно быстрее! – раздражённо высказался генерал.

– Это я уже понял. Мне нужно оружие. RZ-10, и несколько обойм с разрывными, – с важностью в голосе ответил Фальтус, вновь делая глоток из своей фляжки.

– «Разящие» здесь, – капитан подошёл к одному из оружейных ящиков и приподнял крышку.

– И какой у Вас план, мистер Фальтус? – с подозрением поглядывая то на фляжку, то на ящик с «разящими», спросил Абрахт.

– Мы пойдём первыми, выбьем собак из коридора при помощи квартум-щита, затем задержим их внутри, пока достаточное количество ваших солдат не проникнет в пирамиду, – лицо Фальтуса расплывалось в улыбке, он явно был доволен своим планом.

– Достаточное для чего? – не понял Абрахт.

– Достаточное для того, чтобы закрепиться внутри и не сдохнуть как в прошлый раз.

– Ну что же. Тогда иди к своим людям, мы начнём прямо сейчас, – согласился Абрахт, кивая головой.

Выйдя из палатки, Фальтус огляделся, выискивая своих агентов. Их нигде не было видно. Кругом были лишь солдаты О. С. С.Ч., напряжённо маячащие между палатками. Фальтус сделал последний глоток, обжигающего пойла. Вот и всё, фляжка пуста. По привычке он взглянул на свои часы. Они остановились. Замерли на без пяти двенадцать. Нахмурившись, Фальтус направился в сторону пирамиды. Чёрный блестящий минерал её стен вызывал трепет и волнение. Гладкие ровные грани древнего внеземного сооружения завораживали. Шаг за шагом он приближался всё ближе к древнему храму. Огромный, словно копьё, шпиль начинался от верхушки пирамиды и поднимался высоко в небо. Странное загадочное сооружение отдалённо напоминало громоотвод. Фальтус остановился, разглядывая таинственный шпиль. Мелкая дрожь передёрнула всё его тело. Нервный тик вновь овладел его правым глазом. На секунду Фальтусу показалось, что вокруг громоотвода то и дело проносятся три или четыре маленьких чёрных облачка. Дымки теней, наподобие тех, что он встретил в руинах. Да, в том тёмном коридоре разрушенного здания тоже были тени. Он их видел, слышал и чувствовал. И сейчас. Сейчас они тоже были рядом.

– Чего ворон считаешь? Что сказал Абрахт? – кто-то толкнул Фальтуса в плечо, это был Николай.

– Абрахт сказал, что сейчас начнём штурм. У тебя щит, мы с тобой идём первыми. Где Корбор? – Фальтус быстро окинул взглядом Николая, а затем вновь уставился на шпиль.

– Корбор присоседился к О. С. С.Ч. когда те направились пожрать. Вон они, у той палатки, – Николай ткнул пальцем на небольшую группу людей, усевшуюся вокруг костра.

– Позови его, пора начинать, – сухо произнёс Фальтус.

– Так точно! – щёлкнул каблуками Николай.

– Стой! Подожди! – Фальтус схватил Николая за руку.

Бешенные, напуганные глаза уставились на невозмутимого Николая.

– Что ещё?

– Посмотри на этот шпиль. Видишь там тени? Облака, дымки, призраки, пар… что угодно рядом с этим чёртовым шпилем! – взгляд Фальтуса словно молил о положительном ответе собеседника.

– Облака? Дым? Призраки? Я ничего не вижу, небо чистое! – Николай прищурил глаза и внимательно уставился на громоотвод.

– Смотри лучше! Чёрные дымки! Несколько штук! – настаивал Фальтус.

– Я ничего не вижу. Завязывай уже нагнетать. У нас полная пирамида собак, а ты ещё придумываешь какую-то ерунду, – фыркнул Николай.

– Приведи Корбора. Встретимся возле входа, – разочарованно произнёс Фальтус и зашагал вперёд.

Через несколько минут все трое уже были на позиции. Николай и Корбор распихивали по карманам обоймы. Фальтус задумчиво сидел, прислонившись к гладкой ониксовой стене. Солдаты О. С. С.Ч. разбирали забаррикадированный камнями вход в пирамиду. Приближался Абрахт, в сопровождение капитана.

– Первыми пойдут наши друзья из тринадцатого отдела. Следом первая бригада, затем вторая. Третья останется снаружи, – командным голосом сообщил генерал.

– Может всё же и третью запустить следом? Там работы хватит на всех, уверяю вас, – несколько взволнованно предложил капитан.

– Нет. Насколько мне известно, мы ждём прибытия незваного гостя. Не так ли, мистер Фальтус? – Абрахт улыбнулся, словно подсмеиваясь над главой тринадцатого отдела.

– Всё верно. Его зовут Дарий. Я думаю, он не упустит свой шанс и явится за саркофагом, – закрыв глаза, чуть слышно произнёс Фальтус.

– Если явится, то подохнет, – с важностью в голосе заявил Абрахт.

Баррикады к этому времени были уже полностью разобраны. Вход в пирамиду свободен. Солдаты держали под прицелом чёрный коридор, ведущий в недра храма. Они ждали. Напряжение росло.

– Генерал! – Фальтус поднялся на ноги и подошёл к Абрахту. – Мне кажется, вокруг пирамиды консолидируется циклон. Я боюсь, что это может сказаться на…

– Это всё ерунда! Просто он немного перегрелся и переутомился, да и к тому же стресс, – Николай одёрнул Фальтуса и силой оттащил от генерала.

– Какой ещё стресс? Отпусти меня! Он должен знать! – брыкался возбуждённый Фальтус.

– Пусть скажет! Какой ещё циклон? – насторожился Абрахт.

– Циклон – это легион потерянных душ! Именно он стал причиной массовой одержимости в начале вечной войны! И сейчас, сегодня я видел души! – истерически орал Фальтус, тараща свои дёргающиеся глаза на генерала.

– Твою мать… – выдохнул Николай.

– По-моему он не в себе. Может нам его не пускать внутрь? – предложил капитан.

– Ах-ха-ха! – в голос рассмеялся генерал. – Души? Аха-ха! Фальтус, ты спился окончательно. Твой мозг повреждён. Ты больше не тот великий герой, которым когда-то был. И орден твой по праву забыт. Даже сейчас ты тут не потому, что столь ценный сотрудник, каким себя мнишь, а потому, что у тебя есть технология, которая необходима О. С. С.Ч.! Хватит нести всякую чушь! Хватит рассказывать сказки про призраков, с которыми ты общался. Иди внутрь и помоги моим людям закрепиться. Больше от тебя ничего не требуется, – слова Абрахта источали презрение и одновременно снисхождение.

– Мы немедленно приступим к штурму, – торопливо ответил Николай, понимая, что испытывать терпение генерала не стоит.

– Вы все идиоты. Если я прав, то нам всем конец, – сквозь зубы процедил Фальтус, следуя за Николаем.

Они переступили порог храма. Впереди был лишь мрак длинного и узкого коридора, ведущего в самые недра пирамиды. Николай и Фальтус, плечом к плечу шагали вперёд. Тусклый свет прикреплённых к винтовкам фонарей, слабо освещал длинный ониксовый коридор. Угрюмый здоровяк Корбор брёл следом, нервно теребя в руках «разящий». С десяток солдат первой бригады дышали ему в затылок.

Прошли пять метров, контакта с собаками нет, но все к нему готовы. Мышцы окаменели, рефлексы обострены. Пальцы застыли на спусковых крючках. Фальтус активировал щит. Синеватое свечение из-под его рубахи озарило коридор. Лёгкая вибрация пробежала по стенам.

– Не рановато? Доминус батарея имеет свой лимит. Стоило приберечь, – прошептал Николай.

– Лучше рано, чем поздно, – быстро ответил Фальтус.

– Огонь не открывать, пока не преодолеем коридор, – Прорычал Корбор, развернувшись к солдатам. – В коридоре работают Искариот, внутри О. С. С.Ч.

Солдаты кивнули, воодушевлённые уверенностью здоровяка.

– Контакт! – раздался встревоженный голос Николая.

Затем загрохотали выстрелы. Корбор тут же развернулся и увидел, как из мрака коридора на них несётся гончая. Огромный проворный зверь. Её глаза блестят и пылают ненавистью. Огромная пасть сочится слюной. Несколько снарядов попало ей в грудь, несколько в голову. Николай прекрасный стрелок, лучший в ордене. Каждый произведённый им выстрел, всегда попадал в цель. Но сегодня даже его мастерства было недостаточно, чтобы остановить инфернального монстра. Корбор вскинул винтовку и выпустил длинную очередь по конечностям обезумевшего монстра. Коленные суставы разлетелись в клочья, кости вывернулись наизнанку. Одна из передних лап с хрустом отвалилась, и туша монстра рухнула на скользкий пол. Но в ту же секунду, перепрыгнув через мёртвое тело, появились ещё две собаки.

– Я пустой! Прикрой меня! – истерически заорал Николай, судорожно отстёгивая обойму.

– Твою мать… Я тоже! – послышался обречённый голос Корбора.

Гончие приближались, дистанция сокращалась. Их раззявленные пасти сулили погибель. Казалось, что они вот-вот ворвутся в толпу обречённых солдат, и начнётся кровавая бойня.

Но этого не случилось. Фальтус дождался, пока твари максимально приблизятся, и выставил вперёд ладонь. Невыносимый писк вибрирующих стен. Треск костей. Скулящий лай собак. Всё это одномоментно ударило по ушам, заставив солдат присесть и прикрыть руками головы.

Магнитная аномалия, созданная Фальтусом, заставила двух гончих зависнуть в воздухе. Тела собак дрожали, сжимались, деформировались. Кожа тварей лопалась. На гладкий пол мрачного коридора струйками бежала кровь. Один взмах руки и переломанные твари упали на пол.

– Продвигаемся дальше, у нас мало времени! – грозно воскликнул Фальтус, делая шаг вперёд.

Но не успели они пройти и трёх метров как вновь появились гончие. На этот раз их было больше. Гораздо больше. Рокот «разящих» вновь ударил по ушам. Корбор и Николай прикончили первых двух, но на следующих боеприпасов уже не хватило.

– Кидай гранату! Я закрою! – орал возбуждённый Фальтус.

– Давай! – крикнул Николай, швыряя что-то в несущуюся толпу тварей.

Оглушающий взрыв, ослепительная вспышка огня, скрежет рикошетирующих осколков. Квартум-щит превосходно справился со своей задачей. Разорванные в клочья тела собак разбросало по всему коридору. Но на горизонте уже виднелись новые твари.

– Вперёд, вперёд! Мы уже практически дошли! – Фальтус ускорил шаг, устремляясь навстречу приближающимся инфернальным монстрам.

Расправившись ещё с тремя собаками, штурмовая группа преодолела коридор и ворвалась в просторный зал пирамиды. Солдаты О. С. С.Ч. из числа первой бригады, рассредоточились по нему, заняв позиции, и открыли огонь на подавление. Гончих действительно было много. Но на этот раз приблизиться к солдатам у них не получалось. Плотность огня значительно возросла. Плазменные заряды «стигматы» были особенно эффективны. Они прожигали тела гончих насквозь, оплавляли их плоть, наносили сокрушительный урон. Вскоре прибыла вторая штурмовая бригада, лишая собак последнего шанса. Ураганный шквал огня перемалывал тварей в фарш. Снаряды разрывали их плоть и ломали их кости. Удивительно, но безумные монстры осознали, почувствовали превосходство людей и принялись отступать. Некоторые из них бежали к лестнице, ведущей куда-то вверх. Другие бросались к отверстиям, расположенным вдоль стен возле самого пола. Через пару минут, собак совсем не осталось. Большая часть была уничтожена, а те, что смогли уцелеть, сбежали. Солдаты рассредоточились по периметру зала, стараясь держать под прицелом загадочные отверстия в стенах и ведущую наверх лестницу.

Фальтус оглядел просторный мрачный зал. Огромная золотая статуя крылатого великана, пронзающая копьём своего брата, возвышалась в самом центре. Её жуткий злобный лик пробирал до мурашек. Казалось, словно золотая фигура вот-вот оживёт и бросится на незваных гостей. Дорогие барельефы и фрески покрывали стены. Сюжеты загадочных фресок отсылали к началу времён, к истокам мироздания и пути грехопадения. Древность, осознать которую человеческий разум не в силах. Ониксовый блестящий пол завален трупами собак и несчастных солдат из числа первооткрывателей этой пирамиды. Лежащие на полу изувеченные трупы солдат, были практически полностью обглоданы. Зверский аппетит гончих делал своё дело. В мрачном холодном зале стоял немыслимый смрад разлагающихся тел и продуктов жизнедеятельности собак. Вонь была просто невыносимой. Приходилось подолгу задерживать дыхание и бороться с подступающим к горлу комком. Прямо перед золотой статуей лежит саркофаг. Серебристый металл поблёскивает, отражая свет фонарей. Завороженный Фальтус подошёл ближе.

Изысканные выверенные линии. Гладкий прекрасно обработанный металл. Множество рунических знаков по корпусу. Да, это то, что они искали. Именно такой саркофаг Фальтусу приходилось видеть в музее. Точно такой, за исключением одной детали. Крышка отличалась от той, что была в музее. Эта была более массивная и более сложно выполнена. А в её изголовье возвышалась объёмная металлическая волчья морда. Морда скалится своими острыми клыками, застыв в гримасе гнева. Установленные вместо глаз рубины, словно источают зловещее свечение. Фальтус внимательно изучил крышку саркофага. Помимо шедеврально выполненной фигурки волчьей головы, на крышке присутствовал столь же превосходно выполненный барельеф косматого торса со скрещенными на груди руками. Именно руки придавали образу волка антропоморфные черты. Фальтус задумался. Что же могли значить все эти изображения на крышках? Волк и Змей. Загадка, отгадать которую, можно лишь после вскрытья саркофага.

– Чего ты опять застыл? Время тикает. Солдаты сильно растянулись по периметру. Если собаки снова полезут в зал, то нам неизвестно, чем всё это кончится, – внезапно послышался ворчливый голос Николая.

Фальтус быстро взглянул на собеседника, затем снова уставился на саркофаг.

– Чего молчишь? Николай дело говорит. Или тут твой план закончился? Выжить не планировал? – раздался раздражённый бас Корбора.

– Нужно крепить тросы к саркофагу, на бронетранспортёре есть лебедка, – спокойно, умиротворённо произнёс Фальтус.

– А он пролезет в коридор? – Корбор нахмурился и почесал отмеченную шрамом щёку.

– Влезет! Как-то же его сюда занесли! – усмехнулся Николай.

– Пусть солдаты крепят тросы. Времени действительно мало, – Фальтус задумчиво провёл ладонью по крышке саркофага.

– Слышали приказ? Крепите чёртовы тросы! – во весь голос заорал Николай.

Глава 9 «Возвращение хаоса»

Оплетённый толстыми стальными тросами саркофаг медленно выползал из пирамиды. Лебёдка бронетранспортера скрипела, ноша оказалась тяжёлой. Натянутые тросы напоминали струны, а скрипящая лебёдка напоминала гитарные колки, на которые наматывались эти самые струны. Солдаты медленно следовали за саркофагом, держа под прицелом мрачный коридор. Они осознавали своё неудачное положение. Если сейчас собаки решаться напасть, то все кто остались в коридоре погибнут. Но гончих не было. Спустя пару минут саркофаг достали, подтянули к бронетранспортеру, оставляя глубокий след на песке. Блестящий металл словно переливался всеми оттенками красок. Отражающиеся от него солнечные лучи приобретали сказочные, неестественные цвета. В лагере царила суета. О.С.С.Ч. готовились к эвакуации, собирали вещи. Группа солдат спешно баррикадировала вход в пирамиду, опасаясь возвращения собак. Из дальней палатки показались археологи. Напуганные, опустошенные встречей с гончими, учёные не осмеливались приблизиться к реликвии, хотя и очень хотели это сделать. Они переминались с ноги на ногу и перешёптывались, указывая пальцами на «Искариот». А вот Фальтус и его агенты пристально изучали саркофаг, надеясь найти способ открыть крышку. Создавалось впечатление, что никому кроме тринадцатого отдела и робких археологов нет никакого дела до древней реликвии.

– Возможно, есть какой-то рычаг или кнопка. Что-то должно же быть! – Николай присел на корточки и осторожно провёл ладонью по борту саркофага.

– Кто-нибудь узнаёт руны? Я ни одной знакомой не нашёл, – настороженно произнес Фальтус, разглядывая древние писания.

Действительно. Рун было много, но ни одной знакомой не встречалось. Все эти знаки казались чем-то секретным, словно это был не просто небесный язык, а какой то «особый». Возможно это предупреждение. А может быть история жизни погребённого.

– К чёрту это всё! У нас есть плазменные винтовки. Наверняка «стигмата» пробьёт этот гроб, вместе с начинкой. Наше дело грохнуть небесного, зачем открывать крышку? – прорычал Корбор, стукнув кулаком по металлической волчьей голове.

– Это неправильно. Нам необходимо привезти этот гроб в Церта-сити, иначе ордену конец, – Фальтус неодобрительно взглянул на здоровяка.

– Да какого чёрта ты начинаешь нервничать? Всё хорошо! Мы вышли из пирамиды и до сих пор ещё живы. Гроб при нас. Задача практически выполнена! – улыбнулся Николай.

– Выполнена? А как же Дарий? Мне обещали, что он будет тут! – недовольно бормотал Корбор, пиная ногой борт стального саркофага.

– Никто тебе такого не обещал! Слава Богу, что этого демона тут нет! Мне и одной встречи с ним хватило! – грозно заорал Фальтус, размахивая указательным пальцем перед носом Корбора.

Порывистый ветер принёс песчинки, заставляя Фальтуса часто моргать. Невыносимая жара сводила с ума. Красное влажное от пота лицо переполняла усталость. Головная боль набирала силу с каждым часом. Фальтусу совсем не нравилось это место, и он надеялся на скорейшее возвращение домой. Да и к тому же мечта о возрождении ордена стремительно становилась явью. Теперь-то уж точно тринадцатый отдел «Искариот» вернёт утраченное!

– Негодование червей, что копошатся под ногами. Суждения слепых о красоте вселенной, что донести пытаются отчаянно глухим. Вы столь глупы, недальновидны и слабы. Но это, право, даже мило, – послышался хриплый знакомый голос.

К саркофагу приближался генерал Абрахт. Его движения дёрганные, словно он был чем-то болен. Генерал то торопливо ускорялся, то наоборот манерно замедлялся. На лице уже не было тактических очков и платка. Его губы растянулись в ужасной, неестественной улыбке. Глаза таращились бешенным, напуганным взглядом. Кисти рук тряслись в судороге.

– Генерал, с вами всё в порядке? – встревожено уточнил Николай, поднявшись на ноги и отойдя от саркофага.

Фальтус медленно потянулся к лежащему на саркофаге «разящему». Корбор не изменился в лице, лишь сделал шаг назад.

– Генерал? – приближающийся Абрахт истерически рассмеялся.

– Абрахт, мать твою! Прекрати эти шутки, по-моему сейчас они совершенно не к месту, – Фальтус осторожно снял «разящий» с предохранителя и обошёл саркофаг.

– Абрахт? Его больше нет! Моё имя Азаир-Повелитель! А это жалкое тело – мой инструмент, моя игрушка! На колени, чернь! Склонитесь перед архижрецом царя Ур-Нинурта! – генерал остановился буквально в двух метрах от обескураженных агентов.

Его тело передёргивали судорожные волны. Бледное лицо источало безумие. В правой руке блеснуло лезвие армейского ножа.

– Это Циклон! Я же говорил! Надо было меня слушать, идиоты! – Фальтус вскинул винтовку, наставив дуло «разящего» на обезумевшего генерала.

– Невероятно… – Николай быстрым движением активировал квартум-щит.

Возникшая магнитная аномалия подняла в воздух несколько десятков тысяч песчинок.

– Это шумерский жрец династии Ур-Нинурта. Ему не меньше четырёх с половиной тысяч лет. Удивительно. Выходит, что циклон это не байка, – совершенно не изменившись в лице, произнёс Корбор.

– Вы жалкие рабы! Думаете, что способны меня остановить? Вы ошибаетесь. Эти души мои! Я управляю ими. Я контролирую энтропию безумия и хаоса! Жалкие людишки не могли это осознать даже во времена великого вторжения! Когда армии одержимых штурмовали их цитадели, никчемные стратеги приписывали «предрассветной звезде» способности управлять подконтрольными особями. Но что это за бред! Жалкие людишки не могли осознать, что тупые бездушные не могут управлять циклоном! Я и только я управлял армиями одержимых во времена вечной войны. Конечно, иногда приходилось уступать это право падшим, но это была иллюзия. Обман! Они сами не понимали, что не контролируют циклон. Не понимали, что неспособны обуздать эту силу. А всё по тому, что за их спинами стоял я. Но теперь падших нет, да они нам больше и не нужны. Я вернулся в этот жалкий мир, чтобы служить богу Астароту! И я обещаю, что скоро каждый ощутит на себе его гнев! – голос Азаира истерически дрожал, периодически срываясь на противный смех.

Казалось, что древний жрец не типичный одержимый, которых описывали в учебниках, а нечто большее. Жуткое осознание масштабов проблемы, тяжёлым грузом навалилось на Фальтуса. Ему хотелось кричать и бить себя в грудь. Кричать о том, что он предупреждал. Говорить о том, что никто ему не верил, а стоило бы это сделать. Но это всё уже не имело смысла. Сейчас нужно было решить, что делать дальше.

– Опустите винтовку, мистер Фальтус, немедленно! – раздался грозный голос одного из солдат.

Несколько перегретых «стигмат» уставились на «Искариот». Солдаты О. С. С.Ч. не понимали, почему Фальтус наставил оружие на их генерала. Не понимали, но были готовы слепо следовать своему долгу. Были готовы защищать одержимого безумием Абрахта.

– Фальтус, помнишь, ты меня спросил, вижу ли я возле шпиля тени? Тогда я ещё ответил, что ничего не вижу, – обеспокоенным голосом начал Николай.

– Да, помню. И что? – несколько раздражённым голосом бросил Фальтус.

– А то, что я их видел! Видел, но решил ничего тебе об этом не говорить, – тихим голосом ответил Николай.

– Ты идиот. Николай, ты кретин! – прорычал Фальтус, поглядывая то на генерала, то на обступивших их солдат.

– Знаете, сейчас и я вижу души. Сто процентов это Циклон. И я не знаю, что нам делать в такой ситуации, – задрав голову в небо, произнёс Корбор. Его спокойный голос навевал ещё больше тревоги, чем если бы он выругался.

Фальтус взглянул вверх. В небе над лагерем кружился ураган из чёрных теней. Он выглядел как огромная чёрная туча, вихрящаяся прямо над ними. Дымки теней, словно стервятники над полем боя. Они кружат, ожидая приказа… Немыслимо! Невозможно! Циклон не проявлял активность столько времени, что люди успели забыть о нём. Но сейчас он вернулся.

– Я отправляюсь к ближайшей военной базе сил О. С. С. Ч. Той, что находится на востоке, – дрожащим голосом сообщил Азаир, подходя к бронетранспортеру.

– Генерал Абрахт, а что делать с грузом? И с агентами как быть? – настороженно уточнил капитан.

– Груз останется здесь. Он нам больше не нужен. Перережьте тросы! – сквозь идиотский злорадный смех приказал одержимый генерал.

– Но генерал, а как же наша миссия? Мои люди проливали кровь ради этого куска железа! И теперь вы хотите, чтобы мы оставили реликт здесь? – возмутился капитан.

– Ты всё правильно понял, полководец! – Азаир размашисто взмахнул рукой, и чёрный рой циклона обрушился на ничего не подозревающих солдат. Дымки теней проникали в тела людей, получая контроль над ними. Обезумевшие тысячелетними терзаниями души, желали физических наслаждений. Боль, ненависть, страх, голод, жажда, агония смерти… То, что невозможно ощутить, будучи бестелесной полупрозрачной дымкой.

Одержимость вспыхнула словно пламя, распространяясь среди О. С. С. Ч. Солдаты падали на землю, истошно орали, истерически смеялись, бросались друг на друга с кулаками, причиняли себе увечья. Боль – наслаждение. Чувство присущее лишь живым. Острые армейские ножи скользили по коже, разрезая плоть. Безумцы с диким хохотом отрезали себе губы, уши, веки. Некоторые наносили себе слишком тяжёлые увечья и теряли сознание, истекая кровью. Скинув каски, одержимые клочьями выдирали волосы на голове. Дикий неудержимый смех сменялся рыданиями. Звуки окружающего и растущего безумия вызывали немыслимый ужас.

Сохранивший рассудок капитан, отчаянно пытался призвать обезумевших солдат к порядку, но его никто не слушал. Охваченные ужасом агенты тринадцатого отдела наблюдали за всепожирающим хаосом Циклона. Но не знали что делать. Удивительно, но дымки душ не могли пробиться через магнитный барьер квартум-щита. Души стучались в щит, бросались на него и тут же отскакивали, словно муха пытающаяся вылететь в окно, не осознавая, что бьётся в стекло.

– Квартум-щит – это миниатюрный аналог «пенумбры», – с важностью в голосе заявил Николай.

– «Пенумбры»? Что за бред? Тут совсем другой механизм работы! – возмутился Фальтус.

– Мать вашу, какая разница? Главное, что это работает! – раздражённо бросил Корбор.

Послышался шум мотора. Кто-то из одержимых уже перерезал тросы, и бронетранспортёр генерала направился на восток.

– Вот сука! Этот шумерский жрец свинтил! – сплюнув себе под ноги, гневно сказал Корбор.

– Чёрт с ним, лучше придумай, как нам отсюда убраться, – ответил Николай, чуть ослабляя галстук.

– Щит работает, винтовки есть, одержимые пока особо на нас внимания не обращают. Видимо они сами с собой неплохо время проводят. Нужно потихоньку уходить отсюда. Другого выбора нет, – предложил Фальтус.

– Ха, а как же саркофаг? – Николай кивнул в сторону реликта.

– Нам его не вынести, придётся оставить, – ответил Фальтус.

– Здравая мысль! – согласился Корбор.

Раздался истерический крик, громче и страшнее прочих. Фальтус взглянул в ту сторону, откуда он доносился. Несколько одержимых заживо потрошили археологов, вытаскивая их внутренности наружу. Учёные бились в конвульсиях, кричали, молили о помощи. С одного из них сняли скальп, с другого содрали лицо. Кровь пропитала песок. Крики жертв проникали глубоко в мозг и оставались там навсегда.

Что-то тяжёлое приземлилось у ног Фальтуса. Это была голова капитана. Глаза вырезаны, уши и губы удалены. К агентам неспешно приближались несколько одержимых.

– Снять с них шкуру! Выпустить потроха на свободу! Боль! Агония! Больше крови для бога Астарота! – послышались истошные вопли обезумевших солдат.

Агенты одновременно вскинули винтовки и ждали, пока безумцы подойдут ближе.

– Нам их всех не перебить. Это конец! – прошептал Николай, щуря свои блестящие глаза.

– Конец, значит конец! – прорычал Фальтус.

– Скоро мы с тобой встретимся, братец, – словно сам себе сообщил Корбор.

Одержимые приближались со всех сторон. Весь лагерь лишился рассудка. Их бледные, изувеченные тела тряслись от нетерпения. Все они сжимали в руках ножи, в то время как винтовки болтались за спиной. Особая любовь к холодному оружию – одна из отличительных черт одержимости.

Одержимых становилось всё больше. Их ряды становились всё плотнее и плотнее. Казалось, что через секунду обезумевшая орда бросится в бой и разорвёт «Искариот» на части.

Но произошло нечто, чего никто не ожидал. Обжигающее, испепеляющее пламя взрыва разбросало с десяток одержимых, разорвав их тела в клочья. Вовремя среагировав, Николай успел поставить щит, который впитал в себя раскалённые осколки.

– Огонь! Сейчас! – заорал Фальтус и вдавил спусковой крючок. Винтовка ударила отдачей в плечо.

Армейская броня О. С. С.Ч. неплохо поглощала урон в корпус. Устаревшие «разящие» слабо пробивали нагрудную броню, однако попадание в голову по прежнему гарантировало смертельный исход. Разрывные снаряды раскалывали черепа, позволяя разрушенному до состояния детрита мозгу вытекать из раневых отверстий. Касательные ранения часто отрывали нижнюю челюсть, оставляя лишь болтающийся окровавленный язык и нежизнеспособные ткани с кусочками костей. А попадания в шею вообще приводили к декапитации, или попросту говоря отрыву головы. Агенты стреляли только в голову и только разрывными, точность огня была превосходной. Растерянность и смятение среди одержимых усилилось после очередного взрыва. Ещё с десяток разорванных в клочья тел разлетелись по всему лагерю. Откуда-то справа послышались короткие очереди, отвлекающие на себя внимание одержимых.

Ситуация абсолютно вышла из-под контроля. Уровень безумия превышал все мыслимые и немыслимые пределы. Агенты «Искариот» даже не понимали, что за взрывы тут происходят. Не понимали, кто атаковал лагерь. Но времени анализировать ситуацию, не было. Приходилось действовать, полагаясь лишь на инстинкты. Только так можно выжить в водовороте безумия, в который им довелось угодить.

– Гранату! Гранату кидай! – снова приказал Фальтус.

Корбор послушно исполнил приказ. Сорвав чеку, здоровяк запустил гранату в толпу одержимых. Ещё один взрыв.

Обезумевшие солдаты побросали ножи и взялись за винтовки. Разрозненный рокот винтовок оглушал и немного дезориентировал. Николай из последних сил удерживал квартум-щит.

То и дело над головой проносились перегретые плазменные снаряды, на которых магнитное поле щита совершенно не действовало.

– Заряда совсем мало! Батарея скоро сдохнет! – громко сообщил Николай.

– Прячемся за саркофаг! Скорее! – Фальтус ловко перепрыгнул металлический гроб и укрылся за ним.

Николай и Корбор последовали его примеру. Через секунду все трое сидели за саркофагом. Непробиваемый небесный металл превосходно защищал от осколков и снарядов винтовок. Оставалось лишь молиться, чтобы выпущенная «стигматой» плазма не прожгла саркофаг.

– Что происходит? Что за взрывы? – меняя обойму, спросил Корбор.

– Понятия не имею, – ответил Фальтус, выглядывая из-за края саркофага.

– Скоро узнаем, – усмехнулся Николай.

Действительно, потеряв «Искариот» из виду, одержимые переключились на какие-то другие цели. Перестрелка становилась всё яростнее. Но с кем же ведут бой обезумевшие О. С. С.Ч.? Это оставалось загадкой.

Очередной взрыв. Осколки с лязгом высекли искры из крышки саркофага. Складской шатёр, в котором хранились замороженные трупы гончих, накренился и рухнул. В лагерь, на полной скорости, влетел тяжелобронированный танк. Его толстая броня была покрыта пустынным камуфляжем. Огромная пушка дымится. Стальные гусеницы давят одержимых, словно грязь. Сталь перемалывает солдат, смешивая с песком. Но одержимые со смехом встречают свою смерть, словно получая от этого какое-то извращенное удовольствие.

– Это «репрессор»! Новый тяжёлый танк О. С. С.Ч.! Но что он тут делает? – настороженно спросил Николай.

– Давит одержимых, очевидно же! – рассмеялся Корбор.

– Да ни хрена не очевидно, умник! – сквозь зубы процедил Николай.

– Мне больше интересно, что это за полк! Я никогда раньше не видел такой эмблемы у О. С. С.Ч. – Фальтус указал пальцем на левый борт танка.

Эмблема действительно была необычной. На танке изображена свернувшаяся в клубок, кусающая собственный хвост змея.

– Это Уроборос. Древний символ. Но не припомню, что бы у О. С. С.Ч. были такие эмблемы, – быстро ответил Николай.

В след за танком показались несколько бронетранспортеров, за которыми продвигались войска. Неизвестные войска. Чёрная форма. Отличная броня. Тяжёлые каски. Лица защищены стальными масками в виде змеиной морды, раззявившей клыкастую пасть. На месте глаз зелёные визоры. В руках винтовки. Те самые винтовки, что сейчас стоят на вооружении у О. С. С.Ч.

Змееголовые быстро продвигаются и теснят одержимых. Их слаженность действий и плотность огня выше, чем у обезумевших солдат. Однако потери есть и у них. Уже несколько десятков змееголовых лежат на песке без признаков жизни.

Ещё один залп главного башенного орудия «репрессора», затем взрыв. Рядом с саркофагом рухнула нижняя половина разорванного одержимого. Затем откуда-то с неба пролились капли крови, быстро впитываясь в песок. Грохот винтовок не замолкал ни на секунду. Иногда слышалось шипение проносящейся рядом плазмы. Какофония ожесточённого боя продолжалась ещё несколько минут. Затем всё затихло. Не стало ни выстрелов, ни взрывов. Лишь скрип гусениц и рык двигателя доносились с поля боя. Агенты понимали, что всё закончилось, но не решались высунуться из своего укрытия. Они боялись. Непонимание ситуации лишало их инициативы.

Голоса таинственных штурмовиков становились всё ближе. Но разобрать слова по-прежнему не удаётся. Мягкий песок делает шаги совершенно бесшумными, поэтому предположить, где сейчас находятся змееголовые практически не возможно.

– Объект не повреждён. Грузите его и уходим, – раздался приглушённый незнакомый голос.

Прячущиеся за саркофагом агенты «Искариот», замерли в ожидании. Фальтус взглянул на Николая, жестами сообщил, что нужно вести себя тихо. Николай кивнул.

Послышалась какая-то возня. Штурмовики готовились к транспортировке саркофага.

– У нас выжившие! – раздался неожиданно громкий крик откуда-то справа. Фальтус развернулся и увидел уставившегося на них штурмовика. Вскоре появилось ещё двое. Затем ещё пятеро показались слева.

Штурмовики двигались неторопливо и вальяжно, даже не удерживая агентов под прицелом. Создавалось впечатление, что они не видят в них никакой угрозы. С одной стороны это радовало Фальтуса, но с другой возмущало. Неужели оперативники великого ордена «Искариот» не выглядят достаточно угрожающе? Неужели они не достойны, что бы их взяли на прицел?

Таинственные штурмовики столпились вокруг агентов и внимательно их разглядывали, а агенты тем временем не менее внимательно разглядывали штурмовиков.

Качественные тяжёлые чёрные бронекостюмы. Массивные наплечники и усиленные нагрудные элементы защиты. Гладкие каски. Весь их образ олицетворял стойкость и несгибаемость. Но особый интерес представляли матово-чёрные металлические маски, прячущие и защищающие их лица. Маски, выполненные в виде змеиной морды с раззявленной, демонстрирующей острые клыки пастью. Зелёные визоры располагались на месте змеиных глаз. Чёрные кожаные перчатки скрывали кисти рук таинственных штурмовиков.

В руках змееголовые держали «RZXX» – бронебойные винтовки нового поколения. Те самые винтовки, что используются силами О. С. С. Ч. Это оружие более мощный вариант «разящих», рассчитанное на снаряды с бронебойными сердечниками.

На ногах у штурмовиков высокие армейские сапоги, с встроенными в них бронепластинами. Такие сапоги превосходно защищали голени, но при этом были немыслимо тяжёлыми. Бегать в такой обуви сущее наказание.

Присмотревшись повнимательнее, Фальтус заметил, что на наплечниках у незнакомцев присутствует такой же символ, что он недавно видел на «Репрессоре». Та же змея, свернувшаяся в клубок, напоминающий кольцо. Нарисованная белой краской змея, отчаянно пыталась сожрать собственный хвост. Загадочный символ не давал покоя Фальтусу, он чувствовал в этом знак, ключ к какой-то великой тайне.

– Вы, мать вашу, кто ещё такие? – вновь раздался приглушённый бас из-под маски.

– Да мы здесь вообще консультанты, мы не при делах! – глупо улыбаясь, затараторил сидящий на песке Фальтус

– Консультанты? – не понял змееголовый.

– Да, нас пригласили решить вопрос с этим древним артефактом. Мы учёные своего рода! – Николай похлопал ладонью по гладкому металлу саркофага.

– Не очень-то они похожи на учёных, – подключился ещё один змееголовый.

– А вас случайно не Дарий послал? – настороженно пробурчал Корбор, прищурив бельмо своего покалеченного глаза.

– Кто такой Дарий? Нет, нас послал не он, – быстро ответил один из змееголовых.

– Кто у вас главный? Мы хотим говорить с вашим офицером! – чуть повизгивающим голосом заорал Фальтус.

Штурмовики переглянулись, словно не понимая, чего от них хотят. После чего откуда-то сзади из толпы вышел очередной змееголовый. Его броня и амуниция ничем не отличались от остальных штурмовиков. Единственное, что отличало его от толпы идентичных змееголовых, это его маска. Она была выполнена из золота или, скорее всего, просто покрыта золотом. Дорогой металл ослепительно сиял на солнце. Впрочем, кроме позолоты, эта маска ничем больше не отличалась от остальных масок.

– У нас нет офицеров, – монотонно сообщил голос из-под золотой маски.

– А кто же тогда ты? – настороженно спросил Фальтус.

– Ёрмунганд, – представился хозяин золотой маски.

Фальтус сначала взглянул в испуганные глаза Николая, затем на напряжённое лицо Корбора.

– Хватит тянуть время, Ёрмун, как там тебя! Мы просто хотим вернуться обратно откуда пришли и забыть всю эту историю! – предложил Фальтус, пытаясь справиться с вновь вернувшимся тиком.

– Что вы тут делаете? – вновь спросил голос из-под золотой маски.

– Нас привезли сюда как консультантов. Консультантов по древним реликвиям! – быстро ответил Николай, с важностью подтягивая галстук.

– Вы знаете, что это такое? – Ёрмунганд кивнул головой в сторону саркофага.

– Это какой-то гроб с небесным внутри! Какого чёрта! Мы сами ни хрена не знаем! Эта штука была нужна Канцлеру! О.С.С.Ч. не справлялись и поэтому отправили нас! Мы перебили целую свору огромных собак, вытащили эту хреновину сюда! А потом откуда ни возьмись, появился долбанный «циклон»! О.С.С.Ч. слетели с катушек и устроили тут резню. А потом появились вы! К слову хрен знает кто вы такие! Вот вам наша история! И это всё, что мы вам можем рассказать! – Вскочив на ноги, во всё горло орал Корбор, раздражённо отряхивая брюки от налипшего песка.

Казалось, здоровяку уже надоело быть спокойным и невозмутимым. Абсурдность ситуации его достала, и он хотел поскорее с этим разобраться.

Удивительно, но змееголовые никак не отреагировали на вскочившего на ноги Корбора. Они лишь лениво разглядывали здоровяка и ничего больше.

– У них мало информации. Они сами не знают, зачем здесь, – заключил Ёрмунганд, развернувшись к своим людям.

– Что дальше? – спокойно спросил один из змееголовых.

– Грузите объект. Уходим, – монотонно ответил Ёрмунганд.

Штурмовики направились к бронетранспортерам. Некоторые из них стали возиться с обрезанными тросами. Суета и движение царили вокруг. При этом на «Искариот» никто не обращал никакого внимания, словно их вовсе здесь не было.

– Я так понимаю, нам нужно убираться отсюда, пока не поздно? – прошептал Николай.

– Правильно понимаешь! – согласился Фальтус и поднялся на ноги.

Отряхнувшись от песка, агенты торопливо направились на восток, ориентируясь на следы колёс, оставленные на песке бронетранспортёром Абрахта.

– Лагерь далеко, вы не успеете добраться до него за семь часов, – окликнул уже знакомый голос Ёрмунганда.

Фальтус обернулся. Золотая маска уставилась на него своими светящимися, зелёными визорами.

– Ну не за семь, значит за девять! Не переживай, доберёмся! – раздражённо бросил Корбор, вытирая со лба пот.

– Через семь часов души покинут уничтоженные оболочки и вернутся в «Циклон». Вас накроет безумие раньше, чем вы сможете добраться до лагеря.

– Твою мать! Ты кто такой? Откуда ты всё это знаешь? – нервно улыбнувшись, спросил Фальтус.

– Ёрмунганд, – вновь представился хозяин золотой маски.

– Что нам делать, Ёрмунганд? – спокойно спросил Николай.

– Мы подвезём вас к лагерю. Вам останется преодолеть не больше одного километра. Не задерживайтесь там. Постарайтесь вернуться домой, как можно быстрее, – монотонным голосом ответил Ёрмунганд.

– И зачем тебе нам помогать? – настороженно уточнил Фальтус, с усилием сдерживая нервный тик.

– А почему нет? Моя цель – лорд Бальтазар. Со своей задачей мы уже справились. Устранять вас распоряжения не поступало. Очевидно, что вы тут погибнете, поэтому я предлагаю вам помощь.

– Бальтазар? Это тот небесный, что лежит внутри? – оживился Фальтус.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.