Тигрис Рафаэль
Лебединая песня

Это сейчас, чтобы поехать в Эстонию нужна Шенгенская виза. А в советское время была одна страна без границ и преград, и чтобы попасть в Таллинн достаточно было, доехать до Москвы (столица СССР), сесть на поезд или самолёт, направляющиеся в столицу Советской Эстонии, и уже тогда считалось, что вы очутились заграницей.

Мы познакомились в ресторане «Лисья нора». Про это оригинальное заведение Таллинна мы были наслышаны давно. Оно располагалось в подвале средневекового дома, поблизости знаменитой башни Вана Томас(старый Томас). Здесь всё было пропитано духом средневековой Прибалтики: каменные стены, мерцание свечей, блюда с обилием мяса, официантки в национальной одежде, – всё это создавало приятную уютную атмосферу. После пару бокалов вина мы расслабились, и когда заиграла весёлая музыка, многие из нас пошли в пляс.

Отовсюду были слышны приветствия на эстонском:

– Тере(Здравствуйте)

– Тере хомигут, – звучало в ответ.

Вдруг среди этого эстонского многоголосия я услышал:

– А вы зачем не танцуете? Неужели вам не весело?

Я обернулся и при свете свечей смог разглядеть юную особу в узеньких очках и длинными рыжими волосами. Говорила она очень складно по-русски, что не характерно было для здешней молодёжи, но и в её правильном русском присутствовал приятный для моего уха прибалтийский акцент.

– Неужели вам скучно? Пойдёмте, я живо вас развеселю.

Я конечно не смог отказаться от такого приглашения.

– Когда дамы приглашают кавалеров, кавалеры не могут оставаться равнодушными, – ответил я и мы пошли плясать.

Однако очень скоро быстрая музыка перешла в медленную романтичную мелодию, и вот мы уже обнявшись стали исполнять танго. От её огненно-рыжих волос исходил тонкий аромат вкусного шампуня вперемежку с запахом чистого тела, только что вышедшего из под душа.

– Как тебя зовут?

Ну раз мы так тесно сблизились, что обоняем обоюдно запахи, то пора и познакомиться.

– Меня зовут Свана.

– Какое интересное имя. Абсолютно мне не знакомое.

– Оно очень редкое и отнюдь не эстонское.

– А какое?

– Норвежское.

– Ты меня удивляешь! Откуда у эстонки норвежское имя? И что оно означает?

– О, это длинная история. Скажи лучше, как зовут тебя?

– Моё имя тоже непривычно, уже для твоего уха.

– Ничего, ничего. Говори. Я способная. Уловлю.

– Меня зовут Арутюн.

– Звучит оригинально!

– Оно настоящее армянское?

– Разумеется не норвежское.

– И не эстонское.

Мы начали дружно смеяться и я понял, что знакомство состоялось.

– Слушай Аррутиун! А пошли сядем за наш столик, а заодно и поболтаем про наши имена.

Сказано это было так непринуждённо, что я не смел отказать своей новой знакомой.

Мы подошли к столику за которым уже сидели двое взрослых – мужчина и женщина.

– Познакомься! Это мои родители. Отца зовут Александр, а маму Ингрид. Мама, папа – это Арутюн. Мы только что с ним познакомились.

– Очень приятно! Присаживайтесь. Хотите что-нибудь поесть?

– Нет, спасибо! Не голоден. Мы так сытно здесь пообедали.

– А выпить?

– Не откажусь.

Официантки быстро принесли мне столовый прибор и бокал, а Александр налил мне красного вина. Он был щупленьким лысоватым мужиком, с заострёнными чертами лица и лицо симпатичной лисички Сваны походило на отца. А вот рыжие волосы – это был колор от мамы Ингрид.

– Ну рассказывайте Арутюн. Как я успел заметить, вы приехали издалека и причём не одни, а с кампанией.

Я начал рассказывать кто мы и откуда. Свана и её отец внимательно слушали, а вот Ингрид нет, и я понял, что она плохо понимает по-русски. В подтверждением моей догадки стало то, что Александр иногда наклонялся к ней и излагал мною сказанное уже по-эстонски.

– Мама очень плохо понимает русский.

– Я это уже понял.

– Вообще то она норвежка.

– Так вот откуда у тебя норвежское имя!

– А вот папа мой русский, хотя всю жизнь жил в Таллинне. И фамилия у него русская – Морозов.

– Значит ты Свана Александровна Морозова. Звучит эффектно, как мелодия Грига «Утро, Пер Гюнт» вперемешку с балетом «Лебединое озеро» Чайковского.

– Ого! А ты попал в самую точку и даже не тепло, а прямо горячо.

– В каком смысле? Что ты имеешь ввиду?

– А давай мы об этом поговорим в другом месте, в более приватной обстановке.

Свана мне начинала всё больше нравиться. Её непринуждённость, улыбчивость и полное отсутствие прибалтийского холодка очень располагало к общению.

– Я не против. Но с городом не знаком, так что выбор за тобой.

– Есть одно тихое местечко, где нежно играют джаз. Ты любишь джаз?

– Не так чтобы сходил с ума, но нравится.

– Тогда поехали. Мама, папа – мы исчезаем, не скучайте. И ты прощайся со своими.

Когда мы плюхнулись в такси, то по радио машины передавали весёлую армянскую песенку в исполнении известного эстрадного исполнителя.

– Слушай, Свана! Это в мою честь – песенка на армянском.

Свана стала прислушиваться и заулыбалась.

– О чём это весёлая мелодия?

– Про весну, про май и про любимую девушку.

Я обратил внимание, что таксист как сидел с каменным лицом, так и остался, не смотря на то что его пассажиры пребывали в отличном настроении от звучащей в таксомотре мелодии.

Ну таков эстонский менталитет – минимум эмоций и чувств. Этими впечатлениями я поделился со Сваной.

– Это северная холодная страна. Люди здесь подолгу не видят солнечных лучей. Это тебе не лучезарная Армения с обилием солнечных дней. Сколько их у вас в году?

– Триста тридцать.

– Кайф! Вы просто счастливчики!

Тем временем мы вошли в какой – то уютный бар, где звучала медленная джазовая музыка и пары томно кружились в центре зала.

Мы уселись за столиком и уже при нормальном освещении я смог, наконец, полноценно разглядеть свою новую подружку. Она сняла очки, и на лице симпатичной лисички я разглядел обилие веснушек. Помимо ослепительных, как огонь, рыжих волос у неё была точёная фигурка с тонкой талией, а под облегающим свитером вырисовывалась полноценная грудь. Её украшал кулон, изображающий лебедя.

– Зря сняла. Очки тебе очень идут, – сказал я, заглядывая в пучину её голубых глаз, – и вообще, твоя внешность мне очень нравится.

От этих слов Свана зарделась, и лицо её озарилось очаровательной улыбкой.

– Ну и ты – жгучий шатен. Это я сразу заприметила когда увидела в «Лисьей норе».

Я взял её маленькие ладошки с прелестными пурпурными ноготками и стал нежно согревать в своих.

– Что будем пить?

– Армянский коньяк, разумеется, если конечно он у них есть?

Свана спросила об этом официанта и тот утвердительно кивнул.

– Я никогда не пила ваш коньяк.

– Вот сегодня и попробуешь.

Свана повертела принесённый фужер и вдохнула аромат напитка.

– Это и есть армянский коньяк? У него пьянящий аромат.

– Это кусочек армянского солнца.

– Которое светит 333 дня в году?

– Совершенно верно.

Свана медленно, смакуя каждый глоток, опорожнила фужеру до дна. Приятная жгучая жидкость разлилась вовнутрь, согревая наши сердца и души.

– Какая прелесть. Я буду не прочь повторить.

Нам принесли ещё по две фужеры, а потом ещё.

– Так значит ты наполовину норвежка.

– Да и имя мне дала моя мать. Предки современных норвежцев верили, что если дать ребенку прозвище в честь животного и поклоняться ему, то оно послужит оберегом по жизни: между животным и носителем имени возникнет мистическая связь. Одними из наиболее распространенных женских вариантов таких тотемных имен были: Хревна – «ворона», Свана – «лебедь». Вот и получается, что ты тогда попал в самую точку, когда сказал про мелодию Грига и «Лебединое озеро» Чайковского.

Свана грациозно вытянула свою нежную шею, имитируя лебедя и, повертев кулоном на груди.

– А твои родители не ошиблись. Ты действия грациозна как лебедь.

Мы оба приятно захмелели и смотрели друг на друга восторженными глазами и каждый сумел прочесть в них сокровенные желания.

– Где ты остановился?

– В студенческой общаге.

– Бедненький! Ты не прочь провести восхитительную ночь в отеле «Виру»?

Я сразу понял смысл её слов. Нас обеих безудержно тянуло друг к другу. Ну, а про знаменитый на весь Советский Союз отель «Виру» я знал из восторженных рассказов тех счастливчиков, которым довелось там пожить хотя бы пару деньков.

Ещё не будучи уверенным, что Свана хочет провести со мною ночь, я спросил осторожно:

– А твои родители не будут беспокоиться, если ты сильно припозднишься?

– А я сейчас им позвоню и скажу, что остаюсь ночевать у подружки. Мы вообще то живём за городом, в частном доме. Так что они меня поймут. Вы не покажете, откуда у вас можно позвонить?

Последние слова были обращены на эстонском к официанту и тот проводил Свану к аппарату.

Я сидел разгорячившись от выпитого коньяка и внезапно навалившегося счастья. Ещё недавно я скучал в кампании пресных комсомольцев-однокурсников, но теперь вдруг намечалась чудесная ночь с юной прелестницей с огненно-рыжими волосами.

– Ну всё в порядке. Родители предупреждены, мы свободны, дорогой Ара. Ты не против если я тебя буду так называть? Пока не научусь нормально выговаривать твоё имя.

– Вообще то Ара, насколько я помню, это вид бразильского говорящего попугая.

Свана залилась звонким смехом, от которого я пришёл в неописуемый восторг, и вскоре мы в отличном настроении мчались на такси в отель «Виру».

– А кем работают твои родители?

– Папа мой судовой инженер-механик. Работает на пароме «Эстония». Там они и познакомились, когда мама ехала в Таллинн как туристка. Сейчас отец в отпуске, но скоро уходит в плавание, а вместе с ним отплываем и мы с мамой. В Стокгольме мы сойдём, а оттуда прямиком – в Осло. Там живут мамины родители, мои дедушка с бабушкой.

– Так значит ты и по-норвежски умеешь говорить?

– Умею, но не очень складно. Но надеюсь в Норвегии доучусь.

– Ты, что намерена там остаться? Ты где сейчас учишься?

– Я недавно школу окончила и ещё не решила куда поступать. Либо в художественный, либо в музыкальный.

– Так ты ещё совсем юная!

– Да, мне недавно исполнилось 19 лет.

Тем временем мы зашли в фойе отеля «Виру» и подошли к стойке регистрации.

– Ваши паспорта, пожалуйста.

Мы протянули свои документы.

– На сколько суток вы намерены остаться?

Мы вопросительно переглянулись.

– Давайте на одну ночь, – решила Свана.

Я расплатился и мы пошли к лифтам.

– Как всё складно получилось. Места, как ни странно были, про то что мы не зарегистрированы как супруги – ни словечка.

– У нас ведь Европа и на наличие штампа в паспорте от брачной конторы всем наплевать. А места есть, потому что сегодня четверг и наплыва финских туристов до выходных не ожидается. Вот и приняли нас на свободное поселение.

Мы на шикарном лифте полетели на 12 этаж, нашли нашу дверь и зашли в номер.

– Отлично, – сказал, я и плюхнулся на широченную кровать.

– Послушай Арочка! – сказала Свана присев на краешек кровати, – у меня есть одна проблема.

– Какая? Неужели менструация началась?

– Нет, хуже, намного хуже.

Я обомлел, но похоже уже начал догадываться в чём дело.

– Я девственница!

Вот это сюрприз! Неужели такое возможно? Эстонка в 19 лет ещё ходит девственницей! Ну неужели её никто не совратил во время выпускного вечера?

– Ты наверное не в восторге, но это чистая правда и тебе придётся с нею смириться.

– Может ты и целоваться не умеешь?

– Нет, это как раз я могу.

Сказав так Свана впилась в меня в страстном французском поцелуе и я понял, что из неё выйдет толк.

– Ну тогда всё в порядке, – произнёс я, облизывая губы после чувственного засоса, – целуешься ты отлично, остальному я тебя научу.

– Молодец Арочка. А я обещаю быть твоей послушной ученицей.

– Ну тогда дружно раздеваемся и под душ.

Мы стали одновременно скидывать одежды. Дойдя до трусов и лифчика мы чуток замешкались, но тут Свана первая дёрнула с себя бюстгальтер и стащила трусики. За ней последовал и я. Её красивые грудки с тёмно-лиловыми сосками были не то второго, не то третьего размеров, и в сочетании с хрупким телом смотрелись очень эффективно.

– Ну пошли, – произнесла Свана и мы нагие, как Адам и Ева прошагали в ванную.

Свана спрятала свои пышные волосы под банную шапочку и встала под душ. Я тоже примостился напротив, впритык, так что наши тела стали сливаться отчего мой детородный орган набух и устремился вперёд.

– Пусть каждый моет то, чего он намерен ласкать, – провозгласила Свана и начала намыливать моё торчащее достоинство.

Ну а я с превеликим удовольствием принялся мыть её красивую, упругую грудь. Свана медленно присела и со словами – я его отлично вымыла, теперь буду ласкать,– принялась вибрировать язычком по головке.

«Вот молодец девственница! Похоже этому её учись тоже не надо» – подумал я, с восторгом ощущая, как отлично справляется Свана с таким ответственным занятием, как минет.

В самый пиковый момент она достала член изо рта со словами – Он вполне готов меня лишить девственности – и, схватившись за мой орган, потащила в постель.

Свана легла на спину, подняла кверху бёдра, согнула колени и раздвинула руками половые губы, предварительно намазав на них желе для волос.

– Давай! Только умоляю тебя, мой Арочка, очень осторожно.

– Можешь не сомневаться, моя красавица.

Я начал миллиметр за миллиметром осторожно вползать в её плоть. Желейная смазка способствовала этому. Вдруг я наткнулся на упругую преграду. Наступил самый ответственный момент. Свана почувствовала это и сильно зажмурила глаза, а чтобы как то мне помочь стала одной рукой ласкать яички, отчего мой орган ещё больше затвердел, давая понять – пора.

Я резко дёрнул бёдрами и тут же провалился в женскую норку. Свана легонько вздрогнула, но затем посмотрела на меня благодарным взглядом.

– Неужели всё? И совсем не больно. А ведь я так переживала. Я не ошиблась в выборе. Я знала, что именно у нас всё отлично получится. Интересно, насколько испачкалась простыня?

– Совсем немножко, всего несколько капель крови и ранка твоя уже не кровоточит. А ты Машка боялась!

– Арочка, ты просто душенька! Мастерски справился с этой сложной задачей, просто ювелирно открыл путь к женскому счастью. Но прошу не тереби больше меня там, пока побаливает. Осторожно вынь свой инструмент. Я успокою тебя минетом.

Но, когда она увидела мой окровавленный орган, то живо вскочила с постели:

– А ну все под душ! Быстро!

Уже в ванной, после наведения порядка, минет с долгожданной эякуляцией состоялся. Могучая струя спермы брызнула бывшей девственнице в ладошку.

– Ну всё, моя дорогая! С этой минуты ты полноценная женщина.

– Вот заживёт ранка, станем мы жить половой жизнью как муж и жена, и буду я вся твоя. А пока отдыхаем и набираемся сил.

Мы проспали до утра как убитые. Сказывался богатый на события прошлый день. Утром, я посвежевший, начал было заигрывать с её упругими грудями, но Свана с улыбкой отстранилась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.