# Ловец призраков

Александр Михан

Если часто заглядывать в дверной глазок, то можно увидеть не только соседей, живущих этажом выше, но и тех, кто жил в этом доме задолго до твоего рождения…

Редактор Виктория Курганова


© Александр Михан, 2026


ISBN 978-5-0055-7338-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Дверной глазок

Сергей давно не был дома. Учеба. Потом служба, ранение, госпиталь… Несколько лет прошли как один день, и вот он наконец переступил порог квартиры, где прошли его детство и юность. Первое, что он почувствовал – это непередаваемый запах чего-то родного, так хорошо знакомого и едва уловимого. То ли это пахло пирожками, которые по выходным пекла его мама, то ли отцовским одеколоном «Шипр», которым тот после завершения процедуры бритья любил обильно брызгать себе на лицо…

Родителей уже год, как нет в живых, а их незримое присутствие до сих пор чувствовалось очень сильно.

Авария за несколько кварталов отсюда моментально разделила время в жизни Сергея на «до» и «после». Ранение не позволило проводить родителей в последний путь, так как он сам в тот момент был одной ногой на том свете.

Именно к нему они поздно ночью и выехали тогда, и именно в тот роковой час на почти безлюдной дороге с огромной скоростью в них въехал «мерседес». Хотя результаты расследования говорили о том, что это его отец не справился с управлением и выехал на встречную полосу. Однако, зная своего отца, Сергей сразу отмел в сторону эту «официальную версию» произошедшего.

– Я все равно докопаюсь до истины, чего бы мне это не стоило! – вслух произнес молодой человек и, глубоко вздохнув, машинально потянул на себя верхний ящик стола.

Какой-то предмет в виде стеклянной колбы с кристаллами внутри медленно выкатился из недр стола и, упершись в руку Сергея, нехотя остановился. Словно он только и ждал всё это время, когда его наконец-то извлекут на свет божий.

Сергей, как только странный предмет коснулся его, быстро одёрнул руку, словно его ударило током. По спине пробежал холодок, а ноги внезапно задрожали, как в детстве, когда он впервые столкнулся с этой штуковиной, которая, хоть и выглядела как дверной глазок, но, по сути, таковой не являлась. То, что маленький Сережа в детстве через неё увидел, оставило такой неизгладимый след в его памяти, что даже спустя много лет он, бесстрашный воин, вдруг дрогнул и, обливаясь холодным потом, быстро сделал несколько шагов назад.

***

Родители ждали гостей на день рождения их мальчика и хлопотали на кухне. Мама испекла огромный пирог и кучу всего вкусного, а папа со знанием дела расставлял тарелки и хрустальные фужеры для лимонада на только что приведенном в рабочее положение столе-книге.

Сережа с игрушечной саблей на боку только и делал, что выбегал в коридор и, стоя на табуретке, смотрел в дверной глазок, чтобы первым успеть открыть дверь гостям, пока никто не успел даже нажать на звонок. Как же он был рад, когда его задумка удавалась, и он, едва кто-то подходил к квартире, моментально открывал дверь нараспашку и под радостный смех дядей и тёть встречал гостей громким стишком.

Наконец, когда уже все собрались, Сергей последний раз встал на табурет, чтобы закрыть крышечку на дверном глазке, и как-то машинально опять в него посмотрел. На первый взгляд, там не было ничего необычного: двое пожилых соседей, дедушка Миша и бабушка Мария, медленно поднимались по ступенькам в свою квартиру, которая была этажом выше. Дедушка, как галантный кавалер, нежно держал супругу под руку и (впрочем, как всегда) старательно помогал ей подниматься по лестнице, аккуратно придерживая при каждом шаге.

Вот и сейчас Сережа видел, как эти двое стариков очень медленно, шаг за шагом, поднимались к себе наверх. Когда их лица поравнялись с глазком на двери мальчика, они неожиданно остановились и медленно повернули головы в его сторону, словно чувствовали, что он сейчас на них смотрит. Дедушка Миша даже приподнял одну руку, чтобы поприветствовать ребенка, а бабушка Мария только улыбнулась.

Ещё неделю назад Сережу не удивили бы эти двое пожилых людей, так как он их очень хорошо знал: почти каждый день видел на лавочке возле подъезда. Но сегодня они напугали его так, что мальчик с грохотом упал с табурета и больно ударился головой о стену.

На шум сразу же прибежала мама и, обняв, сказала:

– Сыночек, нужно быть аккуратнее, а то на свой день рождения сломаешь себе что-нибудь и придется его отмечать в больнице!

Мама поцеловала ушиб, но поняла, что Сергей вдруг стал, будто сам не свой. Его сильно трясло, как от лихорадки, и он, стуча зубами, еле-еле прошептал ей на ухо несколько слов.

– Мамулечка, там за дверью наши соседи – дедушка Миша и бабушка Мария. Они мне улыбнулись и помахали рукой.

– Но… Но этого не может быть! Они неделю назад умерли…

Мама быстро встала, резко открыла дверь и сделала несколько шагов к лестнице. За дверью никого не было: ни этажом ниже, ни этажом выше.

– Тебе показалось, сынок. Здесь никого нет, все в порядке. Просто ты их так любил, что они тебе померещились. Идём, а то гости заждались!

Мама взяла за руку мальчика, который всё еще с опаской поглядывал в сторону двери, и повела за стол. Гости уже отмечали день рождения виновника торжества, а неимоверное количество подарков быстро заставило мальчика забыть это происшествие. Правда, как оказалось, только на время…

***

– Что, опять видел соседей? – мама положила руку на лоб пятнадцатилетнего юноши, пытаясь так понять, в каком он сейчас находится состоянии. – Столько лет прошло, а ты всё никак не можешь их забыть.

– Нет, в этот раз там были не старики…

– А кто? – мама с ужасом представляла, что всё, что сейчас происходит с её сыном, не что иное, как умственное помешательство, а его способность видеть давно умерших жильцов этого дома – просто его воображение, которое каким-то образом взяло верх над разумом.

– Там был матрос с винтовкой, опоясанный лентами с патронами.

– Матрос?

– Ну, да…

– Час от часу не легче. То мальчик из соседнего подъезда, которого сбила машина, с велосипедом. То неизвестный в черном плаще и цилиндре. Нет, я понимаю, что нашему дому почти двести лет, и что твоя фантазия неиссякаемая… Но – матрос? И, что самое интересное, ты единственный, кто видит всех этих людей, или призраков, как ты говоришь. Причем, только через наш дверной глазок. Может, всё дело в нём?

– Я тоже об этом думал. Скорей всего, в нём, – ответил Сергей и сел на диван, обняв руками ноги.

– Завтра же мы с отцом закажем новую дверь! Простую металлическую дверь, без глазка, чтобы, наконец, ты мог успокоиться. И, если дело в дверном глазке, как ты говоришь, то я скажу отцу, чтобы он его разбил при тебе молотком. Этого, я думаю, будет достаточно, чтобы раз и навсегда решить твою проблему!

– Хорошо, – Сергей слегка кивнул и, довольный, что мама ему поверила, снова сел за стол и принялся дальше учить уроки.

***

Отдышавшись, Сергей, хоть и не сразу, но всё же подошёл к столу с дверным глазком. Он его не видел с тех самых пор, как отец поменял входную дверь. Старая много лет назад была торжественно внесена в гараж, а дверной глазок вырезан из полотна в присутствии Сергея лобзиком и тут же, на верстаке, разбит молотком на мелкие кусочки.

– Ох, отец! Ну, и ловко же ты меня тогда провёл, – Сергей взял в руку «страшилку» своего детства и, слегка подбрасывая, с удивлением обнаружил, что она довольно-таки тяжелая. – А что ты тогда разбил? Пузырек от йода? Или лампочку?

Парень ещё несколько раз повертел глазок в руках, а потом невольно посмотрел на входную дверь. Дверь была все та же, что и в его юности – из цельного куска металла и массивной ручкой, очень похожей на ручку от старой двери. Сергей задумался, а потом, немного поразмыслив, быстро открыл входную дверь и резко приставил дверной глазок к своему глазу. Но ничего необычного на этот раз он не увидел: все те же стены, лестница, двери соседей и электрощит, покрашенный краской в несколько слоев.

– Интересно, что это было в детстве? Неужели и вправду у меня были галлюцинации?

Сергей положил в карман глазок и, собрав в пакет несколько вещей, за которыми приходил, быстро вышел из квартиры. Закрыв за собой дверь, он опять несколько раз покрутил по сторонам головой, все ещё надеясь увидеть что-нибудь необычное. Но, не дождавшись «чудес», спустился по лестнице вниз и направился к автомобилю.

Вещи парень положил в багажник и, еще раз окинув дом, где прошли его детство и юность, полным ностальгии взглядом, вдруг, немного смутившись и робко озираясь, вновь достал глазок и посмотрел через него на свой подъезд.

То, что он увидел, заставило его опять испытать то самое чувство, что он испытал в первый раз, когда увидел дедушку Мишу и бабушку Марию. Перед подъездом находилось около сотни живших некогда в нем жильцов! Людей было так много, что большую половину из них Сергей никогда раньше и не видел. Парень прерывисто задышал и опустил руку с глазком, но потом снова ее поднял – на этот раз страха уже не было. Он старательно рассматривал всех, кто находился перед ним, в поисках только двоих людей – мамы и папы, которые, как и все остальные жильцы этого подъезда, должны были, по идее, находиться вместе с остальными. Но ни отца, ни матери среди них не было. Только знакомый мальчик на велосипеде поднял руку и показал куда-то в сторону, словно приглашал Сергея поехать туда.

– Как я сразу не догадался? Авария же произошла недалеко отсюда, – Сергей быстро сел в автомобиль. – Теперь я точно узнаю, как погибли мои родители. Спасибо! Спасибо вам всем!

Парень помахал рукой невидимому мальчику и слегка кивнул остальным призракам, которые так и остались стоять перед домом, дожидаясь ещё двух соседей, застрявших на месте своей гибели, и которым Сергей должен помочь вернуться домой с помощью не совсем обычного дверного глазка. На глазке, если внимательно посмотреть через увеличительное стекло, можно было прочитать несколько слов: «Инженеръ И. А. Готлибъ. 1896 годъ. Ловецъ призраковъ».

## Татьяна

Сергей уже полчаса сидел напротив кабинета следователя и перебирал в голове всевозможные варианты, по которым его сюда вызвали.

– Волнуетесь? – справа от себя Сергей услышал приятный женский голос.

Сергей посмотрел на пустой стул рядом с собой и инстинктивно протер глаза руками.

– Интересно. Вы первый, кто меня услышал. Меня зовут Татьяна, я вот даже и не знаю, что ещё можно про себя сказать. Помню, что я Таня, и всё. А остальное как-то закрыто от моего разума тёмной стеной. Сижу тут уже целый месяц и пытаюсь понять, что я вообще здесь делаю?

Сергей глянул на пустой стул ещё раз, а потом достал из кармана глазок и, оглядываясь по сторонам, быстро в него посмотрел. На стуле рядом с ним сидела очень красивая молодая особа, которая нервно стучала пальцами по сумочке и каждую минуту доставала из нее помаду, чтобы подкрасить пухлые губы цвета спелой вишни.

– Я у парикмахера давно не была, запустила себя полностью. Чертов коридор, никак не могу отсюда выйти. Что-то не пускает. А вы к Дорохову?

Сергей первый раз увидел странного призрака, которого он может слышать, и отметил для себя, что его болтовня здорово ему уже надоела.

– Да, к нему самому. Не знаю, для чего он меня вызвал.

– Пустяк какой-нибудь, не переживайте. То ли дело – следователь Карпенко. О, этот, если ты и не виновен, сделает всё так, что не выкрутишься. Вот сейчас у него мужчина на допросе. Его в убийстве жены подозревают. Посадят, скорей всего…

Сергею стало интересно, и он полностью повернулся к собеседнице.

– А вы откуда знаете?

– Как откуда? Я с его женой разговаривала, она сама себя, бедняжка, застрелила. Говорила, что не хотела марать доброе имя своего мужа. У неё… – Татьяна вдруг вскочила со стула и начала яростно жестикулировать. – У неё случился роман с его замом, год назад. Так тот, нахал, потом, стал её шантажировать этим. В обмен на какие-то документы из сейфа супруга.

– И что?

– И что? Бедняжка написала предсмертную записку, положила в портсигар мужу и…

– Да уж. Но можно было бы всё рассказать, зачем доводить дело до крайности?

– Она уже и сама пожалела сто раз, но, как говорится, что сделано, то сделано.

Кабинет следователя открылся, и оттуда донёсся голос: «Проходите!»

Сергей быстро спрятал глазок в карман и, ещё раз посмотрев на пустой стул, молча зашёл в кабинет.

***

– Готлиб Сергей Генрихович? – следователь с заметным наличием лишнего веса покачивался в кресле из стороны в сторону, словно ребенок на детских качелях.

– Он самый.

– Присаживайтесь, голубчик, – Дорохов открыл папку и с важным видом достал из неё лист бумаги. – Где вы вчера были с… С двадцати трех ноль-ноль до часу ночи?

– Сажал цветы перед подъездом, – ответил Сергей, не моргнув глазом, и увидел, как у следователя на лице появилась ехидная улыбка.

– Где, где? Я что-то не расслышал, – Дорохов перестал раскачиваться и вплотную придвинулся к столу, сложив руки перед собой, как прилежный ученик, который внимательно собрался выслушать учителя.

– Ну, это… Как его… – начал запинаться Сергей. – В общем, мама раньше перед подъездом цветы сажала, а год назад её не стало. Вот я и решил, что было бы неплохо опять их посадить, так как никто не решался сделать это после её гибели.

– А почему ночью? – Дорохов, не глядя на Сергея, дочитал его личное дело и уже без улыбки добавил: «А, так ты после ранения? Что же сразу не сказал? У меня дед после войны тоже чудил: всё снаряды рвался куда-то везти. Еле всей семьёй уговаривали дома оставаться. Ладно, понятно всё. А свидетели есть, что ты копал клумбу?

– Конечно, – ответил Сергей. – С первого этажа Валентина Петровна мне лопату вынесла, с третьего – Константин Николаевич лейку принёс, а с…

– Ну, ладно-ладно. Я понял, что у вас там подъезд не совсем обычный. Раз копал – значит, копал. Я к чему эти разговоры веду? Мне просто нужно было тебя опросить. Гонщик один, который год назад был потерпевшим в аварии с твоим отцом…

Сергей из-подо лба грозно посмотрел на следователя.

– Я ни при чём, – голос Дорохова задрожал. – Время такое, сам знаешь. Деньги и связи творят чудеса. И не я это дело вёл, нечего на меня рыскать глазищами и зубами скрипеть. Я всё понимаю. Так вот, о чём это я? Ах, да. Гонщик тот вчера на огромной скорости влетел в столб. Машину разорвало пополам. Свидетели говорят, что видели за секунду до аварии на дороге то ли пацана на велосипеде, то ли мужчину. А как только тот в столб въехал – велосипедист словно испарился.

– Вы меня в чем-то подозреваете?

– Ну, какое «подозреваете»? Раз тебя там не было, то и не о чем говорить. Тем более одни видели велосипедиста, другие – не видели. Как говорится, на нет и суда нет.

– А что с этим водителем?

– Что-что? Помнишь сказку про Золушку: в полночь карета должна превратиться в тыкву, а лошади вновь станут мышами?

– Ну, помню.

– Вот что-то похожее и с этим гонщиком. Машина в труху, а он сам превратился в тыкву, то есть в самый настоящий «овощ». Думаю, навсегда.

– Так он живой?

– Живой-живой. Только, я думаю, что уж лучше смерть, чем такая жизнь. Еда через трубочку и питьё через марлечку.

Дорохов встал из-за стола и молча указал Сергею на дверь:

– На этом всё. Пропуск я вам отметил. Ступайте, вы свободны…

***

Сергей медленно встал, не до конца переварив в голове только что полученную информацию, и машинально сунул руку в карман. Как только его пальцы коснулись дверного глазка, он посмотрел в лицо следователю:

– Там, за стеной, мужчина. Он не виновен…

– Ну как же, все вы не виновны, – хмыкнул Дорохов, но тут же спохватился. – Ты что, подслушивал?

– Нет, что вы. Просто голоса в голове нашептали.

– Ах, да! Я совсем забыл. Конечно, он не виновный. Вот с ним тоже так же поговорят и отпустят, не волнуйтесь.

– Я серьёзно, – Сергей отстранил руку Дорохова, которой тот хотел взять его под локоть. – Доказательства его невиновности в портсигаре. И ещё… Если вы, как следует, допросите его заместителя, то наверняка узнаете много важного. И про жену, и про документы, и про…

Дорохов опять попробовал выпроводить Сергея, но тот вдруг упёрся: «Обещайте, что сделаете всё, чтобы невиновный не пострадал!»

– Обещаю, обещаю. Как только вы покинете кабинет, я сразу же займусь этим вопросом. Можно сказать, не – мед – лен – но!

Следователь нарочито громко по слогам произнес последнее слово и, изобразив на лице серьезность, на шаг отошел в сторону.

– Надеюсь на вашу честность! Иначе…

– Что иначе? Решили меня попугать? – Дорохов улыбнулся.

– Иначе и у вас перед машиной когда-нибудь может появиться странный велосипедист.

Сергей быстро вышел из кабинета, оставив следователя в легком замешательстве, и, на ходу достав дверной глазок, посмотрел на стул в коридоре.