Между мирами
Н. Вельтен

© Н. Вельтен, 2022

ISBN 978-5-0055-7242-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Он задыхался, сердце бешено колотилось, голова раскалывалась до тошноты, страх был таким сильным, что казался осязаемым, как обволакивающий всё тело туман, мешающий двигаться, думать, дышать. Лихорадочные обрывки мыслей: «Всё?! Или я ещё там?». Абсолютная темнота вокруг не давала ясности: открыты его глаза или закрыты, он моргал, но на бездонно чёрном экране перед ним ничего не менялось. «Сплю?». Попытался хлопнуть в ладоши, руки сомкнулись, но звук, казалось, пришёл с опозданием, гулкий и неестественный. «Сплю!» Он зажмурил глаза, что есть сил, и буквально прорычал приказ: «Проснуться!». Резко открыл глаза и зажмурился от яркого света. Сквозь шторы еле пробивались лучики восходящего солнца. Ещё никогда он так сильно не радовался обычному солнечному свету. Всё закончилось. Посмотрел на лежащий рядом телефон. 05:43. Отлично. Пусть раньше, чем надо, пусть не выспался и чувствовал себя так, как будто всю ночь бежал марафон, но он проснулся. Руки-ноги на месте. Шевелятся. В голове со скрипом, но тоже шевелятся сонные мысли. Отлично. Кофе, холодный душ, и на работу.

Глава 1. Знакомство

1.1 Кот

Виктор Сергеевич Костырин, тридцати двух лет от роду, до недавнего времени являл собой образец никчёмного офисного планктона, виртуозно умеющего при появлении начальства принимать вид занятой и важный, а по сути, представлял собой обычного лентяя, которому повезло родиться в семье, обеспечившей ему приличное образование и тёплое кресло специалиста ревизионного отдела в международной компании. Звёзд с неба наш герой не хватал, и, довольный жизнью, он плыл по течению благосклонной судьбы. Периодически обзаводился недалёкими, но красивыми подружками, с которыми расставался так же легко, как и сходился. Единственное, что в его доме было в последнее время неизменно – это здоровенный серый кот.

Котяра появился в доме Виктора пару недель назад, когда тот, возвращаясь пьяненький из очередного рейда по подружкам, услышал в подворотне какой-то звериный рёв, а, подбежав посмотреть, что за безобразие там творится, увидел облезлого, грязного, наглого кошака, который, явно стащив чужую добычу, оборонял её от нескольких местных котов с остервенением, достойным восхищения. К моменту, когда подоспел Виктор, сдавать позиции облезлый явно не собирался. Нетрезвый парень проникся внезапным уважением к наглой животинке и отогнал местных котов от героического бездомыша. Подобрал его, и вместе с трофеем в виде сардельки размером чуть ли не с самого кота, понёс домой. Виктору тогда было скучно и тоскливо, его очередная силиконовая пассия ушла со словами: «Меня так трудно найти, но так легко потерять!» (кстати, именно эти эпические слова появились во всех её аккаунтах в соцсетях через час после того, как она захлопнула за собой дверь. Видимо, за час до этого появились у какой-то её подружки и уж больно пришлись ей по вкусу). Поэтому появление в доме кого-то живого, но не способного нести чушь из интернета, было весьма кстати.

* * *

Вновь прибывший жилец перво-наперво слопал захваченный трофей, осторожно обошёл территорию, пока его новый друг хлопотал над температурой воды в ванной, чертыхаясь, что долбанный смеситель пора бы и заменить. На удивление, кот спокойно дал себя трижды помыть хозяйским шампунем. Другого не было, а в два часа ночи найти нужный товар не представлялось возможным. Но ждать до следующего дня Виктор не собирался – воняло от котяры так, что хоть из окна выпрыгивай. «Хрен с ними, с блохами, завтра ошейник куплю, – подумал он, – зато, хоть не задохнусь ночью, а заодно увижу, какой ты на самом деле».

Кошак оказался серым и костлявым. Наспех соорудив подобие кошачьего туалета из подручных средств, Виктор, наконец, понял, как он вымотался, поэтому просто рухнул спать.

И тут произошло нечто, что можно считать началом нашей истории.

1.2 Сон

Отключился Виктор сразу. Как-то резко оказался в огромном зале. Стены выложены из неровных камней, низкий потолок, колонны вдоль стен. Окон не было, в зале было сумрачно и жутко. Зал тускло освещался факелами, расположенными вдоль стен. Огонь горел практически неподвижно, ощущался сильный запах пыли. Воздух, казалось, можно было резать ножом. Никого. Когда глаза привыкли к сумраку, он начал присматриваться к обстановке. Мебели не было. Только высеченные из камня подобия то ли столов, то ли скамеек, испещрённые рисунками и каким-то лепным декором. Парень решил подойти поближе, чтобы разглядеть, и с ужасом увидел: то, что он принял за столы, оказалось подобием гробов. На верхней части крышки искусно вылеплен силуэт человека.

– Как я сюда попал? Где я вообще? – только успел подумать он.

– Это пирамида древних магов. Оплот Стража Ужаса на границе их мира и мира людей, – внезапно отозвался глухой и беспристрастный голос, который, как будто, зачитывал страницу из Википедии.

Парень подпрыгнул от испуга.

– Ты кто? Ты где? Выходи, я не вижу!

– Я здесь и нигде. Я не могу проявиться. Твоё сознание не воспримет меня.

– Да что за… Сплю! – Виктор хлопнул себя по лбу. – Ну, конечно, сплю!

Хлопок по лбу неожиданно оказался ощутимым и болезненным. Будь он во сне, он бы проснулся от такого. Или бы не почувствовал? «Во сне вообще есть голова и руки? Есть, наверное, – рассеянно почему-то подумал он. – Ну, разумеется, я сплю. Я живу в квартире, в 21 веке. А тут – ну просто Древний Египет какой-то».

Внезапно цепочку его отвлечённых размышлений прервал доносящийся откуда-то гул. Казалось, в его сторону движется огромная толпа. Инстинктивно парень решил спрятаться. Озираясь по сторонам, он заметил слева от входа за колонной нишу, в которой виднелась лестница, и бросился туда. Едва он добежал до неё, как гигантская каменная дверь у одной из стен отворилась, и в зал, до сих пор пустующий, ворвалась толпа… нет, не людей. Лавина причудливых и пугающих существ хлынула в комнату, посередине которой он только что стоял, заполонив собой, кажется, каждый метр пространства. Виктор в ужасе зажмурился. Внезапно гул стих. Он медленно открыл глаза. Он, весь в холодном поту, судорожно сжав в кулаках одеяло, лежит на своей кровати. В комнате темно.

– Уффф… Кошмар. Просто кошмар. Ладно, пить меньше надо. Сколько времени-то хоть? – он потянулся к тумбочке у кровати за телефоном и увидел два светящихся пятна. Кто-то сидел прямо напротив и смотрел на него. – А-а-а-а-а! – закричал он. – Твою мать! – вскочил с кровати, и тут вспомнил. – Кот!

Машинально нащупав выключатель, Виктор включил свет. Прищурился от рези в глазах. Кот сиганул под кровать и вылезать не спешил. Сна не было ни в одном глазу, так что парень решил выманить испуганное животное из-под кровати и пообщаться. Не столько хотелось успокоить кота, сколько себя. И живое тёплое существо было тут как раз кстати.

– Вылазь, бездомыш, не обижу, – заискивающе проговорил Виктор, – ну, давай, иди сюда.

Кот ошалело посмотрел на нового друга и осторожно двинулся к нему. Судя по потрёпанному виду, усатый-полосатый и не в такие передряги попадал, так что в себя пришёл быстрее хозяина.

– Ну, вот, иди на ручки. Пойдём на кухню, я гляну, чем тебя порадовать.

– Мааау! – благодушно отозвался кот.

Порадовать на холостяцкой кухне было особо нечем даже кота, так что Виктор просто, не отпуская кота с рук, сел на табуретку и закурил. Да уж, ну и сон, будь он неладен. От сигареты закружилась голова, а от тепла мурлыкающего кота стало спокойно и снова захотелось спать. Парень затушил сигарету, почесал кота за ушком и, зевая, отправился в кровать.

* * *

Голова ещё кружилась, мягко клонило в сон. Он сомкнул веки. На чёрном экране перед глазами замелькали точечки – кружочки – чёрточки. В центре образовалось чёрное пятно, которое всё разрасталось, захватывая пространство, затем внутри пятна стали выплывать неясные образы, силуэты, картины… Мягко, но настойчиво Виктора утягивало в это пятно, силуэты становились отчётливее, ярче, из тишины начал разрастаться гул. Образы и звуки, наконец, оформились. «Не может этого быть!!!», – он снова стоял у той же лестницы за колонной в том же древнеегипетском ритуальном зале! Толпа существ, казалось, пополнилась новыми экземплярами и растеклась по залу, заполняя немногочисленные пустоты. Виктор попробовал рассмотреть в полутьме ближайшего к нему персонажа. Что-то человекообразное, но похожее на длинного червя с большой, расколотой надвое головой. Руки существа напоминали змей, и, казалось, жили какой-то своей жизнью: не имеющие костей, извивающиеся отростки. Ноги, тонкие и длинные, со свисающими лохмотьями плоти. Туловище напоминало дрожащее на тарелке желе. Из раны на голове текла какая-то чёрная густая субстанция. Существо вызывало отвращение и ужас.

Страх и любопытство боролись в парне недолго. Его вот-вот могли заметить, а стать предметом интереса этих мерзких тварей вот ни разу не хотелось. Он оглянулся. Единственным выходом избежать общения с этими монстрами, было подняться по лестнице. Куда она ведёт, было неизвестно. И что там, наверху: спасение или погибель, – тоже. Но отвращение к толпе суетящихся рядом уродов было настолько сильным, что Виктор решил: наверх, так наверх.

Тихо и плавно он обогнул перила и поднялся на ступеньку. Поднял голову: ничего не видно. Оглянулся, выглянул в последний раз за колонну, посмотрел на тусклые силуэты, поморщился от отвращения, и, держась за перила, начал подниматься.

Ступени и перила были каменными, как и всё вокруг. Местами камни ступеней откололись, а перила, ледяные и, как будто, влажные на ощупь, оказались сломанными. Непроглядная темнота, царящая на лестнице, усугубляла ситуацию. Однако, с трудом преодолев два пролёта, Виктор поднял голову и увидел этажом выше тусклый свет. Воодушевившись, он стал подниматься быстрее, споткнулся об очередной отколотый камень и чуть не рухнул на ступеньки, но вовремя зацепился за обломок перил и сохранил равновесие. При этом больно поранил ладонь, на ране начали выступать капельки крови. Но всё же удержался, и тогда с облегчением он стал подниматься выше увереннее и аккуратнее, тем более, с каждой ступенькой мрак понемногу рассеивался, и становилось видно хотя бы смутные очертания лестницы.

Наконец преодолев эту полосу препятствий, он оказался на распутье: последняя ступенька заканчивалась небольшой площадкой, от которой в разные стороны расходились три коридора.

– Час от часу не легче, – подумал он, – и куда теперь?

Долго думать ему не пришлось: издалека послышались звуки шагов, которые стремительно приближались. Инстинктивно он побежал вперёд, в коридор, что находился посередине. Освещение всё ещё было тусклым, и его источник пока не просматривался. Но даже этот полумрак не смог скрыть того, что открылось его взору, стоило ему забежать в коридор. Где тот заканчивался, было непонятно. Коридор был длинным, в стенах, выложенных из грубых камней, по обе стороны были вырублены подобия окон, выходившие в соседние коридоры. Полчища крыс, нисколько не опасаясь незваного гостя, шныряли вдоль и поперёк, и было, почему. По всему коридору стояло невыносимое зловоние разлагающейся плоти, запах тухлого мяса просто разъедал ноздри. Стены то тут, то там, были испачканы то ли в грязи, то ли в крови, то ли в том и другом, вместе взятом. Грубые камни хранили на себе следы ударов каких-то острых орудий. Засмотревшись на стены, Виктор внезапно споткнулся и упал на что-то мягкое. Достав из-под себя какую-то тряпку, взглянул и почувствовал, как на голове зашевелились волосы. В поднятой тряпке болталась человеческая нога. Тряпка была жёсткой, насквозь пропитанной засохшей кровью. С поднятой с полу ноги с глухим звуком отвалился кусок полусгнившей плоти, частично объеденной грызунами. Парень не смог даже встать, от омерзения его вырвало. Тут он заметил, что прямо перед ним лежит ровно разрубленное пополам человеческое туловище. Словно какой-то титан решил разделать человека гигантским топором и сделал это одним точным ударом от плеча до бедра. Парня опять вывернуло наизнанку. Тем временем топот многочисленных ног приближался и становилось понятно, что толпа не пойми кого движется навстречу. А чего ждать от этой встречи, можно было только догадываться, учитывая то, что привыкшие уже к темноте глаза парня явно различали, что его находки – не единственные: кусками разрубленных человеческих тел усыпан весь коридор.

Виктор метнулся назад, к площадке у лестницы. Добежав, он услышал топот поднимающихся по лестнице шагов. Путь на лестницу явно отрезан: он видел, что за существа там внизу, встречаться с ними желания не было никакого. Но шаги толпы, доносящиеся из коридора, и воспоминания об увиденном там кошмаре, не давали и шагу ступить обратно. От отчаяния хотелось просто завыть. Он оглядывался по сторонам, как раненый зверь, с ужасом понимая, что выхода нет. Вообще нет. Вдруг, из правого коридора ловко выскочила хрупкая молоденькая девушка с растрёпанными волосами, крича: «С ума сошёл? Забыл, куда идти?!!», – схватила его за руку и с неожиданной силой утащила за собой, обратно в правый коридор.

Оказавшись за углом в коридоре, девчонка внимательно посмотрела на Виктора. Её глаза в темноте коридора показались ему какими-то страшными, чёрными, неестественными. Она слегка склонила голову и спросила:

– Эй, герой, ты чего здесь забыл?

– Я.. я не знаю, просто так получилось, – промямлил Виктор.

– Получилось? Ну, так себе, знаешь, получилось. Сейчас огрёб бы по полной. Зачем торчал на площадке? Не знаешь, куда идти? – распалялась девушка.

– Я… не знаю, – снова растерянно проговорил он.

– Ладно, незнайка. Ты кто вообще? – кажется, сменила гнев на милость, девушка.

И тут ошеломительный рёв, доносящийся, как будто, отовсюду, оглушил Виктора. Пространство стало дрожать, девушка лихорадочно что-то ему кричала, но Виктора словно невидимой рукой что-то схватило и резко выдернуло. В реальность. Будильник надрывался, что есть мочи. Кот подпевал. Не столько от любви к искусству, сколько от того, что за ночь порядком оголодал, неплохо выспался и, убедившись, что здесь ему опасность не грозит, окончательно обнаглел.

1.3 Водовороты реальности

Проснувшись окончательно от этой какофонии будильника с котом, Виктор встал, привычными движениями натянул шорты и футболку и пошёл в душ. Зеркало в ванной показало бледную небритую рожу с синяками под глазами. Он включил воду, и, подставив ладони под струю воды, резко подпрыгнул: на ладони правой руки красовалась свежая ссадина. Как оглушённый, Виктор долго и молча смотрел на рану, казалось, даже мыслей в тот момент не было. Наконец, он начал понемногу приходить в себя. Так. Он отчётливо помнил, что перед сном гладил кота и курил. Никакой раны не было. И был лишь один эпизод во сне, когда он, чудом ухватившись за обломки перил, едва не скатился с лестницы. Тогда о грубый край обломка он и поранил руку. Но ведь это был сон! Во сне поранил. На самом-то деле он всё это время мирно посапывал в кровати, в мягкой и тёплой кровати. В которой нет никаких обломков и острых углов. Что вообще происходит? Сон, который казался реальным или он сейчас в реальности, которая кажется сном? Философские размышления прервало настойчивое: «Мааау!». Вконец обнаглевший кот уже не просил, он требовал свой паёк.

Виктор наскоро промыл ссадину, умылся, почистил зубы и вышел к маленькому тирану. Он машинально нажал на кнопку кофемашины, поставил на плиту сковородку, разбил в неё несколько яиц и задумчиво взял на руки тощего, но, стараниями шампуня, пушистого кота.

– Мрррр! Маау! – благодушно отозвался тот.

– Охренеть, конечно, ночка… – рассеянно пробормотал Виктор, – просто охренеть. Имя тебе надо придумать. Или как у вас, котов, там водится – кличку. Как будем тебя звать?

– Мррррр-ррр, – уже вовсю тарахтел на ручках умиротворённый кот.

Но в голову совсем не шло никакое имя, кличка, да что угодно. Каким-то невообразимым образом мозг снова и снова прокручивал кадры сна, щедро снабжая их всё новыми и новыми удивительными подробностями. На автомате, Виктор положил себе на тарелку яичницу, на другую тарелку положил порцию поменьше, поставил на окно, чтобы остыло. Голодный кот начал, было, концерт по поводу того, что, дескать, почему он должен терпеть такое неравноправие: хозяин поглощает еду, а его к тарелке не подпускают. Однако, ловко увернувшись от брошенного в него тапка, резко замолчал и обиженно поглядывал из-под табуретки. Кошачья гордость, конечно, была уязвлена.

Закончив свой завтрак, Виктор снял кошачью тарелку с подоконника и поставил на пол. Оскорблённый на время забыл об обидах и с нетерпеливым урчанием принялся уплетать содержимое тарелки.

Посмотрев на время, Виктор чертыхнулся, быстро надел рубашку и костюм, подбежал к окну с пультом, включил автозапуск, затем запрыгнул в ботинки и, на ходу застёгивая куртку, крикнул новому жильцу: «До вечера, ноунейм». Кот счёл ниже своего достоинства отвлекаться от тарелки. Виктор захлопнул входную дверь и побежал к машине.

Оказавшись на улице, он глубоко вдохнул свежий морозный воздух. Октябрь. Любимое время. Листья на деревьях ещё не облетели, так что, даже в городе, казалось, бушует карнавал: зелёные, жёлтые, оранжевые, красные, – они, как вдохновлённый художник, расписывали своими красками серый город. Зимние морозы ещё не пришли, а от летней духоты не осталось и воспоминаний. Просто песня.

Однако недолго музыка играла: во дворе у машины ждал неприятный сюрприз. Красный Мерседес W-169, припаркованный у его заднего бампера не оставлял шансов выехать из двора без происшествий. Виктор заглянул в машину, растерянно покрутил головой – никого, кто мог бы оказаться владельцем, а, скорее, владелицей, маленькой, но неаккуратно припаркованной машинки. Дела… Посмотрел на часы: без двадцати восемь. А это значит, что если он не выедет прямо сейчас, вовремя на работу он точно не успеет. Безрезультатно оглянувшись ещё раз, Виктор начал стучать по лобовому стеклу, чтобы привлечь внимание нерадивой хозяйки, в надежде, что она просто выбежала из машины на минутку и вот-вот прибежит обратно. Но время шло, на пиликанье сигнализации никто не реагировал, а шансы приехать на работу без опозданий, очевидно, таяли, как первый снег. Красный от злости, он уже вовсю пинал злополучную машинку по колёсам. Тут, на удачу, из подъезда вышел сосед Сергей Павлович, чья машина была припаркована рядом.

– Здорово, Витёк! – улыбнулся сосед.

– Доброе утро, Сергей Палыч, – пробубнил в ответ Виктор.

– Не задалось утречко, смотрю? – сочувственно покачал головой дедок. – Навыдают права курицам, машин надарят. Эхх, найдётся на эту дуру старый УАЗик рано или поздно, допаркуется, как попало. Ну, ничего-ничего, сейчас выеду, там дальше и тебе места хватит, – ворчал дед, заводя свою старенькую зелёную Тойоту. – Ну, бывай!

Сосед, наконец, выехал, Виктор бросился в свою машину, еле сдерживаясь от злости, аккуратно проехал через двор и через минуту уже нёсся на работу. 07:52. Не успеть. Вздохнув, увидел впереди на мосту начинающуюся пробку, которую за десять минут до этого он мог бы благополучно объехать. Парень включил музыку погромче, и с досады что есть силы треснул кулаком по пассажирскому сиденью.

* * *

На работу он опоздал, и неслабо. Все места для парковки, разумеется, были заняты, и ему пришлось бросить машину, как попало, перекрыв выезд тачке коллеги, который сидел с ним в одном кабинете. «Ладно, не обидится, вместе с работы выходим», – подумал Виктор. Электронный пропуск на КПП жалостливо пикнул и монитор вывел красным время: 08:16. А это значит, что сейчас эта информация уйдёт его начальнику и дубликатом – в Службу безопасности. Придётся объясняться. Ладно, если перед шефом, он мужик понимающий. Лишь бы не перед СБ-шниками. Их он, как и все сотрудники компании, ненавидел люто. Бывшие менты, которые так и не сняли погоны. Везде им заговоры мерещатся, а сотрудники для них – потенциальное жульё. И разговаривают со всеми, как с грязью. Из любой мелочи трагедию в пяти актах распишут – всё ради галочки. Из органов ушли, а палочно – галочную систему с собой взяли.

С этими нерадужными мыслями Виктор подбежал к лифту. Лифт как раз остановился на первом, и Виктор, не задумываясь, влетел в открытые двери. Не учёл он одного: айтишники, которые, похоже, с работы не уходили (а зачем им? Комп же и тут есть, а пиццу хоть ночью курьер доставит), отметившись в начале рабочего дня на рабочем месте, уже успели дойти до автомата с кофе, и теперь с дымящимися ароматными стаканчиками спускались на улицу покурить. И залетевший против основного движения в лифт Виктор через мгновение уже стоял, печально взирая на растекающееся коричневое пятно на своей голубой рубашке. Горячий напиток обжёг кожу. Виктор медленно поднял глаза. С неподдельным ужасом из-за толстенных линз на него взирали глаза АИБа Антохи.

– Виктор Сергеевич, простите, пожалуйста, я не хотел, – пытался оправдаться бледный Антоха, лихорадочно вспоминая, когда грядёт ближайшая ревизия в его отделе.

Виктор, который уже просто не знал, куда себя девать от злости, издал в ответ какое-то нечленораздельное рычание. Айтишников сдуло из лифта полным комплектом. Двери закрылись, парень повернулся к зеркалу. Из зеркала на него смотрел багровый, с перекошенным от злости лицом, небритый дядька в грязной рубашке.

* * *

В кабинет он зашёл мрачнее тучи, когда там уже никого не было. Сегодня на 8:00 была назначена планёрка в кабинете начальника. Повесив куртку в шкаф, Виктор посмотрел на себя в зеркало. Нет, в таком виде идти на всеобщее обозрение, пожалуй, не стоит. Всё равно опоздал, так какая разница, на сколько. Эта мысль, на удивление, немного успокоила, и он отправился в туалет, чтобы хоть как-то привести себя в порядок. Поскольку весь этаж торчал на планёрках, он решил снять рубашку, чтобы попытаться смыть пятно. Вышло так себе. Проматерившись в очередной раз за утро, подставил рубашку под сушилку для рук. Тут дверь в туалет настежь распахнулась, и, гремя вёдрами и швабрами, в него ввалилась уборщица, которая, видимо, тоже была уверена, что все на планёрках. Возникла неловкая пауза.

– Доброе утро, Витя – наконец сказала уборщица.

– Ага, доброе, – пробурчал в ответ смутившийся парень, и спохватился, – здрасьте, Ольга Дмитриевна. Я тут кофе пролил. Простите, – почему-то решил оправдаться Виктор.

– А, так в горячей воде надо, – засуетилась уборщица, а лучше солью присыпать. Давай помогу тебе, вон как вышло-то, осталось пятно, целый день так что ли ходить будешь?

Сердобольная тётка без церемоний забрала у парня рубашку, открыла кран и начала полоскать её в горячей воде. Виктор, опешив, стоял и наблюдал.

И тут закончилась планёрка. Мимо распахнутой двери туалета начали толпой проходить сотрудники офиса. Виктор сквозь землю был готов провалиться. Посреди туалета, полуголый, рядом кудахтающая уборщица, которая, то ли чтобы скоротать время, то ли пытаясь сгладить неловкость, с энтузиазмом повествовала ему подробности личной жизни своей умницы-дочки. Одни сотрудники проходили, глядя в пол, другие – ошарашенно замирали на мгновение, девушки хихикали. «Вы-то чего в мужской туалет пялитесь, курицы?», – злобно подумал Виктор. Но, злись – не злись, а история уже к обеду обрастёт невероятными подробностями и будет предметом обсуждения и гомерического хохота по всему офису. Скучная жизнь офисного планктона расцветает новыми красками по таким вот глупым поводам. Ещё и к шефу идти объясняться. Не день, а праздник.

Наконец, позорное мероприятие закончилось, Виктор надел рубашку и пошёл в кабинет. Коллеги уже вернулись с планёрки, теперь идти сдаваться шефу предстояло ему.

Глава 2. Другие правила

2.1 Тем временем, познакомимся со Светой

Она резко проснулась, открыла глаза, убедилась, что, как и положено, лежит в своей кровати, зажмурилась, снова открыла глаза, посмотрела на часы, цифры были чёткими, горели ровным мягким светом. 03:45. Отлично. До утра ещё можно успеть выспаться. Интересно, Ворон выбрался? Или прошёл? Что за парень был в пирамиде? Своих она давно знала, и узнавать умела, даже если они меняли форму. Этот незнакомый. Как он попал туда? Это не спрайт, очевидно. И на разведчика не похож – уж больно потерянный. Случайность? Нет, в такие случайности наша новая знакомая не верила.

Светлана Сергеевна Железнова, двадцати восьми лет от роду, всегда была особой высокомерной и эксцентричной. Учёба в школе давалась ей легко, она без труда побеждала на всяких многочисленных олимпиадах по математике, за что ей с детства прощали непростой характер и безумные выходки. Повзрослев и осознав, что друзей выбирать надо осторожно, а люди в целом – засранцы, она решила посвятить себя профессии, предполагающей минимальное общение с представителями человеческой цивилизации. А поняв, что карьерная лестница состоит из тернистого пути по кроватям начальников, осознала, что ей всю жизнь придётся сидеть под этой лестницей и смотреть, как на неё взбираются другие.

Она была худенькой, невысокого роста девушкой, которая выглядела значительно моложе своих лет. Чёрные, как смоль, волосы с короткой ассиметричной стрижкой, яркий макияж и татуировки на шее и руках, по её мнению, прибавляли ей солидности. Кроме того, устав от того, что и знакомые, и незнакомые вечно снисходительно называют её девочкой, она справедливо решила, что такой неформальный вид исключает подобное обращение.

После института Света устроилась работать в компанию, только начинающую свой путь на рынке, а потому готовую принять в штат за копейки хоть вчерашнюю студентку. За пару лет компания выбилась в стабильные середнячки, и работать там стало даже престижно. Зарекомендовав себя сотрудником ответственным и грамотным, наша героиня за эти же пару лет заняла должность ведущего специалиста по информационной безопасности. По причинам, которые она прекрасно осознавала, дальше можно было хоть какие великие подвиги совершать, а начальниками становились те, кто обладал навыками, далёкими от профессиональных. Реветь белугой, рассуждая о справедливости, ей давно надоело, зарплаты на хлеб с маслом и редкие безумства вполне хватало, так что Света решила, что работа её – вполне себе не хуже прочих, а если работодателю хватает и средненького работника, она будет средненьким работником. Так и вышло, что свою ежедневную работу девица успевала сделать за час – два, а остальное время развлекалась, занимаясь своими делами. Дела эти, обычно, заключались в чтении книг и анонимном общении в соцсетях с людьми, которых она точно знала, что никогда не увидит, а избавиться от них было так же просто, как и познакомиться – пара кликов, и ты уже другой человек, и никто тебя, прежнюю, уже не найдёт.

Так бы и продолжалась её жизнь, если бы она как-то раз не наткнулась на книжки некоторых известных мистиков, а потом, в поисках каких-нибудь пояснений – на форум единомышленников. Поначалу всё происходящее казалось забавной игрой. Дебаты на форуме заставляли мозг работать в усиленном режиме, и в целом, жизнь как-то стала интересней. А потом с ней произошло то, что эту интересную жизнь наполнило реальным смыслом, и, одновременно, сделало опасной.

Однажды во сне к ней пришёл Борис. Так он представился. Суровый такой дядька неопределённого возраста, который годился ей то ли в отцы, то ли в дедушки. Внезапно она осознала, что спит, но при этом, Борис казался не обычным персонажем сна, или, как их было принято называть, спрайтом, а реальным человеком. «Так вот она – жизнь в сновидении!», – подумала тогда Света. Много позже она поняла, как мало она понимала из прочитанных книг, какие пустые разговоры и словоблудие царят на подобных форумах, поняла, что те, кто знают, не флудят на сайтах, а общаются между собой совершенно иначе. Но тогда, впервые осознавшись во сне, она радовалась, как ребёнок. На вопрос, какой у него ник на форуме, он только рассмеялся. Он был таким спокойным и уверенным в себе, и, казалось, знал ответы на все вопросы. На самом деле, вопросы, которые она тогда ему задавала, были настолько избитыми и ширпотребными, а ответы на них настолько очевидными… Но это она поняла намного позже. Сначала он приходил к ней во сне, как бы ненавязчиво поболтать на интересующие её темы. Потом, когда они перемыли все косточки мистикам и фантастам, он объяснил своё присутствие в её сновидениях. Он много чего тогда объяснил.

2.2 Расклад сил

Как верно подмечают и поклонники, и противники некоторых известных авторов эзотерических шедевров, книги их – и Чистое Знание, и художественный вымысел одновременно. И отличить одно от другого не каждый с ходу сможет. Что же верно и для мира, в котором жили гуру древности, и для нашей цифровой реальности?

В книгах часто упоминаются некие «воладоры». Они же – летуны (говорят, маги древности видели их бестелесные формы похожими на летучих мышей). Сущности, питающиеся энергией. Решив много веков назад, что эманации человеческого кокона для них имеют особую питательную ценность, они начали выращивать людей для употребления в пищу. В основном, как дойных коров: подоили, оставили пустыми – иди, человечек, пасись дальше, производи продукт, а как только продукта (энергии) наберётся достаточно, тебя снова придут доить. Звучит дико.

Наши знания хоть и похожи, но, всё же, разнятся. Мы называем этих существ синумбры. Для обычных людей они невидимы и неосязаемы, но от взора Видящих им не скрыться. О Видящих мы поговорим потом. Сейчас разговор о синумбрах.

Синумбры представляют собой сгустки энергии, которые напоминают серые вытянутые тени, у них нет ни рук, ни ног, ни крыльев, только напоминающее столбик туловище – оно же голова и хоботок сверху. Когда синумбра голодна – она представляет собой тонкую полоску, похожую на змею или червяка. Когда она наполнена – она похожа на огромный столб или трубу. Они питаются не любой энергией, а определёнными её видами.

Особым деликатесом для них, пожалуй, будет энергия эгоцентризма, неуёмная жажда власти и наживы, самолюбия и самолюбования. Не менее вкусной и полезной для себя они видят и то, что продуцирует человек в моменты жалости к себе, самобичевания, эмоциональной нестабильности от приступов ярости до внезапных осознаний собственного ничтожества.

Человек с железной волей, дисциплинированный, целеустремлённый, честный, чуждый таким чувствам, как жалость к себе, эгомания, жажда власти и наживы – такой им вовсе не интересен. Он невкусный, притом никогда не вкусный. И «развести» его на эмоции, производящие нужный продукт – задача невыполнимая.

– А много ли таких людей? Ну, ты сама такая? Кто-то из твоих знакомых, друзей, родственников? Вот хоть одного такого знаешь? – лукаво улыбаясь, спрашивал Борис, и продолжал: – То-то и оно. Люди так устроены: даже самый сильный иногда становится слабым и упивается жалостью к себе. Даже самый честный, когда ему нечего есть, пойдёт и украдёт. Даже самый терпеливый, попадая в бюрократическую карусель, захлёбывается злостью от собственного бессилия. Обидеть можно и самого толстокожего.

* * *

И испокон веков этот уклад неизменен. Они доят нас, мы доим коров, коровы щиплют траву, трава берёт силы у земли… Если убрать из этой цепочки синумбр, ведь такой порядок любому кажется естественным? В наших учебниках это называется кругооборотом веществ в природе. И человечество действительно убеждено, что именно люди являются конечным звеном этой цепочки, так сказать верхней ступенькой эволюции, венцом природы. Мы все помним это со школы, нас учат одинаково, и никто даже не додумается усомниться в правильности нарисованной картины мира.

Но не синумбры сидят на вершине пищевой цепочки. Они лишь – такой же скот для их хозяев: вертексов. Синумбры лишены аналитического мышления, они не в состоянии плести интриги, сами не испытывают эмоций. Всё, что испытывает синумбра – это голод. И каждая из них запрограммирована на то, чтобы, наполнив свой резервуар энергией, вернуться к хозяину, и, как верный пёс, ходить рядом с ним тенью, выступая источником его питания, когда ему это требуется. Опустошённая хозяином синумбра вновь отправляется на поиски еды. Есть вертексы с одной синумброй, есть те, за которыми следует десяток теней. Чем больше у вертекса теней, тем сильнее его магия. Они – источник маны, необходимой ему для выживания, они – жизненная сила мага. Он бессмертны, но они и не размножаются. Это сущности, созданные магией Древних вертексов с единственной целью – добывать для них силу. Плод эволюции энергии этих существ.

Естественная форма существования вертексов – энергетический вихрь. Эта форма считается наименее энергозатратной. Но они способны принимать любые обличья. Если это необходимо, они могут стать кем и чем угодно, принимая свойства любого материального объекта. Вертексы – маги Тёмного Знания, это их главная ценность. Но им не чужды и развлечения. И иногда они играют судьбами существ, наполняющих Вселенную. Ради ресурсов или для забавы. Мир вертексов – это мир хаоса и разрушения. Источник их силы грязен и порочен, а значит, их власть всегда деструктивна. Их удел – Вечность, их знания стремятся к бесконечности, но даже им время от времени бывает скучно.

Но не всё так плачевно. Есть во Вселенной и светлые силы – меридии. Меридии – Маги Света. Их знание – Белая Магия. Их мир упорядочен и чист. Их магия созидательна, их цель – добро и процветание во Вселенной. Им чужды жажда власти и богатства, они не крушат миры, а строят их. Их естественную форму способны узреть лишь Видящие. Для Видящих, они – яркий свет.

Обе расы магов находятся в постоянном противоборстве. Это, если хочешь, инь и ян, свет и тьма, добро и зло – вполне понятные нам всем категории. Нет планеты, на которой они обитают, потому что тем, кто подобен богам, не нужна почва под ногами. Они бестелесны и аморфны. Они обитают в измерении, попасть в которое и даже воспринять никто из смертных не способен. Маги же за вечность своего существования научились посещать любые миры. И влиять на них по причинам, которые известны только им.

Но Вселенная стремится к гомеостазу. И это равновесие издревле поддерживается силами, что превосходят обе расы магов. Каждый открытый магами мир учтён в книгах Древних. В каждом из миров всегда находятся обсерваторы. Это наблюдатели, Видящие, чья роль – следить за тем, чтоб ни одна из сил не могла оказывать на мир избыточного влияния. Если обсерватор замечает, что равновесие нарушается, он сообщает об этом оракулам. Оракулы тоже относятся к Видящим, и когда к ним поступает такой сигнал, они обозревают мир и выносят решение о том, к чему может привести магическое вмешательство. Если есть угроза равновесию, то инцидент рассматривает Совет Древних. Председательствует на Совете Верификатор – тот, кому ведома Правда. С учётом мнения членов Совета, Верификатор выносит вердикт, подлежащий точному и неукоснительному исполнению всеми сторонами. Нет силы, способной противостоять силе этого вердикта. Нет существа, способного воспротивиться его воле. Так многие века во Вселенной поддерживается постоянство.

* * *

Но люди всегда считали, что человек – царь природы и вершина эволюции. Вертексов устраивает такое положение вещей. Пока никто не осознаёт того, что на вершине пищевой пирамиды – они, у них всегда вдоволь еды. Потому что, если их домашний скот проведает про то, что он – пища, он захочет взбунтоваться и дать отпор. Но человеческий ум пытлив, и всегда найдутся те, кто захочет увидеть больше. А потом – ещё больше. И тут необходимо ограничить потребность в гностицизме. На помощь приходит религия. Мощнейший эгрегор, созданный давным-давно, не теряющий своей силы и по сей день. Непререкаемые догмы, правила, которые нельзя нарушать, вопросы, которые нельзя задавать. Великая иллюзия: Бог видит всё, он внутри тебя, не поднимай головы, и даже думать не смей. Потому что Бог всё знает, и он накажет тебя адскими муками. «Верую, потому что нелепо». И миллионы веруют. И богов на свете – на любой вкус. Древние боги, новые боги – верь, во что хочешь, только верь. А тем временем над сотнями молящихся в храмах пируют синумбры, упиваясь энергией молитв. Молящиеся люди входят в поток эгрегора своей веры и впадают в некий транс. А транс – это отсутствие контроля. Молящийся думает, что его молитвы идут от сердца, от души. Нет, слова молитвы идут из памяти, автоматически, только закрепляя гипнотический эффект. От души идут эмоции. Ими-то, пользуясь трансовым состоянием адепта, и лакомятся синумбры.

Люди вообще склонны к автоматизмам в своей жизни. Мы любим ритуалы и правила. Мы любим распланированные дни; точное следование распорядку даёт нам уверенность; ощущение стабильности успокаивает. А ещё усыпляет. И именно в этом состоянии нас объедают враждебные сущности. Мы лениво в голове прокручиваем бессмысленные монологи, мы на автомате просыпаемся – идём в туалет – в ванную – на кухню… В то время, как мозгу не надо задумываться над каждым движением, нам не грозит опасность, нас не подстерегают неожиданности, мы прокручиваем в голове мотив недавно услышанной песенки, вчерашний разговор с коллегой, болезнь родственника, о которой вчера узнали… И спим. Двигаясь, как роботы, заполняя мозг ерундой, не являясь осознанными в каждом моменте своей жизни, мы на самом деле ворочаемся на блюдечке синумбр, подставляя самый аппетитный бочок. Мудро заметили буддисты: «Моешь чашку – думай о чашке».

2.3 План

Борис приходил к ней во снах, и всё объяснял и объяснял. Сам он называл себя Хранителем Знания. Как оказалось, этот титул носил не он один. Выяснилось, что и среди людей есть те, кто отличается от остальных. Если пользоваться терминами, например, толтеков, это – люди с другой «конфигурацией энергетического кокона», отличным от остальных «положением точки сборки». Они делились на Хранителей, Разведчиков и Бойцов. Таких людей было немного, жили они в разных городах нашей великой Родины. Возможно, были такие и за её пределами, но до сих пор ни Борис, ни кто-то из его друзей с ними не встречался. Коммуникации между группой посвящённых упрощались и усложнялись одним обстоятельством. Практически всё общение этих людей и их основная деятельность происходили… в сновидениях. Как объяснил Борис, именно сновидения дают возможность представителям человеческой цивилизации взаимодействовать с тем миром, который так тщательно скрывался от посторонних глаз. Именно сновидения давали тем, кто принадлежал к миру людей, магические способности, которых нет в реальности. И именно в пространстве сновидений они могли хоть как-то влиять на расстановку сил. Зачем это нужно? Потому что, как выяснилось, Верификатор Совета Древних, выслушав обращение обсерватора и оракула, заслушав мнение всех членов Совета, вынес свой вердикт. Вертексы, действительно, стали оказывать избыточное влияние на цивилизацию, обитающую на планете Земля, склонив чашу весов в сторону Тьмы, а меридии были уже не в состоянии изменить расклад сил, потому как методы, используемые ими в любом противостоянии, не допускали применения насилия и игнорирования законов цивилизации. Оракул подтвердил, что человечество, как вид, находясь под влиянием вертексов, стремится к самоуничтожению и, в случае невмешательства, в скором времени рискует стать ещё одной уничтоженной цивилизацией. И для достижения равновесия Верификатор принял решение: Совет не вмешивается в дела планеты. Но разрешает меридиям передачу некого объёма знаний ограниченному кругу представителей человеческой расы. Конкретных людей, которым суждено обладать такими знаниями: Хранителей, – выбирают обсерваторы. Передача знаний от Древних иным лицам, кроме указанных обсерваторами, запрещена. Дальнейшая передача знаний от источника – человека (Хранителя) не ограничена. Помощь меридий допустима только в виде информации. Если человечество сможет выстоять и спасти себя само – оно продолжит своё существование. Если Хранители не достучатся до остальных представителей своей расы, если раса окажется неспособной самостоятельно восстановить баланс – человечество погибнет. Таков был вердикт, обязательный для исполнения всеми силами, что есть во Вселенной.

* * *

Сам Борис, как и остальные, получившие в своё время данную информацию, поначалу думал, что ему приснился какой-то фантастический роман. Потом, когда меридии являлись снова и снова, настойчиво повторяя, что происходящее – не выдумка, и угроза реальна, думал, что сошёл с ума. Сжалившись над людьми, чья жизнь проходит в материальном мире правил и запретов, меридии указали Хранителям, где и как им найти друг друга. Оказавшись вместе, эти трое образованных материалистов потратили уйму времени и сил, чтобы, наконец, прийти к выводу: произошедшее с ними реально и информация, полученная ими достоверна, каким бы невероятным это ни казалось.

Им пришлось разработать план действий, предполагавший участие их внеземных покровителей. Они решили, что для реализации задуманного им необходимы люди, которые могут с лёгкостью ориентироваться в сновиденном пространстве. Для того, чтобы разобраться с этим, нужны были люди с определённой энергетической конфигурацией. Здесь Хранителям опять же помогли их магические друзья: они с лёгкостью могли увидеть таких людей в любой толпе и на любом расстоянии. Однако, взаимодействовать с кем-либо, кроме Хранителей, им было запрещено. Так что, задача по убеждению, обучению и поддержанию порядка в рядах ещё не появившейся армии, была возложена на плечи трёх обычных людей.

Для реализации намеченной цели нужны были люди, которые могли бы свободно передвигаться в пространстве сна, при этом, не отключаясь, а твёрдо осознавая, где они находятся. Исходя из основ знаний о сновидениях, полученных от меридий, был составлен первоначальный план.

Во-первых, нужны были те, кто, будучи в состоянии бодрствования, смог бы описать увиденное с картографической точностью. Они, для начала, должны были составить хотя бы приблизительную карту. На них же возлагались надежды на поиск опасных территорий и территорий, которые, напротив, могли бы служить для сновидца местами отдыха и островками безопасности. А если повезёт – найти места, которые могли бы восполнять потерянную энергию, ибо, всё в этом мире – энергия, и от её количества и качества зависит расстановка сил для каждого в отдельности и для всех вместе. Назвать их просто картографами у хранителей язык не повернулся, и общим решением было принято дать им имя «Разведчики». Эта группа должна была состоять, предположительно из пяти – максимум десяти человек. В зависимости от развития ситуации, группу можно было дополнить.

Во-вторых, на основании данных, полученных от Разведчиков, должны были, согласно общему плану, действовать те, кто, собственно, принял бы на себя основной, буквально, физический удар от предстоящего противостояния. Это должна была быть самая многочисленная группа людей. И каждому бойцу этой группы необходимо было обладать совершенно исключительными качествами: честностью, отвагой, ловкостью, острым умом и бескорыстием. И обязательно – умением осознанно ориентироваться в сновиденном пространстве и не терять бдительности. Спор о том, как называть людей этой группы зашёл в тупик, судьбу решил жребий. Самую многочисленную группу было решено называть Бойцами. Количество Бойцов не обсуждалось, предполагалось, что это тот случай, когда «чем больше – тем лучше».

Кроме того, было решено, что в таком деле отказываться от любой помощи нельзя, а, значит, даже если идеей придётся поделиться с тем, на кого не указали меридии, и такому человеку место в их рядах найдётся. Но только после совместного обсуждения кандидатуры. Не хватало им ещё санитаров со шприцами.

Да уж, задачка предстояла нелёгкая. Дело усложнялось тем, что все Хранители были разбросаны по разным городам. И также по всей необъятной Родине были разбросаны люди с подходящими энергетическими конфигурациями. Благо, информационная помощь меридий была практически неограниченной, и первое, к чему они приступили – это начали учить Хранителей осознанно путешествовать по сновиденному миру.

2.4 Начало

Для начала, стало известно, так же, как в реальности, пространство в сновидении едино. Оно, безусловно, подчинялось своим особенным правилам, но, тем не менее, для разных сновидцев одни и те же объекты являлись идентичными. Условно говоря. Например, город. Кто-то живёт в Тамбове, кто-то – в Москве, кто-то в Салехарде. Казалось бы, это всё разные города, и выглядят они по-разному. А ещё может присниться сказочная Агроба или мультяшный Зверополис. Но в пространстве сновидений все эти города – это некий архетип «Город». И этот архетипичный город имеет определённое расположение, включает в себя некие стандартные объекты, которые обладают одинаковыми характеристиками. В каком бы городе ни оказался сновидец, в нём всегда есть иные архетипичные сооружения, которые выполняют строго ограниченной функционал, например, являются транзитами в другие локации.

Несмотря на изначальную предрасположенность, всем троим Хранителям обучение давалось нелегко. Долгие месяцы изнурительных тренировок прошли, прежде чем они смогли встретиться в сновиденном пространстве. И почти столько же времени заняло закрепление этой способности и появление возможности вызывать нужное состояние, что называется «по требованию».

Однако, как только навык был закреплён, Хранители решили, что «покой нам только снится», и сразу же приступили к следующей части плана: поиск остальных членов команды: Разведчиков и Бойцов.

Несмотря на огромное количество имён людей с нужной конфигурацией, найти их в сновиденном пространстве, поговорить с ними, заставить осознать происходящее в сновидении и запомнить, оказалось не так-то просто. Даже больше: эта задача порой казалась буквально невыполнимой. Победой считалось хотя бы заинтересовать потенциального адепта и получить его обещание подумать над возможностью вступить в борьбу. Часто, осознавшись в сновидении за счёт энергии Хранителя, люди просто начинали баловаться, как дети, воспринимая собеседника, как забавный мультфильм. Но были и те, которые без труда понимали, что общаются с живым человеком, внимательно слушали говорящего, задавали вопросы, сами просили время на обдумывание, просили Хранителя прийти ещё, чтобы обсудить пришедшие на ум мысли. Среди таких вот «самородков» была и Светлана. Уже напитанная правильными идеями, она задавала правильные вопросы. Удручённая текущим состоянием человечества, она, действительно, хотела помочь. Пусть её жизнь была, в целом, благополучной и размеренной, что-то не давало ей покоя, когда она могла видеть жизнь других, жизнь, которая у многих (слишком многих) сводилась к банальному выживанию. Ей искренне не давала покоя царящая в мире несправедливость. Это был тот редкий случай, когда Борис, которому так повезло её встретить, буквально отдыхал, посещая её сновидения. На неё не надо было тратить сил, с ней можно было спокойно вести диалог.

Глава 3. Новый адепт

3.1 Реальность меняет тональность

Тут нам стоит вернуться к незаслуженно забытому где-то в начале книги Виктору, которого мы так беспечно оставили перед унизительным походом к начальнику.

Водрузив на лицо маску серьёзного беспокойства, наш герой направился в угловой кабинет, в котором его поджидал шеф.

– Доброе утро, Андрей Евгеньевич, – спокойным голосом произнёс Виктор, заходя в кабинет.

– Доброе, Витёк. Что стряслось? – обеспокоенно спросил шеф.

– Извиняюсь, Андрей Евгеньевич, опоздал. Какая-то дамочка выезд со двора перегородила. На сигналку – ноль внимания. Всё утро ей машину пинал. Пока сосед не вышел, свою не отогнал – ну не выехать было. Извините. Отработаю.

– Отработаешь, Витёк, отработаешь, – тоном лукавого беса произнёс шеф, – вот прямо сегодня и отработаешь. Контрагенты с Урала прилетают сегодня в 21:00, надо встретить в аэропорту. Привезёшь, ко мне проводишь, и всё, свободен. А до этого, пакет документов собери по нашей проверке августовской, по их договорам. Они взглянуть хотели. И быстренько справочку накидай, чтоб мне в ваших заключениях не рыться: ну, там, что выявили, суммы, сроки – не мне тебя учить. Перед аэропортом ко мне всё занесёшь и поедешь.

– Да, Андрей Евгеньевич, сделаю. Уральцев встречу, привезу. Какие-то ещё распоряжения? – отрапортовал Виктор, скрипя зубами где-то внутри себя.

– Не, Витёк, не буду отвлекать, иди, работай, – весело отозвался начальник.

Виктор вышел из кабинета, едва сдержавшись, чтоб не пнуть дверь ногой. Да, умел шеф настроение поднять. Бывший военный, он совершенно не переносил нарушений дисциплины, просто на молекулярном уровне. Единственной уважительной причиной для опоздания, по мнению шефа, могла быть только скоропостижная смерть опоздавшего. Других причин он не признавал, хоть и выслушивал объяснения всегда очень внимательно. И каждый раз наказание его было несоразмерным нарушению. Как сейчас, за 15 минут опоздания Виктора ждал авральный день, который грозил закончиться к полуночи. Документов по уральцам – вагон, их только собрать полдня уйдёт. А «справочка», которую шеф от него требовал, займёт остальные полдня. Успеть бы до выезда в аэропорт всё подготовить. А если ещё самолёт задержат… Похоже, грядёт ещё одна бессонная ночь, только уже по менее приятным причинам, чем вчера. Он улыбнулся, вспомнив девчонок из клуба, от которых вчера так поздно вернулся. А потом ещё кота нашёл… Кот! Ему же в зоомагазине надо кучу всего накупить. А ещё он голодный до ночи сидеть будет. Не натворил бы чего. Грёбаные уральцы, угораздило же вас именно сегодня прилететь! Ещё и дура эта на красном Мерседесе. Одно к одному.

С этими недобрыми мыслями Виктор окунулся в пучину рабочего дня. День, как и предполагалось, был трудным и суетливым. Усугубляло безнадёгу ещё и то, что только ленивый не зашёл в их кабинет посмеяться над утренним инцидентом с уборщицей в туалете, и, конечно, каждый считал своим долгом высказать свою версию случившегося, одну другой краше. Виктор терпеливо вполуха выслушивал очередной бред, отмахивался от посетителей дежурными шутками и скрупулёзно продолжал делать свою работу, которой конца и края не предвиделось. Коллеги, в 16:45 уже переобувшиеся в уличную обувь и не спеша надевавшие пальто и куртки, с жалостью смотрели на него, постепенно отступая к дверям. Виктор, вспомнив, что перекрыл машину одного из них, в очередной раз за сегодня проматерившись про себя, побежал вслед за ними, чтобы отогнать машину. По дороге обратно в офис он не заметил лужу и угодил в неё, вымочив ботинок и низ брюк. У него было ощущение, что этот дикий день никогда не закончится.

Вернувшись, он воспользовался тем, что остался совсем один, снял мокрый ботинок и носок и положил их на батарею. На удивление, через два часа они полностью высохли. Время до восьми часов летело с лихорадочной скоростью, кое-как доделав порученную шефом работу, он быстро забежал к начальнику, бросил на стол пакет документов и выбежал к машине, чтобы ехать в аэропорт, встречать дорогих гостей. Вообще-то для этого обычно выделяли корпоративный автомобиль с водителем, которому доплачивали за ненормированный рабочий день. Но сегодня по прихоти шефа отбывать почётную повинность пришлось ему. Ну, ничего, скоро всё закончится и он, уставший и голодный, наконец, рухнет на кровать и отключится до завтра.

Подъехав к аэропорту, он припарковался и зашёл внутрь. Пройдя через рамку трижды, потому что забыл выложить ключи, зажигалку и ключи из другого кармана, он пошёл в сторону табло. Да, по-другому и быть не могло: прибытие самолёта из Екатеринбурга ожидалось в 22:00, то есть, с опозданием на час. Ещё раз вспомнив всех по матушке, Виктор разозлился сам на себя, что в спешке не подумал проверить задержку рейса перед выездом, так успел бы и оставленные шефу документы проверить, и не торчал бы сейчас тут час просто так. По дороге к машине вспомнил про своего вновь приобретённого жильца, подумал, что как раз на объездной по дороге к аэропорту проезжал круглосуточный гипермаркет. Там всегда есть полки товаров для животных. Да и самому бы кое-чего прикупить не помешало. Решив, что кот, всё-таки удачливый засранец, выехал с парковки аэропорта и направился в магазин. Товары для котов были в таком ассортименте, что Виктор опешил – у него с детства не было домашних животных, он и подумать не мог, что предприимчивые коммерсанты в наше время способны даже самого взыскательного любителя питомцев поставить перед нелёгким выбором всего, чего душа пожелает. В итоге он застыл в ступоре между полками с кормами, игрушками, витаминами, наполнителями, шампунями и бог знает, чем ещё. Милая девчушка в форме сотрудника магазина, видимо скучавшая в столь поздний час от отсутствия покупателей, с тихим смешком подошла к нему:

– Здравствуйте, Вам помочь определиться с выбором?

– Привет, красавица. Не откажусь.

– Какой у Вас питомец? Что Вы ему присматриваете? – девчонка нагло пялилась на симпатичного посетителя в строгом деловом костюме.

– Понимаешь, я вчера кота подобрал на улице. Как мог, отмыл, чем мог – накормил. Даже не знаю, что мне и нужно-то. Ну, шампунь, наверное, для котов же специальный какой-то? И это… еды ему надо, кошачьей. И лоток для кошачьих дел. Всё, наверное.

Девчонка, до этого лукаво поглядывавшая на понравившегося парня, слушая эту тираду, засияла от восхищения. Засуетилась, забегала.

– Ну, надо же, есть на свете приличные люди. Бездомного подобрал! Смотрите: вот Вам корм для него, он по акции сегодня, берите, я этикетку ещё не выставила, это – корм премиум класса, но по акции – дешевле обычного получится, надо две упаковки только взять. Да Вы берите, он дороже в два раза стоит, а акция всего три дня, потом спасибо скажете…

Девушка в подробностях объясняла ему особенности кормов, шампуней, игрушек и всего, что ему предстояло купить, голос у неё был приятный, внешность – тоже, и Виктор, который уже ног под собой не чувствовал от усталости, слушая её, начал впадать в какой-то транс. Внезапно спохватившись, он посмотрел на часы. 21:50! До аэропорта – 10 минут, и через 10 минут они приземлятся! Бегом! Еле вырвавшись из оцепенения, он наспех поблагодарил девушку, схватил всё, что она ему дала, и побежал на кассу.

Рассчитавшись, Виктор рванул к аэропорту. Припарковавшись, он увидел, как уральские гости уже выходят из здания. «Еле успел!», – подумал он. Выйдя из машины, он помахал контрагентам, те, увидев его, заулыбались и направились к машине. Дорога до офиса прошла в непринуждённой обстановке, гости были в прекрасном расположении духа, так что Виктор не заметил, как они доехали до конторы. Проводив гостей к шефу, осведомившись для приличия о необходимости его участия в совещании, он откланялся. Сел в машину. 23:15. На автопилоте Виктор добрался до дома. Красный Мерседес так и стоял, занимая два парковочных места и перегородив выезд. Плюнув на всё, не найдя другого способа припарковаться, Виктор поставил своего Фольксвагена рядом с Мерседесом. От усталости он засыпал на ходу. Взяв пакет с кошачьими радостями из багажника, он поплёлся домой.

Кот встретил хозяина недовольным мяуканьем. Однако, поскольку котяра в своей жизни и не такое видал, уже только за теплую и сухую лежанку был готов сменить гнев на милость. Виктор достал банку с кошачьим кормом, открыл её и поставил коту на пол. Дальше сил хватило только на то, чтобы раздеться и рухнуть на кровать. Кот уже поел и с довольным урчанием забрался ему на голову.

3.2 Вторая встреча

Из черноты он внезапно вынырнул в очень красивое место. Оно чем-то напоминало то ли парк, то ли ботанический сад. Вокруг было очень много разнообразных кустов, виртуозно подстриженных на манер сказочных фигурок и замков. Пестрящие всеми цветами и оттенками клумбы образовывали причудливый и завораживающий рисунок. Сам он сидел на скамейке и любовался открывшимся перед ним пейзажем. Мимо пробежал розовый оленёнок, вокруг скамейки, на которой он сидел, плавно и грациозно дрейфовала огромная рыба с радужной чешуёй. Она так ярко блестела на солнце, что он зажмурился. Два слонёнка слева играли в бадминтон. Краски такие яркие, день солнечный, лёгкий ветерок гладил по волосам. Внезапно всю эту идиллию прервал резкий оклик:

– Не, ну ты серьёзно? Розовый олень, рыба, плавающая по воздуху, слоны с ракетками и воланчиком… Вот ни разу не странно, от слова «совсем»!

Виктор обернулся на голос. Рядом с ним сидела девушка и смотрела на него снисходительно. Где-то он её видел… Или нет?

– Ой, глаза разуй, оглянись.

Справа от Виктора на соседней скамейке разворачивалась целая танковая баталия. Стройными рядами крошечные танки, которыми неизвестно, кто управлял, двигались наперерез друг другу, издавая залпы и круша окружающих их крошечных людей, крошечные деревца, оставляя малюсенькие воронки от своих снарядов. Битва была ожесточённая. Маленькие людишки стреляли из миниатюрных автоматиков, бросались крохотными гранатками…

– Опять залип? Ну ладно, смотри дальше.

На секунду Виктор отвлёкся на девушку, а когда повернулся, на месте скамейки и сражений возникла река, кишащая какими-то полузмеями – полукрокодилами. По широким носам странных существ ловко прыгал акробат в блестящем красном трико. Он отталкивался от носов хвостатых существ, выписывал в воздухе совершенно невероятные кульбиты, потом снова приземлялся кому-нибудь на нос, снова подпрыгивал, как вдруг превратился в собачку, одетую в смокинг и цилиндр…

– Издеваешься что ли? Вообще не соображаешь, что происходит? – девчонка, сидевшая рядом, просто закипала.

Виктор вдруг вспомнил, где он её видел. В пирамиде. Во вчерашнем кошмаре. Во сне.

– Сон? – недоверчиво спросил он, – Точно, сон! А я тебя помню. Ты вчера приходила ко мне в сон. И сегодня, вот, пришла… Тебе чего надо? Влюбилась что ли? Ты не в моём вкусе, так что, найди себе другое развлечение.

Несмотря на кажущееся понимание того, что он спит, мысли Виктора были как в тумане. Вроде и сон, а вроде и… всё равно, что ли…

– Совсем ополоумел? – завелась девчонка, – В следующий раз пусть Борис сам тебя будит, и сам пусть рассказывает, у него очень хорошо получается, – как будто, сама с собой ворчала неугомонная девица.

– Не кричи. Чего орёшь-то? А тебя как зовут? Я – Витя, – бормотал в каком-то наваждении наш герой. Состояние было, как ватное. Обзор как бы сузился до небольшого кружка посередине, как в подзорной трубе, остальное оказалось закрытым тёмным туманом. Звуки то приглушались, то, наоборот, усиливались и звенели. Картины перед глазами дрожали, менялись, трансформировались. Слух улавливал то бормотание, то звон, то грохот, то шуршание… Как будто ребёнок баловался эквалайзером. В какой-то момент это визуально – аудиальное безумие обострилось до некой крайней точки. Глаза не успевали улавливать и фиксировать видоизменяющиеся пейзажи и предметы, мелькающие цвета, а слух уже не справлялся с идентификацией звуков. Виктор застыл. И тут внезапно угол зрения расширился до нормального, картина происходящего вокруг стала стабильна, цвета обрели глубину. Звуки слились в гармоничный консонанс… Наступила ясность. И абсолютное понимание того, что всё происходящее – сон.

– Всё, наш пациент стабилен? – донеслась до него очередная колкость рядом сидевшей девицы. – Можем поговорить?

Виктор повернулся к девушке и с удивлением обнаружил, что она как-то резко отличается от всего, что его окружает. Какая-то красочная что ли, яркая, как будто всё вокруг – в 3D, а она – в 4К.

– Я – Рада. А какой у тебя ник?

– Я – Виктор, я уже сказал. Какой ещё ник, при чём тут радуга? – непонимающе пробормотал Виктор.

– Понятно… Не понятно. Как ты оказался на границе? В пирамиде, где мы вчера встретились.

– Какая граница? Ты о чём вообще тут говоришь? – вспылил Виктор, – Что тут за бред происходит? Тебя как звать? Ты кто такая?

– Тише – тише, герой, чего выступаешь. Как меня зовут – я сказала, больше тебе знать не надо. Давай сначала: что ты делал в пирамиде и как там оказался?

– Так это сон был. Как во сне оказываются? Засыпают, да и всё, что за глупый вопрос. Вот как ты там оказалась? И вообще… здесь… Что здесь творится?

– Так, стоп. Ты понимаешь, что сейчас находишься в сновидении?

– Естественно!

– А для тебя это – как, нормально вообще? Ну, как часто у тебя такое бывает? Спишь, и понимаешь, что спишь?

Виктор задумался и внимательно посмотрел на свою визави.

– Да вообще-то до вчерашнего такого ни разу не было, – растерянно проговорил он.

– Хорошо, уже что-то. Ты как вообще с эзотерикой, магией, астрологией? Увлекаешься?

– Да делать больше нечего, у меня кукуха пока на месте.

– Ну-ну… И даже сейчас ты в этом абсолютно уверен? – загадочно проговорила Света.

– Ну, блин, тебя! – опять вспылил Виктор, – Ты можешь по-человечески объяснить: что за ерунда происходит?

– Могу. И… это… шучу, не обижайся. Я вообще пошутить люблю. Ничего, привыкнешь со временем.

– Со временем привыкну? Ты ко мне каждый день, ой, каждую ночь, ой… Короче, в каждый сон приходить собралась?

– Это как потребуется. Зачем-то же ты в мой пришёл. Борис у меридий спросит, может, смогут подсказать, – как бы сама с собой уже говорила девушка.

Оглушительный рёв заставил задрожать окружающее пространство, лицо собеседницы начало расплываться, все звуки будто слились в один протяжный вой.

Виктор проснулся. Сигнализация орала, что есть мочи. Он подбежал к окну. Вокруг его машины нарезала круги какая-то девица в розовом плаще и розовых джинсах, она отчаянно пинала розовыми ботинками его Фольксваген. Виктор открыл форточку и крикнул:

– Эй, ты чего?

– Чего-чего, выехать не могу, твоя машина? – визгливым голоском закричала в ответ эта странная пастила.

– Моя, не ори, сейчас оденусь и отгоню.

– Быстрее давай, мне ехать надо! Срочно! – продолжала истерить зефирка.

– Подождёшь.

Делать нечего, Виктор надел спортивный костюм, куртку и кроссовки, и вышел к машине. Гламурная так и бегала вокруг машины, как заведённая, проклиная его и всех его родственников до пятого колена. Попытка объяснить розовой дуре, кто виноват в её и его бедах, закончилась провалом – силиконовый мозг бедняжки не мог осознать, что парковаться не умеет именно она.

Отъехав немного и выпустив дамочкин Мерседес со двора, Виктор увидел свободное место и припарковался уже без опасений. Сна не было ни в одном глазу. Чертыхнувшись, он закрыл машину и поднялся домой. На пороге его встретил недоумевающий кот.

Виктор взял пушистика на руки, почесал его за ушком, чем заслужил одобрительное мурчание. «Так имя и не придумал», – подумал Виктор. Он сел у окна на кухне и закурил. 02:15. «Ещё успею выспаться», – подумал он, лениво гладя своего питомца. Прервавшись на гламурную девицу с её Мерседесом, Виктор вновь вернулся к мыслям о том, что ему снилось. Странная штука получается. Выходит, девица из сна – самая, что ни на есть, настоящая? И как-то умудряется общаться с ним во сне. Чертовщина какая-то. Этого ведь быть не может. Сон – это просто сон. Как ей это удалось? О каком ещё форуме она говорила? Как её там… Рада? Виктор открыл ноутбук, стоящий на подоконнике и молча уставился в экран. Какой тут надо сделать запрос? #сон #Рада? Глупость. Вывалится куча сонников, устанешь читать. Как попасть в сон к другому человеку? То же самое, грозит тонной эзотерического бреда. А что он вообще хочет найти? Зачем? Виктор со злостью захлопнул крышку ноутбука. Пригревшийся на коленях кот вздрогнул и выпустил когти. Но, посмотрев на хозяина, снова закрыл глаза и замурлыкал. Виктор закурил ещё одну сигарету. Из головы не выходило. Как? Ну как это возможно? Интересно, она ещё придёт? Борис какой-то… Ничего не понятно. Так, в раздумьях, которые ни к чему не привели, поглаживая окончательно разбалдевшего кота, Виктор докурил и отправился спать.

3.3 Тихий омут

Он ещё долго ворочался и не мог уснуть, потом начали приходить какие-то образы: то смеющаяся Рада на скамейке в парке, то розовая зефирка на Мерседесе, то шеф в своём огромном чёрном кресле, то лифт с айтишниками. В итоге, наш герой забылся самым обычным сном. В 7 утра, как обычно, прозвенел будильник, и он встал, не вспомнив абсолютно ничего из того, что ему снилось перед пробуждением.

Виктор не спеша собрался на работу, в этот раз спокойно позавтракал, накормил кота, вышел из квартиры вовремя, без пробок доехал до офиса и в 07:50 уже сидел на рабочем месте. Но из головы не шли странные сны. Даже досадно было: неужели, это просто сны? Неужели больше такое не повторится? И всё, что он считал таким реальным, оказалось просто шуткой уставшего мозга?

На работе всё шло своим чередом, про вчерашний инцидент уже все забыли, потому что сегодня с утра Таня из Отдела кадров объявила о том, что через пару месяцев уйдёт в декрет, и весь офис, полтора года наблюдавший Танины перипетии с желанной беременностью, которая, вопреки Таниным мечтам, отчаянно не хотела её осчастливить, жужжал только об этом. Шеф похвалил Виктора за отчёт по уральским сделкам и за пунктуальность и вежливость, проявленные при встрече дорогих гостей. Видно было, что шефу вряд ли ночью удалось поспать – уральцы, похоже, оказались развесёлыми товарищами. Он появился в кабинете своих подчинённых лишь для того, чтобы показать пример стойкости духа: мол, смотрите, что бы ни случилось, на работе всегда надо быть вовремя. Уральцы, похоже, дрыхли в гостинице. Ну, и шеф, вероятно, не зря закрылся у себя в кабинете и отключил телефон до обеда. Так получилось, что срочной работы у Виктора и его коллег на сегодня не оказалось, а уснувшее всевидящее око шефа и вовсе расслабило по полной. Коллеги разбрелись по соседним кабинетам в поисках собеседников, вернее, собеседниц. Прошёл слух, что в Отделе закупок намечается пополнение стажёрок, так что план действий был очевиден. Виктор с коллегами не пошёл, мотивируя тем, что не выспался, встречая уральцев, к тому же, ещё в начале рабочего дня уже рассказал историю о том, что ночью пришлось отгонять машину, потому что какая-то дурная баба в розовом не могла выехать со двора. Получив поровну шуточек и сочувствующих взглядов, Виктор, наконец, остался один. Остальные выдвинулись удовлетворять любопытство к закупщикам, предварительно вооружившись кофе.

Виктор всё-таки воспользовался возможностью узнать хоть что-то о том, что происходило с ним в последнее две ночи. Интернет, конечно, давал массу бесполезной информации, но, потратив полдня на изыскания, он всё-таки нашёл и крупицы полезных сведений. Выяснилось, например, что осознанные сновидения – это научно установленный и давно уже не опровергаемый нейробиологами и нейрофизиологами факт. Было проведено достаточное количество экспериментов в разных странах, в лабораториях с современным оборудованием, чтобы сказать, что данное явление имеет место быть. Человеческий мозг, действительно, способен продуцировать подобное. Также Виктор узнал, что есть группы людей, практикующих совместные сновидения. Но, если с данными учёных всё было более-менее понятно, то с группами эзотериков и мистиков всё складывалось не так однозначно. Во-первых, подобных групп было множество. Во-вторых, они, судя по всему, постоянно враждовали между собой. Предметом вражды, обычно, становились результаты экспериментов, проведённых в сновидении, которые с остервенением ставились под сомнение оппонентами. С пеной у рта эти враждующие стороны доказывали друг другу как исключительную ценность полученных именно ими знаний, так и правдивость и исключительность именно своих опытов. Разобраться, кто в этих темах прав, а кто просто имеет богатое воображение, Виктор не мог. Помимо этого, попадались группы откровенно вызывающие сомнение в психическом здоровье их участников. Были те, кто занимался исключительно нападками на других, не ставя каких-то собственных опытов. Видимо, у кого-то просто жизненное кредо такое: «А Баба Яга против!». Через несколько часов такого сёрфинга по интернету, Виктор окончательно запутался.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.