Екатерина Шубочкина
Ангел-хранитель. Сказочная повесть

От автора

Дорогие читатели, маленькие и большие, дети и взрослые, буду очень рада, если прочтение этой книги будет интересным и полезным для вас.

Будучи многодетной мамой, я понимаю, как сложно донести до детей понимание смысла нашего непростого жизненного пути на земле при изменяющихся, часто внезапно, обстоятельствах, как помочь ребенку унять боль в душе и тревогу, усмирить сомнения, найти радость в простых вещах и без уныния разобраться с возникающими трудностями жизни. Хорошими помощниками в воспитании подрастающего поколения всегда были и остаются книги. Я постаралась в своей повести показать путь к Богу взрослеющего героя этой повести через его личные сложности и переживания, его эмоции и страхи, объясняя попутно основы православной веры языком, доступным к подростковому пониманию.

Книга написана для детей школьного возраста в любимом сказочном жанре, но с реальным современным сюжетом. Главный герой, мальчик Никита, прикован к инвалидному креслу, его мысли о будущем печальны. Однажды ночью от знакомится с настоящим ангелом, Ирином, у которого есть свой путь служения Богу: он готовится стать хранителем души. Вместе они познают этот мир, растут духовно и находят ответы на многие жизненные вопросы. Их дружбе пытается помешать дух зла, Самаэль, но свет доверия и преданности друзей сильнее подлых и лживых уловок дьявола. Никиту поддерживает на земле любовь его семьи и подруги Маши, чей пример доброй жизни также оказывает на юношу особое влияние.

Иллюстрации Лилии Борисенко

Часть 1. Ирúн

Глава 1. Чудесная встреча

Сибирское лето заканчивалось, вечерами стало прохладно, поэтому мама вынесла плед и укрыла Никиту по самую шею, в ответ он даже не пошевелился. Мама заглянула ему в глаза и спросила:

– Не пора ли домой? Простынешь.

Никита молча покачал головой, мама поцеловала его:

– Через полчаса будем укладываться спать.

Назавтра передали похолодание с дождем: в сад уже не выйдешь. А это было самое любимое времяпровождение Никиты, здесь он чувствовал жизнь. Красота цветов, ароматы трав, суета насекомых, шепот деревьев и другие разные прекрасные звуки наполняли его необъяснимой радостью, и он забывал о другой реальности, в которой он ребенок – инвалид, колясочник.

Полчаса пролетели, мама вышла, поежившись, и покатила коляску с Никитой в дом. Этот красивый дом из красного кирпича в сельском поселении недалеко от Красноярска был поистине крепостью для замкнутого подростка и его домашних. Семья переехала сюда из города два года назад, после того как с Никитой произошло несчастье: он неудачно упал, зайдя слишком далеко в своих мальчишечьих шалостях. Его не интересовал точный диагноз: что-то случилось с позвоночником, но если до сих пор врачи ничего не смогли сделать, значит, вряд ли уже он встанет на ноги. И дело было не в деньгах или недостатке времени: здесь ему повезло с отцом, который владел своим деревообрабатывающим предприятием, и с мамой, которая всегда предпочитала семейные заботы карьере, поэтому сама возила Никиту на разные процедуры и консультации врачей. Надежда на выздоровление почти угасла, и вместе с ней у Никиты пропало желание говорить, впрочем, и общаться стало не с кем: у его бывших друзей другая насыщенная событиями жизнь, да и загород мало кто хотел выбираться. Приезжали только учителя для домашнего обучения, которое ему перестало быть интересным: и зачем оно ему теперь?

Недавно, правда, к ним переехала жить бабушка, мамина мама. Папины родители жили далеко на севере вместе с дочкой, поэтому видеться часто не получалось, к тому же племянники папы были на их попечении. Бабушка пыталась расшевелить Никиту разными разговорами, но Никита слушал и молчал, да и темы в основном были какие-то странные: сказки все про Небесное царство, ангелов, демонов и прочие персонажи, которые он считал выдумкой – не маленький уже верить в чудеса. Это у бабы после трагедии с дедом случилось помешательство, погиб на службе, военный был, так теперь все время Бога вспоминает чуть что, иконы привезла, маму тоже заморочила, вместе возили Никиту в храм, но ему там не понравилось: люди все озабоченны чем-то, руками машут, кланяются, на него жалостливо поглядывают, спрятаться хочется.

"Хорошо, хоть руки работают", – думал Никита за чисткой зубов, ему хотелось как можно больше делать что-то самому, но мама и бабушка старались не утруждать его, жалели, что задевало его мужскую гордость. Вот и сегодня: кровать уже готова, сейчас помогать начнут перебираться туда из коляски. А ведь он мог бы и сам, но как-то, сообщив об этом маме, увидел испуг в ее глазах, поэтому решил больше об этом не просить: маму он очень любил и не хотел, чтобы она тревожилась за него.

– Тебе удобно? Не высоко? – заботливо спросила мама, когда Никита устроился на подушках.

– Все нормально, удобно, – буркнул на это тот, отвернувшись к окну. – Нет, мама, не задергивай, пожалуйста, свет, – вдруг попросил Никита, когда мама едва коснулась рукой штор. – Смотри, луна и звезды сегодня какие красивые!

– Сынок, ты бы нарисовал завтра эту красоту, а то совсем забросил кисти. Ты же очень способный, хвалили тебя в художке. Нельзя так с талантом поступать!

Никита в ответ промолчал. "Ну да, было дело, ходил в художественную школу, но сейчас как-то не хочется ничего рисовать, и никому не нужны теперь его рисунки. Да и разве можно передать красоту мира во всей ее полноте в картинах? В рисунке нет движения, а значит, нет и всех тех нюансов, которые видишь в живую", – такие мысли кружили в голове Никиты, когда он все-таки согласно кивнул: маму надо порадовать.

Никита еще долго лежал и смотрел в окно, заснуть быстро почти никогда не получалось, но в темноте тоже есть своя прелесть, особенно интересно разгадывать ночные звуки и тени. Луна была полной и яркой, в комнату от нее лился приятный мягкий свет. Никита расслабился в его лучах, но вдруг резко зажмурился, как от вспышки яркого света. Открыв глаза, он опешил от неожиданности того, что увидел, но, как обычно, молчал и не двигался. Возле стола виднелся необычный силуэт, как будто человеческий, но светящийся и с чем-то похожим на крылья за спиной. Силуэт был неподвижен, просто стоял и, видимо, смотрел на Никитин стол. То ли парень, то ли девушка – не разберешь, стройный, и в платье длинном с пояском. "Снится, – подумал Никита, – бабушкины сказки сказались, надо пошевелиться". Осторожно подвигав пальцами рук, он тут же замер, потому как фигура тоже сделала движение в сторону к полке с книгами. Мальчика взбудоражила фантастическая идея: "А вдруг это инопланетянин? Вот бы научил меня летать! Наверняка, этот объект прилетел, да еще и через стену прошел". И Никита, набравшись мужества, тихо спросил:

– Ты кто? Инопланетянин?

Ответа не было, фигура развернулась к нему и медленно приблизилась к кровати так, что Никита смог четко увидеть лицо с большими светлыми глазами, идеально прямым носом и тонким ртом, не выражавшее мимикой никаких эмоций, но при этом взгляд был полон сказочной доброты и детского любопытства одновременно.

– Ты видишь меня? – ответил, наконец, незнакомец вопросом на вопрос, при этом Никите показалось, что губ он не разжимал, но фраза прозвучала четким слегка мелодичным голосом.

– Вижу.

– Ты испуган? – спросило существо с добрыми глазами, так и не ответив на вопрос Никиты, что его немного задело.

– Еще чего! Я не трус! Ты кто? Отвечай! А то решу, что ты вор, тогда закричу и позову взрослых!

– Не нужно кричать и бояться! Я обычный ангел. Странно, что ты меня видишь, так быть не должно. Я не знаю, как вести себя в такой ситуации, учитель в школе не говорил нам еще об этом.

– Ангелов не бывает, и они не ходят в школу. Ты хочешь меня обмануть! – заволновался Никита, подумав, не пора ли позвать маму в данной непонятной для него ситуации.

– Ангелы не обманывают, это большой грех, а мы безгрешны по своей природе, – по-прежнему спокойно и мелодично ответило существо, все-таки больше похожее на юношу, чем на девушку, но длинные волосы и платье давали Никите повод сомневаться. – Разве ты этого не знаешь? – продолжил ангел. – Я видел на вашей полке образ Богородицы, рядом с ней изображены ангелы. Наш мир скрыт от глаз людей для вашего же блага. Ангелы созданы Богом для служения, это очень ответственная работа, к ней надо готовиться: учиться порученному тебе делу и в итоге доказать учителю свою способность и умение.

Никита поймал себя на том, что ему нравится слушать речь ангела, что верит каждому его слову, и даже если это только сказочный сон, то пусть он не заканчивается. Снова для верности подвигав пальцами рук, он уже спокойно и даже с легкой чуть виноватой улыбкой ответил:

– Это бабушка икону принесла, а я же не знал, потому не видел, не верил.

Ангел какое-то время молча смотрел, изучая взглядом Никиту, затем снова заговорил:

– Значит, вот почему рядом с тобой нет хранителя… Ты еще не родился!

– Мне уже тринадцать лет! – воскликнул Никита, но осекся от невообразимой грусти, замеченной им в глазах ангела, прямо как у мамы, когда она сидела с ним рядом на больничной койке.

– Мне пора, – тихо сказал ангел.

Никита вдруг испугался, что больше никогда не увидит этого волшебного юношу, и почти выкрикнул:

– Не уходи, – и быстро-быстро затараторил: – Понимаешь, я тут совсем один, друзей не стало, пожалуйста, побудь еще или завтра приходи…

– Что случилось с твоими друзьями, их души покинули землю?

– Нет… Просто я как заболел, перестал ходить, все про меня забыли. Вот только своей семьей теперь и живем.

– Учитель говорил, что семья очень важна в жизни человека на земле. Он дал нам неделю на ее изучение, сегодня первый день… Ты мог бы мне в этом помочь? – Никите показалось, что ангел еле заметно улыбнулся, обращаясь к нему с вопросом, который неожиданно сделал его счастливым от возможности быть кому-то полезным, а он так давно никому не помогал.

– Конечно, я буду рад, очень, – ответил Никита. – Ты извини, что я тебя принял за инопланетянина. Но в нашей школе не изучают ангелов, а лучше бы изучали таких необычных существ, а то ерунда бесполезная.

– Учителя не могут учить ерунде. Надо слушать тех, кто опытнее и мудрее тебя, иное – грех самомнения, – не согласился гость.

– Но есть же совсем бесполезные формулы или неинтересные книги, которые просто заставляют читать и учить.

– На Земле нет ничего лишнего и бессмысленного, потому как Бог создал этот мир как школу для людей, все знания получены по Его святой воле. Но человек сам решает, как использовать полученную информацию, силу своего ума и опыт многих лет. И сказки про инопланетян созданы именно человеком, странно, что многие в них искренне верят, хотя истина для всех одна.

Никита растерялся немного и не знал, как продолжить беседу: было одновременно и понятно и не понятно то, о чем говорит светлый собеседник с крыльями. Ангел заметил это, подошел ближе и присел рядом с кроватью, посмотрел на Никиту с пониманием и сам снова заговорил:

– Я много времени служил, оберегая освященный дом, в котором почти не жили люди, они приезжали и уезжали, молитвы не возносили, иконы пылились. Мне было грустно от такой работы, но мой дух поддерживала вера в мудрость Творца, что каждое даже неинтересное и незаметное служение имеет смысл и значение. Я служил старательно, но при этом молился о милости подняться на ступень выше и стать хранителем живой человеческой души, это особое служение Богу. Моя молитва была принята, и желание стать хранителем души стало осуществимо, но впереди еще учение и испытание.

Никита молча переваривал услышанное, как вдруг почувствовал: где-то внутри зашевелилась совесть, и сердце стало ставить свои уколы, как бы поддерживая ее. Теплая волна непонятных смешанных чувств вытолкнула из глаз слезу, он зажмурился, но не смог ее сдержать, и слеза покатилась по щеке. Странно, но тут же Никита ощутил, как тепло окутало все его тело, а слеза вдруг высохла за мгновение, не успев упасть на подушку. Открыв глаза, он увидел, что ангел касается его руки, но физического ощущения контакта нет. "Как странно хорошо, – подумал Никита, взглянув в ласковые глаза ангела: – Хорошо, что есть ангелы -надо обязательно извиниться перед бабушкой…" Ангел тем временем плавно поднялся с пола и отошел к окну:

– Я приду завтра в это же время. Ты расскажешь мне о своей семье?

– Расскажу. А как тебя зовут?

– Ирин.

– До завтра, Ирин.

– До встречи, Никита.

– Ааа… Откуда?

– На столе фото и надпись…

И снова вспышка света заставила Никиту зажмурить глаза, а потом тишина, и мысли все только об Ирине…

Глава 2. Новый друг

Утро следующего дня было воскресным. Никита проснулся только к десяти утра, хотя обычно в восемь уже вставал. Мама напекла блинчиков, и на кухне стоял чудесный аромат завтрака.

– А ты сегодня соня, – сказала она с улыбкой за утренним чаем.

– А где бабушка? – спросил Никита. – И папа?

– Бабуля ушла в храм – воскресенье же. А папе нужно было срочно уехать по делам, что-то случилось на работе.

– Мама, вчера ночью я разговаривал с ангелом, настоящим…

– Хороший сон, сыночек, – мама, казалось, не придала особенного значения такой информации, поцеловала его в лоб. – Ты мой ангелочек! – и пошла мыть чашки.

Никита замолчал, решив, что он бы и сам не поверил такому откровению, но намеревался поговорить об этом с бабушкой по её возвращении, она должна поверить. Ах, как же ему нужна сейчас чья-то поддержка, чтобы и самому не подумать, что все это был только сон!

В ожидании бабушки Никита решил порисовать, ведь он обещал маме не оставлять занятия рисунком и живописью. Совсем скоро летние каникулы закончатся, и будет приходить педагог по изобразительному искусству, вот и хорошо будет "размяться" и отвлечься от мыслей об ангеле. Но взяв в руки карандаш, он вновь вспомнил об Ирине и данном ему обещании, и решил нарисовать свою семью в домашней обстановке, чтобы потом показать рисунок новому крылатому знакомому, ведь он обещал прийти и сегодня ночью.

К обеду приехал папа, зашел к Никите в комнату, посмотрел на его работу, похвалил и предложил нарисовать что-то красивое маме на день рождения, пообещав купить рамочку для подарка.

Наконец, появилась на пороге и бабушка с сияющими радостью глазами и сразу стала извиняться, что всех задержала с обедом.

В семье Никиты была традиция: каждое воскресенье обедать всем вместе дома, а потом смотреть хорошее кино в гостиной.       Отобедав, родители стали выбирать фильм для просмотра, а Никита все ждал удобного момента поговорить с бабушкой, которая вдруг засуетилась и вытащила из сумки какие-то книжки.

– Никитушка, я тут в храме такую хорошую брошюрку купила для тех, кто собирается принять Святое Крещение, и про церковь здесь объясняют. Я старая, рассказываю нудно, так ты, может, почитаешь лучше, интересная книжка.

– Да, бабуль, почитаю, – Никита заметил в ответ удивление в бабушкиных глазах и улыбнулся, – можно было и в Интернете почитать.

– Да что этот Интернет, машина бездушная! А книга – это же другое дело! Радость встречи с хорошей книгой ничто не заменит!

– Бабуль, а у нас есть какая-нибудь книга про семью? Надо узнать, как родственники называются правильно, обряды изучить…

– А пойдем в кабинет папин, там много книг, посмотрим, – бабушка была так обрадована интересом Никиты и его разговорчивостью, что забыла про традиционное кино и поспешила к книжным полкам.

В кабинете Никита решил, что это лучший момент для разговора:

– Бабуль, я теперь верю в ангелов!

– Это же замечательно, Никита! Ты в Интернете прочитал что-то или кино посмотрел?

– Я познакомился вчера ночью с настоящим, его зовут Ирин. Он обещал вернуться сегодня и просил помочь ему изучить человеческую семью.

Бабушка молча слушала, потом присела на стул. Зависла небольшая пауза, Никита спросил:

– Ты мне веришь?

– Это очень хорошо, Никитушка, очень хорошо… Слава тебе, Господи! Я верю тебе, внучек, сердце-то у тебя доброе и правдивое, вот Бог тебе и открывается чудесно.

– Бога я не видел, – насупился Никита, – ангел был и всё.

Бабушка заулыбалась, глядя на нахмуренного Никиту:

– Всему свое время. А с ангелом ты был вежлив и доброжелателен?

– Не сразу.

– Будь добрым и благодарным, даже ангелам это приятно. А книжку-то мы так и не нашли…

– Да я в Интернете все найду, просто поговорить хотел. И маме с папой про ангела пока не говори, все равно не поверят.

Бабушка прищурилась задорно, и они пошли в гостиную. Никита был удовлетворен и воодушевлен разговором с бабушкой.

День пролетел и, наконец, все в доме улеглись спать. Никита, конечно, засыпать не собирался, он с волнением ждал встречи, но глаза постепенно отяжелели.

– Здравствуй, Никита, – эти слова разом прогнали дремоту, навалившуюся на ребенка. – Как прошел твой день?

– Привет, Ирин. Я уж подумал, что ты не придешь. А день – нормально…

– Ангелы всегда выполняют свои обещания. Учитель благословил наше с тобой общение, но только до экзамена.

– А потом?

– К чему переживать о том, что будет, если мы еще не решили текущие задачи. Не нужно, мой юный человек, тебе в мыслях перелетать в будущее, оно зависит от настоящего.

– Конечно, зависит, – расстроено пробубнил Никита. – Сейчас, например, я ребенок-инвалид, а вот вырасту и стану никому не нужным дядей – инвалидом. Вот тебе и будущее!

– Ты унываешь, потеряв надежду. Это неправильно! Тем ты омрачаешь настоящее время своей земной жизни, не замечая ее других радостей и смысла.

– Тебе хорошо говорить, ты вообще летать умеешь, а я из дома не выхожу!

– Разве всё так плохо? – ангел пристально посмотрел на Никиту – А как же твоя семья?

– А что семья?

– Расскажи мне про твоих родных, ведь мы встретились для этого, помнишь?

– Ну да…

Ангел снова опустился у кровати мальчика, и Никита погрузился в глубину его добрых глаз и красоту светлого облика, что успокоило и согрело тревожное сердце ребенка.

– У каждого человека есть родители, – начал Никита, – мама и папа. Они женятся, живут вместе, потом рождаются дети. В нашей семье я вот один ребенок. Но может быть и больше, есть очень многодетные семьи. Называются дети братьями и сестрами.

– Почему у тебя нет братьев и сестер? – искренне поинтересовался ангел.

– Сначала, наверное, родители не хотели, ну, свои взрослые проблемы решали, а потом я их подвел – упал и стал больным, так им теперь со мной возни хватает.

– А ты сам хотел бы стать братом кому-то?

Никита задумался, он такого вопроса совсем не ожидал. И вдруг вспомнил, как мама его спросила незадолго до травмы об этом же. Тогда он пробурчал что-то невнятное в ответ про то, что у него других дел полно.

– А как же я буду? Если мама и папа станут заниматься малышом, я останусь совсем один…

– Учитель говорил, что человеку сложно на Земле остаться одному. Это возможно только по его очень сильному желанию и добровольному уходу из мира.

Никита молчал, он не знал, что тут можно возразить. Ведь так и есть: на земле полно людей, и от них не спрятаться, есть Интернет, телефон и прочие средства общения. Но как объяснить постоянное чувство бессмысленности всего этого и одиночество среди шума и гама людского общества, откуда идет нежелание общаться?

Ангел понимающе не торопил Никиту, затем спросил:

– Ты знаком с Марией, живущей в пяти домах от вашего?

Никита встрепенулся:

– Нет, а кто это?

– Ей двенадцать лет, живет с мамой, которая много работает вне дома. Мария ходит в школу и посещает храм, остальное время занимается домашним хозяйством в помощь матери, часто жертвуя общением с друзьями и увлечениями. Как ты думаешь, она одинока?

Никита смущенно пожал плечами:

– Не знаю… А где ее отец?

– Он предпочел грех, оторвавшись от семейных уз.

Никита не совсем понял слова ангела, хотя слушал, затаив дыхание.

– Мария была очень опечалена потерей отца, считала себя самой несчастной и одинокой. Она желала иметь братьев и сестер всем сердцем, но не имела их. Видя это, ее мать привезла Марию в ближайший дом для оставленных детей. Мария угощала их сладостями и видела детскую неподдельную радость от каждой мелочи: как они делились друг с другом, как наивно рассматривали фантики и смеялись над названиями конфет. Но самым большим открытием было то, как дети смотрели на ее маму: с надеждой и трепетом. Тогда Мария поняла, что у нее есть немало ценного и важного в жизни: свой дом, любящая мама, конфеты в вазе каждый день, и эти дети, которым просто нужно чье-то тепло и внимание.

Никита вздохнул и по-детски наивно спросил:

– А откуда ты знаешь?

Ангел как будто улыбнулся в ответ:

– Я знаком с ее хранителем.

– Я понимаю, что мне не на что жаловаться: у меня есть дом, мама и папа, они замечательные, еще есть бабушка, но ситуация у Марии другая, она ведь не инвалид, – не сдавался Никита.

– Разве инвалид перестает быть человеком?

– Нет, но с инвалидами, как и с малышами столько хлопот!

– Всё на земле не так однозначно, Никита. Малыши вырастают, и кем они станут, зависит во многом от взрослого окружения. В том числе и ты способен получить в итоге в их лице либо благодарных друзей и помощников в жизни либо досадную помеху и огорчение.

– Да мама сама, наверное, никого больше не хочет, со мной же не повезло… – пытался оправдаться Никита, понимая правоту собеседника.

– Учитель говорит, семья – живой организм из нескольких душ, влияющих друг на друга через чувства, мысли и поступки. Если желание одного находит отклик в душе другого, то сила его реализации растет, и наоборот.

Никита всё еще переваривал слова Ирина, когда ангел сообщил, что ему уже пора уходить. Ирин поднялся, и только в это мгновение Никита вспомнил про свой рисунок и почти вскрикнул:

– Я же совсем забыл про рисунок! Специально для тебя всю семью изобразил. На столе лежит.

Ирин подошел к столу, с полминуты изучал работу Никиты, потом сказал:

– Мне очень приятно, что ты творил специально для меня, благодарю тебя, Никита. Береги этот дар Бога! Жаль, что ангелы так не могут рисовать.

Никита был счастлив, но нарочито спокойно ответил:

– Да что там, ничего особенного. Картинка настоящую жизнь не передаст.

Ангел посмотрел на Никиту и сказал:

– Человек видит мир глазами своей души, в каждой живой картине искра души ее творца. Это ценный подарок! До встречи завтра, Никита.

– Пока, Ирин.

И через секунду ангела уже не было в комнате. Никита еще долго не мог заснуть, перебирая мысли по поводу новой встречи с ангелом.

А утром Никиту разбудил стук в дверь. Мама заглянула в комнату и сообщила, что ей нужно срочно уйти по делам, так что Никите поможет встать бабушка. "Это даже хорошо, что родителей дома нет, – подумал Никита. – Надо поговорить с бабулей".

– Ба… Ты же общаешься с нашими соседями? Знаешь, где живет девочка Маша с мамой? – спросил Никита, пока бабушка готовила ему завтрак.

– М-м-м… Поняла, о ком ты говоришь. Она твоего возраста, да?

– Ну да, почти, на год младше.

– Мама у нее в местном храме поет на клиросе, живут тут недалеко… Симпатичная и хорошая девочка. Хочешь познакомиться? – прищурилась с улыбкой бабушка.

Никитины щеки запылали в ответ:

– Да не в том смысле, ба… Ангел мне про нее сегодня ночью рассказал, вот и подумал, что стоит пообщаться, раз хороший человек.

– Конечно, стоит, и даже очень, – обрадовалась бабушка. – Давай в гости их пригласим, я с ее мамой в храме переговорю.

– Нет, бабуль, так не пойдет, не надо меня совсем в немощные записывать, я сам пойду сегодня к ним и познакомлюсь.

Бабушка ахнула от такого твердого и взрослого ответа Никиты:

– Сам пойдешь, без помощи?

– Поеду, на колесах, без помощи.

Никита, если честно, сам не ожидал от себя такой прыти, но раз уж взялся за гуж, то надо сделать. Пока он, не спеша, двигался на коляске к дому Марии, думал, что, собственно, он ей скажет, и как ему попасть в дом, если никого не будет во дворе. Так, размышляя, Никита добрался до указанного бабушкой дома. Калитка была не заперта, он осторожно въехал во двор, залаял пес, еле высунув нос из будки. "Поди, первый раз в жизни видит человека на колесах", – подумал Никита и осмотрелся. Все было по-простому. "Огород ухоженный, и кур держат", – отметил гость про себя.

Через пару минут на крыльцо вышла, видимо, Мария и широко ему улыбнулась, помахав рукой. У Никиты перехватило от волнения дух, в горле пересохло, и он смог лишь прошептать что-то похожее на приветствие. "Красивая", – успел подумать Никита, как девочка уже спустилась к нему и сказала:

– Привет, Никита. Я Маша. Твоя бабушка позвонила моей маме и сказала, что ты придешь. Давай, помогу забраться на крыльцо.

Но высокие две ступеньки не поддались хрупким рукам Марии и Никиты, тогда девочка рассмеялась и тут же предложила вынести чай и печенье прямо сюда, на улицу. Никита тоже рассмеялся, ему стало так легко в обществе этой малознакомой девочки, будто что-то давно уже их связывало по жизни.

– Мама скоро придет, а пока давай пить чай на крыльце, погода-то хорошая еще, – щебетала Мария и по-хозяйски подала Никите чашку на блюдце. – Ты извини, но еще последние дни поста: печенье нашлось только галетное и баранки. Могу варенье принести, у нас такое вкусное клубничное, м-м-м…

– Спасибо, не надо, я не очень люблю варенье. А как это – пост? Есть нельзя?

– Ну что ты, есть нужно всегда, а то сил не будет. Продукты некоторые в пост нельзя: мясо, яйца, молочное. Но мы нестрого с мамой постимся, иначе работать тяжело будет. Главное – не что едим, а как себя ведем.