Детектив Фред, или Тёмное дело
Михаил Пахомов

© Михаил Пахомов, 2021

ISBN 978-5-0055-7069-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ПРИКЛЮЧЕНИЯ ДЕТЕКТИВА ФРЕДА ИЛИ «ТЕМНОЕ ДЕЛО»

(время чтения вслух 1 час 20 мин)

Работа детектива требует находчивости и смертельного терпения, особенно если ты – обыкновенный бездомный кот.

Вот и сейчас обитательница квартиры на первом этаже, несколько истеричная, но добрая женщина пятидесяти лет, поглаживала возле подъезда мурлыкающего кота.

Мурчик, мурчик, ой хороший! Ну хороший! Мурчик! Кто у нас ворует белье? А? Не знаешь?

«Мурчик» терся о ноги соседки. Женщина грозно посмотрела в сторону на свору собак, которые ожидали своей очереди. Жительница квартиры порылась в целлофановом пакетике и достала маленькую рыбку. Она держала ее двумя пальцами за хвост и трясла ей перед котом

На, держи

Кот быстро взял рыбу из ее рук и, гордо подняв хвост, пошел к дыре в цоколе дома. Через мгновение он скрылся в темноте подвала.

– Детектив Фред, отвалитесь мои уши! Как вы это выдерживаете?! – с выправкой офицера пыхтела своим низким командирским голосом летучая мышь в кожаном плаще и картузе, – Даже блохи, и те, наверное, покрылись бы мурашками! Как вы выносите такое обхождение? Мурчик! Ну и ну! Мурчик, Барсик и за редким исключением какой-нибудь Пушок – какая скудная фантазия при наличии таких возможностей! А тебе приходится мурлыкать и тереться! Ну не собачья жизнь, Фред!?

– Ну что вы, Полковник! – ответил кот, которого, как мы сейчас узнали, летучья мышь называла Детективом Фредом. – Поверьте, если бы я сложив лапы на груди, разъяснял этой чудной женщине нюансы, это бы внесло некоторый дисбаланс в наши веками сложившиеся взаимовыгодные отношения. Человек – существо по природе доброе и полезное, если относиться бережно к их чувству превосходства. Таким образом мы с вами, Полковник, меньше времени тратим на поиски пищи, и при этом увеличиваем коэффициент полезности своей жизни.

Детектив внимательно посмотрел из своего темного подвала наружу. Двор погружался в вечернюю темноту. Летели тучи. Пахло дождём. Кот положил рыбу в кожаную сумку, которая лежала под отверстием в стене и повесив его через плечо, побрел вглубь темноты. Мышь последовала за ним. Фред отворил какую-то решетку, огляделся и запрыгнув в нее, исчез. Пройдя по каким-то узеньким шахтам, вскоре эти двое были уже в маленьком темном помещении, где стояла деревянная лежанка, стол на ковре и пара маленьких стульев. На столе стояла лампа, в которой кружился суетливый светлячок. Мышь уселась на один стул, закинув лапу за лапу. Фред достал рыбу, положил на тарелку и сев на другой стул, подвинул лампу. Достав откуда-то с полки баночку молока, он разлил его в две посудины: себе в кофейную чашку с отбитой ручкой, и летучей мыши в крышечку от пластиковой бутылки. Они стали есть рыбу, пить подбродившее молоко и играть в покер.

– Что-то стало тихо во дворе, – сказал Фред вонзившись в свои карты.

– Да, наверно к ливню. Ветер утих. – ответила мышь, снимая свой черный картуз и бросая на кровать. Она почесала залысины, явно неудовольствуясь сегодняшней картой.

– Я о другой тишине говорю, – медленно промурчал игрок напротив, – Неужто дело к буре. Слишком тихо.

Летучая мышь, которую все в округе называли Полковником, как-будто не отреагировала. Но он лишь умело скрывал эмоции, так как за время дружбы с Фрэдди, как он называл его когда в голову било кислое молоко, Полковник уже оценил интуицию друга. И теперь он всматривался в карты, как будто они должны были сообщить ему о том, что им предвещает будущее. Полковник всю жизнь, сколько себя помнит, прослужил офицером в армии рукокрылых. Дослужив до чина полковника, он вышел в отставку и сейчас находил радость в распутывании всяческих тайн вместе с детективом Фредом.

Наевшись и напившись, они заснули – кот на лежанке, а мышь на каком-то колечке свисающим сверху.

Прошло несколько часов. Светлячок в банке тоже уснул. Снаружи доносился шум ночного дождя. Как вдруг неожиданно глаза Полковника резко открылись. Его взгляд в темноту выражал застывшее стеклянное внимание. С минуту он прислушивался, шевелив своими ушами.

– Проснитесь, Фред, – сказал он тревожно.

– Что? Что такое?

– На улице у входа кто-то зовет.

Фред встал и слегка тряся светлячка в лампе, осветил комнату. Он взял этот «фонарь» и с Полковником через минуту они были у дыры ведущей во двор.

– Мистер Фред! – послышалось жалобное и испуганное, – мистер Полковник!

Поднеся лампу ближе, Фред и Полковник увидели местного ежа. По его морде и усам стекала вода. Он дрожал, и в его ночном силуэте освещенном фонарем, было что-то неестественное для ежей. Он походил больше на какую то бесхвостую мокрую крысу.

– Островский? Что случилось? – спросил Полковник – чем вы так напуганы? Уж не … – он хотел что-то сострить, но, приглядевшись, понял, что ёж стоит совершенно лысый. Без единой колючки. Всё начисто. – Позвольте, голубчик, как же это вы?

Еж не знал куда деваться то ли от холода, то ли от стыда. Он продолжал дрожать под дождем, нервно оглядываясь. Фред взял его под руки и аккуратно втащил внутрь подвала. Немного погодя, сидя в комнатке, ежик, укутанный пледом, пил теплое молоко и сбивчиво рассказывал о неожиданном ночном происшествии.

– Дело было так, – начал еж, понемногу успокаиваясь…

ИСТОРИЯ С НЕЗНАКОМЦЕМ

Как и все порядочные ежи, Островский вылез этой ночью из под своего пня на поиски еды. Во дворе как обычно было тихо. Никого в округе. Только собаки возились в свете фонаря. Еж пошел своей привычной тропой вдоль забора. Прошел мимо старика Дика, мирно спящего у беседки. И благополучно добравшись до зарослей дикого винограда на углу садика, стал искать грибы и ягоды. Вдруг он услышал, что позади что-то скрипнуло и послышался голос:

– Доброй ночи, амиго! Как неожиданно кого-то здесь встретить в такой час!

Колючий в страхе съежился, но совладав с собой высунул нос и настороженно оглянулся. В потемках стояла старая деревянная тележка на двух больших колесах. Сверху на ней была бочка. На козлах сидел кто-то в мексиканском пончо и широкой шляпе. Вокруг его шеи был длинный платок, прикрывавший подбородок. Из под шляпы блестели два внимательных глаза.

– А кто вы?, – спросил его ёж.

– В этом мире много добрых и светлых зверей, я всего лишь один из них, – сказал незнакомец добрым, сладковато-хриплым голосом, – зови меня просто Сеньор. Подойди сюда. Не бойся.

Он зажег свой фонарь и ёж смог прочитать надпись на бочке: «Счастливая Капуста». Он снял крышку.

– Тебе удивительно повезло встретить меня здесь. Подойди. Смотри. Выбирай себе кусочек, какой пожелаешь! Попробуй.

Ежик подошел и недоверчиво посмотрев в бочку, все же взял кусочек квашеной капусты и стал медленно жевать. Каков же был его восторг! Никогда прежде он ничего подобного не ел!

– А то-то! Кто пробовал хоть раз в жизни моей капусты, будет до конца жизни меня вспоминать. А вот отведай-ка, вот еще этого, – Сеньор открыл краник на бочке и наполнил ореховую скорлупу пенящимся шепучим напитком.

Еж, попробовал глоток и затем мгновенно выпил все содержимое. Пузырьки приятно щипали нос, в глазах танцевали звезды с ночным небом. Но так как ежовое счастье мимолетно, уже вскоре ёжик стоял в прежнем, но всё же более посмелевшем рассудке.

– Хочешь еще? – спросил хозяин бочки

– А что я за это должен? – спросил ежик набирая на свои колючки кусочки капусты

– По ночам я обычно сбрасываю цену вполовину. Однако я вижу, что ты хороший парень. Ты мне нравишься. Бери так. Авось когда-то сочтемся. Добро всегда возвращается, – он закрыл бочку и его тележка, поскрипывая колесами, скрылась в ночной темноте.

Так как теперь еды было достаточно, Островский побрел в темноте домой. Он радовался приключившейся с ним удаче. Мечтал, как жена и дети будут радоваться его заслугам и хвалить его. Он был счастлив, и, видимо, от этого стал шагать по тропинке немного виляя. Глаза понемногу заволакивала пелена. Начинало сильно клонить в сон. Остановился отдохнуть и всё куда-то пропало.

Блуждающий взгляд детектива, слушающего рассказ ежа, неожиданно остановился на фотографии американской статуи свободы, напечатанной в газете, которая лежала на кровати. Только сейчас детектив Фрэд заметил, что еж имел забавное сходство с этим монументом из-за торчащих нескольких колючек по краю его головы. Фред почувствовал, что сейчас разразится смехом. Сдерживая свой порыв, и не желая обидеть собеседника, кот сделал вид, что поперхнулся. Ежик, впрочем, совсем не замечал всего этого.

– Продолжайте, уважаемый, – сказала мышь, в раздумьи теперь шагая кругами

– Не знаю, сколько я так лежал. Постепенно приходя в себя я понял, что лежу в воде, а сверху падает дождь. Оглянулся. Вокруг меня валялись кусочки квашеной капусты. «Что такое?» – думаю. Стало страшно. Жизнь стала пролетать перед глазами… Помню лежим мы на соломке со своими братиками, розовые такие все, с синевой, и лысые… Мама подходит к нам, ложится…

– Островский, давайте вернемся к событиям этой ночи, – поправил теперь уже почему-то съёжившийся Полковник.

– Простите. – продолжил еж, – Так вот, думаю, быстрее собрать капусту и домой. Стал нанизывать капусту на иголки. Чувствую: не то. Я, такой, лапой по голове, по спине – а иголок-то нет!!! Только те, что поджал под себя остались. Я обезумел от ужаса охватившего меня и в панике бросился бежать! Куда? Не знаю. Но только очнулся уже перед вашим подвалом. Всё. – всхлипывая закончил еж.

Посидев еще немного, Фред и Полковник проводили бедолагу домой под старый пень, и убедившись, что он уже в своей норе, стали возвращаться. Удаляясь, они слышали, как ежик был обильно, можно сказать даже поэтично, осыпан отборной похвалой жены.

– Что думаете, Полковник? – спросил детектив Фред летучую мышь, когда они сидели уже в своей каморке, в подвале пятиэтажного дома.

Офицер целенаправленно свисал с потолка. Сложив руки на груди и покачиваясь, он думал.

Обычно врагов в ежиках интересует как раз всё кроме иголок, – Полковник, расправив крылья, приземлился на стул, достал свой блокнот, и стал что-то в нем писать. – Значит мы имеем дело с ограблением. Зачем кому-то понадобились иголки ежа? Какое-то темное дело.

Наутро светило солнце. Получив очередной рыбный завтрак, Фред пошел прогуляться по двору в надежде, что сможет заметить какие-то знаки, которые намекнут на разгадку вчерашнего происшествия. В палисадниках благоухали всё те же жасмин и ромашки, распускались пионы. Растянувшись на солнце, лежали всё те же собаки. И ничего! Ничего, что натолкнуло бы на мотив. Проходя вдоль зарослей винограда, он неожиданно увидел два нечетких следа от колес.

– Должно быть это след злополучной тележки с бочкой, – подумал детектив идя за ним – Ага, вот они идут по траве. Трава примялась и они хорошо различимы.

Фред почувствовал, как его сердце забилось в азарте. Он побежал. Но тут следы так же неожиданно заканчивались бетонным бордюром.

– Дальше тротуар, – задумчиво смотря впереди себя, думал наш сыщик. – Найти их невозможно. Привлечь собак? Опасно. Разбрешут всё. Если дойдет до бесхвостой Люси, всё разбрешит на три двора. Ее лунатизм давно не дает покоя по ночам. Всю ночь орёт все сплетни, услышанные за день, а на утро ничего не помнит. Разбрешут. Уйдет дело. Что же делать?

Об этом и думал Фред. Он решил быстрее разыскать Полковника. По пути он увидел старый тополиный пень, вокруг которого кружились сколии – большие черные осы с четырьмя желтыми пятнами. Рядом стояла робиния, вся покрывшаяся белыми гроздьями ароматных цветов. В ее корнях была маленькая норка. Там тоже жили два родных ежа, братья Игло́вы. Мелькнула мысль забежать к ним и спросить слышали ли они что-нибудь. Фред подошел к дереву и прислонившись, прислушался. Внутри слышалось шуршание. Оглядевшись по сторонам, кот тихо позвал. Шорох стих. Потом в глубине блеснули два зрачка.

– Колючие, это я, Фрэд. У вас все в порядке? Ничего странного не случилось? – шепотом спросил кот.

Каково же было изумление Фреда, когда свет озарил подошедшего к краю норы ежика. Он был лыс! Фред узнал у напуганных ежей, что этой ночью они выйдя на поиски пищи увидели у зарослей дикого винограда необычный бочонок с квашеной капустой. На бочонке было написано: «для друзей, ежиков». Доверчивый голод сделал свое дело, повторив историю лишь с незначительными деталями. Ежи проснулись под утро неподалеку от своей норы совершенно лысые.

– Так-так, – мчался во всю прыть Фред, – Три ежа. Иголок нет. Дело не случайное.