Стоящий на колеснице
Станислав Потапов

© Станислав Потапов, 2021

ISBN 978-5-0055-6875-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Оглавление

Часть первая. Лисий хвост

Часть вторая. Община

Часть третья. Ратаэштар (стоящий на колеснице)

Часть четвертая. Противостояние

Часть пятая. Кангхи

Часть шестая. Урочище Скальных зубьев

Часть седьмая. Под знаком быка

Словарь

Часть первая

Лисий хвост

1

– Эй, хвост! Вон ты где. – Парень окликнул мальчишку, с интересом рассматривавшего что-то под чахлым выцветшим кустом.

– Сам ты хвост. – Мальчуган огрызнулся больше для порядка, он не обиделся. Все его внимание было сосредоточено на возне осы и большого паука.

– Ты опять из колонны ушел, если кто узнает – всыпят так, что мало не покажется.

– А ну, их всех. Ты лучше посмотри, – Мальчишка с восторгом указал на насекомых. – Видишь паука огромного и эту осу? Она такая маленькая, а его победила. А паук этот мало того, что огромный, так он еще и ядовитый.

– Духота такая, воды нет, а ты букашкам удивляешься. – Не то с осуждением, не то с восхищением заметил парень. – Давай быстрее в голову колонны. Ты что думаешь, я просто так за тобой тут бегаю?

– Что старик зовет? – Теперь в голосе мальчишки почувствовался страх.

– Не называй его так, он Вождь племени, и, он еще не старый.

– А давай ты скажешь, что не нашел меня? Коготь, ну скажи, что пропал я, чего тебе стоит?

– В букашках ты здорово разбираешься, а в остальном – ничего не соображаешь, – возмутился Коготь. – Да с меня самого шкуру спустят. А потом, тебе чего боятся? Ты посвящение не проходил еще. И он сегодня в задумчивости. Думаю, что тебе сегодня не попадет. Наоборот, он еще тебя на колеснице прокатит. – Последняя фраза была сказана с явной завистью.

– Думаешь, опять мне придется направление выбирать?

– Похоже на то. Я слышал, что какие-то горы впереди показались. Ты уж выведи нас к воде, а то скоро все сгинем в этих холмах ужасных.

– Слушай, а там, в Бобровой стране, ну, откуда ушли мы, что, правда везде деревья?

– Правда. И знаешь, деревья там были другие, огромные – огромные.

Так за разговором Коготь и Лис подошли к колонне. Коготь остановил мальчишку и, развернув к себе лицом, внимательно осмотрел. Парню жалко было мальчугана, который всегда был один. Так уж получилось, что детей его возраста больше не было. Он первый ребенок, который родился и выжил во время этого вечного скитания. Он первый из рожденных во время этого похода, не умер. Поэтому были мальчишки лет на пять младше Лисенка и лет на пять старше, а такой вот, он получился один. А два года назад отряд его отца исчез. Вероятно, их всех убили демоны или враги. Вот и мучался пацаненок между старшими и младшими. Осматривать его Коготь стал не случайно. Чаще всего мальчишке доставалось от жреца и других за то, что он нарушал очень строгие правила в одежде. В его возрасте, до второго посвящения нельзя было носить пояс. Коготь, указав на веревку, намотанную поверх передника, посоветовал: «Лис убери».

– Не буду, я что маленький? Может мне вообще и передник убрать?

– Передник оставь, хотя нам в твоем возрасте и передники в такую погоду носить не разрешали. А пояс свой, если снимать не хочешь, то хотя бы спрячь под низ, чтобы никто не увидел.

– А вот это хорошая идея, спасибо. Коготь, а ты со мной к вождю пойдешь?

– Меня не звали, не могу я с тобой пойти. Да не бойся ты, ничего он тебе не сделает.

– Лапа не сделает, но там ведь и Змей этот будет.

– Тише ты, Коготь в страхе осмотрелся, не слышит ли кто их разговор. – Ты молчи лучше, если кто услышит, мы с тобой сами, как змеи ползать будем. Жрец за такие слова нам обоим и руки, и ноги поотрывает. Беги, давай, а то и Вождя против себя настроишь.

– Да он и так меня ненавидит.

– Глупый ты все-таки еще. Если бы ненавидел, то не звал бы и на колесницу рядом с собой не ставил. Беги, давай.

Лис побежал вперед. Измученные жарой и этим походом люди удивлялись неугомонному мальчугану. И как на него эта жара не действует?

Все устали. На небе не было ни облачка, стояла давящая жара. Колесничие, отправленные вперед, чтобы разведать маршрут, все никак не возвращались. Вождь посмотрел назад. Повозок почти не осталось, тонкой извилистой лентой меж холмов двигалось то, что осталось от некогда большого и сильного племени. Взгляд могучего воина, будто раздвинул не только эти холмы, но и само время. Пятнадцать лет назад, будучи в расцвете своей силы, он уводил из родных мест пятьдесят колесничих, почти сотню воинов и восемьдесят семейств…

Теперь от былой славы и могущества остались только усталость и обреченность. Из всего племени этот страшный поход – переселение пережило не более трети. Поэтому, приходись прятаться и избегать любых столкновений с теми племенами, которым повезло больше. Во всех трех ветвях осталось семь колесничих, и можно было набрать не более пятнадцати нормальных воинов. Остальные были либо уже стары, для войны, либо, наоборот, неопытные мальчишки по восемнадцать, двадцать лет. Раньше, Медвежья лапа, так звали вождя, любого врага вызвал бы на поединок, но, это раньше. Силы были уже не те. Сама смерть не пугала, но поражение вождя означало бы смерть племени. Все люди, которые ему верили, оказались бы лишены имен и вынуждены были бы влачить жалкое существование низших людей, на окраинах поселков живя в семьях победителей. Такого допустить вождь не мог. И люди молча, мучаясь от жажды и жары, ждали. Это ожидание явно затягивалось, но, отправленные в долину колесничие все никак не возвращались.

– Ты опять этого Лисеныша позвал? – Рядом остановил свою колесницу жрец.

– Этот мальчик наш талисман. Талисман жизни племени.

– То, что он остался жить, не значит, что с ним говорят духи и боги. Опять не будет воды, богам не нравится, что ты делаешь.

– Это не нравится тебе. А что можешь предложить ты, верховный жрец?

– Надо возродить те обычаи, при которых наш народ жил достойно.

– Приносить кровавые жертвы? Мы и так потеряли две трети людей. Это наши люди, наша кровь. Я не отдам ни одного человека.

– И потеряешь всех. Отдай мне одного и увидишь, боги проявят милость.

– Я стоящий на колеснице, мне не нужна милость. Мне нужны пастбища и вода, победы и радостный детский смех в моих поселках!

– Твои слова оскорбляют богов. Отдай мальчишку, пока еще есть возможность спасти наше племя.

– Это угроза? – Голос вождя не изменился, но опытный жрец почувствовал сомнения. Он рассчитал все верно. Ничего, не ответив вождю, жрец развернул колесницу и укатил в хвост колонны.

Вождь решил, что если мальчик укажет мертвое направление, то, возможно, его придется отдать жрецу. Власть этого страшного человека становилась сильнее с каждой новой неудачей племени. Если они не найдут воду, то скорее всего жрецу достанется две жертвы, мальчик и старый воин – Медвежья лапа и Лисий хвост будут намотаны на колесницу Змея. Но думать об этом не хотелось. Рядом с колесницей появилась испуганная физиономия Лисенка.

– Пить будешь? – Вождь протянул мальчику кожаную флягу. Мальчишка замотал головой. Воин все никак не мог понять, почему этот мальчуган так его боится? Хотя с другой стороны, Медвежью лапу боялись многие. – Из тебя получится хороший воин. Мы все лесные люди, плохо переносим эту жару, а ты получился другой. Ты уже человек степей. – Медвежья лапа убрал флягу. – Забирайся, проедем вперед, посмотрим.

Могучие кони потянули боевую колесницу вперед. За очередным холм, открылся вид на огромную равнину. У Лиса всегда захватывало дух от такого вида. Бескрайняя выжженная Солнцем степь заполнила все пространство мира. Где-то очень далеко едва проглядывала линия неведомых гор. Впереди, слева Лис увидел острые скалы, напоминавшие зубы чудовища. Эти скалы и холмы как-то странно и неестественно вздымались посреди равнины. Справа бесконечной цепью тянулись высокие холмы, иногда их склоны прорезали скалы или огромные каменные осыпи. Присмотревшись, Лис увидел, что за этими холмами, значительно дальше виднелись еще какие-то более высокие горы. Мальчик вспомнил легенды о таинственной стране гор – Хукарья. Почему-то Лис был уверен, что они, наконец, добрались до «Простора» из легенд и преданий.

Вождь с интересом наблюдал, как изменялось выражение мальчика, разглядывавшего эту бесконечную степь. На лице Лисенка стремительно проносились страх, задумчивость, восторг, мечтательность и многое другое. Мальчик действительно чувствовал этот простор степей по-особому. Сам Медвежья лапа рожденный в Бобровой стране лесов, эту степь не чувствовал. Он, скорее готов был сражаться с этой суровой природой, покорять ее, но не любить или чувствовать.

– Ну что пойдем дальше или здесь будем искать подходящее место? Как думаешь?

Лисенок понимал, чего от него добивается старик, но вид этой долины так его поразил, что он не знал и даже не думал сейчас о племени. Неожиданно взгляд остановился на возвышавшемся справа, совсем близко черном скалистом хребте. Очень захотелось туда попасть, посмотреть что там? Мальчик уверенно показал на черный хребет.

– Там точно вода есть и деревья. За этими горами можно остановиться. – Уверенно заявил мальчик, и вновь почему-то испугавшись, замолчал и даже как-то отодвинулся к правому поручню колесницы.

Вождь подумал, что это плохо. Такие черные хребты всегда являлись обителью демонов и всякого зла. Но с другой стороны, так же будут думать и остальные. Спрятав свои поселки в холмах, за этим хребтом, можно было избежать столкновений с другими племенами.

– А почему именно этот черный хребет? Он не кажется тебе страшным? – Спросил старик. Лисенку показалось, что суровый вождь действительно заинтересовался его мнением. Это было странно. Он – Вождь племени, такой сильный и грозный. И, вдруг спрашивает его, никому кроме матери и сестры ненужного мальчишку, «хвост», который всегда, везде и всем мешает. Немного задумавшись, Лис решил ответить как можно подробнее. Даже страх куда-то ушел. Неожиданно захотелось объяснить этому страшному старику все, что он сам почувствовал.

– Идти к тем далеким горам долго. И вообще они напомнили мне страшные рассказы о Великой Харе. Эти скалы и горы слева какие-то нехорошие. Когда я на них смотрю, мне кажется, что с каждого этого зуба на меня голодными красными глазами демон смотрит. И воды там, наверное, мало. А этот черный хребет, – Лисенок задумался, подбирая подходящие слова. – Он не страшный, а скорее таинственный, загадочный. Кажется, что он древнее самих легенд о «Просторе», Море Ворукаша и самой Хукарьи. Там что-то есть, но это не демоны, не люди. Это вообще не злое что-то. И там должна быть река. Не эти мелкие ручейки, а настоящая река. – Медвежья лапа улыбнулся при этих словах мальчика. Да Лисенок, рожденный в этих степях, никогда не видел настоящих рек. Рек, которые нельзя переплыть. Таких как Ранха или река Золотой Горы, на которой племя искало себе прибежище. Именно там, в столкновениях с горными племенами погибла большая часть воинов. Из-за холмов справа, поднимая пыль, показались колесницы. Хвала Митре, возвращались все. Никто не погиб. Серая стрела сообщил, что в ущельях справа есть вода, но она оказалась соленой. Вновь подъехал жрец.

– Я говорил, нужна жертва. Демоны отравили воду. Не будет нам даров Варуны. – Действительно как-то по-змеиному прошипел он и холодным взглядом посмотрел на колесничих.

Коротким жестом вождь отправил разведчиков поднимать людей. Остались только Вождь, жрец и Лисенок. Медвежья лапа посмотрел в переполненные страхом глаза мальчика. Лис понял, что этой жертвой должен стать именно он.

– Не бойся. Скажи, ты уверен? – Этот вопрос старик задал очень тихо, так чтобы жрец не смог расслышать.

– Там хорошая вода, – одними губами прошептал мальчик.

– Хорошо, на тебе детская команда. Через четверть часа выступаем. Беги скорее.

Ноги не слушались. Лис едва не свалился с высокой колесницы. Это было ужасно, чувствовать на себе ненавидящий взгляд самого могущественного и страшного в племени человека, этого жреца. Спотыкаясь, мальчишка убежал. Воин и жрец остались одни.

– Почему ты упрямишься?

– По тому, что ты боишься этого мальчика. По тому, что я сражался вместе с его отцом в десятках битв. Я воин и привык к смерти. Но перерезать горло связанной жертвы… такое я даже представить не могу. Ты же был воином, зачем тебе эта кровь?

– Мне кровь не нужна. Крови требуют боги. Рассвирепевшим вепрем Вэрэтрагнэ¹ не является, забыл он наше племя, не режет войска вражьего ряды. Обману не подвластный несущий возмездье Митра² и повелитель вод и слова верного Варуна³ отвернули от нас свои взоры. Ты доверяешь глупому мальчишке и не слышишь богов!

– На рассвете я жертвую черного быка, лучшего в моем стаде. – Медвежья лапа резко развернул колесницу и умчался, поднимая пыль.

Лис был в ярости, страх предстоящей смерти от ножа мерзкого жреца отошел на задний план. Злобный старик – вождь не позволил даже подняться на холм, чтобы заглянуть в ущелье черного хребта! Все племя расползлось по отдельным урочищам на притоках реки, которую нашел он, Лис, а не жрец и не стоящие на колесницах. А ему не позволили даже такую малость – посмотреть на такое загадочное ущелье и реку!

Место их общине досталось хорошее. Здесь были две рощи, много травы, отличный колодец и большой ручей, но все это не радовало. Лис твердо решил убежать. Так всем будет легче, и он не будет больше, как хвост, везде мешаться и от всех получать по шее. Сзади подошла и села рядом сестра.

– Ты чего такой угрюмый? Ты молодец Лись, ты нашел такое шикарное место для всего племени.

– Ну, их всех. Отсюда его даже не видно, – Лис с трудом сдерживал наворачивающиеся на глаза слезы.

– Кого не видно? – Не поняла Хумая.

– Я не это место вождю показывал, а хребет такой… – Лис так и не смог подобрать нужные слова. Он замолчал, чтобы не разреветься.

– Завтра мы с тобой туда сходим. Не переживай ты так. Уже поздно мама волнуется. Такой день тяжелый был, надо поесть и ложиться спать.

– Да не хочу я ничего. Но ты права, я только окунусь в ручей, умоюсь и приду.

– Возьми плащ уже прохладно, как искупаешься, вытрись. А хребет твой он теперь никуда от нас не денется. Я слышала, что Медвежья лапа решил – здесь отстраиваться будем, дальше не пойдем.

– Это хорошо.

Лис постепенно успокоился. И хотя раньше иногда они с сестрой даже дрались, за последний год все изменилось. Хумая, наверное, была единственным человеком, который его понимал. Она всегда умела успокоить, помогала принять верное решение, часто его защищала. Сестра была на четыре года старше, и на будущий год ей предстояло пройти посвящение. Иногда Лис думал, как все станет плохо, когда она уйдет в другую общину с мужем. Тогда он действительно останется один, даже поговорить будет не с кем.

Белая борода – очень старый дед, община которого тоже почти вся погибла, остался жить по соседству. Теперь получилась новая община, самая маленькая в племени всего из пяти человек. Старик жил с внучкой – почти ровесницей Хумаи, очень вредной девчонкой. Пока Борода с матерью размечали, где строить дома, Лис и Хумая пошли вверх по отщелку, что бы поднявшись на холмы посмотреть на черный хребет. Он оказался так близко! Но спуститься в ущелье им не разрешили. На ущелье наложили запрет! Жрец решил там создать святилище племени. Два дня Лис вообще ни с кем не разговаривал. Потом он сильно заболел. У мальчика был жар, он часто просыпался от кошмаров. Лиса преследовал один и тот же сон, как его связывают, и отвратительный жрец с хохотом подносит свой широкий нож к горлу.

Стало совсем холодно, и ночь поедала день, когда закончили строить дом. Это строительство вообще никогда бы не закончилось, если бы не помогли боевые друзья отца. Сегодня Лис был взволнован как никогда. От Когтя он узнал, что готовится посвящение. Самого Когтя ожидало посвящение воина, он становился взрослым. А Лис готовился пройти второй этап. Это позволит ему быть самостоятельнее, он будет считаться почти взрослым! Вообще по возрасту, проходить обряд Лису было рано, но он знал, что сможет выдержать все испытания и показать все, что умеет. В успехе мальчуган не сомневался. Лисенок был сильнее и знал больше, чем многие старшие мальчишки.

Раньше посвящение всегда проводили весной, когда зарождался новый цикл жизни. Но почему-то на этот раз все решили изменить. Но какая разница? Лис был счастлив пройти обряд на пол – года раньше! Самым трудным теперь было дождаться великого дня оповещения, когда каждому вручается приглашение – разрешение отправиться в Святилище. Скорее всего, это будет с появлением в вечернем небе Тиштри, самой яркой звезды. Это же надо пройти обряд посвящения под знаком своего рождения. Появление Тиштри – это как раз начало времени Лиса, под которым он родился!

Теперь все свободное время Лис тренировался. За свои знания он не беспокоился, но вот борьба и поединки с другими мальчишками могли оказаться трудным испытанием. Лис точно знал, что будет самым младшим. Всем остальным уже исполнилось двенадцать циклов, а ему еще и одиннадцать только будет. Больше всего мальчишка тренировался с копьем. Это была самая священная и дорогая вещь в его жизни. Это копье с настоящим бронзовым наконечником отец сделал специально для него, для Лиса. Для этого обряда. Отец был не просто могучим воином – колесничим, он был еще и лучшим мастером. Ни у кого во всем племени не было такого копья. Его наконечник не вставлялся в расщепленное древко, а надевался втулкой. Такие копья были только у колесничих! И это копье было заточено для боя, оно было настоящим боевым оружием, а не затупленной игрушкой с каменным наконечником. Мальчишки соседних поселков были намного старше, они часто дразнили Лиса и смеялись над тем, как он учил стрелять из лука и бросать копье шестилетних малявок. Но и мать и Борода его всегда поддерживали. Старик часто говорил, что, когда берешься учить других, сам учишься еще больше. Вообще Белая борода все время ворчал, но был добрым стариком. Он даже научил делать стрелы и сделал новый более тугой и дальнобойный лук специально для Лиса.

С холма мальчик увидел, как к их поселку подъезжает колесница. Это мог быть только «оповещающий участников обряда». Сжимая отцовское копье, мальчуган буквально слетел вниз. Он бежал так быстро, что даже не посмотрел на колесничего. Только у самого колеса подняв глаза Лис замер. Очень довольный жрец самым жизнерадостным голосом спросил: «А ты чего радуешься и носишься с копьем? Это не игрушка для детей. Тебе еще рано и обряд проходить и на оружие ты права не имеешь. Придется подождать еще год – другой». Лис хотел отодвинуть копье, чтобы не испачкать злобой мерзкого колдуна, но старик с невероятной скоростью и силой вырвал священную реликвию из рук мальчика и переломил о свой медный щиток на колене.

Лис ничего не видел и не слышал. Слезы закрыли глаза, ноги сами несли его. Куда бежать не имело значения. Он бежал от колдуна проклятого, от обиды, от своей бессильной ярости и беспомощности. Хотелось только умереть, что бы никто никогда не увидел этого позора и унижения. Упав, Лис долго лежал на уже холодной земле. А, поднявшись, он понял, что заблудился.

– Вот и хорошо, – сказал он вслух. – Я больше не вернусь в это злое племя. Я все равно там не нужен. И мерзкий колдун, змей проклятый не получит удовольствия перерезая мне горло. Размазав грязь по лицу, он пошел дальше, обходя какой-то очередной холм. Впереди послышались чьи-то голоса и Лис, побежал вверх по склону сопки. Он не стал останавливаться на вершине, его могли заметить. Даже не осмотревшись, Лис спрятался в логу. Немного отсидевшись и восстановив дыхание, он убедился, что его никто не заметил. Подождав еще какое-то время, мальчишка побежал вниз.

Только оказавшись на берегу речки, Лис понял, что теперь никогда не сможет вернуться. Он нарушил самый страшный запрет и оказался в священном ущелье. Наказание за такое преступление всегда было одно – смерть. Сжавшись в маленький комочек, и едва дыша от страха, он стал ждать, когда за ним придет страшный демон. Само святилище находилось где-то дальше по ущелью, но это уже не имело значения.

Демонов оказалось много. Они шли угрюмо и молча. Все сжимали копья. Лис зажмурился, ожидая смерти, но демоны прошли мимо. Они его не заметили. Они шли к тому логу, с которого он только что спустился. Поборов страх Лис посмотрел на демонов еще раз. Он едва смог подавить крик. Это были не демоны. Это были враги, подкрадывающиеся к поселкам его племени. Вот последний враг скрылся в глубоком логу. Они смогут пройти никем не замеченные и все племя погибнет. Это было страшно.

Какое-то время Лис сомневался. Он понимал, что если предупредит о нападении, то его все равно убьют. Или враги или свои. Но поступить иначе он не мог. Собравшись с силами, Лис побежал в ущелье. Он остановился у первой большой ивы. Собрав сухие ветки, он высек искру и разжег огонь. Быстро прочитав заговор Агни, мальчик набросал сверху зеленых веток. Вскоре вверх устремился черный дым Агни. Лис вспомнил, как отец рассказывал, что когда оповещают о нападении, то многократно прерывают столб дыма. Стянув с себя рубаху, Лис стал быстро накрывать и открывать свой сигнальный костер. Рубаха дымилась. Лис отчетливо слышал, как сзади бегут воины. Надо было убегать, спрятаться, но, он не мог. Судорожно сжимая дымящуюся рубаху, мальчишка продолжал прерывать этот черный столб дыма.

Кто-то сбил Лиса с ног. Упав лицом в сухие листья, он вдруг подумал, что это был последний огонь в его такой короткой и непутевой жизни.

– Оставь мальчишку. Сами прозевали, теперь ничего не изменишь.

– Ты прав. Надо уходить. Теперь нападение не имеет смысла. Их колесничие скоро будут здесь.

– А что с этим делать будем?

– Заберем с собой. Шустрый мальчишка пригодится.

Кто-то схватил Лиса и, взвалив на плечи, очень быстро побежал. Было больно и страшно. Куда его уносят и зачем, мальчик не знал. Но он понял, что оказался в полной власти врагов, и теперь действительно ни на какую помощь и защиту можно не рассчитывать.

Лиса усадили на повозку. Теперь все его существование заполнил холод. Уже вечерело, поднялся холодный ветер, а он остался только в переднике. Плащ Лис где-то потерял по дороге, а обгорелая рубаха осталась у костра. Лис сидел возле каких-то корзин и мешков. Вероятно, это были богатства, награбленные воинами этого враждебного племени. Кто-то накрыл Лиса чем-то большим и теплым. Накрывшись с головой, Лис согрелся и быстро уснул.

Этот страшный путь Лис не помнил. Он заболел. Его мучил кашель, становилось то холодно – то жарко, болела голова и все тело. Кто-то пытался его лечить, что-то вокруг происходило. Но все это было в холодном тумане, как в непонятном сне. Но этот плохой сон не заканчивался.

Лисий хвост выздоровел. Была уже поздняя осень. Теперь он жил в доме сурового дядьки, который был колесничим вражеского племени. Самого этого дядьку Лис видел редко. В основном его мучителем стала тетка – жена колесничего. В этом племени многие погибли, и как Лис понял из разговоров, людей из других племен поселяли в малочисленных общинах. Мальчики считались лучшим приобретением. Они могли пройти обряд посвящения и в дальнейшем стать воинами этого племени. Сама подобная мысль казалась такой глупостью, на какую способны только взрослые, забывшие, какими они были в детстве. Лис готов был умереть самой страшной смертью, но воевать за врагов он не станет. Но дядька, в доме которого он жил, был уверен, что все изменится. Эта глупость иногда даже смешила Лиса. Но, жизнь во вражеском племени была совсем не веселой, по крайней мере, Лису было не до смеха. Сколько раз он пытался бежать, но, его ловили прежде, чем удавалось выйти за территорию общинных угодий. И, главное, он совсем не представлял куда бежать? Даже если бы он мог вернуться в свое племя, то все равно не нашел бы дороги. Дважды Лису удавалось поговорить с такими же пленниками – поселенцами. Они тоже дороги не знали. Всех вели так, чтобы невозможно было увидеть и запомнить путь.

Все время приходилось работать. Лис и раньше всегда помогал, матери и сестре, но то была работа для мальчиков, работа будущего воина, а здесь, в чужой общине все превращалось в пытку. Его заставляли перетирать зерно, плести бесконечные корзины, перебирать всякую гниль, таскать бесконечный хворост. В полуземлянке всегда было холодно, тетка экономила каждую хворостинку. В очередной раз, не успев перетереть зерна в муку, Лис здорово получил от тетки. Толстая и неуклюжая на вид, она была очень сильной. Мальчишка пытался сопротивляться, но где там.

Лис сидел в дальнем самом холодном углу и думал, что еще придумает ненавистная тетка.

– Иди, ешь. А то помрешь с голоду, вон худой какой, одни кости.

– Я не хочу.

– А я не спрашиваю, хочешь или не хочешь, ешь, давай. – По выражению лица, Лис понял, что есть, все же придется, иначе она снова колотить начнет.

– Ешь нормально, завтра на охоту пойдешь, пора из лука стрелять учиться. Вернется Медноконный – так звали дядьку, – и возьмет с собой на охоту.

Глаза мальчишки вспыхнули, но вскоре погасли. На охоту Лис так и не пошел. Он твердо решил никогда не становиться своим в этом чужом племени, в этой ненавистной общине людей племени длинных ущелий. Утром Лис претворился, что подвернул ногу и на охоту не пошел. Наказание было хуже, чем ожидал мальчишка. Его опять заставили плести эти никому не нужные корзины. Лис ненавидел плести. Это монотонное занятие всегда настраивало его на размышления. Очень скоро он настолько погружался в печальные мысли, что тоска его буквально съедала. В такие моменты хотелось умереть, утопиться, сгореть. Все, что угодно.

– Эй, Лисеныш – змееныш, ты, что это такие дыры оставляешь? Всю зиму будешь мне корзины плести, пока не научишься делать правильно. – Тетка сразу заметила плохо уложенный прут. Но против ожидания, она не встала рядом и не раздавала подзатыльники за каждую ошибку. Она пригрозила, что спать не отпустит, пока он все не исправит, и ушла. Лис осмотрелся. Похоже, что все собрались у крайней полуземлянки. Вечер только начинался, и погода была не холодная. В углу на каменной софе лежал меховой плащ, за очагом стояло несколько корзин и горшков с едой. Плана побега никакого не было, но упускать такой случай казалось глупостью. Натянув мокасины и спрятав в большую корзину меховой плащ и сумку с едой, Лис выскользнул во двор. Пригнувшись, он спрятался за большим кустом. Было тихо. Все действительно собрались на другом конце поселка. Можно было бежать, но куда?

Мальчишка знал, что все ущелья вдоль этого длинного хребта являются святилищами и туда бежать нельзя. Там если не демоны, то кто-нибудь из жрецов точно убьет. Сам хребет был очень длинный и на выходе почти каждого ущелья был такой же поселок из трех – четырех домов. Оставалось бежать только через равнину к большим черным горам. Оценив расстояние на глаз, Лис решил, что до темноты успеет добежать до гор. А там можно будет спрятаться в ближайшем ущелье. Лис решил идти к самым далеким и большим горам Великой Хаары. Там он надеялся разыскать отца. Теперь, когда появился конкретный план действий, и главное – цель, Лисенок не сомневался. Выбросив корзину, он перекинул сумку через плечо, обвязал меховой плащ несколькими тесемками и побежал к черным горам.

Он остановился, только когда совсем выдохся. Оглянувшись, Лис обрадовался. Он убежал далеко, поселка вообще не было видно. Но, бросив взгляд на казавшиеся такими близкими горы, мальчишка помрачнел. Они совершенно не приблизились. Пристроившись за кустом, Лис достал котелок и с удовольствие навернул ту самую кашу, которая раньше вообще в горло не лезла. Лис вспомнил маму, сестру. Они умели готовить вкусно и вообще, та другая жизнь была настоящей сказкой. Эти мысли опять стали грызть душу, и быстро убрав котелок в сумку, Лис пошел дальше. Он решил все время двигаться, чтобы прогнать ужасные мысли и тоскливые воспоминания. И вообще стало холодно. Надо было идти, чтобы не замерзнуть.

Уже совсем стемнело. Сильно болела нога. Лис так и не понял, то ли он ее стукнул, то ли натер в этих слишком больших мокасинах. Только он пристроился, чтобы отдохнуть, как ночную степь сотрясло ужасающее рычание. Мама говорила, что так рычит тигр – этот самый ужасный степной хищник. Идти дальше Лис не смог. Страх просто не давал возможности шелохнуться. Присев за куст он ждал, когда страшный хищник уйдет. Но, рычание повторилось. И казалось, что теперь хищник подошел еще ближе. Повалившись на бок, мальчишка решил претвориться мертвым. Мышцы не слушались, а голова лихорадочно пыталась вспомнить какие-нибудь заклинания, отпугивающие хищников и ночных демонов. Но, ни одно заклинание вспомнить полностью, не получалось.

Лис почувствовал приближение демона. Демон появился в облике большого черного быка с огромными рогами. Остановившись напротив мальчика, он долго смотрел точно в глаза. Лис пытался отвести взгляд, крикнуть, махнуть рукой, но, так и не смог. Демон повернул голову в сторону гор и Лис услышал приближающийся гул. Такой страшный звук мог принадлежать только демонам смерти! Нарастающий грохот накрыл степь, демон – бык исчез. Лис подумал, что он уступил эту жертву более страшному демону – дракону. Закрыв, наконец, глаза он вжался в мерзлую землю. Со стороны могло показаться, что мальчик замерз и умер. Но Лис решил дать бой неведомому врагу кем бы он ни был. В руке он сжимал маленький, но очень острый нож, сделанный из белого камня.

На плечо опустилась чья-то очень сильная рука и Лис, все же смог побороть сковавший его страх. Резко развернувшись, он нанес удар своим ножом. Но, руку перехватили. Лиса кто-то оторвал от земли. Разглядеть ничего не удавалось, понять – тем более, и Лис просто повис в железных руках незнакомца. На ум неожиданно пришло невеселое сравнение: «Вот теперь я действительно вишу как лисий хвост».

Лиса вернули обратно в поселок к тетке. Как оказалось, демона спугнули воины, пригнавшие с осеннего пастбища коров на зиму. Теперь жизнь в поселке изменилась. В доме дядьки стало много людей. Приехал тот воин, что нашел Лиса в степи, его жена, еже две старые бабки, две девчонки и мальчишка, на два года старше Лиса.

С удивлением Лис заметил, что и к другим детям, здесь относились почти так же, как и к нему. Но вот это «почти» было очень обидным. Раньше, хоть иногда тетка его жалела. Теперь она боялась показать свою жалость перед детьми своей родни. С Лисом никто не хотел играть. Несколько раз он дрался с этим старшим мальчишкой, которого звали Перо. Вообще то, его имя было Совиное перо, но Лис звал мальчишку исключительно «Облезлым пером». И тот, постоянно устраивал мелкие пакости. Однажды он спрятал ночью всю одежду и Лис все утро не вылезал из-под старой шкуры. Тетка, узнав, в чем дело, наказывать Перо, не стала. Наоборот, она даже обрадовалась. Собрав одежду Лиса, она заявила, что так будет лучше.

– Мы пойдем в соседний поселок до вечера, а ты посиди в доме. А чтобы не убежал, одежду я с собой заберу.

– Хоть передник отдайте.

– Ничего, тебе по возрасту еще и так обходиться можно.

Пока все не ушли, Лис так и сидел под шкурой. В принципе тетка была права, в его возрасте многие в теплую погоду ничего не надевали. Но Лис вырос среди старших мальчишек и девчонок и уже года два нигде раздетым не появлялся. Когда все ушли, Лис вылез, разбил оставленный ему горшок с кашей и раздул угли в очаге. Вначале он вообще хотел все переломать в этом ненавистном доме, а сам дом поджечь. Но выскакивать во двор без одежды в такой холод не хотелось, да и сгореть в доме в планы мальчишки не входило. На этот раз он так разозлился, что решил все тщательно спланировать. Этот день Лис потратил на разработку предстоящего побега. Он внимательно просмотрел все запасы продуктов и понемногу отсыпал себе крупы и всего, что могло долго храниться. Свои запасы Лис спрятал, сделав небольшую нору за расшатанным камнем. Этот камень заметить было трудно. Так как он был возле столба, поддерживающего крышу. Щель между камнем и столбом была такая узкая, что взрослая рука пролезть не могла. Посмотрев на землю, оставшуюся на глиняном полу после рытья тайника, Лис решил убрать разбитый горшок и разбросанную за очагом кашу. Сверху он остатки каши замел этой землей. Тетка решит, что эту землю он наковырял, что бы она разбитый горшок не обнаружила. Тогда она не станет искать секретный погреб и ни о чем не догадается.

Кроме еды, Лис припрятал несколько ремешков и веревку. Для побега осталось найти хороший нож. Лис подумал, захватить лук Облезлого пера, но решил этого не делать. Вором он никогда не был. Да и такую пропажу мальчишка сразу заметит и поднимет тревогу. Вообще самым трудным было сбежать так, чтобы никто из детей его не заметил. Эти девчонки всегда крутились рядом и обо всем докладывали кому-нибудь из взрослых.

За этот день Лис так устал, что уснул раньше, чем все вернулись. Будить его не стали, вообще за детскую перегородку мальчиков, никто, кроме Облезлого пера заходить не стал. Утром Лису попало за разбитый горшок и кашу. Но наказали его не сильно. Дядька заставил тащить глину. Это оказалось очень нелегким делом. Но все труды были вознаграждены. Когда дядька разрешил отдохнуть, на половине пути до поселка, то неожиданно пошел на откровения. Он стал рассказывать Лису об ущелье – святилище своего рода. Дядька рассчитывал, что через год Лису придется проходить среднюю ступень посвящения. Он рассказывал о покровителях рода черной птицы, о демонах. Это было действительно интересно. Лис спросил о соседних святилищах, и дядька ответил. Он рассказал, что Большой хребет дальше к северу заканчивается и до того места есть еще три святилища.

Лис с трудом сдержался. О таком он и мечтать не мог. Теперь мальчишка точно знал, в каком направлении надо бежать! Лис решил убежать, когда пойдет сильный снег. В снегопад на ветру рассмотреть ничего невозможно. Тогда он сможет идти вдоль хребта не опасаясь, что его заметят в трех поселках, мимо которых предстояло пробраться. А там оставалось обогнуть хребет и уйти в бесконечные холмы. В этой огромной долине его никто не сможет найти. План заключался в том, чтобы пережить в какой-нибудь роще зиму, а весной отправиться к Хукарье. Там в великих горах собираются воины, потерявшие свои племена. Там Лисий Хвост рассчитывал найти отца. Главное, думал Лис, что бы снегопад был сильным и быстро уничтожал следы.

Чтобы не замерзнуть, Лис рассчитывал на ночь останавливаться в шалашах. Шалаши его научила делать сестра. Кремней и мха с сушеными грибами, для разведения огня Лис заготовил много, так, что замерзнуть он не боялся. Гораздо больше мальчишку пугали хищники и демоны. Часто Лис просыпался от кошмарного сна, ему снился этот черный бык – демон, который почему-то не убил его при их первой встрече. Не выходил из головы и подавляющий страхом рык тигра. Но, вспомнив о кошмарной жизни в чужой общине, Лис отбросил свои страхи. Решение было принято, побег состоится в первый сильный снегопад.

Подготовив свой побег, Лис сам удивлялся, как стала налаживаться жизнь. Он перестал вредничать и всему сопротивляться, даже с Облезлым пером больше не дрался. Тетка решила, что он, наконец, смирился с жизнью в их общине, и даже стала как-то лучше относиться к Лису. О том, что мальчишка, едва не погибнув, вновь решиться бежать – никто и не думал.

Лис пропустил уже два снегопада. Снег был слабым и сразу таял. Но мальчишка понимал, что дело не только в снеге. Было очень страшно. Зима полностью вступила в свои права. Темнело очень рано. Вечерами прямо к поселку подходили большие волчьи стаи. Часто волчий вой не давал уснуть всю ночь. Собственно волки охотились только в первой половине ночи, но, услышав их, Лис уснуть уже не мог. Он все время представлял, как будет проводить ночи один в маленьком шалаше. Даже здесь за каменными стенами было страшно. Лис понимал, что надо подговорить к побегу еще кого-нибудь. В соседних поселках было несколько пленников, но сам Лис ни разу никого из них не видел.

Наступило время небесного Лиса, на небе все выше и выше поднималась самая яркая звезда Тиштри⁴. Начались зимние праздники. В этот день пошел долгожданный снегопад. Никто не работал, все играли между ручьем и крайней полуземлянкой. Тетка обрадовалась, когда, взяв меховой плащ, Лис пошел играть вместе со всеми. Но Лис незаметно вернулся. Он уже стал замерзать, дожидаясь, пока тетка выйдет из жилища. Наконец, она вылезла, и пошла звать детей. Лис, забежав в жилище, быстро вытащил камень. Все свои запасы он сложил в сумку и выбежал во двор. Рядом никого не было, снег повалил еще сильнее. Крайней полуземлянки из-за падающих белых лохмотьев снега Лис не увидел. Было страшно. Он хотел вернуться, но услышал крики тетки. Она опять кого-то ругала. Бросив последний взгляд на жилище, Лис побежал по хорошо утоптанной тропе. Оглянувшись, он увидел, что снег больше не таит. Снег быстро покрывал все вокруг удивительным белым ковром. Посмотрев на свои следы, мальчишка испугался. По следам его быстро найдут. Но пока он стоял, следы уже исчезли под все возрастающим слоем снега. Успокоившись, он пошел дальше.

Первый поселок оказался близко. Лис шел не более получаса. Он вообще прошел бы мимо и не заметил полуземлянок, если бы не дым от очагов и не веселый громкий смех. От этого смеха стало тоскливо. Лисенок вспомнил, как они бесились вместе с сестрой, а Борода все ворчал и что-то говорил маме. Тогда сам Лис смеялся так же радостно и громко. Но, теперь он больше не смеялся. Сомнения и страхи вновь стали врываться в душу. Вокруг было удивительно тихо, Лис отчетливо слышал невероятный шуршащий звук падающего снега. Неожиданно, он увидел впереди человека. Присмотревшись, Лис разглядел, что это был мальчишка, немного старше. Подобная встреча не обещала ничего хорошего. Лучше бы попался кто-нибудь из взрослых. Взрослого можно было бы легко перехитрить, или просто убежать. А со старшими мальчишками лучше не связываться. Но прятаться или убегать было поздно. Незнакомец заметил Лиса и остановился, поджидая.

Подойдя ближе, Лис успокоился. Этот парень старше был не на много, а главное он был таким же пленником, как и сам Лисий хвост.

– Ты кто? – Удивленно и со страхом рассматривая Лиса, спросил незнакомец.

– Лисий хвост, такой же пленник, как и ты.

– А с чего ты взял, что я пленник? На мне что знак какой-то нарисован? – Мальчишка стал злиться, и это было плохо.

– Не знаю. Просто чувствуется, что ты здесь чужой. И боишься всего, как и я. И еще, никто из своих, под таким снегом прятаться не стал бы.

– Подожди, ты назвался Лисий хвост? – Лис кивнул. – Значит ты из племени Медвежьей лапы?

– Да.

– Меня Ворон зовут, я тоже из племени Лапы. А правду говорят, что тебя сам вождь на колеснице катал и, что ты дорогу указывал во время переселения?

– Катал, – усмехнулся Лис. – Так провезет шагов триста. Но, направление, я и вправду выбирал несколько раз.

– А ты куда идешь?

– Ворон, что ты меня обо всем расспрашиваешь? Сам ты куда идешь? Ты же не говоришь?

– От тебя нет смысла таиться. Я к сестре иду. Нас вдвоем захватили эти уроды. И за эти полгода мы только два раза виделись. Представляешь, она в соседнем поселке. Всего час ходу, а меня не пускают.

– Они специально нам встречаться не дают, что бы мы свои общины забыли и в их род вступили.

– Не пугай меня. Тебе хорошо, до посвящения еще года два, а меня весной посвятят. И тогда я уже никогда вернуться не смогу.

– А я уже вернуться не могу. Ладно, пока нам по пути, пойдем вместе, только давай быстрее. Мне далеко идти, да и могут заметить.

– А куда тебе надо? – Поинтересовался Ворон. Он был рад поговорить со своим соплеменником, да еще с таким знаменитым.

– Пока в холмы за хребтом, а потом видно будет.

– Ты что зимой, да в такую погоду бежать надумал? – От возмущения Ворон даже остановился и в упор посмотрел на странного мальчишку.

– В хорошую погоду, сразу поймают. Я уже много раз пробовал. Слушай, а давай и ты со мной, все же вдвоем веселее и безопаснее?

– Не знаю. У меня ведь сестра еще, а у нее подружка есть. Как я без них убегу?

– Ну, ты поговори с сестрой, я подожду. Если решитесь бежать, я буду ждать, пока вы соберетесь.

– Слушай, а ведь эта подружка сестры путь домой знает!

– Откуда она может знать, если воины всем глаза закрывают, или в телегах прячут?

– Понимаешь, ее недавно захватили, и там мальчишка болел. Вот она за ним ухаживала и весь путь запомнила.

– Это я был.

– В каком смысле ты?

– Ну, это я болел, она меня лечила.

– Ничего себе, – удивился Ворон. – Тогда пока мы с сестрой будем советоваться, я Дану к тебе отправлю. Она все переживала, что с тобой стало? И за одно расскажет, как обратно добраться. И вот еще что. Не знаю, почему тебе возвращаться нельзя, но если кто-нибудь живой в твоей общине остался, то хоть скрытно проберись и посоветуйся, как быть?

– Из моей общины все живы. Вообще я одни попался. Змей копье отцовское сломал, ну я и побежал куда попало. И, в общем, главный запрет святилища я нарушил.

– Не может быть. – Удивился Ворон. Тебя бы демон поразил сразу.

– Не успел он. Я долго думал, почему он меня не тронул? И знаешь Ворон, наверное, по тому, что я священный огонь Агни сразу разжег.

– Значит, ты сигнальным костром всех предупредил, а сам попался?

– Да. И главное все в племени из-за этого дыма знают, что я главный запрет нарушил.

– Это плохо. Но все же ты посоветуйся с кем-нибудь из своей общины, кому доверяешь.

– Не знаю, подумаю.

Порыв ветра донес чьи-то голоса и запах дыма. Мальчишки остановились. Всматриваясь куда-то за белую стену падающего снега, Ворон сообщил, что в этом поселке живет сестра. Лис сжал руку Ворона. Наверное, впервые он встретил друга. Отбросив какие-то сомнения, Лис тихо сказал: «Если надумаете бежать со мной, то пойдем к угодьям нашего племени, а если нет – то буду зимовать в холмах. Ворон, ты в любом случае приходи сюда. Хоть попрощаемся если что». Ворон обещал скоро вернуться и исчез за белой пеленой.

Ворон не обманул. Только Лис стал замерзать, как услышал свист. Вначале он здорово испугался, но, прислушавшись, узнал песню воинов своего племени. Лис ответил. И вскоре на свист пришел Ворон.

«Девчонки сейчас в сарае. Все празднуют и туда никто не зайдет. Пойдем, спрячемся там. Согреешься немного, и поговорим в спокойной обстановке», – Предложил Ворон.

– Ничего себе «спокойная обстановка» в сарае чужого поселка, – возмутился Лис.

– Да не бойся. В прошлый раз мы там с сестрой весь день просидели, никто так нас и не нашел. Меня заметили только на тропе, когда я уже возвращался.

Немного подумав, Лис согласился. Он действительно замерз. Да и надеялся убедить Ворона и девчонок бежать вместе. Все же одному было очень страшно. Лис не мог забыть черного быка – демона и рев тигра в ночной степи.

В сарае, пристроенном к заброшенной полуземлянке, было теплее. Девчонки уже ждали, когда Ворон Лиса приведет. Глаза еще не успели привыкнуть к полумраку, но Лис сразу понял кто сестра Ворона, а кто Дана. С девчонками, кроме сестры конечно, Лис почти не общался, поэтому даже и не знал, что говорить и вообще, как себя вести?

– Так значит, тебя Лис зовут? А то я пыталась спрашивать, но ты не говорил ничего. Я так боялась, что ты умрешь.

– Не, я живучий. Видишь, не умер еще. Я предлагаю бежать всем вместе.

– Мы хотели весной убежать, перед обрядом посвящения.

– Не получится. По теплу скот из поселков повсюду выпасать будут, сразу заметят и поймают. Бежать надо, когда никто об этом не думает. А сегодня снег, вон какой, никаких следов, все заметает и не видно ничего.

– Замерзнем или волки сожрут, – возразил Ворон.

– Пусть меня сожрут волки, но здесь, я не останусь. – Лис посмотрел на девчонок и Ворона. – Только решайте быстрее, надо до ночи обогнуть этот хребет и убежище найти. Замерзнуть насмерть я не хочу.

– Меня с собой возьмешь? – Дана, решительно встала, и подошла к Лису. – Лис возьми, не могу я здесь оставаться. – Выражение девчонки так изменилось, Лису показалось, что она вообще сейчас разревется.

– Возьму. Только надо раздобыть плащ меховой и вообще, лучше мальчишкой переодеться. Так будет безопаснее. Здесь можно у кого-нибудь одежду стащить?

– Можно. Только ты не уходи, я быстро, – Дана повеселела, ее настроение разительно переменилось.

– Ты что одна уйдешь, без меня? – Удивилась и даже, наверное, испугалась Ваэта.

– Я убегу с Лисом в любом случае. Ты сама знаешь, что мне нельзя больше здесь оставаться. Он все равно меня достанет.

– Ворон, а ты что скажешь? Вместе у нас больше шансов.

– Тогда уходим все. Лис – ты не против?

– Одному спрятаться, конечно, легче было бы, но выживать по ночам вместе нам будет легче. Ворон, пока девчонки будут одежду добывать, ты попробуй найти какую-нибудь еду. Того, что я набрал, нам на два дня хватит, не больше. И давайте быстрее, пока снег не кончился. А то нас по следам быстро найдут. И, думаю, за такой совместный побег наказание будет серьезное.

Лис остался одни. Где-то слышались голоса, но близко к этому сараю никто не подходил. Стало страшно. А что если его выдадут? Что если поймают здесь в чужом поселке, да еще узнают, что он всех подговорил на это бегство? Плетеный щит, загораживающий спуск в этот сарай, открылся, и показалась физиономия незнакомого мальчишки. Лис сжал кулак, но вместо драки, рассмеялся. Это девчонки пришли. Они напялили мальчишеские рубахи и передники, обвязались меховыми плащами и прически изменили. Узнать, что это девчонки было невозможно. Ворон уже ждал их на тропе. Бросив последний взгляд на это поселение враждебного племени, вся компания двинулась на север. Тропу замело, сам хребет, тянувшийся справа всего в трех сотнях шагов, видно не было из-за снегопада. Никто точно не знал, где находится последнее поселение, поэтому Лис предложил держаться дальше от хребта. Он боялся, что их могут заметить из этого последнего поселения. Уж слишком все хорошо складывалось. Лис потребовал, что бы все прекратили разговаривать и вели себя тихо.

– Они, как только заметят, что мы исчезли, обязательно кого-нибудь отправят за нами. Мы должны услышать погоню раньше, чем они нас заметят. – Пояснил Лис, отвечая на удивленные взгляды девчонок.

Дальше все шли молча. Погони никакой не было. Уже темнело, когда снег прекратился. Стало холодно. Ворон, который шел первым обо что-то стукнулся и исчез в сугробе. Девчонки замерли. Лис, схватив каменный ножик, сам прыгнул в сугроб. Оказалось, что мальчишки свалились в заброшенную полуземлянку с полуразрушенным дромосом⁵. Несмотря на то, что половины столбов не было, сама крыша еще держалась. Решили переночевать в этом заброшенном жилище. Это было нехорошее, опасное место. В покинутых домах часто обитали демоны, могли появиться души умерших хозяев, и вообще было просто страшно. Но оставаться в открытой степи ночью, в такой мороз было еще хуже. С большим трудом Лис уговорил девчонок спуститься. Ваэта вообще согласилась остаться в этом жилище только после того, как Лис сообщил, что знает специальные заговоры против демонов и духов брошенных жилищ. Таких заговоров, он, конечно, не знал. Да и вообще, их, наверное, не было. Просто Лису очень не хотелось мерзнуть снаружи на снегу. Здесь, по крайней мере, было сухо.

Общими усилиями раскололи один из упавших столбов. Почти два часа возились с проклятым бревном. Но эти труды были вознаграждены, когда в центре этого страшного дома запылали искорки маленького костерка. Лис коротко поблагодарил Митру и Агни за тепло и свет. Потом он еще что-то наплел про грозного бога войны Индру, который отпугивает духов, и все успокоились. Перекусив и просушив одежду, улеглись спать вокруг маленького очажка. Лисий хвост никак не мог уснуть. Он все как бы заново проживал этот такой длинный и странный день. Столько событий, перемен настроения, переживаний страхов! Только Лис стал засыпать, как его поразила страшная мысль. Что бы успокоить девчонок, он выдумал несуществующее заклинание и еще упомянул Митру, Индру и Агни! Боги вряд ли оставят такое вольное к ним обращение безнаказанным. Стало не по себе. Лис поднялся и, подбросив щепок, раздул угли. Так он почти до утра жег костерок и просил прощения у Агни. Только Лис уснул, как поднялся Ворон. Лис хотел что-то сказать, но провалился в сон.

– Смотри сколько углей, он что, всю ночь не спал и огонь поддерживал?

– И откуда столько силы? Он ведь младше нас, наверное, ровесник Даны.

– Тише вы, чего расшумелись? Пусть хоть утром поспит.

– Нам уходить надо, – возразил Ворон. – Все равно придется будить.

– Пусть хоть час поспит, так Лис все равно идти не сможет.

– Никто не сможет, Лис выглянул из-под шкуры. – Снег еще ночью закончился, теперь если мы вылезем, то следы оставим. Так, что будем здесь отсиживаться, как в норе. Воины будут следы искать, а к нам, надеюсь, не сунутся, вокруг свежих следов нет. Только огонь больше не разводите. Днем дым нас выдаст.

– И откуда Лис ты все знаешь? Я точно первым делом взялся бы огонь разводить и попался бы сразу. – Удивился хитрости друга Ворон.

– Не знаю, наверное, это по тому, что я под звездным знаком Лиса родился. – Едва закончив последние слова, мальчишка снова уснул.

Ворон уже собирался будить Лиса, когда тот сам проснулся.

– Что будем делать, снег больше не идет и не таит? Наши следы будет отлично видно еще долго.

– Придумаем что-нибудь, не переживай Ваэта. – Лис выспался, и настроение было хорошее. Если духи его не убили, то значит, боги не обиделись на придуманное им заклятие. – Я вылезу, осмотрюсь немного.

Лис ничего не понимал. Где вообще они оказались? По его расчетам, где-то здесь должен был заканчиваться этот проклятый хребет длинных ущелий. Но его вообще не было. Вместо хребта виднелись отдельные скалы и высокая пологая сопка. Снег из—за холода был мягкий. По такому, не оставляя следов не пройдешь. Надо было что-то придумать. Лис почувствовал ответственность за их необычную компанию, в которой, кстати, он оказался самым младшим. Но, именно он подговорил всех бежать.

Спустившись в жилище, Лис предложил уйти по южному склону сопки. Там снег быстро растает, и наши следы никто не увидит, – пояснил свою идею мальчишка, дожевывая оставленную специально для него ячменную лепешку.

Других предложений не поступило, и быстро собрав вещи, все вслед за Лисом стали подниматься по склону. Неожиданно Дана, схватила Лиса за руку. Она указала куда-то вниз. Проследив за взглядом девчонки, Лис рухнул на землю. Их искали! Несколько мужчин с копьями и луками шли в сторону этой сопки. Лис не понял, где они оказались. Это направление он выбрал только исходя из того, что уже завтра их следы исчезнут. Лисий хвост не подумал, что на заснеженном склоне их самих будет отлично видно! Теперь пришлось притаиться и, замирая от страха следить за приближением вражеских воинов. Стало очень холодно. К счастью, враги прошли мимо. У подножья сопки они повернули на восток. Следы возле заброшенного жилища и у сопки они не заметили.

Опытные воины просто и предположить не могли, что у кого-то хватит глупости скрываться на отлично просматриваемом заснеженном холме. Да и бежать в том направлении не имело смысла. Дети могли убежать или на запад в сторону большой долины и страшного перевала, или на восток, в холмы. Там в многочисленных маленьких рощах легко можно было спрятаться.

Лиса всего трясло. Подняться он не смог. Мальчишка и сам не понимал, от чего вдруг так ослаб – от холода, или от страха? Ворон с трудом выдернул его из снега и, отряхнув, поставил на ноги.

– Ты чего дрожишь весь? Не раскисай. Они, – кивок вниз, – ушли. Сейчас вверх пробежимся и согреемся. Ты смотри не замерзай так, мне на тебя даже смотреть холодно. – Лис ничего не ответил. Держась за руку Ворона, он, с трудом переставляя ноги, пошел наверх. Этот ужасный подъем. Казался бесконечным. Когда, наконец, поднявшись, Лис повалился на спину, Ворон накрыл его своим меховым плащом.

– Не надо, сам замерзнешь. – Лис попытался стянуть с себя тяжелый мех.

– Отдохни немного и отогрейся, а мы с Ваэтой под одним плащом пока погреемся.

Лис почувствовал, что засыпает. Но Ворон ни поспать, ни отдохнуть не дал. Он понимал, что так Лисенок просто замерзнет. Надо было спуститься с вершины холма и хотя бы от ветра спрятаться. Едва ли не силой, мальчишка поднял Лиса и погнал вниз на северный склон. Там он заметил небольшой лог и заросли кустарника, в которых можно было спрятаться и от ветра, и от врагов.

Несмотря на ужасное самочувствие Лис немного осмотрелся. Указав на скалистый кряж Дане, он спросил: «Нас везли мимо этого кряжа»?

– Не знаю, тогда еще осень была, все по-другому выглядело. Но вообще, похоже. Во всяком случае, я точно помню, что эти большие горы все время были видны спереди. – Дана, указала рукой на длинную цепь тех самых гор, в которые Лис пытался убежать в прошлый раз.

– Тогда спускаемся, как Ворон предлагает, нам все равно в ту сторону идти надо.

– Сам спуститься можешь, или давай я помогу? – Предложил Ворон.

– Идти, наверное, не смогу, но есть другой способ. – Прежде, чем остальные успели сообразить, Лис уволившись на спину, поднял ноги и, прижав меховой плащ, покатился вниз по крутому склону.

Удивительно, но мальчишка так и не налетел ни на один скальный уступ. Лис благополучно свалился в лог и, вылезая из-под плаща, с восхищением посмотрел наверх. Такой спуск пешком занял бы не меньше часа. Ворон последовал примеру друга, а девчонки попытались идти пешком. Но и у них ничего не вышло. Вначале Дана, а следом и Ваэта поскользнувшись, заскользили, догоняя Ворона. Вскоре, все, благополучно спустившись, присоединились к Лису. Приведя в порядок заметно потрепанную одежду, решили идти дальше, вдоль скалистого кряжа. Все уже выбрались из лога, когда, остановив Ворона. Лис как-то странно, печально посмотрел на друга.

– Простите, зря я вас в это втянул.

– Это ты о чем Лис? – Не понял Ворон.

– Я знал, что можно замерзнуть в этих диких степях или попасть на ужин волкам. И я, ну, в общем, готов был к такому.

– Ты что Лис, думаешь, ты один предпочитаешь замерзнуть насмерть жизни в племени врагов? Мы сами на это пошли. Оставаться в плену никто из нас не хотел. Так, что глупости эти из головы выбрось и показывай, куда нам теперь выбираться.

Лис задумался. С одной стороны, нужно было идти вдоль восточных склонов кряжа, чтобы выйти на угодья своего племени, но что-то подсказывало, что этот путь может оказаться смертельным. Сейчас он Лис как никогда чувствовал, что главным их врагом стал холод. Даже просто пережить ночь в такую погоду становилось почти невозможно. Взгляд мальчишки остановился на большой ясеневой роще и в голове сразу зародился невероятный план.

– Мы не пойдем сразу к этому кряжу. Там замерзнем, да и воины длинных ущелий нас сразу найдут. Пойдем к той роще ясеневой. Там и от врагов спрячемся и ночлег устроим.

– Но так мы домой не вернемся, – забеспокоилась Ваэта.

– Не волнуйся, я помню, что обещал. – Лис в этот момент казался каким-то действительно особенным. Вообще, когда он говорил так серьезно, то казался еще младше. Но при этом создавалось впечатление, будто за ним стоит кто-то большой и мудрый. Ваэту сильно задевало, что Лис – самый младший в их компании, сразу выбился в лидеры. Ворон, ее брат был и старше, и сильнее и опытнее, но почему-то незаметно попал под влияние этого хитрого Лисенка. Она хотела возмутиться, но опять промолчала. Включилась какая-то особенная чисто женская интуиция. Девчушка, вдруг, сама поверила, что этот странный мальчишка выведет их из этого холодного и мрачного мира. Может в этом бледном и слабом Лисенке, и правда была особая сила, а может, просто Ваэте очень хотелось верить, что они все же вернуться домой. Так или иначе, но и Ваэта согласилась идти в эту рощу.

Несмотря на то, что Лис шел медленно и тяжело, до рощи добрались еще засветло. Пока сооружали шалаш, вновь пошел снег. Стало немного теплее. Шалаш получился ужасный. Это летом, зеленые ветки закрывали все щели. А сейчас, толку от шалаша было не много. Если бы была большая шкура или войлок, можно было бы прогреть эту конструкцию из одних дырок. А так тепло огня все уходило мимо. Лис совсем выбился из сил, но ложиться возле огня, неугомонный мальчуган отказался.

– Лучше помогите мне расчистить квадратную площадку вот здесь, между этими тремя деревьями.

– Лис ты что задумал? Зачем расчищать квадрат? – Удивилась Ваэта.

– Хочу просить Митру и Сурью⁶ о защите от холода. – Понижая голос до шепота, ответил Лис.

– Ты что! – Ворон даже сам побледнел. – Никто из нас и посвящения второй ступени не прошел, а просить богов может либо жрец, либо стоящий на колеснице, посвященный воин. Тебя или демоны разорвут на части, или сами боги сожгут!

– Не верю я, что боги такие злые. Не сожгут. А если все правильно сделать, то и демонов ужасных Агни не подпустит. И потом, ты сам видишь, заболел я. Если теплее не станет, то все равно протяну еще один – два дня, не больше.

– А откуда ты нужные гимны узнаешь? – Скорее с восхищением, чем с сомнением спросила Дана.

– Гимны я хорошо запомнил, их сестра моя учила. Когда меня захватили, она как раз к посвящению третей, последней ступени готовилась.

– А зачем она гимны учила, если девчонки к богам все равно не обращаются? Только мужчины могут жертвы приносить и богов просить, – удивился Ворон.

– Это ты так думаешь, усмехнулся Лис. Когда воинов нет, то все нужные общине обряды женщины совершают. Отец исчез два года назад, и мама не один раз жертвы приносила.

– А отец у тебя колесничий? – Лис очень обрадовался, что Дана, не сказала «был», как это делали почти все. Наверное, кроме мамы и самого Лиса больше никто уже не верил, в то, что Неукротимый – так звали отца, еще жив и обязательно вернется.

– Да, у него свое копье⁷, – с гордостью ответил Лис.

– Странно, все мы, кто попался в плен, из семей колесничих. Эти из длинных ущелий, – Ваэта бросила ненавистный взгляд в сторону угодий племени, – не захватили ни одного из простых общинников.

– В этом как раз ничего странного, – Ворон печально посмотрел на сестру. – Колесничие – главные защитники и селятся на самых опасных направлениях. А, кроме того, вспомни, часто отец дома бывает? Он ведь все время охраняет территорию племени. А эти трусы боятся с мужчинами воевать, даже с простыми общинниками. Они вон, колесничих ложным нападением отвлекли и ограбили все их семьи, которые и защитить было некому.

– Нет, я замуж за колесничего не пойду. Не хочу, чтобы мои дети вот так же в плен угодили.

– Тебе хорошо говорить, у нас и коровы и лошади есть, и ячменя много всегда было. А у общинников всего мало. Мы ведь на окраине жили еще и по тому, что стадо большое. Ему много травы надо, на внутренних территориях племени, такое стадо не прокормишь.

На этом разговор прекратился. Все стали помогать Лису расчищать от снега и камней площадку для жертвоприношения. Закончив приготовления, Лис заставил всех спрятаться в шалаш. Вокруг шалаша он прочертил палкой линию, чтобы злые духи или демоны, если они появятся, не убили друзей. Очень долго не получалось разжечь этот огонь. Лис уже решил, что боги специально не позволяют ему совершить обряд. Он продолжал высекать искры скорее из упрямства, чем с надеждой на успех. Но, неожиданно, огонь все же вспыхнул. Обойдя свою площадку, мальчишка обратился к каждой стороне света, затем на углы плеснул воды, чтобы не обидеть Варуну. Тщательно очистив руки снегом и встав лицом к Югу, он начал петь гимн.

Сердце Даны, сжалось от страха. Лис пел ужасно. Успокаивало только то, что все слова он действительно произносил очень уверенно. Дана и не предполагала, что Лисенок пропускал не только отдельные, трудные для него слова, но и большие части священных текстов. Когда настал момент принести жертву, Лис остановился. У него не было ни быка, ни даже ягненка. Подняв лицо к небу, он торжественно, как опытный воин произнес: «Своего первого быка я жертвую вам – божества Солнца, огня и света. Сейчас примите это зерно – плод высших богов неба, воды, огня и земли». Лис бросил в огонь несколько зерен. Друзья с беспокойством ожидали, что произойдет. Но, ничего не происходило. Мальчишка просто стоял и смотрел куда-то в даль. Создавалось впечатление, что его дух где-то далеко – далеко. Неожиданно он начал с кем-то разговаривать. Разобрать слова было невозможно, от страха и волнения, Лисенок говорил очень неразборчиво. Наконец, он устало опустился и сел рядом с магическим квадратом земли. Снегопад прекратился.

– Можете выходить, за это святотатство демоны нас уже не тронут. – Лис повернул к друзьям свое ставшее еще бледнее лицо и широко улыбнулся. – Пронесло на этот раз.

– С кем ты говорил?

– Ты что демона видел?

– Почему ты решил, что они нас не тронут? – Посыпались вопросы.

– Не, – Лис замотал головой, – приходил не демон, а кто-то другой, хороший. Он удивился, как я осмелился проводить обряд. Но все же простил. И Агни доставил нашу просьбу и жертву Митре и Сурье.

– А кто это был, может сами Ашвины⁸?

– Вряд ли. Не знаю я, кто это был. Может кто-то из древних героев, может еще кто? Главное, что мы все еще целы.

Ночь прошла кошмарно. Все, укутавшись в шкуры, теснились в маленьком шалаше, пытаясь согреться. Не просыпался ни разу только Лис, остальные, просыпаясь от холода, раздували угли и подбрасывали ветки в маленький костерок. С первыми лучами Солнца ребята вылезли из шалаша. Стало заметно теплее и стих этот ужасный ветер, который пробирал до самых косточек. Снег стал жестким и мокрым, на южных склонах он вообще почти весь растаял. Чтобы не оставлять следов решили идти по южному склону вдоль подошвы.

За пол дня они прошли раза в три больше, чем за два предыдущих дня. После полудня устроили привал под большой темной скалой. Темные камни прогрелись на солнце, и здесь было теплее. Настроение, несмотря на усталость, было приподнятое. Еще бы, им удалось скрыться от вражеских воинов и, эту ночь в открытой дикой степи они пережили. А теперь стало теплее, и угроза смерти от холода отступила. Но все же следовало подумать о предстоящей ночи. Лис осмотрелся. Снега почти не осталось, но на равнине поднялся сильный ветер, там было холодно. Найти удобное место для ночлега на склоне было трудно. Все согласились с Лисом и решили идти вдоль склона, пока не удастся найти подходящее место для ночевки. Неожиданно Лис остановился: «Смотрите, что это там впереди? Похоже на крупное животное».

– Назад, все за скалу! – Ворон схватил за руку Лисенка. – Это крупный хищник.

– Может, он нас не заметил?

– Это что волк?

– Нет, не волк, – Лис прижался спиной к скале. Такой испуг на лице отважного мальчугана друзья видели впервые. Ответом на слова мальчишки стало леденящее душу рычание тигра.

– Мы пропали, здесь даже дров не осталось, чтобы огнем Агни от него защитится. – Ворон ясно увидел огромного тигра, который, как бы показывая свою силу, развернулся всем своим хищным телом на уступе скалы. Теперь его грациозная фигура отлично выделялась на фоне неба.

– Отец говорил, что тигр очень сильный хищник и демоны никогда не являются в его облике. Так, что попробуем его перехитрить. – Лисенок выглянул из-за скалы и посмотрел на страшного хищника. – Эх, жаль, оружия у нас нет никакого, вчетвером могли бы и отбиться.

– Что делать будем? – Дана, вся сжалась, она почти слилась с серым камнем. Сколько она слышала ужасных историй от деда о том, как тигры убивали не то что общинников, а даже колесничих!

– Постараемся сделать так, чтобы он на нас не напал. Другого ничего не остается. – С лица мальчишки исчез страх. Было видно, что в его голове рождаются какие-то грандиозные идеи.

– Ну, Лись не молчи, ты что-то придумал? – Дана, почувствовала, что есть шанс на спасение.

– Мы обойдем его по равнине, – Лис показал на едва приметную более светлую полосу. – Там должен быть лог большой, если мы туда доберемся, то он нас не заметит, ветер от нас запах в другую сторону относить будет.

– А как мы до того лога доберемся? Здесь не менее двух часов идти по открытой степи придется. – Усомнился Ворон.

– Тигр на самом гребне, там ветер сильный, он долго так стоять не будет, сам спустится, тогда мы и побежим. Пока все мокасины подтянем и плащи надо обвязать, что бы нас ничто не задерживало, когда побежим. Девчонки, – смущенно добавил Лис, вы пока здесь посидите, мне надо все расправить. Эта одежда большая для меня, все спутывается.

Лис спустился ниже и, спрятавшись за камнем, снял запутавшуюся рубаху и долго пытался перемотать почти слетевший передник. Холод вынудил мальчишку оставить эти бесполезные попытки как-то подогнать одежду. Быстро набросив плащ, Лис вернулся к друзьям. Тигр ушел. Прочитав заклинание против хищников, друзья побежали к спасительному логу. Как и рассчитывал Лис, лог был ближе, чем рассчитывал Ворон. Прошло меньше часа, когда все, благополучно спустившись по очень крутому обрыву, оказались на дне этого лога, больше похожего на ущелье.

Переведя дух, быстро доели ячменную лепешку и, собрав пожитки, пошли по логу. Ваэта заметила, на широкой тропе следы от больших узких колес. Это было плохо. Похоже, что по этой тропе часто проезжали боевые колесницы племени длинных ущелий. Девчушка, предложила быстрее убраться из ущелья. Но Лис настаивал на том, чтобы идти по тропе.

– Если колесничие появятся, мы всегда успеем спрятаться, вон за ручьем и камней больших много и заросли кустарника. А наверху нас непременно тигр найдет. – Убеждал Лис.

– Хватит тебе командовать. Тигр нас может и не тронет, а воины за этот побег точно в жертву своим богам принесут. Я по этому ужасному страшному ущелью не пойду. – Ваэта отошла в сторону, ожидая, как поведут себя остальные.

– Извини, но я с Лисенком пойду. – Дана, хотела сказать что-то еще, как-то объяснить это свое «предательство» подруги, но промолчала.

– Ваэта, мы все пойдем вместе, – в голосе Ворона впервые прозвучала твердость настоящего воина. Не забывай сестра, что Лись и Дана – младше. Они сами не выживут. Да и у нас без везения и хитрости Лиса шансов нет. Так что пойдем все вместе. Пойдем по этой тропе. И еще, – Ворон осмотрелся, – Соблюдаем тишину. Колесницы едут шумно, мы должны их услышать раньше, чем враги нас увидят. Ваэта подчинилась брату, но все время продолжала «дуться» и бросать на Лисенка злобные взгляды. Так в молчании дошли до развилки. Здесь лог раздваивался. Тропа уходила направо, а ручей сворачивал влево. Ситуация накалилась. Лис растерялся, оба пути вели совсем не туда, куда нужно было идти. Дану грызло чувство вины за то, что она поддержала мальчишку, а не свою лучшую подругу. Ворон вообще оказался между двух враждебных лагерей. Ну а Ваэта просто продолжала дуться на всех. Ей было страшно и обидно. Почему все слушают малявку, которому, наверное, и одиннадцати годовых циклов не исполнилось, а не ее – самую старшую, или Ворона – брата, который весной должен пройти посвящение средней ступени.

От обиды Ваэты не осталось и следа, когда откуда-то сверху раздалось громоподобное рычание. Ноги буквально подкосились, все повалились и вжались в мерзлую землю. Куда идти дальше, за друзей решил страшный хищник. Не помня себя от страха, все побежали по тропе, так как тигр продолжал рычать, нависая над ручьем. Рычание тигра давно прекратилось, но его страшный голос продолжал звучать в ушах. Не останавливаясь, все бежали дальше. Неожиданно Лис налетел на спину Ворона, остановившегося за очередным изгибом тропы. Только остановившись, Лис услышал грохот боя. Впереди, с кем-то сражались воины длинных ущелий. Вокруг двух повозок отчаянно дрались воины. Их было мало. Похоже, этот бой уже заканчивался. Понять, кто побеждает, было невозможно. Пригибаясь и прячась за чахлыми кустами Лис, а за ним и остальные побежали к месту боя.

Почти все воины были убиты. Прижавшись спиной к повозке, молодой воин, раненый в бок из последних сил отбивался от двоих врагов. Из повозки, крытой войлоком, выскочил Коготь. Он попытался пронзить одного из нападающих копьем. Но опытный воин отклонил этот не сильный удар, и копье, пролетев мимо, вонзилось рядом с Лисенком. Коготь упал оглушенный ударом врага и Лис увидел, что воин, повторно раненый врагами с трудом поднял топор. Внутри мальчишки что-то взорвалось. С трудом, выдернув копье из земли, он устремился на врага. Воин услышал, что его атакуют сзади. Вместо того, чтобы прикончить раненого, он, стремительно развернувшись, нанес удар по новому врагу. Лиса спасло то, что враг рассчитывал на взрослого воина, а не на мальчишку. Топор пролетел высоко над головой и, падая, Лис ударил копьем. Копье не пробило нагрудник врага, но, собравшись с силами, свой удар нанес раненый. Отбросив топор, он набросился на последнего воина длинных ущелий. Но враг был сильнее. Он вывернулся и сдавил раненому горло. Подняв топор, Ворон оглушил врага. Все стихло. Руки и ноги дрожали, все тело сотрясал озноб. Никогда раньше Лису не приходилось сражаться вот так на смерть, и тем более видеть окровавленные тела убитых людей. Это было ужасно. Ворон чувствовал себя не лучше, а девчонки вообще побоялись вылезти из-за кустов. Лис подошел к Когтю, который как-то странно завалился в повозку. Парень, этой зимой прошел обряд посвящения, судя по поясу, он стал взрослым общинником. Но Лис, привык видеть в веселом парне почти равного себе.

– Эй, Коготь, ты чего это? Очнись и без твоих шуток жутко. – Но парень продолжал лежать с закрытыми глазами, несмотря на все старания Лисенка.

– Они сейчас могут очнуться, добейте их, пока не поздно. – Воин незнакомого племени приподнялся на локте. – Ребятки, уводите скорее повозки, скоро второй отряд может появиться. – Сказав это, воин вновь опустился и закрыл глаза. Стало жутко.

– Они что все умерли? – С ужасом спросила Ваэта.

– Не знаю, но надо проверить, могут и другие живые остаться. – Лис потянул за руку Когтя и ощутил кровь. Парень оказывается, то же был ранен.

Быстро осмотрев остальных, девчонки сообщили, что жив незнакомый воин и тот враг, которого оглушил Ворон. Взяв копье, Лис подошел к врагу, который зашевелился. Мальчишка занес копье для удара, но, ударить так и не смог.

– Лись у нас выхода нет, он очнется и всех убьет, Ворон встал рядом.

– Не буду я раненого и беззащитного убивать. И ты не пачкайся. Давай лучше погрузим того, который повозку защищал и уедем. А этот, Лис с опаской указал на раненого врага, за нами не погонится. Ему бы до своих живым добраться. Не до нас ему будет. Но надо торопиться.

Когтя быстро уложили в повозку, а вот с воином пришлось повозиться. Он оказался очень тяжелым. Но, в конце концов, раненых удалось уложить на дне утепленной войлоком повозки. Все были готовы ехать. Но мальчишки, соскочив на землю, стали собирать оружие. Вокруг валялось несколько целых копий, и топоров, еще удалось собрать полтора десятка целых стрел и три лука. Лис попробовал натянуть один, но лук был слишком тугой. Неожиданно глаза Ворона, стоявшего лицом к Лису, расширились от ужаса. Лис понял, что за его спиной что-то происходит. Не выпуская тяжеленный лук из своих рук, мальчишка медленно развернулся. К нему сзади, пошатываясь, подходил тот вражеский воин, которого Лис добивать не стал. Подняв лук и направив стрелу на врага, удивительно звонко мальчишка крикнул: «Стой. Я не стал убивать раненого, но теперь выстрелю не колеблясь. Опустись на землю и дай нам уехать».

– Ты не сможешь выстрелить, так же как не смог ударить копьем. Опусти оружие мальчик.

– Не надо. – Лис отступил несколько шагов. – Если я опущу лук, и вы убьете меня, то кем сами станете? – Лис вновь прицелился и немного натянул очень тугой лук. Он непременно бы выстрелил, если бы был уверен, что стрела при таком слабом натяжении вообще полетит.

Вражеский воин остановился. То ли он действительно решил отпустить мальчишек, то ли понял, что Лис выстрелит. Возможно, на его решение повлиял и Ворон, поднявший большое копье и вставший рядом с Лисом. Так или иначе, но, развернувшись, он сел на камень и стал перевязывать рану на бедре.

– Лись ты сможешь повозкой управлять? – Ворон первым пришел в себя. Лис уверенно кивнул.

– Смогу, наверное. Только ты быстро не гони лошадей. Дана перебралась в повозку к Лису, а Ваэта осталась ухаживать за ранеными. Первая повозка, двинулась вперед. Лисенок взял вожжи, и легонько тряхнул. Раньше он никогда лошадьми сам не правил. Но умные животные сами пошли за первой повозкой. Им не меньше людей хотелось скорее покинуть место этого страшного боя. К вечеру тропа вывела их из отщелка на равнину. Лис остановил повозку и. передав вожжи Дане, подбежал к Ворону.

– Как раненые?

– Вроде спят, кровь больше не течет, но оба стонут иногда. – Ответила за брата Ваэта.

– Хвала богам, что все живы. Слушай Ворон, давай дальше не поедем. Место открытое, ночью там лучше не останавливаться.

– А где тогда останавливаться? Ты что предлагаешь назад вернуться?

– Немного совсем вернуться. Перед самым подъемом я заметил ровную площадку. Там спрячемся. А утром поедем дальше. И на свежих конях, эту равнину быстро пройдем. И еще, видишь, снег почти растаял. Дана сможет при свете дорогу узнать. Нам ведь не просто убежать надо. Надо домой вернуться.

– Хорошо, давай разворачивать повозки. – Согласился друг после заметного колебания. Ворону идея с возвращением в страшный лог не понравилась. Он готов был вынудить Лисенка ехать дальше, до темноты. Но когда мальчишка произносил слова «домой вернуться» – Ворон просто не выдержал. Он вспомнил, что сам Лис вернуться не может. Ему вообще деваться теперь некуда. Это из-за него, сестры и Даны, Лись согласился идти к угодьям родного племени. Именно это заставило Ворона в очередной раз согласиться с мнением младшего мальчишки.

Очень долго разворачивали фургоны. Еще труднее, оказалось, загнать лошадей на маленькую площадку, выбранную Лисенком. Ели уже в полной темноте. Пришел в себя Коготь. Он все не мог поверить в свое чудесное спасение. Парень был очень слаб, но ребята были уверены, что его жизни теперь уже ничто не угрожает. Немного попив бульона, Коготь рассказал, как все это произошло. Оказывается, Медвежья лапа отправил обоз в соседнее племя. Вождь рассчитывал обменять коров и быков на ячмень, рожь и просо, которого в их родном племени почти не осталось. Когтя взяли в этот караван. Обмен произошел удачно, но на обратном пути воины длинных ущелий напали и всех перебили. Когтя и еще троих общинников захватили в плен и увозили к себе. Но, узнав о нападении, воины племени Белой птицы отправили своих воинов. В логу произошел бой, и все погибли. Коготь одобрил решение ночевать в укрытии. Он хотел сказать что-то еще, но уснул.

Это была невероятная ночь. Столько переживаний и событий! Но самое главное – это была теплая ночь! Стало намного теплее, и теперь у беглецов было два утепленных войлоком фургона. В фургонах были мешки и корзины с зерном, много шкур и ткани. Утром Лиса разбудил Ворон. Он сообщил, что девчонки хотят подогнать его одежду, используя ткани, обнаруженные в повозке. Сняв все кроме передника, Лис позволил девчонкам произвести необходимые замеры. В этот момент пришел в себя воин племени Белой птицы. Отправиться в путь удалось только после полудня. Оказывается, у раненого застряло два наконечника. Их необходимо было удалить. Но никто из ребят, естественно, делать такие операции не умел. Владеющий верблюдом – так звали этого раненого колесничего, решил сам провести эту операцию. Но ему нужно было помогать. Девчонок попросили перебраться в другой фургон. Обломок копья, застрявший в бедре, воин выдернул сам, а вот наконечник стрелы ухватить ему никак не удавалось. Поборов ужас, Лис посмотрел на страшную глубокую рану.

– Давайте я попробую, – предложил мальчишка. – У меня пальцы тонкие, я смогу ухватить наконечник.

– Попробуй, – едва смог прошептать воин. Его силы таяли с каждой минутой.

– Ворон, ты тряпку приготовь и как я выдерну стрелу, сразу рану затыкай.

– А ты откуда знаешь, что делать нужно? – Удивился Ворон.

– Видел, как жрец у отца такой же наконечник вынимал. Главное самим нам не отключиться. Знаешь, как страшно кровь хлещет!

– Ну, спасибо, успокоил. Меня и так уже мутит.

– Меня тоже. Готов?

Ворон кивнул, и Лис плотно стиснув зубы, полез пальцами в рану. Ему удалось сразу ухватить наконечник, но он никак не вытаскивался! С громким криком, мальчишка все же выдернул стрелу. Ворон заткнул рану тряпкой, которую сам воин смочил каким-то составом целительным. После короткой паники удалось остановить кровь. Но теперь в лечении нуждались сами мальчишки. Лис долго смывал кровь с рук лица и ног. Только выпив что-то горячее и горькое из котелка, протянутого Ваэтой, Лис смог немного успокоиться. Вскоре и дрожь в руках прекратилась, правда ноги слушались плохо и предательски дрожали. Только спустя час, мальчишки смогли выгнать фургоны на тропу.

Ужасные переживания и ощущения отступили только под воздействием восторга, вызванного дорогой. Лис сам правил лошадьми! Эти сильные животные, подчиняясь его воле, несли тяжеленный фургон вперед. Это было удивительное ощущение. Лис совершенно забыл об опасностях. Хорошо, что о них не забыла Дана. Ближе к вечеру, девчонка заметила волков. Сдвинув повозки, устроили короткий совет. Ворон предлагал остаться здесь и развести большой огонь, а Лис настаивал на том, чтобы добраться до ущелья и ночевать там.

– Слушай Лис. Волкам, какая разница, где нас сожрать, в открытой степи, или в ущелье?

– Им нет разницы, а нам есть. Защищаться в ущелье будет легче. Или ты хочешь просто ждать, когда они нас убьют?

– Ничего я не хочу. Просто лучше пока не стемнело дрова собрать для костра.

– Не обижайся Ворон, голос Лисенка изменился и стал скорее упрашивающим, чем требующим. – Я сам не знаю почему, но мне страшно здесь оставаться. Понимаешь, как будто внутри меня кто-то орет – «беги скорее к ущелью». Ну, знаешь, может нам здесь дров не хватит на всю ночь, может еще что-то такое. Давай уедем пока время еще есть?

Лис говорил так убедительно, что Ворон и сам проникся каким-то непонятным чувством тревоги. Удивительно, но даже Ваэта не стала спорить. Хотя в самом начале спора она горячо поддержала брата.

Смотреть по сторонам и тем более оглядываться было страшно. Волки подходили все ближе, и их становилось больше. Только оказавшись в широком ущелье, друзья остановили фургоны. Теперь Ворон по-настоящему оценил интуицию друга. Лошади боялись волков. В открытой степи, они просто побежали бы от страха и опрокинули фургоны. Здесь в ущелье обе повозки подогнали к огромным кустам и привязали вожжи. Лошади все время беспокоились и стремились убежать. Проснулся Коготь. Парень чувствовал себя значительно лучше. Но когда он вылез из повозки по нужде, то, вернувшись, самостоятельно залезть обратно не смог.

Узнав о споре между Вороном и Лисом, Коготь подтвердил, что в степи удержать коней они бы не смогли. Именно Коготь на этот раз руководил подготовкой обороны лагеря. Прежде всего, он посмотрел, смогут ли мальчишки выстрелить из взрослого боевого лука. Убедившись, что сил у них не хватает, парень сменил тетиву на одном луке более длинной. Сила натяжения ослабла раза в три – четыре. Лис все равно выстрелить нормально не смог, а вот у Ворона сил хватило. Он уверенно пустил стрелу шагов на сорок. Коготь хотел подготовить еще один лук, но сил у парня уже не оставалось. С большим трудом, подавляя слабость и сон, Коготь подсказал, как сделать факелы и навязать их на копья, чтобы отпугивать волков. Но нападения волков не последовало. Серые хищники подобрались совсем близко, когда их вынудило отступить рычание тигра. Трясущимися от страха руками друзья разожгли три костра. Посмотрев на факелы и копья, Лис усмехнулся: «Да, против огромного тигра все это окажется слабой защитой. Нам остается надеяться только на защиту Агни». Этой ночью никто почти не спал. Рев тигра много раз прорывал ночную степь, заставляя все живое трястись в страхе. Но на маленький обоз, тигр, почему-то, так и не напал.

Утром значительно лучше почувствовал себя не только Коготь, но и Владеющий верблюдом. Это странное имя колесничий получил после того, как в первом своем бою, ему удалось захватить у врагов верблюда. Теперь, когда ушел тигр, исчез страх за жизнь раненых, Лис был вполне счастлив. Как хорошо было оказаться под защитой опытного воина. Пусть он был сам еще очень слаб от ран, но теперь колесничий мог сам принимать решения. С плеч Лиса свалился груз ответственности за жизнь друзей. Радость этого утра дополнил потрясающий подарок девчонок. Они скроили для Лиса одежду. Забравшись в пустую повозку, мальчишка с восторгом примерил новую одежду. Все сидело на нем идеально. Ну, может передник, оказался немного коротким. Но сейчас зимой, рубаха все равно была длиннее, и это никак не мешало. После исчезновения отца мама редко могла порадовать сына такими обновами. В основном Лис носил уже многократно перешиваемую одежду. Поэтому Ворон так и не понял причину такого восторга, вызванного самой обыкновенной рубахой и прочей ерундой.

На второй день пути Коготь остановил повозку, сообщив, что за этим холмом появится крайний поселок их племени медведя. После бурного проявления восторга, что-то изменилось в настроении отважных малолетних спасителей. Владеющий верблюдом был удивлен, когда эти самые спасители удалились на свой тайный детский совет. Лис просил друзей три дня никому ничего не говорить о том, что они вообще его видели. Только Ворон знал о том, что Лись нарушил запрет святилища, поэтому девчонки были очень удивлены.

– Давай не будем торопиться, – настаивал Ворон.

– Ты же сам знаешь, что мне нельзя возвращаться. Я прошу всего три дня.

– И чего это даст? Давай лучше отец отвезет тебя до твоего поселка, и там все решится как-нибудь.

– Как? Не хочу я к Змею угодить. Он и без всякого повода меня в жертву хотел принести, а теперь. – Лис замолчал. Было видно, что мальчишка с трудом сдерживает слезы.

– Ну, давай с Владеющим верблюдом и Когтем посоветуемся. Он ведь колесничий. Я уверен, что он за тебя заступится, и не даст в обиду жрецу.

– Нет, – Лис крикнул так, что его услышали в повозке. И перейдя на шепот, добавил, – пойми ты, не хочу я, чтобы они узнали, стыдно мне и страшно. Ну, как мне еще у вас просить?

– Хорошо Лис, я Ворон, сын Разящего стрелами, призываю Митру и Варуну в свидетели моей клятвы. Три дня никто не услышит от меня имя Лисий хвост, и не узнает о том, что ты вывел нас из вражеского плена. – Наконец сдался Ворон. – Ну, Лис, Коготь и колесничий все равно о тебе расскажут. – Заметил мальчишка после того, как Дана и Ваэта повторили клятву.

– Они сами ничего знать не будут. Вторая повозка у нас пустая, я в ней останусь. А вы скажите, что я свернул в свой поселок, который рядом.

– Но Коготь знает, где твоя община, его так не обманешь.

– Ничего он не знает, он вообще не ориентируется в этих холмах. И вы тут подождите еще немного. Я с ними сам поговорю.

Лис убедил колесничего не упоминать о своем присутствии в этом обозе. Воин дал слово молчать, и никто так и не узнал, что говорил ему хитрый мальчуган. По приезду в общину Разящего стрелами, Владеющий верблюдом, сразу уехал, пообещав подвезти до общины Когтя. Поэтому, все получилось именно так, как хотел Лисий хвост. О нем никто ничего не узнал.

Печальным взглядом Лисенок проводил тяжелую повозку. Вот исчез крытый войлоком верх, стих скрип колес. Лис остался один. Стало страшно и обидно. Друзья вернуться в свои общины героями, не только сбежавшими из плена, но и вернувшими племени все богатства. А он… Он никому не нужный «хвост», должен появиться как вор, под покровом ночи. Так вдруг захотелось плюнуть на все, и открыто заявившись, лихо спрыгнув с повозки возле самого дома, весело позвать маму. Но, вспомнив взгляд старого колдуна – жреца, Лис отбросил эту идею. Умирать не хотелось. Как не было обидно, но за свою жизнь Лис готов был бороться. Он решил, оставив повозку в соседнем маленьком и узком ущелье, тайно пробраться домой. А там Мама, Белая борода и сестра, помогут. Они придумают, как быть дальше. В том, что никто из общины его не выдаст, Лис не сомневался. Белая борода был так стар, что давно уже ничего не боялся, ну а мама за своих детей любому могла бы перегрызть глотку как волчица. Главное было не попасться на глаза кому-нибудь из общины Змея.

Лис забрался в повозку и, тронув поводья, направил лошадей назад. Он рассчитывал, обогнув несколько холмов, к позднему вечеру добраться до угодий своей общины. Главное, думал мальчишка, не наткнуться по ошибке на другие общины своего племени. Лису везло. Он вовремя заметил дым, поднимающийся из полуземлянки, и успел свернуть за холм.

До дома оставалось не более двух часов пути, когда тревожно заржали кони. Путь повозке преградила волчья стая. Прежде чем Лис успел что-либо сообразить, взбесившиеся кони понесли повозку куда-то в сторону. Кони остановились только ночью. Волков нигде видно не было. Определить, что это за урочище Лис не смог. Кое-как успокоив лошадей, мальчишка решил ночевать возле родника. Приближаться к роще, в такой темноте было страшно. Звуки, доносившиеся из темноты, вызывали панический страх. Воображение рисовало демонов и колдунов, в сотни раз более страшных и опасных чем все волки и тигры этих степей вместе взятые. Каждая длинная тень казалась страшной когтистой лапой, готовой ухватить за горло. Как сейчас не хватало Ворона и девчонок. Вместе с друзьями, даже когда рядом рычал тигр, было не так страшно.

Утром Лис поехал туда, куда пошли кони. К полудню вновь появились волки. Лис гнал лошадей, как мог, но кони ослабли, и волки легко перекрывали путь повозке. Неожиданно повозка опрокинулась. Лис сильно стукнулся головой обо что-то твердое и затих. Он приготовился к смерти. Предсмертный крик лошади, ввел мальчика в состояние оцепенения. Волки ушли, закончив свою страшную трапезу. Они довольствовались лошадьми, и убивать человека, придавленного повозкой, не стали. Выбравшись из-под обломков, Лис стараясь не смотреть на то, что осталось от несчастных лошадей, завернулся в войлок и спрятался обратно. Только утром он продолжил путь. Собственно, куда идти, Лис так и не понял. Он надеялся сориентироваться по дальним черным горам, но везде вокруг виднелись похожие вершины! Доверившись своей интуиции, мальчишка выбрал направление и побрел на удачу. Ночью опять появились волки. Лис спрятался от страшных хищников на большой скале. Пока хватило дров, он палил огонь, прося защиты у всех богов и духов, которых знал. И на этот раз волки его не тронули.

Под утро Лис побежал дальше. Никакой уверенности в том, что удалось сохранить выбранное направление, не было, но и особой разницы, то же не было. Лис бежал просто от холода и страха. Опять пошел снег, и ледяной ветер пробирал до косточек. Выбившись из сил, Лис забился в небольшую пещерку или ложбинку в серой скале. Он понимал, что нельзя засыпать, надо двигаться, развести огонь, найти укрытие. Но сил, а главное желания бороться за свою жизнь – не осталось. Холод медленно отступал, стало теплее, и Лис провалился в какой-то глубокий «мертвый» сон. Именно эта страшная мысль, заставила пошевелить окоченевшей ногой. Превозмогая боль, Лисенок выбрался из своего убежища. Подтащив несколько веток и собрав сухие травинки, он стал высекать искры. В голове стучала одна мысль – «огонь». Сейчас тепло костра было единственным шансом пережить эту ночь. Но мокрые от снега ветки никак не разгорались. Отбросив испорченный кремень, Лис замер. Мальчик отчетливо услышал чьи-то странные шаги. Кто-то шел по ущелью. Лис хотел спрятаться и сидеть тихо, чтобы его не заметили. Но, грудь вдруг прорвал кашель. Как никогда Лисенок кашлял громко и долго. Его не могли не услышать.

2

Разящий стрелами возблагодарил богов, что не взял с собой сына. Он просто не смог бы сдержаться и потом сильно бы жалел о жестоком наказании. Ворона можно было понять, он не мог нарушить клятву, данную именами Митры и Варуны. Но из-за этой клятвы и детской солидарности отважный мальчишка пропал. Крик Ивы – матери Лисенка до сих пор страшным укором звучал в голове воина. Мальчишка, спасший от врагов его детей, его семью, само счастье – пропал!

Сдержав обещание, данное сыну, колесничий не стал поднимать шум вокруг исчезновения Лисенка. К поискам он привлек только самых надежных друзей. Они неделю колесили по всей округе, начиная с того самого места, где Лисий хвост остался один. Воинам удалось найти следы и сломанную повозку со съеденными волками лошадьми. Но останков мальчика нигде не было. Больше всего поражало то, что Лисенок уехал на три дня пути в сторону от угодий племени. Дети уверяли, что мальчишка собирался тайно вернуться в свою общину. И направление он указывал правильное. Трудно было поверить, что Лис заблудился.

Прошло еще пять дней, прежде чем удалось найти следы. Разящий стрелами был доволен, сын унаследовал острый взгляд. Именно Ворон заметил маленькие отпечатки, застывшие в мокрой глине. Волки мальчика не тронули, и он убежал. Следы привели воинов к большой скале. Потратив еще два часа, нашли кострище. Разящий стрелами представил, как одиннадцатилетний мальчишка, сидел на скале и палил костер, отпугивая волков. Останков мальчика обнаружить не удалось, но куда он ушел? Дальнейшие поиски никаких результатов не дали. Вокруг простирались дикие враждебные степи и скалистые урочища. Где продолжать поиски никто не знал.

Воин опять вернулся в общину мальчика. Он долго сидел в доме лисенка. Трудно было успокоить несчастную женщину. Но и мама, и сестра мальчика были теперь уверены, что он жив. Все же Лис смог сбежать от врагов, дойти до угодий племени, спастись от волков. Все надеялись, что мальчик вернется. Самым страшным было то, что Лис был уверен, что в племени его ждет смерть или изгнание. Больше всего родня мальчика боялась, что он не захочет возвращаться, чтобы не угодить в лапы жреца и не опозорить свою общину. Лис ведь не знал, что не прошедшего среднюю ступень посвящения наказывать может только община. Правда, страшный жрец действительно мог потребовать принести Лиса в жертву, но теперь многие колесничие готовы были вступиться за мальчишку, да и сам вождь Медвежья лапа всегда был на стороне мальчика в спорах со жрецом.

Постепенно поиски Лисенка прекратились. Разящий стрелами и другие колесничие, охраняя территорию племени, все же внимательно осматривали места, которые могли стать прибежищем мальчика. Лиса все же искали, но особой надежды уже не было. Зима закончилась. Прошел обряд посвящения. Наконец стали увеличиваться многие общины. Племя готовилось к посеву. Набеги людей длинных ущелий прекратились. Постепенно жизнь возвращалась в уже забытое мирное русло. Страшное переселение закончилось. Медвежья лапа решил остаться на этих землях. Племя Медведя стало обосновываться здесь надолго.

3

Кто-то подходил сзади. Сжав бронзовый кинжал, единственное оставшееся оружие, Лис подпустив неведомого врага вплотную, попытался нанести удар. Но движение получившееся очень неуклюжим отозвалось ужасной болью. После какой-то ослепительной вспышки все исчезло. Понять ничего Лис не мог. Теперь весь мир воспринимался исключительно через странные ощущения. Сначала было больно, потом все тело вспыхнуло огнем и почему-то стало очень холодно. Очень медленно все ощущения начали затухать и исчезать. Все как-то успокоилось, и Лис понял, что засыпает. Он проснулся под очень большой теплой и тяжелой шкурой. Увидев наверху деревянную крышу, Лис приподнялся на локтях. Неужели все это сон? Такой странный длинный и страшный сон? Ничего не было, я проснулся у себя дома?

– Что очухался? – Незнакомый странный, какой-то низкий глубокий и грубый голос заставил вздрогнуть.

Нет, это был чужой дом. И все случилось не во сне, а на самом деле. Повернув голову на звук, Лис увидел огромного мужика, который возился с чем-то у очага. Мальчишка вновь с головой нырнул под шкуру. Стало страшно. Он пытался сообразить, где оказался? Или это другое племя, может даже Белой птицы, или он вновь угодил к людям длинных ущелий? Ясно было одно – это чужое племя. Странный человек больше ничего не сказал и Лиса, притаившегося под огромной шкурой, не беспокоил. Так не хотелось двигаться и шевелиться. Больше всего мальчишка боялся, что если он пошевелиться, или что-нибудь скажет, то все переменится. Его выгонят на снег и холод, или объявят, что он пленник в таком-то племени. Или, еще хуже, передадут жрецу – Змею в качестве кровавой жертвы. Он, наверное, и лежал бы так много часов, но физиологические потребности настоятельно требовали выбраться наружу. С трудом, сдвинув огромную шкуру, Лис сел, свесив ноги с непомерно высокой софы, устроенной вдоль всей длинной стены жилища. Только сейчас он обратил внимание, на то, что вся одежда исчезла. Быстрым взглядом осмотрев помещение, Лис понял, что странный огромный воин живет здесь один. Девчонок в доме не было и, наконец, решившись, он спрыгнул на глиняный пол, застеленный чем-то мягким и теплым.

– На дворе зима и холодно, так что ты лучше оденься, прежде чем выскакивать.

– А где одежда?

– От твоей, – ничего не осталось. Пока надень то, что лежит на софе напротив.

Подойдя, Лис увидел ворох чистых рубах из разных тканей и меха, но все они были очень большие. Времени что-то выбирать, не было. Терпеть больше он не мог, поэтому, схватив меховую рубаху, которая показалась меньше остальных, он сразу ее напялил. Рубаха оказалась странная, она не через голову надевалась, а была, как бы разрезана спереди и запахивалась. К ней требовался пояс, но искать его Лисенок не стал. Быстро натянув гигантские мокасины, доставшие до бедер, мальчишка выскочил во двор. Лис замер. Был уже вечер. Шел снег. Прямо возле дома с жутким поскрипыванием раскачивались ветви каких-то исполинских деревьев. За домом журчал ручей. Придерживая мокасины и прижимая рубаху, чтобы не распахнулась, Лис побежал за дом. Вернувшись, он вновь посмотрел на огромные деревья и быстро юркнул обратно.

В жилище странного человека было тепло. Лись обратил внимание на то, что снаружи эта полуземлянка казалась почти квадратной, а внутри была, как и все жилища – длинным прямоугольником. Это казалось странным. Сняв мокасины, Лис дошел до шкуры, под которой спал и остановился. Что делать и как себя правильно вести он не знал. Захотелось вновь спрятаться под шкурой, но это было бы как-то неприлично. Да и любопытство все время норовило побороть страх.

– А вы здесь один живете? – Решился задать вопрос мальчуган.

– Я здесь хозяин, а ты вопросы задаешь? – Человек повернулся, и Лис впервые увидел его лицо. Это был еще крепкий старик, вероятно колесничий очень сурового облика. Лис сжался. В племени длинных ущелий за такой выходкой следовало серьезное наказание.

– Извините, пролепетал Лис и вновь посмотрел на старого воина.

– Повяжи пояс и присоединяйся к трапезе. Поедим, а уж потом будем вопросы задавать.

– Я посвящение не проходил еще, мне пояс носить нельзя, – тихо произнес Лис, приблизившись к незнакомцу. Подойдя к хозяину жилища, Лис понял, что рост этого человека оценил не верно. Он оказался намного выше, даже страшно стало.

– Это в твоем племени нельзя, а у меня можно. С Медвежьей лапой у меня нет ни войны – ни мира, так что повяжи пояс и давай ешь. Старик протянул Лису огромную деревянную ложку и, сняв с очага большой котелок, поставил его на середину.

Похлебка оказалась горячая и очень вкусная. Но огромная ложка в рот не влезала. Лис мелкими глотками пил бульон из ложки, как из черпака. Старик выловил из котелка кость с мясом и протянул ее Лису: «Мясо погрызи, а то одну воду пьешь». Лис сосредоточился на кости. Он очень старался съесть все мясо, но как-то неожиданно навалилась слабость и усталость. Ели молча. Лису казалось, что странный воин его вообще не замечает. Но, увидев, что воевать с огромной костью мальчишка больше не может, хозяин поставил второй котелок. Это был какой-то напиток. Лис испугался. Он вспомнил страшные рассказы о том, как всякие колдуны, угостив путника напитком, превращали людей во всякие пакости. Хозяин почувствовал испуг мальчишки и, зачерпнув другой чашкой из того же котелка, стал пить горячий напиток мелкими глотками. Лис сделал маленький глоточек и удивленно посмотрел на мужика. Тот довольно ухмыльнулся. Напиток был великолепный. Вероятно, его сделали из ягод, он был сладкий и невероятно вкусный. Лис выпил всю чашку и гостеприимный, но страшный хозяин наполнил вторую.

– Как ты ко мне попал, не спрашиваю, но имя свое назвать ты можешь? – Прервал тишину странный хозяин этого жилища.

– Раньше я был Лис, потом стали звать Лисий хвост, а теперь, – теперь я вообще не знаю. В общем, хвост я, который везде и всем мешается и от всех получает по шее.

– Нельзя так к имени своему относиться, – как-то очень серьезно и даже печально произнес старик. Взрослые редко так с ним разговаривали, и Лис немного расслабился и заинтересовался.

– Ты знаешь, почему тебя так назвали?

– Родился я под звездным знаком Лиса. Нет, чтобы Оленем стать, Вороном, Орлом. – С досадой сообщил Лис.

– А чем тебе Лис не нравится? – Удивился мужик.

– А чего хорошего? Воришка, обманщик и всегда от всех убегать вынужден. Точно, как я. А еще этот хвост. Специально, что бы собакам кусать удобнее было, и охотники за ним всегда гоняются. А от имени и жизнь у меня так складывается.

– Вот здесь ты не прав. Лис очень умный и осторожный. Даже волки вынуждены делиться с лисами добычей. И хвост, он не только охотников привлекает, но и позволяет прятаться, следы заметать, не замерзнуть в стужу зимнюю. Хорошее у тебя имя. И сам ты, зимой один в степи оказавшись – не умер, не замерз, и волки не съели.

– Замерз бы, если бы вы меня не нашли.

– А откуда у тебя такой кинжал? Он не в вашем племени сделан. – Старик протянул Лису бронзовый кинжал, которым мальчишка пытался защищаться там, в степи.

– У воинов длинных ущелий позаимствовал, когда они наш обоз грабили. – Виновато сообщил мальчуган.

– Да интересно. И что мне теперь с тобой делать? – При этих словах огромного воина, Лис вновь напрягся. Опять кто-то другой будет решать его судьбу, и это не предвещало ничего хорошего.

– Если хочешь, могу вернуть тебя в твою общину. Если нет, то до тепла оставайся у меня, а там сам решишь оставаться здесь или уходить.

– Я пока сам точно не знаю, но в племя возвращаться мне нельзя.

– Ты уверен? – Усомнился старик. – Не знаю, что ты там натворил, но если среднее посвящение не прошел еще, то нечего тебе бояться. – Мальчишка ничего не ответил, а как-то весь напрягся и замкнулся. Продолжать этот разговор не имело смысла. – Ну, я тебя не тороплю, подумай. А пока вижу, что и у Лиса для меня несколько вопросов найдется. Спрашивай, что смогу расскажу.

– А вы кто, колдун?

– С чего ты взял? Не колдун я.

– Ну, живете один, и дом странный.

– Почему странный?

– А он снаружи шире, чем внутри, – выпалил Лисенок и вновь напрягся. Наверное, не стоило сразу показывать, что он заметил все эти странности.

– Молодец Лисенок, наблюдательный парень. Не колдун я, а Ведун. Люди по-всякому меня называют, но чаще просто Ведуном кличут.

– А какая разница? Колдун или Ведун.

– Ведун силами ведает, но для себя никогда не использует. Так что меня не бойся. А дом мой, действительно особенный, но никакого колдовства в этом нет. Просто стены двойные. С одной стороны сарай пристроен, а с другой три очага сделаны. Ты заметил, что здесь тепло, несмотря на зимнюю стужу, а дыма нет? – Лис кивнул. – Ну, вот и хорошо. Ладно, устал ты уже, давай спать ложись, а я схожу, лошадей проверю. И вот еще что, надумаешь бежать, не скрывайся. Ты здесь не в плену, а в гостях. В любой момент можешь уйти, только не забудь со мной попрощаться. Все-таки ты гость. – Лис согласно кивнул.

Лис сам не заметил, как уснул. Проснулся он поздно. Ведуна нигде не было, но в очаге тлели угли, рядом стоял котелок с какой-то едой. Одевшись, Лисенок внимательно изучил дом. Все здесь казалось необычным и очень удобным. Каменных стен видно не было, они были полностью закрыты маленькими дощечками. Опорные столбы для крыши были очень толстые и странно украшены прорезанными линиями различной глубины и толщины. Эти линии образовывали загадочные узоры, в которых чувствовалась магическая сила. Вдоль стен, как и в других жилищах, на всю дину были устроены софы из камня, застеленные шкурами. Это жилище не имело перегородок как обычно. У входа стояли большие корзины с всякими запасами. Эти корзины показались странными. Подойдя ближе, Лис заглянул в одну, потрогал прутья. Оказалось, что корзины эти были не круглыми, а квадратными, это казалось странным. В другой стороне жилища было устроено два очага – один хозяйственный и один культовый для разных обрядов. Еще дальше располагался колодец и хозяйственная яма для хранения мяса и всяких молочных продуктов.

На стене, там, где спал Ведун, висело оружие. Дух захватывало при виде такого огромного лука, украшенного кусками цветной кожи и медными накладками. В черном колчане, лежали такие же огромные стрелы. Лиса поразило, что все наконечники были не каменные или медные, а бронзовые. И сделаны они были так же, как копья отца, они насаживались на древко с помощью втулки. Рядом на двух крюках, сделанных из рога, лежало огромное копье с очень большим и широким наконечником в виде лаврового листа. Лис пощупал острие пальцем и порезался. Такая острота на копье казалась невероятной. Еще мальчишка заметил, что бронзовые наконечники отливали красноватым цветом меди. В племени медведя, такую бронзу умел лить только отец Лисенка. Внизу к софе были приставлены три топора. Топоры были разных форм и размеров. Услышав, что Ведун возвращается, Лис отошел от оружия и присел у очага.

– Проснулся? Это хорошо. Лис ты посторожишь дом и хозяйство мое? – Мальчишка, ничего еще не поняв, уверенно кивнул. – Я уеду на два – три дня. Тебе нужно будет лошадей кормить утром и смотри, дом не спали. Будет холодно – разожги очаги за стенкой. Еду сам приготовишь, здесь вот крупа, там вяленое мясо, мука, ну и всякие приправы. – Показав свое хозяйство, Ведун повел мальчишку во двор.

Ведун показал, как попасть в кладовку и комнату с очагами. Потом они прошли под огромным деревом, и Лис увидел конюшню. Рядом стояла повозка, крытая войлоком.

– Ну, все Лис, я на тебя надеюсь. Поешь один, мне уже пора.

– Я за всем посмотрю, не волнуйтесь.

Ведун, вернувшись в дом, взял лук со стрелами, копье и самый большой топор. Выйдя, он направился куда-то за серую скалу. Только исчез Ведун, как раздалось странное лошадиное ржание. Вскоре из-за скалы появилась колесница. Лис не мог оторвать взгляд от боевой колесницы Ведуна. Она вся была черной, на огромных колесах странно сверкали такие же черные тонкие и длинные спицы. Ось задних колес располагалась не сзади, как у всех, а точно по центру широкой площадки. Сбоку в большом плетеном чехле лежало множество копий. Ведун слегка отпустил вожжи и очень страшные вороные, огромные, как и все у этого Ведуна кони, стремительно понесли колесницу мимо землянки к выходу из ущелья. Сам ведун казался великаном. Он и так был на две головы выше любого воина, а выглядел еще выше за счет треугольного, заостренного кверху черного шлема.

Стук копыт демонических скакунов Ведуна стих. Наступила странная, какая-то магическая тишина. Лис опять остался один. Мальчишка даже и не знал, радоваться этому или нет? Все складывалось так необычно и странно, что Лис уже просто ничего не понимал. Одно он решил твердо: до возвращения Ведуна никуда не уходить и все сделать правильно, как обещал.

Весь день Лис потратил на исследование удивительного хозяйства Ведуна. Раньше, мальчишке никогда не приходилось видеть ничего подобного. Полностью построенная из дерева конюшня с двумя лошадьми. Эти лошади были нормальные, а не то, что черные демоны. Таких коней обычно запрягали в боевые колесницы. Но, у Ведуна, они, похоже, предназначались исключительно для повозки. Быков и коров Лис нигде не видел, но у Ведуна оказались огромные запасы сыра, была свежая сметана и молоко. Лиса сильно напугали страшные изуродованные длинные пни, подвешенные на веревках к огромным веткам гигантской ивы. В сарае Лис обнаружил множество заготовок для стрел и копий. Но самым удивительным оказались запасы бесценного металла. Это было огромное состояние. Большую корзину заняли слитки меди, бронзы, олова и еще какого-то мягкого, но особенно тяжелого металла. В другой корзине, Лис обнаружил руду. Рядом были сложены формы для литья. Осторожно положив все на место, Лис вышел во двор. Уже вечерело, но очень хотелось заглянуть за серую скалу, туда, откуда появилась удивительная и страшная колесница Ведуна. Ведун не запрещал туда ходить, но все равно стало страшно. Все же, зайдя за уступ скалы, Лис убедился в том, что ведун владеет колдовством и магией. За скалой были только заросли колючего кустарника. Спрятать там колесницу и тем более коней было невозможно. Лис решил, что демоны-кони, появляются из самой скалы, подчиняясь магии Ведуна. Жить в доме такого сильного мага было страшно, но и очень интересно. Тем более что особенного выбора у Лиса не было.

Ведун вернулся на третий день к полудню. Лис вздохнул с облегчением. Несмотря на крепкий дом одному в этом ущелье было страшно, особенно вечерами и ранним утром. Каждый раз, выходя утром, Лис представлял, что на него нападут враги или страшные демоны. Лис помог Ведуну перетащить какие-то свертки из колесницы. Потом он наблюдал, как Ведун распряг свою колесницу. А вот посмотреть, как кони и сама колесница исчезают в скале, не получилось. Неожиданно Ведун крикнул: «Быстро в дом и не высовывайся, пока я не позову». Уговаривать Лиса не пришлось. Представив себе страшное колдовство, которое даже такого человека смогло напугать, мальчишка в одно мгновение скрылся в полуземлянке.

Лис прислушался. Наверху все оставалось тихо. Стараясь двигаться как можно тише, Лис подкрался к тяжелому пологу, закрывавшему вход. В этот момент раздались крики и ругательства. Лис юркнул обратно, но любопытство, вновь выгнало его к входу. Выглянув, Лис увидел, как сражается Ведун. Мальчишке казалось, что это не человек, а сам Индра. Врагов было очень много, спрыгивая с колесниц, они нападали на огромного старика со всех сторон. Но Ведун легко отбивал вражеские топоры, копья и даже стрелы, своим бронзовым топором. Лис вновь скрылся в жилище. Схватив топор, тот, что был меньше других, он выскочил наружу. Ну, не мог Лис смотреть, как враги убивают этого Ведуна. Лис так и замер, держа тяжеленный топор двумя руками над головой. Понять точно, что произошло, Лис не мог. Увидев Лиса, Ведун сделал несколько прыжков, и враги стали медленно опускаться на землю. Еще мгновение и врагов не осталось. Удивительно, но Ведун даже ранен не был. За такое короткое время старик уложил одиннадцать воинов! Это было невероятно. Очень громко и как-то страшно Ведун рявкнул: «Быстро в дом, я же сказал, не высовываться»! От голоса Ведуна ноги стали подкашиваться, опустив топор, Лис скрылся в жилище. Теперь стало очень страшно. Поставив топор на место, Лис снял меховую рубаху и, усевшись на софу, накрылся шкурой. Страшно было даже представить. Как Ведун может его наказать.

Ведун вернулся только через час. Он выглядел невероятно уставшим и даже каким-то постаревшим. Печально посмотрев на Лиса, он прошел мимо и молча повесил лук и копье на место. Выпив воды, он сел напротив Лисенка, сжавшегося в маленький комочек под огромной шкурой.

– Запомни, Ведун, да и вообще любой настоящий мужчина никогда и ничего не говорит просто так. Ты меня не послушался, и погибли люди. Я давно никого не убивал, но они увидели у меня мальчика, и пришлось их убить. Понимаешь, это плохо.

– Почему, они ведь сами напали, они ведь враги? – Едва слышно спросил Лисенок.

– Прежде всего, они люди. И если я могу победить, не убивая, то не убиваю. Все имеют право жить. Все, даже враги.

– А почему вы их убили? Мало ли кого они увидели?

– Я необычный человек, я Ведун. И если у Ведуна в жилище появляется ребенок, все решат, что это ученик.

– Ну и что?

– Это сложно объяснить. Ну, боятся меня, особенно враги. Если узнают, что я взял ученика, то будут готовиться к большой войне.

– Но теперь они ничего не расскажут?

– Не расскажут, – старик печально вздохнул. – Давай договоримся, что ты никогда не будешь нарушать подобные распоряжения. – Лис кивнул.

– Вот и хорошо, хватит об этом. Я смотрю, ты тут что-то вкусное приготовил, давай поедим?

Ели молча. Потом Ведун ушел посмотреть лошадей и вообще проверить свое хозяйство. Лис из жилища выбираться не стал. Когда ведун вернулся, Лис подошел и, задрав голову, что бы видеть лицо Ведуна попросил: «А возьмите меня учеником, по-настоящему».

– Если люди длинных ущелий узнают, что я взял ученика из племени Медведя, то может начаться война между вашими племенами.

– Война уже началась. Я ведь из плена бежал от самых этих длинных ущелий. Кроме меня они много других из нашего племени захватили. И потом, я ведь уже и не отношусь к племени Медведя. Если я вернусь, меня убьют.

– Давай так договоримся, – Ведун сел на софу и задумался. – Если ты не передумаешь до утра, то мы продолжим этот разговор. Но учти, прежде чем я приму решение, я должен буду узнать о тебе все, всю твою историю. – Лис кивнул. Условие старика было серьезное. – Еще ты должен будешь очень ясно объяснить, чему и для чего хочешь научиться. – Лис опять кивнул.

Больше к этому разговору не возвращались. Вообще в этот день Ведун больше не разговаривал. Лис долго сидел под огромной ивой и обдумывал, как правильно объяснить Ведуну чего он – Лисий хвост, мальчишка без племени, нарушивший все мыслимые запреты, хочет на самом деле. Ничего хорошего из заготовленной речи не получалось. Все, что он планировал сказать, выглядело как-то глупо и совсем по-детски. Так ничего хорошего не придумав, Лис вернулся в жилище. Ведун что-то делал в комнате с очагами. Посмотреть, что он там делает, Лис так и не решился.

Возвращения Ведуна Лис не дождался. Попив удивительный напиток, так и не поев, Лис лег спать. Утром, Лисенка буквально распирало, он едва дождался, когда закончится трапеза. После первой выпитой чашки, Лис замялся. Мальчишка не знал, как начать. Ведун начал разговор на интересующую Лисенка тему первым.

– По глазам вижу, что ты что-то надумал. Начни с того, чему и как учиться собираешься? А потом расскажешь свою историю.

– Я не знаю. – Лисенок посмотрел на Ведуна так, что даже самое черствое сердце могло растаять. – Научите, чему сможете. – Ведун ждал продолжение и с тяжелым вздохом мальчишка закончил фразу, которую говорить не хотелось. – Но, если я скажу, что не хочу научиться драться, как вы, то это будет неправда.

– А зачем тебе это? – Очень серьезно спросил старик.

– Знаете, как страшно в дикой степи одному, когда ничего не можешь? И там, когда этот воин на меня пошел, я так и не смог из лука выстрелить. Не смог не потому, что убить боялся, а просто сил не хватило лук натянуть. Я хочу уметь драться, чтобы защищать своих друзей, общину, маму с сестрой. Это ведь я подбил Ворона и девчонок на побег, а когда опасность появилась защитить не смог. – От этих воспоминаний мальчишка сильно расстроился. Вся та обида, страхи и многое другое каким-то комом подступило к горлу.

– Ну, вижу, ты уже и к рассказу о своих приключениях перешел. Хорошо. На вот выпей, успокойся немного и рассказывай все с самого начала. – Ведун протянул чашку с подогретым напитком.

Лис выпил и попытался сосредоточиться. Ведун терпеливо ждал. Наконец, собравшись с мыслями, Лис стал рассказывать. Он рассказал все и об обряде, на который его не допустили, и о том, как Змей сломал отцовское копье. Закончил мальчишка тем, как, сжав кинжал, собирался нанести удар врагу, там, у так и не разожженного костра. Закончив, Лис обреченно посмотрел на ведуна. Ведун задумался, и это было плохо. Наконец, встав и пройдясь по глиняному полу, старик остановился напротив мальчика.

– Я готов учить тебя Лис. Но есть ряд условий. – Лис готов был принять любые условия. Поняв это, Ведун продолжил. – Это будет труднее, чем плен у врагов. До сих пор ты был гостем, положению ученика не позавидуешь. Придется много работать и делать самые непонятные упражнения. Будет тяжело больно и страшно. А главное, дойдя до определенного уровня, ты не сможешь повернуть назад. Ты сам со временем можешь превратиться в такого Ведуна как я, мрачного, старого и одинокого. Сейчас ничего не отвечай. Если решишь учиться у меня, то утром скажешь.

Разницу между «гостем» и «учеником» Лис почувствовал сразу. Утром, пришлось, есть отвратительную, безвкусную кашу. Хорошо хоть что замечательный напиток остался. Ведун стал еще суровее и почти не разговаривал. Выходя из жилища, он предупредил, что сегодня предстоит поход по холмам и нужно подогнать мокасины по размеру. Как это сделать правильно Лис не знал. На софе он увидел острый нож, крючок медный и какие-то кожаные ремешки. Посмотрев на огромные мокасины, в каждый из которых вмещалось три такие ноги как у Лиса, мальчишка задумался. Он понимал, что нужно расплести все ремешки, которыми была сшита шкура и, обрезав саму шкуру, сплести все заново. Но Лис реально оценивал свои возможности. Сделать все так, чтобы в этом можно было куда-то идти, он не мог. Лис ограничился тем, что обрезал мокасины сверху, так, чтобы они оказались не на много выше колена. Потом, проделав новые дырочки, он вплел дополнительные ремешки и стянул мокасины сверху и спереди. Получилось не очень красиво, но вполне прочно и надежно. По крайней мере, так показалось Лису.

Вернулся Ведун. Осмотрев работу мальчишки, так ничего и не сказав, он жестом велел Лису следовать за собой. Было интересно. Ведун, немного пройдя по тропе, свернул на склон, покрытый камнями и колючими кустами. Снега уже не осталось, идти было легко. Поднявшись на вершину, Ведун остановился и посмотрел на довольную физиономию мальчишки. Несколько минут они осматривали большую долину, в которую это скалистое урочище вдавалось глубоким серпом. Развернувшись, Лис посмотрел на Восток. Там бесконечной грядой тянулись острые скалистые сопки различной высоты. Все это было красиво. Осмотревшись, Ведун пошел по гребню. Лис отставал. Мальчишке иногда приходилось переходить на бег, чтобы поспевать за огромным Ведуном. Лис стал выдыхаться. Наконец Ведун начал спуск. Лис так надеялся, что идти вниз будет легче. Но, он ошибся. Теперь Ведун просто бежал, или магическим образом скользил по склону. Лис сильно отстал. Когда он все же спустился вниз, Ведун позволил немного перевести дух. Потом он вновь поднялся вверх и показал Лису следы. Мальчишка не сразу понял, чего добивался от него строгий учитель. Присмотревшись, Лис был поражен. Его собственные следы были больше, чем следы огромного Ведуна! Это казалось невероятным, при таком росте, Ведун бежал с огромной скоростью, делая шаги короче, чем у Лиса! Спускаясь, Ведун специально продемонстрировал, как он это делает. Лис пытался двигаться так же. Потом были бесконечные подъемы и спуски.

До жилища Ведуна Лис добрался, едва передвигая ноги и поддерживая мокасины руками. Ноги были стерты и разбиты, сил не осталось ни на что. Сбросив то, что осталось от мокасин Лис просто сел на шкуру, и вытянул ноги. Это состояние покоя доставило ему высшее блаженство. Но Ведун отдохнуть не дал. Он заставил Лиса идти в комнату с очагами и отмыться. При этом он предупредил, что сам проверит, чтобы не осталось ни одного пятнышка, и все ссадины были промыты. Только осмотрев мальчишку, Ведун разрешил поесть. Есть совершенно не хотелось, сейчас Лис хотел только спать. Но строгий старик, заставил, есть другую, не менее безвкусную кашу. После этого обеда обучение продолжилось. К счастью, идти никуда больше не пришлось. Достав несколько кусков шкур, Ведун стал показывать, как правильно делаются мокасины. Лис, взяв куски поменьше, стал делать мокасины для себя. Получалось плохо. Ведун предупредил, что завтра будет новый поход и именно в этих мокасинах, которые они сейчас делают. За пару часов, Ведун свою работу закончил. В очередной раз проколов руку медным крюком, Лис отбросил проклятую шкуру. Но Ведун отнесся к этому спокойно.

– Пойми Лис, что в бою от обуви может зависеть жизнь. Причем не только твоя жизнь, но и тех людей, что на тебя надеются и сражаются рядом с тобой. Если ты не умеешь сам себя обеспечить всем необходимым, то воином – никогда не станешь. Сегодня был пробный день. Ты еще можешь от всего этого отказаться.

Вместо ответа, Лис подобрал шкуру и продолжил работу. Месяц прошел как один бесконечно длинный, кошмарный день. Страшные походы сменялись тяжелой работой и изматывающими упражнениями. Лис колол небольшие сухие поленца самым тупым в мире каменным топором. Несколько раз приходилось одному ночевать в степи, дрожать от холода и страха, слушая возню волков. Лис научился в любых условиях разжигать огонь, прятаться, ориентироваться в следах, слушать голоса птиц и многое другое. Теперь Лис мог сам сделать лук и стрелы, вырезать наконечники из кости, сделать нож из камня.

На второй месяц Ведун начал обучать обращению с оружием. Лис учился драться кинжалом и бросать копье. Обучение изменилось. Самым трудным оказалось управление лошадьми. Это было невероятно интересно, но тяжело. Ведун заставлял разгонять громоздкую повозку и резко поворачивать, не снижая скорости. Несколько раз повозка опрокидывалась. Лис был в ужасе, но Ведун легко поднимал повозку, и все повторялось. А однажды, сломалось колесо, и пол ночи Лис его чинил посреди ночной степи. Прошло несколько месяцев. Теперь Лис подбросив шест, длиной в свой рост мог разрубить ее по всей длине одним ударом топора, за двадцать шагов, он всегда попадал в цель из лука. Лис отлично сражался двумя топорами, топором и кинжалом, копьем. Сил, конечно, для боя с взрослым воином не хватало, но мальчишка знал такие приемы, которыми не владели даже сильнейшие колесничие его племени. А силы придут с возрастом, это он отлично понимал. Ведун был доволен способностями мальчишки. Теперь, когда наступило лето, они часто ночевали в степи. Долгими вечерами Ведун делился своими знаниями.

– Помнишь тот разговор, с которого началось наше знакомство? Тогда ты спросил меня, какая разница между Ведуном и Колдуном?

– Помню, – Лис улыбнулся.

– Теперь ты поймешь мой ответ. Что означает слово «Ведун»?

– Ну, это человек, ведающий особыми, недоступными другим людям знаниями. – Ответил Лис.

– А если разбить это слово на два? Получиться «ве» и «дать». Ведун, это тот, кто дает другим это особое знание. Не имеется в виду, прямое ученичество, как в твоем случае. Да и тебя ничему особому я не учил. Всеми текстами, которые ты узнал, владеет любой колесничий твоего племени. Разница в том, что теперь особые знания ты можешь получить сам. Колдун берет себе, а Ведун старается отдать другим. Чтобы тебе было понятнее, сравним со жрецами.

– Ничего себе сравнение, – Лис вспомнил верховного жреца своего племени, этого отвратительного старика – Змея. – Зачем вообще жрецы нужны?

– Не торопись с выводами. Жрецами становятся лучшие из колесничих воинов, те, кто, избежав смерти во многих сражениях, остался жив. Такого человека сами боги выбирают.

– Не верю я, что нашего Змея – боги выбрали.

– Не все жрецы одинаковые. Но ты прав. На самом деле боги переменчивы. Сила жреца в памяти. Жрецы знают прошлое. Любой человек использует память своих предков. Жрец хороший, умеет использовать память всего племени. А Ведун использует силу памяти.

– Какой памяти?

– Всей. Понимаешь, все, что мы делаем, затрагивает интересы других людей. И чем больше людей помнят о встрече с тобой, тем больше силы ты можешь получить. И сила эта может быть разной.

– Это зависит от того, что о тебе помнят люди, хорошее или плохое?

– Да. Тот, о ком, плохих воспоминаний больше, постепенно становится колдуном.

– А как научиться использовать эту силу?

– Ты знаешь, что такое «Ясны»? – Лис кивнул.

– Но неужели эти нудные песнопения могут силу дать?

– Все зависит от человека. Ясны, это не просто гимны, «яс» – это сила всего живого. Повторяя нужные гимны, человек изменяет свое дыхание, так, чтобы оно совпало с дыханием самой природы. Победить такого воина почти невозможно.

Лис упражнялся с подвешенными бревнами, стараясь быстро поражать их копьем, когда неожиданно вернулся Ведун. Он молча посмотрел, как все получается у мальчишки, и остался доволен. Но Лис научился даже на этом суровом лице различать настроение. Ведун был серьезно чем-то озабочен. За ужином он несколько раз собирался начать какой-то разговор, но так и не решился. Все это совершенно не походило на сурового воина, почти полубога. Странное беспокойство передалось и Лису. Только утром, после еды, Ведун сообщил, что начинается большая война и Лису скоро придется вернуться в свое племя.

Ведун научил Лиса как все сделать правильно. Прежде всего, на совете надо было не испугаться и объяснить, что в само святилище Лис не заходил, а в ущелье оказался случайно. Второй проблемой было посвящение средней ступени, к которому жрец Лиса мог не допустить. Ведун успокоил Лиса: «Пройти это посвящение не старайся, ты уже его прошел. А когда тебя не захотят допустить до последнего итогового посвящения, ты скажешь, что среднюю ступень прошел у меня. Я теперь союзник Медвежьей лапы и даже жрец ничего не сможет возразить. Ну а пока еще время есть нам нужно закончить твою подготовку».

Весь день Лис думал над словами Ведуна. Очень обидно было не пройти посвящение. Лису шел уже тринадцатый год. Почти год он не был дома, не видел маму, сестру. С тоской помогали бороться изнурительные тренировки. Но теперь Лис переносил эти нагрузки намного легче и печальные мысли, тревога за родных, посещала его все чаще. А как хотелось показать все свои знания и силу во время обряда посвящения! Уже вечерело, когда Ведун позвал Лиса.

– Сегодня будет бой у входа в наше ущелье. Я возьму тебя с собой. Но ты ни при каких обстоятельствах не должен вмешиваться. Это последний мой урок. Смотри и запоминай.

Ведун поднял Лиса и поставил на свою необычайную колесницу. Он не разгонял лошадей и спокойно выкатил из ущелья. У скалы, стоящей отдельно, Ведун высадил Лиса: «Залазь наверх, и смотри». Развернув колесницу, Ведун вернулся назад шагов на пятьсот. Вскоре Лис увидел пыль, поднимаемую вражескими колесницами. Враги остановились, выстроившись в линию. Ведун, надев свой остроконечный шлем, выехал вперед и остановился напротив той скалы, на которой сидел Лис. Один из врагов принял вызов. Лис с восхищением наблюдал за тремя поединками колесничих. Ведун специально показывал мальчишке весь свой боевой арсенал приемов и хитростей. Потеряв троих бойцов, враги, набросились на Ведуна все разом. Их было девять человек против одного старика. Но демонические кони Ведуна были быстрее и сильнее, а сам старик троих успел поразить стрелами своего огромного лука. Этот бой Ведун закончил, спрыгнув с колесницы, в пешем бою на топорах. Из врагов пятеро остались живы. Ведун их отпустил и даже вернул им две колесницы. Вновь встав на колесницу, Ведун позвал Лиса. Встав рядом, мальчишка увидел много крови. Ведун получил многочисленные ранения. До жилища доехали молча. Спрыгнуть на землю Ведун не смог, он слез, опираясь на копье. Лис хотел перевязать раны, но Ведун его остановил поднятием руки.

– Мне пора уходить. Ты сильный человек и сможешь найти всему применение. Еще три дня оставайся здесь, а потом на моей повозке возвращайся в общину. Это мой подарок общине. Надо жить среди людей, а иначе сама жизнь смысла не имеет.

– Раны не такие тяжелые, я помогу, не надо умирать! – Лис не сдерживал больше слезы. Он готов был на все, чтобы спасти этого сурового и такого доброго старика. – Ведун улыбнулся, превозмогая боль.

– А кто говорит о смерти? Я умирать не собираюсь. Просто для тебя и твоего племени я сделал что мог. Сейчас моя помощь требуется в другом месте.

– И я вас больше никогда не увижу?

– Этого я не знаю несмотря на то, что Ведун. Но запомни. Когда тебе понадобится моя помощь, ты найдешь это жилище. Приходи один и, я помогу. Только воспользуйся этой помощью в нужный момент, когда без меня справиться не сможешь. И не возвращайся сюда, пока сам не пройдешь посвящение.

– Я обещаю.

– Вот и хорошо. – Ведун тяжело поднялся на свою колесницу и исчез.

Часть вторая

Община

1

Лис ехал медленно. Как и обещал Ведуну, он ждал три дня. Раньше, много раз ему хотелось, обернувшись птицей, улететь домой, как он скучал! А сейчас все вдруг переменилось. В голове звучали слова Ведуна о том, что труднее всего противостоять скрытой враждебности. Лис стал другим. Этот год изгнания многое изменил. Лис ушел и попал в плен, когда ему исполнилось одиннадцать, а сейчас ему было почти двенадцать годовых циклов. Он понимал, как трудно будет сдерживаться при конфликтах со сверстниками, и терпеть обиды старших. Еще труднее будет противостоять жрецу. Да и самой их общине выжить, когда вместо пятнадцати человек их всего четверо – очень сложно. Как отнесется к его возвращению мама, сестра, Белая борода? Этих вопросов было слишком много, а ответов не было. И именно эта неизвестность пугала больше всего. А еще было страшно одному ехать через дикую степь. Лис многому научился, но понимал, что сражаться с воинами еще не может. Но все же сам Лис чувствовал себя воином.

Оделся Лис по правилам своего племени – передник, рубаха без пояса и плащ, но под шкурой за спиной лежало оружие. Мальчишка внимательно осматривал степь. Не хотелось после всего пережитого глупо погибнуть из-за неожиданного нападения врага или хищников. Подъехав к маленькой рощице из трех больших ив, расположившихся у родника, Лис устроил обеденный привал. Распрягать лошадей он побоялся, и на всякий случай позаботился о том, чтобы повозку не было заметно со стороны степи. Есть не хотелось. Сев у родника он просто жевал вяленое мясо. Неожиданно что-то заставило насторожиться. Осторожно выглянув из-за кустов, Лис увидел две колесницы. Они были далеко, и определить какого племени эти воины он не мог. Но стало еще страшнее, это могли быть воины длинных ущелий. Лис решился ехать дальше только спустя два часа.

Ночью мальчишка так и не уснул. Раньше, даже когда Ведун оставлял его в степи одного, так страшно не было. Лис знал, что в случае смертельной опасности, Ведун успеет прийти на помощь. Теперь можно было рассчитывать только на собственные силы. К тому же сам мальчишка научился отлично разбираться в звуках ночной степи. Он слышал, как вспорхнули куропатки, спасаясь от корсака или лисицы, как прошли мимо волки. И эти знания смелости не добавляли. Только на третью ночь, Лис отважился распрячь лошадей, и даже сам смог немного поспать.

Возле узкого ущелья Лис остановил повозку. Почему-то руки дрожали. Кто бы мог подумать, что тронуть поводья и направить лошадей к дому – окажется намного труднее и страшнее, чем брести неизвестно куда одному в ночной степи зимой? Лис спрыгнул на землю и сел. Мальчишка не мог понять, что с ним происходит? Хотелось плакать. Наверное, если бы было куда, то он просто развернул бы повозку и уехал! Но бежать было некуда, это была его община, его дом, его племя. Истратив последнюю воду, Лис умылся и привел себя в порядок. Ноги подкашивались. Забравшись на повозку, он прижал руку к груди. Почему-то вспомнилось, как в последний день, Ведун, неожиданно выхватив кинжал, одним неуловимым движением прорезал этот треугольник чуть выше сердца. Это был знак посвящения у Ведуна. Сейчас этот треугольник буквально вспыхнул огнем, Лис почувствовал боль. И эта боль помогла избавиться от дрожи в руках. Громко свиснув, Лис направил коней вперед.

Мама стояла у порога и, прикрывшись от Солнца рукой, всматривалась, кто едет со стороны дикой степи? Исчезли все мысли, сомнения, страхи. Остались только эмоции.

Лиса ждали, ждали все это время! Дом мальчишка узнал с трудом. Нет, каждый камень и бугорок был знаком, но, сам дом казался таким маленьким и уютным, как игрушка. Все его вещи и даже деревянные лошадки, подаренные еще на шесть лет, были на месте. Лис сел на свое старое место и натянул лисью шкуру. Какой она раньше казалась огромной. Лисенок оборачивался ей три-четыре раза, когда ложился спать. Сейчас Лису она стала как походный плащ. Так хотелось рассказать все, но говорить не мог ни сам Лис, ни мама.

Три дня Лис никуда не выходил со двора, да что там со двора, он и из дома почти не выходил. Старая одежда оказалась мала, мальчишка вырос. Мама из привезенных Лисом тканей сшила все новое. Лис постепенно привыкал к людям, к жизни в общине. Сейчас, когда он вновь вошел в дом взгляд упал на копье, точнее дротик, сделанный отцом. Лис, в который раз взял его в руки. Он смотрел на новое, сделанное Бородой древко и, казалось, что ничего этого не было. Не было страшного жреца, сломавшего отцовский подарок, побега, нарушения страшного запрета, плена, Ведуна. Сейчас не было и воина, прошедшего обучение у самого могущественного человека во всех этих степях и горах. Лис вновь ощущал себя ребенком. Ребенком, которого любят и о котором заботятся.

Вошла Хумая. Сестренка уже стала взрослой, она прошла итоговый обряд посвящения.

– Лись, это тебе, я сама сплела. – Хумая протянула брату шерстяной пояс, сплетенный из многих отдельных жгутиков.

– Спасибо, – лис протянул руки и опустил. – Но мне нельзя его носить, я ведь обряд не прошел.

– Это значения не имеет, для нас всех ты все прошел. Это твой пояс. Сегодня твой день, твой тринадцатый цикл пошел. А это мой подарок, он тебя будет защищать. И хотя он не из бычьей кожи, как у воинов, он такой же прочный. Я специально в каждый жгут вплела конский волос.

Хумая сама повязала пояс вокруг передника брата. Во дворе послышался какой-то шум. Это Лиса звал Борода.

– Лись помоги. Ни как мне эту скотину проклятую самому не пригнать!

– Какую скотину? – Лис выглянул наружу.

– Быка твоего.

– Какого быка, нет у нас быка, только коровы две. – Удивился Лис.

– Нет, я, наверное, совсем сдурел на старости лет, или у тебя сегодня тринадцатый цикл начался?

– Нет, вы все точно помните, у меня сегодня.

– Вот и забирай быка. Положено в этот самый большой в жизни человека праздник быка в жертву приносить и гостей угощать.

– Так вы же его для себя берегли? – Удивился Лис.

– А ну, его. Я тут подумал и решил пока не помирать. А когда мой час придет, ты быка на охоте добудешь для меня. Вижу, что сможешь. Так что помоги выгнать проклятого, а то он меня точно зашибет.

– А как мы его съедим, пропадет все? Нас всего четверо. Не одолеем столько мяса.

– Было бы мясо, а как одолеть мы сообразим. – Этот голос принадлежал незнакомому человеку. Обернувшись, Лис увидел колесничего. Воин, широко улыбаясь, уверенно шел через двор. Это был отец Ворона – Разящий стрелами. Потом приехали все: Ворон и Ваэта, Дана с братом, почти ровесником Лиса и годовалой сестренкой. Пришел Коготь и мальчишки из других общин. Почти год Лис не видел столько людей. Получился настоящий праздник.

2

– Сай, слушай, а чего у тебя такой парень все в мальчишках ходит? – Жрец остановился напротив и весело посмотрел прямо в глаза. Когда этот страшный человек был весел, остальным всегда становилось страшно. Не получив ответа, жрец продолжил. – Женить тебе парня надо. Вот я и красавицу ему присмотрел с угодьями колесничего.

– Это кого же? – Удивился чрезмерно полный мужчина с уставшим лицом, которого жрец называл Сай.

– Хумая, чем не невеста? И для дела полезно. У них в общине мужика ни одного нет. Так что твой Вепрь образует новую общину и все угодья получит.

– Это конечно заманчиво и Хумая девушка видная, но там ведь свой мальчишка подрастает? – Возразил Сай.

– Это меня и пугает. – Голос жреца стал жестким и холодным, а глаза по-прежнему смеялись. От этого Сай почувствовал себя как на углях. – Надо торопиться, а то этот Лисеныш тявкать начнет. Итак, они закатили празднество по случаю его тринадцатого цикла, хотя щенок посвящение не проходил. Лапа ему потакает во всем, и наша община слабеет. Или ты Сай против общины пойдешь?

– Что Вы как можно. Завтра же отправлю своего сына, пусть в женихи набивается.

– Вот и хорошо. А молодой новой общине Вепря, я дам две лошади, коров и быка.

На этом разговор закончился. Сай жалел по-своему Иву и ее детей, оставшихся без отца, но спорить с главой своей общины с Верховным жрецом не собирался. Сай готов был собственными руками задушить мальчишку, которого так невзлюбил жрец, только бы не вызвать гнев Верховного. Вообще ситуация была опасной. С одной стороны, жрец решил уничтожить общину мальчишки, а с другой – за Лисеныша этого всегда Медвежья лапа мог заступиться. Сай решил сделать все аккуратнее, так чтобы Вождь ни в чем его не обвинил и жрец, остался бы, доволен. Нужно было все сделать так, чтобы молодые сами как бы захотели создать семью. Сай решил научить сына, как понравиться девчонке. Тем более что Вепрь стал теперь колесничим. Колесничих в племени мало осталось, и все девчонки мечтали создать общину с настоящим воином.

3

Лис просыпался очень рано. Он совершал пробежку вверх по ущелью, а потом тренировался. Удивительные приемы, которые он изучил у Ведуна, нужно было отрабатывать каждый день. Заодно он проверял коров и лошадей. Потом всей своей маленькой общиной убирали урожай. Лис так орудовал серпом, что ни одно зернышко не падало! Скорость, с которой он срезал жесткие стебли, казалась невероятной. Ячмень уродился отличный, и приходилось торопиться, чтобы все убрать до дождей. После полудня приехал Коготь. Он решил помочь в сборе урожая, их община уже все основные работы закончила. От хитрого Лиса не ускользнуло, как парень засматривается на сестру. Но, собственно мальчишка ничего не имел против Когтя. Вечером Хумая вернулась поздно. Несмотря на очень тяжелый день, она долго не ложилась спать, и была какая-то странная. Лис уже засыпал, когда Хумая осторожно отодвинув полог, зашла к нему.

– Лись, ты не спишь?

– Нет, – Лис сел и прикрылся шкурой. – Садись, ты поговорить хочешь?

– А ты стал взрослее.

– Ты тоже и, ты красивая.

– Спасибо, я всегда знала, что ты подлиза.

– Это правда, не только я, все так говорят.

– Лис ты Когтя хорошо знаешь, какой он?

– А что влюбилась?

– Да ну тебя, – Хумая обиженно встала и собиралась уйти.

– Не обижайся, это я от зависти. Он отличный парень. И я видел, как он простой общинник дрался с колесничими длинных ущелий. А он раненый был. И он хороший человек, лучше многих в нашем племени.

– Вот и я так думаю, – Хумая закрыла лицо руками и тихо заплакала.

– Ты чего, он что тебя обидел?

– Нет, он предложил общину создать.

– Ну, если он тебе нравится, чего тут думать? Соглашайся.

– А мама, ты, Борода? Вы как сами здесь останетесь? Я ведь должна буду уйти в его общину.

– Вот ты о чем. – Лис задумался.

– В том то и дело. Мы и так едва управляемся. А если я уйду. Да и Змей этот проклятый общину нашу в покое не оставит. Нас и так в чужую общину не отдали только по тому, что Медвежья лапа и несколько колесничих заступились. Они говорили, что скоро ты вырастешь, женишься, и наша община станет больше. Понимаешь Лись, это уже твоя община, Борода слишком старый, а через два – три года всем будешь ты управлять.

– Ну и хорошо, а в чем проблема? Подожди два года и потом вместе с Когтем вступите в нашу общину.

– Не могу я ждать, да и дед Когтя вредный все равно заставит его жену искать. Но не это главное, – Хумая перестала плакать и посмотрела на удивленное лицо брата. – Понимаешь, если мы поженимся, то Коготь общину возглавит, а не ты. Я так у тебя украду право на то, чтобы быть старшим в общине. Это предательство, подлость! – Хумая расплакалась.

– Вот ты о чем. – Лис встал и, набросив шкуру, прошелся по своей маленькой комнатке, отгороженной от женской половины, плетеной перегородкой и пологом. Неожиданно Лис остановился напротив сестры и рассмеялся. – Успокойся, завтра утром, все маме расскажи и как только Коготь появится, соглашайся.

– Лись, а ты? – Спросила девушка сквозь всхлипывания.

– А я побуду еще три года ребенком, знаешь, мне это понравилось после года самостоятельности. А потом, я все равно стану колесничим. А там видно будет. Я или свою общину создам, или старшим стану в нашей общине. И вообще, я, может, решу Ведуном стать. Я еще точно не решил. И я больше свободы получу, Коготь тиранить меня не станет. Так, что я только за его появление в нашей общине.

Утром состоялся большой семейный совет. Мама сильно переживала, за Лисенка и за Хумаю, но согласилась с таким решением. А вот Борода беспокоился о самой общине. Он пояснил, что сейчас они владели угодьями, положенными колесничему, и если во главе общины станет Коготь – простой общинник, то их могут выгнать с этого ущелья на какие-нибудь непригодные угодья.

– Они не посмеют, – Лис вскочил и сжал кулаки. – Никто не видел отца мертвым, это его угодья, и он все еще колесничий.

– Но его нет с нами уже больше трех лет, еще год и наше право на угодья исчезнет. – Борода был опечален этим фактом не меньше мальчишки.

– И пусть исчезнет. – Лис успокоился и сел возле очага на свое место. – Меньше угодья – меньше работы. А нас не много, прокормимся как-нибудь. К тому же Коготь лучше всех землю знает, у него самые большие урожаи и в поле, и на огороде. А лошади только нашей общине отданы. Мы, в крайнем случае, всегда их поменять сможем на зерно и вообще, на что угодно.

– Ой, Лись не знаю я. Может ты и прав, но мне страшно. Но, похоже, что теперь действительно, не Борода и не я общиной управляем, а ты. Пусть так и будет. – Ива закончила этот семейный совет. В этот же день, после полудня, дед и отец Когтя приехали договариваться о свадьбе. Как всегда в племени, новая община должна была образоваться весной. Все складывалось как нельзя лучше.

Вечером во дворе остановилась колесница. Тукар сообщил общине решение Совета, относительно Лиса. Мальчика признали не виновным в нарушении запрета святилища. Наклонившись к уху Лиса, воин прошептал: «Ведун передал общине девять колесниц, поэтому Совет был очень коротким». Выпрямившись, Тукар поблагодарил Иву за отличного воина и умчался. Но почему-то Лис не почувствовал облегчения. Мальчишка понимал, что такое решение Совета, вызовет бешенство Змея, страшного жреца. И мерзкий колдун обязательно придумает какую-нибудь пакость. Зайдя в жилище, Лис долго осматривал свои вещи, каким-то отрешенным взглядом. Это помогало думать. Лис отодвинул шкуру и посмотрел на свой боевой арсенал. Он выбрал узкий, но очень острый нож, который легко было спрятать под поясом. Взяв лук, он ушел, чтобы потренироваться в стрельбе, это как-то успокаивало. Лис всегда старался тренироваться рано утром или вечером, когда уже темнело. Он не хотел демонстрировать свои умения раньше времени. В племени знали, что Лис какое-то время жил у Ведуна, но никто и не предполагал, что Лис прошел у него курс обучения.

Вернувшись, Лис почувствовал в доме нехорошее напряжение. Мама нервничала, Хумая сидела очень печальная. Обе сосредоточенно плели корзины. Отложив свой лук и заготовки для стрел, Лис присел рядом.

– Не умеете вы корзины плести.

– Можно подумать ты умеешь, – отозвалась Хумая. – Она отлично знала, что Лис ненавидит эту работу.

– Смотрите и учитесь. – Лис взял только что начатую работу у матери и с невероятной скоростью стал вплетать один прут за другим.

Пальцы мальчишки очень быстро выгибались во все стороны. Хумая отложила работу. Женщины были поражены. Очень скоро стало ясно, что корзина получается не круглая, а квадратная. Лис пояснил, что такие корзины удобнее и меньше места занимают. И еще их легко перевозить в повозке. Потом он завел разговор о жилище.

– Мам, а можно я наш дом перестрою немного.

– Это как так?

– Ну, знаешь, я много интересного узнал. Можно сделать так, что даже зимой у нас тепло без дыма будет.

– Так не бывает. Это что какая-то магия Ведуна? – Забеспокоилась женщина.

– Никакой магии, – рассмеялся Лис. – Не учил он меня магии и сам ни разу при мне не использовал. Для этого нужно стены двойные сделать. И за одной стеной очаги устроить. Камни будут прогреваться и получается тепло без дыма.

– Здорово, – похвалила Ива сына. – Только до холодов не успеем мы все перестроить. Придется еще одну зиму с дымом пожить. А летом обязательно так и сделаем.

– Да не успеем. – Лис поежился. – Ну, тогда я завтра отправлюсь на охоту. Буду козлов на шкуры бить. Маленькой стала мне лисья шкура. Я под нее не вмещаюсь.

– А ты все о своем имени жалеешь? Раньше ты любил эту шкурку.

– Нет, мама, не жалею. И шкуру эту я всегда с собой носить буду во всех походах. Но теперь это не одеяло, а мой боевой плащ будет. Ты отпустишь меня дня на два?

– Кто же тебя удержать сможет? Только подожди ты с охотой. А то, шкуры добудешь, а мясо пропадет. Вот холода встанут, тогда и пойдешь за добычей.

– Только, знаешь, выделывать шкуры так мягко я не умею, – сокрушенно сообщил Лис. – И даже Ведун не умеет. У него все шкуры были жесткие и тяжелые. Ты мне сошьешь покрывало?

– И шкуру обработаю и сошью. Ты хоть и взрослеешь у меня с каждым днем, но все равно ты мой ребенок и всегда им будешь. А сейчас давай спать ложись, вон за день как умаялся, глаза уже слипаются. Нам с Хумаей посплетничать еще надо.

– Ну вот, не успеешь повзрослеть, как тебя уже гонят с женской половины. – Отложив почти готовую корзину, Лис улыбнувшись, ушел спать. Едва приняв горизонтальное положение, он сразу уснул.

Только утром Лис узнал, что оказывается, к сестре стал приставать колесничий один из общины Змея. Это было плохо. Лис не понимал еще всей тонкости интриг, но чувствовал, что все проблемы настоящие только начинаются.

Пришла зима. Настоящих морозов не было, но все равно, очень рано темнело, день стал коротким, а ночь бесконечно длиной. На дальнюю охоту Лис не поехал. Много козлов ранним утром появлялось на ближайших холмах. И мальчишка ходил на охоту не далеко, так, чтобы вернуться к вечеру или даже к обеду. На этот раз охота была не удачной. Лис промахнулся два раза, а потом уже никак не получилось подкрасться близко. В довершение ко всему он сильно упал и ушиб ногу. Так хромая он вернулся ближе к вечеру. Дома кто-то ругался. Лис различил голос мамы и незнакомого мужика. Войдя, Лис остановился за пологом, так, чтобы его не было видно.

– У вас выбора нет. Все равно угодья потеряете. Для всех будет лучше, если я сейчас уведу Хумаю, и мы общину образуем.

– Ты никогда не получишь мою дочь. Уходи Вепрь. Это пока еще мой дом и тебя сюда никто не звал.

– Здесь нет ничего вашего, все роду принадлежит. Нет у вас старшего мужчины в общине.

Лис отодвинул полог и вошел. Но его не заметили. Колесничий взял сестру за руку: «Никуда не денешься, все равно со мной пойдешь». Ива попыталась ударить колесничего, но он ее легко оттолкнул.

– Убери лапы и убирайся, – дрожа от гнева, крикнул Лис.

– Это что Лисеныш тявкает? – Вепрь развернулся в сторону лиса, но руку Хумаи не отпустил.

– В этом доме есть мужчина, – Лис поднял лук и вложил стрелу. – Отпусти или умрешь.

– Ты не сможешь. – Выходка мальчишки, колесничего не напугала. Все это казалось смешным и даже интересным.

– А ты проверь. В этом доме есть мужчина, а вот в твоей общине, похоже, нет. Если такие кабаны вместо защиты племени девушек похищают.

– Убери свою игрушку, – Вепрь перестал ухмыляться и начал говорить серьезно и жестко. – За нападение на колесничего тебя точно прирежут.

– Ничего мне не сделает никто, я еще ребенок. Я даже среднего посвящения не проходил. Так что за твою поганую жизнь меня мама накажет.

– Не дури, не дело Лисенышу на Вепря бросаться.

– Да ты не Вепрь, а Боров, убирайся.

Еще сильнее стиснув руку Хумаи, Вепрь пошел в сторону выхода, туда, где стоял Лис.

– Отпусти ее и уходи. – Голос мальчишки задрожал, и Вепрь расслабился. Он понял, что Лис не выстрелит. Стрела, вонзившаяся в ногу, стала для жениха – неудачника очень неприятной неожиданностью. Он понял, что Лис, с такого расстояния может попасть стрелой куда захочет.

– Это конечно не боевой лук, но с такого расстояния я всажу в твое жирное пузо все пятнадцать стрел. А потом пусть родня твоя жалуется в Совете, что маленький Лисенок убил их колесничего. Будет весело.

Выдернув стрелу, Вепрь ушел. Лис допустил непростительную ошибку и, проходя мимо, воин мог убить его одним ударом руки. Но этот бой Вепрь проиграл. Ему было стыдно и обидно. Он с самого начала был против всей этой затеи, но отец, а главное Змей – настаивали и, собственно, никакого выбора не оставили. Но бить и тем более убивать мальчишку он не собирался.

Лис, да и все остальные ждали новых проблем, возможно нападений, но никакого продолжения эта история не получила. Вепрь больше не привязывался к Хумае, и никто пока не нападал. Тем не менее, Лис старался не уходить далеко от поселка и никогда не задерживался допоздна. Белая Борода перебрался в их полуземлянку. Старик сослался на то, что ему самому тяжело уже отапливать свое жилище. С Бородой стало спокойнее. Он не мог бы ничем помочь в случае нападения, старик почти ничего не видел, но он был сильным и мудрым человеком. Да и просто его постоянное ворчание как-то успокаивало. Старик когда-то был хорошим охотником, и он научил Лиса, как лучше подкрадываться к горным козлам. За неделю Лис добыл необходимое количество шкур, а заодно обеспечил всех мясом почти на всю зиму. Теперь он носил лисий мех как плащ. Плащ этот был слишком длинный, но это мальчишку не смущало. Как-то Коготь задержался у Хумаи и Лис взялся отвезти парня на своей повозке. По дороге разговорились.

– Слушай Коготь, а почему ты не захотел стать колесничим? Мальчишки рассказывали, что все прошел по высшей мерке? – Задал давно мучивший его вопрос Лис.

– Трудно сказать, парень задумался. – Наверное, все же есть две причины.

– Не говори только, что ты боя на топорах испугался, не поверю. Я видел, как ты на того колесничего с копьем бросился.

– И все же я испугался. Знаешь очень страшно убивать своего. Понимаешь. На этих поединках со своими драться приходится, а не с врагами. Вот и представь, как потом родне в глаза смотреть? А если это вообще будет кто-то из друзей? Противников жребий ведь выбирает.

– Я об этом как-то не думал. Но, а вторая причина, какая?

– Я землю люблю. Понимаешь, колесничие в походы ходят, добычу военную имеют, им уважение и почет. Это все правильно. Но меня больше урожай на моем огороде радует. А ячмень у меня ты видел? Ни у кого такого урожая не было. А если бы рожь посеяли, то вообще на два года обеспечили бы общину. У нас родничок был не как у вас, а совсем крохотный. Я месяц с ним возился, старики смеялись надо мной, а сейчас никто не смеется. Маленький родничок настоящим ручьем стал. И это мои победы, мне это ближе и интереснее.

– Странно.

– Что странно? – Спросил Коготь.

– Странно, что я тебя понимаю, хотя сам другой совсем. Год назад, я бы решил, что за всем этим, ты трусость скрываешь. А теперь после всего, понимаю, что ты смелее многих колесничих. И я очень рад, что вы с Хумаей. Когда я буду в походы уходить, мне не о чем будет беспокоиться.

– Спасибо. Постараюсь оправдать надежды.

Этот разговор, почему-то напомнил Лису Ведуна. У всегда веселого Когтя оказалось что-то такое же глубокое и настоящее, какая-то особая мудрость. До этого разговора Лис был убежден, что каждый мечтает стать колесничим. Теперь он поверил, что это не так.

Прошла зима. Все время было занято подготовкой к свадьбе. Обычно к таким обрядам готовились две общины по пятнадцать – двадцать человек в каждой, но с этим переселением все изменилось. В общине Когтя их было десять человек, а у Хумаи и вовсе четверо, вместе с самой невестой. А накормить предстояло две родовые ветви. Лис все время охотился и несколько раз очень далеко ездил за рыбой. Но эти труды были вознаграждены восторгом сестры. Рыба считалась самым невероятным деликатесом. Это было легко понять. Раньше племя жило на огромных реках, которые Лис никогда не видел. А в этих степях рыбы не было, по крайней мере, так все считали. Это Ведун научил мальчишку, как узнать в какой речушке может быть рыба и как ее правильно ловить.

Празднества по случаю образования молодой общины прошли замечательно, и все остались довольны. Коготь перебрался в их дом. Первое время присутствие чужого человека как-то раздражало Лиса, но это быстро прошло. Жить стало интереснее. К Когтю и Хумае все время приходили друзья, сам поселок наполнился жизнью. Лису теперь всегда было с кем потренироваться, так как многие из друзей Когтя были воинами. Особое внимание Лис уделял бою на двух топорах. Он все время помнил о словах Когтя. Убивать кого-либо из своего племени во время посвящения, Лис не собирался. Он решил так овладеть топорами, чтобы с любым противником справиться без убийства и увечий.

Коготь засеял поле рожью. Для этого пришлось поменять одну корову на зерно. Но когда появились всходы, люди специально приходили посмотреть на это чудо. Урожай обещал быть огромным. Лис стал экспериментировать с бронзой. Ведун положил в повозку несколько различных слитков. Два предназначались для топоров, с которыми Лису предстояло пройти обряд посвящения, а остальные Лис использовал для обучения. Отец топоры для сына не сделал, а разрешалось использовать только оружие, сделанное мастером рода. Лис отлил несколько украшений для Хумаи и мамы. Получилось здорово. Так начав с браслетов, Лис рассчитывал за год дойти до боевых топоров. Для Ворона он сделал нож, точно такой же, как тот, что оставил самому Лису Ведун. Его легко было прятать в поясе. Оружия мальчишкам носить не разрешалось. Но, намотав на лук шкуру, Лис всех уверял, что это охотничий лук. Так друзья всегда и ходили с охотничьими луками и ножами, спрятанными в поясах.

Коготь уехал на повозке что бы произвести обмен с другой родовой ветвью, а Лис отогнал коров дальше, на свободные земли, к большому ручью. Мама ругалась, говорила, что опасно выгонять скот на равнину, могут враги увидеть, но все лето не было ни одного нападения воинов длинных ущелий. Найдя на берегу ручья глину, Лис подбирал состав для литейных форм. Это занятие его так увлекло, что он не заметил, как коровы стали уходить вниз по ручью. Встревожено прокричала птица, и Лис увидел, что коровы уже очень далеко. Отложив глину, он побежал за коровами. Коровы были уже близко, и Лис перешел на шаг, восстанавливая дыхание, не хватало еще спугнуть животных, чтобы еще час за ними гоняться. Спустившись вниз, к ручью Лис замер. Коров угоняли! Три коровы – главное богатство общины забирали враги! Лиса не заметили. Сняв лук Лис, вложил стрелу. Прячась за коровами, он подошел ближе и, выпустил одну за другой четыре стрелы. Двоих врагов удалось ранить, но самого мальчишку сбил с ног воин, которого Лис не заметил. Лиса связали, а сами погнали коров дальше. Из разговоров мальчишка понял, что за ним собирались вернуться, подогнав повозку.

Как только воины длинных ущелий ушли Лис извернувшись, достал ножик. Он возблагодарил богов, что враги его не обыскали. Перерезав веревку, мальчишка побежал в ближайшую общину. Ему повезло, ближе других был поселок Разящего стрелами – отца Ворона. Лис надеялся, что с таким колесничим они смогут вернуть похищенный скот. Но колесничего дома не оказалось. От Ворона Лис узнал, что воины длинных ущелий совершили несколько нападений на северо-восточные общины, и отец умчался туда. Быстро рассказав все Ворону и его приятелю, мальчишке, немного старше, которого Лис не знал, он попросил без подробностей сказать маме, что коровы ушли далеко, и Лис пошел за ними. Время терять было нельзя и, взяв пару лепешек и бурдюк с водой, Лис побежал за похитителями. Мальчишка был уверен – с коровами враги не смогут идти быстро, их легко будет догнать.

На ходу Лис придумывал план действий. Он решил дождаться ночи и тихо отогнать свое стадо в какое-нибудь ущелье или лог. Враги торопились и, скорее всего, искать несколько коров не станут. Благодаря тренировкам Ведуна Лис мог бежать очень быстро и долго. К вечеру он увидел стадо. Враги угнали много скота, Лис насчитал пятнадцать коров и пять лошадей! Еще у них было три колесницы и две большие повозки. Лис понял, что отогнать коров незаметно будет очень трудно. Нужно было ждать удобного случая. Стало холодно, Лис был только в переднике и мокасинах. Лук враги сломали, но у Лиса были стрелы и четыре запасные тетивы. Это он у Ведуна научился, всегда в мокасинах прятать запасные тетивы для лука. Дело в том, что все остальное можно было быстро сделать самому. А вот тетива плелась из оленьих жил и долго вымачивалась в специальном растворе. Лис уже присмотрел иву, из которой можно было вырезать сам лук. Но подобраться к дереву, у которого расположились враги, пока было невозможно. Еще Ворон дал Лису свое копье. Лис едва не уснул, когда услышал, что сзади кто-то подкрадывается. Сжав копье, мальчишка приготовился нанести удар.

– Не надо, обидно умереть от своего собственного копья.

– Ворон, а ты откуда здесь взялся?

– Ну, ты и бегаешь, точно, как лис настоящий. – Следом за Вороном появился тот второй мальчишка, который был старше их обоих.

– Не пугайся, это Ванант.

– Лис, если ты – не против, то мы тебе поможем.

– Не против. Тем более само имя твое вселяет надежду. Слушай, а почему тебя так назвали «Победная звезда»?

– Как и тебя, родился я, когда она появилась над вершинами деревьев. Ну, это все хорошо, а что теперь делать будем? Набросимся на них и всех перебьем? – Ванант заглянул вниз. – Их там человек десять взрослых воинов, и трое – колесничие. Лис у тебя есть идеи получше?

– Есть. Ждем удобного случая и отгоняем коров по тому логу, – Лис указал рукой дальше на юго-запад. – Торопятся они, и надеюсь тратить время на поиски, не станут.

– По крайней мере, это лучше, чем моя идея. На вот Лис перекуси пока, тут сыр, молоко. И рубаху с плащом надень, на тебя смотреть холодно.

– Вот спасибо, а то я продрог совсем. – Лис натянул рубаху и закутался в плащ.

– Ох, и устал я от такого бега, я пока немного посплю, отдохну. Если что-то изменится, сразу меня будите. – Ванант так же завернулся в плащ.

– Давайте дрыхните, а я, пока, понаблюдаю. – Ворон сел, скрестив ноги, и положил перед собой лук со стрелами.

Но поспать мальчишкам не пришлось. Только Лис уснул, как Ворон стал трясти его за плечо. Лис посмотрел вниз и замер. Ванант то же проснулся. Внизу воины длинных ущелий вызывали демона. Они принесли в жертву девушку и стали петь какой-то странный гимн. Это было жутко. Откуда-то сверху подул холодный ветер и Лис увидел неясный контур. Какое-то время все сидели, боясь пошевелиться и вдруг, все исчезло. Внизу осталось дерево, родник, но не стало ни скота, ни повозок, ни людей. Все исчезли!

– Неужели демон их забрал, – с трудом подавляя панику, произнес Ванант.

– Нет, это был Аэшма – демон грабежа, буйства и гнева. Он их спрятал.

– Вот значит, почему наши колесничие не могут никогда поймать этих грабителей! Что теперь делать будем?

– Ждать будем. «Этот обман не может длиться долго», – убежденно произнес Лис.

– Лис, неужели тебе не страшно?

– Страшно Ворон, но я не уйду. Они всех наших коров забрали, как Хумая детей кормить будет, да и Борода старый совсем, он без молока тоже не сможет.

– А я надеялся, что ты скажешь, давай вернемся и все расскажем колесничим. Но, если ты не уйдешь, то и я останусь. – Ворон стал тихонечко напевать гимн Эрэхши – лучшего стрелка всех времен. Неожиданно Ворон прервал пение, схватив Лиса за руку, он прошептал, – я их вижу, они как бы туманом скрыты.

Как ни всматривались Лис и Ванант, но они ничего не увидели. Зато Лис услышал, как кто-то кашлял и потом один из воинов на кого-то кричал. Звук тоже казался приглушенным. Лис незаметно стал засыпать, когда всех заставило вздрогнуть ужасное рычание. Тигр подходил к роднику с запада. Мальчишки притаились. Тигра могли привлечь лошади и коровы, но нападать на десяток вооруженных воинов хищник не станет, это все понимали. Гораздо проще хищнику было обогнуть холм и убить мальчишек. Лис надеялся, что тигр уйдет, но неожиданно его рычание прозвучало где-то слева. Он огибал холм, на котором спрятались мальчишки!

– Давайте вниз, спустимся ближе к грабителям, тогда он может нас и не тронет. – Все согласились с предложением Лиса.

Мальчишки никак не могли остановиться. Страх перед чудовищным хищником затмил страх перед врагами. Они спрятались за небольшими кустами всего в сотне шагов от повозок. Грозный хищник ходил кругами вокруг лагеря грабителей. Только после полуночи он ушел. Воины стали укладываться спать. Ворон сообщил, что осталось только двое караульных. И еще он заметил, что коровы исчезли. Вероятно, они ушли, испугавшись тигра. Спрятаться стадо могло только в том логу, который Лис присмотрел. Подождав еще час, стали осторожно пробираться в сторону лога. Неожиданно Ванант остановился: «Стойте, посмотрите на вторую повозку». Лис и Ворон одновременно выругались. К колесу был привязан парень. Ванант его знал, он был из третьей родовой ветви, как и сам мальчишка.

– Лис, надо его спасти. Ты сам в плену был, знаешь, что это такое. А Сатаву, как и мне, этой весной обряд проходить. Он откажется, и они его принесут в жертву своему демону.

– Будем спасать. Жалко коровы уйти далеко могут. Но человек важнее всех богатств. Я тише всех пробраться могу. Я попробую веревки обрезать. А когда поползем обратно, нас могут караульные услышать. Тогда уже вы их стрелами снять должны. Только так, чтобы они тревогу поднять не успели.

– Ворон, ты стрелок хороший, но не торопись. Даже если караульный что-то заметит. Они сразу шуметь не станут, сперва подойдут посмотреть. Вот когда они шагов на пятнадцать к Лису подберутся – тогда стреляем, но не раньше. – Только сейчас Лис понял, что Ванант старше почти на два с половиной года. Он уже был почти взрослым воином.

– Хорошо, я пополз, – Лис отдал Ворону копье.

– Подожди Лис, еще рано, пусть немного стемнеет. – Удержал мальчишку Ванант.

Ванант отпустил Лиса только спустя час. Лис пробрался к колесу с пленником быстро, но парень был так избит, что идти не мог. Он даже не понял, что его освобождают. Что делать дальше Лис не знал. Он уже был близок к панике, когда с повозки свесилась чья-то голова.

– И меня развяжи, – от голоса мальчишки Лис едва не вскрикнул.

– И сколько вас тут? Пять мальчишек и две дурочки, которые ревут все время. – Мальчишка лет восьми, не старше, говорил очень серьезно и даже солидно. Но Лис заметил размазанную по всему лицу грязь от недавних слез.

– Сам веревки перерезать сможешь?

– Нет, я кусался, и они гады руки мне за спиной связали. – Вот теперь было видно, что мальчуган с трудом сдерживает слезы.

Лис осторожно поднялся и мальчишка, повернувшись спиной, подставил связанные руки. Лис перерезал веревку и протянул нож: «Очень тихо перережь веревки остальным, и будем выбираться». Но «тихо» не получилось. Из повозки послышалась какая-то возня, и караульный услышал. Именно в этот момент парень, прислоненный к колесу, упал. Выругавшись, караульный прикрикнул на детей в повозке и, ругаясь, стал переходить на другую сторону. В одно мгновение Лис сбросил с себя рубаху и, задвинув парня под повозку сел к колесу, убрав руки за спину, будто они связаны. Караульный больно ударил ногой по ребрам. Удар был не сильный, но мерзавец точно знал, как и куда бить. Лис громко застонал.

– Сиди тихо, ты нам еще живой нужен, хоть и ненадолго.

Караульный хотел уйти, но, вдруг передумал. Развернувшись, он опустился на корточки, и растерянность на его лице сменилась страшным оскалом. Он заметил подмену. Караульный хотел что-то крикнуть, но из широко раскрытого рта не вылетел ни один звук. Лис не понял, почему вдруг этот караульный стал медленно заваливаться на бок, пока не увидел стрелу Ворона, торчащую из шеи врага. Лис, поняв, что Ворон его видит даже в такой темноте, и махнул рукой. Спустя пару минут приполз Ванант. Вдвоем они стали переправлять ребятишек из повозки. Но сделать все тихо не получилось. В противоположной части лагеря послышались чьи-то голоса. Проснулись колесничие. Лис зажмурился. Воображение рисовало, что с ним сделает Медноконный, от которого Лис сбежал в прошлом году. Но Ванант не растерялся, схватив двух девчушек под мышки, пригибаясь к кустам, он побежал в сторону Ворона. Остальные последовали за ним, но Лис так и не смог двинуться с места. Проклятый страх его будто парализовал. Лис слышал, как несколько человек шли в его сторону, но неожиданно ночную степь потрясло рычание тигра. Тигр оказался точно у колесниц. Поднялась паника. Кто-то пытался успокоить лошадей, кто-то хватался за оружие и собирался отбиваться от тигра.

Лис опомнился и, схватив Сатава, стал оттаскивать его в сторону. Но получалось медленно, парень оказался очень тяжелым. Появился Ванант. Вдвоем они кое-как оттащили Сатава за кусты. На помощь пришел Ворон. Только спустя четверть часа, все укрылись в логу. Тигр ушел. Из криков удалось понять, что хищник убил одного из караульных. Во вражеском лагере все занялись поиском второго караульного. Вскоре крики дали ясно понять, что воины длинных ущелий узнали о побеге пленников. Ворон дал Сатаву попить, и парень пришел в себя. Опираясь на Вананта, он уже мог идти. Сидеть под самым носом у разъяренных врагов было невыносимо, мальчишки решили уйти дальше по логу. Ворон сообщил, что там впереди большие камни и скалы. В этих скалах, постоянно успокаивая малышню, просидели до утра.

Утро принесло новые страхи. Пять воинов длинных ущелий, шли по логу в поисках беглецов. Ворон хотел их перестрелять, но Лис сдержал руку друга: «Они могут нас не заметить, а после первой стрелы все равно убьют всех». Враги подошли близко, еще пятьдесят шагов и все будет кончено, но, неожиданно один из воинов нагнулся, рассматривая следы. К нему подошли остальные. Быстро переговорив, враги ушли. Просидев за скалой еще час, мальчишки решились провести разведку. Оказалось, что здесь побывал тигр. Именно следы хищника, вынудили врагов прекратить поиски. Только когда пыль от вражеских колесниц стала не видна, Лис предложил возвращаться домой. Внизу осталось еще пять коров. Лис решил, что искать и ловить остальных нельзя, когда надо вернуть в общины малышей. Так уже после полудня странный караван двинулся в обратный путь. Впереди шли Лис и Ворон, за ними семь малышей по восемь – девять лет. Дальше шествовали пять коров. Замыкали шествие Ванант и Сатава.

Лиса все время доставал тот самый шустрый мальчуган, которого звали Вайут. Он был из племени Белой птицы, и, оказывается, знал Владеющего Верблюдом. Вайут извергал вопросы быстрее, чем водопад капли.

– Если тебе только тринадцатый цикл годовой пошел, то получается, что в вашем племени Медведя, воинами в двенадцать лет становятся?

– Нет, только в шестнадцать и старше.

– А кто тогда ты? Ведь если ты на врагов нападаешь, значит, ты воин?

– Значит воин, но если ты не замолкнешь, то я людоедом скоро стану и тебя съем.

– Не съешь, – на всякий случай мальчишка отстал на пару шагов. – А тебя, почему Лисом назвали? – Начал новую атаку неугомонный мальчишка. Лис, вместо того чтобы приструнить мальчишку, вдруг развеселился.

– И как ты его выдерживаешь Лис? Я, наверное, уже давно бы его обратно в ту повозку вернул, – Удивился Ворон.

– А знаешь, я только сейчас понял, почему все и даже Коготь раньше меня Лисьим хвостом дразнили. Я такой же был.

Мальчишка, вероятно сформулировав новый вопрос, опять подошел к Лису. Но спросить ничего он не успел. Подошел Ванант. Друзья остановились. Показав на нестройную колонну малышей, парень потребовал привала: «Еще немного и они падать у нас начнут. Нам бы воду найти». Лис осмотрелся. Не далеко у подошвы сопки он заметил небольшое понижение и более зеленую траву. «Вода там должна быть, и место укромное. Давай там привал устроим». Пока Лис и Ворон расчищали родник, парни, разделив последнюю лепешку, раздавали паек малышне. После свежей воды все завалились спать в тени больших кустов. Ванант остался охранять друзей. Лис и Ворон проснулись одновременно. Парень указал в сторону степи. Точно к роднику подъезжал отряд колесничих. Ворон сообщил, что это враги. Прятаться или убегать было некуда. Ворон и Ванант подняли луки, Лис и Сатава вышли вперед и стиснули копья. Лис поймал себя на мысли, что сейчас ему не так страшно, как обидно. Столько трудов зря. Теперь все погибнут.

– Вайут, ты остаешься за старшего. Залазьте в кусты как можно дальше, может они вас и не найдут. А потом вдоль холмов всех поведешь. А уж мы постараемся отвлечь их и увести подальше отсюда. Ворон как сможешь, пускай стрелы, и отходим в скалы. А там встанем так, будто ребятишек защищаем. Может что-то и получится. – И очень тихо Лис добавил, так чтобы никто не услышал, – боюсь, этот бой будет очень коротким.

– Опустите копья, это воины Белой птицы, – Ворон опустил лук и убрал стрелу. – Я узнал Владеющего верблюдом.

– Не думал, что нам еще доведется увидеться, – теперь и Лис узнал спасенного год назад воина.

К своему удивлению. Мальчишки увидели и трех колесничих своего племени. Раньше такого никогда не было, что бы воины разных племен вместе искали похитителей. Удивлению воинов не было предела, когда из кустов стали появляться перепуганные физиономии. Это казалось невероятным, но мальчишки спасли всех похищенных детей. Повернувшись к Ворону и Лису, Владеющий верблюдом сказал, что за семь лет, жизни здесь только два раза удавалось спастись из плена воинов длинных ущелий. И оба побега организовали Ворон и Лис.

– Нет, мы без Вананта не справились бы, – очень серьезно возразил Лис. – Вы можете забрать малышню? А то, тигр опять объявился. С таким караваном мы до ночи не дойдем.

– Да мы всех вас заберем, – вмешался в разговор кто-то из колесничих племени Медведя.

– А как запрет? – Испугался Ванант.

– Очень просто, рассмеялся воин. – Никому не запрещается вести на колеснице мальчишку чужого племени. Так что все по колесницам и скорее домой. Нам надо еще с этими грабителями посчитаться.

– Вы их не найдете. – Лис посмотрел на юго-запад, их демон скрывает.

– Молчи Лис, больше ни слова. О таких вещах не во всяком месте говорить можно. Давайте по колесницам и уходим.

– Вы езжайте, а мне коров отогнать еще надо. – Сообщил Лис.

– Каких коров?

– А они там за кустами. Мы ведь начали все это, чтобы коров вернуть.

– Коров Рамута отгонит.

– Нет, это наши коровы, у нас больше ни одной не осталось, – Лис понимал, что теперь коров могут разделить между всеми пострадавшими от этого набега общинами.

Отгоняющий волков – так звали колесничего из племени медведя, обратился к остальным воинам: «Парень беспокоится, что коров всем раздадут, если воины Белой птицы не возражают, то все коровы военная добыча Лиса». К Лису подошел старый воин со шрамом через всю голову.

– Значит, это тебя Лисом зовут? – Лис кивнул. Вот держи парень, – Этот топор боевой мне Кангхиратшаре от деда достался. Десять лет я с ним не расставался. Ты ведь не просто у врагов добычу увел, ты детей нам вернул. В любой момент, можешь прийти в наше племя и получить коров и быков, и что тебе будет нужно. Если хочешь, я сам сюда их пригоню. Вот этот чумазый мальчишка сын моего лучшего друга и главного воина племени. – Колесничий подтянул к себе Вайута.

– Спасибо вам, но мне чужого не надо, только мои три коровы, а этих двух пусть Вананта возьмет. У них община большая, а скота мало. И вообще, я только затеял поход этот, а делали мы все вместе.

– Раз так тогда, и ты парень держи топор мой. Этот я сам сделал – Кангхиратшар протянул Вананту второй такой же большой и тяжелый боевой топор колесничего. – А вы примите эти копья парни, воин протянул копья Ворону и Сатаве.

Все отлично понимали, что старый колесничий не просто оружие свое подарил. Такого раньше никогда не было. Во-первых, мальчишкам оружие такое еще запрещалось. Во-вторых, эти вислообушные топоры стоили целого состояния. И главное, он передал оружие воинам чужого племени. Это означало, что никогда ни сам Кангхиратшар, ни один из присутствующих при этом воинов, не сможет поднять оружие против соседнего племени. Напряженную тишину прервал Отгоняющий волков – он был главным в отряде племени Медведя: «Если дети наши вместе врагов наказывают, то и нам ссориться ни к чему. Я подтверждаю право парней на подарок Белой птицы и беру ответные обязательства». Все воины согласились.

В общину Лис попал поздним вечером. Все коровы были уже на месте. Длинную проповедь мамы прервал вернувшийся Коготь, Он сообщил, что утром Лиса, Ворона и Вананта ждут на совете.

– А почему Сатава не позвали? – Возмутился Лис.

– И его позвали, но он не сможет прийти. Он вообще удивительный парень. Он сам шел, копье держал. А как все успокоилось, слег и теперь подняться даже не может. У него и ребра сломаны и что-то внутри отбито. Правда врачевательница уверяет, что парень поправится, но это только к концу осени. Да Лис на Совете все воины племени будут, и Жрец Верховный будет. Я решил предупредить тебя. Но ты его не бойся. Меня туда не пустят, но Разящий стрелами, Отгоняющий волков и Ранхадан – отец Даны там будут. Они в обиду вас не дадут, если только ты сам глупость какую не сделаешь.

– Коготь, а как мне там появиться?

– В каком смысле как? – Не понял Коготь.

– Ну, в смысле надеть что?

– Тебе топор воин Белой птицы вручил? – Лис кивнул, – Тогда сделай так, надень передник и пояс, тот, что Хумая сделала, а за пояс топор повесь. Так все будет соответствовать этой непонятной ситуации – одежда вроде как детская, а топор колесничего.

– А Змей топор не заберет?

– Нет, если он заставит убрать топор, то это считай, как вызов на поединок Кангхиратшару и Отгоняющему волков. Даже наш Змей на такое не пойдет. Хотя думаю, что он может победить их обоих.

– Куда ему, Коготь, он же старик совсем?

– Старик, – передразнил парень, а ты Ведуна своего вспомни, он еще старше. А Змей один из сильнейших, против него только Медвежья лапа и, наверное, Разящий стрелами выстоять могут.

– Зря ты это сказал, у меня и раньше все дрожать начинало при виде Змея.

– Не бойся жреца. Чтобы тебе спокойнее было, я с тобой поеду, от нашей общины, – заявил Борода.

– А вам разве можно? – Удивился Лис.

– Я был стоящим на колеснице, когда отец Медвежьей лапы еще младше тебя Лис был. Не посмеет он меня выгнать. А я тебя в обиду не дам.

Ворон и Ванант появились при полном облачении, в длинных рубахах, с поясами. Волосы у обоих были стянуты кожаными ремешками. Лис вспомнил свое отражение в бронзовом мамином зеркале. Это было ужасно, мало того, что он был значительно ниже ростом и со своей испуганной детской физиономией, а тут еще и этот передник ужасный. Но Лис понимал, что, не пройдя обряд в своем племени, лучше зря не злить Змея. Единственное, что было одинаковое – это оружие. Все явились с боевыми топорами. Ворону топор вручил отец, он ведь сам был колесничим. А вот Вананта был сыном общинника. Лис немного успокоился, поймав восхищенные взгляды мальчишек на своем кровавом треугольнике, знаке, оставленном Ведуном. Все собрались. Вперед вышел жрец: «Так как речь пойдет о демоне, то этот Совет начну я». Лис сглотнул комок, подкативший к горлу.

– Ванант рассказывай все, как было, – Потребовал жрец. От взгляда этого страшного старика, Лис едва не умер, а парень держался удивительно твердо. Справившись со своим голосом, он очень громко сказал: «Я не могу. Пусть расскажет Лис».

– Ты старший, а он еще даже не посвященный средней ступени. – В голосе жреца Лису показалось змеиное шипение.

– Извините, но именно Лис руководи нашим походом, и рассказать все должен только он.

– Пусть говорит Лис, крикнул кто-то из воинов. В конце концов, это не суд рода, а Совет.

Лис рассказал все, как было. Вначале было очень страшно, голос даже дрожал, но вскоре сам рассказ как-то увлек. Закончил Лис свою повесть уже спокойно и уверенно. Жрец и несколько старых воинов задавали вопросы о демоне. Ворон подробно рассказал, все, что смог увидеть после того, как пропел гимн древнему стрелку. А Лиса все спрашивали, почему он решил, что это был Аэшма – демон грабежа? Медвежья лапа допытывался, не появлялся ли рядом с демоном Сэрвара⁹ или Дахаки¹⁰. Эти ужасные змеи – драконы часто сопровождали демона. Но драконов ни Лис, ни Ворон – не видели. Когда этот ужасный «допрос» закончился, мальчишек попросили подождать за изгибом ручья на выходе из ущелья. Ноги подкашивались. Едва дойдя до ручья Лис, повалился на песок. Никого рядом не было, и Лис искупался. Он вытерся плащом Ворона, и восхищенно посмотрев на Вананта, снизу вверх сказал: «Ну, ты и даешь».

– Это ты Лис выдал, прямо эпос готовый получился.

– Нет, я думал, что Змей тебя испепелит взглядом! А ты с ним спорить взялся! И как ты все это выдержал? Я от страха чуть не умер. – Лис поежился и повязал вокруг бедер передник.

– А я за тебя испугался. Мне Змей ничего сделать не мог, а на тебя он давно покушается. А когда он знак Ведуна увидел, то вообще в ярость пришел. Вот я и решил, что если начну рассказывать, то обязательно глупость какую-нибудь скажу и могу тебя подвести. А ты у нас хитрый Лисенок, ни одной ошибки не допустил и всю правду рассказать умудрился.

Удивительно, уже год никто не называл Лиса ни «Хвостом», ни «Лисенком». За такое, мальчишка любого бы отделал, а вот на увальня Вананта он совсем не обиделся. Вообще впервые Лис оказался в настоящей, дружной компании. Да еще, какой компании, с такими парнями. И хотя Вананта иногда называл его «Лись», или даже как сейчас «Лисенок», относились к нему как к другу, равному, хотя и Ворон и Ванант были намного старше. Ворон на два, а Ванант вообще – на целых три года. Он, если бы родился не летом, а зимой или весной, то уже был бы воином посвященным. Неожиданно их вновь позвали на Совет. Лис был в панике, он еще даже не высох. Так и пришлось появляться перед Большим Советом мокрым.

Теперь говорил Медвежья лапа. Он поблагодарил всех за смелость и подтвердил право на оружие. Родители спасенных детей, каждому подарили быка! Все складывалось замечательно, но Лиса пугали взгляды проклятого колдуна – Змея. Лис чувствовал, что так хорошо все это закончиться просто не может. Борода отправился домой, а Лис с друзьями, поехали навестить Сатава.

Распрощавшись с Вороном, Лис пошел домой. Опять появилось чувство тревоги. Лису казалось, что кто-нибудь из общины Змея просто пустит сейчас стрелу в спину. Но все оказалось еще хуже. Подойдя ближе, Лис увидел дым. Это горело поле их общины! Лис прибежал поздно. Половина урожая сгорела! Хумая склонилась над Когтем и плакала. Коготь смог остановить огонь. Он спас половину поля, но сам сильно обгорел.

Вместе с мамой перенесли Когтя в дом. Ива быстро взяла все в свои руки. Лиса отправили за травами необходимыми для целебной мази. Хумая перестала плакать. Мама уверила ее, что Коготь поправится. Вернувшись, Лис отозвал старика в сторону. Мальчишка предложил принести в жертву богам быка, чтобы спасти Когтя.

– И ты отдашь этого быка богам? Своего первого Быка?

– Да. Но, я не уверен, могу ли?

– Не беспокойся, мы сделаем все, как положено, – заверил Борода.

– Нет, тут дело в другом. Лис помрачнел. – Сейчас, когда вы сказали «своего первого быка», я вспомнил, что обещал его Митре и Сурье. Но тогда я имел в виду быка убитого мной на охоте. Вот я и не знаю, как теперь поступить. Но Когтя спасти надо.

– Ты готов спасти Когтя, пожертвовав собой? – Удивился старик. – И это притом, что он, вместо тебя стал главой нашей общины?

– Да какая разница, кто глава общины? Его спасать надо, вы скажите, можно отдать этого быка за Когтя, а убитого на охоте Митре и Сурье?

– Можно, если эту жертву я принесу, а не ты. – Согласился Белая Борода.

– А вы сможете?

– Ну, если ты смог пожертвовать этого быка, то я как-нибудь с обрядом справлюсь. Вижу я плохо, и ходить тяжело, но в руках немного силы еще осталось. Ты знаешь, как площадку готовить? – Лис кивнул и побежал расчищать площадку.

Боги услышали молитвы Хумаи и приняли жертвенного быка. Уже на следующий день, парень пришел в сознание. Но собирать урожай пришлось без Когтя и Хумаи. Хумая была уже в положении, и работать серпом не могла. Где-то очень глубоко Лис даже радовался, что половина этого урожая пропала. Рожь уродилась такая, что приходилось работать от восхода до заката Солнца. Лис с трудом доходил до своего места и сразу засыпал. От Вананта Лис узнал, что странные пожары произошли и в нескольких других общинах. Жрец обвинял в этих пожарах неправильное решение Военного Совета. Он уверял даже, что в мальчишек вселился демон, который лишил племя урожая. Страсти вокруг этих пожаров накалялись.

В довершение ко всему, Хумая сообщила, что коровы пропали. Пока Лис работал на поле, обычно сестра загоняла коров в загон. Этим вечером она не нашла маленькое стадо общины. Лис искал коров пять дней, но они исчезли. Теперь общине грозил голод. Больше всего Лис боялся за сестру, ведь в конце осени Хумая должна будет родить ребенка. Нужнее всего сейчас было молоко. Женщины тихо плакали, Коготь бредил во сне и стонал, Борода что-то пытался приготовить на очаге. Никому, ничего не говоря, Лис уехал. Мальчишка появился только утром. Он пригнал две коровы и три козы. Лис очень переживал. Он сел на край загона. Сзади подошла Хумая.

– Поменял? – Очень тихо спросила сестра.

– Лис кивнул и отвернулся, чтобы сестра не заметила наворачивающиеся на глаза слезы. Эти лошади были не просто подарок Ведуна. Лошади и повозка означали свободу, возможность ездить к друзьям, на дальнюю охоту и вообще куда угодно. Лис пытался отдать только повозку, но ничего не вышло. В племени осталось мало коров, и никто не соглашался поменять двух коров на повозку и одного коня. Лис отдал все.

– Лись, – Хумая не могла говорить, она просто прижала брата.

– Пока Коготь болеет, я должен был обеспечить общину, – Лис со злостью рубанул воздух рукой.

– Прости.

– За что? Ты здесь причем? Это все Змей из-за меня устроил. – Лис обхватил голову руками.

4

Наконец закончились работы в поле. Коготь уже мог сам вставать и выходить из жилища. Хумаю мама никуда не выпускала, боялась, что кто-нибудь может «сглазить». Лис был предоставлен сам себе. Несколько дней он просто отсыпался. Подойдя к своей перегородке, Лис рассеянно осмотрел свои владения. На глаза попался боевой топор. Лис попробовал его на вес. Он был очень тяжелым. Лис рассчитывал принять участие в обряде этой весной. Ему уже исполнилось тринадцать, и он получил оружие. Это давало шанс пройти обряд вместе с друзьями Вороном, Ванантом и Сатавой. Но в таком случае придется сражаться на топорах с такими взрослыми парнями. Лис был на голову ниже Сатава и на две ниже Вананта. Они были сильнее. Лис попробовал несколько боевых приемов и отбросил топор. Рука не выдерживала. Взяв легкий топорик Ведуна, Лис стал тренироваться. На следующий день приехали Ворон и Ванант. Лис был поражен, но и они жаловались на то, что не могли справиться с весом настоящего большого оружия.

Друзья стали тренироваться вместе. Спустя неделю, к ним присоединился и Сатава. Лис щедро делился хитрыми приемами и сериями ударов Ведуна. А друзья терпеливо выступали партнерами, давая возможность мальчишке на себе отработать коварные удары. Сатава и Ванант были сильнее, чем Лис и Ворон, но они не умели сражаться. Ворона учил отец, Лиса – Ведун, а в их общинах колесничих не было. Для парней, Лис стал главным учителем. Мальчишка не только знал все мыслимые и не мыслимые приемы, Ведун научил его упражнениям, делающим руку сильнее и тверже.

Лис все еще переживал потерю своих лошадей, и друзья всегда приходили пешком. Ванант и Сатава приезжали на повозке к Ворону, а от него добирались пешком. Сам Лис больше никуда не уходил. Теперь центром и главной учебной базой стал вар¹¹ общины Лиса. Мальчишки уже закончили свою тренировку и делали дыхательные упражнения, когда появился Коготь.

– Лис, а ты меня немного научить сможешь? – Спросил парень.

– Коготь, да ты лучше нашего сражаться умеешь, чему я научить могу? – Удивился Лис.

– Я не сражаться, а махать умею. А у тебя хоть силы маловато пока, зато какие приемы. А я, собственно, хотел, чтобы ты мне показал, как ты топор и копье крутишь и эти самые дыхательные упражнения. Слабый я совсем стал, мне надо как-то восстановиться. Какой я муж и защитник, если на ногах едва держусь?

– На ногах ты может, и плохо еще держишься Коготь, а вот община наша вся на тебе держится. На холоде тебе нельзя сейчас, а днем, когда Солнышко будет, я тебе все покажу.

Так Лис стал и главу своей общины обучать. Собственно Коготь не тренировался пока, а скорее лечился. У него сильно руки пострадали, особенно пальцы и он использовал хитрые упражнения, чтобы снова научиться работать своими покалеченными руками. К концу осени, Коготь уже свободно мог сжимать и разжимать кулаки. Врачевательница племени обещала, что к весне парень полностью восстановит и силы, и способности рук. Лис вернулся с охоты и перепугался. Борода и Ворон стояли перед входом в жилище, рядом что-то говорили какие-то бабки. Лис беспокоился за сестру, но все оказалось хорошо. Хумая родила двоих мальчиков! Все поздравляли Когтя и маму. Борода плакал.

– А ты чего старый? – Спросила бабка – врачевательница.

– Не умрет теперь община наша. Дожил и я до счастливого дня. – Старик повернулся к Лису. – Учись у Когтя. Если и твоя жена двоих воинов родить сможет, наша община самой сильной станет.

Так маленькое жилище почти умершей общины снова наполнилось шумом. Это было здорово. Но от этого шума Лис часто уставал. Иногда он уходил на весь день в скалистые холмы и там тренировался один. Точнее, это все думали, что один. Лис тренировался с духом Ведуна. Нет, Ведун не являлся к бывшему ученику, просто Лис как бы чувствовал его присутствие. Казалось, что ведун сражается с ним, исправляет ошибки. Однажды Лис задержался до темноты. Он уже собирался возвращаться, когда почувствовал, чье-то присутствие. Обернувшись Лис замер. В пяти шагах стоял тигр. Почему-то Лис был уверен, что это все тот же тигр. Тот самый, что напугал их с Вороном, когда они из плена бежали, тот, что напал на лагерь грабителей и позволил спасти пленников этой осенью. Поборов страх, Лис сел. Тигр подошел ближе и лег напротив.

– Так вот значит, почему ты нам помогаешь все это время, – Лису показалось, что тигр кивнул, подтверждая эту догадку. А мы глупые тебя боялись. Ты скучаешь по нему? – Тигр тихо рыкнул в ответ. – Я тоже скучаю. Интересно, почему он не взял тебя? Или он действительно ушел в страну смерти?

Тигр – встал, и, подойдя вплотную, лег так, что его голова оказалась вровень с головой мальчишки. И тигр посмотрел как-то весело, хищно и радостно. Лис понял, что Ведун жив. После этого Лис стал тренироваться с тигром. Это было невероятно. Тигр учил мальчишку, тому, чему не успел научить Ведун! Тигр показывал, как ускользать от ударов противника. Как наносить незаметные для врага удары. Как правильно убегать и догонять. Лис долго уворачивался от ударов огромных лап. Но когда мальчишка не успевал увернуться, когти исчезали, и Лис получал легкий толчок мягкими подушечками лап. Тигр не умел говорить, но Лис понял: хищник – друг Ведуна, не хочет, чтобы еще хоть один человек узнал о его существовании. Лис обещал молчать. О как это оказалось трудно! Как хотелось рассказать о новом друге Маме, Ворону, остальным парням. Так в изнурительных тренировках прошла зима.

Весной Лис получил приглашение – разрешение на прохождение итогового обряда инициации. Лис был в восторге. Ему разрешили пройти обряд в тринадцать с половиной лет! Наверное, за последние сто лет он был единственный, кому на момент испытаний не пошел пятнадцатый цикл. Лис и Ворон оказались самыми младшими. Собственно обряд вообще мог не состояться, слишком мало в племени было подходящих по возрасту парней. Но Медвежья лапа договорился с вождем племени Белой птицы. И Обряд решили проводить двумя племенами. Белая борода рассказал, что так и раньше делалось. Иногда на инициации собирались парни из трех – четырех племен. В этот раз получилось так же. Вместе с племенем Белой птицы к их племени присоединилось еще два. Все эти племена только закончили свое переселение, и людей не хватало. А кроме этого все страдали от набегов воинов длинных ущелий. Лис был необычайно взволнован, наконец, у него появилась возможность увидеть это ущелье и загадочный черный хребет, который так притягивал его с самого детства.

Коготь объяснил Лису основные этапы и испытания. Теперь оставалось только ждать, когда раздастся крик Варгана – ворона бога победы Вэрэтрагнэ. Испытания всегда начинались неожиданно, так что никто из посвящаемых не мог приготовиться заранее.

5

Медвежья лапа ходил угрюмый. В такие моменты все старались не попадаться вождю на глаза. Он задавал себе эти мучительные вопросы. Что он вождь племени сделал для мальчишки, который нашел это место, ставшее их простором? Вождь не смог его уберечь. Храбрый Лисенок угодил в плен, вначале к воинам длинных ущелий, потом к самому опасному человеку этой части мира, к этому Ведуну. Сгорел его урожай, и мальчишка отдал лошадей, которых так берег для своей колесницы. Но все это было еще не самым страшным. Теперь Лисенку предстояло пройти посвящение. Медвежья лапа понимал, что, несмотря на свой возраст, этот мальчишка выдержит все испытания. Этому надо было радоваться. Но, разве этот Лисенок откажется от права стать ратаэштаром – воином, стоящим на колеснице! Мальчишке придется драться на топорах с парнями на два – три года старше! И самое страшное, что изменить ничего уже было нельзя. Сейчас Вождь вспомнил, как погиб его старший сын. Эта боль не стихла с годами. И почему-то за этого Лисенка Медвежья лапа теперь переживал как за собственного сына. Остановившись возле священного очага, Медвежья лапа обратился к Агни. Вождь просил Индру и Вэрэтрагнэ даровать победу в испытаниях Лисенку.

– Если даже этот маленький гаденыш выдержит испытания и справиться с высшим заданием, я смогу не допустить его к посвящению в колесничие. Даже если Медвежья лапа, Разящий стрелами, Отгоняющий Волков или кто-то еще захочет вмешаться – они не смогут. А мальчишка опять допустит какую-нибудь глупость или просто убежит.

– Почему ты жрец, уверен, что колесничие не вмешаются?

– Они не смогут, не осталось колесничих в роду этого Лисеныша. А эти вояки захотят помочь, но традиции сильнее их воли. Они ничего не смогут изменить. – Жрец довольный своей изобретательностью потер руки.

– Только учти, мальчишка должен все потерять без нарушения традиций, иначе все это окажется бесполезным, и мы не сможем добраться до главного. Не забывай жрец, что мелкая личная месть мальчишке, не должна мешать нашей основной цели.

– Я помню, мальчишка только способ подобраться к главному.

– Вот и хорошо, тогда пора давать сигнал к началу инициаций.

– Как вы покинете угодья племени, я дам сигнал. – Жрец вздохнул с облегчением, только когда его посетитель исчез. Никто не увидел черную колесницу, стремительно растворившуюся в темноте.

6

Первое испытание заключалось в том, чтобы вовремя появиться в святилище, надо было попасть в ущелье и найти главную площадку. Так как парни добирались из разных общин и даже племен, то сигнал к началу испытаний давался не одновременно. Но по этому поводу Лис не беспокоился. Его община была ближайшей к святилищу. Лису нужно было только подняться по своему ущелью и перевалить большой пологий холм, и он оказывался в нужном ущелье.

Крик священной птицы разбудил Лиса. Все необходимое давно уже было сложено в специальный мешок. Лис, Коготь и мама все проверяли десятки раз. Быстро повязав передник, Лис собирался выскакивать из дома, но, прислушавшись, остановился.

– Что встал Лис, пробил твой час, беги и ничего не бойся. Коготь стиснул руку мальчишки. – Я приду тоже.

– Нет, Коготь не надо. Почти все племя будет там, а ты останься охранять детей и женщин, мне так спокойнее будет. В прошлый раз во время Совета у нас поле загорелось.

– Хорошо Лис, я останусь, а ты давай беги, будет время осмотреться и отдышаться немного.

– Коготь, а если это не сигнал был, а просто ворон пролетел случайный? – Засомневался Лис. – Раньше сигнала прибегу и все, это получится такое нарушение главного запрета, что никто уже не поможет? – Лис был в панике.

– Нет Лис, это твой сигнал, – успокоил Коготь. – Рассчитано все так, что как раз к рассвету ты успеешь добраться.

– Так что, я тогда побегу?

– Беги Лис. И помни, что с тобой сила всех предков, всего рода.

Мокасины надевать не разрешалось и Лис несколько раз сильно ушиб ступни, но все это было мелочью. Главное – оно вот – Святилище, сокровищница всех знаний, всей силы племени Медведя, волею судьбы заброшенного в эти бескрайние степи. Лис остановился, он точно знал, что по ущелью надо бежать направо к священным рощам. Но вдруг засомневался. Бросив взгляд налево, на пологие холмы, мальчишка отбросил сомнения. Поправив свой мешок, он побежал направо, к пугающей темноте огромных черных деревьев.

Перед рощей Лис остановился. Здесь у начала рощи он развел тот самый сигнальный костер, который так изменил всю его жизнь. Остановившись, Лис попросил у священных деревьев прощения за тот огонь и побежал дальше. За рощей оказалась большая расчищенная площадка, которая оканчивалась горой в форме пирамиды. Лис осмотрелся. Было еще темно, казалось, что со всех сторон одновременно на него смотрит демон, охраняющий святилище. Лис поднял вверх руку с цветными лентами – разрешением – пропуском в святилище и медленно пошел к этой горе, или скорее – высокой скалистой сопке. Неожиданно Лис упал и погрузился во что-то холодное и противное. Мальчишка решил, что его проглатывает демон. Зажмурившись, Лис весь сжался и почувствовал вкус тины. Он провалился в скрытый зарослями ручей! Едва сдержавшись, чтобы не выругаться Лис поднялся. Он оказался по колено в холодной воде. Выбравшись из ручья, Лис снял и выжал передник. Как это было обидно, столько готовиться, буквально пылинки сдувать и все так вымазать, и намочить. Вновь сняв передник, Лис нашел чистую воду и смыл тину. Затем он и сам умылся. Только приведя себя в порядок, Лис опомнился. Край неба уже синел, скоро рассвет, а он еще не добрался до центра святилища!

Теперь Лис бежал тихо и осторожно, как его тигр учил. На этот раз мальчишка вовремя различил журчание воды. В ручей он больше не проваливался. За горой – пирамидой оказалась вторая площадка. Лис остановился. Здесь он почувствовал присутствие особой силы. Вероятно, именно здесь находился дух святилища. Ровная площадка шагов в пятьсот со всех сторон была окружена черными скалами. Казалось, что Лис попал в пасть чудовища. Он вновь поднял высоко над головой свое разрешение и очень медленно пошел дальше. Ущелье сузилось. Лис испугался, что оно вообще закончилось, а он так и не разыскал нужное место. Но узкий проход между скалистой крутой сопкой слева и пологими большими холмами справа все же оставался. Лис посмотрел на ручей и успокоился. Ручей бежал дальше, значит, ущелье, и само святилище еще не закончились. Наконец Лис увидел впереди еще одну рощу. Он точно знал, что центр святилища находится между двумя рощами. В саму рощу он не пошел, остановившись у больших черных камней, слетевших откуда-то сверху. Никого не было. Опять стала подступать паника. Неужели Лис все же ошибся и принял за сигнал простой крик ночной птицы? Стало очень холодно. Лис решил больше никуда не идти и спрятался от ветра между двух больших камней.

Лис почти успокоился, когда увидел, что с двух сторон к нему подкрадываются бледные и зловещие фигуры духов, или демонов. Мальчишка не закричал только по тому, что страх не позволил. Дрожа всем телом, он попытался слиться с камнями, исчезнуть. Демоны подходили все ближе, Лис их не видел, но слышал шаги. Он попытался сосчитать, сколько этих демонов. Выносить этот кошмар больше он не мог и, стиснув цветные ленты – разрешение, резко поднялся. Духи бросились врассыпную, некоторые упали, кто-то зашипел. Присмотревшись, Лис закрыл рот руками, чтобы не рассмеяться! В святилище запрещалось произносить любые звуки. Некоторые из упавших мальчишек, как и Лис, закрыли рты руками, чтобы не застонать и не выругаться. Очень крупный парень, явно из другого племени подошел к Лису и замахнулся, потом он постучал костяшкой пальца по своему лбу. Парень ничего не сказал, но понять его эмоции было не сложно. Лис сам перепугал всех парней, так, что у многих поджилки тряслись.

Стало совсем светло. Подошел Ворон и указал куда-то одними глазами. Лис, проследив за взглядом друга, увидел светящееся изображение божества. Рядом на скале он различил фигуру козла и что-то еще. Лис решил, что это Пушан¹². Все обратили внимание на божество, и, подняв головы, смотрели наверх. Неожиданно прозвучавший звук трубы заставил всех вздрогнуть. Оглянувшись, парни увидели жрецов. Повинуясь жесту жреца, все встали в одну линию, лицом к жрецам. Лис посмотрел на своих соседей, и стало как-то не хорошо. Оба парня были года на три, если не на четыре старше и значительно выше ростом. Лис вообще казался здесь лишним. Но времени на переживания не было. Вперед вышел жрец Белой птицы. Он подошел к кому-то из парней, в левой части строя, и запел гимн Пуруше¹³. Неожиданно жрец смолк, и парень продолжил. В этом заключалось первое испытание. Жрецы так проверяли знание священных гимнов. Лису стало смешно, ну кто же не знает священных гимнов? Но прошел час, когда жрец, наконец, приблизился к самому Лису. Самым ужасным было стоять неподвижно все это время. Было холодно, страшно болели ноги и спина. Хотелось сесть или хотя бы прислониться к камню. Эти отвратительные ощущения никак не давали сосредоточиться! Лис почувствовал, что может просто перепутать гимны от всего этого кошмара! Но Лис не перепутал, правда, петь он начал каким-то не своим, жалким и испуганным голосом, но уже со второй фразы Лис исправился. Жрец едва заметно кивнул в знак одобрения и перешел к следующему парню. Лис едва не упал. Теперь стоять неподвижно стало еще труднее. Как только жрец отошел, все тело расслабилось, Лис вообще едва не заснул.

Когда первое испытание закончилось, уже поднялось Солнце. По сигналу жреца, все буквально рухнули на траву. Лис посмотрел на небо и закрыл глаза. Он старался расслабить все мышцы и отдохнуть за очень короткое время, как учил его Ведун. Жрецы разделили парней на группы и стали проверять, кто что умеет. Лис попал в группу пастухов. Жрецы смотрели, как каждый из парней поймает козу, загонит в вар почти диких коров, поймает и запряжет в повозку лошадей. С этим у Лиса проблем не было, пока у него были кони, мальчишка проделывал все это каждый день.

Затем началась проверка всяких умений, связанных с земледелием. Это было труднее, но и здесь Лис справился. Помогли наставления Когтя, который разбирался в земледелие, наверное, лучше всех в племени.

Так прошел весь день. На пределе своих возможностей Лис показал, все, что умел. Перед заходом Солнца, жрецы разрешили отдохнуть, поесть и устраиваться на ночлег. Лис обрадовался, он очень устал. Но коварство испытания еще не закончилось. Парням предложили устраиваться на очень скользком и крутом склоне. Лис облюбовал место под большим кустом. Расстелив свою лисью шкуру, он просто ремешками привязался к кусту, чтобы не скатиться вниз. Парню, расположившемуся рядом, повезло меньше. Решив, так же, как и Лис привязаться к кусту он не рассчитал свой вес. Куст не выдержал и, ругаясь, парень покатился вниз. Он не сдержался и что-то крикнул. Непонятно откуда появился жрец и увел несчастного. Парень, сказав пару слов в голос – не прошел испытание.

Несмотря на то, что было холодно, Лис отлично выспался. Следующий день начался с того, что парней повели по святилищу. Жрецы рассказывали мифы и легенды, которые не положено было знать детям. Некоторые подробности взаимоотношений мужчин и женщин Лиса шокировали. Многие рассказы сопровождались рисунками, высеченными на скалах. Так прошло пол дня. Лис видел, что многие парни устали, некоторые повредили ноги о колючки и острые камни. Тайком Лис посмотрел на друзей, к счастью, никто из них не покалечился. После очень короткого перерыва для еды, Жрецы повели всех по гребням сопок. Это напомнило Лису походы с Ведуном. Сути этого испытания Лис так и не понял. Для мальчишки, бегавшего по сопкам с Ведуном и тигром, это казалось не испытанием, а развлечением. Но когда все вернулись обратно, Лис понял, что это не так. Половина парней разбили ноги и очень устали, некоторые сильно страдали без воды. Рядом с Лисом опустился парень, сильно разбивший ногу о камень. Он достал свой бурдюк для воды и обнаружил, что вода закончилась. Парень едва не закричал. Лис протянул свой бурдюк, почти полный.

Лис ждал, продолжения испытаний, но жрецы разрешили всем спать. На этот раз расположились на ровном и удобном месте. Прочитав заговор против змей, Лис прочертил магический защитный круг и сразу уснул. Вскочил мальчишка от звука рога. Все поднимались и складывали свои вещи. Лис, быстро засунув шкуру в мешок, пошел за остальными. К нему подошел жрец и велел рассказать миф об Ашвинах с показом соответствующих рисунков. Только теперь Лис понял суть дневного испытания. Ему предстояло найти необходимые рисунки в темноте и, рассказывая длинный миф провести жреца на нужное место в темноте. Лис помнил, где находятся нужные рисунки, но вот как к ним лучше пройти не знал. Начав свой рассказ, Лис поднялся на гребень. Он решил идти тем же маршрутом, которым днем их водил жрец. Лис еще не добрался до изображения Ашвинов, а рассказ уже заканчивался. Не зная, как поступить мальчишка стал рассказывать отдельные эпизоды с участием Ашвинов, которые слышал у Ведуна. Жрец все время шел сзади, и узнать его реакцию Лис не мог. Дойдя до изображения братьев – близнецов, Лис закончил рассказ и посмотрел на бесстрастное лицо жреца. Как Лис был рад, что Змей как верховный жрец племени не участвовал в испытании. Этот жрец казался вполне нормальным человеком. Неожиданно жрец сказал: «Теперь все зависит от того, как быстро ты доберешься до своего места». Лис не понял, куда нужно добираться, но спрашивать было нельзя. Постояв несколько секунд, мальчишка решил бежать к тому кусту, у которого спал. Бросив короткий взгляд, Лис решил бежать не по гребню, а сразу спуститься вниз по каменной осыпи и бежать вдоль ручья. Вниз Лис фактически слетел, едва касаясь холодных камней босыми ногами. Только за счет скорости можно было избежать ушибов.

Благополучно добравшись, Лис увидел, что некоторые уже вернулись и вновь укладываются спать. Лис тоже хотел сразу лечь, но, вспомнив наставления Ведуна, вновь прочитал нужные заклинания и прочертил защитный круг. Убедившись, что все сделано правильно Лис уснул. Половину следующего дня ничего не происходило. Это вынужденное безделье сильно выматывало. Лис даже обрадовался, когда появились жрецы. За жрецами стали появляться воины разных племен. Все они расселись на большой сопке, напротив испытуемых парней. Жрецы, встав по краям площадки, стали выкрикивать имена и племена парней. Лиса позвал жрец, стоявший слева. Когда это разделение на две группы закончилось, Лис испугался. В его группе было всего десять человек, все остальные оказались во второй группе!

Вторую группу жрецы куда-то увели. А Лис и оставшиеся парни, среди которых оказались и все друзья – остались ждать все на той же площадке. Наконец, появился Медвежья лапа. Он внимательно осмотрел каждого и очень громко крикнул: «Вы допускаетесь до посвящения „стоящих на колеснице“. Не все смогут пройти испытание. Каждый должен решить готов ли он? Кто решит остаться, утром оставит все кроме топоров и подойдет к камню» – Вождь племени Медведя указал на камень и ушел за сопку. Утром Лис увидел, как Ворон, сняв передник, нагишом встал у камня. Лис встал рядом. Вскоре к ним присоединилось еще шесть парней, среди которых были естественно Ванант и Сатава.

Подошел жрец. Очень долго он каждому рассказывал, что было сделано правильно, а что неправильно в предыдущие дни испытания. Когда этот разбор ошибок закончился, жрец предупредил, что всем придется сражаться насмерть. Никто не отказался. Тогда к парням спустились вожди и жрецы всех четырех племен. Они подходили, осматривали ссадины, проверяя, нет ли серьезных травм, смотрели оружие. К Лису подошел Змей.

– Он не может проходить испытание, это топоры чужого рода, – Змей сверкнув глазами, ткнул Лиса в грудь своим корявым пальцем.

– Сделаны ли эти топоры мастером твоего рода? – Спросил другой жрец.

– Эти топоры моего рода, – с большим трудом поборов страх и слабость громко произнес Лис. Мальчишка сам отлил эти топоры специально для обряда.

– Кто может опровергнуть или подтвердить слова испытуемого? – Очень громко спросил жрец Белой птицы.

– Топоры мальчишке вручены воином Белой птицы, – произнес Змей.

– Нет, это топоры работы колесничего племени Медведя Неотступного – отца Лиса. Только его бронза имеет этот медный отлив. – В доказательство Медвежья лапа показал свой точно такой же топор. – Этот топор сделан Неотступным, еще до рождения Лиса.

Так этот инцидент был исчерпан. Лиса допустили к посвящению в колесничие. Начались новые испытания. Нужно было освятить свое оружие, обратившись к каждому из высших божеств. Для этого предстояло найти изображения богов, рассредоточенные по всему святилищу. Когда жрецы водили всех по святилищу, Лис заметил изображения Митры и Варуны. Сделав незаметный жест Ворону, он сразу побежал к этой крутой сопке с почти отвесными скалами. Ворон, Сатава и Ванант, поняв, в чем дело, последовали за Лисом. Недолго думая, остальные парни к ним присоединились.

Освятив свои топоры, Лис осмотрелся. Изображение Индры должно было быть рядом. Он облазил все скалы, но не смог найти Индру. Остальные парни, так же не нашли божество войны. Бог войны умел скрываться, увидеть его мог только настоящий воин. Это изображение нашел Ванант. Ворон, вставший рядом, ничего не увидел. Лису пришлось ждать, пока все парни не освятили свои топоры перед изображением Индры. Лис ничего не видел! На выручку пришел Ворон. Оказавшись рядом с Ванантом, он вдруг поднялся на носках и вытянул шею. Лис понял, изображение Индры можно было увидеть только сверху. Лис ничего не видел по тому, что ему не хватало роста! Лис вскарабкался на камень, расположенный у самого гребня. Найдя нужный камень, он стал приглядываться, изменяя положение своей головы. Наконец, он увидел слабый контур божества. Показав изображению Индры свои топоры, Лис спрыгнул с камня и хотел бежать дальше. Но вдруг он заметил Солнце. Еще немного и солнечный бог Сурья скроется за высокой сопкой. Лис не знал, есть ли в святилище изображение Сурьи, и решил показать свои топоры настоящему богу. Остальные, увидев, как Лис поднял топоры к Солнцу, поступили так же. Поздним вечером все уставшие, но довольные вернулись к центру святилища. Жрецы подтвердили, что все парни успешно прошли это испытание. Но встала другая проблема. Было очень холодно. Пока парни носились сломя голову по всему святилищу, они хоть как-то согревались, теперь все дрожали от холода, так как никакой одежды не было. Лис думал, что до утра просто умрет от холода, когда появились жрецы и раздали меховые плащи. С какой завистью парни смотрели на Лиса. Его плащ из лисьего меха размером подошел бы и Вананту – самому высокому и крупному из всех парней. Тринадцатилетний Лис, свернувшись клубочком, весь скрылся под своей шкурой. Другим повезло меньше. Лис оказался единственным, кому удалось выспаться этой холодной ночью.

Но утром никто Лису уже не завидовал. Парням пришлось драться с взрослыми воинами. Это был не бой, а драка без оружия. Досталось всем, но шустрый Лис нарвался на самые сильные удары. Когда этот кошмар закончился и Лис остыл после драки, он попытался оценить свое состояние. Нос был разбит, в боку что-то сильно кололо, нога почти не двигалась. Но самым плохим был глаз. Лис пропустил удар точно по левому глазу и теперь ничего не видел. Глаз был затянут таким синяком, что открыть его Лис не смог, даже пытаясь поднять веко пальцами. Помог Сатава. Показав на глаз, он подошел к ручью и погрузил все лицо в холодную воду. Лис так и сделал. Он держал лицо в ледяной воде, насколько хватало воздуха, потом делал пару вдохов и опять погружался в воду. Живительная вода сделала свое дело. Глаз открылся, и Лис смог снова все видеть. Только после этого мальчишка занялся ногой. Он разминал отбитые мышцы, делал специальные упражнения на растяжку. К вечеру Лис понял, что вполне сможет драться завтра утром.

Как теперь все изменилось. Парни смотрели друг на друга и думали, с кем придется сражаться утром? Это было невыносимо. Каждый мог оказаться или убийцей, или жертвой. Лис с ужасом думал, что ему придется драться с кем-то из друзей.

Утром жрец рассказал правила, которые каждый мальчишка и без этого знал наизусть лет с десяти. Топоры все время должны были двигаться параллельно. Запрещалось наносить удары ногами или головой. Побеждал тот, кто вытеснял противника за ритуальную площадку, убивал своего противника или выбивал один из его топоров. Быстро провели жеребьевку. Лису достался невысокий, но очень широкий парень из племени Белой птицы. По физической силе с этим парнем мог равняться, наверное, только Ванант. Наверное, это был один из самых сильных парней этого посвящения. Лиса даже рассмешила недовольная физиономия противника, когда тот увидел перед собой маленького мальчишку с подбитым глазом. Пока жрецы пели гимн, Лис бросил несколько коротких взглядов по сторонам. Ворон должен был драться с Сатавой, а Ванант с парнем из племени Серых скал. Но времени переживать за друзей, не было. Лису надо было самому как-то пережить этот поединок. Даже знание приемов и отличное владение топорами, могло не спасти в поединке с таким сильным противником. Жрец перечислил имена поединщиков и Лис, вдруг сообразил, что этот парень брат Вайута, того самого надоедливого мальчугана, которого они с друзьями недавно спасли из плена воинов длинных ущелий! Лис твердо решил, ни при каких обстоятельствах не убивать своего противника.

Уже четверть часа противники изучали друг друга, ожидая сигнала к атаке, но вместо этого всех опять позвал жрец. Он подвел парней к скале, расположенной справа, и указал на рисунок. Там было изображено, как двое парней дерутся на топорах. Ниже жрец держал поводья двух лошадей. Повернувшись к парням, верховный жрец Белой птицы сообщил, что лучший боец получит в награду лошадей для колесницы. Этот счастливчик сможет сразу начать обучение искусству управления лошадьми в бою. Остальные – получат право ступить на священную площадку боевой колесницы, только спустя год. И то, это станет возможно только для того, кто в бою добудет себе лошадей. Каждый мечтал стать обладателем этих лошадей. Находясь под впечатлением этого сообщения, Лис вместе со всеми спустился на боевую площадку. Лис не успел даже сосредоточиться, как боевой барабан возвестил начало поединков. Лису повезло, его противник не стал атаковать сразу, дав возможность мальчишке принять боевую стойку. Несмотря на это шутить и подставляться под топоры Лиса парень не собирался. Он начал атаку сильными боковыми ударами.

Лис не отвечал на атаки противника, он уклонялся от ударов и заставлял парня двигаться по большому кругу. Лис рассчитывал на более высокого противника, и тактику поединка приходилось менять на ходу. Пронырнуть под топорами парня Лису никак не удавалось. Он решил измотать противника стремительными перемещениями и в последний момент столкнуть с площадки. Все получилось, только Лис не рассчитал вес противника, Лис толкнул парня плечом, вкладывая весь вес, но тот даже не шелохнулся. Лис едва избежал удара древком топора сверху по спине. Это вынудило Лиса начать собственную атаку. Противник не успевал отбивать стремительные и непредсказуемые удары, и вынужден был отступать. Неожиданно остановившись, парень едва не выбил топоры у Лиса из рук. Мальчишку спасли только хитрые упражнения, развившие гибкость кисти. Противник был уверен, что Лис вывихнул кисти рук, и что бы закончить бой он ударил обухами своих топоров вперед. Этот удар был не опасен, Лис частично уклонился и его топоры едва не разрубили парню голову. Но Лис увел свои топоры в сторону, пропустив удар противника. В глазах потемнело, Лис упал. Но опять выручили тренировки Ведуна. Перекувыркнувшись через спину, он встретил противника серией ударов. Лис ничего не видел, он просто провел несколько заученных атак. Это позволило восстановить ориентацию. Оба устали. Лис легче двигался, но с трудом поднимал топоры, а противник, наоборот двигался с трудом, но уверенно орудовал топорами. Лис вспомнил свои тренировки с тигром. Он представил, что топоры – это лапы тигра и начал стремительными перемещениями ускользать от атак противника. Свои топоры Лис фактически не использовал.

Почувствовав усталость, Лис, резко выпрыгнув вперед, со всей силы ударил по топорам противника, надеясь их выбить. Парень оружия не потерял. Но, при его следующей атаке один топор сломался, столкнувшись с оружием Лиса. Лис едва не нарушил правила поединка, так, как топор в левой руке, от удара, сильно отлетел в сторону. Неимоверно извернувшись, Лис и правый топор отклонил так же, чтобы не нарушить параллельность. И это дало отличную возможность. Лис снизу повел оба топора. Парень закрылся одним топором и обрубком. Лис увидел, что он приготовился умереть. Вывернув кисти, Лис с криком увел свои топоры, едва задев ребра противника. Отступив назад, Лис опустил оружие. Самым трудным было не выронить тяжелые топоры. Стараясь не убить противника, Лис действительно потянул или вывихнул свои руки. Было очень больно, по щекам текли слезы. Лис хотел их стереть, но боялся уронить топоры. Кто-то отвел Лиса в сторону. Почти все поединки уже закончились. Немного придя в себя, Лис увидел, что бой продолжают только Ворон и Сатава. Они использовали одинаковую технику, знали все связки и, естественно, не собирались убивать друг друга. Этот бой просто не мог закончиться! Лису стало страшно, казалось, что друзья просто умрут от истощения. Они уже не поднимали топоры над головой, нанося только боковые удары. Неожиданно появился Вождь племени Серых скал. Подняв руку, он остановил этот поединок.

Осмотревшись, Лис увидел, что все восемь участников этого страшного обряда живы. Двое получили ранения, но они могли стоять на ногах без посторонней помощи. Только сейчас Лис увидел, что все ближайшие сопки заняты воинами. Воины четырех племен следили за этими поединками. Подошли жрецы и стали оказывать помощь. Кого-то перевязывали, кого-то уложили на траву. Жрец забрал у Лиса топоры и резко сжал кисти рук. Лис, вскрикнув, почувствовал дурноту и повалился на жреца. Вода привела мальчишку в чувство. Кто-то его поднял и наматывал передник. Лис попытался пояс повязать сам, но руки отозвались болью. И кожаный пояс упал. Жрец, повязал пояс и подвесил топоры.

Жрецы ушли. На площадке остались только восемь парней. Жрец объявил, что все прошли обряд, и теперь каждый должен назвать лучшего. Лис не понял. Парень, с которым дрался Лис, подошел и повесил что-то на шею Лису. Лис посмотрел на свою руку и понял, что у него есть такое же ожерелье. Подойдя к Ворону, Лис отдал ожерелье другу, надеть его на шею Ворона он не мог, руки не слушались. К Лису один за другим подошли еще несколько парней. Спустился жрец. Подходя к каждому парню, жрец что-то говорил. Лис понимал с трудом, голос жреца звучал как будто из-за толстой шкуры: «Шесть. Воин, Обернутый в Лисью шкуру, племени Медведя, сын Неукротимого стоящего на колеснице – ты объявляешься стоящим на колеснице». Когда всех повели в рощу, Лис никак не мог понять, что привешено к его поясу. Только в тени священных Ясеней, к Лису вернулась способность соображать. Ванант и Ворон его поздравляли. К поясу Лиса был пристегнут бычий хвост¹⁴ – Лисенок стал колесничим! Лиса позвал Медвежья лапа. Наклонившись к уху, он с тревогой спросил: «Сможешь проехать на колеснице по святилищу с такими руками»?

Лис бросил взгляд на пояс. Как и положено колесничему, с боков было два бронзовых крюка.

– Если вы поможете надеть вожжи на крюки, то смогу.

– Интересно и где ты этому научился? – Восхитился вождь. – Да не отвечай, я и так знаю. Иди за мной.

Лиса подвели к колеснице. Медвежья лапа сам повязал вожжи. Как сейчас пригодились те ужасные тренировки с тяжелыми повозками, которые устраивал Ведун. Управлять легкой колесницей оказалось на удивление просто. Лошади были очень резвые, но Ведун и общению с лошадьми научить успел. Проехав все святилище, Лис остановился в северной широкой части ущелья. Здесь готовился большой праздник, для всех посвященных. Кто-то помог слезть с колесницы. Колесницу отвели на специально оборудованное место. Лис немного постоял, вокруг суетились люди, все поздравляли, что-то говорили. Но сам Лис сейчас хотел только одного упасть и уснуть.

Парней усадили на почетное место. Все очень устали. Ворон первым заметил, что нет Лиса. Отец ушел его искать. Но мальчишка исчез! Лиса искали везде. Ворона силой отправили спать. Парни, прошедшие обряд, уснули сразу, а вот остальные еще долго искали пропавшего героя. Утром, Ворон сразу стал всех расспрашивать, не нашелся ли Лис. Все это походило на месть коварного жреца племени, этого страшного старика – Змея.

К Ворону подошел Ранхадан – отец Даны: «Хочешь посмотреть, куда твой друг исчез»? Все пошли посмотреть, что случилось с Лисом? Ранхадан подвел парней к колеснице. Но там никого не было! Только присмотревшись внимательнее, Ворон расхохотался. Лис уснул, свернувшись калачиком за большой корзиной с копьями. Все-таки, Лис был еще мальчишка, и на огромной боевой площадке широкой колесницы его трудно было заметить. Услышав шум, Лис проснулся, и очень смешно переводил взгляд с одного на другого. Лис перепугался, решив, что опять нарушил какой-нибудь запрет, но веселый смех друзей его успокоил. Сев и свесив ноги, Лис присоединился к общему смеху.

Только на пятый день, после всех этих праздников смертельно уставший Лис остановил колесницу у своего дома. Вначале он отвез Вананта и Сатаву. Их родители не были колесничими. Ворона отец отвез на своей боевой колеснице. Зайдя в дом, Лис понял, что завалиться спать удастся не скоро. Здесь силами общины в честь нового колесничего то же готовился большой семейный праздник.

Только спустя месяц, Лис или точнее воин, Обернутый лисьей шкурой, пришел в себя окончательно. Коготь к работе на поле Лиса не подпускал, заявляя каждый раз, что теперь Лис должен все время тренироваться. Теперь ничто и никто не мог помешать друзьям почти все время проводить вместе. Учились управлять лошадьми, сражаться, а иногда просто мотались по степи без особого дела. Большим минусом посвящения стало то, что теперь парни не могли видеться с девчонками, еще не прошедшими посвящение. С Даной Лис часто встречался в доме у Ворона. Что-то было особенное в этой девчонке. Вообще, получалось интересно, Лис был на полгода младше, а считался теперь взрослым воином, а Дана, по-прежнему, числилась как ребенок. Взрослым воинам общаться с не прошедшими посвящение девушками категорически запрещалось.

Друзьям Лиса еще год нельзя было вставать на колесницу, поэтому дед Вананта, слывший лучшим мастером племени, соорудил для единственного в их общине будущего колесничего хитрую повозку. Повозка была на больших колесах и от боевой колесницы отличалась только тем, что имела четыре колеса и была немного тяжелее. Используя боевой пояс Лиса, парни крепили вожжи к специальным крюкам на поясе и учились управлять этой повозкой. Правда, на Вананта этот пояс надеть не получалось, а Сатава в поясе Лиса дышал с большим трудом. Но друзей выручил Разящий стрелами, он «случайно» оставил свой старый пояс, а Ворон его «нашел». Теперь с поясом тренироваться могли все. Иногда Лис выезжал в степь на своей колеснице и, выбрав укромное место, друзья, нарушая запреты, учились искусству боевого управления на настоящей колеснице. У всех кроме Вананта получалось неплохо. Парень здорово расстраивался, а Лис уверял, что чем хуже начало обучения – тем лучше получится результат. Зато копье Ванант бросал лучше всех, хоть стоя на твердой земле, хоть с повозки. Ворон перешел уже к настоящему боевому луку и даже с колесницы попадал в цель с сорока, а иногда и с шестидесяти шагов.

Все это было так хорошо, что не могло продолжаться долго. Неожиданно Лиса вызвали на Большой Совет племени. Совет собирал Медвежья лапа, Лис надеялся, что это никак не связано с новыми интригами Змея. Собрались почти все посвященные мужчины. Воины устраивались ближе строго по своим родовым ветвям. Лис пристроился между колесничими и простыми воинами рода Медведя.

Медвежья лапа попросил освободить его от управления племенем. Это вызвало такую бурю, что Лису страшно стало. Но Вождь остановил этот шум поднятием руки: «Если племя Медведя еще нуждается в старом воине, то я готов стать верховным жрецом. Военным вождем в новой стране должен стать кто-то из молодых колесничих». Только сейчас Лис смог оценить, насколько сильным человеком был Змей теперь уже бывший верховный жрец племени. Ни одна черточка не дрогнула на лице страшного старика, даже равнодушный взгляд не изменился. И это несмотря на то, что Медвежья лапа, фактически лишил жреца власти над племенем. Теперь Змей становился жрецом своего рода и не мог вмешиваться в дела других родов и общин.

Начались выборы нового Вождя. Было так шумно, что Лис вообще с большим трудом понимал, что происходит. Он понял, что все споры разгорелись вокруг нескольких кандидатов. Разящий стрелами, считавшийся вторым после Медвежьей лапы воином племени, сразу отказался. Кто-то предложил Яростного верблюда. Лис слышал, что в бою этот воин был одним из лучших, но и его не выбрали. К удивлению Лиса, вождем стал Большой олень – воин, о котором Лис ни разу ничего даже не слышал. Это казалось очень странным. Когда Совет закончился, Разящий стрелами сообщил, что Лис и Ворон должны обязательно заехать и проведать свою подругу Дану. Лис хотел позвать с собой Вананта и Сатаву, но Ворон больно стукнув по ноге, прошептал: «Молчи Лись, если ничего не понимаешь! С таким отношением в два дня стрелу в затылок поймаешь»!

Ворон поехал в колеснице с Лисом. Убедившись, что рядом никого нет, он как-то странно посмотрел на Лиса и, постучав по лбу начал свои объяснения.

– Ты что не знаешь, что дед Даны глава Рода?

– Знаю, конечно, ну и что из этого?

– Да то, что племя наше распадается, воины собираются по родовым ветвям, чтобы решить признать им власть этого Большого оленя или нет!

– Ванант и Сатава не могут ехать с нами по тому, что из других родов, – наконец, понял Лис.

– Конечно, они примут участие в своих Родовых собраниях. Причем Ванант из рода Оленя, нового Вождя, а Сатава вообще из рода Совы, которым Змей заправляет. Нам вообще завтра возможно воевать придется!

– Нет, я со своими соплеменниками воевать не буду, – печально заявил Лис.

– А если Змей нападет на твою общину?

– Неужели все так плохо?

– Многое будет зависеть от Родовых советов. Надеюсь, все согласятся признать Большого Оленя. Он хоть и самый посредственный воин, зато из второй родовой ветви. Понимаешь Лис, его ведь отец сам предложил, что бы мы все не перерезали друг дружку. Большой олень из слабого рода и ни воины Медвежьей лапы, ни воины Змея при таком Вожде не будут ущемлены.

В общине Даны Лис был всего два раза. Его всегда поражал огромный дом. Только сейчас Лис понял, что три четверти этого огромного жилища предназначались именно для таких вот собраний рода. Увидеть Дану Лису не удалось, все женщины куда-то исчезли. Еще Лиса поразило то, что на собрании были только колесничие. Из простых воинов были только Ворон и старшие братья Даны. Раненый волк не стал колесничим потому, что его левая нога была сильно ранена в первом бою. Он не мог стоять на колеснице, но в пешем бою на топорах и кинжалах Раненому волку не было равных. Второй родной брат Даны, прошел посвящение в прошлом году и должен был стать колесничим этой осенью. Лис хотел сесть рядом с Вороном, но друг подтолкнул его вперед: «Тебе туда к колесничим».

Совет начал дед Даны – Воин в медвежьей шкуре. Лис впервые слышал голос старика, раньше Лис считал, что дед вообще немой и говорить не может. Встав, он запел гимн Медведю, все подхватили. Закончив пение, воины опустились на свои места. Воин в медвежьей шкуре достал большой сосуд из желтой глины и стал разливать напиток в небольшие чаши. Лис понял, что это священный напиток плодородия и Луны – Хаома. Пить Хаому разрешалось только тем, у кого пошел семнадцатый цикл и колесничим. Но и Лису подали чашу. Лис знал, что напиток обладает сильным пьянящим действием. Все поднесли чаши к губам, и парню ничего не оставалось, как поступить так же. Лис сделал глоток, напиток странно обжег горло. Лис хотел попробовать еще, но колесничий, сидевший рядом наклонившись, шепнул: «Парень тебе хватит». Пришлось поставить почти полную чашу на место. Начался Совет.

Старик оказался очень суровым и твердым человеком. Совет затянулся до поздней ночи. В конце концов, большинством решили признать Вождем племени Медведя Большого оленя из второй родовой ветви. Лис очень устал и хотел только спать. Но все, быстро собравшись, стали разъезжаться по своим общинам.

Лис ехал медленно, постоянно борясь со сном. Несколько раз он даже засыпал. Проснувшись в очередной раз, парень понял, что кони остановились. Лис оказался напротив входа в ущелье святилища. Взошла полная Луна, и стало совсем светло. Сон куда-то ушел, и парня потянуло на приключения. Так хотелось отгородиться, отделиться от всей этой борьбы за власть в, итак, уже почти уничтоженном племени. Лис почувствовал, что необходимо посоветоваться с духами. Решительно развернув колесницу, он направился в святилище. Теперь никто не мог запретить Обернутому лисьей шкурой, находиться в этом особенном таком таинственном и священном месте.

Запретить никто не мог, но, оказавшись на пологих холмах, освященных Луной, и увидев темный провал ущелья, Лис остановился. Сколько он не твердил себе, что стал воином, колесничим, а все равно было жутковато. А что если демон святилища тогда дал только отсрочку? А сейчас просто заберет жизнь, или еще хуже отправит в мир демонов и вечного мрака!

– Да сколько же можно всего бояться, неужели это моя судьба? Страхи, гонения, кусочек света и снова мрак? – Прошептал Лис.

– Каждый сам создает свою судьбу, боги могут только помогать или мешать.

– Кто это? Кто говорит со мной из темноты? – Лис натянул вожжи и остановился. Таинственный голос исчез. Немного постояв, Лис вновь пустил лошадей вперед медленным шагом.

– Из темноты незнания и сомнения говоришь ты человек. Только ищущий может найти ответы. – Голос исчез.

Лис снял с колесницы свой лисий плащ и, накинув его на плечи, поехал вперед. Самым трудным было не схватиться за копье, при появлении очередной страшной, напоминающей демона тени. Но Лис сдержался и к оружию не притронулся. Наконец узкая часть ущелья расступилась, парень оказался у первой священной рощи, на том самом месте, где священный огонь Агни предупредил племя о нападении врагов. В роще Лис оставил колесницу и коней под защитой священного ясеня. Дальше он пошел пешком. Ущелье вновь сузилось, парень оказался перед той самой горой – пирамидой. За горой располагалась боевая площадка, на которой проходили ритуальные поединки. Лис решил подняться на эту гору.

Пройдя мимо большой скалы с изображением великих героев древности, сражавшихся огромными палицами, Лис остановился у небольшой плоскости с изображением лошадей. Что-то в этих лошадях показалось странным. В лунном свете, вообще все священные рисунки выглядели иначе, совсем не так, как при свете Солнца. Фигуры лошадей были выбиты совершенно отдельно, никак между собой не связанно, но вдруг, лошади как бы сместились в разные стороны и развернулись друг к другу. Две пары лошадей неслись навстречу друг другу, как в бою. Лису казалось, что он слышит стук их копыт и предсмертные хрипы. Только сейчас он понял, что две лошади были обыкновенные, а две другие – являлись демоническими конями. Кони – демоны победили. Лис развернулся и увидел двух воинов с палицами. Они были показаны так, что казалось, сейчас страшное оружие опустится, и оба погибнут. Но вдруг одно изображение задрожало и упало. Вновь повернувшись, Лис увидел только два изображения демонических коней. Все это походило на пророчество. В каком то, предстоящем бою, победит тот, у кого будут кони – демоны, как у Ведуна. А возможно, святилище показало Лису, что сейчас происходит с Ведуном? Этого Лис не понял. Он уже собрался подняться выше, когда в ушах вновь зазвучал голос: «Скорее, надо успеть пока Луна высоко». Лис хотел спросить, что успеть? Но неведомая сила его остановила. Этот голос был другой, человеческий. Он не принадлежал духам или самому святилищу. Ноги подкашивались, и парень присел. Теперь, даже страшно не было, все это казалось скорее странным, загадочным: голоса, оживающие изображения. Вдруг в лунном свете Лис увидел несколько человеческих фигур. Почему-то он был уверен, что это не демоны и не духи, а живые люди. Четыре человека кого-то вели, держа под руки, еще один шел сзади.

– Бросьте его здесь и устанавливайте столб. – Этот голос трудно было не узнать, такие холодные интонации Лис слышал только у страшного жреца Смотрящего вглубь, или как его называли за глаза Змея. Лис туже завернулся в свою лисью шкуру. Теперь захотелось исчезнуть, раствориться, научиться не дышать. Стук собственного сердца казался боевым барабаном. С такого расстояния никто не мог бы услышать притаившегося парня, но кто мог знать, какими способностями обладает проклятый старик – жрец? Тем временем таинственные помощники жреца установили столб.

– Привязывайте его крепче и надо уходить.

– А если демон не заберет его, и кто-нибудь найдет мальчишку утром?

– Не найдет. Ты останешься и с первыми лучами Солнца, если мальчишку демон не заберет, перережешь ему горло и вынешь сердце. Сердце принесешь мне.

– Так меня самого демон прихватит – с явным испугом возразил жрецу человек, голос которого показался Лису знакомым.

– Ты спрячешься на пирамиде, за священным знаком. Ни один демон не посмеет туда обратить свой взор. И подожди, пока мы не уйдем. – Змей приблизил лицо к жертве и сделал странный знак рукой. Его спутники быстро побежали вперед к выходу из святилища и всего ущелья. Их шаги уже утонули во мраке ночи, а Змей все стоял и смотрел на жертву.

Человек, привязанный к столбу, казался мертвым. Но вдруг он застонал и поднял голову. Махнув своему воину, оставшемуся охранять жертву, Змей в одно мгновение исчез в тени сопки. Лис был потрясен, с такой скоростью бегать не мог даже Ведун! Еще раз, проверив веревки, неизвестный воин жреца стал подниматься на сопку. Лис испугался. Воин мог увидеть его сверху.

Неожиданно парня поразила другая мысль. Неужели Змей прольет кровь человека в святилище ночью? Этим он вызовет гнев богов на все племя. Может, именно из-за его тайных жертвоприношений боги отвернулись от племени Медведя? Решение возникло спонтанно, Лис решил освободить жертву и не дать пролиться крови на священном месте ночью. Но как это сделать? С одной стороны Змей, наверное, оставил одного из лучших своих воинов, который легко справиться с Лисом, а с другой, в любой миг мог появиться страшный демон. Лис мог бы убить воина Змея из лука, спрятавшись за камнем, но тогда все равно прольется кровь, и демоны получат свою кровавую жертву. Жрец исчез в южной части ущелья, а колесница Лиса была в северной. Раз Змей продолжил свое черное дело, значит, колесницу он не видел. Очень тихо Лис спустился вниз и побежал к своей колеснице. Хвала богам священный ясень уберег и саму колесницу, и лошадей. План, казавшийся таким удачным, вдруг взорвался сотней сомнений. Лучше все рассказать Разящему стрелами, или Воину в медвежьей шкуре, пусть они решают, как поступить? Но, в таком случае человек умрет. Умрет соплеменник.

Отбросив сомнения, Лис вывел колесницу на ровное место и пустил коней во весь опор. Парень едва справился с лошадьми и остановился только за два шага до столба. Одним движением обрезав веревку, Лис с огромным усилием дотащил жертву до колесницы. Только уложив несчастного на площадку, Лис увидел его лицо. Это был Сатава! В этот момент Луну накрыла огромная черная туча, подул холодный ветер. Лис понял, что за жертвой явился демон. В колесницу вонзилась стрела, но преследовать беглецов воин Змея не стал, он тоже увидел демона. Лис чувствовал, что демон движется за ним. Главное – успеть добраться до священной рощи – эта мысль болью пульсировала в голове. В ясеневую рощу Лис влетел, не снижая скорость. Что-то хрустнуло, и колесница осталась сзади, а Лиса поволокли кони. К счастью, кони остановились. Умные животные понимали, что в священной роще Демон, возможно, их и не тронет. Придя в себя, Лис вернулся. У колесницы сломалось крепление оси. Это можно было исправить. Подобравшись к другу, Лис не мог понять, что с Сатавой. Только запах подсказал разгадку странного гипнотического сна. Парня напоили Хаомой. Вероятно, его, как и Лиса позвали на родовой совет, а там жрец и задумал принести его в жертву.

Лис хотел сразу заняться починкой колесницы. Надо было скорее покинуть святилище, но ни руки, ни ноги не слушались. Теперь страх навалился совершенно непреодолимой преградой. Парень чувствовал, что демон завис над рощей. Сколько священные деревья смогут сдерживать ярость демона? – Лис не знал. Неожиданно тревожно заржали кони, они порывались убежать, но вероятно тот же страх вынудил их остаться на месте. Лис увидел огромного медведя. Глаза человека и хищника встретились. Зверь смотрел как-то спокойно, и Лису показалось, что он очень устал. Осторожно обойдя человека, медведь лег сразу за колесницей. Можно было подумать, что он спит, но медведь все время с каким-то любопытством смотрел на мальчишку. Почему-то страх отступил. Лис смог подняться и развернувшись, поклонился хищнику. Какое-то время молча разглядывали друг друга. Наконец, Лис не выдержал и спросил противно дрожащим голосом: «И что мне теперь делать»? Медведь – тотем¹⁵ не ответил. Но Лис готов был поклясться, что тотем усмехнулся. Тяжело поднявшись, медведь отошел дальше и лег в южной части рощи. Лис понял, что демон его не тронет. Тотем племени Медведя пока еще был сильнее демона.

Кое-как исправив колесницу, Лис выехал из рощи. Уже начинало светать. Подумав, Лис свернул раньше основной тропы и направился к своей общине напрямую через пологие холмы. До общины Лис добрался без происшествий, но что делать дальше? Как спрятать друга и не навлечь гнев Змея? Как самому избежать смерти от проклятого колдуна? Лис не сомневался, что, применив свою магию, Змей быстро узнает, куда исчез Сатава и кто его спрятал. Как Лис не пытался, не вмешиваться во все эти интриги вокруг власти в племени, но теперь он оказался в центре этой борьбы. Оставив друга в колеснице, Лис зашел в дом. Ни мама, ни Коготь не спали. Остановив маму, Лис сразу попросил Когтя выйти. Подведя Когтя к колеснице, Лис показал спящего Сатаву.

– Где он так напился? – Удивленно спросил Коготь.

– Его Змей напоил и хотел принести в жертву демону. А я, случайно оказавшись в святилище, его вытащил. Но человек Змея меня видел, вот даже стрела его осталась, – Лис выдернул стрелу из щитка колесницы. – Правда, было темно, и я надеюсь, что он меня не узнал.

– Странные у тебя случайности. Это как можно было случайно ночью оказаться в святилище? Ну да ладно, это значения теперь не имеет, Змей все равно узнает. – Коготь задумался. – Исчезнуть вам всем надо. Но это утром. А сейчас давай занесем Сатава в дом и спрячем. И оба спать ложитесь. Коней я сам распрягу.

Утром Лиса разбудил Сатава. Он никак не мог вспомнить, что с ним случилось. Белая Борода принес какой-то напиток и заставил парня выпить большую чашу. Сатава морщился, но выпил все. Выпил, и резко побледнев, сел на софу. Немного придя в себя, Сатава вспомнил, что после Совета Рода, его отвели куда-то, и Змей требовал, что-то сделать очень подлое и страшное. Что именно хотел жрец, Сатава вспомнить не мог. Но он рассказал, что, получив отказ, разозлившись, жрец неожиданно стукнул в живот. Ну, а о том, что произошло дальше, другу рассказал Лис. Сатава был в шоке. Он никак не ожидал, что кто-то способен принести в жертву члена своего рода. Самым обидным было то, что никто за парня не вступился.

– Нет, так жить нельзя, я поеду в общину, и если на мне есть какая вина, то пусть судят у Рату¹⁶. Но пусть Змей объяснит, что все это значит. – Сатава пришел в ярость.

– Нет, тебе пока нужно скрыться. Змей, конечно, узнает, что ты жив, но не сразу. Он какое-то время будет сомневаться, вдруг демон забрал нас обоих? Это даст нам время. А на сородичей не обижайся. Сатава, я уверен, кроме Змея и нескольких его палачей, остальные ничего не знают. Но если мы обвиним жреца, он все равно повернет все так, что изгонят нас с тобой, но не его. Или просто убьет на судебном поединке.

– Не отговаривай Лис, я не могу скрываться от собственного рода!

– Мы об этом еще пожалеем, – Лис взял свой лисий плащ и стал натягивать мокасины.

– А ты, куда собрался Лись?

– Неужели ты думаешь, что я буду сидеть дома, когда тебя убивать станут. Я с тобой еду, и ответ против Змея вместе держать будем, я больше твоего видел.

– Ишь, какие прыткие, самому Смотрящему вглубь шею свернуть решили. – На пороге появились Разящий стрелами и Коготь. – Сядь парень и остынь. Пока вы спали, здесь, уже многое произошло. Во-первых, в это самое время Змей ищет пропавшего своего родича, молодого и дорогого его сердцу воина по имени Сатава. Во-вторых, жреца видели люди на протяжении всей ночи. Половина воинов рода может подтвердить, что Змей не покидал свое жилище. Он сидел и молился богам, или скорее своим демонам. – Видя серые лица парней, колесничий смягчился. – Да не переживайте вы так. Лис, неужели ты думал, что жрец не предусмотрел такой случай? Он значительно сильнее и умнее, чем, кажется. Ну вот, а теперь о главном поговорим. Если тебя, – колесничий указал на Сатава, – найдут в нашем роде, то сразу начнется война родов. Я уже сообщил, что на нас было совершено нападение воинов длинных ущелий. Надеюсь, все решат, что тебя похитили. А на Военном совете, ты Лис вызовешься идти в поход, чтобы добыть себе славу и спасти друга. Вы исчезните на месяц или два, а потом вернетесь. За это время, надеюсь, мы выясним, каким силам поклоняется бывший жрец нашего племени. Да чуть не забыл, вместе с тобой Сатава, пропал и мой единственный сын, колесничий пропустил вперед Ворона. Пока вы останетесь здесь, а Лис со мной отправится на военный совет. И что бы из жилища не высовывались. Змей умеет видеть глазами птиц.

Парней несколько успокоило, что колесничие поверили им, а не Змею, это давало надежду, на то, что все закончится без большой войны. Лис уехал вместе с Разящим стрелами, а друзья остались одни в доме Лиса. Пока делать было нечего, Ива стала собирать парней в дальний поход. Совершенно неожиданно появилась Ваэта. Она привезла оружие и запасы еды. Девушка сообщила, что пока идет военный совет, им необходимо покинуть угодья племени. Отец велел встретить Лиса утром следующего дня, на том месте, где они встретились с воинами Белой птицы и Отгоняющим волков. Ворон отправил сестру обратно вместе с повозкой, как только они оказались на границе угодий племени. Парень очень беспокоился за Ваэту. Дальше Ворон и Сатава пошли пешком.

Лис вздохнул с облегчением, когда, наконец, ему и Вананту разрешили отправиться в этот поход. Все складывалось не так уж и плохо. Но, неожиданно слово взял Змей: «Меня радует, что, несмотря на наши разногласия, воины других родов готовы рисовать жизнями, чтобы спасти молодого воина рода Совы отважного Сатава. Но, с парнями должен отправиться и воин нашего рода, иначе это будет не справедливо. Я предлагаю Саэнхара. Он молод, как и остальные участники похода, но уже опытный колесничий». Все согласились с доводами Змея. Все было бы не так ужасно, если бы Лис не узнал голос этого воина. Именно он был там ночью в святилище и вкапывал проклятый столб. Змей специально отправил опытного колесничего, что бы он расправился со всей четверкой друзей сразу.

За все утро Лис так и не смог предупредить Вананта, что весь этот поход организован для их спасения. Ванант страшно переживал за друзей и не находил себе места. Они отправились на повозке, так как колесница Лиса была сломана. Повозку и лошадей выделил род Совы. Саэнхар ехал сзади на боевой колеснице. Но он ни разу не отстал на столько, что бы Лис мог переговорить с Ванантом. До назначенного Разящим стрелами места, оставалось не более двух часов такого темпа. Лис решил устроить привал. Пока ели, в голове парня зародился новый план.

– Нам надо разделиться, чтобы точно найти следы похитителей, – предложил Лис.

– Ты знаешь, где искать? – Удивился Саэнхар.

– Дело в том, что мы уже не раз бывали на этом пути, там, – Лис махнул рукой можно пройти либо по длинному логу, либо вдоль тех сопок. Если мы разделимся, то кто найдет следы, даст сигнал дымом.

– Хорошая попытка, – колесничий зло усмехнулся. – Только и враги увидят дым костра, неужели ты не боишься, что пленников убьют? – Не дав Лису ответить, Саэнхар метнул свой кинжал.

Ванант ничего не понял, но инстинктивно схватился за топор. Лиса спас его Лисий плащ, в котором застрял кинжал. Ударом ноги, отбросив Вананта, Саэнхар ухватил парня за горло. Выхватив топор у Лиса из-за пояса, он замахнулся. Сквозь подступившую муть и туманную пелену Лис увидел, что колесничий Змея, как-то странно улыбнувшись, удар не нанес. Саэнхар упал сверху и Лис почувствовал кровь. Все померкло. Лис пришел в себя, когда Сатава налил что-то на бок. Странная жидкость обожгла болью. Оказывается, кинжал все же ранил Лиса, лезвие не достало до печени всего на толщину пальца! Кто-то помог сесть. Наконец, Лис понял, что Ворон и Сатава как-то оказались здесь. Ворон рассказал, что как только они отправили Ваэту с повозкой, появился тигр. Хищник несколько раз подходил близко. Попасть в него стрелами не удавалось. В конце концов, парни решили встретить друзей раньше.

– Никогда не стреляй в этого тигра, – произнес Лис и как-то странно улыбнулся.

– Эй, Лись, ты это чего, бредишь что ли? Ты нас так не пугай, рано еще тебе в долину смерти. – Над другом склонился Ванант, которому колесничий, похоже, сломал ребра.

– Это не бред. Я не могу все вам рассказать, но только запомните, этот тигр – друг и он уже не в первый раз нас спасает.

– Ты хочешь сказать, что там, в ущелье и потом в лагере длинных ущелий, тигр специально нам помогал? – Лис кивнул. – И ты знал об этом и молчал?

– Нет Ванант, тогда я еще сам ничего не знал. Мы познакомились только этой зимой.

– Хоть это хорошо. Сатава и Ворон меня уже просветили, насчет последних событий. Но что нам теперь делать? – Спросил Ванант, посмотрев на Саэнхара.

– Спасибо Ворон, ты как всегда вовремя. – Очень тихо прошептал Лис, увидев стрелу, торчавшую из спины колесничего.

– Да, но этот убийца еще жив. И надо решить, что с ним делать?

– Я бы с удовольствием перерезал ему горло.

– Нет, давайте оставим его здесь, пусть волки его прикончат.

– Добить или бросить раненого? – Удивился и возмутился Ворон. – Да вы что?

– Успокойся Ворон, я же не сказал перерезать горло. Действительно мне бы этого хотелось. Но придется его перевязать и связать. Кто-нибудь умеет правильно наконечники стрел выдергивать?

– Я умею. – Ворон извлек стрелу и остановил кровотечение.

Лис чувствовал себя значительно лучше, но кровь все еще шла, и приступы дурноты свидетельствовали о слабости. От Ведуна Лис знал, что так всегда бывает при большой потере крови.

– Ворон, тебя отец учил раны зашивать?

– Да, но я только на мешках и убитой дичи тренировался.

– Теперь на мне потренируйся, надо кровь остановить, а эта дырка проклятая, при каждом движении расходиться.

– Хорошо, я попробую, только соображу из чего иглу сделать. Да ты в корзине, Ваэтой собранной посмотри, она точно иглы должна была положить.

Лис не думал, что это окажется так страшно, да и больно. Но зато кровь идти перестала. Лиса напоили горячим напитком из трав, и он уснул. Лагерь разбили рядом за кустами, так чтобы их не было видно со стороны степи. Ванант хотел распрячь лошадей, но в этот момент лошади вдруг упали. Вероятно, Змей специально их отравил, чтобы облегчить убийства своему воину.

Пока Лис спал, друзья пытались придумать, как поступить с колесничим? Все идеи были плохие. Единственным относительно приемлемым планом, было отвезти пленника в племя Белой птицы и попросить их держать Саэнхара в плену, до нужного момента. Но рассказывать соседнему племени о раздорах не хотелось. Решение вопроса о пленнике перенесли на утро. Проснувшись, Лис почувствовал себя значительно лучше. Солнце уже поднялось высоко, но друзья его не будили. Встав, Лис потянулся и весело посмотрел на Солнце. Он бодро спрыгнул с повозки, но почему-то приземлился не на ноги, а просто плашмя, всем телом. Стало ясно, что в таком состоянии продолжать путь мальчишка не сможет.

– Я знаю, что с Лисенышем, неожиданно подал голос Саэнхара. – Если меня отпустите, то я научу вас как за пару дней поставить его на ноги.

– Со мной что-то странное. Кровь как-то не ровно пульсирует, и сердце стучит неправильно. Я сам не понимаю, что происходит. – Виновато проговорил сильно побледневший Лис.

– Мы в твоей помощи не нуждаемся. – Сатава посмотрел на пленника и проверил все узлы. – Ворон, ляжка рядом с Лисом. Ничего не понимая, друг, лег рядом. – А теперь посмотрите. У меня такое же было в тринадцать с половиной лет. Я тогда на охоте упал и ногу разодрал. Ну, кровь пошла, и я отключался при каждом резком движении. Мама объяснила, что это из-за быстрого роста. Посмотрите, Лис еще зимой Ворону до плеча едва доставал, а сейчас почти догнал. Он и так быстро растет, крови не хватает, а тут еще этот негодяй со своим кинжалом.

– И что, я теперь так и буду шлепаться при каждом движении? – Обескуражено спросил Лис.

– Я знаю средство, оно тебе понравится.

Какое?

– Надо как можно больше есть и пить. И хорошо бы меда побольше.

– Мед есть, обрадовался Ванант, мне дед целый горшок самого лучшего меда сунул.

Наверное, впервые в жизни Лис ел мед, столько сколько хотел. Такое лекарство очень понравилось самому юному колесничему племени Медведя. Когда Лис наелся, Ванант спросил, что Лис думает по поводу пленника? Лис согласился отправить Саэнхара в племя Белой птицы. Он надеялся, что можно будет ничего не рассказывать, если поручить охрану убийцы Кангхиратшару. Лис почему-то не сомневался, что суровый воин с ужасным шрамом обязательно им поможет в этом сложном деле. Но для начала друзья перебрались к тому роднику, где им довелось познакомиться с воинами Белой птицы. Находиться на границе угодий своего племени было опасно. Лис вспомнил слова Разящего стрелами, о том, что у Змея всегда найдется запасной вариант. Жрец мог отправить по их следу еще несколько убийц.

Только успели спрятать повозку в зарослях, как Ворон заметил пыль, поднимаемую вдали. Вскоре все отчетливо увидели две колесницы. Друзья не сомневались, что их ищут люди Змея. С повозкой уйти от быстрых колесниц было невозможно.

– Что теперь будем делать? Они к этому роднику все равно подойдут, больше воды здесь нет нигде.

– Это хорошо. Оставим им подарочек, самим легче будет. – Лис указал на связанного воина. Давайте перетащим его к роднику, пусть они сами о своем мусоре заботятся.

– А мы куда денемся?

– Вначале давайте от лишних ушей избавимся.

Саэнхара перетащили к роднику. Только после этого Лис поделился своим планом.

– От опытных колесничих мы в открытой степи не уйдем. Я предлагаю подняться на эти холмы. Там найдем ущелье сквозное какое-нибудь и выйдем либо южнее гор длинных ущелий, либо прямо на хребет.

– А зачем нам туда Лись? – Удивился Ванант.

– У нас от племени есть особое задание, Ворон объясни ты, у тебя лучше получится.

– Понимаете, что-то не так с этими воинами длинных ущелий. С одной стороны они жертвы Аэшме – покровителю гнева и грабежа приносят, а с другой мы ведь жили в их общинах, там все нормально было. Медвежья лапа подозревает, что и у них свой Змей имеется, который двойную игру ведет. Есть и другие загадки. Отец разговаривал с воинами Белой птицы и других племен. Вместе они насчитали, что примерно, пятьдесят воинов длинных ущелий погибло за один год. Какое племя после таких потерь оправиться быстро сможет? А они набегов своих не прекращают. И мы должны попытаться ответить на эти вопросы. Это не просто ложный поход, чтобы от Змея спрятаться. От того, что мы узнаем, жизнь нашего племени зависит.

– Если так, то я готов, хоть в какие холмы уходить, – Ванант принял чрезвычайно воинственный вид, чем рассмешил друзей. Лис, почувствовав резкую боль, ойкнул.

– Лись, а ты как сможешь? Может лучше тебя к Кангхиратшару отправить?

– Не надо меня никуда отправлять. Это все ерунда, шов болит, когда смеюсь. Ты лучше больше такую рожу многозначительную не корчь, и все нормально будет.

Несмотря на активные протесты, Лиса уложили на повозку. Лошадей приходилось тянуть наверх, они никак не хотели подниматься по крутому склону. Сатава и Ванант толкали повозку сзади. Лис лежать тоже не стал, он пытался править лошадьми. Еще не добравшись до вершины холма, друзья услышали крики. Колесничие, отправленные за ними в погоню, были уже на роднике. Оценив расстояние, не трудно было догадаться, что легкие колесницы поднимутся гораздо быстрее. Уйти от погони мог помочь только счастливый случай. Но против ожидания парней, преследовать их люди Змея не стали. Забрав Саэнхара, они остались у родника.

– Неужели они не станут нас преследовать? – Удивился Лис. – Не понимаю я этого Змея.

– Лучше бы они за нами погнались, – тоскливо посмотрев на бесконечное плато, проговорил Сатава.

– Ты чего? Они бы нас всех убили.

– Раз они сюда не полезли, значит, уверенны, что обратно мы не вернемся, – пояснил свое беспокойство парень. – Ты хоть раз слышал, что бы кто-нибудь из людей уходил в эти холмы и горы? Боюсь, что здесь властвуют такие силы, с которыми лучше не сталкиваться.

– Не нагоняй страха Сатава. Мы знали, на что идем с самого начала. И если честно, то я надеюсь на везение и хитрость нашего Лисенка. – Ванант весело посмотрел на обиженную физиономию мальчишки. Но, на добряка Вананта – Лис, просто не мог обижаться.

У края плато решили не задерживаться. Все уселись на повозку, и Ворон направил лошадей на Южный край хребта Длинных ущелий. Уже вечерело, когда путь друзьям преградило большое и глубокое ущелье. Спуститься вниз на повозке не получилось. Пришлось повозку оставить в небольшом логу. Парни распрягли лошадей и вместе с ними спустились вниз. В этой части ущелье оказалось очень широким, здесь негде было спрятаться ни от ветра, ни от врагов или хищников. Ворон и Сатава отправились посмотреть, куда это ущелье уходит дальше. Вернувшись через час, они сообщили, что дальше ущелье становится значительно уже и там есть большой ручей и роща.

Ворон и Сатава прошли это расстояние за час и туда и обратно, а теперь друзья шли уже больше часа. Лис отставал, приходилось часто останавливаться и ждать пока пройдет головокружение и тошнота. Лиса никто не торопил, даже наоборот несколько раз парни предлагали привал устроить, но от этого легче не становилось. На краю рощи, у ручья Лис повалился на траву, даже не расстелив свой замечательный плащ.

– Лись держи плащ, земля здесь сырая и холодная уже.

– Спасибо, – Лис перебрался на мягкую и теплую шкуру.

– Ванант уже огонь развел, сейчас поедим, а ты пока отдохни.

– Зря вы меня с собой взяли, – Лис закрыл глаза.

– Ты это о чем? Тут большой вопрос кто кого взял. – Почувствовав настроение друга, Ворон присел рядом. – Давай выкладывай, что тебя гложет.

– Знаешь как это противно и страшно, это хуже, чем со Змеем столкнуться. Как-то не так, не правильно все получается. Почему у меня всегда так, а, Ворон?

– Да объясни ты толком, в чем дело? Ты из-за этого ранения переживаешь что ли? Так это пройдет скоро или тебе хуже становится? Может, какая зараза в рану попала, дай я посмотрю.

– Да это я сам зараза, – Лис сел и посмотрел вокруг. Рядом никого больше не было. Ванант возился с очагом, а Сатава где-то дальше собирал хворост для огня. Лис опять лег и перевернулся на живот, чтобы Ворон не видел его лицо.

– Соберись Лись, ты же колесничий, воин.

– Да какой я колесничий? Пояс этот должен был получить Ванант или ты. Пожалели просто меня салагу. А теперь, когда до дела дошло. Это когда тебе было тринадцать, а мне одиннадцать мы могли вместе идти, а сейчас из-за меня, нас всех люди Змея догонят, или еще кто. Вы действительно воины уже, а я мальчишка глупый, который возомнил себя воином. Мне еще года два надо было у Ведуна оставаться, тогда может, толк был бы. Подведу я всех.

– Лис ты все сказал? – Выговорившись, мальчишка вновь перевернулся на спину и посмотрел на друга. – Тогда теперь меня послушай. Во время посвящения тебе здорово досталось и ты, похоже, не все понял, что жрец Белой птицы говорил. А он, все, верно, объяснил, почему пояс этот твой по праву. Мы все себя, показали, и не погиб никто, но ты руками пожертвовал, чтобы более сильного противника не убить. Поэтому тебя и назвали лучшим, а не из-за того, что ты младше на три года. А пройдет еще лет пять и никакой разницы между нами не будет. Главное не рост твой и не возраст. Лис ты ведь у Ведуна учился, и многое лучше нашего умеешь. Но даже не это главное. Я сейчас вспомнил случай один. Мне тогда лет восемь, наверное, было, а тебе пять или шесть. Я тебя не знал и Когтя не знал.

– А Коготь здесь причем?

– Тебя мальчишки лет по одиннадцать двенадцать дразнили и довели в общем, ну а Коготь вступился. Его избили сильно. Ну а тут мы с отцом появились. Отец безобразие это прекратил, Когтю нос, разбитый со слезами, утер и спрашивает: «Все закончилось, чего ты плачешь»? А он ответил: «Я ни себя, ни малыша этого защитить не смог». Тогда отец мне и говорит: «Запомни, вот Коготь – воин настоящий, а эти лбы еще долго детьми будут. Если ты как этот воин станешь, я буду тобой гордиться». Знаешь, отец очень удивлялся потом, почему Коготь не захотел пройти посвящение колесничего?

– Да я это все понимаю, дух воина и тому подобное, – Лис немного успокоился, но упадническое настроение не прошло. – А что делать, если просто сил не хватает и страшно? Понимаешь страшно мне.

– А вот об этом никому не говори. – Ворон понизил голос. – Мы в такие гиблые места забрались только по тому, что ты не испугался. Если парни узнают, всем трудно придется. Понимаешь, Лис, с одной стороны – ты, конечно, еще мальчишка, да и я тоже, Ванант и Сатава старше и сильнее, а с другой – мы стали воинами. И трудно, конечно, вот так разрываться между игрушечными деревянными лошадками и боевой колесницей настоящей. Но я гарантирую тебе, что и остальные в таком же положении, только это не так в глаза бросается. Но ни Ванант, ни Сатава против опытного воина не выстоят. Нам поэтому и прятаться приходиться. Так что не мучай себя глупостями всякими. А идти ты нормально не можешь из-за потери крови. Пока этот гад тебя не ранил, ты никогда не отставал, хотя и растешь сейчас очень быстро. Так, что никакой обузой для нас ты никогда не был и не будешь. Наоборот, это ведь ты фактически ведешь наш маленький отряд. А ранение любой получить может, и все мы будем ждать, если придется.

– Ворон, ты, правда, так считаешь, или это просто такая воспитательная беседа?

– Если бы я умел говорить неправду, то сейчас не с тобой бы здесь сидел, а с колесничими Змея. И все, хватит об этом. Давай к очагу подбираться, похоже, еда готова.

Потом после этого позднего ужина, когда Лис уснул, Ворон подошел к Вананту: «Слушай, если ты Лиса еще раз Лисенком назовешь, не посмотрю, что друзья, буду морду бить».

– Ты чего Ворон?

– Переживает он очень, что слабее нас и вообще, что задерживает весь отряд. Лис ведь очень умный, он чувствует, что теперь эти два – три года разницы в нашем возрасте сильно заметны стали.

– Да если честно, то я о том, что он младше вспоминаю, только когда Лис спит, тогда у него выражение такое детское бывает. Ну, ты объяснил ему, что все мы просто друзья и, возраст, здесь не причем? По большому счету, не только Лис, все мы еще маловаты для таких походов. И нам надо темп продвижения сбавить, действительно Лис выдыхается. Три года назад я бы умер, наверное, если бы столько за день отмахать пришлось.

К счастью, утром, это упадническое настроение у Лиса прошло. Он удивительно быстро восстанавливался и физически, и психологически. За едой стали обсуждать, что и как делать дальше. Можно было вновь подняться и постараться объехать это ущелье, но Лис предложил бросить повозку и идти пешком по ущелью.

– Лис нам еще далеко, тут, наверное, бегов¹⁷ десять до хребта Длинных ущелий. – Усомнился Сатава.

– А ты на той стороне этих холмов бывал когда-нибудь?

– Нет, там вообще никого из наших, по-моему, не было.

– Все были. Мы когда еще переселялись, шли по горам и когда они закончились, то остановились перед спуском. Тогда еще Медвежья лапа меня возил путь выбирать. Так вот с того места отличный вид на всю эту местность был до самой Хукарьи¹⁸.

– Лис так ты что, видел Высокую Хару? – Восхитился Сатава.

– Видел, и еще я видел хребет Длинных ущелий и какие-то горы за ним, еще дальше. Может, это были горы Кангхи, не знаю.

– А реки: Ардви, Датья, Ранхи¹⁹ видел?

– Нет ни рек, ни озер видно не было, но они где-то там дальше должны быть. Но я не об этом сказать хотел, – Лис отложил ложку, и лицо его приняло именно то детское выражение, о котором Ванант говорил. – Понимаете, эти холмы тянутся вдоль бесконечной равнины до самых гор. Мы по холмам идти не сможем, здесь все время такие ущелья будут попадаться. Так что нам придется идти вдоль холмов по равнине. Так вот я о чем подумал, повозку будет заметно с большого расстояния. А какие племена или демоны там обитают, мы не знаем.

– Хочешь сказать, что пешком будет безопасней? – Ванант, посмотрел на лошадей. – Если так, то лучше месяц пешком идти, чем два дня проехать и угодить к демону какому-нибудь.

– А лошадей куда денем? – Ворон даже думать не хотел о том, что весь путь придется пешком идти. – Пропадут такие кони, жалко.

– Мы коней с собой поведем. А еще я один раз видел, когда повозка сломалась, кто-то из стариков прямо на лошадей часть груза повесил. Мы можем так же сделать и идти налегке. – Предложил Ванант.

– Ну что Лис, твое слово, пешком пойдем дальше или будем повозку вытягивать?

– Ехать быстрее, конечно, и интереснее, но не сегодня, так завтра повозку бросить придется. А пешком я нормально идти смогу, вы не сомневайтесь.

– Лис никто и не сомневается, к тому же у нас два месяца, нам торопиться некуда.

– Тогда давайте пойдем дальше пешком.

До обеда провозились с запасами. Перетаскивали вещи из повозки, потом все укладывали в четыре большие корзины. Корзины, связав веревками, перекинули через спины лошадей. Лошадям это не понравилось, но, в конце концов, их удалось успокоить. Еще раз, поев у родника в роще, парни искупались, запаслись водой и выступили в свой поход по неизведанным землям.

Ущелье закончилось удивительно быстро. Как и предупреждал Лис, друзья оказались на бесконечной равнине. Где-то вдали на юге виднелись острые зубья скал. Указав на эти скалы Лис, понизив голос, сообщил: «Не знаю почему, но у меня такое впечатление, что все силы смерти и зла там, на скальных зубьях обитают. Нам бы скорее дальше пройти, что бы гор этих видно не было». Вообще ощущение было невероятное. Парни шли по таким местам, где никогда еще, наверное, не ступала нога человека. Во все стороны, куда не посмотри, были неизведанные, дикие, враждебные земли. Шли молча, внимательно осматривая все вокруг. День выдался очень жаркий, запасы воды были небольшие и парни начали беспокоиться. Вся эта степь и холмы справа, выглядели совершенно безводными, даже мертвыми.

На ночь, решили спрятаться в очередном небольшом ущелье. Пройдя вверх, друзья были поражены необычайной переменой. Там на равнине была великая суш, а в ущелье оказался родничок, зеленая трава и заросли больших кустарников. Сатава сразу хотел приступить к сбору дров, но Лис его остановил: «В таком ущелье обязательно дух-охранитель обитает. Прежде чем здесь что-то взять нужно его как-то задобрить». Все согласились с Лисом. Ворон поднялся вверх по склону и наверху сложил пирамидку из шести камней. Каждый камень – это просьба, что бы дух разрешил людям и лошадям переночевать в ущелье. Сверху парень положил кусок ржаной лепешки. Только когда Ворон вернулся, стали собирать дрова и поить лошадей. Поели уже в темноте. Расстелив шкуры, начали укладываться. Лис уже улегся и завернулся в свою шкуру, когда вспомнил наставление Ведуна: в незнакомой местности на ночь всегда прочерчивать защитный круг и читать оберегающее заклинание. Вылезать из-под теплой и мягкой шкуры не хотелось, но Лис чувствовал присутствие какой-то большой силы в этом странном ущелье. Поднявшись, Лис спросил: «Все улеглись? Тогда нужно защиту магическую поставить». Вынув кинжал, Лис стал рисовать на земле линию вокруг друзей. «Осторожнее ты, не наступай… – закончить фразу Ванант не успел. Лис закончил свою линию и посмотрел на друга. Глаза Вананта расширились, сам он удивительно побледнел. Лис хотел спросить, – в чем дело? Но Сатава резко дернув, свалил мальчишку на шкуры. «Лежи тихо и не шевелись» – едва слышно прошептал Ворон каким-то не своим низким и глубоким голосом. Там за спиной что-то происходило. Все парни как-то сжались и придвинулись друг к другу. Лиса с двух сторон сдавили Ворон и Ванант. Очень хотелось повернуть голову и посмотреть, что там такое? Но пошевелиться в таком положении Лис не мог.

Казалось, этот кошмар никогда не закончится. Но, неожиданно какой-то ужасный звук, скорее напоминавший крик, издали лошади. Лис услышал отвратительное чавканье и причмокивание. И вдруг все стихло. Из мира будто исчезли все звуки. Лис слышал, как неровно дышат друзья, как взбесившимся барабаном бьется собственное сердце. Наконец пошевелился Ворон.

– Все живы?

– Судя по дыханию все. А что это было Ворон? Ты видел? – Лис сел и посмотрел на примятые кусты.

– Я не знаю Лис, но, ты счастливчик, если этого не увидел. Я больше спать, наверное, вообще никогда не смогу.

– Давайте больше в ущельях ночевать не будем. Представляете, что бы от нас осталось, если бы Лис этот круг защитный не нарисовал? – Ванант то же сел, в его руке заметно дрожал кинжал.

– Да кто это был? Ажи-Дихака²⁰ что ли? – Лис все никак не мог успокоиться из-за того, что так и не увидел чудовище, так всех напугавшее.

– Тише ты, а то я тебя сам удавлю, – не хуже дракона зашипел на Лиса Ванант. – Не произноси никогда эти имена, а то накличешь на наши головы.

– А я всегда считал, что это сказки страшные, – переходя на шепот, виновато произнес Лис.

– Я тоже считал, что это сказки, а вот теперь самому увидеть сказку эту довелось.

– Но если это он был, то почему круг его остановил? – Продолжал допытываться Лис.

– Уймись Лись. Вообще давайте тихо лежать до того, как Сурья²¹ разгонит мрак.

Какое-то время лежали в полной тишине. Но Лис снова сел.

– Не могу я так. Когда все молчат еще хуже, такая дрянь в голову лезет.

– А ты представь, что рядом рыщут люди Змея и нас ищут, – посоветовал Ворон. – И не сиди, когда мы все лежим нас не видно совсем.

– Спасибо Ворон успокоил, – Лис тяжело вздохнул. – Надо было тебе о жреце напомнить, теперь я точно уснуть не смогу. – Все же Лис послушал совет друга и лег, накрывшись своей шкурой, так, что только нос остался виден.

Уснуть никто не мог, в голове продолжали звучать предсмертные крики лошадей, перед глазами возникал образ огромной пасти, рогов и страшных глазенок с ярким желтым свечением и холодным вертикальным зрачком. Неожиданно тишину нарушил еще какой-то новый звук. Все напряженно прислушались. Ворон тихо рассмеялся: «И после такого он может что-то говорить о том, что боится! Надо же Лис уже храпит, вот счастливчик»! Храп Лиса как-то разрядил обстановку, стало не так страшно. Выспаться, конечно, никому в эту ночь не удалось, но все же под утро друзья немного подремали.

Проснувшись, Ворон сразу заметил, что Лиса нет. Солнце уже поднялось высоко, было тепло и тихо. Где-то беззаботно щебетали птицы, шумел родничок. Ворон поднялся и увидел, что Лис стоит на том месте, где вечером были привязаны лошади. Ворон подошел и встал рядом.

– Ворон, кто это был? Кто мог такое с лошадьми сделать?

– Я точно не знаю, но я видел глаза, зубы и рога. И еще что-то большое и страшное. Наверное, это был Сэрвара – рогатый дракон, сопровождающий демонов. – Ворон посмотрел на разбросанные шагов на тридцать останки лошадей и отвернулся.

Задерживаться в страшном ущелье друзья не стали, они даже воду не набрали. Переложив содержимое корзин в заплечные мешки и разобрав оружие, парни быстро вышли из страшного ущелья. Только оказавшись в широком устье, друзья остановились и набрали воды. Ручей здесь почти исчез, и воду пришлось набирать мелкими чашечками. Пока набирали Воду, Ванант стал перебирать заплечные мешки. Он переложил крупу и кремни из мешка Лиса, в свой. Когда Лис возмутился, парень пояснил: «Груз всегда распределяется по весу человека, это общее правило, к тому же ты ранен. Так что Лис не надо никаких глупостей, тебе оставшегося веса вполне достаточно». Что бы Лис не чувствовал себя обиженным, Ванант и у Ворона забрал пару свертков. Когда пошли дальше, Лис убедился в том, что друг был прав. Идти с грузом оказалось заметно труднее. Но несмотря на то, что теперь все запасы приходилось нести на себе, за этот день прошли большое расстояние. В ущельях решили больше не останавливаться, и место ночлега оборудовали между двух небольших холмов. Как только стемнело, огонь затушили, что бы его свет никто не смог увидеть со стороны огромной равнины.

Несмотря на то, что за день все устали, спать не хотелось. На небе стали появляться первые звезды, было тихо и невероятно красиво.

– Ванант, вон твоя звезда появилась прямо над головой. И она такая яркая. Лис запрокинул голову, рассматривая мелкие звездочки, которые одна за другой проявлялись на темнеющем небе. – Надеюсь, этой ночью она нас защитит.

– Хорошо если так. Но Лис, давай ты круг магический нарисуй и пропой свои заклинания защитные.

– Нет еще рано. Круг можно только один раз за ночь нарисовать. Не знаю как ты, а я сегодня много воды выпил вечером. Мне еще нужно будет пару раз сбегать.

– А я не знал, что круг только один раз рисуется. Слушай, Лис, если ты не очень устал, расскажи что-нибудь интересное о нашем мире. Ведун, наверное, тебе много удивительного рассказывал?

– Вся эта великая долина – Вайджа, окружена горами Хара. Эти горы такие высокие, что на них никогда лед не таит. А вершины держат небо. Само небо образуется по тому, что вверху, там, где лед этих вершин ближе к Сурье, он таит от тепла, и из этого пара весь воздух получается, которым мы дышим.

– Лис, а эти вершины увидеть можно?

– Не знаю точно. Но Ведун так о них рассказывал, будто не только их видел, но и бывал там. Наверное, если подняться на вершины Высокой Хары, то и эти Горы, опоясывающие наш мир, можно увидеть.

– Побывать бы там, на самом краю Мира, – мечтательно произнес Сатава.

– Им все мало, – возмутился Ванант. – Мы и так забрались в такие края, о которых лучше не думать. А они о горах Высокой Хары мечтают.

– А я очень хочу увидеть Кангхи, Море Ворукаша²², Ранху. Ванант, а ты Ранху²³ видел?

– Видел, но я маленький был и ничего не помню. Вот реки Золотой горы хорошо помню.

– А я никогда больших рек не видел, – печально сообщил Лис.

– Ничего, такими темпами ты Лис все увидеть успеешь и Ранху и Золотую гору²⁴, и Море Ворукаша. Думаю, ты и нас с собой прихватишь? А Лис, меня возьмешь с собой в следующий поход?

– Возьму, если мы все из этого вернемся.

– Лис не пугай меня. Вернемся, все вернемся и еще колесницы у воинов длинных ущелий угоним. Нам надо вернуться, чтобы Змея судить и свое племя от гибели спасти. – Сатава говорил очень уверенно, и всем постепенно стало передаваться это боевое настроение.

Долго еще друзья смотрели на звездное небо и бесконечную равнину, изрезанную холмами. Вспоминали имена звезд и древние легенды. Уснули очень поздно, но утром все чувствовали себя отдохнувшими и готовыми к любым испытаниям. Правда, Лис еще не выздоровел полностью, Ванант заметил, как, резко поднявшись, Лис, покачнувшись, едва успел сесть обратно, чтобы не упасть. Сделав вид, что ничего не заметил, парень весь день сдерживал темп друзей, чтобы Лис не выдохся. А на обеденном привале, когда с холмов спустилось несколько горных козлов, Ванант отправил Ворона и Сатава на охоту. Пока друзья охотились, Лис получил дополнительные два часа отдыха. Сам Лис то же приспособился. Он заметил, что голова кружилась, обычно утром и когда он резко вставал. Лис теперь, старался подниматься медленно, и в глазах больше не темнело.

На третий день, Ванант был вынужден сдерживать Лиса, чтобы тот не уходил слишком далеко вперед. Вероятно, вся кровь парня восстановилась, и теперь Лис мог идти быстрее друзей, которые у Ведуна не обучались, и ходить так тихо и быстро не умели. Но все равно к вечеру Лис уставал больше остальных.

Постепенно холмы становились более пологими и на ночь друзья остановились, фактически оказавшись на равнине. Теперь хребет Длинных ущелий хорошо был виден на северо-западе. С тревогой все смотрели на темно-синюю полосу гор. Те земли уже не были такими дикими, но там обитали враги. Это страшное и таинственное племя Длинных ущелий.

– Еще два – три дня, и мы окажемся на землях врагов. Что там делать будем? Есть какой-нибудь план действий? Как нам узнать тайну этого проклятого племени?

– Мне Ведун рассказывал, как он узнал все о нашем племени, прежде чем вступить в переговоры с Медвежьей лапой.

– И как он нас изучал? – Оживился Ворон.

– Метод простой, но он мне не нравится, – Лис присел у сложенного очага и стал высекать искру.

– Не тяни Лис, что за метод такой?

– Он незаметно поднялся на самую большую гору, ту, что перекрывает наше святилище, и посмотрел, сколько и где общин. А потом он внимательно осмотрел святилище. Это позволило понять, каких Богов и героев мы почитаем, кто мы и откуда пришли.

– А у них несколько святилищ и возле каждого есть поселок. Это значит, нам придется по самым запретным местам пройтись, что бы понять кто они – воины длинных ущелий?

– Похоже на то Ворон, по крайней мере, я другого способа не знаю.

– Ладно, доберемся до их угодий, а там видно будет. Только бы их демоны нас не разорвали как тех лошадок.

– Ну, тебя Сатава, умеешь ты страх на всех напустить. Давай лучше, котелок тащи, огонь уже разгорелся. Надоела мне эта каша, сегодня хоть мяса поедим. Похлебку сделаем, а что останется – нажарим. – Разговор о жареном мясе, всегда поднимал Лису настроение.

Горы длинных ущелий оказались значительно ближе, чем думали парни. Вечером следующего дня они устраивали привал уже не далеко от загадочного хребта. Разводить нормальный костер не стали, ограничились совсем маленьким костерком, на котором быстро подогрели мясо. Как стемнело, огонь загасили полностью. Сразу стало как-то неуютно. Создавалось впечатление, что из-за каждого куста или холма кто-то смотрит злым и голодным взглядом. Еще и ветер поднялся сильный. Вой этого ветра заглушал все звуки.

– Такое противное чувство, будто нас все видят и слышат, а мы как щенята слепые и глухие. – Нарушил тревожное молчание Ворон.

– Да такая вот беспомощность меня больше всего угнетает, – поддержал друга Сатава.

– А я вот, что подумал, – вступил в разговор Ванант, – как мы днем подойдем к этим горам? У них, наверное, как и у нас на вершинах посты устроены, на такой открытой местности они нас сразу заметят. Может нам лучше обойти эти горы с юга и, с другой стороны, зайти?

– С той стороны возле гор везде поселки, а дальше степь еще ровнее этой до следующих гор, возразил Ворон. – Так что подобраться только отсюда с востока можно.

– Но вы как-то с этой стороны смогли убежать? – Возразил Сатава.

– Нас тогда Лис какими-то хитрыми путями увел. Я тогда вообще ориентироваться не умел. Но здесь мы точно не проходили, я уверен. Лис, а действительно, каким путем мы тогда убежали?

– Случайным путем, – не весело усмехнулся Лис. – Я хотел обойти этот хребет с севера и укрыться в холмистой долине. А из-за метели мы отошли еще южнее, и попали, в конце концов, в ту холмистую долину, которая видна с нашего святилища.

– А сейчас так же пройти не получится? – Поинтересовался Ванант.

– Нет, все равно вдоль всего хребта пройти придется. Лучше уж мы сразу с юга на сам хребет пойдем. Там у воинов длинных ущелий святилища. Меньше шансов встретить людей. Лис нарисовал примерный план местности на земле, но было темно, и парни все равно ничего не поняли.

– Это все хорошо, но уж на оконечности хребта у них точно охрана имеется, тогда нас именно из-за снегопада не заметили. А как теперь незаметно пробраться?

– А давайте пойдем ночью, так нас никто не увидит.

– Сатава, ты в своем уме? Как идти по дикой чужой степи ночью? – Возмутился Ванант.

– Звезды видно, да и сам хребет на фоне неба выделяется, не заблудимся.

– Да причем тут это? Не знаю как ты, а я ночное посещение в ущелье не забыл. И мне не хочется почему-то попасть к такому созданию в пасть.

– Но в степи на нас никто не нападал, это было только там в ущелье.

– Не нападали по тому, что мы круг магический рисовали и заклинание Лис читает каждую ночь. – Поддержал Вананта Ворон. – Кстати Лис, не пора ли нам и сейчас круг нарисовать?

– Подожди с кругом. Если решимся идти ночью, то он нам еще понадобится. Лис поднялся и посмотрел в темноту. – Нет, все-таки, здесь другая степь, идти ночью рискованно.

– А весь наш поход рискованный. Лис, скажи у тебя есть идея, как днем пройти незамеченными?

– Пока нет. – Лис сел и набросил на плечи шкуру.

– А что, если нам все же рискнуть и пойти ночью, как Сатава предлагает. По крайней мере, этого враги от нас точно не ожидают? – Вдруг изменил свое первоначальное мнение Ванант.

– А они нас вообще не ожидают, – возразил Ворон.

– Я в этом не уверен. Если Змей демонам жертвы приносит, он мог своим колдовством и воинов длинных ущелий предупредить. – Погрустнев, заметил Сатава.

– Вот об этом я как-то не подумал. Змей это серьезно, может, имеет смысл рискнуть. – Ворон посмотрел на Лиса. Лис эту часть разговора фактически не слушал, он в какие-то свои мысли погрузился.

– Лис, ты как считаешь, имеет смысл попробовать пройти ночью?

– Можно и ночью, наверное. – Лис почувствовал какое-то напряжение во всем этом разговоре. Он согласился идти ночью только для того, чтобы сам этот разговор прекратился. Лису идти ночью по этой тревожной степи очень не хотелось. – Только давайте тогда так сделаем, сейчас все замолкаем и надо поспать пару часов, отдохнуть, а потом встаем и идем в полной тишине, что бы никто ни слова не говорил. Может так нас нечисть всякая и не заметит.

– Все согласны? – Ванант обвел друзей взглядом. – Тогда ложитесь, а я разбужу, как та звезда коснется склона сопки.

Лис уснуть не мог. Тревожное ощущение, присутствия кого-то очень опасного никак не покидало. Но интуиция подсказывала, что пока все молчат, нападения странного врага не будет. Ванант первым разбудил Лиса. Лис сам не понял почему, вдруг очень захотелось обругать друга и опять завалиться спать. Но, сдержавшись, он приложил палец к губам и указал на спящих друзей. Ванант каждого будил молча и сразу знаками показывал, что говорить ничего нельзя. Лис, посмотрев на угрюмые и даже озлобленные лица друзей, почувствовал, что кто-то вмешивается во все происходящее. Но понять, кто это все устраивает, Лис не мог. Не дожидаясь, чем все это закончится, Лис указав куда-то наугад, знаком показал, что видит опасность. Все напряженно всматривались в темноту, а Лис резко указал рукой в другую сторону. Так напустив на друзей страха, Лис вышел вперед, и повел отряд. Несколько раз, он, почувствовав за спиной напряжение, останавливался, поднимая руку. Друзья замирали, стискивая оружие. Выждав немного, Лис вел отряд дальше. Все это так выматывало, что страшную высокую фигуру человека, Лис заметил только шагов за десять. Лис опять поднял руку. Все остановились и подняли копья. Путь друзьям преградил странный старик. Он больше походил на враждебного духа или призрака. Серый плащ почти сливался с такой же серой бородой и с серым лицом. Голос старика прозвучал неожиданно громко и страшно. Лису показалось, что даже земля немного задрожала в унисон с его голосом.

– Почему вы не умрете сейчас в этой степи? – При звуке этого голоса, Ворон поднял копье. Но Лис рукой опустил оружие друга и ответил едва слышно.

– Мы не умрем по тому, что я ответил на твой вопрос Ахтия.

– Как ты узнал меня?

– Признав твою силу – ушел, тот, кто хотел нас уничтожить.

– Ты не ответил на вопрос.

– Ахтия не задал вопрос, и мы пройдем дальше. – Лис, протянув руку назад, ухватил копье Ворона и потащил друга за собой.

Ванант и Сатава, так же, взявшись за копья, едва переставляя ноги, пошли за Лисом. Им было легче, они страшного колдуна почти не видели. В голове у Лиса звенела одна мысль: «Ведун говорил надо идти точно на колдуна, тогда он отступится». Лис все сделал правильно, как учил Ведун, и страшный колдун, убивающий любого путника, не ответившего на его вопрос, исчез, как только парень коснулся его плаща. Теперь все шли за Лисом буквально след в след. Не то, чтобы говорить, даже дышать было страшно. Уже светало, когда Лис рухнул на траву у зарослей огромных кустов. Где-то здесь уже начинался подъем на гребень хребта Длинных ущелий.

Только когда взошло Солнце, Лис смог подняться. Все друзья лежали рядом. Никто не спал, но и вставать парни не решались. Лис посмотрел на лица товарищей и вдруг очень открыто и весело засмеялся. Его звонкий смех разносился по всей округе.

– Да замолчи ты и пригнись, могут услышать, – зашипел на Лиса Сатава.

– Вы бы видели свои озлобленные рожи! – Лис говорил сквозь смех, едва сдерживаясь. Все, поднимайтесь, хватит злиться друг на друга. Теперь можно говорить, дышать и просто жить, оставаясь собой.

Непонятные слова, а главное смех паренька действительно как будто снял какое-то страшное проклятие. Парни сели и смотрели друг на друга так, будто никогда раньше не видели.

– Что это было Лис, мне буквально хотелось перегрызть горло за каждое слово? Никогда не думал, что во мне столько злости. – Собравшись с силами, спросил Ворон.

– Это был демон раздора, не помню точно его имя, но он брат Аэшмы, которому здесь приносят жертвы.

– Ты понял это и поэтому заставил нас всех молчать? – Ванант с трудом смог произнести эти слова.

– Нет, что это был демон, я понял, когда посмотрел, как вы тут лежите с такими физиономиями. А там ночью, я просто почувствовал, что если мы не замолчим, то перессоримся. Такое тяжелое напряжение было, ну аж дышать трудно. Я не хотел идти, чувствовал, что не простая это степь. Но другого способа заставить всех молчать, не было.

– А на что ты указывал там в темноте? – Ворон уже стал приходить в себя после всего этого кошмара. – Я все глаза проглядел, но так ничего и не увидел.

– На темноту и указывал, просто, что бы все боялись и ничего не говорили.

– Ну и методы у тебя Лис. – Возмутился Ванант. – Я от страха едва не умер. Мне так страшно, никогда еще не было.

– Это я из-за тебя Ванант и пугал всех. Я чувствовал, что если мы друг на друга набросимся, то со своей силой, ты – точно убьешь кого-нибудь.

– Вообще-то было такое желание. И знаешь, Лис, убить в первую очередь хотелось именно тебя. Но я боялся, тебя тронуть, ведь кроме тебя никто не видел этих неведомых врагов. – Ванант притянул к себе Лиса. – Спас ты наши шкуры этой ночью. Нет, теперь во всем, что касается выбора пути, времени и тому подобного, пусть Лис все решает, лично я свои идеи даже высказывать не стану.

– Так я скоро зазнаваться начну, – Лис состряпал очень важную физиономию. – Ну а если честно, то я едва на ногах держусь. Нужно хоть пол дня поспать. Только есть так хочется, что, наверное, и не уснешь.

– Лис спи. Мы сейчас чего-нибудь приготовим и тебя разбудим.

– Нельзя, печально произнес Лис. – Если огонь разведем, они нас сразу заметят. Придется так все холодное жевать.

Свой кусок холодного жареного мяса Лис так и не доел. Он уснул, облокотившись на куст, сжимая в руке косточку. Пока Сатава перекладывал Лиса, уснули Ворон и Ванант. Осмотревшись, Сатава решил не ложиться, чтобы охранять сон друзей. Эта борьба со сном оказалась очень трудной, но каждый раз, когда начинали слипаться глаза, парень бил рукой по колючкам на этом странном кусте. «Если у Лиса хватило силы вести нас всю эту жуткую ночь, то у кого-то должно хватить сил, чтобы не спать днем» – думал Сатава, глядя на спящих товарищей. Сатава лег, только когда проснулся Ворон.

Солнце давно перевалило за полдень, когда Ворон, наконец, решил разбудить друзей. Все кроме Сатава, охранявшего их сон утром, выспались. Сатава будить не стали. Быстро перекусив, начали обсуждать, как двигаться дальше. Неожиданно Лис остановил всех поднятием руки. Все замерли. «Посмотрите, что у Сатава с рукой»? – Лис приподнял руку парня, который так и не проснулся. Рука заметно покраснела и даже опухла. Ворон первым заметил множество маленьких кровавых пятен. Вначале друзья решили, что кто-то покусал Сатава, но Ванант увидел кровь на двух длинных шипах странного куста. Стало ясно, что эти шипы ядовитые. Разбудить друга никак не получалось. Ворон, вспомнив наставления матери, предложил опустить руку в холодную воду. Вода обладает силой Варуны и способна вытягивать яд. Уложив Сатава на копья, Ворон и Ванант его понесли, А Лис убежав вперед, искал воду. Наконец он вернулся и сообщил, что большой ручей удалось найти за ближайшей сопкой.

Только подошли к ручью, как из воды показалось что-то зеленое неопределенной формы.

– Гандарва²⁵, – бледнее прошептал Ванант.

– Ты уверен? – Спросил Лис. Ванант кивнул в ответ.

– Я вижу, у вас есть жертва для меня? – Отвратительным булькающим голосом спросил демон ручья.

– Всепоглощающий Гандарва, это я жертва, – сделав шаг вперед, громко произнес Ворон.

– Да видишь, мы привели жертву. Только Видату²⁶ не дает совершить обряд по всем правилам. – Уверенно и печально сообщил Лис.

– Как он может помешать? – В голосе демона воды чувствовалось возмущение и удивление.

– Видату усыпил воина, приносящего жертву. И он так жутко смеялся, – Лис замялся, делая вид, что не решается повторить дерзкие слова.

– Говори, – демон воды пришел в ярость.

– Он смеялся и кричал, что ты всепоглощающий Гандарва, слабее его и не сможешь остановить тление даже за сотню лет. – В ответ на слова Лиса ручей взметнулся вверх, друзей обляпало тиной. Но вода вернулась в свое русло.

– Опустите своего жреца. Вы моргнуть не успеете, как от тления мерзкого Видату ничего не останется.

Лис буквально вырвал Сатаву из рук Вананта, и вместе с Вороном они подтащили спящего друга прямо к ручью. На Сатава опустилась волна, и он удивленно открыл глаза. Схватив ничего не понимающего друга за руку, Лис побежал наверх. Ворон подтолкнул Вананта, и они устремились вслед за Лисом. Только оказавшись на три полета стрелы от ручья, друзья остановились.

Кое-как восстановив дыхание, Ворон спросил: «А что дальше? Этот Гандарва, теперь так обозлиться, что может и остальных предупредить. Мы тогда ни к одному ручью подойти не сможем»!

– Ведун рассказывал, что эти демоны ручьев, воды, деревьев и песков другие, они как маленькие дети. Их легко обхитрить, они быстро впадают в ярость и так же быстро успокаиваются. Только Ворон, тебе опять поработать придется.

– Ты что Лис, хочешь, чтобы я спустился и, поболтав с демоном, его успокоил?

– Нет, болтать я сам буду, а тебе придется идти на охоту. Мы должны ему хотя бы козла подарить. Тогда этот Гандарва может и простит нас.

– Только где здесь охотится? Все так пересохло, что никакой дичи мы здесь не найдем, – Возразил Ванант.

– Тогда на охоту мы с Вороном пойдем. Севернее начинаются разные ущелья, там дичи много должно быть.

– Лис, охотится на виду у воинов длинных ущелий – это самоубийство, я вас просто не пущу. Из-за меня все это началось, мне и идти на охоту. – Сатава решительно встал, преграждая путь Лису.

– Да сядь и успокойся Сатава, Лис вдруг развеселился. – Не собираюсь я ни сам умирать, ни Ворона подставлять. Мы сейчас снимем, пояса, ворон возьмет мой лук, а я дротик с каменным наконечником. В таком виде никто в нас воинов не признает. Решат, что мальчишки заигрались в охотников и забрели дальше положенного. А что сказать мы с Вороном сообразим, мы ведь жили в их общинах, так что и имена, и названия знаем.

– И все-таки Лис давай лучше не будем им попадаться. – Ворон не разделял оптимизм друга.

– Конечно, постараемся не попадаться, это так, на всякий случай, запасной вариант.

Сатава и Ванант вынуждены были согласиться. Всех удивило, как ловко Лис соорудил каменный наконечник для дротика. Лук Ворон все же свой взял. Лис только подобрал запасную тетиву длиннее. Он пояснил друзьям: «Если мы кого увидим, то Ворон тетиву свою обрежет и станет просить, что бы нам помогли новую натянуть. А она длиннее и натяжение как раз детское получится». Страшно было отпускать друзей на эту опасную охоту под самым носом сторожевых постов врага, но ссориться с демоном воды было нельзя. Страшного Гандарва необходимо было задобрить.

Сатава уже неоднократно порывался идти на спасение друзей, Вананту едва ли не силой приходилось его удерживать. Но все разумные доводы уже заканчивались. Степь начала погружаться в сумерки, тени от холмов и сопок удлинялись мрачными контурами. Ванант уже согласился отправиться на поиски Лиса и Ворона, когда, наконец, друзья появились. Лис и Ворон бежали. Присмотревшись, Сатава успокоился. Друзья бежали спокойно, и Лис тащил на плечах горного козла. Опустив драгоценную тушу, Лис сразу натянул свою шкуру: «Как я замерз! Нам пол дня пришлось в засаде сидеть из-за этого козла». Отдышавшись, Ворон тоже оделся и уже за похлебкой рассказал о своих с Лисом приключениях.

Добравшись до самих гор, Ворон и Лис встретили старика. Вначале они сильно испугались, приняв его за очередного колдуна, но дед оказался обычным человеком. Причем когда-то он был охотником. Этот старик взялся их обучать охоте. С головой у него явно не все было в порядке, но кроме нудных наставлений, старик почти всю свою жизнь рассказал, и друзья узнали много интересного. В эти места вообще-то воины длинных ущелий никого не пускали, старик сразу удивился, как парням удалось пройти незамеченными? Ну, и Лису удалось выедать у старика, где проходит тайная тропа, о которой воины ничего не знают. Название своего племени старик все время путал, и это показалось друзьям странным. Еще удалось узнать, что у этого хребта проживает лишь малая часть племени, в основном все поселки находятся дальше на юго-западе, в более высоких горах, название которых старик постоянно путал. Пока Ворон рассказывал все это друзьям, Лис стал что-то рисовать на земле своим кинжалом.

– Это что ты рисуешь эти горы? – Заинтересовался Ворон.

– Да и получается очень интересно. Лис закончил выводить линию и с очень довольным видом осмотрел свою работу. – Хребет длинных ущелий расположен не так, как мы думали. Он не с юга на север тянется, а вот такой дугой. Поэтому мы еще дня два будем идти на запад, а потом уже горы начнут поворачивать на северо-запад или даже на север. А в этом месте – Лис воткнул кинжал в изгиб горного хребта на своем плане, – нас обязательно поймают.

– Лис твой оптимизм нас всех прямо вдохновляет, – усмехнулся Ванант. – Чего такого особенного в этом месте?

– Здесь горы сужаются, так, что все просматривается. – Лис выглядел необычайно довольным. – Здесь на равнине с юга – большой поселок, из которого старик и пришел, с севера ровная степь без единого кустика. А в самих горах какое-то святилище тайное, о котором старик даже говорить побоялся. И это святилище специальные жрецы охраняют и днем, и ночью.

– И как нам пробраться в этом узком месте? По твоему довольному виду ясно, что ты Лис уже что-то придумал.

– Ничего я пока не придумал, но это будет интересная задачка.

– И что ты предлагаешь нам делать? – Ворон совсем не выглядел таким счастливым.

– Пока окончательно не стемнело, пойдем Гандарва ублажать, а потом есть и спать. Причем много и того, и другого. Ванант ты козла возьмешь? А то мы с Вороном выдохлись, пока его дотащили.

– Козла возьму, но Лис, ты что, собрался жертву ночью приносить?

– Так мы же жертву не светлым богам приносим, а демону. Так, что сейчас самое время.

К ручью Лис спустился один, волоча тушу козла за задние ноги. Друзья, сжимая копья, ждали наверху. Это было невыносимо видеть, как Лис сидя на камне «беседует» с ужасным демоном, уговаривая его принять жертву. Наконец Лис поднялся. Повернувшись к друзьям, он пытался что-то объяснить жестами, но парни ничего не поняли. Махнув рукой, Лис разделся и прыгнул в ручей. Сатава не сдержал крика, но Лис вынырнул, и сев в воду опять что-то говорил демону. Только спустя четверть часа все это закончилось. Трясясь от холода, весь мокрый Лис побежал наверх. На ходу он пытался обтереться своим передником.

– Я просил мешок мой принести, холодно, а надеть нечего, так я насмерть замерзну. – Стуча зубами начал ругать друзей Лис.

– На пока мой плащ накинь, а то точно замерзнешь, – Сатава протянул Лису плащ, и все вместе побежали к зарослям кустарника.

Сбросив ставший мокрым плащ, Лис долго рылся в своем мешке. Наконец он отбросил мешок и с несчастным видом завернулся в свою лисью шкуру. Вид у Лиса был такой расстроенный, что друзья перепугались. Лис что-то бормотал себе под нос и старался ни на кого не смотреть.

– Что с тобой Лис? Что-то не так?

– Все так, только я балбес рубаху забыл где-то. Мне теперь кроме передника мокрого и меха и надеть нечего.

– Нашел, о чем беспокоиться, мою возьми, пока не околел, у меня вот есть чистая запасная, – Ворон быстро вытащил новую рубаху.

Поблагодарив Ворона, Лис оделся, завернулся в шкуру и стал согреваться. Но настроение парня не улучшилось. В плохом расположении духа парень бывал так редко, что ни шутить над Лисом, ни лезть с расспросами никто не стал. Только поев горячей похлебки, Лис немного успокоился. Теперь по его лицу было видно, что он пытается что-то вспомнить или придумать.

– Слушай Ворон, ты должен знать, из чего можно сделать оберег от направленной порчи?

– О какой порче ты говоришь Лис? И вообще объясни, неужели из-за потери рубахи ты так расстроился?

– Конечно из-за нее проклятой. Я ведь рубаху не дома забыл и не в своей общине. Здесь любой враг найдет и очень просто наведет на меня все что угодно. А еще хуже, если эта зараза на всех попадет. Мне если я с оберегом ничего не придумаю, уходить придется! Чему тут радоваться? – Последние слова Лис произнес совсем тихо, так, чтобы никто кроме Ворона не услышал.

– Лис да кто ее найдет рубаху твою?

– Любой демон или колдун найдет, а здесь и тех и других много.

– В таком случае нам медь или бронза нужны. – Ворон понял, что опасения Лиса серьезные. – Халцедона или агата мы здесь не найдем.

– У меня есть медные наконечники стрел, – обрадовался Сатава. – Лис, ты же умеешь, металл лить, переплавь и сделай оберег. Медный – защитит от болезни, а бронзовый – от всего остального. У нас вон, почти все оружие бронзовое.

– Это ты здорово придумал, – Лис сразу оживился. – Глина здесь хорошая, только на этих кустах мы бронзу не расплавим, хорошие дрова нужны.

– Тогда Лис, ты делай очаг как надо, я камни принесу, а Парни сходят за дровами. – Предложил Ванант.

– Сейчас ночью за дровами идти? – Усомнился Лис.

– Раз надо, сходим, – убежденно ответил Сатава.

Лис провозился с формами и очагом пол ночи. Только перед рассветом он надел медное ожерелье и бронзовые браслеты. Сила стихий огня, воды, земли и воздуха, собранная в этих металлах могла защитить от вредоносной магии. Успокоившись, все улеглись спать. Уже утром, Лис раздал друзьям по браслету. На удивленные вопросы друзей, где Лис столько бронзы нашел, парень весело сообщил: «Без копья мне теперь идти легче будет. Все равно в этой стране оберег нужен каждому». Но, несмотря на бессонную ночь оставаться еще на один день у подножья хребта парни не стали. Решили пройти той тайной тропой, о которой старик Ворону и Лису рассказал. За этот день пройти удалось не много, и ночь застигла маленький отряд в горах. Просто свернув с тропы и найдя более-менее ровное место, стали устраиваться на ночлег. Огня не разводили. Есть пришлось в темноте и тишине. Где-то выше на гребне горы располагался сторожевой пост воинов длинных ущелий. Место было жутковатое. Тропа проходила по крутому склону. Открытые участки из огромных скальных осыпей, чередовались с густыми зарослями больших кустов и каких-то маленьких деревьев неправильных и странных форм. Все это выглядело мрачно. Сразу после еды, Лис прочертил защитный круг и пропел свои защитные магические формулы. Но все равно парни испытывали сильное чувство тревоги. Ворон первым заметил контур волка на фоне темного неба.

Стоило развести огонь и немного пошуметь, и волки бы сразу ушли. Они редко нападали на вооруженных людей. Но ни шуметь, ни разводить огонь вблизи от воинов длинных ущелий друзья не могли. Парни взялись за луки. Все надеялись, что стрелять не придется. Обычно, увидев, что люди готовы к нападению, волки уходят. Но эта странная стая уходить не собиралась. Каждый раз один из волков показывался все ближе и ближе. Ворон вложил стрелу и поднял свой лук.

– Не хочется, но, похоже, придется убить парочку этих волков. Просто так они не уйдут. – Ворон впустил стрелу и с досадой прошептал, – надо же с такого расстояния и промахнулся.

– Но все равно они уходят. Как только поняли, чем это для них закончиться, сразу умнее стали. – Обрадовался Ванант.

Уход волков поднял настроение. Никому не хотелось провести еще одну ночь без сна. Парни успокоились, и немного подождав, стали укладываться. Неожиданно всех разбудил Сатава. Собственно, он обратился к Лису, но проснулись все. Сатава поинтересовался, что там Лис говорил о защитном круге? Вроде круг один раз за ночь рисовать можно? Все желание спать исчезло, когда Лис подтвердил, что стрела, выпущенная Вороном, сняла всю магическую защиту.

– Я так и думал, устало сообщил Сатава. – Похоже, что эти волки странные просто какому-то местному демону помогают. И мне кажется, что твоя стрела Ворон, точно попала, только волку вреда не причинила.

– Значит, это были не волки, а какая-то нечисть, принявшая их облик. – При этих словах Ворона лица парней изменились. Все вспомнили жуткие рассказы о воинах-духах, способных принимать волчий облик.

Просить защиты у богов, когда время Митры и Варуны сменилось ночью, было невозможно. Защитные магические формулы, которым Лис научился у Ведуна, использовать второй раз было бесполезно. Что предпринимать в такой ситуации никто не знал. Все взоры обратились на Лиса. Друзья надеялись, что парень что-то сможет придумать и в такой ситуации. Лис задумался, напряженное выражение его лица вдруг сменилось страшной прямо демонической улыбкой.

– Лис что ты придумал? Мне уже страшно за судьбу той нечисти, что к нам пожаловать надумает.

– И правильно жалко. Ворон дай свою лучшую стрелу, ту которую мы полировали перед походом.

Лис, взяв стрелу, внимательно ее осмотрел и ощупал, убедившись, что все в порядке он проверил остроту лезвия. Ворон умел бережно относиться к оружию, заточка стрелы была идеальна. Положив стрелу на колени, Лис сбросил с плеч шкуру и стянул рубашку. Все смотрели, не понимая, что он собирается делать. Зная характер Лиса, спрашивать никто ничего не стал. Посмотрев на друзей, Лис попросил, чтобы они не смотрели. Он начал что-то шептать. Ворон различил всего несколько слов: «Вот противно. Никогда не думал, что это так будет, вот страх идиотский».

– Лис с тобой все нормально?

– Да все уже. Ворон ты стрелу возьми только наконечника не касайся.

– Это что кровь?

– Да. Я вспомнил один заговор. Если взять кровь из незажившей раны и нужный заговор использовать, то такая стрела любого если не убьет, то отпугнет, по крайней мере.

– Лис, ты что, рану вскрыл?

– Да немного совсем, и на этот раз крови немного. Надеюсь, что таких последствий как первый раз не будет. – Лис сидел и сжимал вскрытую рану куском тряпки.

Парни быстро помогли остановить кровь. Лиса перевязали и уложили. «И что с этой стрелой теперь делать надо»? – Спросил Ворон. «Стреляй, когда увидишь в кого. Главное ты наконечника не касайся и не промахнись. А то новый наконечник мы можем не успеть подготовить». Лис уснул быстро, а остальные ждали, какое еще порождение зла появится из темноты. Это напряжение сильно утомляло. Парни решили нести караул по очереди. До рассвета оставалось не более трех часов, когда один за другим парни проснулись. Спал только Лис. Все прислушались. За кустами что-то происходило. Вдруг большие кусты зашевелились, и прямо к месту ночлега друзей стало выползать что-то огромное.

– По-моему это змея еще больше той рогатой, – прошептал Сатава.

Но то, что они увидели, оказалось страшнее. Зеленовато-серый человеческий торс оканчивался огромным змеиным телом. На человеческой голове без волос и ушей страшно мерцали змеиные глаза с отвратительными вертикальными зрачками. Эти зрачки подавляли волю и пробуждали безудержный страх. Но Ворон поднявшись рывком, все же натянул лук и навел стрелу в сердце ужасающего чудовища.

– Остановись Ворон не стреляй. – Лис встал рядом. Никто из друзей так и не понял, когда он успел проснуться.

– Почему, ваши стрелы и копья только повышают мой аппетит – омерзительно прошипел воин смерти.

– Не думаю, что кровь воина, из горячей раны соединившись с твоей кровью, повысит твой аппетит. – Лис говорил твердо, уверенно и даже немного насмешливо.

– Нет, – прошипел змееподобный воин страны духов.

– Мой друг не любит ждать, продолжил Лис. Если ты перенесешь нас на ту сторону хребта, то он отпустит тебя.

– Повиливающий демонами, я не могу вас перенести. Но моя кожа сделает вас невидимыми для людей. Тебе ведь нужно именно это?

– Я согласен. Ворон опусти лук.

– Кожа скроет вас на четыре часа. Змееподобный воин отполз назад, и человеческий торс стал покрываться ужасной чешуйчатой кожей. Вскоре он покрылся этой кожей весь. Наконец, часть кожи опала на землю, и змееподобный воин смерти исчез.

Лис сел и зажал голову руками. Он не трясся и ничего не говорил, но друзья поняли, что у парня шок. Этот ужасный поединок с демоническим воином отнял слишком много жизненных сил Лиса. Ворон, целивший из своего лука в сердце чудовища во время всего этого «разговора» то же, был близок к обморочному состоянию. Ворона привели в чувство холодной настойкой, а вот что делать с Лисом парни не знали.

– Надо что-то делать Ванант. – Сатава сам был на грани срыва. – Я видел в прошлом году, как на охоте парень что-то увидел подобное и в такое вот состояние впал. Так он в себя и не пришел. Умер на следующий день. Даже не сказал ничего. Мужики чего только не делали.

– А что они делали, ты помнишь?

– В воду окунали, поили вином, растирали тело, – Сатава махнул рукой.

– Все понятно. Теперь мы точно знаем, чего не нужно делать. Помогите. Давайте оденем Лиса и уложим. Пусть спит, пока сам не проснется.

– Я сам, – Лис натянул рубаху и, бросив взгляд на шкуру чудовища, очень тихо сказал, – шкуру уберите в тряпку какую-нибудь, чтобы свет не попадал. И стрелу еще можно использовать, ночь не закончилась.

Лиса завернули в три шкуры и уложили. Пусть слабый, но все же живой и сознательный голос парня вселил уверенность – Лис справиться и с этим неимоверным перенапряжением. Только великим героям древности удавалось подчинить себе демонов. То, что это смог сделать Лис – казалось невероятным.

Утром, против ожидания, Лис проснулся рано, как только встали Ванант и Сатава.

– Спи Лис, ты чего в такую рань встал? – Удивился Ванант.

– Не могу спать, так есть хочется. Все эти ночные события из меня будто энергию вытянули. Ну, прямо такое чувство, что умру, если не поем как следует.

– Тогда садись и ешь, вот мяса кусок остался и у Сатава где-то настойка есть.

Лис пожевал холодное мясо, но чувствовал, что так проблему не решить. Он предложил спуститься ниже за скалы и прямо над поселением сварить нормальную еду. Сверху, дым костра будет, неотличим от дыма поселка, и никто их так не заметит. Спуск оказался труднее, чем рассчитывал Лис. Все силы исчезли. Собственное тело казалось невероятно тяжелым и неуклюжим. Руки и ноги просто не хотели подчиняться. На крутых участках, друзьям приходилось его поддерживать. Но, несмотря на такое состояние, настроение парня было отличное. Ну, а когда Лис наелся мясной похлебки и напился горячего напитка из душистых трав, он готов был летать от счастья. Лис порывался сразу идти дальше, но, не закончив что-то говорить, уснул с пустой чашкой в руке. Ворон в отличие от Лиса, успел поставить чашку и лечь. Переглянувшись, Ванант и Сатава поняли, что до обеда никуда дальше идти не придется.

Отсыпаться так близко от вражеского поселения было опасно. Но и идти в таком состоянии ни Ворон, ни Лис не могли. Несмотря на опасения, на секретной тропе так никто и не появлялся. Ванант и сам, расслабившись, прилег поспать, когда его разбудил Сатава. По тропе кто-то поднимался. Ухватившись за шкуры, на которых спали Лис и Ворон, парни затянули их под куст. И спрятались сами. Шансов, что враги их не заметят – было мало, поэтому оба приготовили копья и луки. Послышалась какая-то непонятная песня. Такой голос, дребезжащий и сухой, не мог принадлежать человеку. Ванант убрав свою стрелу, вложил в лук стрелу Ворона, ту самую, что Лис приготовил для нечисти. Но к своему удивлению парни увидели старика.

Старик напевал песню и медленно поднимался, ощупывая тропу посохом. Не трудно было понять, что он очень плохо видит. Друзья успокоились. Но в этот момент проснулся Ворон. Увидев оружие в руках друзей, он потянулся за своим луком. Видел старик плохо, но, похоже, он услышал, как хрустнули ветки. Старик остановился и прислушался. Но вскоре успокоился и пошел дальше. Уже и Лис проснулся, а старик все поднимался по тропе. Друзей поразило, что вообще заставляет такого старого слабого и больного человека без какой-либо необходимости подниматься в горы и на два – три дня уходить от своего поселка? Лис и Ворон подтвердили, что это тот самый бывший охотник, с которым они встретились еще три дня назад.

Когда все стихло, друзья пошли дальше. Вскоре тропа разделилась на две. Одна – вела в поселок, а вторая – петляя между скальными выходами, вела дальше вдоль гребня этого хребта Длинных ущелий. Сон и горячая еда, вернули к жизни и Ворона и Лиса. Оба чувствовали себя нормально. Поэтому было решено пройти самое опасное место этих гор и таинственное святилище за один день. Первым шел Ванант, как самый сильный воин в отряде.

Не прошло и двух часов, как Ванант остановился и поднял руку. Повернувшись к друзьям, он прошептал: «Все, дальше кусты заканчиваются, и открытая вершина холма начинается. Если идти дальше, то надо использовать шкуру того воина – змея». Как ее использовать толком никто не знал. Инициативу в свои руки взял Ворон. Он разрезал ножом шкуру на четыре куска и набросил один себе на плечи. Восторгу друзей не было предела. Ни самого Ворона, ни его оружия видно не было. Лис напомнил, что действие шкуры закончится за четыре часа. Терять время не стали. Лис определил местом сбора несколько огромных камней на крутом склоне уже, с другой стороны, за этим провалом. Друг друга видеть друзья не могли, поэтому каждый сразу показал остальным свой маршрут, чтобы случайно не столкнуться.

Лис, надев шкуру, не торопился бежать за друзьями. Оценив их скорость, он понял, что сможет и спуститься, и подняться быстрее в два раза. Какое-то время страх и любопытство боролись между собой. Победило любопытство. Ну не мог Лис не использовать такой шанс, быть невидимым и не посмотреть на загадочное святилище враждебного племени. Сильно отклоняясь от своего маршрута Лис, стремительно заскользил по склону, спускаясь к святилищу воинов длинных ущелий. Спустившись, Лис оказался в узком извилистом ущелье. Сверху это ущелье видно не было. Казалось, что страшный хребет, какой-то своей магией прячет это место. По всему ущелью протекал большой ручей. Лис бросил взгляд на склон, пытаясь определить, где сейчас могут находиться друзья? Но он естественно никого не увидел. Набравшись решимости, Лис побежал вверх по ущелью. Он бежал очень тихо, так как учил Ведун. Вокруг были черные скалы и отдельные камни. Взгляд привлекла высокая скала. Там наверху были выбиты какие-то фигуры. Передвинув топор за спину, Лис стал карабкаться наверх. Пришлось потратить много сил и времени, но все же ему удалось добраться до странного изображения. Это были две фигуры лошадей, причем они оказались такими же, как и в святилище племени Медведя! Лис присмотрелся и, как и в прошлый раз, фигуры как бы ожили. Лис почувствовал, что эти кони рвутся вперед, но, их будто сдерживает какая-то неведомая сила. Никаких других изображений Лис не нашел и начал спускаться. Спуск оказался значительно тяжелее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Божество победы, являвшееся в образе вепря, верблюда, коня или юноши, главный помощник Индры – бога войны.

Вернуться

2

Божество небесного огня, Солнца, покровитель договора. Одно из высших божеств.

Вернуться

3

Божество воды. Одно из высших божеств, составляет божественную пару Митра – Варуна.

Вернуться

4

Тиштри – Сириус.

Вернуться

5

Дромос – узкий, спускающийся вниз, на уровень пола, коридор.

Вернуться

6

Сурья – божество Солнца.

Вернуться

7

Копье – так называется отряд воинов сопровождающий колесничего. Это может быть от семи до пятнадцати пеших воинов.

Вернуться

8

Ашвины – братья близнецы, божества, приносящие всевозможные блага, защитники праведников.

Вернуться

9

Рогатый змей или дракон, противостоящий людям и светлым духам.

Вернуться

10

Змей, сопровождающий опасных демонов.

Вернуться

11

Вар – зимнее убежище для скота, а иногда для скота и людей.

Вернуться

12

Пушан – Божество, покровитель скотоводства, козел – главный символ плодородия.

Вернуться

13

Пуруша – Божество из которого были сотворены живые существа.

Вернуться

14

Бычий хвост имели право подвешивать только колесничие, составлявшие элиту общества эпохи бронзы.

Вернуться

15

Тотем – священное животное, которое считалось основателем покровителем и защитником рода.

Вернуться

16

Рату – Идол, считавшийся судьей рода.

Вернуться

17

Бег – мера расстояния, один бег – это расстояние которое средняя повозка может пройти за один день.

Вернуться

18

Высокая Хара или Хукарья – горы Тянь-Шань и Памир.

Вернуться

19

Ардви – Амударья, Датья – Сыр-Дарья, Ранха – Волга.

Вернуться

20

Ажи-Дихака – трехглавый дракон, один из сильнейших сил зла.

Вернуться

21

Сурья – Божество Солнце.

Вернуться

22

Море Ворукаша – Каспийское Море.

Вернуться

23

Ранха – река Волга.

Вернуться

24

Золотая гора – Алтай.

Вернуться

25

Демон воды, дух который может требовать выкуп или кровавую жертву у любого, кто прикоснется к его источнику.

Вернуться

26

Демон тления, разложения, способный вызывать болезни и различные заражения.

Вернуться