Светлана Скулкина
Клуб маньяков

„Ад пуст. Все бесы здесь “– Уильям Шекспир

1. Смерть нужно заслужить

1

Душный маленький автобус уехал, оставив худенькую девушку в жёлтом платье на пустой остановке. Её звали Валерия, Лера, и она была впервые на этой городской окраине, плотно застроенной унылыми серыми пятиэтажками. Девушка растерянно оглядела безлюдную тихую улицу. Жаркое июльское солнце, застывшее в зените, сразу обожгло загорелые плечи и темноволосую голову Леры, и она тут же спряталась под козырёк остановки. Достав из сумочки телефон, девушка поводила пальчиком по экрану, уточняя путь по карте до конечной точки своего маршрута. Нужно было пройти отсюда ещё пару кварталов вдоль автодороги. Вздохнув, Лера поправила на плече лямку своего нового, надетого специально для этого случая, платья и быстро пошла по тротуару, стуча каблучками.

Уже который день в городе стояла страшная жара. Кроны поникших без дождей деревьев почти не давали тени, а над асфальтом душным маревом колыхался раскалённый воздух. Однако Лера лишь упрямо ускоряла шаг-назначенное ей время встречи почти наступило. Опаздывать было никак нельзя, ведь она приехала взять интервью у известного на всю страну писателя.

Как и все судьбоносные встречи, эта произошла абсолютно случайно. Лера в свои 22 года уже работала журналистом в местной газете. Этим утром по пути в редакцию она решила заскочить в магазин купить печенье к чаю. Встав в очередь на кассу, девушка поначалу не обратила внимания на стоявшего перед ней высокого лысеющего брюнета средних лет, немного сутулого и полноватого. Только когда он повернулся к ней в профиль, расплачиваясь за покупки, Лера узнала в нём известного автора детективов. Правда, самой девушке его книги о кровавых убийствах совсем не нравились.

Знаменитый писатель жил уединённо, не любил давать интервью и выступать на телевидении, поэтому любой материал о нём мог сделать молодую журналистку известной и дать толчок к взлёту карьеры. Возможно, Лере удалось бы устроиться в крупное издание в большом городе, а не прозябать здесь в заштатной газетёнке. Всё это молнией пронеслось в голове девушки, а писатель, между тем, уже вышел из магазина. Быстро расплатившись за своё печенье, Лера бросилась вдогонку. Она окликнула мужчину, когда он уже садился в свой огромный чёрный джип.

– Доброе утро, Геннадий Станиславович! Могу я украсть всего минутку вашего времени? – Лера протянула мужчине визитку. Тот, мельком взглянув на белый прямоугольник в её руке, недовольно скривился. Визитку он не взял, это плохо.

Девушка торопливо сказала:

–Я знаю, вы недолюбливаете журналистов. Но я как раз сейчас готовлю материал о современных писателях, и была бы счастлива взять небольшое интервью у такого мастера пера, как вы, Геннадий Станиславович.

Мужчина, промолчав, в упор посмотрел на Леру своими холодными голубыми глазами. Она отчего-то поёжилась. Конечно, девушка немного приврала, никакой материал она не готовила, но понадеялась, что писатель клюнет на эту наживку и неприкрытую лесть. Тот и в самом деле согласился, назначив встречу уже через два часа в гостинице, где остановился. Такую спешку писатель объяснил тем, что в этом городке он оказался проездом, и после обеда должен уже отбыть домой. Счастливая Лера горячо поблагодарила знаменитость. Проводив взглядом его джип, она что есть духу побежала в свою маленькую съёмную квартиру неподалёку от магазина.

По пути Лера позвонила в редакцию и взяла на сегодня отгул, наврав что-то про плохое самочувствие. Она не хотела спугнуть свою удачу, раньше времени хвастаясь о встрече со знаменитостью.

Дома быстро переодевшись и уложив волосы, девушка бегом отправилась на остановку. Тогда она даже представить не могла, насколько эта встреча изменит всю её жизнь.

2

Гостиница оказалась двухэтажной и очень старой. Лера, разглядывая облупившуюся жёлтую штукатурку на стенах здания, удивилась выбору писателя. Здесь впору было останавливаться небогатым командировочным и рабочим, приезжающим на временные заработки из ближних деревень. С такими деньгами, которые Геннадий Станиславович зарабатывал, штампуя по паре своих книжек в год, он вполне мог поселиться в шикарном отеле в центре города. «Впрочем, у богатых свои причуды» – подумала Лера, входя в тёмный маленький холл.

Затхлый воздух, присущий всем старым зданиям, заставил девушку поморщиться. Холл был пуст. Свет из единственного окна тускло освещал пустой обшарпанный стол у стены и колченогий стул рядом. Девушка сначала растерянно замерла, но потом услышала звук работающего телевизора из распахнутой двери сбоку от стола. Лера подошла и заглянула внутрь. Там в маленькой комнатке спиной к двери сидела древняя бабуля и смотрела телевизор. На экране шла какая-то мыльная опера, сюжет которой настолько увлёк старушку, что она даже не расслышала стук каблучков девушки по деревянному полу.

Лера с минуту нерешительно постояла на пороге комнатки, а потом, стараясь перекричать телевизор, проговорила:

– Здравствуйте! Я в гости к постояльцу в 30-й номер!

Бабуля, не отрываясь от экрана, махнула ей рукой, и девушка направилась из фойе к комнатам постояльцев. На первом этаже гостиницы нужной комнаты не оказалось, нумерация заканчивалась на 16-ти. Лера поднялась по скрипучей деревянной лестнице. Коридор второго этажа, как и первого, был тих и безлюден. Лера быстро шла вдоль ряда одинаковых коричневых дверей, внимательно смотря на их номера, чтобы не пройти мимо нужной комнаты.

Оказавшись почти в конце коридора, девушка наконец нашла дверь с цифрой «30». Остановившись перед ней, Лера достала из сумки маленькое складное зеркальце и поправила растрепавшуюся чёлку. Из отражения на неё взглянули блестящие от волнения карие глаза. Лера почувствовала, что сердце быстро бьётся в её груди, словно маленькая испуганная птичка.

– Всё будет хорошо! – тихо подбодрила себя девушка и улыбнулась отражению. Вдруг дверь под номером «32» справа от неё резко распахнулась, и Лера от испуга выронила зеркало из рук. Оно скользнуло по полу к окну и там скрылось в щели под чугунной батареей отопления. Лера хотела достать его, но тут из открывшейся двери в коридор выглянул Геннадий Станиславович и молча поманил удивлённую девушку внутрь. Она решила, что по ошибке записала не тот номер комнаты и пошла вслед за писателем.

Тот, закрыв за спиной гостьи дверь, повернул ключ в замке. Лера, не обратив на это внимания, с любопытством огляделась. Обстановка маленького одноместного номера вполне соответствовала первому впечатлению девушки от старой гостиницы. С потолка на проводе криво свисала голая лампочка, пыльное окно без занавесок бросало тусклый свет на узкую кровать, накрытую застиранным покрывалом. Кресло с засаленной обивкой и поцарапанный журнальный столик довершали жалкую обстановку.

Лера с отвращением поморщилась. Ну и клоповник!

– Присаживайтесь, прошу вас! – писатель кивком указал девушке на кресло. Сам он присел напротив неё на край кровати. Между ними очень удачно оказался журнальный столик. Лера положила на него свой телефон, предварительно спросив разрешения у писателя на запись их разговора на диктофон.

Её интервьюер кивнул. Сидя напротив, он молча откровенно разглядывал голые коленки девушки, показавшиеся из-под короткого подола платья. Лера пожалела, что надела его, а не осталась в привычных джинсах и футболке. Решив как можно быстрее закончить с интервью и сбежать, она начала:

– Геннадий Станиславович, расскажите, пожалуйста, …

Однако писатель резко прервал её:

– Прошу меня извинить, Валерия, вас ведь так зовут?

– Можно просто Лера, – девушка нетерпеливо поёрзала на неудобном продавленном сиденье кресла.

Холодные глаза мужчины напротив странно блеснули. Он вкрадчиво спросил:

– Лера, скажите, редактор газеты сейчас наверняка с нетерпением ждёт от вас материала обо мне? Сколько он дал вам времени на это интервью?

Девушка в недоумении пожала плечами:

– Да нет, не ждёт, всё так быстро получилось, я ему ничего и рассказать не успела. Так что времени у нас на интервью есть столько, сколько вы сможете мне уделить до отъезда.

Лера любезно улыбнулась. Писатель что-то пробормотал себе под нос и продолжил свои странные расспросы:

– Это хорошо, Лера. Я отлично понимаю, какая это удача для молодой журналистки в таком заштатном городишке, как ваш – взять интервью у знаменитости. Вам наверняка было трудно удержаться, чтобы тут же не растрезвонить всем подружкам и родственникам о нашем утреннем разговоре.

Лера с удивлением отметила нервозность, с которой собеседник ждёт от неё ответа. Она недоумённо проговорила:

– Извините, Геннадий Станиславович, я не совсем понимаю, почему вы меня об этом спрашиваете… Впрочем, если хотите, я скажу: никто не знает о нашей встрече. Я не какая-то там… хвастливая болтушка!

Девушка обиженно уставилась в окно и от досады закусила губу.

Писатель быстро проговорил:

– Что вы, Лера, не обижайтесь на меня, прошу вас! Я это просто так спросил… Могу я угостить вас минералкой? Сегодня так жарко…

Мужчина с ловкостью фокусника извлёк из-под стола маленькую пластиковую бутылку с минеральной водой и предложил гостье. Лера благосклонно кивнула, и писатель крутанул пробку. Правда, привычного шипения при этом девушка не услышала и даже решила, что вода просрочена, совсем выдохлась. Однако из вежливости всё же отпив несколько глотков, она поняла, что ошиблась, газа там вполне хватает. Выбросив всё это из головы, Лера с наслаждением ополовинила бутылочку, почувствовав, что в горле у неё и впрямь пересохло.

Утолив жажду, девушка благодарно улыбнулась писателю. Мир был восстановлен, и интервью, наконец, началось. Лера быстро задавала стандартные вопросы о детстве знаменитости, родителях, школьных годах, друзьях, о начале писательской карьеры, его творческих планах. Станислав Геннадьевич непринуждённо отвечал и даже шутил. Вообще было видно, что настроение его заметно улучшилось.

3

Примерно через полчаса Лера, уже собираясь заканчивать интервью, вдруг почувствовала странное головокружение. Она пробормотала извинение и хотела встать с кресла, но её ноги вдруг подкосились, и она безвольно упала назад. В испуге посмотрев на писателя, Лера увидела на его лице злую торжествующую ухмылку и попыталась закричать, позвать кого-нибудь на помощь. Однако из её горла вырвался лишь тихий хрип, а язык будто прилип к пересохшему нёбу. Всё тело стало словно ватное, Лера не смогла пошевелить даже пальцем.

В ужасе смотрела беспомощная девушка на приближающегося к ней писателя. Он присел перед креслом на корточки, испытующе всмотрелся в её лицо и с ненавистью прошипел:

– Вот теперь мы поговорим по-настоящему. Как же я вас, журналистов, ненавижу, лезете везде в погоне за сенсацией, на всё готовы ради своей цели. Вот и ты вырядилась в своё короткое платьишко, чтобы охмурить меня и развязать мне язык. Думаешь, я дурак? Да я вас всех насквозь вижу, сволочи пронырливые!

Сильная пощечина откинула голову Леры на спинку кресла, в голове зазвенело. Странно, но боль она почувствовала сполна, а телом почему-то управлять не могла. Что же с ней произошло? Вдруг спасительная мысль мелькнула у Леры в голове. Это же просто кошмарный сон, и скоро она проснётся в безопасности, в своей постели. От этой мысли девушке стало немного легче, ведь нужно было всего лишь дождаться пробуждения, и весь этот ужас закончится.

Между тем писатель, к облегчению несчастной девушки, отошёл от неё к окну и стал смотреть на улицу. После тягостного молчания мужчина произнёс:

– Ты совершила ряд непростительно глупых ошибок и жестоко поплатишься за это. Первая ошибка: идя в незнакомое место на встречу с незнакомым тебе мужчиной ты никому об этом не сообщила. Вторая: ты позволила мне запереть дверь комнаты на ключ. И, наконец, третья: ты выпила воду из рук незнакомца.

Заметь, я специально назвал тебе неверный номер комнаты, чтобы консьержка внизу не узнала, что ты пришла именно ко мне. И время нашего интервью было мной назначено не случайно. С 12-00 до 13-00 старуха внизу всегда смотрит свой любимый сериал. Она наверняка даже и не взглянула на тебя, значит, и опознать по фото потом не сможет. Да, и зарегистрировался я в этой гостинице по поддельному паспорту, я часто так делаю для конспирации.

Кстати, ты наверняка гадаешь, что с тобой происходит, почему ты не можешь двигаться и говорить. Боль ты чувствуешь, и ты уже в этом убедилась. Я кое-что подсыпал в бутылку с водой, которую ты выпила. Этот чудо-порошок изготовил для меня Фармацевт, он, как и я, член одной тайной организации, Клуба маньяков.

Мужчина у окна обернулся и посмотрел на Леру, желая увидеть произведённый его последними словами эффект. Обездвиженная девушка смотрела на него глазами, полными ужаса. Она вновь попыталась закричать, но лишь слабый хрип вырвался из её горла. Писатель его услышал, довольно хмыкнул, вновь отвернулся к окну и продолжил:

– Знаешь, откуда я беру сюжеты для своих кровавых книг про мучителей, маньяков и убийц? Как я могу в подробностях описывать сцены истязаний и пыток? Слушай же, глупенькая журналистка: уже много лет я выслеживаю и убиваю людей, а потом описываю всё это на бумаге. Очень удобно, согласись – и удовольствие получаю, и деньги на этом неплохие зарабатываю.

Нас много таких по всей стране – извращённых убийц, и некоторые из нас являются членами Клуба маньяков. Раз в год мы собираемся, чтобы поучаствовать в одном интересном развлечении, оно называется «Ночь Большой Охоты». Для этого мы съезжаемся со всей страны, чтобы поохотиться вместе на людей, которых привозим с собой. Ты попалась мне случайно, сама пришла в западню. К сожалению, для Большой охоты ты не годишься, слишком слаба, но у меня ещё есть время, чтобы найти подходящего участника.

Внезапно страшную тираду убийцы прервал звонок Лериного телефона с журнального столика. Писатель, в два шага преодолев расстояние до него, сбросил звонок и выключил аппарат, а потом положил его в свой карман. После мужчина присел на корточки перед креслом и, больно ущипнув ногу Леры выше колена, с сожалением вздохнул:

– Ты даже не в моём вкусе, слишком маленькая и тощая, взяться не за что. Впрочем, ничего не поделаешь, придётся работать с тем материалом, который есть.

Плотоядно усмехнувшись, писатель легко поднял девушку из кресла и отнёс к кровати. Он грубо бросил Леру на покрывало и стал неторопливо раздеваться, попутно объясняя ей:

– Действие обездвиживающего порошка закончится примерно через 7-8 часов, к этому времени мы уже должны добраться до моего дома. Из комнаты придётся вывезти тебя, уложенную в большой дорожный чемодан на колёсах. В нём ты и поедешь в багажнике моей машины. Сразу предупреждаю, дорога тебя ждёт долгая и неприятная. Жизнь-боль, и скоро ты в полной мере прочувствуешь это на себе. А пока давай немного развлечёмся на дорожку!

С этими словами мужчина, уже полностью обнажённый, одним рывком сорвал с Леры платье и набросился на неё…

В голове девушки билась одна мысль: проснись же, проснись…

4

Пронзительная трель дверного звонка разнеслась по маленькой однокомнатной квартире, и Вадим торопливо вышел в прихожую и открыл дверь. За ней, робко переминаясь с ноги на ногу, стояла худенькая седая женщина лет шестидесяти пяти. Вадим ободряюще ей улыбнулся и пригласил войти.

Гостью звали Евдокия Петровна, это юноша уже знал из утреннего телефонного разговора с ней. Цели визита он тогда так и не понял до конца, женщина только рыдала в трубку и что-то говорила про свою пропавшую дочь.

Сейчас острый взгляд Вадима подметил и недорогую, но опрятную одежду гостьи, видавшую виды чёрную сумку из дерматина и совсем не городскую робость в поведении. Юноша с досадой подумал, что с такой клиентки и деньги-то за работу стыдно просить. Да и есть ли они у деревенской пенсионерки?

А деньги Вадиму сейчас были нужны позарез. В 24 года он, получив диплом юриста, твёрдо решил стать частным детективом. В силу своего упрямого свободолюбивого характера он не захотел идти работать в какую-нибудь фирму штатным юристом, чтобы потом подчиняться любой прихоти самодура-директора. И тем более юношу не привлекала государственная служба с её жёсткой дисциплиной.

Вадим мечтал о такой работе, где над ним не довлела бы власть начальников и директоров всех мастей. К тому же с детства он зачитывался книгами о величайшем детективе Шерлоке Холмсе. Итак, вчерашний студент подал по всему городу объявления об услугах частного детектива. Денег для аренды офиса у него не было, пришлось принимать клиентов там же, где жил – в доставшейся в наследство от бабушки однокомнатной квартире.

За три летних месяца у молодого детектива было всего два клиента, и оба раза это были ревнивые жёны, нанимавшие его для слежки за своими мужьями. Вадим был и этому рад, деньги-то не лишние. Поддержку юноше искать было негде: когда ему было всего шесть лет, родители погибли в автомобильной катастрофе и мальчика вырастила бабушка. Недавно и она умерла, так что теперь рассчитывать Вадим мог только на свои силы.

Деньги после последнего дела почти закончились, поэтому молодой детектив был рад утреннему звонку Евдокии Петровны. Однако сейчас, сидя напротив неё за своим столом, юноша совсем пал духом. Всё же он решил сначала выслушать женщину, а уже потом решить, соглашаться взяться за дело или отказать.

Попросив разрешение начать запись разговора, Вадим включил диктофон и положил его на край стола. Гостья явно не решалась начать свой рассказ, только молча теребила в руках свой носовой платок. Юноша радушно предложил женщине чай, та отказалась и, порывшись в недрах своей старенькой сумки, протянула Вадиму две фотографии. На одной было снятое крупным планом лицо миловидной кареглазой брюнетки лет двадцати. На другой фотографии эта же девушка позировала возле статуи оленёнка в каком-то парке. Рост невысокий, худенькая, одета модно, но не вызывающе.

– Это Лерочка, моя дочь, – сказала гостья и, увидев удивление на лице Вадима, пояснила:

– Я ведь её поздно родила, уже после сорока лет. С мужем долго мечтали о ребёнке, обследовались. Врачи разводили руками, говорили, что с медицинской точки зрения мы оба здоровы. Испробовали и народные средства, травки всякие пили, по монастырям ездили. Видно, сжалился Господь над нами, подарил дочку на старости лет. Только муж мой недолго радовался, умер вскоре от инфаркта. Растила я дочку одна. В школе Лера училась хорошо, мне всегда по дому помогала. С плохими компаниями не связывалась, спиртного не пила, не курила, может, не хотела огорчать, жалела старую мать. После школы уехала Лерочка из нашего посёлка сюда, в этот город, будь он неладен. Выучилась на бухгалтера, только вот работать по специальности не захотела, говорила, скучно ей дебет с кредитом сводить.

Вадим понимающе кивнул. Женщина горько улыбнулась, тяжело вздохнула и продолжила рассказ:

– Ну и вот, устроилась дочка журналистом в местную газету. Два года назад это было. Квартиру недорогую сняла рядышком с редакцией. Я от вас за вещами дочкиными поеду – хозяйка сказала, ждать больше не может, новых квартирантов уже нашла. Ой, отвлеклась я. Значит, в городе за это время ни друзей, ни парня Лерочка не завела, или, может, мне просто об этом не рассказывала. Домой в посёлок приезжала каждые выходные, встречалась с подружками детства. Да и ехать-то на пригородном автобусе до нас меньше часа.

Вадим узнал, что каждый вечер девушка созванивалась с матерью, чтобы обсудить события, произошедшие за день. Пожилая женщина, оставшись совсем одна, очень скучала по единственной дочери, и та, зная об этом, ни за что бы не пропала так внезапно, ничего не сказав матери. Лера понимала, какой это был бы удар для неё. Именно поэтому, когда девушка как обычно не позвонила вечером месяц назад, мать сразу же сообщила в полицию. Там не хотели принимать заявление от Евдокии Петровны, сходившей с ума от тревоги за дочь. Пытались уговорить подождать три дня, мол, дело молодое, нагуляется девчонка и явится сама. Но Лера ни через три дня, ни через месяц не появилась ни в съёмной квартире, ни в редакции газеты, где работала. Телефон её был постоянно выключен, в соц. сети девушка также не заходила, по утверждению следователя.

– В общем, как в воду канула, – закончила свой рассказ несчастная мать и горько заплакала. Вадим деликатно отошёл к окну и какое-то время стоял там, наблюдая за спешащими куда-то прохожими и неиссякаемым потоком автомобилей. Жизнь в городке шла своим чередом, и никому не было дела до горя всхлипывающей у него за спиной женщины. Когда Вадим вернулся на своё место, он уже твёрдо решил попытаться ей помочь, пусть даже это и не принесёт ему денег.

Молодой детектив попросил всё ещё всхлипывающую гостью рассказать о результатах полицейского расследования. Евдокия Петровна, горько усмехнувшись, посетовала, что следователь при виде неё только разводит руками. Он, конечно, опросил и хозяйку квартиры, в которой жила Лера, и в редакцию газеты ходил, и её немногочисленных знакомых расспрашивал. Никто ничего не знает.

– Ой, чуть не забыла! – спохватилась женщина и выудила из сумки сложенный прямоугольник карты города. – Полицейские отследили телефон Леры. Сигнал пропал вот в этом районе 2 июня в 13-42.

Евдокия Петровна, развернув карту на столе перед Вадимом, показала на очерченный красным маркером круг. Юноша склонился, вглядываясь в это место. Перед ним был отдалённый старый район города, в основном заставленный невысокими жилыми домами. В очерченный красным круг попало несколько пятиэтажек, пара маленьких продуктовых магазинов и гостиница.

Подумав, Вадим уточнил, опросила ли полиция кого-то из жителей этих домов, продавцов магазинов и работников гостиницы. Женщина кивнула и с горечью сказала:

– Никто из них мою дочь не опознал по фотографии. Но она же точно там была, как же так? Никто ничего не видел и не слышал…

Юноша печально заметил:

– Так обычно и бывает, к сожалению. Люди куда-то пропадают, и многих так никогда и не находят, ни живыми, ни мёртвыми…

Несчастная мать вновь зарыдала, причитая сквозь слёзы:

– Лерочка, доченька моя…

Вадим взволнованно зашагал от стола к окну и обратно, вслух размышляя:

– Так… С какой же целью молодая девушка приехала на окраину города, где у неё ни родных, ни знакомых нет? И с работы её туда не посылали с каким-нибудь заданием… Непонятно. Чёрт, никакой зацепки!

Юноша в отчаянии взъерошил светлые волосы рукой. Тут он осознал, что рыдания женщины стихли и, обернувшись, встретил её полный безнадёжности взгляд. Евдокия Петровна, схватившись за сердце, тихо произнесла:

– Так вы отказываетесь искать мою дочь, Вадим? Вы были моей последней надеждой…

Вадим сел напротив гостьи и с жаром произнёс:

– Нет, что вы, я берусь за ваше дело! Просто по привычке размышлял вслух. Не хочу вас понапрасну обнадёживать, сами видите, следов нет, зацепок никаких, и полиция за месяц ничего не обнаружила. Обещаю вам сделать всё, что в моих силах.

Женщина обрадованно воскликнула:

– Вот спасибо, Вадим! А я уж в долгу не останусь, вы не подумайте, деньги у меня есть.

Она выложила на стол перед ошарашенным детективом небольшой целлофановый пакетик, перетянутый резинкой. Развязывая его, Евдокия Петровна торопливо проговорила:

– Вот, на похороны себе откладывала, но раньше времени пригодились денежки-то.

Вадим, мотая головой, отодвинулся от протянутой ему увесистой пачки купюр и твёрдо сказал:

– Нет, не возьму. Как можно? Ещё неизвестно, будет ли результат моей работы, да и много это…

– А вы возьмите себе, сколько нужно – на расходы, на бензин, что там ещё потребуется. За результат уж потом хорошо доплачу, не сомневайтесь!

Вадим, смущаясь, вытянул из пачки несколько банкнот. Женщина, которая теперь стала его клиенткой, аккуратно упаковала оставшиеся деньги обратно в пакет и спрятала в сумку. Вадим попросил продиктовать на диктофон адреса работы и съемного жилья Леры, имена и телефоны всех её знакомых и друзей, которые были известны матери. Фотографии пропавшей и карту города он оставил себе. Наконец, клятвенно пообещав держать Евдокию Петровну в курсе всех подробностей расследования, юноша проводил её к выходу.

Оставшись один, Вадим пошёл на кухню ставить чайник, и, пока тот закипал на плите, стал составлять для себя план действий. Сначала он решил опросить всех, кого сможет, кто живёт и работает в пределах очерченной на карте окружности. Может, люди просто не захотели откровенничать перед полицейскими, а ему (он уже придумал представиться братом пропавшей) что-то расскажут. Потом Вадим поговорит с друзьями и коллегами девушки. Ну и далее будет действовать по ситуации, в зависимости от выясненных деталей дела.

Удовлетворённый этим и немного успокоившийся, Вадим сел пить чай.

5

Уже на следующее утро Вадим отправился в район, в котором, предположительно, пропала Лера. Детектив показывал фото девушки всезнающим старушкам на лавочках у подъездов, поговорил с продавцами в местных магазинчиках, даже останавливал случайных прохожих, но всё было бесполезно. Леру никто не видел. В радиусе, очерченном на карте красным маркером, оставалось проверить только старую гостиницу. Вадим направился туда уже после обеда, наскоро перекусив бутербродом и соком. Их он купил в одном из магазинов неподалёку, после того, как показал продавцу (безрезультатно) фото пропавшей.

Войдя в холл гостиницы, молодой детектив сразу подошёл к столу консьержки. За ним сидела и, по всей видимости, дремала старая бабулька в очках. Вадим деликатно кашлянул, и она, выпрямившись на стуле, скрипучим голосом спросила:

– Будете заселяться, молодой человек?

–Добрый день! Нет, я по другому вопросу, – Вадим, вытащив из нагрудного кармана фото пропавшей, положил его перед консьержкой. Та мельком глянула на снимок и тут же вернула его юноше, проворчав:

– Приходили же ваши из полиции, искали. Я им сказала, что не видела её.

– Извините, но я не из полиции. Я брат пропавшей девушки. Может, вы всё же что-нибудь вспомните…

– Да мне хоть брат, хоть сват! – старушка раздражённо переложила на столе какие-то бумаги с одного места на другое. –Ходят тут всякие, от работы отвлекают.

Вадим, подавляя желание вспылить в ответ, вежливо произнёс:

– Прошу прощения, что отнимаю у вас время, но это очень важно. Уже месяц прошёл, как сестра бесследно исчезла, и мама очень переживает, плачет.

Консьержка, немного смягчившись, пробормотала себе под нос:

– А я-то что могу сделать? Я человек маленький, ничего не знаю.

Вадим, вздохнув, попросил разрешение быстро осмотреть гостиницу, так, на всякий случай, а вдруг что-то увидит, что поможет в поисках девушки. Старушка, помявшись, согласилась, строго наказав в двери комнат не стучать и постояльцев не беспокоить. Юноша клятвенно это пообещал и пошёл осматривать гостиницу.

По коридору первого этажа Вадим пробежал, не увидев там ничего интересного. Потом, перепрыгивая через две ступеньки, юноша поднялся на второй этаж. Коридор там был пуст и тёмен, лампы под потолком не горели, видимо, из соображений экономии. Вадим освещал себе путь фонариком телефона. Здесь он тоже ничего примечательного не обнаружил и, дойдя до конца коридора, присел на подоконник у окна. Для курящих постояльцев гостиницы здесь имелась стеклянная банка, заменяющая собой пепельницу.

Вадим решил перекурить здесь и потом ехать домой, а завтра продолжить действовать по своему плану: съездить в редакцию газеты и обзвонить друзей и знакомых Леры.

Юноша достал из кармана пачку сигарет и зажигалку, прикурил. Хотя он и не ожидал от осмотра гостиницы чего-то обнадёживающего, всё же сейчас чувствовал разочарование. Вадим глубоко затянулся и достал из кармана телефон, чтобы позвонить Евдокии Петровне и отчитаться о своих сегодняшних действиях. Хвастаться молодому детективу, к сожалению, было нечем.

Неловко открывая чехол телефона одной рукой, Вадим чуть не уронил его на пол. Он успел подхватить падающий сотовый второй рукой с зажатой между пальцев сигаретой и выронил её в щель между подоконником и грязной чугунной батареей. Ругнувшись, Вадим спрыгнул на пол и увидел, что годами копившийся за батареей мусор уже начал тлеть, вверх потянулся слабый серый дымок. Юноша испуганно оглянулся на тёмный коридор, проверяя, не идёт ли кто-то из постояльцев или вдруг сама ворчливая бабка-консьержка явилась, проверяя, куда он пропал.

Коридор был пуст, но Вадиму срочно требовалось исправить то, что натворил, а то огонь мог разгореться сильнее. Детектив стал лихорадочно рыться по карманам. Найдя авторучку, он присел у батареи и начал выковыривать мусор из щели под ней. На свет были извлечены пустые сигаретные пачки, начавшая тлеть смятая газета, и, наконец, злосчастный окурок. Вадим быстро затоптал его и дымящийся комок газеты.

Он собирался уже ногой запихнуть кучку мусора назад, под батарею, как что-то блестящее привлекло его внимание. Извлечённый предмет оказался карманным складным зеркальцем. Вадим покрутил его в руках, разглядывая. Обычная дешёвая девичья безделушка, ничего интересного.

Стоп! Девичья? Но как раз девушку он и ищет! Сердце Вадима учащённо забилось. А вдруг это след, та долгожданная зацепка, которую он и пытался найти здесь?

Вечером Вадим уже сидел напротив своей клиентки у неё дома в маленьком посёлке. Он волновался, видя, как пристально Евдокия Петровна разглядывает найденное в гостинице карманное зеркальце. Вадим предусмотрительно упаковал его в целлофановый пакетик. Наконец женщина вернула зеркало Вадиму и грустно проговорила:

– Я помню, что у дочки видела похожее, но не могу точно сказать, оно это или нет.

– По крайней мере, у нас уже появилась зацепка! – юноша явно был воодушевлён своей находкой и почти уверен, что хозяйка зеркальца именно Лера. Он уже рассказал клиентке о своём визите в гостиницу.

Вадим решил оставить находку Евдокии Петровне, чтобы она завтра же отвезла её следователю в город. Нужно было проверить имеющиеся на зеркальце отпечатки пальцев, вдруг они всё-таки принадлежат пропавшей девушке. Тогда полицейские смогут досконально обыскать всю гостиницу и, возможно, ещё что-то обнаружат. Сам Вадим не мог идти с найденным зеркальцем в полицию, ведь фактически он вмешался в ход расследования. Вряд ли там будут этому рады, к тому же он Лере даже не родственник, посторонний человек.

Даже лицензии частного детектива у него нет: помимо бюрократической волокиты, он должен для этого иметь стаж в следственных органах не менее трёх лет. Служить для него точно был не вариант, поэтому официально он считался обычным безработным.

Евдокия Петровна, видя радость юноши от находки и энтузиазм, с которым он взялся за дело, тоже немного повеселела. Вадим, уходя, пообещал ей завтра же вернуться в гостиницу и ещё раз поговорить с консьержкой.

6

Наутро юноша, весело насвистывая, с коробкой шоколадных конфет под мышкой вошёл в старую гостиницу. Бабуля-консьержка в этот раз не дремала на своём посту и, узнав в Вадиме вчерашнего надоедливого гостя, воинственно поднялась из-за стола. Молодой детектив, нимало не смутившись таким приёмом, улыбнулся своей самой обезоруживающей улыбкой и положил на стол перед консьержкой свой презент:

– Доброе утро, это вам к чаю!

Старушка нахмурилась в недоумении и села обратно на свой стул. Вадим деликатно подвинул коробку в её сторону. Консьержка с подозрением спросила:

– И с какой это радости такие подарки? Учти, больше в гостиницу я тебя не пущу, нечего тут рыскать да вынюхивать.

Вадим, улыбнувшись ещё шире, беззаботно проговорил:

– Не волнуйтесь, я пришёл не для этого. Хочу вам сказать спасибо, ведь вчера я нашёл на втором этаже важное свидетельство того, что моя сестра была здесь в день своего исчезновения.

– Ну-ка не выдумывай мне, что это ты мог найти? Покажи! – потребовала старушка. Вадим гордо выпрямился:

– Найденный мною предмет уже в полиции, там подтвердили наличие на нём отпечатков пальцев сестры.

Старушка, откинувшись на спинку стула, издевательски захихикала:

– Ага, так я тебе и поверила! Чего ж они сами сюда не пришли, это ведь их работа. Что-то ты, по-моему, темнишь, парень. Ну-ка, иди отсюда, не отвлекай от работы! Второй день глаза мне мозолишь, бездельник!

Вадим поднял руки вверх и миролюбиво сказал:

– Хорошо-хорошо, я уйду. Можно мне только минутку передохнуть с дороги, я немного посижу вот тут, на стуле, и сразу уеду домой, мама очень волнуется, ждёт меня.

Юноша присел у окна на стул для посетителей. Про себя он чертыхнулся: ну и вредная бабка попалась! Как с такой справиться? Ему не хотелось так быстро сдаваться.

Консьержка проворчала под нос, что здесь не зал ожидания, нечего рассиживаться, но всё же не выгнала Вадима на улицу. Взгляд юноши, блуждая по холлу, остановился на невысоком деревянном стеллаже у противоположной стены. На полках вкривь и вкось стояли книги разной степени потрёпанности. Над верхней полкой стеллажа кнопками был прикреплён листок. То, что там было написано, было не разобрать с места, где Вадим сидел. Из любопытства он подошёл ближе и прочитал надпись, сделанную толстым чёрным маркером чьей-то дрожащей рукой. Юноша подумал про себя, что писала наверняка вредная консьержка, и усмехнулся. Надпись гласила, что книги со стеллажа любой постоялец гостиницы может взять бесплатно, но, съезжая из номера, должен вернуть их обратно на место.

Вадим от нечего делать стал перебирать книги. Их на стеллаже было не много, около двух десятков, в основном женские романы в мягких обложках и детективы карманного формата. Одна из книг, на вид совершенно новая, привлекла внимание Вадима. На обложке была изображена кричащая от ужаса девушка, над которой мрачный тип в плаще с капюшоном, надвинутом на лицо, занёс нож для удара. Название было соответствующее: «Кровавый уик-энд». Фамилия автора показалась Вадиму знакомой. Тут же набрав её в поисковике в своём телефоне, юноша узнал, что автор книги – известный современный писатель, специализирующийся на детективах с сюжетами не для слабонервных.

В голове Вадима словно что-то щёлкнуло. Юноша резко развернулся на каблуках и в два шага оказался у стола консьержки. Он протянул ей книгу и возбуждённо спросил:

– Эта книга совсем новая. Скажите, пожалуйста, откуда она здесь?

– Да вот, постоялец один мне подарил, когда выселялся. А что? – старушка невозмутимо закинула в рот конфету из подаренной Вадимом коробки. Прожевав шоколад, она уже более благосклонно взглянула на юношу и добавила:

– Не люблю я такие книжки читать, про убийства да истязания – потом плохо сплю ночью. Вот и положила на стеллаж, пусть другие читают, кому нравится.

Вадим умоляюще попросил:

– Вспомните, пожалуйста, как фамилия этого постояльца и когда именно он жил в гостинице. Это очень важно и может помочь мне в поиске сестры!

Консьержка ткнула пальцем в книгу:

– Чего тут вспоминать, вот его имя и фамилия, а на обратной стороне обложки ещё и фотография есть. Он эту книжку сам написал, хвастался ещё, мол, зарабатывает на этом хорошо. А жил он у нас в начале июня, точную дату уже и не помню.

– Прошу вас, посмотрите в журнале регистрации проживающих, мне очень нужна точная дата, – юноша с мольбой посмотрел в выцветшие голубые глаза старушки за толстыми линзами очков. Но та неожиданно взвилась и раздражённо закричала:

– Да отстанешь ты от меня, или нет, надоел уже, два дня глаза мозолишь! Не положено разглашать сведения о постояльцах, кто и когда жил, начальство запрещает говорить! Тебе-то что, а меня уволят, не дай бог, живи потом на одну пенсию. Иди давай отсюда, все нервы вымотал!

Вадим вдруг повёл носом воздух в сторону лестницы и тревожно проговорил:

– Ой, кажется, горит что-то! Точно, дымом тянет со второго этажа.

Старушка в панике метнулась к лестнице, но потом кинулась обратно к своему столу и горестно заныла:

– Ой, горюшко!.. Мне ж нельзя отсюда уходить. А вдруг и в самом деле пожар начинается? Что же делать?..

Вадим быстро проговорил:

– Я здесь постою, посторожу, чтоб никто посторонний не зашёл, а вы бегите и проверьте, что там.

Консьержка, секунду посомневавшись, кивнула юноше и бегом кинулась по лестнице на второй этаж, на ходу принюхиваясь к воздуху и громко причитая.

Вадим усмехнулся, довольный своим ловким ходом для устранения консьержки. Как только она скрылась из виду, он обошёл стол и обнаружил в нём три выдвижных ящика. На счастье, они были не заперты.

В первом же ящике Вадим нашёл большую тетрадь, которая служила для регистрации постояльцев. Бросая быстрые взгляды в сторону лестницы, которая пока что была пуста, юноша пролистал страницы тетради назад после сегодняшней даты. Найдя списки постояльцев от 1 и 2 июня, Вадим снял их на фотокамеру телефона, убрал тетрадь обратно в ящик стола и, уже закрывая его, услышал шаги консьержки на лестнице.

Бегом обойдя стол, он только успел принять беззаботную позу, как в холл вошла запыхавшаяся старушка. Она подозрительно посмотрела на юношу и почти упала на свой стул. Вадим участливо спросил:

– Ну, как там? Пожара нет?

– Нет, да и дымом нигде не пахнет. Зря сгонял старуху, охламон.

– А, ну, значит, показалось! – невинно проговорил Вадим и, вежливо попрощавшись, направился к выходу. За пазухой он уносил найденную на стеллаже книгу.

Дома после ужина Вадим стал размышлять об итогах сегодняшнего дня. Просмотрев список постояльцев, датированный 1 и 2 июня на фото своего телефона, он сделал два важных вывода:

Первый: в списке не было фамилии автора книги. Хотя, он мог зарегистрироваться и по паспорту со своими реальными данными, а книги писать под писательским псевдонимом.

Второй: Вадим почти на 100% был уверен, что в одно время в гостинице находились и знаменитый автор детективов, и молодая журналистка.

Возможно, девушка пришла на встречу с писателем, чтобы сделать материал для своей газеты. Но почему тогда в редакции никто не знал об этой встрече? Вопросов было больше, чем ответов. Однако в голове Вадима уже начала вырисовываться реальная картина преступления.

И ещё, такая захудалая гостиница на отшибе города никак не подходила ни для проживания искушённой знаменитости, ни для визита молодой девушки. Для конспирации от назойливых поклонников писатель мог запросто надеть чёрные очки и бейсболку и поселиться в шикарном отеле в центре города. Его бы никто не узнал. Тогда зачем ему было терпеть ужасные условия старого клоповника? Значит, было зачем.

А Лера? С какой целью она пришла туда, отпросившись с работы под надуманным предлогом? Не для встречи же с любовником? Даже если он у неё и был, старая гостиница совсем не подходила на роль уютного романтического гнёздышка.

Вадим нашёл в интернете биографию писателя. Там был указан только город его проживания, но и это уже немало. Знаменитый автор, как оказалось, в свои 42 года никогда не был женат, детей не имел и жил уединённо в своём доме. Уже одно это вызывало определённые подозрения. Писал он исключительно о маньяках и убийствах с ужасающими кровавыми подробностями. Конечно, всё, что узнал Вадим, не давало оснований для ареста писателя, и всё же стоило навестить знаменитость. Решив ехать прямо с утра, Вадим лёг спать пораньше. Ему предстоял неблизкий путь в соседний город, находящийся примерно в трёх сотнях километров.

7

На следующий день утром Вадим звонил Евдокии Петровне, сидя на своём мотоцикле у заправочной станции на выезде из города. Автомобиля у него не было, юноша только планировал его купить с будущих больших заработков на детективном поприще. Так что сейчас ему пришлось ехать в дальний путь на своём стареньком, но ещё вполне крепком и быстром мотоцикле.

Со стороны худенький светловолосый юноша в потёртой кожаной куртке казался чуть ли не шестнадцатилетним пацаном. Прикрывая одно ухо рукой от рёва несущихся мимо него по трассе машин и грузовиков, Вадим громко говорил в телефон:

– Да, я прямо сейчас еду к нему, Евдокия Петровна! Думаю, писатель как-то связан с исчезновением Леры. Нет, в полицию пока не сообщайте, хочу сам с ним поговорить. Возможно, это ложный след. Только если через сутки не позвоню вам, сообщите обо всём в полицию.

Надев шлем и заведя мотоцикл, Вадим ловко влился в поток машин, следующих по трассе на север.

В то время, как Вадим мчался на своём мотоцикле, Лера рыдала в подвале дома своего похитителя. Уже месяц маньяк держал свою жертву в заточении. Несчастная девушка лежала на грязном надувном матрасе в маленькой комнате без мебели. На её руках и шее были надеты железные кандалы, прикованные толстыми цепями к кольцам в стене.

За время заточения Лера, и без того худенькая, превратилась в живой скелет. Кандалы до крови натёрли нежную кожу на её шее и руках. Тело девушки, едва прикрытое грязной рваной футболкой, покрывали многочисленные синяки от постоянных побоев и уже покрывшиеся засохшей коркой порезы. Тёмные волосы висели длинными грязными паклями, закрывая исхудавшее лицо Леры.

В тишине раздался скрежет ключа в замке и скрип петель железной двери, зажглась под потолком голая лампочка. Рыдания несчастной пленницы разом смолкли, она испуганно забилась в угол комнаты и свернулась там в клубочек, защищая голову от возможных ударов.

Вошедший в комнату высокий мужчина быстро преодолел расстояние от двери до матраса у стены и навис над девушкой, разглядывая сжавшуюся фигурку с брезгливым выражением на лице. Наконец он приказал:

– Посмотри на меня! Ну же! Или лишишься ещё одного ногтя, а у тебя их и так осталось мало.

Девушка быстро подняла голову, блеснув тёмными глазами из-за завесы волос. Сейчас она походила на испуганного маленького зверька. Мужчина поднёс прямо к её лицу маленькое зеркало и зло прошипел:

– Только посмотри, что ты наделала! Зачем было так орать вчера? У тебя же все капилляры на лице полопались, дура! Ты и раньше не была красавицей, а теперь на тебя вообще смотреть тошно.

Лера с тупым безразличием бросила взгляд на своё отражение. Её мучитель прав: лицо и даже белки глаз были красными от излившейся под кожу крови из мелких сосудов. Хотя на это несчастной было уже всё равно, она только хотела, чтобы страшный хозяин дома оставил её в покое.

Лера вновь сжалась в комок в своём углу на матрасе. Отражение в зеркале лишь напомнило пленнице о том, как вчера мучитель один за другим вырывал ей ногти на ногах, а она сначала ужасно кричала от боли, а потом провалилась в спасительное беспамятство.

Девушка чуть слышно взмолилась:

– Прошу, убейте меня, не мучайте больше!

– Э, нет! – мужчина злобно хохотнул. – Это было бы слишком легко для тебя, даже не мечтай о таком быстром конце! Смерть ещё нужно заслужить. Пойдём-ка, я кое-что тебе покажу.

Девушка быстро замотала головой, вжимаясь в свой угол ещё больше.

– Дурочка! Да не бойся, я не в лес тебя поведу! За то время, что ты здесь, давно должна была понять, что я не повторяю свои развлечения дважды. Это же просто-напросто скучно!

Лера недоверчиво взглянула на мужчину, протянувшего ей руку, чтобы помочь подняться. Она и в самом деле решила, что он собирается повторить то же, что и неделю назад. Тогда маньяк вывел девушку за ворота забора, окружавшего дом, и объявил, что она свободна. Лера побежала, куда глаза глядят, лишь бы подальше от своего мучителя. А он пустил ей вдогонку свору своих собак. Бедняжка едва успела залезть на дерево, а злобные псы окружили её и рычали, пока не подошёл хозяин и не стащил Леру вниз. Потом он за волосы тащил визжащую жертву через лес обратно в свой дом, попутно награждая пинками и насмехаясь над ней.

Помня его коварство, Лера уже боялась выходить из ставшей ей тюрьмой маленькой комнаты. Однако сейчас маньяк, открыв кандалы ключом, силой вытолкал девушку за дверь. По тёмному коридору, тускло подсвеченному маленькими лампами под потолком, они прошли в самый конец подвала. Отперев ключом дверь, мужчина протолкнул упирающуюся Леру внутрь неосвещённого помещения. Щелкнул выключатель, и яркие лампы под низким потолком осветили похожую на научную лабораторию большую комнату. Здесь сильно пахло спиртом и ещё какими-то химикатами, и было так холодно, что Лера сразу начала дрожать под своими лохмотьями.

Посреди комнаты стоял блестевший сталью хирургический стол, рядом с ним на железной этажерке на колёсиках в идеальном порядке лежали наводящие ужас инструменты: скальпели, щипцы, ножовки, зажимы. Лера в ужасе попятилась обратно к двери, но маньяк подтолкнул её куда-то вправо, прошипев прямо в ухо:

– Тихо, дура, я не для этого тебя сюда привёл.

Мужчина подвёл Леру к стоящим вдоль стены металлическим стеллажам и включил закреплённые над полками лампы. Девушка в ужасе отшатнулась: перед ней выстроилось в ряд примерно полтора десятка больших стеклянных банок. В них в каком-то прозрачном растворе плавали практически сформировавшиеся младенцы. У некоторых из них глаза были открыты, а маленькие рты распахнуты словно в беззвучном крике. Лера вскрикнула и закрыла лицо руками.

Безумец, силой оторвав ладони девушки от её лица, заставил смотреть на страшные банки. Он гордо произнёс:

– Знакомься, это мои дети.

Увидев непонимание в глазах девушки, он пояснил:

– Ты ведь не первая моя гостья и, надеюсь, не последняя. Эти младенцы появились на свет прямо здесь, – маньяк махнул в сторону хирургического стола. – Примерно на середине срока беременности я извлекаю ребёнка из чрева матери. На этом наша игра с ней заканчивается.

Лера отступила от безумца и его ужасной коллекции подальше и, вновь закрыв лицо руками, закричала:

– Нет, нет!

Он же, подтащив упирающуюся девушку обратно к стеллажу, стал подводить её к каждой банке по очереди и пояснял:

– Вот мой первенец, сын Леонид. Знаешь, как переводится с древнегреческого языка это имя? Конечно, не знаешь. Это имя означает «Подобный льву». Он вырос бы сильным и смелым, стал великим путешественником и наверняка покорил бы Эверест. По крайней мере, мне нравится так думать. А это моя дочь Анна. Правда, красавица? Стала бы, вероятно, известным врачом. А этот мальчик очень похож на меня. Он мог вырасти талантливым писателем, как его отец. Не смей отворачиваться! Твой ребёнок тоже займёт здесь своё место. И я буду приходить и разговаривать с ним, как с остальными. Эй, не смей опять падать в обморок!

Очнулась Лера уже в своей маленькой тюрьме, на матрасе, снова прикованная к стене цепями. Она была одна. Рыдания сотрясли её худенькое тело, и бедняжка безмолвно взмолилась о смерти, как избавлении от мук.

8

В это самое время Вадим въезжал в городок, обозначенный в сведениях о писателе как его место проживания. Уже наступил полдень, и юноша почувствовал, что проголодался. В маленьком кафе после плотного обеда он расспросил официантку, как найти местную знаменитость. Миловидная девушка с радостью помогла ему, и Вадим узнал, что дом писателя находится в нескольких километрах от города в глубине леса. Официантка подсказала, как туда добраться, и юноша отблагодарил её щедрыми чаевыми.

Дорога к дому писателя представляла собой две полузаросшие травой колеи, по сторонам которых возвышались берёзы, ели и пихты. Вадим ехал на небольшой скорости, объезжая многочисленные ямы и рытвины. Похоже, нечасто здесь появляются поклонники знаменитого автора, подумал юноша. Да и он, по-видимому, не очень гостеприимный человек, иначе хотя бы щебнем засыпал дорогу к своему дому.

Колея закончилась у массивных железных ворот без каких-либо опознавательных знаков или адреса. Вадим заглушил двигатель мотоцикла. Высокий, метра в три, бетонный забор уходил в лес по обе стороны от ворот. С той стороны слышался многоголосый лай собак. Вадим подошел к узкой двери рядом с воротами. Над своей головой он увидел камеру видеонаблюдения, подмигивающую красным огоньком, а на уровне глаз динамик переговорного устройства и кнопку вызова.

Вадим минут пять безрезультатно давил на эту кнопку. Наконец из динамика послышалось шипение, и лишь потом мужской голос недружелюбно произнёс:

– Парень, я гостей не жду. Заблудился, что ли?

Вадим, подняв голову вверх, доброжелательно улыбнулся прямо в камеру:

– Геннадий Станиславович, извините, что без приглашения, но мне очень нужно с вами поговорить, точнее, посоветоваться. Меня зовут Вадим, я ваш давний почитатель. Наш разговор не займёт много времени.

После томительного молчания из динамика донеслось:

– Ладно, молодой человек, только недолго. Подождите минуту, я выйду.

Вадим, отвернувшись от камеры, довольно улыбнулся. Он подумал, как странно, что при таких деньгах писатель не держит в доме слуг. Сам пойдёт открывать гостю, надо же.

Наконец за дверью послышался звук открываемого замка, она распахнулась и оттуда раздалось нетерпеливое:

– Заходите же!

Вадим не заставил себя ждать. За забором его встретил высокий мужчина, лицо которого Вадиму уже было знакомо по фотографии с задней обложки книги из гостиницы. Вслед за писателем юноша пошёл по белым каменным плитам огромного двора к довольно вычурному трёхэтажному особняку. Стены его были из светлого с тёмными прожилками мрамора, высокие окна украшены витражами. Вадим мысленно удивился: неужели всё это построено на гонорары от третьесортной писанины?

Хозяина и его гостя через двор неотступно сопровождала стая из десятка разномастных собак. Вадим узнал среди них овчарок, бультерьеров и московских сторожевых. Юноша удивился, что собаки ведут себя очень дисциплинированно, не грызутся между собой и не лают понапрасну. Видно, писатель очень хорошо их выдрессировал. Псы подобострастно ловили каждый взгляд хозяина, но стоило гостю чуть отстать, как за его спиной сразу раздалось грозное рычание.

Внутри особняк своим убранством и обстановкой вполне соответствовал внешней показной роскоши. Пол устилали мягкие дорогие ковры, приглушающие звук шагов, на стенах висели огромные картины (в основном пейзажи) в золочёных рамах. Огромный зал заливал яркий свет хрустальных люстр под высоким потолком. Вадим почувствовал себя как школьник на экскурсии в музее.

Хозяин дома, пройдя со своим гостем через зал, свернул в короткий коридор, закончившийся массивной дверью. Писатель распахнул её и пригласил Вадима войти. Юноша понял, что попал в его рабочий кабинет. У дальней стены стоял огромный дубовый стол с раскрытым ноутбуком новейшей модели. Стены кабинета также были обшиты дубовыми панелями. Одну из стен от пола до потолка занимали полки с книгами.

Писатель сел в кожаное высокое кресло за столом и рукой указал Вадиму на скромный стул по другую его сторону. Юноша сел. Он почувствовал, что ладони его предательски вспотели и незаметно вытер их о свои обтянутые джинсами бёдра. – Итак, молодой человек, я вас слушаю! – хозяин дома облокотился о стол и, сцепив длинные пальцы в замок перед собой, чуть насмешливо усмехнулся Вадиму. Тот, хотя и продумал свою речь ещё по дороге сюда, сейчас неуверенно поёрзал на твёрдом сиденье стула. Вдохнув поглубже, юноша с воодушевлением произнёс:

– Как я уже говорил, я ваш преданный поклонник, Геннадий Станиславович. Вдохновившись вашими детективами и писательским мастерством, я и сам не так давно начал свою первую книгу. Это будет остросюжетный детектив.

Вадим с удовлетворением заметил, что глаза собеседника довольно заблестели, лесть гостя ему явно понравилась. Писатель кивнул и крутанул кистью правой руки, давая знак продолжать.

– Так вот, я был бы очень вам признателен, Геннадий Станиславович, если бы вы дали мне небольшой совет по поводу сюжета.

Вадим с надеждой посмотрел на собеседника. Тот с участливой улыбкой на лице проговорил:

– Конечно-конечно, я буду рад помочь вам, мой юный коллега.

– Благодарю вас. Так вот в чём у меня загвоздка. Главная героиня моей детективной истории – молодая амбициозная журналистка. В поисках сенсации она попадает в лапы к серийному маньяку, и тот увозит её в свой уединённый дом.

В то время, как Вадим говорил, улыбка мужчины напротив него постепенно меркла. Губы писателя сжались в жёсткую тонкую линию, а глаза недобро сузились. Юноша, будто не заметив перемены в лице собеседника, продолжил:

– Вот я и думаю, как решить судьбу девушки в сюжете книги – оставить её в живых или убить руками маньяка? Как вы считаете с высоты своего опыта, что будет интереснее читателю?

Вадим испытующе посмотрел в помрачневшее лицо хозяина дома. Внезапно он испугался, что слишком перегнул палку и похититель Леры (а теперь юноша был практически на сто процентов уверен в этом) убьёт его прямо здесь, в своём доме. Однако его собеседник вдруг опустил голову и стал массировать виски, как будто пытаясь избавиться от мигрени. Помолчав, писатель вновь взглянул на Вадима холодными пустыми глазами и произнёс раздражённо:

– Не знаю, решайте сами, в конце концов это ваша книга, и я не вправе диктовать вам своё мнение. Извините, мне нужно срочно уехать.

Вадим быстро пробормотал:

– Да, я понимаю. Спасибо, что приняли меня в своём доме…

Мужчина и юноша почти одновременно встали со своих мест и в прежнем порядке направились к выходу – хозяин дома впереди, гость на пару шагов сзади него. Собаки снова почётным кортежем проследовали за ними через весь двор. Вадим на негнущихся от страха ногах шёл за похитителем, каждую секунду ожидая от того команды «Фас!» своре. Однако писатель будто впал в какой-то транс, он открыл дверь и, когда Вадим вышел за ворота, просто молча запер её за ним.

Юноша быстро сел на свой мотоцикл и немного отъехал по дороге в сторону города. Остановившись под прикрытием кустов, юноша заглушил двигатель мотоцикла. Он рассчитал, что сейчас находится за пределами зоны видимости видеокамеры на заборе.

После разговора с писателем в горле юноши пересохло, он отхлебнул воду из пластиковой бутылки, не спуская глаз с ворот. Нужно было решать, что теперь делать дальше. Вадим по реакции писателя на историю похищения Леры понял, что вышел на правильный след в этом деле.

Юноша предположил, что если бедняжка ещё жива, она до сих пор находится в доме похитителя. Однако после сегодняшнего визита Вадима тот может в любой момент перевезти свою жертву в другое место. Тогда её будет уже не найти, а вину писателя невозможно доказать. Прямых улик против него у Вадима нет. Значит, нужно сегодня же проникнуть в особняк и, если Лера там, увезти её в город. А утром полиция, вызванная Евдокией Петровной, подтянется и арестует мерзавца. Если же девушки там не окажется, Вадим просто тихо уедет восвояси, предоставив следователю самому прорабатывать версию о причастности писателя к похищению Леры.

Размышления спрятавшегося в засаде юноши прервал звук открывающихся ворот. Они плавно разъехались в стороны (дистанционное управление, отметил Вадим), и оттуда выехал огромный чёрный джип с наглухо затонированными стёклами. Когда рёв мощного мотора затих вдали, Вадим на мотоцикле сразу поехал следом. Вдруг вспугнутый им похититель увозит Леру прямо сейчас? Нужно проследить за ним и всё выяснить.

Держась поодаль от джипа, Вадим вслед за ним въехал в уже знакомый ему город. Когда писатель припарковался у продуктового супермаркета, Вадим остановил мотоцикл за углом ближайшего к магазину дома и осторожно выглянул. Писатель в это время как раз заходил в стеклянные двери супермаркета.

Юноша был в недоумении: неужели похититель после того, как его практически разоблачили, вот так запросто приехал за продуктами? Непохоже, что он нервничает и с минуты на минуту ожидает приезда полиции. А вдруг это для отвода глаз, а девушку сейчас увозит в неизвестном направлении сообщник писателя?

Вадим пожалел, что у него самого нет напарника, которого он мог бы оставить у особняка для наблюдения. Ничего не поделаешь, придётся расставлять приоритеты. Юноша решил на всякий случай проследить за писателем. Он зашёл в магазин вслед за ним. Быстро обнаружив мужчину среди стеллажей, Вадим стал незаметно наблюдать за ним. Писатель вёл себя совершенно невозмутимо, он неторопливо бродил по магазину с тележкой и набирал продукты.

Вадим решил, что раз уж он оказался в магазине, нужно купить немного еды и бутылку с водой. Он решил провести в засаде у ворот писателя остаток дня и всю ночь до самого приезда полиции, если ему не удастся незаметно проникнуть в дом. Наконец, он увидел, что мужчина направился с полной тележкой в сторону кассы. Тут Вадиму пришла в голову одна идея, и он быстренько сбегал до стеллажа с хозяйственными товарами. Когда юноша вернулся к кассе, его объект слежки уже выходил из магазина.

Джип писателя выехал со стоянки супермаркета и направился в обратный путь к особняку. Вадим, наблюдавший за ним в окно, выбежал из магазина и на мотоцикле последовал за ним.

Когда джип скрылся за воротами особняка, Вадим загнал мотоцикл в кусты у дороги. Солнце над вершинами деревьев уже начало своё движение к западу. Невидимые птахи звонко перекликались в ветвях над головой юноши, устало привалившегося к своему лежащему в густой траве железному коню. Вадим размышлял, неторопливо откусывая от бутерброда.

Писатель явно понял, что юноша знает о похищении им Леры. Почему тогда мужчина после разговора со своим лже-поклонником преспокойно съездил за продуктами, и даже не озирался на улице, ища слежку? Преступник или слишком уверен в себе, или очень хитёр, или очень глуп. А может, он просто ждёт наступления ночи, чтоб под покровом темноты уехать из дома вместе с Лерой? Или похититель уже давно убил её и растворил тело в каком-нибудь чане с серной кислотой или закопал тело в лесу?

Картины одна страшней другой мелькали в голове молодого детектива, пока он сидел в засаде у ворот дома убийцы. Солнце между тем почти опустилось за горизонт. Вадим решил, пока совсем не стемнело, проверить периметр забора, нет ли в нём ещё одних ворот, через которые писатель может ускользнуть.

Вторых ворот Вадим не обнаружил, зато приметил разлапистую ель, ветви которой нависали над забором. Юноша решил ночью проникнуть в дом писателя и обыскать его. Если девушка находится там, Вадим её тихонько выведет и они вместе уедут на мотоцикле в город, спрячутся там до утра. Тогда все лавры достанутся ему, а не полицейским, которым утром останется только вытащить похитителя из тёплой постели. После этого удачного дела клиенты посыпятся на молодого детектива, как из рога изобилия. Он был в этом уверен.

Вадим решил действовать максимально тихо и осторожно. У него не было огнестрельного оружия, а с одним перочинным ножом вступать в открытую схватку с маньяком в его собственном логове было равнозначно самоубийству. Проблемой оставались собаки писателя, но для них он купил в магазине крысиный яд. Иначе ему просто не перейти двор. Вся свора накинется на непрошенного гостя, и убийце, выбежавшему из дома на шум, останется лишь добить жертву.

Наконец, на лес опустилась ночь, и Вадим приступил к выполнению своего плана. Первым делом он начинил сосиски крысиным ядом. Обойдя по широкой дуге ворота с камерой (вдруг там есть система ночного видения?), юноша перебросил связку сосисок через забор. Вскоре с той стороны послышалось рычание и грызня псов. Вадим, удовлетворённый, вернулся в своё убежище в кустах.

Подождав час, юноша вновь подошёл к забору и прислушался. С той стороны донеслось тихое жалобное поскуливание псов. Настала пора действовать. Вадим направился вдоль забора к замеченной им ещё днём высокой разлапистой ели и вскарабкался на неё. Потом он осторожно прополз по толстой ветви до бортика забора. Вадим снял с пояса моток верёвки и привязал один её конец к ветке, а другой перекинул через забор во двор особняка. Держась за верёвку и перебирая ногами по поверхности забора, Вадим стал спускаться вниз во двор.

Несмотря на свежий ночной воздух лоб юноши и ладони, которыми он травил верёвку, покрылись противным липким потом. Сердце бешено гнало наполненную адреналином кровь по венам, и Вадиму казалось, что стук сердца раздаётся в тишине двора набатом. Он подумал, что чем бы ни закончилось это опасное приключение, он его будет помнить до конца своих дней. Ещё и внукам расскажет. Если только сможет пережить эту ночь.

Наконец, почувствовав под ногами каменные плиты двора, юноша отпустил верёвку и настороженно замер, прислушиваясь к окружающим звукам.

Пока всё было тихо, во дворе и окнах дома ни огонька. К счастью Вадима, писатель не установил прожекторы с датчиками движения, видимо, был полностью уверен в своей сторожевой своре.

Юноша быстро добежал до особняка и стал красться под окнами, прижимаясь к стенам, на случай, если писатель всё же выглянет. Вадим направлялся к подвальному окну в цоколе – его он приметил ещё днём, когда шёл через двор за хозяином дома.

Приходилось нашаривать окно в темноте наощупь – фонарик Вадим хоть и взял с собой, но пока опасался им пользоваться. Наконец его рука наткнулась на холодное стекло, и юноша, на секунду полоснув лучом фонарика по окну, убедился в отсутствии на нём датчика. Такой мог среагировать на удар по стеклу и включить сигнализацию. Вадим, размахнувшись, ударил противоположным от линзы концом фонарика по окну. Оно покрылось трещинами, и юноша довершил начатое ударом ноги. Двор огласился громким звоном осколков, влетевших внутрь подвала. Вадим поморщился и замер, прислушиваясь. Дом по-прежнему хранил молчание.

Вадим снял куртку и накинул её на раму, чтобы не порезаться об острия стёкол, торчащие из неё. Потом он осторожно спустился внутрь подвала ногами вперёд. Очень кстати под окном оказался стеллаж, на который юноша и встал ногами, а потом уже спрыгнул на пол. Здесь он уже без опасений включил фонарик и огляделся.

Вадим оказался в небольшом помещении, заполненном разномастной мебелью, старыми стульями, шкафами, банками с краской. Высота потолка была необычной для подвала – метра два, не меньше. Юноша обогнул большой бильярдный стол, занимающий середину комнаты и накрытый полиэтиленом от пыли. Луч фонарика выхватил из темноты дверь в стене, и Вадим направился к ней. Нужно было торопиться, пока хозяин не обнаружил незаконное проникновение в свой особняк. В том, что это вскоре произойдёт, Вадим был почти уверен.

Юноша повернул дверную ручку. Она легко поддалась, выпуская его в длинный тёмный коридор. По обе стороны в стенах виднелось не меньше полутора десятков дверей без каких-либо обозначений на них. Вадим вздохнул про себя, как было бы удобно, если на нужной ему двери находилась надпись «Пленница здесь. Входите без стука».

Хорошо хоть замки вскрывать не пришлось – двери были не заперты. Вадим был рад этому. Хотя у него и имелась с собой связка разнокалиберных отмычек, юноша не был опытным взломщиком, и поэтому до утра провозился бы с замками. Этого он себе позволить не мог – на кону стояла не только его жизнь, но и жизнь похищенной девушки. Вадим верил, что найдёт её в этом подвале. Чутьё подсказывало ему это.

Вадим быстро переходил от одной двери к другой, заглядывая внутрь скрывающихся за ними помещений. Большая часть комнат представляла собой склад различных вещей, приборов непонятного для юноши назначения и старой мебели. В одной даже находился фитнес – зал с дорогими тренажёрами. Другая комната оказалась отлично оборудованной лабораторией, уставленной колбами с реактивами, склянками и пробирками. Вадим удивился, увидев там даже микроскоп. А писатель не так прост, подумал юноша.

Повернув ручку предпоследней двери, Вадим обнаружил, что она не поддаётся. Дрожащими от волнения руками юноша достал из кармана связку отмычек и стал колдовать над замком. Через несколько минут несложный замок сдался. Вадим осторожно приоткрыл дверь и сделал пару шагов внутрь помещения. Там было темно и тихо. Посветив фонариком вокруг, юноша увидел лежащий у дальней стены надувной матрас с кучкой рваных тряпок на нём.

Вадим уже было повернулся, чтобы выйти из пустой комнаты, как услышал чей-то слабый стон. Вновь посветив на матрас, он увидел, что кучка тряпья шевельнулась. В два прыжка юноша преодолел разделяющее их расстояние и склонился над свернувшейся клубком маленькой девичьей фигурке. То, что он принял за кучу тряпок, оказалось пропавшей девушкой, одетой в грязную рваную футболку. Сердце Вадима радостно забилось. Лера жива, он наконец-то нашёл её!

Юноша осторожно убрал с лица несчастной пленницы длинные тёмные пряди волос. Вадим с жалостью смотрел на закрытые запавшие глаза девушки, на ссадины и синяки на её лице и теле. Лера будто находилась в тяжёлом забытьи и не ощущала ни чужих прикосновений, ни яркого света фонарика на своём лице.

Вадим несколько раз позвал девушку по имени, но она словно не слышала его. Тогда он посадил Леру на матрас и стал осторожно похлопывать её по щекам, чтобы привести в чувство. Его старания увенчались успехом: девушка глубоко вздохнула и с трудом открыла глаза. Вадим посветил фонариком себе на лицо, чтобы пленница не приняла его за своего мучителя. Одновременно он назвал ей своё имя и сказал, что пришёл, чтобы её спасти, но им нужно торопиться. С этими словами Вадим встал и мягко потянул девушку за собой, помогая подняться с матраса.

Однако на лице Леры внезапно появилось выражение упрямого недоверия и страха. Она быстро отползла обратно в свой угол, бормоча:

– Нет, это он тебя подослал. Он придумал новую игру, чтобы снова мучить меня. Уходи, уходи!

Последние слова Лера выкрикнула так громко, что Вадим в испуге оглянулся и посветил в тёмный проём открытой двери фонариком. Пока всё было нормально. Снова повернувшись к пленнице, юноша прошептал:

– Пожалуйста, Лера, не кричи. Нам нужно быстро убираться отсюда, пока писатель не узнал, что я здесь. Не бойся меня, я частный детектив. Меня наняла твоя мама, Евдокия Петровна.

Девушка с робкой надеждой взглянула на Вадима сквозь завесу волос и спросила:

– Это что, правда? Ты на самом деле пришёл, чтобы спасти меня?

Юноша с облегчением выдохнул и протянул ей руку:

– Да, Лера, я говорю правду. Нам нужно спешить и вести себя тихо, если мы хотим уйти отсюда в безопасное место.

Девушка робко вложила свою руку в ладонь Вадима и с трудом поднялась. Только сейчас юноша заметил кандалы на шее и запястьях Леры, которыми она была крепко прикована к стене. Ругнувшись про себя, он достал из кармана джинсов свои отмычки и склонился над левым запястьем Леры, светя на кандалы фонариком, зажатым в зубах.

Вдруг прямо над ухом Вадима раздался крик девушки. Юноша в недоумении поднял на неё глаза и увидел, что она с ужасом смотрит куда-то ему за спину. В тот же миг он услышал быстро приближающиеся к нему сзади тяжёлые шаги. Страшный удар по голове бросил юношу на холодный бетонный пол. Теряя сознание, Вадим зажмурился от слепящего света фонарика того, кто на него напал.

9

Сознание медленно возвращалось к Вадиму. Юноша с трудом разлепил веки и сфокусировал взгляд на человеке, брызжущем ему в лицо ледяную воду из бутылки с пульверизатором. Это был хозяина дома.

Затылок Вадима страшно болел, во рту был привкус крови. Попытавшись пошевелиться, юноша понял, что его руки крепко связаны за спинкой стула, на котором он сидит. Освещённый тусклой лампочкой под потолком, писатель злобно ухмылялся. Он был одет в чёрную водолазку и брюки, на ногах высокие военные ботинки. Непохоже, что мужчина выскочил в таком виде из тёплой постели посреди ночи. Он что, ждал Вадима, готовился?

Увидев, что пленник пришёл в себя, писатель злобно прошипел:

– Ага, очнулся! Ты что с моими собаками сделал, гад?

Вадим молча сплюнул на пол тягучую кровавую слюну и в упор посмотрел на мужчину, нависшего над ним. Боль от удара по затылку, пульсируя, не давала юноше сосредоточиться. Он попытался пошевелить связанными за спинкой стула руками, но верёвка только сильнее впилась в его запястья. Вадим убедился, что и ноги его тоже крепко связаны. Нужно было срочно что-то придумать, чтобы спасти и себя, и девушку. Но что?

Из мучительных мыслей Вадима вывел раздражённый голос писателя. Оказывается, тот уже давно повторяет одно и то же, пытаясь выяснить, кто Вадим такой и как вышел на его след. Когда мужчина понял, что юноша не собирается отвечать на его вопросы, он неожиданно ласково пробормотал:

– Ну, ладно, не хочешь говорить, не говори. Может, попозже… после того, как мы с тобой немного пошалим. Знаешь, у меня давно не было мальчика. А ты смазливенький, –писатель погладил Вадима по щеке, от чего тот резко отдёрнул голову назад, пытаясь избежать мерзкого прикосновения.

Мужчина захохотал, запрокинув голову.

– Ой, какие мы недотроги! Ну ничего, и не таких объезжали. В любом случае, к утру ни твоих, ни Лериных следов в моём особняке не останется. Вы упокоитесь далеко в лесу, в одной могиле, присыпанные известью, и ни одна собака вас никогда не найдёт. Сам я уеду порыбачить на несколько дней на озеро тут неподалёку. Если по твоей наводке приедет полиция, скажу, что ничего не знаю, никого не видел. Моё алиби подтвердят пара моих верных приятелей-рыбаков всего за ящик пива.

Мужчина самодовольно ухмыльнулся, и у Вадима внутри будто всё похолодело. Неужели это конец? Нет, хотя бы ради Леры и её мамы он должен что-то срочно придумать. Тем временем писатель с огромным охотничьим ножом в руке подошёл вплотную к Вадиму. Тот отпрянул назад, но сразу упёрся в спинку стула и расширившимися от страха глазами следил за сверкающим лезвием. Маньяк злобно рассмеялся:

– Не бойся, я только освобожу тебе ноги. Сидя на стуле, ты не сможешь меня поразвлечь. Обещай, что будешь паинькой. Одно лишнее движение, и ты тотчас же лишишься левого глаза.

Безумец наклонился к ногам юноши и, перерезав ножом верёвки, поднял его со стула. Ноги Вадима затекли, он пошатнулся, и писателю пришлось придержать его за плечи. Вадим воспользовался этим и тут же нанёс сильный удар головой мужчине в лицо. Тот, вскрикнув от боли, схватился за сломанный нос, а юноша, не давая противнику прийти в себя, снова ударил его головой, но уже в солнечное сплетение.

Когда противник тяжело рухнул и затих, скорчившись на бетонном полу, Вадим несколько раз для верности пнул его по голове. Юноша, тяжело дыша, встал на колени рядом с ним и подобрал связанными за спиной руками нож маньяка. Потом он перерезал верёвки на своих запястьях и встал, с наслаждением их растирая. Нож Вадим выкинул в дальний угол комнаты.

Тут он вспомнил о несчастной пленнице и опрометью выбежал из комнаты, чтобы найти девушку, и надеясь, что она ещё жива. Вадим оказался в уже знакомом ему длинном коридоре подвала. Вспомнив, где находится темница Леры, юноша сразу поспешил туда. К счастью, дверь на этот раз была не заперта, и Вадим радостно бросился к сидящей на матрасе пленнице. Та, увидев его, радостно вскрикнула и протянула руки навстречу своему спасителю. Вадим чертыхнулся, обнаружив, что девушка вновь прикована кандалами к стене.

Почти не надеясь на удачу, он проверил карманы джинсов и, о, чудо! нашёл маленький футляр со своими отмычками. Видно, убийца второпях плохо обыскал своего пленника. Немного повозившись, Вадим разомкнул кандалы на запястьях и шее девушки и, поддерживая её, повёл к выходу. Несчастная так ослабела в заточении, что едва могла идти. Уже у самой двери Лера тревожно спросила:

– Где он… он мёртв? Ты ведь убил его?

Вадим в замешательстве неуверенно пробормотал, открывая дверь:

– Да, наверное… Мы дрались, и когда я уходил, он остался лежать на полу. Торопясь освободить тебя, я не проверил, есть ли пульс у твоего похитителя. Лера, забудь об этом, нам нужно спешить!

Они вышли в коридор, и тут же с другого его конца послышался стук распахнувшейся двери и разъярённый крик. Молодые люди в ужасе переглянулись и разом рванули к лестнице наверх. Позади них уже слышался тяжёлый топот преследователя.

Буквально взлетев по лестнице от объявшего их ужаса, Лера с Вадимом сразу побежали через огромный холл к входной двери особняка. И, конечно, она оказалась заперта. Вадим быстро понял, что хитроумные замки на двери ему не открыть своими отмычками, тем более сейчас, в спешке, когда убийца вот-вот настигнет их.

Молодые люди в отчаянии огляделись вокруг, ища путь к спасению. Окна холла были забраны снаружи решётками. «Наверх!» – скомандовал Вадим и увлёк девушку к лестнице, ведущей на второй этаж особняка.

Подгоняемые страхом, они уже поднялись до площадки второго этажа, когда их преследователь показался у подножия лестницы. Выглядел он ужасно: кровь из разбитого носа залила лицо и грудь, один глаз был подбит. В руке безумец сжимал огромный нож, тот самый, который Вадим так неосмотрительно оставил в комнате.

Увидев беглецов, застывших наверху лестницы, он громко завизжал: «Стоять!» и стал быстро подниматься по ступенькам.

Вадим дёрнул за руку оцепеневшую от ужаса девушку и они побежали по верхнему холлу в коридор. По обеим сторонам его были двери. Беглецы забежали в первую попавшуюся, которая на их счастье оказалась не заперта. Оказавшись по другую сторону двери, Вадим с ужасом обнаружил отсутствие внутреннего замка или хотя бы щеколды. Тогда юноша схватил стул и его спинкой подпёр ручку двери.

Как раз вовремя, потому что с другой её стороны тут же раздался сильный удар. Лера, стоя посреди комнаты, оглушительно завизжала. Вадим, быстро оглядевшись, стал двигать тяжёлый дубовый комод к двери. В это время во всё расширяющуюся от ударов снаружи щель между дверью и косяком их преследователь сумел просунуть руку и пытался отодвинуть стул.

Вадим сдавленно крикнул Лере, чтоб помогла ему. Девушка, затравленно смотревшая на руку своего мучителя, дёргающую стул, наконец очнулась и стала помогать толкать комод. Наконец общими усилиями дверь была надёжно забаррикадирована. Вадим и Лера, отдышавшись и включив люстру под потолком, стали осматривать комнату. Это оказалась довольно роскошно обставленная спальня, скорее всего, гостевая. Посреди комнаты под бархатным красным балдахином стояла огромная кровать. Покрывало на ней было из такого же материала.

Обстановку довершали туалетный столик и дубовый шкаф в углу. В одной из стен была дверь. Вадим тут же проверил, куда она ведёт. Это была всего лишь ванная комната без окон. Шкафчик над раковиной был пуст, впрочем, как и шкаф, комод и туалетный столик у кровати. Спрятаться здесь было негде, и не было ничего, что можно использовать в качестве оружия. Телефон у юноши маньяк, естественно, отобрал, так что вызвать помощь они не могли.

Вадим подошёл к единственному окну спальни. Оно не было зарешёчено, как окна первого этажа. Юноша открыл створку и увидел далеко внизу слабо белеющие плиты двора. Ни карниза, ни выступов на наружной стене не было.

Вадим сдёрнул с кровати бархатное покрывало. Под ним не оказалось простыней, которые можно было бы связать и спуститься по ним во двор. Из одежды тоже не получилось бы связать верёвку. Вадим с жалостью посмотрел на Леру, зябко кутающуюся в свои лохмотья.

Итак, сбежать отсюда им не удастся. Прыгать из окна – значит разбиться если не насмерть, то весьма вероятно сильно покалечиться. Остаётся держать оборону до утра в этой комнате. Только сейчас Вадим осознал, что их преследователь давно не пытается выломать дверь. С той стороны стало подозрительно тихо. Безумец что-то задумал или решил тоже подождать до утра?

Юноша выключил люстру, вспомнив вычитанное где-то выражение, что опасность лучше встречать в темноте. Потом он усадил дрожащую девушку на кровать, укутал её покрывалом и обнял, согревая теплом своего тела.

Полная луна в окне отлично освещала комнату. Июльская тёплая ночь потихоньку перевалила на свою вторую половину, приближая желанный рассвет. В открытое окно было слышно, как шумят верхушки деревьев под ветром в лесу. Где-то глухо ухнула сова. Глаза Вадима сами собой начали закрываться, ужасно хотелось спать.

Лера, зевнув, поинтересовалась, как её мама пришла к молодому детективу за помощью, и как он потом смог выйти на след писателя. Чтобы не заснуть, Вадим начал подробно обо всём рассказывать, а потом как-то постепенно поведал и историю своей жизни. Лера заинтересованно расспрашивала юношу и об учёбе в институте, и о его первых расследованиях. В свою очередь она без утайки поведала обо всём, что увидела и пережила в этом страшном месте.

Вадим не заметил, как девушка в его объятиях затихла и уснула. Он и сам почувствовал, что начал проваливаться в тяжёлую дремоту. Вдруг Вадима заставил насторожиться слабый скрежет и постукивание за окном. Он уже хотел встать, чтобы посмотреть, в чём дело, но внезапно лунный свет в окне заслонила огромная тень. Вадим вскочил с кровати, разбудив при этом ничего не понимающую со сна девушку. Чёрная тень со стуком спрыгнула с подоконника на пол и с издёвкой спросила:

– Скучали, детишки? А вот и я!

Вадим быстрым движением спрятал Леру себе за спину и прыгнул навстречу противнику. Лунный свет отразился от лезвия ножа в правой руке безумного хозяина особняка. Вадим сорвал с жалобно пискнувшей девушки покрывало и обмотал им левую руку, одновременно выставляя её перед собой для защиты. И вовремя, потому что тут же нож противника полоснул по покрывалу. Вадим, пригнувшись и не отводя от убийцы взгляда, бросил Лере:

– Держись всё время позади меня!

Противник наступал на него, делая быстрые выпады ножом, но Вадим всякий раз успевал или уйти от удара, или подставить защищённую покрывалом левую руку. Юноша пытался приблизиться, чтоб самому нанести удар, но противник не давал ему это сделать, размахивая огромным ножом перед собой.

Так они какое-то время кружили посреди комнаты, а девушка послушно следовала за Вадимом, оставаясь за его спиной. Наконец, терпение безумца иссякло и он, зарычав, кинулся на юношу. Тот, легко уклонившись, дал противнику по инерции пролететь мимо него в сторону двери, где он и врезался прямо в дубовый комод. Не давая мужчине подняться, Вадим прыгнул ему на спину и попытался зажать его шею в удушающем приёме. Однако противник смог быстро сбросить юношу на пол и начал избивать его ногами.

Лера, со страхом наблюдавшая за схваткой, схватила стул и с силой ударила им своего мучителя по голове. Тот упал, и тогда уже Вадим набросился на поверженного соперника. Они начали кататься по полу, нанося друг другу беспорядочные удары. Лера забилась в угол и сидела там, подвывая от ужаса.

Вскоре противники подкатились к окну и там один из них встал, пошатываясь и держась за подоконник. Второй остался неподвижно лежать на полу у его ног. Лера не могла понять, кто же вышел из схватки победителем, она видела лишь чёрный силуэт на фоне освещённого луной окна. Все надежды несчастной девушки рухнули, когда в комнате раздался хриплый голос убийцы:

– Что, мёртв твой спаситель, а теперь и твоя очередь. Давай, будь хорошей девочкой, не заставляй гоняться за тобой по всей комнате. Я уже притомился. Иди ко мне, и обещаю, что твой конец будет быстрым.

Девушка, дрожа, встала и вдруг, в два прыжка преодолев расстояние до своего мучителя, что есть силы его толкнула. Мужчина вскрикнул и выпал из окна. Через секунду послышался глухой удар тела о каменные плиты двора. Наступила тишина. Лера выглянула из окна и увидела внизу тёмную неподвижную фигуру маньяка. Вокруг его головы медленно растекалось тёмное пятно.

Девушка отвернулась от окна и склонилась над Вадимом. Неужели он и правда мёртв? Лере с трудом удалось нащупать слабые толчки пульса на шее юноши. Она быстро включила люстру и принесла из ванной смоченное водой полотенце. Им девушка бережно вытерла кровь с лица Вадима. Он, наконец, пошевелился и слабо застонал.

Лера села возле юноши на пол и положила его избитую голову себе на колени. Вадим с трудом открыл глаза и прошептал:

– Где он?

– Тише, он мёртв. Не волнуйся, теперь всё будет хорошо, – Лера слабо улыбнулась и погладила светлый ёжик волос на голове Вадима. Он прикрыл глаза и с облегчением произнёс:

– Отлично. Скоро придёт помощь. Надеюсь, полиция обнаружит в доме улики и выйдет на остальных членов Клуба маньяков.

Лера согласно кивнула. Вместе они стали ждать рассвет.

2. Ночь Большой Охоты

1

– Конечно, они ничего не нашли, – одетый в зелёный камуфляжный костюм мужчина расслабленно откинулся в кресле и закурил толстую сигару. Держался он очень непринуждённо, даже высокомерно, его тонкие губы то и дело искривляла презрительная усмешка. Когда мужчина поднял руку с бокалом и пригубил янтарную жидкость, на его запястье из-под манжеты сверкнули золотом массивные часы.

Его собеседник выглядел да и вёл себя попроще. Его невзрачный костюм из чёрной плащёвки был изрядно потрёпан, а носки высоких кожаных ботинок поцарапаны. В ответ на последние слова соседа он лишь довольно ухмыльнулся.

Оба мужчины сидели в креслах с высокими спинками лицом к большому камину. Языки пламени отбрасывали красные отблески на их серьёзные бледные лица. Было самое начало тёплого августа, но камин разожгли, чтобы выгнать из пустовавшего целый год дома запах сырости и затхлости. Мужчина с сигарой выпустил вверх несколько серых колечек дыма и глубокомысленно продолжил:

– По-другому и быть не могло. Даже если бы этот дурак Писатель нарушил запрет, и где-то в его доме нашли улики против Клуба, мои люди позаботились бы об этом.

Его собеседник неопределённо хмыкнул и отхлебнул из своего бокала. Мужчина с сигарой последовал его примеру. Ароматный дым плыл от его кресла в большой полутёмный зал, смешиваясь там с запахами дешёвых сигарет и дорогого табака остальных присутствующих мужчин. В эту ночь, особенную в году, здесь собрались все члены Клуба маньяков – их было сорок девять человек. Отсутствовал только погибший пару месяцев назад по собственной глупости (так считали все) Писатель.

Компания подобралась самая разношёрстная – и по социальному статусу, и по возрасту, и по роду профессий (по последним они и обращались друг к другу, не используя имён, так было заведено с самого основания Клуба).

Тишину зала разорвал взрыв грубого мужского хохота. Смеялись возле длинного фуршетного стола, где полукругом стояла дюжина мужчин, одетых в камуфляжные и охотничьи костюмы. Они оживлённо разговаривали, то и дело подкрепляясь изысканными закусками и выпивкой на любой вкус.

Когда смех замер, кто-то из мужчин крикнул в сторону камина:

– Эй, Адвокат, ты, наверное, снова привёз профессионального бегуна, как в прошлый раз? Ох, и загонял он меня тогда, а под конец ещё и в болото провалился. Я чуть не утоп там, пока его доставал, по кускам, правда, а ноги так и утонули.

До камина долетел новый взрыв хохота. Мужчина в костюме из чёрной плащёвки сдержанно ухмыльнулся, быстро глянув на собеседника. Тот лишь крепче обхватил свой бокал пальцами, досадливо поморщился и крикнул в ответ:

– Конечно, нет, я правил не нарушаю. Это был всего лишь любитель утренних пробежек. Так что всё честно.

У фуршетного стола между тем продолжился прерванный разговор. Круглый, как колобок, низенький мужичок обратился к тому, кто кричал в сторону камина:

– А ты сам-то забыл, как два года назад больного привёз? Я его режу, а у него сопли до колен.

– Так я не нарочно. Когда брал его, он здоровым был, да видно простыл, пока я его вёз в багажнике. Помню, всю дорогу сюда ветер ледяной был и дождь, немудрено заболеть.

В разговор вклинился широкоплечий мужчина, возвышающийся над остальными чуть ли не на голову:

– А бабу на сносях кто приволок в том году? Да, ладно, неважно, спасибо, кто бы ни был, правилами-то не запрещено беременных привозить. Помню, хорошо я с ней развлёкся, а в конце заставил есть по кускам её же зародыша.

– Ну класс, повезло тебе, Боксёр! А ещё помню случай лет пять назад…

Но не все члены Клуба в эти последние минуты перед Большой охотой развлекались разговорами. Много в зале было тех, кто принципиально держался особняком. Эти одиночки сидели в креслах, расставленных вдоль грубо выструганных бревенчатых стен, угрюмо курили и выпивали. Другие в нетерпении ожидали начала главного развлечения этой ночи, стоя у окон и глядя в темноту. Кто знает, какие мысли проносились сейчас в их головах? Возможно, они представляли, как совсем скоро будут загонять, словно зверей, свои жертвы в ночном лесу за этими стенами?

Под потолком мигнула, чуть сбавив яркость, разлапистая люстра. Её, как и все остальные электрические приборы в доме, питал бензогенератор, мерно гудевший в сарае. Большой, добротно сложенный из огромных брёвен, охотничий дом (члены Клуба называли его «База») был надёжно укрыт посреди дикого уральского леса. Те, кто здесь собрался, не боялись быть обнаруженными – у них везде были связи, и тылы их тайной организации надёжно прикрыты. Многие из присутствующих в зале были наделены огромной властью в том, обычном мире людей за пределами Базы.

Сам Клуб маньяков был создан больше десятка лет назад, и с тех пор никто из его членов ни разу не пропустил Ночь Большой Охоты. И не потому что участие в ней было обязательным, нет, а потому что сами не хотели этого. Ежегодно члены Клуба съезжались сюда со всех концов огромной страны. Они везли (обычно в багажнике своего автомобиля) одного человека – Жертву, так называли этого несчастного.

Запрещено было привозить профессиональных спортсменов, малолетних детей, а также явно больных и инвалидов. По правилам Большой Охоты Жертва должна была быть физически здоровой и выносливой, быстро бегать, чтобы принести победу привёзшему её Охотнику. Никаких призов за это последний не получал, кроме признания первенства среди своих «соратников», и всё же подходящую Жертву члены Клуба искали заранее и выбирали очень тщательно.

Итак, когда в живых оставалась только одна Жертва из всех имеющихся, привёзший её Охотник объявлялся победителем. В конце концов и этот последний человек оказывался загнанным и убитым ещё до рассвета. В крайнем случае, если преследующему его Охотнику не удавалось по каким-то причинам самому это сделать, все желающие члены Клуба могли поучаствовать в массовой травле.

Часто Жертвы вступали в схватку с Охотниками, и те получали травмы и ранения. На этот случай на Базе имелась отлично оборудованная медицинская комната. Среди членов Клуба было два Врача, они и занимались раненными.

Не участвовал в Большой Охоте и не привозил Жертву только Координатор, коим был победитель прошлого года. Именно он рассылал незадолго до события зашифрованные сообщения всем членам Клуба с долгожданной датой, закупал выпивку и закуски.

Также Координатор проводил жеребьёвку среди прибывших Охотников. По её результатам каждому выпадала Жертва, привезённая другим членом Клуба. Сам Координатор во время Охоты неотлучно находился в специальной комнате. Там было множество мониторов, на которые в реальном времени передавалось изображение с камер ночного видения на шлемах Охотников. Координатор давал указания, подсказывал, где искать Жертву, если сам Охотник долго не мог её найти в лесу. Иногда преследователи и сами терялись и не могли самостоятельно найти обратный путь к Базе.

Охотники находили свои Жертвы в тёмном лесу с помощью очков ночного видения. Также у каждого из них в шлеме была гарнитура для связи с Координатором. На шеях Жертв были закреплены железные не снимаемые ошейники с датчиками движения, сигнал которых и отслеживал Координатор по спутнику. Сами Жертвы были безоружны, дезориентированы и слепы в ночном лесу. Охотники же могли пользоваться любым (исключая огнестрельное) оружием по своему вкусу.

После проведённой жеребьёвки члены Клуба примерно с час общались, выпивали и ели после долгой дороги на Базу. При них не было сотовых телефонов, по приезде их полагалось оставлять в своих машинах. Также была запрещена фото- и видеосъёмка Базы и её окрестностей.

После первого сигнала зуммера Координатора, сидящего в комнате мониторинга, Охотники покидали Базу и расходились к своим автомобилям. Они расставляли привезённые Жертвы в лесу через определённое расстояние друг от друга по периметру большого круга, центром которого была База. По второму сигналу Координатора из динамика на крыше дома несчастных заставляли бежать в лес. Через полчаса раздавался третий, последний сигнал к началу Большой Охоты. Обычно уже через пару часов после этого, самое позднее к рассвету, все Жертвы бывали загнаны в лесу Охотниками и уничтожены.

И вот долгожданный первый сигнал подан. Все разговоры в зале разом умолкли, и мужчины молча потянулись к выходу из охотничьего дома. У дверей каждый брал со стеллажа подготовленные Координатором очки ночного видения и шлемы с гарнитурами. Поскольку входить внутрь охотничьего дома с оружием запрещалось, члены Клуба оставляли его в своих машинах. Теперь мужчины направлялись к оставленным ими на освещённой мощными прожекторами поляне автомобилям.

Быстро и сосредоточенно члены Клуба вооружались привезёнными с собой огромными охотничьими ножами, узкими и острыми как бритва ножами-бабочками, экзотическими мачете и топорами. Некоторые вешали себе за спину арбалеты и колчаны со стрелами. Один из мужчин важно извлёк с заднего сиденья машины огромный зазубренный гарпун.

Ночь Большой Охоты началась.

2

Багажник распахнулся, и Максима грубо вытащили наружу. Он был связан по рукам и ногам, а глаза закрывала плотная повязка. Юношу, словно мешок с картошкой, швырнули на землю и сразу перерезали верёвки на его руках и ногах. Всё тело бедняги затекло, он с трудом сдержал стон.

Максим провёл связанным в багажнике автомобиля не меньше десяти часов. Сейчас его рывком поставили на негнущиеся ноги и сняли повязку с глаз. Юноша увидел, что перед ним метрах в пятнадцати высится лес. Мощные стволы старых берёз белели в ярком свете прожектора, установленного где-то на возвышении за спиной Максима. В нос ударил запах свежескошенной травы и ночного леса. Юноша понял, что поляну, на которой он стоит, подстригали совсем недавно, готовя специально для… чего?

Появившаяся из-за спины рука вытащила изо рта Максима кляп, а хриплый мужской голос приказал: «Стоять!». С трудом удерживая равновесие на слабых ногах, юноша попытался обернуться, чтобы разглядеть человека за своей спиной, но тот вновь рявкнул: «Не оборачивайся! Смотри прямо перед собой! И не вздумай бежать, я вооружён».

Максим снова уставился на освещённые прожектором деревья. В его голове быстро промелькнули мысли: «Что это за место, какой-то лес… Зачем меня сюда привезли? Чтобы убить? Но это можно было сделать сразу же там, на улице, где оглушили. Ничего не понимаю».

От голода и жажды, от усталости юноша плохо соображал. Он бездумно стоял, растирая свои затёкшие от верёвки запястья и просто ждал, что будет дальше. Было очень тихо, только где-то высоко над головой шелестел ветер в кронах деревьев.

Сзади раздались приближающиеся шаги. Максим напрягся в ожидании боли, смертельного удара, но почувствовал лишь прикосновение холодного металла к своей шее. Он отдёрнул голову, и услышал приказ стоять на месте и не шевелиться. Максим подчинился. Почувствовав на шее тяжесть узкого железного обруча, замкнувшегося с тихим щелчком, юноша инстинктивно потянулся к нему, чтобы освободиться. Тут же прозвучал грубый окрик сзади:

– Эй, руки убери от ошейника! Всё равно не сможешь снять.

– Что вы хотите со мной сделать? – спросил Максим дрожащим голосом. Паника от предчувствия близкой опасности заставила его сердце гулко забиться. Ответа невидимого собеседника не последовало. Внезапно позади Максима коротко и оглушительно взревела сирена. Он вздрогнул, и едва удержался на ногах от сильного толчка в спину. Прежний голос приказал:

– Беги в лес!

Максим вначале замешкался, но потом всё же сделал пару неуверенных шагов в сторону деревьев на краю поляны. Несколько мучительных секунд он ожидал выстрела в спину, но сзади было тихо. И тогда Максим в панике быстро побежал вглубь леса. Первую минуту он легко скользил между тесно стоящими стволами деревьев. Они были отлично видны благодаря проникающему глубоко в чащу свету прожектора с поляны. Когда тьма сомкнулась вокруг него, Максим оглянулся назад, но не заметил, чтобы его кто-то преследовал.

Теперь беглец продвигался вперёд гораздо медленнее, предусмотрительно выставив перед собой вытянутые вперёд руки. Страх и надежда на спасение гнали юношу сквозь чащу. Он то и дело спотыкался о торчащие из земли корни деревьев, прорывался сквозь кусты. Выставленные вперёд руки спасали от столкновения с невидимыми стволами, но не от низко растущих ветвей, и вскоре всё лицо Максима покрылось кровоточащими царапинами.

Юноша чувствовал, что нужно торопиться. Его не могли так запросто отпустить, а значит, опасность ещё не миновала. И всё же он радовался, что свободен, а значит, есть шанс на спасение. Максим бежал вперёд, просто желая оказаться как можно дальше от странной поляны.

Беглец часто останавливался, прислушиваясь, но звуков погони по-прежнему не было. Остановившись отдышаться через некоторое время, Максим услышал неподалёку от себя тихое журчание воды, и пошёл на звук. В кромешной тьме он чуть было не упал в русло неширокого лесного ручья. Нагнувшись, юноша стал жадно пить, черпая холодную воду ладонями. Утолив жажду, он умылся и смочил волосы. Стало немного легче после быстрого бега по лесу. Потом Максим сел на траву возле ручья и стал решать, что ему делать дальше.

Как вообще он мог попасть в такую непонятную страшную ситуацию? Зачем кому-то похищать обычного студента из небогатой семьи? Месть исключалась, заиметь серьёзных врагов он в свои двадцать два года не успел. Максим постарался вспомнить в подробностях, как произошло его похищение.

Сегодня утром (неужели это было сегодня, а кажется, что прошла целая вечность!) он, как обычно, шёл в институт. Опаздывал, поэтому решил срезать путь по дворам. Максим на ходу беззаботно слушал музыку в наушниках, и поэтому не услышал быстрых шагов сзади. Удар по голове сразу отключил его сознание, поэтому разглядеть напавшего Максим не смог.

Очнулся он уже связанным, с повязкой на глазах и кляпом во рту в багажнике движущегося автомобиля. Было непонятно куда его везут, ведь за всё время в дороге машина так ни разу и не остановилась. И вот теперь его почему-то отпустили в лес.

Юноша глухо застонал, в отчаянии вцепившись пятернёй в модную длинную чёлку, нависающую на глаза. Родители, наверное, все больницы и морги уже обзвонили, друзей и родню на уши подняли. Волнуются, капают друг другу корвалол в кружки. Увидит ли Максим их ещё хоть раз? Или так и сгинет в этом чужом страшном лесу?

Что же ему делать? Максим решил выбираться к людям, искать помощи, обратиться в полицию. Вдруг ход его мыслей прервал далёкий звук сирены, донёсшийся с той стороны, откуда он прибежал. Это встревожило юношу: если после первого раза его погнали в лес, то к чему дан второй сигнал?

Что бы это ни означало, нужно торопиться. Максим вскочил и направился вниз по течению ручья, рассудив, что рано или поздно он должен впадать в какую-нибудь реку. А на берегах издревле селились люди, так что шанс таким образом попасть в село или город очень велик.

Русло ручья всё время петляло сквозь густые высокие заросли кустов, приходилось тратить время на то, чтобы обходить их и вновь возвращаться, ориентируясь на звук воды. Спустя время из-за высоких верхушек деревьев проглянула луна, но вскоре вновь скрылась за набежавшими облаками. Так что двигаться Максиму по-прежнему приходилось буквально наощупь.

Примерно через полчаса Максим услышал приглушённый расстоянием человеческий крик. Максим остановился и прислушался. Вскоре крик повторился, уже немного громче и дольше. Стало понятно, что кричит мужчина и явно от боли. Через несколько секунд тишины мучительный крик раздался снова, превратившись в душераздирающий визг. Ему глухо вторил чей-то грубый смех.

Максим было рванулся на помощь невидимому бедняге, но тут же затормозил. Он всегда был осторожным и рассудительным, вот и сейчас решил не бежать сквозь лес на эмоциях, а подумать здраво. Во-первых, он безоружен, во-вторых, слеп в непроглядной ночной тьме, в-третьих, рискует окончательно заблудиться в лесу и уже не найти дорогу обратно к ручью. А значит, потеряет свой единственный призрачный шанс на спасение.

Через минуту крики невидимого мужчины стихли. Максим, подавленный и мучимый угрызениями совести из-за того, что даже не попытался помочь несчастному, решил пробираться обратно к ручью. Только он развернулся, как тут же настороженно замер: неподалёку громко хрустнула ветка и зашуршали кусты. Кто-то явно приближался к Максиму, но кто – зверь или человек?

Юноша быстро нырнул за ближайшее дерево и замер. Снова затрещали сухие ветки под чьими-то ногами и совсем рядом раздалось мерзкое хихиканье. Максим сильнее прижался к дереву, надеясь остаться незамеченным. Невидимый в темноте мужчина тонким противным голосом протянул:

– Ла-а-адно, пацан, выходи, я тебя вижу. Только не вздумай бежать, я отлично метаю ножи, и у меня их с собой целая коллекция.

Максим осторожно вышел из-за дерева и как можно твёрже произнёс в темноту:

– Послушайте, я не знаю, кто вы и что вам от меня нужно. Только прошу, отпустите меня, и я никому ничего не расскажу.

Его невидимый собеседник снова противно захихикал:

– Молодой ты, глупый. Неужели надеешься одурачить меня или разжалобить? Попал ты, пацан, в такую беду, из которой тебе живым не выбраться.

Раздались быстрые приближающиеся шаги и Максима ударили чем-то по голове, резко приказав:

– На колени, сопляк!

Максим пошатнулся, сделал вид, что подчиняется и вдруг резко рванул в лес. Позади послышались запоздалые ругательства и громкий топот преследователя. Максим в страхе бежал, едва успевая уворачиваться от деревьев. Через некоторое время, запыхавшись, он остановился и прислушался. Позади всё было тихо. У Максима промелькнула слабая надежда, что преследователь потерял его в лесу.

Юноша прислонился спиной к дереву, чтобы немного передохнуть и постараться обдумать ту ситуацию, в которой он оказался. Ясно одно: его преследователь опасен, вооружён, намерения его отнюдь не дружелюбны и он каким-то образом может видеть в темноте. Всё против беглеца.

Максим решил найти что-нибудь, что сгодится ему для самообороны. Нагнувшись к земле, юноша в полной темноте стал лихорадочно шарить по ней руками. Несколько найденных им веток оказались трухлявыми и развалились прямо в руках. Наконец, Максиму удалось отыскать в траве несколько камней размером чуть меньше его кулака.

Юноша сел на землю, вытянув ноги перед собой и спрятав камни под ними. И вовремя, потому что тут же послышался топот его преследователя. Как ни вглядывался Максим в темноту вокруг, но так и не смог разглядеть даже силуэт замершего неподалёку от него мужчины. Только тяжёлое дыхание выдавало преследователя, а через пару секунд он злобно прошипел:

– Ну, сопляк, ты меня разозлил, теперь пеняй на себя. Сейчас будешь на весь лес визжать, как свинья, когда я буду от тебя кусок за куском отрезать. Начну, пожалуй, с твоих ушей.

Шаги быстро приблизились, и Максим быстро и наугад один за другим метнул свои камни. Видимо, некоторым из них удалось попасть в цель, потому что из темноты тут же раздался крик изумления и боли. Максим, не давая невидимому противнику опомниться, тут же вскочил и прыгнул вперёд. Он с силой столкнулся со стоящим совсем рядом с ним мужчиной. Тот прижимал руки к пораненному лицу и поэтому не успел вовремя среагировать на напавшего на него Максима.

Завязалась короткая яростная борьба. Юноше повезло, что его противник оказался тщедушным невысоким мужичком, и Максим в несколько ударов по голове и туловищу повалил его на траву. Потом он наощупь стянул ему запястья и лодыжки брючными ремнями, сняв их с себя и противника. Немного отдышавшись, Максим потребовал рассказать, кто такой этот мужичок и почему преследовал его. Сначала пленный молчал, но после пары чувствительных оплеух всё-таки ответил.

Он рассказал о Клубе маньяков, членом которого являлся, и о сегодняшней Ночи Большой Охоты. Максим выяснил, что в его ошейник встроен датчик слежения, и снять его можно только перепилив, а в лесу это сделать не удастся. Мужичок ехидно сказал, что в ближайшее время беглеца выследят и убьют другие Охотники. Поэтому добраться до ближайшего жилого пункта Максиму не удастся.

Наверняка Координатор уже навёл Охотников на след беглеца, ведь убийство Максима – теперь вопрос их общей безопасности. Юноша уточнил, есть ли у пленного телефон. Тот ответил отрицательно. Тогда Максим поинтересовался, как преследователь мог видеть в темноте. Пленный вначале отказался отвечать, но после чувствительного пинка в бок всё же признался, что его шлем с очками ночного видения и гарнитурой при падении улетели в ближайшие заросли.

Максим действительно нашарил их там в густой траве. Гарнитуру он сразу же раздавил и выбросил подальше, а очки ночного видения надел на себя. Лес перед ним теперь выглядел чёрно-белой картинкой, и юноша был рад, что сможет уверенно по нему идти, не боясь выколоть глаза какой-нибудь острой веткой.

Максим обыскал пленного, пристегнул к своему поясу его ножны с большим охотничьим ножом, а несколько маленьких метательных рассовал по карманам ветровки. Больше ничего полезного не обнаружив, юноша побежал в том направлении, откуда пришёл. За спиной, всё затихая, слышались проклятия и угрозы связанного маньяка.

3

Немного поплутав, Максим снова вышел к ручью и продолжил прерванный нападением убийцы путь. Он решил придерживаться принятого ранее плана отыскать какое-нибудь человеческое поселение. Только теперь он осознавал, какая смертельная опасность над ним нависла в лице полусотни безжалостных убийц и маньяков, наверняка уже пустившихся за беглецом в погоню.

В это самое время Координатор, который слышал всё происходящее через микрофон в гарнитуре неудачливого Охотника, следил за его передвижениями по своему монитору на Базе. Он видел Максима как красную медленно движущуюся на чёрном экране точку. Координатор уже ввёл в курс дела остальных членов Клуба, и сейчас они, следуя его указаниям, начали преследование беглеца. Все остальные Жертвы, кроме Максима, к тому времени уже были мертвы.

Связанного незадачливого Охотника отыскали в лесу и освободили. Мужичок, идя вместе с остальными через лес, лишь хмуро огрызался в ответ на издёвки «коллег», понимая свою вину в том, что упустил мальчишку.

Тем временем ручей, как и предполагал Максим, вывел его к реке. Он залез на ближайшее дерево, но не увидел вдоль берега огоньков, которые бы указывали на людское жильё. Спустившись, Максим решил идти вниз по течению реки. Небо было по-прежнему сплошь затянуто тучами, вокруг царила кромешная тьма. Если бы не очки ночного видения, Максиму пришлось бы очень нелегко. Кое-где берег отвесно обрывался в реку, корни деревьев тут и там тормозили движение вперёд. Максим шёл так быстро, как только мог, часто останавливаясь и прислушиваясь, нет ли погони. Пока всё было тихо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.