Лисса Кей Адамс
Броманс. Все секреты книжного клуба

Lyssa Kay Adams

Undercover Bromance

Copyright © 2020 by Lyssa Kay Adams

© Шаутидзе Л., перевод на русский язык, 2022

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

* * *

Маме

Спасибо за то, что вырастила меня сильной женщиной и доказала, что других и не бывает

Глава первая

Брейден Мак припарковал свой внедорожник «Порше» в конце темной автостоянки и стал ждать сигнала. Напротив него, через два ряда, стоял «Субурбан» с включенными фарами дальнего света.

Прошло мгновение… второе.

Фары «Субурбана» дважды мигнули.

Пора.

Брейден заглушил двигатель. Отключив звук на мобильнике, сунул его в карман кожаной куртки. Когда он вышел, мужчины в «Субурбане» сделали то же самое. Одна за другой появлялись их громоздкие фигуры; дыхание окружало лица облачками пара.

Мак встретил их на полпути между двумя машинами.

– Ты опоздал, – упрекнул Дэл Хикс, один из ближайших друзей Мака.

– Я спасал брак.

– Очередная одинокая жена? – спросил Дерек Уилсон, местный бизнесмен.

– Мужикам хоть кол на голове теши.

– Затем мы и здесь, верно? – заметил глубоким, по-буддийски спокойным голосом обладатель густой бороды Малколм Джеймс.

– Верно. – Мак оглядел каждого из них, оценивая смелость и приверженность делу. – Кто желает выйти из игры, колитесь сейчас, потому что, как только начнем, пути назад не будет.

– Я в деле, – сказал Дерек.

– Я тоже! – Дэл стукнул правым кулаком в перчатке в ладонь левой руки. – Работаем.

– На кой мы вообще здесь? – проворчал Гевин Скотт, один из новых членов группы. Он трясся от холода. – Помимо того, что морозим себе яйца?

Мак повернулся и посмотрел на здание. Ярко-красная вывеска освещала оживленный тротуар и тянулась вдоль всего торгового центра: «Книги Мьюзик-Сити». За три года их книжный клуб ни разу не вышел из тени. Они читали тайно, встречаясь за закрытыми дверями. Их было десять: профессиональные спортсмены, городские чиновники, технари-гении и владельцы бизнеса. Сам Мак владел несколькими барами и ночными клубами Нэшвилла. Всех членов клуба объединяла любовь к книгам, которые сделали их лучше как мужчин, как любовников и как мужей.

За исключением Мака. Он оставался единственным неженатым парнем в группе.

– На кой мы тут? – повторил он вопрос Гевина, оглядывая ребят. – Собираемся открыто купить несколько романов.

Он упер руки в бока и ждал драматической реакции. Может, зазвучит музыка, как в кино, или парни разразятся овацией. Однако все, что он услышал в ответ, – громкий пук от пятого члена группы, хоккеиста, которого все звали просто Русским и который страдал досадной непереносимостью молочных продуктов.

Русский схватился за живот.

– Мне надо в туалет.

Мак покачал головой.

– Пошли.

Русский, чуть согнувшись, поспешил первым. Остальные двинулись вслед за Маком. На выходе с парковки они задержались, пропуская цепочку машин. Русский же без оглядки побежал в здание. Дело принимало опасный оборот. Этот туалет в магазине понятия не имеет, что грядет. Конец их трубам.

Мак сделал глубокий вдох и взялся за ручку двери. Еще раз оглядел своих ребят.

– Что ж. Правила такие. Каждый покупает как минимум одну книгу для дальнейшего прочтения всеми членами клуба. Обложку не прятать. А если кто спросит, то вы не покупаете ее в подарок. Вы покупаете ее для себя. Вопросы?

– Что, если нас узнают в лицо? – проворчал Гевин. Из них всех он, наверное, был сейчас самым известным, как спортсмен, принесший в прошлом году победу бейсбольной команде Главной лиги Нэшвилла Legends.

– Ну и что, если нас узнают? – сказал Малколм, тоже известное лицо, раннинбек футбольной команды Нэшвилла. – Мы постоянно возмущаемся несправедливостью того, что наше токсичное маскулинное общество заставляет нас стыдиться романтики. А сами покупаем книги тайком. Пора действовать в соответствии с убеждениями.

– Отлично сказано, – одобрил Мак. – Я сам лучше бы не выразился.

– Вот уж точно, – фыркнул Гевин. – У Малколма ай-кью гения, тупица.

Мак показал ему средний палец. Гевин ответил тем же.

Дэл вздохнул и открыл дверь.

– Я первый.

Они привлекли внимание, как только вошли, однако Мак сомневался, что кого-то из них узнали. Как часто в книжный магазин толпой заходят высокие крепкие парни?

– Где тут у них секция романтики? – прошептал Дэл.

Мак осмотрел таблички, свисающие с потолка, и покачал головой.

– Что-то не вижу.

– Придется спросить, – вздохнул Малколм.

Гевин ругнулся и опустил пониже козырек бейсболки, пряча лицо.

Они подошли к информационной стойке. Женщина в футболке с надписью «Читаю запретные книги» оторвала взгляд от экрана компьютера:

– Чем могу помочь?

– Подскажите, пожалуйста, где тут у вас находится секция с книгами о любви? – спросил Малколм.

Она прищурилась.

– Вам про брак и самопомощь?

– Нет, – сказал Мак, вырастая рядом с Малколмом. Он оперся рукой о стол и с улыбкой наклонился ближе. – Мы имеем в виду любовные романы.

– Вы, парни, ищете любовные романы? – скептически переспросила она.

– Именно. – Мак подмигнул.

Женщина зарделась, польщенная его вниманием.

– Не припомню, чтобы мужчины интересовались любовными романами.

Мак с таинственным видом и заговорщической улыбкой придвинулся к ней еще ближе. Ее румянец стал ярче.

– А нас таких много, – шепнул он.

Она указала в сторону задней части магазина.

– Последние полки справа.

Малколм сразу же туда направился.

Гевин насмешливо фыркнул.

– Бывают женщины, с которыми ты не флиртуешь? – спросил он Мака.

Мак пожал плечами.

– Разве я виноват, что родился с природным шармом?

Они остановились у стенда с книгами в мягкой обложке. Только одна его сторона была отведена для романтики.

– Позорище, – сказал Малколм, покачав головой.

Гевин нервно огляделся по сторонам.

– Я не против покупок книг в Интернете.

– Не пасуй, – сказал Мак, склоняя голову набок, чтобы прочитать названия на корешках книг.

Русский вернулся.

– Хороший у них туалет. Чистый такой.

Он знал лучшие общественные туалеты во всех крупных городах США. Закончив спортивную карьеру, он мог бы создать цифровое приложение с рейтингом туалетов и заработать на этом больше денег, чем когда-либо приносил ему хоккей.

Мак нашел любимого автора и взял с полки ее последнюю книгу. «Защитник». Авантюрный роман про агента Секретной службы и дочь президента. Маку нравилось сочетание приключений и романтики, и особенно он любил сюжеты типа «от ненависти до любви». Было что-то завораживающее в такой истории, когда два человека вдруг обнаруживают, что их противоречия делают их идеальной парой.

– Мы встречаемся в пятницу вечером? – спросил Гевин, разглядывая книгу с красным корешком. – Игра не закончится часов до семи, так что мы с Дэлом не сможем прийти раньше.

– Лучше в субботу, – сказал Мак, открывая свою книгу на первой странице. – В пятницу вечером у меня свидание с Гретхен.

Он ощутил холодок волнения. Завтра будет ровно три месяца с тех пор, как он познакомился на вечеринке с Гретхен, местным юристом. Мак не пожалел средств, чтобы сделать этот вечер для нее особенным. Подергав за множество ниточек, добился почти невозможного: забронировал столик в «Савой» – одном из самых шикарных ресторанов Нэшвилла, которым владел знаменитый телевизионный шеф-повар. И если все пойдет хорошо, планировал сделать то, чего никогда раньше не делал, – формально предложить ей стать парой.

Тишина за его спиной вдруг стала чересчур очевидной.

Мак обернулся и обнаружил, что парни ведут молчаливый диалог посредством поднятых бровей и жестов. Дэл вытащил из бумажника двадцатку и протянул ее Русскому.

– Что за хрень? Что у вас происходит?

Парни вздрогнули и посмотрели на него с одинаковыми выражениями вины на лицах.

– Он был мне должен, – сказал Русский, пряча двадцатку в карман.

– Вранье! О чем вы тут шептались?

Русский опустил голову, словно щенок, которого отругали за лужу на ковре.

– Он выиграл пари.

Мак сдвинул брови.

– По поводу?

– Что ты выберешь авантюрный роман, – быстро сказал Дэл.

Мак сунул книгу под мышку и скрестил руки на груди.

– Спорили о том, какую я выберу книгу? Думаете, поверю?

Русский поник и беспомощно посмотрел на ребят. Дэл отвесил ему подзатыльник.

– Да ладно, – Гевин вздохнул. – Они ставили на то, как скоро ты бросишь Гретхен.

Мак заморгал.

– Издеваетесь надо мной?

– Его идея, – сказал Русский, указывая на Дэла.

Тот не стал отрицать и пожал плечами.

– Я потерял деньги, но впечатлен тем, что ты так долго с ней встречаешься. Это, наверное, рекорд.

Мак в изумлении разинул рот, борясь с чувством обиды. Какого черта? Да, он заслужил репутацию плейбоя, каждые выходные появляясь под руку с новой дамой. Просто еще не встретил женщины, с которой захотел бы создать семью. И пусть большинство думает о нем иначе, Мак собирался когда-нибудь остепениться. А тут его закадычный друг делает против него ставки! Иначе как ударом по яйцам такое не назовешь.

– Да будет тебе известно, бездарь, что я с ней так долго, потому что она мне очень нравится, – сказал Мак Дэлу. – Она красивая, умная и амбициозная.

– И совсем тебе не подходит, – перебил его Малколм, наконец вступая в разговор. До этого он изучал полки, но теперь повернулся к ним с четырьмя книгами в руках.

– Не понял? – оторопел Мак. – Что значит – не подходит?

– Да все женщины, с которыми ты встречаешься, тебе не подходят, – фыркнул Гевин.

Мак хватал ртом воздух, прежде чем нашелся с ответом.

– Чувак, ты знаком со мной меньше шести месяцев.

– Ага, и за это время ты встречался с шестью разными женщинами. Прекрасными женщинами. Умными, талантливыми, шикарными. Идеальными.

– И что с того? – Мак разозлился. Черт, они пришли сюда покупать книги, а не анализировать его личную жизнь!

Гевин пожал плечами.

– Тебе лучше знать. Это ведь ты их всех бросил.

– Потому что они-то как раз мне и не подходили, – прорычал Мак.

– А с Гретхен иначе?

– Да.

– Почему? – спросил Малколм.

Мак не ответил. С Гретхен все иначе, потому что… потому что… черт, да потому что он готов к тому, чтобы все стало иначе.

Он устал наблюдать за счастливой семейной жизнью его друзей, пока он безуспешно ищет будущую миссис Мак – женщину, которую будет лелеять, баловать, с которой захочет вместе состариться. Мак основал этот книжный клуб романтиков, будучи единственным из них, кто никогда не испытывал настоящего чувства. Так что – да, теперь он прилагал усилия к тому, чтобы построить собственное «долго и счастливо».

Гевин поднял руки в знак примирения.

– Слушай, мы только говорим, что, хоть ты и считаешь себя экспертом, ты упускаешь в этих книгах самый важный урок.

– Какой же? – раздраженно спросил Мак. Ему не нравилось, что новичок клуба читает ему лекцию об «инструкциях» – так в их клубе назывались любовные романы.

– Есть большая разница между романом и настоящей любовью.

Мак закатил глаза.

– Легко тебе говорить. Ты с первого взгляда влюбился в идеальную женщину.

Гевин посерьезнел.

– Моя жена – вовсе не идеальная женщина. Но она идеальна для меня. И в нашем браке не все было гладко.

Мак ощутил укол вины. За полгода до того Гевин и его жена Тея чуть не развелись. Вернуть ее помогал весь их книжный клуб.

И все же вместо того, чтобы извиниться за бестактность, Мак буркнул:

– Я докажу, что вы не правы.

Он вытащил из кармана бумажник. Сердце колотилось от прилива адреналина и желания им всем доказать. Он сунул сто баксов в руку Дэла.

– Пять к одному, что после завтрашнего вечера у меня официально будет подруга.

Глава вторая

– Ты сегодня выглядишь просто потрясающе.

Мак потянулся через стол и накрыл рукой тонкие пальцы Гретхен. Она улыбнулась, когда он провел большим пальцем по ее запястью. В ее нежных ушках блестели серьги, которые он подарил ей на прошлой неделе – на ее день рождения, – переливаясь в свете свечей.

– Спасибо, – сказала она. – Ты уже столько раз это повторил, что я на самом деле чувствую себя красивой.

– Новое платье?

Она засмеялась и оглядела себя.

– Хм… нет. Купила в «Мэйси» пару лет назад. На распродаже.

– Красивое.

Она убрала руку.

– Спасибо еще раз.

Гретхен отвела взгляд. От их ВИП-столика на втором уровне можно было видеть весь ресторан с его урбанистическим декором. С высоких потолков свисали кованые канделябры, а неоштукатуренные кирпичные стены придавали помещению незавершенный вид. Но в сочетании с темным деревом и богатой позолотой создавалось впечатление роскоши Старого мира.

– Давно хотела узнать, как тут все выглядит, – сказала Гретхен.

– Ну и как тебе?

– М-м… – она замялась, как будто не хотела слишком критиковать. – Немного напыщенно.

– Как и сам Ройс.

– Ты с ним знаком?

Мак откинулся на спинку стула и поправил на себе пиджак.

– Общались пару раз. Благотворительные турниры по гольфу и тому подобное. Мы оба в ресторанном бизнесе и бываем в одних и тех же кругах.

– А, ну да. – Она прищурилась. – Я, знаешь ли, в эти круги не вхожу.

– Ты вращаешься в более важных кругах.

Гретхен работала адвокатом и специализировалась на защите прав иммигрантов.

Их официант подошел к столу с бутылкой охлажденного «Дом Периньон». Мак заказал его вместе с фирменным кексом «Султан» – столь дорогим и столь сложным в приготовлении, что его требовалось обговаривать заранее – и теперь не мог дождаться момента, когда Гретхен увидит угощение.

– Шампанское? – удивилась Гретхен, глядя, как официант открывает бутылку.

– Мы празднуем, – подмигнул Мак.

Официант налил шампанское в два высоких бокала, поставил бутылку в ведерко со льдом и уведомил их, что вернется через несколько минут, чтобы рассказать о специальных предложениях в сегодняшнем меню.

– Ясно, – сказала Гретхен, принимая бокал. – А повод?

Мак поднял свой бокал.

– Сегодня я завершил сделку по покупке нового здания, – сказал он. – А что еще более важно, нашим отношениям исполнилось три месяца, и, я надеюсь, еще многие месяцы у нас впереди.

Улыбка Гретхен не затронула ее глаз, но она чокнулась своим бокалом с его. Сначала Мак подумал, что ему это показалось, но, отпив глоток, она посмотрела в сторону.

– Все в порядке?

Она помедлила и кивнула.

– Чудесно.

– Как и ты.

И вот опять. Улыбка одними губами. Мак поставил бокал на стол и снова потянулся к ее руке.

– Точно все хорошо?

– Да. Только… Если честно, в таких местах я всегда чувствую себя немного виноватой.

– Почему?

– Мои клиенты едва могут позволить себе макароны с сыром.

– Но ведь это не значит, что я не могу тебя побаловать, правда?

– Меня не нужно баловать, Мак.

– Но ты этого заслуживаешь.

Он попробовал еще раз: подмигнул и улыбнулся. На этот раз сработало. Ее пальцы расслабились в его ладони.

– Спасибо. Ты определенно умеешь ухаживать.

– Всегда рад доставить удовольствие. – Он в последний раз сжал ее пальцы и отпустил. – Надеюсь, ты голодна. Потому что у меня для тебя приготовлен сюрприз.

Гретхен отпила шампанское и посмотрела на часы.

– Клянусь богом, почему бы им просто не сжечь эту тысячу долларов?

Лив Папандреас отступила на шаг от стола из нержавейки, чтобы осмотреть свой кулинарный шедевр, и с отвращением потрясла головой. Ее, кондитера в «Савой», уже не должно было удивлять, на что богачи выкидывают деньги, но, к сожалению, все еще удивляло.

С той минуты, когда ее босс включил в меню пропитанный золотом кекс, она знала, что все знаменитости города кинутся его заказывать только потому, что могут.

Ну и еще ради шанса сфотографироваться для «Инстаграма» с Ройсом Престоном, знаменитым шеф-поваром, телеведущим и придурком, подписывающим чек с зарплатой Лив.

Каждую неделю миллионы фанатов смотрели его реалити-шоу «Кухонный босс», восхищаясь изысканными манерами шеф-повара. Они, конечно, не знали, что манеры эти были такими же фальшивыми, как и волосы у него на голове.

Едва выключались камеры, он вновь становился агрессивным гадом, ворующим рецепты у своих работников. Лив продержалась на его кухне целый год в основном потому, что умела игнорировать напыщенных позеров. Кто бы мог подумать, что ее бунтарское подростковое прошлое с нарушением правил и сопротивлением властям однажды поможет ей в карьере?

По слухам, сегодняшний заказчик суперкекса владел несколькими ночными клубами. Лив не знала, кто он, да и не могла знать: она не любила ночные клубы. Там слишком много людей. А людей она тоже не любила.

Внезапно ее сокамерница… в смысле, сотрудница, кондитер Рия Сингх, похлопала ее по спине.

– Разве твой талант не стоит тысячи долларов?

– Я считаю, мой талант стоит дороже. Просто не думаю, что столько должен стоить один долбаный кекс. Каждому, кто его заказывает, следовало бы немедленно выписывать чек в помощь голодающим.

– Начиная с Ройса.

От него дождешься. Такие люди, как Ройс, не жертвуют деньги на благотворительность. Они копят, хвастаются ими. Покупают своим детям поступление в элитные колледжи. Ройсу предстоит заработать еще больше. Через месяц выйдет его первая книга «Кухонный босс», полная украденных им рецептов. Один из рецептов принадлежал Лив – пахлава с гранатом и натуральным медом.

– Никак не пойму, почему бы тебе просто не уйти и не принять предложение сестры, – сказала Рия. – Могла бы навсегда освободиться от этого места. Мы, все остальные, вынуждены тут работать, потому что у нас нет другого выбора.

Сестра Лив, Тея, уже раз десять предлагала ей деньги на открытие своего дела. Тея была замужем за бейсболистом Высшей лиги, с соответствующими гонорарами. Но никто, в том числе сама Тея, не понимал, что Лив не желает строить успех на чужих деньгах. Захоти она, могла бы просто позвонить своему богатому отцу и наконец согласиться на его бесконечные попытки купить себе дорогу обратно в ее жизнь. Она не хотела брать его деньги.

И вообще Лив слишком много работала и слишком многое преодолела, чтобы теперь выбрать самое легкое решение. Она чувствовала в себе и азарт, и талант, чтобы добиться успеха самой, и планировала так и сделать. Если она продержится здесь еще год, то получит билет в кулинарную профессию, потому что все знают: если ты смог выжить у Ройса, сможешь справиться с чем угодно. Каждый день был как битва, но Лив слишком усердно работала, чтобы рискнуть своей карьерой, подсыпав ему в смузи крысиный яд.

О чем она, конечно, никогда не помышляла.

Джессика Саммерс, юная хостес, начавшая здесь работать всего месяц назад, подошла к стойке и уставилась на кекс.

– Это он? – благоговейно прошептала она.

– Ага, – кивнула Лив.

– В мои смены его еще никто не заказывал. Что, правда можно есть золото? – Она наклонилась поближе, чтобы рассмотреть хорошенько. – Какой у него вкус?

– Чистого пафоса.

Джессика подняла глаза.

– Вкусно?

– Так думают богачи.

Двери распахнулись, и в кухню ворвался Ройс. Все затаили дыхание. На нем была его стандартная униформа – сшитый на заказ костюм, белоснежная рубашка с тремя расстегнутыми пуговицами, открывающая волосы на груди, и кожаное ожерелье, которое, по его словам, ему презентовало какое-то местное племя, но Лив могла поспорить, что он купил его за копейки в этнической лавке.

– Оливия! – рявкнул Ройс. Он никогда не называл ее Лив, как все остальные. Видимо, желая показать власть.

Джессика вздрогнула, порозовела и опустила глаза, когда подошел Ройс. Бедняжка. Она не протянет здесь долго, если ее пугает даже звук его голоса. Ей нужно научиться отвечать ему тем же тоном.

– Кекс будет готов вовремя? – прорычал Ройс.

– Разве я когда-нибудь опаздывала?

Ройс побагровел. Затем окинул ее взглядом и покачал головой.

– Приведи себя в порядок, прежде чем мы выйдем.

Мало того что ей приходится готовить эти осыпанные золотом чудовища, она еще должна следовать за Его светлостью, чтобы доставить «Султан» на стол заказчика. Ройс обожал шоу.

Лив глянула на свою поварскую куртку. На животе пятно от шоколада. Неизбежность в ее работе. Ройс щелкнул пальцами и сказал Рие:

– Отдай ей свою куртку. Живо.

В мгновение перед Лив появилась чистая куртка. Ответив подруге виноватым взглядом, она сняла свою и передала ей взамен.

– Возвращайся к работе, – приказал Ройс Рие.

Он метнулся обратно к дверям, и Джессика шумно перевела дыхание. Лив показалось, что в глазах девушки стояли слезы. Да, так она долго не продержится. Надо будет помочь Джессике найти другую работу, пока у нее не случился нервный срыв.

Или пока Лив все-таки не подсыплет ему в смузи крысиный яд.

Лив осторожно подняла поднос с кексом. Ройс дожидался ее у дверей. Она постаралась не закатить глаза, когда он рявкнул:

– Не урони!

Будто она когда-нибудь роняла.

Едва они вышли в зал, как Ройс преобразился в добродушного парня, которого все знали и любили по сериалу. За ним следовал взволнованный шепот, и он вовсю наслаждался вниманием, направо и налево рассылая воздушные поцелуи и приветственные жесты. Телефонные камеры запечатлевали каждый его шаг, а позади выступала Лив, делая вид, что гордится своим позолоченным десертом. Она держала поднос высоко в правой руке, приклеив на лицо улыбку и скрывая, как сильно ей хочется, чтобы Ройса сейчас охватило пламя. Она проследовала за ним до ВИП-секции ресторана, где красная бархатная веревка отделяла избранных от простых смертных.

Конечно, Лив подождала, пока Ройс подойдет к столу первым. Это было его шоу. Стоя в десяти шагах от стола, при тусклом свете Лив видела двух человек – широкоплечего мужчину в модном пиджаке и женщину с блестящими волосами и умным взглядом. Кем бы ни был этот чувак, он отнесся к свиданию серьезно: на их тарелках лежали остатки стейка, лобстера и трюфельного паштета.

– Друзья! – провозгласил Ройс своим лучшим телевизионным голосом. – Я представляю вам кекс «Султан»!

Мужчина обернулся и… о черт, Лив его знала. Как его? Майк? Нет, Мак. Бред Мак? Брейден. Брейден Мак. Приятель ее зятя Гевина. Тот самый тип, который втянул Гевина в какой-то чудной книжный клуб для мужчин, чтобы помочь тому наладить отношения с Теей. Что более важно – это тот самый придурок, который слопал ее китайскую лапшу во время их первой встречи. Она тогда так предвкушала, как съест эту лапшу!.. Каким человеком надо быть, чтобы сожрать чужой ло-мейн? Очевидно, таким, какой способен спустить тысячу баксов на кекс.

Мужчина встал и протянул руку.

– Ройс. Рад снова тебя видеть.

Ну, конечно. Он еще и знаком с ее боссом. Разумеется, парень, который тратит месячный заработок обычного человека на один-единственный ужин, вертится в тех же кругах, что и Ройс Престон.

Они обменялись рукопожатием и сделали излюбленный мужской жест, когда они как бы наполовину обнимаются, наполовину стучат по плечу.

– Я не знал, что ты будешь здесь сегодня. Мне придется поговорить об этом с нашей хостес.

О нет. Бедная Джессика. Может, Лив успеет ее предупредить, пока он не разорвал ее на куски.

– Познакомьтесь. Гретхен Уинтроп, – сказал Мак, указывая на свою даму галантным жестом. – Она адвокат.

– Адвокат, да?

Женщина протянула руку для рукопожатия. Но Ройс поднес ее к губам и поцеловал.

– Красивая, да еще и умная, – пропел Ройс. – Рад знакомству.

Лив поморщилась.

Женщина осторожно убрала руку.

– Взаимно.

Только она не казалась искренней, чем сразу покорила сердце Лив. Такая женщина слишком умна для этих парней.

– Как бизнес? – спросил Ройс, когда Мак вернулся на свое место.

– Отлично, – сказал Мак. – Только что подписал бумаги на новостройку в старой промышленной зоне.

– Так это был ты?

– Это был я.

– А я присматривался к тому зданию.

Мак развел руками с притворно виноватым видом.

– Прости. На этот раз подумываю о ресторане.

– О, расширяешь империю? – сказал Ройс. – Молодец. Давай как-нибудь пообщаемся и подумаем, сможем ли мы поработать вместе.

Со всеми богатыми мужчинами, заходившими в «Савой», Ройс считал нужным заводить туманные разговоры о возможном сотрудничестве. Только доводить дело до конца он не собирался. Ройс не станет делиться богатством и вниманием ни с кем.

– Извините, что прерываю, – вдруг сказала Гретхен. – Как-то неловко, что девушка все стоит там с подносом в руке. Его можно хотя бы куда-то поставить?

Ройс бросил на Лив обманчиво рассеянный взгляд, в котором на самом деле кипела ярость. Его левая бровь едва заметно дернулась. Однако он тут же расплылся в широчайшей улыбке.

– Конечно. Оливия, поставь, пожалуйста.

Лив подошла к Гретхен и опустила поднос на уровень ее глаз. Она повернула голову так, чтобы Мак не видел ее лица, хотя он, вероятно, все равно ее не узнал бы. Поварской колпак полностью скрывает ее кудри, и Мак вряд ли успел хорошо ее рассмотреть, пока ел лапшу.

– «Султан» – наш фирменный десерт, в котором соединились шоколад из двенадцати разных стран, – стал объяснять Ройс. – С желе из шампанского и украшением из съедобного золота, он подается с золотой ложечкой и шариком мороженого, ароматизированного угандийской ванилью.

– Ух ты, – произнесла Гретхен достаточно язвительно, чтобы Лив мысленно записала ее в лучшие подруги. – Даже есть страшно.

– Как насчет фотографии? – предложил Ройс, вставая за стулом Гретхен, чтобы позировать.

Лив мечтала, чтобы хоть раз кто-то отказался от фотографии. И, чудо из чудес, сегодня был тот самый день.

– О… спасибо, не нужно, – сказала Гретхен, и где-то запели ангелы. Лив беззвучно прокричала: «Ты мой новый лучший друг!»

Ройс опять дернул бровью. Женщина не только отказалась от фотографии, но сделала это на глазах у его подчиненной. О, его гнев сегодня будет страшен. Но определенно, ситуация того стоила.

Лив уже хотела поставить кекс на стол, как вдруг…

– Эй! Я тебя знаю. – Мак подался вперед, всматриваясь в ее лицо. – Ты сестра Теи! – И, не дожидаясь ответа, сказал свой спутнице: – Надо же! Понятия не имел, что она здесь работает. Я ведь рассказывал тебе про Гевина? Это сестра его жены.

– Рада знакомству, – сказала Гретхен. – Я пожала бы вам руку, но у вас руки заняты. Кекс выглядит восхитительно. Спасибо.

Лив улыбнулась.

– Приятно с вами познакомиться.

Ройс кашлянул. Вот черт, ей ведь запрещено говорить с гостями. Дело плохо. За это она позже поплатится.

– Клянусь, я не знал, что ты здесь работаешь, – продолжал Мак, ничего не замечая. – Гевин только говорил, что ты работаешь в ресторане в центре города.

– Оливия работает у меня уже несколько месяцев, – вставил Ройс, не желая оставаться в стороне от их разговора.

– Год, – тихо поправила Лив.

Ройс снова кашлянул. Тихо. Жестко. Со смертельной угрозой.

Мак внезапно вскочил.

– Мы должны сфотографироваться! Я отправлю снимок Гевину.

Лив бросила взгляд на Ройса, чья натянутая улыбка показывала, что он не в восторге от того, что его затмевают. Он не желал ни с кем делить объектив фотокамеры.

– Спасибо, – твердо сказала Лив. – Но я предпочла бы остаться за кадром.

– Ни за что! – возразил Мак. – Ты должна получить признание за свою работу.

Лив представила, как голова Ройса буквально взрывается вместе с его париком. Но его шоуменская натура не позволила ему демонстрировать что-либо, кроме улыбки.

– Совершенно верно! – сказал он. – Оливия, пожалуйста.

Расплата неминуема. Неважно, что она ни в чем не виновата.

– Погоди, – сказал Мак. – Ты как предпочитаешь, чтобы тебя звали, Лив или Оливия? Кажется, Гевин всегда называл тебя Лив.

– Вообще-то я и предпочитаю Лив. Но Ройс зовет меня Оливией.

– Почему?

Лив посмотрела на босса.

– Да, Ройс. Почему?

Фальшивая улыбка Ройса стала настолько холодной, что Лив послышался треск льда.

Мак пожал плечами и сунул свой телефон в руку Ройса.

Лив в изумлении раскрыла рот. Он… он просит Ройса их сфотографировать? Никто так не поступал с Ройсом. Никогда. Никто. О господи, только не засмейся. Только не засмейся. Если он это заметит, он утопит ее в тесте для кекса.

Ройс кивнул, все еще улыбаясь, но Лив знала эту улыбку. Он прячет кипящую ярость, которую непременно высвободит позже с потоком летящей слюны и брани в духе «Я видел куски баранины умнее тебя!..». Но что могла поделать Лив? Стукнуть Мака по голове подносом и убежать?

Заманчивая идея, кстати.

Мак обогнул стол и встал рядом с Лив. Он вскинул руку, чтобы обнять ее за плечи и…

Поднос подпрыгнул в ее руках. Она попыталась удержать его другой рукой, но не успела.

Время замедлилось. Кекс скользнул к краю подноса. На миг он там замер, качнулся, как автомобиль в кино, прежде чем свалиться с края обрыва…

Вся карьера Лив прошла перед ее глазами. Она успела представить себе все способы, которыми можно убить за это Брейдена Мака. Успела произнести:

– Чеееерт…

И гравитация сделала свое дело.

Кекс плюхнулся на колени Гретхен.

– Боже мой, мне так жаль! – Лив присела на корточки рядом со стулом Гретхен, пытаясь отчистить ее платье.

– Ничего страшного, – сказала Гретхен. Она подняла руки и растопырила пальцы, вымазанные глазурью и кремом.

– Это моя вина, – сказал Мак. – Я выбил поднос у нее из руки.

– Оливия, иди на кухню, – рявкнул Ройс. – Мы приготовим для вас новый.

– В этом нет необходимости, – сказала Гретхен, перекладывая куски кекса со своих испачканных шоколадом коленей на тарелку.

– Могу я помочь вам навести порядок? – спросила Лив. – Пожалуйста. Позвольте…

Ройс перебил ее:

– Разумеется, ваш ужин сегодня за наш счет.

Лив простонала.

– И позвольте мне возместить расходы на чистку вашего платья.

– В этом нет необходимости, – снова сказала Гретхен. – С каждым может случиться.

– Это моя вина, – снова сказал Мак.

– У меня прекрасно вышколенный персонал, – сказал Ройс. – К сожалению, сегодня они допустили ошибку. Мы все исправим.

– Ничего не надо исправлять, – мягко сказала Гретхен. – Это случайность.

– Мы пришлем человека, чтобы немедленно навести порядок.

– Мне очень жаль, – снова сказала Лив, обращаясь к Гретхен.

– Иди, Оливия.

Лив метнула в Мака убийственный взгляд и взяла свой поднос. Она развернулась на каблуках и, не оглядываясь, быстро пошла в сторону кухни. Лив прикинула, что у нее есть примерно девяносто секунд форы, пока не придет Ройс. Может, успеет немного остыть.

Лив направилась прямиком в раздевалку. Стянув с головы колпак, опустилась на скамейку перед своим шкафчиком. Вбежала Рия.

– Что случилось? – спросила она, снимая с себя куртку Лив.

– Тебе лучше со мной даже рядом не стоять.

– Вот черт, почему?

– Я его уронила!

Рия ахнула.

– О, Лив…

Они обе вздрогнули, услышав, как снаружи хлопнула дверь.

– Оливия!!!

Лив взяла себя в руки. Она поднялась, когда Ройс ворвался в раздевалку. Он трясся с головы до ног, а его морда покраснела, как лобстер в кипятке.

– Ты, – указал он пальцем на Рию. – Вон отсюда.

Прежде чем уйти, Рия сочувственно сжала руку Лив.

Ройс указал пальцем на Лив.

– Мой кабинет. Через двадцать минут. – Затем он выскочил обратно, крича при этом: – Найдите мне Джессику!

Черт! Черт! Черт!

Мак пошел было за Лив, чтобы еще раз извиниться, но потом вспомнил о Гретхен. Он обернулся и увидел, что та вытирает руки салфеткой.

– Ты в порядке? – спросил он, присев рядом с ее стулом.

– Брейден, на меня упал кекс. Не бомба.

– Да, но я не так представлял себе окончание вечера.

– Я больше беспокоюсь о том, чем окончится этот вечер для твоей подруги Лив.

– Она мне не подруга.

Гретхен нахмурила брови. Мак поспешил уточнить:

– В смысле, я ее почти не знаю. Но, конечно, я надеюсь, что у нее не будет из-за этого проблем.

Гретхен приподнялась.

– Я отойду в туалет, приведу себя в порядок.

– Да. Конечно.

Мак встал и протянул ей руку, помогая подняться. Масштаб повреждений стал ясен, когда она вышла из-за стола. Коричневое пятно расплылось по светло-зеленому шелку. Он достаточно много знал о тонких тканях, чтобы понять, что платье безнадежно испорчено.

Мак снял пиджак.

– Не хочешь прикрыть этим?

Она улыбнулась, но покачала головой.

– Пожалуй, только привлечет внимание.

Мак проводил ее взглядом и снова сел. Ну, отлично. Просто класс. А как все хорошо шло!

Подошли два официанта, одетые во все черное, с пластиковыми тазами и мокрыми тряпками. Тихо извинившись за беспорядок, они начали собирать остатки кекса с пола и стула Гретхен.

Мак отступил в сторону, чтобы им не мешать, и тихонько кашлянул.

– Вы не знаете, девушка, которая готовила кекс… у нее теперь неприятности?

Юноши нервно переглянулись и словно молчаливо обменялись мыслями. Один из них пожал плечами и покачал головой.

– Мы ничего об этом не знаем.

Когда они ушли, Мак бросил на стол пару двадцаток. То, что они с Гретхен получили ужин бесплатно, не значит, что персонал должен остаться без чаевых.

Через несколько минут Гретхен вернулась к столу. На месте шоколадной глазури теперь было мокрое пятно.

– Ты готова идти? – спросил Мак. – Мы можем заехать к тебе, чтобы ты переоделась, а потом…

– Мак, – перебила она. – Сколько стоил этот кекс?

Вот дерьмо. Он еще не слышал от нее такого серьезного тона.

– Почему ты спрашиваешь?

– Потому что одна женщина в туалете сказала, что «Султан» стоит тысячу долларов. Это правда?

Мак почувствовал себя так, словно выходит на минное поле. Он сделал осторожный шажок:

– Я хотел показать тебе «Савой» в полном блеске.

Гретхен начала обмахиваться рукой, как будто близка к обмороку.

– Боже мой, – выдохнула она. – Ты собирался потратить тысячу долларов на кекс?

– Все говорят, что он того стоит.

– Никакой кекс не стоит тысячи долларов!

Он выдавил улыбку и попытался не обращать внимания на взгляды от соседних столиков.

– Тогда хорошо, что нам не пришлось за него платить, правда?

Ой. Наступил на мину. Гретхен взяла сумочку, и в ее движениях сквозила такая окончательная решимость, что Мак покрылся холодным потом.

Он поднялся вслед за ней.

– Прости, если все это было чересчур. Я только хотел устроить идеальный вечер.

Гретхен покачала головой.

– Мне пора.

Мак поспешил за ней к выходу. На этот раз она определенно уходила.

– Гретхен, подожди. – Он догнал ее на лестнице. – Ты хочешь поехать домой и переодеться?

Она улыбнулась, но покачала головой.

– Я вызову «Убер».

Мак двинулся вперед, чтобы открыть ей дверь. Затем зашагал рядом по улице.

– Позволь мне отвезти тебя домой. Я не хочу, чтобы сегодняшний вечер так закончился.

Она обернулась и положила руку ему на плечо.

– Давай начистоту.

Ее тон не сулил ничего хорошего. Кажется, таким тоном говорят, когда собираются кого-то бросить. Хотя наверняка Мак не знал, потому что его никогда не бросали.

– Мы хорошо провели время.

– Мне тоже понравилось.

– Но, видимо, я не очень хорошо тебя знаю, – закончила она.

Это поставило его в тупик. Он дважды открыл и закрыл рот, прежде чем ответить.

– Меня? Да что тут знать? Я – Мак. Я открытая книга.

– Вообще-то нет.

– А что ты хочешь узнать?

Гретхен пожала плечами.

– Я знаю о твоем бизнесе, о твоей машине, но ничего о тебе самом. Мы все время говорили обо мне, но когда я спрашиваю о твоей жизни что-нибудь, кроме самых поверхностных вещей, ты закрываешься, как устрица.

– Неправда. Просто я хочу узнать больше о тебе.

– Ты проявил больше эмоций в общении с Лив за пять минут, пока она стояла там с этим кексом, чем со мной за три месяца.

Он умолк, обдумывая это неожиданное заявление.

Гретхен посмотрела на свой телефон.

– Мой водитель уже подъезжает.

– Я читаю любовные романы! – выпалил он.

Гретхен подняла на него взгляд.

– Ты… ты читаешь любовные романы? – удивилась она.

– Да. Я член мужского книжного клуба и вместе с другими парнями тайно читаю любовные романы.

– Хм… ладно.

– Ты сказала, что хочешь что-нибудь узнать обо мне. Это – что-нибудь.

Она приподняла брови.

– Несомненно. И даже многое объясняет.

– Что ты имеешь в виду?

– Изысканные ужины, дорогие вина, нескончаемые букеты цветов. – Она сунула сумочку под мышку.

– И что?

– Все так идеально.

– Идеально – это плохо?

Господи, и чего все вдруг так ополчились против идеального?

– Если в этом нет искренности.

Она посмотрела на дорогу, высматривая свое такси.

– Гретхен, подожди. Почему ты думаешь, что в этом нет искренности?

Она снова повернулась к нему.

– Слушай, теперь я начинаю понимать. Секс был потрясающий, и, честно говоря, это одна из причин, по которой я медлила с тобой расстаться. Каждый раз просто супер. У меня было ощущение, что ты читал учебник по женскому оргазму.

Да, читал. Все, что он знал о сексе, о том, как доставить женщине удовольствие, он получил из книг. Никто раньше не высказывал претензий. Он гордился, что ни одна женщина не покидала его постели неудовлетворенной.

– А что, черт возьми, здесь плохого?

Машина подъехала. Гретхен открыла заднюю дверь и обернулась.

– Женщинам надоедает чувствовать себя так, будто их обрабатывают согласно какой-то сексуальной инструкции. Рано или поздно нам начинает хотеться чего-то настоящего.

Мак взялся руками за голову. Быть того не может…

– Ты умеешь обхаживать женщин, Мак. Только ты не из тех, кто понимает, что значит быть с женщиной.

Она села в машину, не дав ему возможности ответить.

Хотя что он мог ответить? Она говорила примерно то же самое, что вчера сказал Гевин.

Мак смотрел, как задние фары ее машины вливаются в автомобильный поток. Что, черт возьми, сейчас произошло?

Дэл выиграл пятьсот долбаных долларов. Вот что произошло.

Глава третья

– Если я не выйду оттуда живой, пусть он останется у тебя.

Лив протянула Рие свой любимый венчик. Та приняла его, не говоря банальностей, к которым люди склонны в подобной ситуации, за что Лив очень ценила подругу. Все знали, что стоит за вызовом в кабинет Ройса. Даже если она не потеряет работу, место в списке врагов Ройса гарантировано. Так что в любом случае ее жизнь превратится в ад. Она будет выходить в худшие смены (как будто в «Савой» бывают лучшие), получать самые трудные задания и выслушивать бесконечные потоки оскорблений. Ее усердный труд, все, что ей пришлось вытерпеть за год, пошли псу под хвост.

И все из-за Брейдена Мака.

Лив сжала губы. Пожалуй, его несправедливо винить, но ведь ничего этого не случилось бы, не закажи он чертов кекс. Поэтому он должен принять на себя вину хоть за что-нибудь.

Рия коротко обняла Лив.

– Удачи.

– Ты же знаешь, это не поможет.

– Да, но не говорить же тебе, как я рада, что это случилось с тобой, а не со мной. Не обижайся.

– Не обижаюсь.

Лив на ее месте чувствовала бы то же самое. В «Савой» каждый сам за себя, даже друзья.

Лив поднялась на лифте на третий этаж, где находился офис администрации. Дверцы разъехались, явив ей длинный темный зал, как мрачное предзнаменование. Большинство менеджеров ушли несколько часов назад, и их кабинки светились призрачным голубоватым светом от мониторов их компьютеров. За год, что Лив проработала в «Савой», она поднималась сюда только дважды. В первый раз – когда ее наняли и ей пришлось заполнять кучу документов и подписывать договор о неразглашении. Тогда это казалось пустой формальностью, но теперь она поняла, почему нужен такой договор. Единственный способ, которым Ройс мог защитить свой идеальный образ, это связать языки бывшим работникам.

Во второй раз она приходила сюда на обязательный тренинг политкорректности для всего кухонного персонала. Тренинг длился час и стал самым трудным испытанием для ее терпения.

Слышали люди, проводившие тренинг, как Ройс ведет себя на кухне? Сотрудники отдела кадров либо пребывали в неведении, либо все до одного были жуткими лицемерами.

Кабинет Ройса находился в конце зала и окнами выходил на шумную улицу. Два других раза, когда она здесь была, она видела интерьер через стеклянную стену от пола до потолка, которую, как она подозревала, Ройс установил, чтобы хвастаться роскошной мебелью и заставлять сотрудников в кабинках чувствовать себя полным дерьмом. Сегодня все жалюзи на стеклянной стене были опущены.

Лив подошла ближе. Лучше покончить с этим поскорее. Что бы ее ни ждало, она справится. Дверь кабинета была прикрыта неплотно, и узкая щель пропускала полоску света.

Лив хотела постучать, но, услышав приглушенные голоса, замерла с поднятым кулаком.

– Пожалуйста, Ройс. Прости. Я не знала, что должна была сообщить тебе о его приходе.

Бога ради. Он до сих пор выговаривает бедной Джессике?

– Тебе нравится твоя работа? – спросил он.

– Д-да.

– И ты хочешь ее сохранить?

– Да, но не так. Пожалуйста.

Под мышками Лив выступил холодный пот. Что там творится? Она тихо шагнула влево, чтобы ее не было видно через щель, и подставила ухо, прислушиваясь.

– Мне нужно вернуться на рабочее место, – сказала Джессика.

– Твоя смена закончилась, дорогая.

– Но мне еще нужно кое-что сделать.

– Ты хостес. Что тебе нужно делать?

– Мне… м-мне нужно найти свой табель и…

– Если хочешь сохранить свою работу, ты знаешь, что делать.

От ярости у Лив перехватило дыхание. Но нерешительность овладела ее мыслями. Она не может уйти – никогда не простит себе, если оставит бедную девушку справляться с этим одной. Однако столкновение с Ройсом определенно означает конец ее карьеры. Он не просто ее уволит. Он сделает так, чтобы она больше никогда не работала в ресторанной индустрии.

– Ройс, нет, – вдруг взмолилась Джессика.

Лив перестала дышать. Что там происходит? Да кого она обманывает? Она точно знает, что там происходит, и похоже, что для Ройса это далеко не в первый раз.

– Я мог бы помочь твоей карьере, – проговорил Ройс масляным голосом.

Лив чуть не стошнило, когда она представила, что он имеет в виду.

– Пожалуйста, Ройс. Мне нужно идти.

– Тебе неинтересно учиться… новому?

– Я хочу лишь выполнять свою работу.

– А я думаю, ты хочешь большего.

Раздался шорох. Шарканье ног по ковру. И шепот, которого она не могла разобрать.

– Пожалуйста, перестань, – взмолилась Джессика.

Лив распахнула дверь как раз вовремя, чтобы увидеть, как Ройс прижимает свой рот к губам Джессики.

– Убери от нее свои мерзкие грабли, козел!

Джессика, ахнув, выскользнула из его рук. Она сделала два шага назад и ударилась о край стола. Стоявшая там рамка с фотографией его жены упала. Ройс резко обернулся и…

– О господи, спрячь это!

Лив закрыла глаза руками, но на сетчатке остался выжженный образ, которого она никогда не забудет. Брюки Ройса были расстегнуты, его сморщенный пенис болтался снаружи.

О боже. Теперь мне понадобится психотерапия.

Она опустила руки и посмотрела на Джессику.

– Уходи. Скорее уходи отсюда. Я все слышала и помогу тебе подать заявление.

Джессика заморгала.

– З-заявление?

Ройс неторопливо спрятал свое хозяйство и застегнул молнию на штанах.

– Это не твое дело, Оливия. Выйди из кабинета и приходи, когда я тебе велел.

– Я и пришла, когда ты велел. К счастью для Джессики, ты, видно, не умеешь определять время. – Лив повернулась к Джессике: – В отделе кадров есть экстренная линия для чрезвычайных ситуаций. – Лив прищурилась, глянув на Ройса. – Ему это не сойдет с рук. Хотя что-то мне подсказывает, сходило уже много раз.

Ройс приблизился, медленно и угрожающе.

– Я предлагаю тебе сейчас же уйти.

– Хрен тебе, кобель. Скольких женщин ты заставил это сделать?

– Поосторожнее, Оливия, – усмехнулся он.

– Пойдем, Джессика, – сказала Лив, отходя к двери.

– Нет.

Слово прозвучало так тихо, так неохотно, что Лив и Ройс даже переспросили хором:

– Что?

– Т-ты не так поняла… – лепетала Джессика, поправляя рубашку. – Это недоразумение. Я… просто случайно вошла, когда он…

– Выходил из туалета, – закончил Ройс.

– Тут не о чем сообщать, – хрипло проговорила Джессика.

Лив таращилась на нее, не веря своим глазам.

– Ты серьезно?

– Все нормально. Пожалуйста…

– Джессика, я все слышала. Господи, да я все видела! Он тебя домогался. Это нельзя так оставить.

– Нет, все в порядке. Я не пострадала. Пожалуйста, забудь…

– Он не остановится! Кто знает, скольких женщин он домогался до или будет домогаться после тебя?

– Ну все, – прошипел Ройс. – Я думал позволить тебе умолять меня, хотел сохранить тебе работу после того, как ты так облажалась, потому что, несмотря на твой дерьмовый характер, ты неплохой шеф-кондитер, но теперь тебе конец. Ты уволена.

– Нет! – вскрикнула Джессика. – Ройс, пожалуйста.

Ройс подошел к столу, снял трубку и нажал кнопку:

– Живо в мой кабинет.

– Пожалуйста, Ройс, – умоляла Джессика, хватая его за руку.

Он так сильно дернул плечом, что девушка отшатнулась.

Она посмотрела на Лив.

– Мне очень жаль. Прости, что так получилось.

– Это не твоя вина, Джессика.

– Мне очень нужна эта работа, – жалобно сказала она. – Извини. Только не говори никому.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.