# Геласий

Владимир Шорохов

В вечном городе Негасимый, где проживали улучшенные люди, совершено преступление и убийцей оказался терпилоид, который по карте рождения не мог этого сделать. Следствие возглавил Кир. Ему стало известно, что погибшим оказался натуральный человек, вид которого считался давно вымершим. Пропустив гимн блаженства, Кир совместно с Миленой (старателем), покинул город-инкубатор и отправился в пустошь. Командировка должна была быть легкой, как считал Кир, но им на хвост сел боевой дрон, существовавший ещё во времена людей. Почему наличие натурального человека стало опасным для вечного города? Это только один из множества вопросов, который задал себе Кир, умирая в пустоши, но…

## Серия «В поисках натурального человека»

1 книга «Геласий»

2 книга «Кир»

3 книга «Милена»


Другие книги автора

## 1. Убийство

Яков был встревожен тем, что его друг не появился в ресторане, где они договаривались встретиться.

– Что-то не так! – сказал и быстрым шагом направился в сторону монорельса, хотел уехать из центра развлечений.

Был выходной. Народу было полно. Все смеялись, прыгали и обнимались, как дети. Он не понимал их радости, но это его не касалось. Удалялся от центра как можно дальше, там опасно было оставаться.

– Зарги? – Яков окликнул мужчину, что шел впереди.

– Ты? Как я думал…

– Идем, есть вопросы.

Это тот самый человек, с которым должен был встретиться. И вот он его увидел. Зарги посмотрел по сторонам, словно боялся, что его заметят.

– Что-то произошло? – спросил Яков и подошел поближе к мужчине.

– Да, – сказал Зарги. – Извини, мой друг, но так надо.

Яков услышал гудение, а после что-то обожгло ему грудь. Он отпустил мужчину и посмотрел вниз. Зарги сделал шаг назад, из его рук выпал плазменный нож, который тут же погас.

– Но… – Яков хотел что-то сказать, но почувствовал, как в легких забулькало. Поднял голову, но его друга уже не было.

Люди продолжали плясать и смеяться. Даже то, что среди них упал человек, не дало им повода остановиться и поинтересоваться, что случилось. Город растянулся на несколько сотен километров. Все ликовали. Наступил праздник воды. Это означало, что через неделю пойдут дожди, которые будут лить не один месяц.


* * *


Кир возвращался домой в надежде, что успеет пойти с женой на площадь и испытать блаженство, когда они будут петь гимн счастья. Звонок прервал его от мыслей.

– Все отменяется, тебя вызывают в участок, – сказал дежурный.

– Что ты несешь, я же…

– Это приказ, срочно!

Кир не любил этого слова, но вынужден был подчиниться.

– Что случилось?

Его редко вызывали, несмотря на то, что он уже второй десяток работал в полиции. От той полиции, что была сотню лет назад, ничего не осталось. После того как стали внедрять обязательный контроль за эмоциями и программу улучшения, преступность испарилась, словно ее никогда и не было. Я слышал рассказы своего деда, как тот в свое время участвовал в забастовках полицейских, требуя вернуть обратно преступность. Нет убийств, нет грабежей, воровства – это мир, в котором жил Кир. Эту эпоху называли раем. «Да, наверно, так и есть», – думал он, смотря, как люди ликуют.

– Доложи!

– В секторе С3-87-30 произошло убийство.

Кир остановился. Ему показалось, что ослышался и переспросил.

– Повтори.

– Убийство в секторе С3-87-30, вы направляетесь туда. Приказ ясен?

– Да, – коротко ответил он и, отключившись, пошел спускаться, чтобы как можно быстрее добраться до сектора.

Даже тут, в метро, слышал музыку и видел эти счастливые лица. Расстроился, что не увидел жену, но его срочно вызвали, значит, это не розыгрыш.

Весь город состоял из трех границ. Центр города делился на три кольца. В Его основании располагался центр развлечений. Чего тут только не было: парки, бассейны, магазины, кафе и рестораны. Далее шло кольцо офисных секторов, а за ним спальные блоки, которые, в свою очередь, подразделялись на сектора. Каждый сектор имел букву. В блоке было 100 районов, а в районе 100 домов. Поэтому Кир прекрасно знал, куда ему направляться – в С3-87-30.

Далее за центральным городом шло кольцо шириной в 150 километров. В него входили поля, сады, фабрики мяса. Тут никто не жил. Это пищевое кольцо, так иногда его называли. Последнее кольцо – это промышленная зона. Здесь располагались заводы и фабрики, выпускающие всю необходимую продукцию для города.

А дальше шло забытье. Да, именно так и называли: забытье, поскольку никто толком не знал, что там дальше. Пески, камни, высохшие русла рек, старые, уже развалившиеся дороги и здания. Там ничего не было.

Кир, когда учился в школе, хотел выяснить. Даже с друзьями пару раз устраивал вылазки за третье кольцо. Но к вечеру, уставшие и обезвоженные, они возвращались обратно и получали нагоняй от полицейских.

– Ты никогда не задумывался над тем, что там? – когда закончил академию, спросил у своего друга Влада. В учебниках все было сжато, будто взяли и вырвали страницу из прошлого.

– Говорят, болезни заставили покинуть те земли.

– Нет, – сказал Кир, – это ведь была война.

– С кем?

– С южанами.

– Не верю.

– Но ведь именно это и написано в книгах.

А потом Кир потерял интерес к тайне. Ему было и тут хорошо, а после обновления тела, забыл свои детские мечты узнать, что там, за горизонтом.

Кир добрался до сектора С3-87-30. Идеально ровные дома, словно кубы, уходили в небо.

– Долго, капитан, долго, – увидев его, сказал начальник подразделения.

«Не к добру, если он тут», – подумал Кир и, пожав руку Хромову, спросил:

– Что произошло?

– На, подпиши, – тут же появился лейтенант и протянул Киру планшет с документом.

– Что это?

– О неразглашении, – пояснил начальник, – заканчивай быстрей и пошли.

Кир только успел прочитать: расписка о неразглашении… Быстро подписав документ, отдал его лейтенанту.

– Слушаю.

– Это убийство.

– Но…

– Не перебивай, слушай. Убийство, ты ведешь расследование. Никого в помощь не дам, дело надо срочно раскрыть, а у тебя нюх, как у борзой.

Эту кличку Кир получил еще десять лет назад, когда раскрыл несколько преступлений подряд. Просто дети где-то нашли старые книги, начитались и решили ограбить лавку сладостей. Он нашел все книги, которые впоследствии были изъяты.

– Хорошо, – сказал Кир и направился к закрытой зоне, где уже была установлена палатка.

Робот, стоявший у входа, пропустил инспектора, Кир зашел внутрь. Тут никого не было, только он и труп человека, что лежал на земле. Кровь еще не засохла. Он впервые видел мертвое тело, от увиденного стало не по себе.

– Как же тебя?

– Плазменным ножом, – услышал Кир голос Хромова. –Лежит в трех метрах от тебя. Необычно, правда?

– Что вы хотите сказать? – Кир стал вспоминать, что проходил в академии по этому поводу. Присел и посмотрел в застывшие от удивления глаза мужчины. – Нападение произошло неожиданно и, по всей вероятности, погибший его знал.

– Почему ты так решил, – спросил начальник и подошел поближе.

– Его лицо не выражает ужаса, удивлен. Нападающий знал, что делал, хотел именно убить.

– Может, случайность?

– Нет, удар в грудь: нож распорол легкие. Если бы случайно, то удар был бы в районе бедер или живота, а так ему пришлось поднять руку, а это неудобно. Еще убийца хотел уйти.

– С чего ты взял?

– Если бы хотел сразу его убить, то увеличил бы длину плазмы, нож этой модели позволяет так сделать. Или мог бы задеть артерию, но убийца рассчитал, – Кир ткнул пальцем на труп, – что он еще какое-то время будет стоять, и это даст ему возможность незаметно уйти.

– Ладно, я оставляю тебя, к утру жду доклада.

– Есть, – сказал он и, даже не поднявшись, продолжил рассматривать брошенный нож.

Кир вызвал криминалиста и уже через час имел полную картину происшедшего, но так и не знал, кто убийца, и главное – причину убийства.

– Милый, я тебя заждалась, скоро зазвучит гимн, – сказала в телефон его любимая Нонна.

– Извини, но я не приду, ты уж одна испытай блаженство.

– Работа?

– Да.

Блаженство – это эйфория, которую все жители города получали одновременно. Ради этого они трудились последние месяцы. На что это похоже? Трудно сказать. Раньше, до эпохи восстановления тела, этого не было. Тела старели и разваливались под болезнями. Но после того как удалось внедрить программу омоложения, все изменилось. Это нельзя назвать массовым психозом, но в момент, когда звучал гимн счастья, все без исключения испытывали блаженство. Кто-то плакал, кто-то кричал и прыгал от радости, а кто-то целовался с совершенно незнакомыми людьми. Это и было блаженство, которое могло длиться не один час. Но его можно было получить только в центральном городе, а тут, в спальном районе Кира, как бы он ни напрягался, не уловит нотки счастья.

## 2. Натуральный человек

Небольшой зал, закрытый со всех сторон стеклом, больше напоминал огромный аквариум, чем кабинет. Данат любил смотреть вниз: там зелень, там жизнь. Здесь было тихо, не то что в городе. Это отдельный закрытый мир. Сюда мог попасть только член избранных, а он как раз был им в третьем поколении.

– Ты уверена? – спросил Данат у женщины, что стояла у самого окна.

– Да, это человек.

– Проклятье. Откуда он взялся?

– Расследование только началось, требуется время.

– Человек, они… – подошел и посмотрел на картину, где был изображен обнаженный мужчина, заключенный в круг. – Они ведь так давно вымерли, я думал, что мы прошли эту стадию развития.

– Эта аномалия встречается все реже и реже. Думаю, не стоит волноваться из-за одного случая.

– Кто ведет расследование?

– Департамент преступлений, но, кажется, они сами не знают, что делают. В их практике это впервые, поэтому все свалили на одного неудачника по имени Кир.

– Решили умыть руки. Классическая тактика. Хорошо, держите меня в курсе дела и подключите группу зачистки.

– Слушаюсь.

Женщина вышла. Тут же вошел, потирая от удовольствия руки, мужчина.

– Все по расписанию.

– Да, блаженство нельзя откладывать, – ответил Данат. – Сколько у нас еще времени?

– Сорок пять минут.

– Хорошо, пойду приведу себя в порядок. Я буду у себя, прошу не беспокоить.

– Да, – сказал мужчина и вышел из кабинета.


* * *


Еще до того, как был разработан метод омоложения, ученые начали экспериментировать с ДНК человека. Сперва родители выбирали пол ребенка, цвет глаз и волос, а после запросы стали увеличиваться. Со временем ученые переключились на людей. Они использовали медикаменты, чтобы восстановить кожу, внутренние органы. Но все это было долгим процессом и не давало стопроцентной гарантии. И тогда стали использовать прототипы органов: специально разработанные клетки на основе ДНК человека, но с рядом изменений. И теперь любой орган можно было восстановить: из старухи сделать юную девушку. Но за все надо платить не только деньгами. Внедренные клетки быстро разрушались, и тело начинало возвращаться в исходное состояние. Вот тогда и были изобретены стимуляторы в виде таблеток, которые позволяли поддерживать тело в молодом состоянии.


* * *


Данат посмотрел на часы. Он был один в своем кабинете, осталось всего несколько секунд. Цифры сменились, и тут его тело вздрогнуло. Он потянулся на цыпочках, будто хотел взлететь. Мышцы напряглись, а на лице появилась блаженная улыбка. Данат получил свою дозу блаженства.


* * *


Кир упустил возможность присоединиться к общему ликованию, но это не страшно: через месяц будет новый праздник, день маскарада. Он уехал в офис, оставив возможность криминалистам заканчивать свои дела. Система мониторинга пыталась отследить всех тех, кто был в момент убийства на площади. На это потребуется время, и Кир знал, что не один человек не выпадет из-под контроля.

– Шеф, – поступил звонок из морга.

– Да, что случилось? – спросил он, просматривая отчеты слежения.

– Думаю, вам надо приехать ко мне.

– Еду.

Я не стал вдаваться в подробности, понял, что лаборатория просто так не вызовет.

– Что? – как только вошел, спросил у Антона.

– Идем, есть что показать.

Мы вошли в стерильную лабораторию. От мужчины, что лежал на площади, мало что осталось. Все его тело было разобрано по запчастям, словно машина.

– Вот, – Антон показал на экран.

– И?

– Это волос жертвы.

Кир смотрел на срез волоса, похожий на большое бревно, и не понимал, на что надо обратить внимание.

– Поясни.

– Секунду. Можно ваш волос?

– На, – Кир взял пальцами и сам вырвал один. – Держи.

Антон тут же поместил его в контейнер, и манипулятор отправил его в гнездо электронного микроскопа.

– Вот это ваш волос, – Кир не увидел большой разницы между своим волосом и волосом жертвы.

– Слушай, давай посерьезней, я ведь не разбираюсь во всем этом.

– Понимаю, вот это измененный геном – он ваш. В нем заложен код корпорации, что разработала ваши волосы, и они обладают авторским правом. А это волос жертвы, он чист, в нем геном открытый, никому не принадлежит. Так я хотел найти код личности, но у жертвы его нет.

– Постой, что значит нет?

Все изменения в теле человека были индивидуальными, и каждая клетка разрабатывалась только под конкретного человека. А значит, если изъять эту клетку, то по коду можно определить, кому она принадлежит.

– Я проверил по другим органам: почки, сердце, глаза. Что бы я ни брал, везде первичный код. ДНК не тронуто, словно перед нами…

– Натуральный человек!

– Верно. Но ведь это же невозможно. Как так?

– Ему не больше тридцати пяти лет, значит, он вырос… Но как? Разве они не вымерли? – произнес следователь и еще раз посмотрел на экран.

Кир знал, что первые изменения в теле человека были не просто прихотью, а методом выживания в тот самый момент, когда человечество висело на волоске. Города разрослись. Чем больше людей становилось, тем больше появлялось болезней. Вирусы распространялись, и ни закрытие границ, ни военное положение не спасали от новых смертей. Были разработаны препараты. Люди приняли их, как дар, что отбросил в прошлое болезни. Сто процентов людей были вакцинированы по несколько раз. Но все оказалось напрасно: теперь инкубационный период болезни протекал десятилетиями. Исход был неминуем.

– Это еще не все, – сказал Антон. – На ручке ножа, которым был убит человек, обнаружены следы видоизмененного ДНК.

– Еще не лучше.

После того как удалось внести изменения в ДНК человека и пресечь болезни, были проведены новые изменения. На это потребовалось время, но благодаря новому шагу удалось сперва понизить, а после совсем аннулировать агрессию. Именно поэтому департамент полиции и потерял свою работу: он существовал в основном на бумаге. И теперь выясняется, что измененный человек вернулся в исходную точку и взялся за оружие.

– Это плохо, – сказал Кир и, посмотрев на Антона, переспросил. – Ты в этом уверен?

– Да, проверил трижды.

– Вычислил, кто это?

– Да, все данные по его коду. Я уже передал.

– Стоп! Но ведь я же веду расследование.

– Таков приказ, я тут ничего не могу поделать.

– Ладно, сбрось мне на консоль все, что тебе удалось узнать. Уже сообщил про натурала?

– Да.

– Другого я и не ожидал. Хорошо, если вдруг что-то новое, сразу звони.

Кир был озадачен дважды. Первое, что есть натуральный человек, которых он считал давно вымершими, как мамонтов. И второе, что измененный – убийца.


* * *


– Мы пытались его отследить, но его пропуск безупречен. Он прекрасно менял свое лицо, наш мониторинг было не обмануть. Думаю, к утру мы выясним, откуда он взялся.

Оператор просмотрел дополнительные данные и ткнул пальцем в экран.

– Был тут и тут. Здесь же был и убийца, они несколько раз пересекались.

Уже давно пропала надобность в тотальном контроле, но программа продолжала работать, собирая данные о каждом жителе города. Кто, когда, где и с кем. Раньше это применялось для рекламы, расчета бюджета той или иной отрасли промышленности для того, чтобы управлять человеком через его же капиталы. Но после того как рухнули города и мир погрузился в хаос, каждый человек стал бесценным.

– Как вычислишь, откуда он взялся, сразу сообщи. И не забывай про секретность.

– Я помню, – ответил оператор и, надев на голову шлем, подключился к компьютеру.

## 3. Чистка памяти

«Натуральный человек, натуральный…» – думал Кир, возвращаясь домой. Устал, голова раскалывалась от мыслей, которые, словно маленькая заноза, не давали спокойно жить.

– Неужели они еще остались?

До сих пор не мог поверить в то, что ему сообщил Антон. На вид люди в городе мало чем отличались от тех, что жили несколько веков назад. Но требование к выживанию изменило начинку, оставив внешность в первоначальном виде. Внутренние органы были индивидуальными: где-то больше легкие, где-то поджелудочная меньше, а вместо двух почек могло быть три. Это устраивало людей, кто нынче заглядывает в двигатель машины? Так, ради любопытства, в них могут разобраться только роботы, занимающиеся обслуживанием машин. Так и человеку совершенно неинтересно, что у него под кожей. Ведь все работает без сбоев, что еще надо?

– Очень жаль, что ты пропустил момент блаженства, – увидев мужа, первым делом сказала его любимая Нонна.

– Ничего, скоро карнавал, вот там и порадуемся.

Этот праздник будет идти целых пять дней. Именно на таком празднике я встретил белокурую девушку. Она хромала, за день до этого неудачно упала и не могла, как все, прыгать и танцевать. Тогда Кир уже как пять лет закончил академию. Посадил ее себе на шею, и они отправились гулять по городу.

– Дай я тебя обниму и дам немного блаженства.

Конечно же блаженство не передается, но Кир был благодарен жене, что она готова поделиться с ним этим ценным подарком. Женщина обняла мужа и, прижавшись к нему, тихо запела гимн счастья.

– Ну, как на работе? Все хорошо? Что-то случилось, коли не отпустили.

Это был первый случай, когда Кир пропустил праздник.

– Преступление.

– О… – протянула она и, отпустив мужа, заглянула ему в глаза.

– Извини, ничего не могу рассказать, секретно.

– Ух ты, значит, это и правда серьезно.

– Что ты знаешь о натуральном человеке?

Кир зашел в ванную и стал мыть руки.

– Натуральный?

– Да, те, что жили до нас.

– Даже не знаю, про них в учебниках мало что написано. Они – ветвь прошлого человечества, размножались естественным путем, без изменения в ДНК и модификации тела. Это устаревшая модель, именно поэтому у них был изъян.

– Да, это так, но они смогли прожить тысячелетия.

– Такие же агрессивные, алчные и злобные, словно звери. Я читала про них и удивлялась, как они еще смогли выжить.

– Но ведь выжили, а мы – их новое звено.

– А почему ты спросил?

– Я вот подумал, мог ли где-то еще остаться в живых натуральный человек?

– Это ведь нереально. После введения лицензирования на рождаемость все изменилось.

Да, Кир все прекрасно понимал, так просто нельзя взять и зачать ребенка. Лицензия давала право, но не возможность. Только после того как вносилось дополнение в тело, мужчина предоставлял сперму, а женщина яйцеклетку. Отдел репродуктивности изучал последовательность кода ДНК и по заказу родителей вносил корректировку. Кто-то из матерей сам вынашивал ребенка, а многие предпочитали передать эту функцию инкубаторам и после рождения получали готовый плод.

– А мы когда с тобой станем родителями?

– Мы же договорились.

– Да, помню, и все же я настаиваю, что буду сама вынашивать.

– А ходить как…

– Вот только попробуй, скажи, что я буду похожа на корову, брошу в тебя тапком.

– Да нет, но зачем тебе это, – сколько помнил Кир своих друзей и знакомых, все предпочли инкубатор.

– Не спорь со мной, хочу и все.

– Ладно, как скажешь. Я пойду отдохну пару часиков, надо продолжить расследование.

– Расследование? – спросила Нонна, но Кир, укрывшись одеялом, уже спал.


* * *


Данат после блаженства до самого утра просидел в своем номере. Он хотел побыть в тишине, в голове все еще блуждали волны, от которых его тело вздрагивало, а на лице появлялась детская улыбка. Он не мог позволить никому видеть себя в таком состоянии. Он власть, он сила, он… Он все, что есть у этого города.

– Откуда ты взялся? – наконец произнес вслух.

Автоматический секретарь тут же ответил.

– По расчетам, тело человека прибыло из-за третьего кольца.

– Это и так понятно, ты тут бы не смог жить.

Город был огромен, несколько десятков миллионов новых людей, но скрыть неподконтрольное рождение было нереально.

– Хьюс! – крикнул Данат, тут же открылась дверь, вошел живой секретарь.

– Что узнал?

– Преступник схвачен, сейчас на обработке личности, а после начнется допрос. Суд постановил произвести чистку.

Её изобрели несколько веков назад, она связана с памятью человека. Если вас что-то тревожит из прошлого – от этого можно избавиться. Для этого сложные машины сканировали мозг, перед глазами мелькают картинки, вы слышите шумы, крики, писк, музыку и голоса. Вашу кожу покалывает, а на лицо дует ветер. Машины вычисляют все кластеры вашей памяти, а после по заданной программе начинает чистку, удаляя из вашего прошлого все ненужное. Вот и сейчас суд не мог осудить преступника за его действие, но он мог очистить память от всего того, что было связано с преступлением. И тогда преступник уже никогда не вспомнит, что с ним произошло. Гуманно это или нет, трудно сказать, но таким образом в прошлом удалось спасти от тюремного заключения десятки миллионов людей.

– Его надо вычислить. Надо! – чуть ли не крикнул Данат.

– А что в нем такого, ну, натурал, ведь один и вроде ничего не замышлял.

В этом-то и была опасность, что ничего не замышлял и не подчинялся общей системе города. Был свободен от любого воздействия выпрямителей личности, что располагались в каждом офисном здании или торговом центре. Стоит новому человеку зайти в офис, как его настроение менялось и мысли перестраивались на рабочий процесс. Но выйдя на улицу и зайдя в торговый центр, выпрямитель у входа перестроит его настроение, и у нового человека появится желание отдохнуть, посидеть в кафе, а после, может, что-то купить.

– Где есть один, там и два. Они, как крысы, могут размножиться и потребовать то, что мы у них забрали.

– Но ведь мы же ничего не забирали, – удивленно сказал Хьюс.

– Это ты так считаешь, а они может и нет. Пусти ищеек.

– А как же расследование?

– Это пусть идет своим чередом, мы должны точно знать, что нам грозит.


* * *


Через три часа Кир проснулся. Чувствовал себя бодро, словно это не он вчера валился от усталости. Кир встал. Его жена, обняв подушку, сладко спала. Выйдя из спальни, он подошел к стойке и, приложив ладонь к экрану, дождался ответа.

– Вам полагается двойная доза, – сказал нежный женский голос.

Киру нравилось, как она с ним говорит. В стакан, стоявший в нише, упало две маленьких таблетки, тут же полилась вода и гравитационная мешалка растворила таблетки.

– Жизнь в таблетке, – сказал он и залпом выпил воду.

Для того, чтобы новые органы работали исправно, нужно каждый день принимать по одной таблетке, но вчера я переволновался, вот система и решила меня взбодрить.

– Итак, что нам известно, – Кир нажал на экран, тут же появилось лицо автоматического секретаря. – Доложить!

– Два часа назад был задержан обвиняемый, Зарги Нестеров.

– Почему не сообщил?

– Было распоряжение вашей жены вас не беспокоить.

– Дальше! –зашел на кухню и налил себе кофе.

– Обвиняемый сразу признался в совершении преступления, он направлен на чистку.

– Как? Я ведь его не допросил.

– Это решение суда, и оно не подлежит обсуждению, – сообщил секретарь и показал на экране документ за подписью судьи.

– Черт, черт, где он сейчас?

– Д6-97-25, его уже привезли.

– Сообщи, что я бегу, пусть остановят чистку. Мне нужно с ним поговорить.

Кир так громко говорил, что разбудил жену. Нонна, потирая глаза, смотрела на взволнованного мужа, который, прыгая на одной ноге, пытался надеть старомодную обувь.

– Уже уходишь?

– Да, милая, пора, решили стереть ему память. Как так? Я же ничего не узнаю, я же… – он выскочил за дверь и, даже не попрощавшись, побежал по лестнице вниз.

## 4. Милена

«Почему они так решили? Почему не сообщили мне? Почему?» – спрашивал себя Кир, пока мчался к институту, что располагался в секторе Д6-97-25. Но как бы ни спешил, Кир опоздал. Он влетел в лабораторию, где в кресле сидел бывший осужденный и отвечал на вопросы врача.

– Вон! – крикнул Кир. Мужчина в халате, пожав плечами, молча вышел.

Зарги внимательно смотрел на расстроенного мужчину, взял стакан с водой и, сделав глоток, спросил:

– Я что-то сделал не так?

– Ваше имя?

– Кто вы? – спокойно спросил Зарги.

– Я следователь Кир. Как вас зовут?

– Зарги Нестеров, а что?

– Расскажите все, что вы помните из вчерашнего дня.

– Я, – мужчина растерялся, он то опускал глаза, то поднимал их вверх. – Проснулся, у меня выходной, к обеду хожу на тренировку, а после, – он замолчал и, посмотрев на Кира, пожал плечами. – Наверно, вернулся домой и лёг спать.

– Днём?

– Ну да, днём, похоже, устал и проспал… Меня разбудили, и я тут.

Кир еще несколько минут поговорил с Зарги, но понял, что все бесполезно: его память была чиста от всех воспоминаний с Яковым, которого тот убил.

«Почему они так поступили?» – задал он себе вопрос, выходя из института.

– Не задавайте лишних вопросов, дело закрыто, – сказала женщина, что сидела на скамейке.

– Вы это мне?

Она встала, подошла к нему и еще раз повторила сказанное:

– Не задавайте лишних вопросов, дело закрыто.

– Какое ещё дело, и кто вы такая?

– Я из Департамента юстиции. Вы завершили свое расследование, можете отдыхать.

– Я об этом ничего не знаю. Извините, мне надо идти.

Он развернулся и пошёл в сторону монорельса. «Закрыто. Да кто ты такая, чтобы закрывать дело? У меня своё начальство. Как оно может быть закрыто, если я ничего не выяснил. Чёрт!» – Кир выругался и присел в кресло.

Напротив него села женщина с ребенком. Кир посмотрел на крутящего головой малыша, старавшегося изо всех сил рассмотреть пролетающие за окном здания. Они с Нонной уже второй год копили деньги, чтобы произвести улучшения в теле. Только в этом случае его допустят к переаттестации, а после он сможет получить новый уровень следователя. И тогда, как и планировали, они заведут ребенка. С женой уже всё продумали: составили карту, какого цвета будут глаза, волосы. Нонна хотела голубые, а ему нравились черные, но он согласился с ней. Ему хотелось, чтобы внешность была европейской, но Нонна настояла на азиатских чертах. Пусть так. Опять согласился с ней. И так буквально во всем, даже пол выбрала его жена, и здесь он не смог ей отказать.

Кир вошёл в кабинет Хромова. Тот внимательно посмотрел на подчинённого.

– Ну ты и натворил.

– Что? – Кир был удивлён этому, поскольку вообще ничего не творил.

– Тело уничтожено.

– Как?! Почему?

– Это я хочу тебя спросить. После твоего разговора с Антоном его доклад кому-то не понравился, и тело со всеми отчётами изъяли.

– Он меня сам вызвал и сказал, что убитый натурал.

– Не кажется ли странным? Натурального человека убивает видоизменённый человек, которому не присуща агрессия и чувство мести. Что это?

– Уже ничего не скажет, – Кир имел в виду убийцу. – Ему стёрли память.

– Вот оно значит как. Вот оно значит… – Хромов встал и подошёл к карте района, за который отвечал его отдел. – Дело не закрыто, и несмотря на юстицию, тебе придётся закончить его.

– У меня ничего нет.

– И не надо.

– И как же мне тогда вести расследование?

– Убийцу нашли, осудили, этому пусть радуется юстиция, но нам надо знать причину, и кто этот натурал, что тут делал и откуда взялся? Вот, – Хромов протянул лист бумаги, – тут есть несколько адресов, где за день побывал Яков. Может, поможет.

Кир ещё вчера думал, откуда взялся натурал. Знал, что в своё время были нелегалы, что скрывались в третьем кольце города. Но еще сотню лет назад была проведена тотальная зачистка. Теперь там обитали только роботы, а новый человек если и появлялся, то только чтобы обслуживать машины.

«Натурал», – эта мысль не давала покоя Киру. Он не мог понять, даже если родился как натурал, в городе законы были мягкими, то почему не стал изменять тело? Ведь это же логично: с новыми органами легче жить. Знал, что есть люди, которые как животные могут улавливать ультразвук, видеть в темноте. Они могут определять запахи не хуже ищеек. А сердце перестаёт болеть, и кожа никогда не шелушится.

– Не могу понять, почему?

Он пришёл в галерею современного искусства, показал своё удостоверение и получил доступ к видеозаписям. Нашел Якова, но тот ни с кем не встречался, по крайней мере, Кир не заметил этого. Мужчина почти два часа ходил по залам, мог остановиться и долго смотреть на картину.

Второй адрес то же мало что дал, но ему сказали, что раньше видели Якова с Миленой и что он работает через дорогу в антикварном магазине.

– У вас тут очень необычно, – сказал Кир, войдя в большой зал, где стояли сотни предметов из прошлого. Он не понимал, кому это всё нужно, ведь большинство приборов не работало.

– Вам нравится? – спросила его невысокая девушка с короткой стрижкой. Кир сперва принял её за юношу, но голос выдал в ней женское начало.

– Даже не знаю, первый раз тут. Откуда это у вас?

– Экспедиционный корпус.

– То есть вы выходили за третье кольцо, верно?

– Да.

– Серьёзно? – Кир впервые видел человека, который побывал там.

– Там много интересного.

– Но там же нельзя жить, – из учебников знал, что за последним кольцом ничего нет. Да и сам в детстве проверил это.

– Это верно, жить нельзя, но там есть это, – девушка показала кресло-качалку. – Потрогайте, это ведь натуральное дерево. Оно когда-то росло, там была зелень.

– Нет, там ничего нет.

– Сейчас да, но я видела сухие корни деревьев, видела окаменевшую почву с сухой травой.

– Не верю.

– Представляете, там, за кольцом, были леса, как в центре города – только везде.

– Вы это серьёзно или шутите надо мной?

– Серьёзно. А вот, смотрите, – девушка показала медный кран. – Он для воды, я его нашла. Эти предметы были буквально в каждом доме. Значит, там было очень много воды.

– Зачем вам это? – всё, на что я смотрел, было похоже на свалку ненужных вещей.

– Это история наших предков.

– А учебников недостаточно?

– Учебники – это буквы, а это история. Прикоснитесь вот к этому чайнику, а теперь представьте, как в нём кипела вода, как он стоял на огне, а после из него разливали кипяток.

Всё это Кир видел в энциклопедиях, сейчас этого нет. Он не знал, откуда в его доме берётся вода, как она нагревается и куда деваются отходы. Не задумывался над этим. Жил с женой, радовался каждому дню и раз в месяц получал блаженство.

– Мне нужна Милена, – вспомнив, зачем сюда зашел, спросил Кир.

– Это я, – тут же сказала девушка.

– Я следователь и мне надо задать вам несколько вопросов относительно…

– Якова?

– Да, именно. Когда вы познакомились, о чём говорили. Понимаете?

– Он не придет? – грустно спросила Милена.

– Боюсь, что уже нет.

– Мы встретились пару лет назад. Я была в пустыне с экспедиционным корпусом.

– У вас лицензия?

– Да, я её продлила. Он тоже изучал руины прошлого, но там мало что осталось: ржавая техника и куча ангаров, которые еще каким-то образом не развалились. Вы когда-нибудь там были?

– В детстве убегал, хотел найти море. Оно там есть?

– Нет, я его не видела, хотя уезжала далеко, на сотни километров. Это так необычно: ехать по дороге, где когда-то были люди.

– И что там?

– Прошлое, вот что там. Никто не верит, что были реки, но видела мосты, они еще стоят и по ним можно проехать. Я видела корабли, но от них почти ничего не осталось. Хотела бы посмотреть, что там дальше, но карантинная зона закончилась, и дальше я не имела права ехать.

– А где вы его встретили?

– На самом краю. Там, где начинается каньон и обрывается дорога.

– А что там дальше?

– Я не знаю. Если поедете, возьмите меня с собой, – сказала девушка и положила на место медный кран.

## 5. Что ты там делал?

– Расскажи о нём, – попросил Кир и пошёл вдоль прилавков со старьём.

– А что о нём рассказывать? Яков неразговорчив, любит ковыряться в земле; может часами рассматривать пуговицу или запонку. Вот эту он мне подарил, – девушка показала медную пуговицу, на которой был изображён двуглавый орел.

– Ух ты, я видел их на картинках.

– Красиво, правда? Не то что в учебнике, – глаза девушки засверкали. – Я вам про это и говорю, всё надо трогать руками. А что с Яковом?

– Извини, не могу ничего сказать.

– Хорошо, тогда передайте, его самовар и тазик купили. Он, правда, был с дыркой, но тоже забрали.

– Покажи, по какому коридору ты ехала в пустоши?

Всё что было в городе и за городом, делилось на сектора, поэтому, когда девушка написала код движения экспедиционного корпуса, Кир сразу всё понял.

– Возьмите меня с собой.

– Но я ещё не сошел с ума, чтобы туда ехать.

– Тогда зачем вам это? – она посмотрела на клочок бумаги, где был записан код.

– Для отчёта и не более того.

– И всё же. Если вдруг, у меня ведь есть лицензия, проблем не будет.

Кир покинул магазин и, вернувшись в офис, составил отчет. «Что ты там делал? – подумал он, просматривая карту. – Далеко забрался, до самой границы карантинной зоны. А что там дальше?». Кир посмотрел на очертание каньона.

– Вас вызывают, – раздался в трубке механический голос секретаря.

Он даже не знал, что сказать начальству, вроде всё, что мог, сделал, но результата это не принесло. Кир чувствовал неудовлетворенность своей работой.

– Проходи, – сказал Хромов. – И что это такое? – он ткнул пальцем на экран, имея в виду отчет.

– Это всё, что мне удалось узнать. В департаменте лицензирования города не числится имя Якова.

– Это и понятно, он же не отсюда. Так-так, – мужчина застукал пальцами по столу. – Собирайся.

– Куда?

– Поедешь в пустошь, может что найдешь там.

– Мне? И туда?

– Да. А что, испугался? – спросил Хромов. – Закроешь дело – получишь своё повышение.

– Но я ведь не сделал обновления тела.

– А оно тебе сейчас надо?

– Нет, – честно признался Кир, у него со здоровьем все было отлично.

– Поэтому вот приказ и пропуск, у секретаря получишь лицензию на выход за пределы карантинной зоны.

– Я…

– Боишься?

Кир не хотел признаваться, но испугался, что ему предстоит не просто выехать за город, это может не так страшно, – уже был там. А то, что ему разрешили пересечь границу карантинной зоны. Кто придумал это слово, наверно, понимал, что дальше не стоит совать свой нос.

– Прошу разрешить взять с собой гражданское лицо.

– Нет.

– Она там была и у неё есть опыт.

– Это Милена?

– Да, она просила меня, если поеду, взять её с собой.

– Очень странно, но ты прав, получишь и на неё документы. Спустись в хранилище и получи оружие.

– Оружие?

– Да, кто его знает, что там тебя ждет.

Кир, как и любой полицейский, стрелял из пистолетов, автоматов, но то были муляжи с электронным прицелом. В своих руках он ни разу не держал металл, который может кого-то убить. От одной только мысли об оружии ему стало плохо.

– Это не значит, что надо будет стрелять, – видя, как побелело лицо инспектора. – Это для безопасности. В общем, ступай, в гараже возьмёшь транспорт.

Кир спустился в подвал, приложил пропуск и приказ, робот-оружейник тут же выдал из хранилища боевой пистолет, кобуру, два рожка и пачку патронов. Все аккуратно сложив в сумку, он отправился выбирать машину.

Уже темнело, поэтому ехать ночью не собирался. Сел в машину и отправился домой. По пути заехал в магазин, купил консервированных ананасов – их любила его жена. Подходя к машине, опять увидел ту самую женщину из юстиции.

– Дело закрыто, – как бы промежду прочим сказала она.

– Если так, то, что вы делаете здесь?

– Я только говорю, что дело закрыто.

– Вот и славно.

– Значит, вы поедете?

Кир замер. В кабинете у начальства они были одни.

– Не против, если я сяду в машину?

– Прошу.

Женщина отошла в сторону, дав возможность ему открыть дверь.

– Зачем вам это? Лишние хлопоты. Что вы хотите там найти?

– Это вы забрали тело? – спросил он и сел в машину. Ему не нравилось, что кто-то узнал о цели его поездки.

– Нет, мы юстиция, а не крематорий. Думаю, мне не получится вас отговорить?

– Нет.

– Будьте осторожны в пути и возьмите побольше воды, там пекло.

Кир завел машину и, не ответив женщине, поехал.

Нонна обрадовалась его появлению, расцеловала и тут же прижалась к нему.

Он полночи не спал, ворочался, из головы не выходили мысли о поездке. Как только рассвело, взял две бутылки воды, прикинул, на долго ли ему их хватит; на всякий случай взял еще одну, а после достал несколько энергетических галет.