Легенды Царьграда

© Виноградов А.Ю., перевод, комментарии, введение, научная статья, фото, 2022

© Кравченко А.А., введение, научная статья, 2022

© Яковлев А.Н., фото, 2022

© Издательство АСТ, 2022

Введение

Везде, где возникает город, через некоторое время появляются городские легенды. Мы видим это на протяжении всей истории нашей цивилизации, от «Описания Эллады» Павсания до «Легенд Невского проспекта» Михаила Веллера. Особое место в этой чреде принадлежит Константинополю, который на протяжении столетий был крупнейший и важнейшим городом христианского мира. Возникнув по мановению руки императора Константина, он впитал в себя языческое прошлое города Византий, который стоял на этом месте почти тысячу лет, а затем и сам стал обрастать легендами о своем прошлом и своих памятниках.

Первый сборник таких легенд Константинополя появился в эпоху его расцвета – при императоре Юстиниане I. В последовавшие за этим «темные века» грандиозные постройки древнего города стали казаться чем-то сверхъестественным, созданным при помощи потусторонних сил, и это породило новые собрания константинопольских легенд. Наконец, в Х веке, в эпоху возрождения интереса к древности, был создан большой свод городских легенд Константинополя, куда вошли и ранние сборники, и новые разделы.

Именно это произведение – «Патрии Константининополя», мы и предлагаем вниманию читателя в настоящей книге. Эта книга – о Городе, которого нет, но который проступает сквозь руины памятников и, самое главное, сквозь тексты о нем, представляющиеся современному читателю чуть ли не более темными, чем те века, когда они начали складываться. Но чтобы понять эти тексты, читатель должен получить сперва представление о жанре и составе «Патрий Константинополя».

Жанр

В византинистике сборники городских преданий принято называть патриографией, по названию позднеантичного литературного жанра патрий, к которому, пусть и не в полной мере, но все же принадлежат «Патрии Константинополя» (Пάτρια Κωνσταντινоυπόλεως, далее просто Патрии). Первое упоминание патрий как жанра зафиксировано в III веке н. э.: так называлась работа Каллиника из Петры, жившего во времена императора Диоклетиана. Посвящена она была Риму и до нас от нее дошло лишь несколько небольших фрагментов. Сам греческий термин πάτρια буквально значит «отеческие обычаи», а написанные в этом жанре тексты были историческими сочинениями, где повествование выстраивалось вокруг прошлого какого-то города и его окрестностей[1].

Патриография была, таким образом, лишь частью более обширной традиции локального историописания, которая существовала как альтернатива всеобщим историям. Примеры подобных местных «хроник» известны еще в классической Греции, но широкое распространение они получили позднее, уже во времена Римской империи, по большей части в восточной части Средиземноморья, где многие города, пытаясь вписаться в контекст эллинистической культуры, начинали конструировать собственную историю и часто приписывали основание своего родного места известному греческому герою, вроде Геракла или Персея. К III веку патрии выделяются в отдельный жанр и, судя по всему, на протяжении следующих двух столетий переживают свой расцвет. Нам очень сложно судить о форме и содержании этих текстов, так как до нас они практически не дошли, а известны лишь по упоминаниям в гораздо более поздних источниках. Например, в «Библиотеке» патриарха Фотия, написанной в середине IX века, или в словаре Суда, появившемся столетием позже, есть упоминания патрий многих провинциальных центров Римской империи, таких как Тарс, Никея, Милет и др. Однако помимо того, что эти тексты читались и в целом были известны в византийской культуре, нам ничего неизвестно ни о том, что же конкретно представлял из себя этот жанр, ни как он изменялся с течением столетий. Поэтому, несмотря на общее название, прямую связь «Патрий Константинополя», возникших только в конце I тысячелетия н. э., с позднеантичной традицией можно лишь предполагать.

Без понимания исторического контекста эпохи сложно понять, почему вдруг именно в конце Х века появляется текст, написанный в жанре, который на протяжении нескольких столетий находился почти в полном забвении. В научной литературе византийскую культуру IX–X веков принято называть Македонским ренессансом[2] или, используя более точную характеристику великого французского византиниста Поля Лемерля[3], «эпохой византийского энциклопедизма». Не вдаваясь здесь в нюансы ее культурных особенностей, отметим, что эти определения указывают на две главные тенденции культуры того времени. Во-первых, это возобновление в Византии интереса к «эллинскому» прошлому и попытки возрождения форм античной культуры, начавшиеся после длительного периода «темных веков»[4].

Вторую тенденцию связывают обычно со временем правления Константина VII Багрянородного и десятками его энциклопедических проектов, призванных словно инвентаризировать всю римско-византийскую историю и культуру: это и описание распорядка жизни двора «О церемониях», и энциклопедия нравов «Excerpta», и даже сборник сведений о сельской жизни «Геопоники». Примерно в то же время создается уже упомянутый словарь Суда, который по объему и значению для своего времени можно, пожалуй, сравнить со знаменитым «Толковым словарем наук, искусств и ремесел» просветителей XVIII в. Даламбера и Дидро. Даже мученичества и жития святых в эту эпоху тщательно редактируются и собираются Симеоном Метафрастом в единый корпус Минология.

Появление «Патрий Константинополя» вполне соотносится с этими тенденциями: с одной стороны, они возрождают старый античный жанр локального историописания, а с другой, их в полной мере можно считать энциклопедическим собранием сведений о столице Византийской империи. Стоит, однако, заметить, что этот текст сильно выделяется стилистически: он прежде всего стремится удивить своего читателя и рассказать ему о прошлом Города в занимательном ключе, что роднит его скорее с византийскими хрониками IX–X веков, чем с довольно сухими или же стилистическими выверенными энциклопедиями и трактатами этой эпохи. Константинополь здесь представлен удивительно отличным от того образа столицы христианского мира, к которому мы привыкли по другим памятникам придворной культуры: автор (или правильнее сказать составитель) Патрий наделяет античные статуи магической силой, способной пророчествовать о будущем, а в надписях на колоннах видит тайные предсказания о приближающемся конце света. Патриографическая традиция конструирует совершенно особый городской миф, который основан на довольно неожиданном для нас восприятии истории и топографии Константинополя[5].

Состав и источники

Однако, прежде чем перейти к содержанию текста, следует описать ту форму, в которой он дошел до нашего времени. Как это часто бывает со средневековыми произведениями, о точной датировке Патрий можно судить лишь на основании косвенных свидетельств и содержания самого текста. В книгах III (гл. 152) и IV (гл. 30) мы встречаем два хронологических указания, в которых сообщается, сколько лет прошло со времени возведения одного из упоминаемых зданий «до сего дня». Сведения эти немного разнятся, но на их основании можно довольно уверенно предположить, что самая ранняя редакция Патрий была завершена между 989 и 995 годами. Что касается авторства текста, то о нем, к сожалению, столь же уверенно сказать ничего нельзя. Более поздняя рукописная традиция ложно приписывала его перу византийского писателя Георгия Кодина, который жил в первой половине XV века, и по этой причине современные ученые иногда называют автора Патрий Псевдо-Кодином. Но это имя никак не раскрывает реальной личности их составителя, который, на самом деле, был скорее компилятором более ранних источников, чем автором в современном смысле этого слова.

Для понимания состава Патрий следует сперва обратить внимание на особенности его рукописной традиции. Первая версия текста (т. н. редакция P), та самая, что датируется концом X века, состояла из четырех книг, посвященных следующим темам:

1. ранняя история Города (книга I);

2. статуи (книга II);

3. постройки (книга III);

4. Св. София (книга IV)[6].

В XI веке при императорском дворе на ее основе была создана т. н. топографическая редакция Патрий[7], где все описываемые памятники расположены по трем городским маршрутам с добавлением списка цистерн, стен и монастырей. Ее ценность состоит в том, что благодаря топографической привязке она позволяет локализовать местонахождение многих не сохранившихся до нашего времени построек. Еще позднее возникают т. н. свободные редакции В (начало XII века) и G (XIII век), которые очень вольно обходятся с текстом оригинала, а также смешанная редакция Н. Эти тексты не представляют какого-то содержательного интереса, так как они полностью вторичны по отношению к редакции Р. Наконец, уже в XVI веке возникает новогреческий пересказ части Патрий (II, 28 – III, 10), на котором завершается текстологическая история памятника. Всего до нашего времени дошло более 60 списков разных редакций этого текста, что является внушительной цифрой для греческого средневековья и говорит о невероятном и непрекращающемся интересе к нему среди византийских читателей, которые продолжали дополнять текст Патрий[8]. Данный факт не позволяет говорить о Патриях как о некоем маргинальном явлении, которое практически не имело значения для культуры Византийской империи, – напротив, этот текст транслировал представления, разделяемые значительной частью византийского общества.

В настоящем издании перевод дается по оригинальной (и самой полной) редакции Р с учетом разночтений по другим рукописям. Эта редакция представлена основной рукописью I XI века и 17 рукописями семьи А XIV–XVI веков. На основании этого материала текст Патрий был воссоздан Теодором Прегером, с чьего издания и сделан наш перевод[9]. Помимо этого, текст был подробно исследован Жильбером Дагроном[10] и Альбрехтом Бергером, на чьи выводы мы часто опирались в своих комментариях[11].

Как уже было сказано, текст Патрий далеко не всегда оригинален и часто заимствует содержание из более ранних источников. Чтобы иметь более полное представление об этой особенности памятника, стоит в общих чертах рассмотреть его структуру и указать происхождение сведений, которые столь щедро заимствуются его составителем.

Схема редакций по А. Бергеру

Книга I (состоит из 73 глав) основана по большей части на историческом сочинении Гесихия (Исихия) Милетского[12], судя по всему, язычника по убеждениям[13], имевшего высокий сенаторский титул иллюстрия и жившего при императоре Юстиниане I. Первая половина книги (I, 1–47, 55, 57) передает «всемирную историю» Гесихия почти дословно, вторая же представляет собой пространный парафраз последних глав этого сочинения с некоторыми добавлениями, где описывается процесс превращения Константинополя в Новый Рим. Раздел про новую столицу Римской империи был частью гесихиевой концепции передачи власти над миром от Ассирии через Грецию к Риму, однако в самих Патриях проследить ее не так просто, да и само сочинение Гесихия не сохранилось целиком.

При этом составитель копировал текст не напрямую из работы Гесихия. Вышеуказанные отрывки передают текст анонимной выдержки из его труда (т. н. Псевдо-Гесихий), составленной еще до Патрий и известной по единственной рукописи Х века (cod. Vaticanus Palatinus 398; другая, афонская рукопись XIII века утрачена), а также по одному из вариантов «Жития Константина Великого» (cod. Angelicus gr. 22, далее – Ang.). В Патрии эта выдержка была перенесена практически без изменений, вероятно, из какой-то другой неизвестной нам компиляции, откуда происходят также главы I, 47–48. Во второй части книги (I, 49–53, 58–73), которая следует Гесихию лишь в общих чертах, говорится о постройках Константина I и сухопутных стенах Феодосия II. Хотя эта часть и содержит некоторые уникальные сведения, все же по большей части она повторяет материалы книг II и III, а также других источников, прежде всего, вышеупомянутого «Жития Константина Великого» (I, 58, 63–67). Эти главы были написаны практически одновременно с составлением первоначальной редакции Патрий в 989–995 годах, так как в I, 70 есть упоминание о византийском походе на Болгарию 971 года.

Книга II также в значительной степени основана на более раннем и крайне интересном источнике – «Кратких представлениях из хроник» (Παραστάσεις σύντоμоι χρоνικαί)[14]. Но, как в случае с Гесихием, в Патрии он попал не напрямую, а через посредничество т. н. Анонима Троя[15] – другого источника, содержащего выписки из этого текста (см. табл. 1). Сами «Краткие представления из хроник» сохранились лишь в одной дефектной рукописи – cod. Paris. gr. 1336 первой половины XI века.

Несмотря на позднюю дату единственной дошедшей до нас рукописи, ее издатели – Эврил Кэмерон и Джудит Херрин[16] – относят само произведение к началу царствования Льва III (717–741), а Альбрехт Бергер – к рубежу VIII–IX веков. На самом деле, текст датируется, по всей видимости, серединой VIII столетия, так как последнее упомянутое в нем историческое событие – это восстановление стен Города при Льве III и Константине V (741–775) после землетрясения 740 года (Par. 3[17]): Лев III назван здесь «благочестивым Львом Великим», т. е. смешан со Львом I (457–474), носящим и в других местах текста (Par. 14, 29, 45, 61, 64, 67, 88) устойчивый эпитет «Великий» (μέγας), – поэтому, вопреки Бергеру, не следует рассматривать его обязательно как переосмысление эпитета Льва III «Старший» (по отношению ко Льву IV «Младшему»). Но даже если в тексте первоначально и подразумевался Лев III Старший, то его датировку нет необходимости сдвигать далеко за середину VIII века, так как Лев IV был коронован уже в 751 году, как соправитель своего отца Константина V. На преследование последним иконопочитателей указывает также рассказ о сожжении монаха Анастасия (Par. 63), произошедшем «при нас»[18], и, вообще, автор произведения настроен к императорам-иконоборцам скорее негативно, называя Льва III «неразумным» (Par. 5d). Более поздних вмешательств в тексте нет[19].

Стоит понимать, что текст «Кратких представлений из хроник» и сам является более древней компиляцией, причем еще более неоднородной по своему составу, чем Патрии. Хотя ее составитель ссылается на множество ранних свидетельств, прежде всего, церковных историков, часть их он читал в составе антологий, часть путает, а источники некоторых заимствований и вовсе остаются непонятными. Композиция произведения отличается рыхлостью, что связано с нежеланием составителя гармонизировать отрывки, взятые из разных источников: здесь присутствуют цитаты из некоего Феодора Чтеца (Par. 27–29, 41), отличного от известного под тем же именем церковного историка VI века и жившего не ранее начала VIII столетия, из некоего Папия (Par. 44–45), из «Жития Феодора Сикеота» (Par. 74), а также из собеседника автора – префекта (эпарха) Константинополя Филиппа (Par. 61–62), ниоткуда более, впрочем, не известного. Автор проявлял особый интерес к эпохе Зинона (474–491), началу VII века (правлениям Фоки и Ираклия) и началу VIII столетия (царствованиям Юстиниана II, Филиппика и Льва III) и, очевидно, пользовался источниками данных периодов: например, в Par. 82 говорится, что изображение Филиппика в банях Зевксиппа очень на него похоже, – такое мог написать только современник этого императора. В центральной части произведения присутствуют тексты писем (Par. 27–28, 41–42), где адресатом автора выступает некто Филокал, однако скорее всего это не настоящее имя, а псевдоним – φιλόκαλоς («любитель красивого»). В общем и целом, «Краткие представления» совершенно неисторичны: Визант превращается здесь в Виза и Анта, а Константин I воюет с Септимием Севером, жившим на столетие раньше.

Текст «Кратких представлениий из хроник» использован в 67 из 110 глав второй книги Патрий. К этой книге в конце совершенно механически прибавлен краткий раздел «О Соборах» (IIa), посвященный краткому описанию Вселенских Соборов. Это текст имел самостоятельное хождение в византийской книжности, и причины его включения в Патрии не до конца ясны, так как упоминания древностей в нем редки.

Книга III (состоит из 215 глав), на первый взгляд, представляет собой оригинальное произведение составителя Патрий, хотя тут он также активно пользуется более ранним материалом из книг историков и агиографов, а также из книг I–II. Впрочем, учитывая характер остального текста, нельзя исключить, что и здесь он использовал некую компиляцию. Так, главы об осквернении храмов Константином V (III, 9, 68–69) указывают на некий антииконоборческий источник, а уничижение в тексте Константина VI и похвалы императрице Ирине (III, 9, 56, 85, 154, 171) – на какого-то симпатизирующего ей историка. Исторические сведения книги не выходят за середину Х века, кроме самых последних глав (III, 212–214), где содержится похвала императору Василию II, при жизни которого и были составлены Патрии.

Книга начинается (III, 1–17) с описания построек Константина I, по большей части ошибочно ему приписываемых. Затем автор рассказывает о разнообразных зданиях, преимущественно публичных и церковных, создавая своеобразный маршрут, ведущий читателя по Городу сначала на северо-восток, затем на юг, потом на северо-запад и, наконец, на юго-запад. Во второй части книги перечисляются постройки различного назначения: старческие дома, дворцы, ворота и монастыри. Уникальные данные этой книги позволяют восстановить облик и местоположения многих утраченных зданий, а также малоизвестные строительные техники (ср., например, складирование материала разобранных храмов для новых строек в I, 60; III, 142, 209; IV, 2, 32).

Книга IV (делится на 35 глав) сильно отличается по своей форме от остальных частей Патрий и в большей своей части почти дословно воспроизводит «Сказание о Великой церкви»[20] – еще один текст патриографического характера, имевший самостоятельное хождение в византийской литературе. В нем рассказывается легендарная история возведения собора Св. Софии[21]. «Сказание» возникло не ранее 880-х годов, так как колонны Св. Софии названы там по мозаичным изображениям святителей над ними (IV, 5), созданным именно в эти годы. Не так давно было высказано предположение[22], что этот совершенно легендарный рассказ возник в кругу почитателей патриарха Игнатия (847–858, 867–877), так как строитель Св. Софии в тексте носит – вопреки фактам – именно это имя. В таком случае данное произведение было написано для того, чтобы сохранить высокое значения собора для Константинополя, оказавшееся под угрозой после возведения Василием I Новой церкви[23], которая должна была стать чуть ли не главным храмом Города. В конце книги (IV, 32–37) к «Сказанию» добавлен столь же легендарный рассказ о строительстве храма св. Апостолов, равно как и краткие сведения о четырех храмах рубежа IX–X веков, которые дополняют скорее все Патрии, чем именно книгу IV.

Текст «Сказания» совершенно неисторичен и фиксирует лишь сформировавшуюся к концу IX веков легенду о строительстве Св. Софии: перепутаны имена, даты и обстоятельства постройки храма. По сути, единственное, что автор знает наверняка из его истории, – это скорое обрушение, вызванное землетрясением, и последующее восстановление огромного храмового купола (в 562 г.), однако и его он датирует неправильно, относя это событие к царствованию Юстина II, т. е. к 565–578 годам. Как и остальные части Патрий, этот текст наполнен преувеличениями, этиологическими легендами и фантастическими историями. В этом смысле он продолжает общую для патриографов того времени традицию: мифологизировать городское пространство. Однако от остальных книг эту часть резко отличает гораздо более явное присутствие в ней церковного начала, которого почти нет в остальном тексте как Патрий, так и «Кратких представлений из хроник» (см. также ниже). Неудивительно, что автор в этой книге постоянно говорит о вмешательстве вышних сил: «Сказание» происходит из Патриархии, а не из Дворца или Форума.

Итак, как мы видим, Патрии основаны преимущественно на более раннем материале: среди четырех книг их составителем написаны, вероятно, только книга III, меньше половины книги I, несколько глав в книге II и самый конец книги IV. Все же остальное взято преимущественно из трех источников: «Патрий Константинополя» Гесихия Милетского VI века, почти без изменений (первая половина книги I), компиляции из «Кратких представлений из хроник» VIII века (книга II) и «Сказания о Великой церкви» IX века, без изменений (бóльшая часть книги IV). Из-за такой компилятивности одни части Патрий могут противоречить другим: так, в II, 45 Форум Константина оказывается круглым потому, что повторяет форму лагеря этого императора, а в III, 11 – «по подобию Океана».

Сведения об упоминаемых в тексте императорах, постройках и районах Константинополя читатель может найти в словарике в конце настоящей книги. Остальные реалии изъяснены в примечаниях внизу страницы. А тот, кто захочет разобраться не только в том, чтó написано патриографами, но как и почему, может прочесть после перевода нашу статью «Как путешествовать по воображаемому Константинополю»[24].

А. Ю. Виноградов, А. А. Кравченко

I. Патрии Константинополя

Отеческие предания Константинополя по Гесихию Иллюстрию

(1). Когда прошло триста шестьдесят два года от начала единоличного правления Августа Цезаря в старом Риме[25] и когда дела того подошли к концу, Константин, сын Констанция, заполучив скипетр[26], воздвигает новый Рим и приказывает сделать его равным первому[27]. Таким вот образом он, часто управлявшийся и тиранами[28], и царями, а также живший при демократическом и аристократическом устройстве, достиг, наконец, нынешнего величия[29].

(2). Мы же расскажем, каким образом он изначально возник и кем был основан, взяв сведения об этом из древних поэтов и писателей.

1 (3). Рассказывают, что первыми аргивяне[30] получили от Пифии такой оракул:

«Счастливы те, кто в священном поселятся городе этом,
на побережье фракийском у Понта ужайшего устья –
там, где два крохи-щенка вцепились во влажное море,
там, где олень вместе с рыбой пасутся на пастбище общем».

И они построили свои жилища в той местности, где протекают реки Кидар и Барбисий[31]: одна течет с севера, а другая – с запада, и они впадают в море у так называемого алтаря нимфы по имени Семестра[32].

2. (4) Итак, когда они прибыли в уготованную им судьбой страну и умилостивили местных демонов жертвами, ворон ухватил небольшой кусочек от жертвы и перенес его на другое место, которое называется Боспором, причем на путь птицы указал пастух-волопас, отчего эта местность была названа также Вуколиями.

[Визант]

3 (5) А другие рассказывают, что мегарцы[33], ведущие род от Ниса[34], приплыли в это место под предводительством Византа, чье имя, как повествуют мифы, и было дано городу. Другие же выдумывают, что Визант был сыном местной нимфы Семестры.

4 (6) Итак, они приводили различные рассказы, а мы, желая представить правдивую историю тем, кто желает знать, начнем, как подобает, от Ио, дочери Инаха[35]. Ведь Ио была дочерью аргосского царя Инаха. А ее девство стерег Аргус, которого называют многоглазым. Когда же Зевс, влюбившись в девушку, убеждает Гермеса коварно убить Аргуса, она, лишившись девства, превращается в корову.

5 (7) А Гера, разгневанная случившимся, насылает на телку безумие и гонит ее везде на суше и на море.

6 (8) Когда же та прибыла в страну фракийцев, то оставила этому месту имя Боспор[36]. А сама, поднявшись к так называемому Рогу, где сливаются Кидар и Барбисий, и предсказывая местным жителям будущее, у алтаря Семестры разродилась девочкой по имени Кероэсса[37], по которой и место то названо Керас («Рог»)[38]. Но другие приписывают это имя положению этого места, а третьи из-за плодородия называют его Амалфеевым рогом[39].

7 (9). Итак, эта Кероэсса, вскормленная нимфой Семестрой и заблистав необычным обликом[40], весьма превосходила всех фракийских девушек и, совокупившись с морским Посейдоном, рождает того, кого назвали Византом. Он получил это имя от вскормившей его во Фракии нимфы Визии[41], чьи воды горожане черпают и теперь[42].

8 (10). И вот, когда юноша достиг высшего расцвета и обитал во фракийских горах, страшный для зверей и варваров, принял он посольство от местных правителей, убеждавших его быть их союзником и другом.

9 (11). Когда же и Мелий[43], царь фракийцев, пригласил его посостязаться со зверями[44], и Визант, получив от него похвалы, принес в жертву укрощенного им быка, чтобы умилостивить отеческих даймонов, у слияния вышеупомянутых рек, внезапно появившийся орел хватает сердце жертвы. И, отлетев на мыс Боспорского берега, он сел напротив так называемого Хрисополя[45], которому Хрис, родившийся от Хрисеиды сын Агамемнона, убегая от злого умысла Клитемнестры после убийства отца и устремившись на поиски Ифигении, оставил свое имя в память о своем погребении у местных жителей, так как настиг его там конец жизни[46].

10 (12). Итак, Визант очертил [границы] города на мысу Боспорского берега. Как рассказывают, при содействии Посейдона и Аполлона[47] он воздвигает стены[48], придумав нечто, превосходящее всякое описание[49].

11 (13). Ведь он согласовал его башни, числом семь, так, чтобы они отвечали друг другу эхом. Ибо всякий раз, когда звук трубы или какой-то другой достигал башен, от одной к другой шло эхо, и так они передавали его до самой дальней[50].

12 (14). Однако же мы не пропустим и кое чего другого, рассказанного писателями. Ведь они говорят, что так называемая Гераклова башня[51] передает тем, кто находится внутри, тайны врагов[52].

13 (15). А после венца стен он стал сооружать и святилища богов[53]: на месте так называемой Базилики поставил храм и статую Реи[54], что почитается горожанами как Тихей[55], а святилище Посейдона[56] воздвиг у моря, где теперь блистает храм мученика Мины; Гекаты – на месте Ипподрома, а Диоскуров, то есть Кастора и Полидевка, – у алтаря Семестры и слияния рек[57], где люди получали исцеление от болезней[58].

14 (16). А у так называемого Стратигия он воздвиг алтари Аякса и Ахилла, где баня, что зовется Ахилловой[59]. [Храм] же героя Амфиарая[60] он построил в так называемых Сиках («Смоковницах»), которые получили свое прозвание от инжирных деревьев. Немного выше храма Посейдона упоминается и храм Афродиты и Артемиды[61] – у Фракийской горы[62].

15 (17). Когда же он так вот обустроил свой город, то пришлось ему, в конце концов, отражать нападавших варваров, а особенно Гема[63], который был тираном Фракии и который дошел до самого города Византа, вызывая самого героя на битву и стремясь все разорить. А тот, не потерпев нападения варвара, один на один сражается с ним и побеждает Гема на соименном тому холме[64].

16 (18). И вот когда Визант гнал после вышеупомянутой победы врагов до Фракии, царь скифов Одрис[65], переправившись через Истр[66] и подойдя к самым стенам города, осадил тех, кто был внутри[67]. В ответ на это жена Византа, удивительная Фидалия[68], нисколько не пораженная множеством врагов, женскою рукою вступила в битву, перехитрив варвара благодаря союзу со змиями.

17 (19). Ведь, собрав в одно место всех змей в городе, она сторожила их там и, внезапно показавшись перед неприятелями, стала метать в них этих тварей, подобно стрелам и копьям. И, ранив очень многих, она таким вот образом спасла город. Поэтому с тех пор существует древнее предание, что нельзя убивать пойманных в городе змей, так как они стали его благодетелями.

18 (20). А спустя немного времени человек по имени Стромб[69], также родившийся от Кероэссы, начинает войну с Византом, приведя с собой большое войско[70]. Но тогда поднялись все скифские роды[71], собрались и правители Эллады[72], и совсем не малый отряд родоссцев[73], а также топарх[74] соседнего Халкидона Диней[75], выселившийся туда из Мегар за девятнадцать лет до воцарения Византа[76].

19 (21). (Место то названо Халкидоном, как рассказывают одни, от реки Халкидон[77]; а как другие – от сына прорицателя Калханта[78], родившегося после Троянской войны; как третьи – от города Халкиды на Эвбее, откуда были посланы поселенцы[79], – их-то и называли слепцами, так как они проглядели Византий).

20 (22). Итак, после того как Диней со множеством кораблей прибыл на помощь Византу, то не сумел пристать к городу[80]. А когда их царь[81] Визант только умер и весь народ был в смятении, он прибыл к так называемому Анаплу[82], где задержался, назвав это место Гестиями («Очагами»).

[Преемники Византа]

21 (23). Однако немного спустя, перебравшись в город и отогнав варваров[83], он стал вторым стратегом[84] народа византийцев[85]. В то самое время напало на город и множество родов змей, чтобы погубить его жителей, – их истребили благодаря нашествию птиц, называемых аистами, так как им, как рассказывают, содействовал Посейдон.

22 (24). А немного спустя, когда и эти птицы задумали нечто враждебное и стали нести смертельную опасность, кидая пойманных ими змей во цистерны для воды[86] и незаметно нападая на горожан на улицах, те не знали, что и сказать.

23 (25). Но один человек из Тианы[87], по имени Аполлоний[88], поставил высеченных из камня трех аистов, смотрящих друг на друга, которые сохранились и до наших времен, не позволяя роду аистов напасть на Город.

24 (26). Когда при этих обстоятельствах скончался стратег Диней, аристократическую власть[89] над византийцами получил Леонт[90]. При нем Филипп[91], царь македонян и сын Аминты, приведя большие силы, осадил город[92], подбираясь к стенам при помощи подкопа и всяческих военных механизмов[93].

25 (27). И он действительно взял бы его, напав в безлунную ночь и под страшным ливнем, если бы не пришла к ним некая помощь от божества, которое заставило залаять городских псов[94] и навело на северную сторону огненные тучи. От этого люди проснулись и, с жаром схватившись с врагами, спасли уже взятый Филиппом город, починив [затем] разрушенные башни при помощи камней из соседних гробниц[95] и восстановив зубцы стены. Оттого они назвали эту стену Тимбосиной («Могильной»)[96], воздвигнув там статую Гекаты, несущей светильник[97]. И опять, вступив в морской бой, они полностью победили македонян[98]. Когда война таким образом закончилась, Филипп оставил в покое византийцев.

28. А когда и Леонт расстался с жизнью, Харет, афинский стратег, с сорока кораблями пришедший на помощь византийцам в войне с Филиппом, достиг мыса в Пропонтиде[99], который находится между Хрисополем и Халкидоном[100], и, причалив к этому месту, попытал удачи в войне[101].

27 (29). Потеряв следовавшую за ним жену, которую поразила болезнь, он похоронил ее там, поставив ей алтарь и составную колонну, на которой видна стоящая высеченная из камня корова (δαμαλίς)[102]. Ведь таким именем она, скорее всего, и звалась – благодаря написанным там стихам оно сохранилось до наших времен.

28 (30). Стихи же это следующие:

«Я не Инаховой образ коровы, не та, в честь которой
море наречено – рядом лежащий Босфор,
ибо давно еще гнев прогнал ее Геры суровый
к Фаросу[103], – легшая здесь, я из Кекроповых мест.
Я ведь супруга[104] Харета: приплыла я с ним, переплывшим,
чтобы Филипповым здесь противостать кораблям.
Имя Боидия было тогда мне; супруга Харета,
Ныне же радуюсь я двум сразу материкам».

29 (31). А после того как Харет отплыл в Афины[105], должность стратега наследует Протомах, который, подчинив оружием восставших фракийцев[106], воздвиг на так называемом городском Милии[107] медные трофеи.

30 (32). Когда же и он почил, Тимесий, муж из воспитанных в Аргосе, сперва попытался поставить город напротив, у Понта, называемого Эвксинским, близ так называемого Эфесиата[108] (где некогда эфесяне, отправив поселенцев и попытавшись основать город, затем послушались византийского прорицания:

Там, где два крохи-щенка вцепились во влажное море,
там, где олень вместе с рыбой пасутся на пастбище общем)[109].

Но, ошибившись в своих надеждах, он устраивает синойкизм с византийцами. Принятый как стратег всем народом, почти весь город он переделал на лучший и удобный лад: и законы о ежедневных занятиях установил, и обычаи ввел культурные и мягкие, благодаря которым сделал горожан людьми воспитанными и человеколюбивыми.

31 (33). И множество святилищ богов он какие сам установил, а какие, уже прежде существовавшие, украсил. Ведь находившийся у мыса Понтийского моря храм, который Ясон[110] некогда посвятил двенадцати богам[111], но который разрушился[112], он восстановил, а также обновил в так называемой Фриксовой гавани храм Артемиды[113].

32 (34). После него Каллиад[114], будучи стратегом Византия, доблестно сразился и с внешними, и с внутренними врагами и поставил знаменитую статую Византа у так называемой Базилики, подписав ее следующим образом:

Сильного мышцей Византа с Фидалией ликом прекрасной,
Вместе украсивши их, здесь посвятил Каллиад.

33 (35). Но все это случилось, когда византийцы в разные времена жили то при аристократии, то при демократии, а то и при тирании. Когда же римская власть под началом консулов одолела все державы, покорив и эллинские народы, в повиновении ей, естественно, стали жить и византийцы[115].

[Септимий Север]

34 (36). А когда спустя некоторое время над римлянами воцарился Север[116], они предпочли возложить надежду на Нигера[117], узурпировавшего восточные провинции, и, дерзнув, попали в руки самодержцу – он лишил их гражданских прав[118]. После этого был разрушен венец их стен[119], а им самим было приказано быть в подчинении у перинфян, называемых гераклеотами[120].

35 (37). Когда же гнев Севера прекратился, они снова вернулись к еще большей красоте: он с роскошью воздвиг им огромную баню у алтаря Зевса Конного, то есть в называемой роще Геракла[121] (где, как рассказывают, тот стреножил коней Диомеда, назвав это место Зевксиппом («запрягающим лошадей»)[122]), а прилегавшую к ней местность ипподрома, посвященную Диоскурам, украсил помостами и портиками (где и теперь на поворотах видны знаки эфоров[123] – яйца, помещенных на бронзовых обелисках)[124]. А вдобавок к этому он выделил им средства на воинов.

36 (38). Пока были живы Север и его сын Антонин[125], город назывался Антониной[126], а когда эти императоры были причислены к божественным[127], он снова стал называться Византием.

37. От Византа до Севера 655 лет[128]. А Север, заключив мирный договор с Нигером, царем Византия и сыном Тимесия[129], прибыл сам со своими вельможами к Византию из Рима. Поскольку же византийцы происходили от македонян, то Север поднялся, чтобы воевать в союзе с византийцами. А сын Нигера взял себе в жены дочь Севера. Однако войско свое Север оставил в Хрисополе. И, встретившись, Нигер и Север вошли туда только с тремястами людьми.

38. И во время великого торжества, у нижней части стола, то есть у отдельного столика, стали два философа: римляне Фортон и Маркион[130], и сказали пирующим византийцам: «Принесли мы радость без прибыли и печаль без убытка». Нигер призвал своих философов, но они не смогли этого объяснить. Однако один из возлежавших за трапезой старцев, знавший это изречение, сказал: «Это про конские и атлетические состязания».

39. Тогда для лечения своего свата Нигера Север заложил две бани: одну внутри города, близ дворца – так называемый Зевксипп, а другую – снаружи от города, в месте, что называется теперь квартал Каминий («печей»), огромную и удивительную. Благодаря ее громадным размерам каждый день мылось там две тысячи человек, а нагревалась она мидийским огнем[131].

40. Существующий ныне Ипподром был заложен Севером: там были сады двух братьев[132] и одной вдовы. До бронзового [обелиска][133] было ровное место, а от бронзового [обелиска] до Сфендона были поставлены огромные колонны (откуда и идет Холодная цистерна[134]), потому что это место было на склоне.

Ипподром. Рис. О. Панвино. 1580 г.

41. Одна часть трибун была сооружена Севером, а другую он оставил незаконченной, так как пришла к нему весть, что галлы разоряют Рим. Услышав об этом, Север отправился в Рим, а там скончался от эпилепсии, процарствовав 17 лет[135]. А после его смерти прошло 60 с лишним лет до воцарения Константина [I] Великого.

[Константин I]

42 (39). Когда же владычество над римлянами перешло к Константину, то и город был назван Константинополем, охотно обменяв свое название на огромную щедрость императора.

Константинополь. Рис. Й. Исаака. 1621 г.

43. Ведь тот сделал город удивительным по красоте, стены же отодвинул подальше, к так называемым Троадским портикам (а раньше они даже не включали в себя форум, названный в честь этого императора[136]). Он еще чудесней украсил город также купелями и священными храмами[137] и даровал ему все права на зависть старому Риму[138]. Так он и написал на каменной плите на форуме, называемом Стратигием, – там некогда мужи, занимавшие в городе должность стратега, вступали в свои полномочия[139].

44 (40). он установил также статую своей матери Елены на колонне[140], а место то назвал Августионом. И сенаторам, последовавшим за ним из великого Рима[141], он великодушно подарил дома, которые сам и выстроил на собственные средства[142].

45 (41). А после этого, <когда власть принял Констанций [II],> в городе появился и водопровод[143]. Воздвигнуты были и две арки у так называемого Форума[144], и знаменитая порфировая колонна, на которой мы видим водруженным самого Константина, сияющего гражданам подобно солнцу[145].

<45а. Эта самая статуя упала с колонны и убила проходивших мимо мужчин и женщин, около десяти человек, а именно 5 апреля 14 индикта, в 6614 году[146], в двадцатый год царствования господина Алексея [I] Комнина. Был примерно третий час, когда и страшная тьма настала, и сильный южный ветер резко подул, потому что комета, называемая Копьем[147], произвела сильнейшее возмущение воздуха. Она явилась к вечеру в пятницу первой седмицы: тогда было 9 февраля 14 индикта, в 6614 году, а потом она успокоилась[148].>

46. Кроме этого, [Константин I] построил и здания для совета, назвав их Сенатом[149]. В них он поставил статую Зевса Додонского[150], две статуи Паллады[151] и императорский дворец[152].

47. Пожаловал он народу в год своего консульства ежедневные выдачи хлеба, назвав их дворцовыми, так как их выдавали из дворца, а также назначил выдачу вина, мяса, масла и хлебные пайки, что и поныне Город получает, имея используя жетоны в виде оставленных им «тростинок»[153]. Издал он много законов и декретов касательно повседневной жизни, самые лучшие и справедливые, а также окружил Город огромными стенами и украсил его различными способами, чтобы заставить старый Рим ему завидовать.

[Постройки Константина I]

48[154]. Построил он сразу же и священные храмы: один, носящий имя святой Ирины («мира»), а другой – Апостолов. И разрушил он все языческие святилища, построил же множество храмов, о которых мы расскажем немного спустя[155].

49. Построил он и Святую Софию в виде базилики с деревянным перекрытием. А из Святой Софии были взяты 427 статуй, в основном языческие, где среди множества были статуи и Зевса, и Кара, отчима Диоклетиана, и зодиак, и Селена, и Афродита, и звезда Арктур, несомая двумя персидскими статуями, и южный полюс, и жрица Афины, дававшая прорицания стоящему сбоку философу Герону. А христианских было мало – около 80[156].

50. Возвел он вместе со своей матерью и Святого Агафоника, и Святого Акакия, и Святых Апостолов, построив [последние] в виде базилики с деревянным перекрытием, и мавзолей императоров, где сам лежит[157].

51. Следует знать, что дворец Византа был на Акрополе. А храм святого Мины был прежде храмом Зевса: из него статуи великого Зевса и Кроноса на мраморных арках, что над двумя большими колоннами[158]. Ведь у древних людей был обычай на акрополях основывать собственные жилища, то есть дворцы.

52. [Городская] стена шла[159] от стены Акрополя, доходила до башни Евгения, поднималась до Стратигия и шла к бане Ахилла: тамошняя арка, называемая ныне воротами Урвикия, была у византийцев сухопутными воротами. Дальше стена поднималась к Халкопратийскому кварталу до Милия: и там у византийцев были сухопутные ворота. Затем стена проходила до плетеных колонн Цикалариев, спускалась к Топам и возвращалась к Акрополю через Манганы и Аркадианы. Было у этой стены всего 27 башен. Вот план [города] Византа.

53 (2). Второй же план [города], как изменил его затем Константин [I] Великий, следующий[160]: он добавил стену от квартала Евгения до Святого Антония и от Топ – до Пресвятой Богородицы Равдской. И сухопутная стена подымалась до Эксакиония от Равда, спускалась до старых ворот Предтечи и Диевого и Икасиевого монастырей, проходила до [цистерны] Вона и к Святым Мануилу, Савелу и Исмаилу (там, где были казнены святые), проходила до квартала Арматия и Святого Антония и возвращалась к кварталу Евгения. Простояла эта стена 132 года[161], в царствование десяти самодержцев. Вот план [города] Константина Великого.

[Освящение Константинополя]

<54. Следует знать, что Константин Великий начал строить Константинополь в 5828 году от сотворения мира, процарствовав в нем 19 лет. Итак, когда миновал одиннадцатый год его царствования и пошел двенадцатый, он взялся за строительство города Византа[162].>

55 (3). Следует знать, что в 5837 году [от сотворения] мира, в третий месяц 2 индикта, 26 ноября, в среду, когда солнце было в созвездии Стрельца (в гороскопе Рака), в первый год 265-й Олимпиады, были заложены основания западных стен Константинополя. А завершив через 19 месяцев и сухопутную, и морскую стену вместе со множеством зданий, построенных в Городе, одиннадцатого мая устроили освящение Города, и он был назван Константинополем, <в понедельник третьего индикта, в 5838 году[163].

Морская стена под Большим дворцом. Фотография XIX в.

56. [Константин I] правил в Риме с Максимианом и Максенцием семь лет, а один – еще шесть лет, так что всего лет его царствования – 32: 13 в Риме и 19 в Константинополе[164].>

<(42)[165]. Константин же, исполнив всё это вышеописанным образом и учредив праздничный день нового основания 11 мая[166], в двадцать пятый год своего царствования[167] посмотрел скачки и распорядился, чтобы в дальнейшем всегда в день рождения города его статуя с подобающими почестями выставлялась на обозрение императору[168], который тогда будет править, и народу. Вот так Константинополь и пришел к нынешнему величию, оставаясь столицей империи вплоть до нашего времени.>

57. Касательно дня освящения он распорядился, чтобы в будущие времена [в этот день] во время конского состязания его статую с подобающей честью показывали царствующему тогда императору и народу и поднимались до Стамы[169].

58. Это было устроено на двенадцатый год царствования великого и святого Константина, а содействовали и помогали ему при строительстве богохранимого Константинополя следующие: спальничий Евфрат[170], Урвикий[171], препозит Олибрий[172], Исидор[173], Евсторгий[174], протовестиарий Михаил[175] (все патрикии), и префект Гонорисий[176], как повествуют первый секретарь Евтихиан Грамматик, который был с Юлианом Отступником в Персии, софист и письмоводитель Константина [I] Евтропий[177], дьякон и философ Елевсий[178], ритор Троил, занимавший со славой множество должностей[179], и стенограф Гесихий[180]: все они были внимательными свидетелями и зрителями того, что тогда совершилось.

[Постройки Константина I]

59. На том же двенадцатом году своего царствования расширил он, как было сказано, город византийцев, назвав его Константинополем. Построил он и дворцы[181] от Халки, Экскувитов и Схол. И воздвиг там храм святых Апостолов, а также купол Эпталихна, который и по сей день сохранился внутри Схол, Трибуналий и то, что называется теперь Нумерами, также во дворце, Девятнадцать аккувитов, Степсим и храм святого Стефана, который служил ему зимней опочивальней.

60. Построил он также Магнавру, церковь Господа, Геник, Идик, Вестиарий, Кавалларий, Сигму, Оат, расположенный близ Новой церкви, и [здания] до так называемых Железных ворот, равно как и баню «Зеркало», верхние дворцы[182] до Герания, Хрисоклав, большую баню Икономия близ Циканистирия, где было семь залов, двенадцать портиков и огромный бассейн: были там статуи, а семь залов – это подражание семи планетам, двенадцать же портиков соответствуют природе двенадцати месяцев[183]. Она сохранялась до Никифора Фоки, пока не сгорела; а Иоанн Цимисхий разобрал ее и из ее материала построил [храм] Халки, где и был погребен.

61. Желая заложить Ипподром в подражание Риму, Константин взял ипподром Севера и добавил к нему[184] одну трибуну и две галереи, а также верхнюю часть стартовых решеток, Сфендон, поворотные закругления и [сиденья для] партий цирка[185].

62 (4). Собрав бронзовые статуи и изваяния из разных храмов и городов, он поставил их все для украшения Города, равно как и колонны для галерей-променадов, а сами эти галереи вымостил колотым камнем[186]. И он сам первый устроил [там] гимнастические и конские состязания. Та [статуя], у которой ослиные ноги, прибыла из Антиохии Великой – это Беллерофонт, которого там почитали[187]. А сколько всего статуй, кто они, откуда каждая прибыла и почему поставлена, об этом мы подробно скажем позднее в разделе о постройках[188].

[Двенадцать первых сенаторов]

63 (5). Желая заселить свой город, а особенно – переселить римлян в Византий[189], Константин Великий взял у них тайно их перстни, который у каждого был собственный, и послал их[190] к персидскому царю по имени Сарвар – четырех магистров: Адду[191], Протасия[192], Скомбра, Филоксена, и восемь патрикиев: Домнина, Проба[193], Дария, Мавра[194], Родана[195], префекта Саллюстия[196], Модеста[197], Еввула.

64 (5). Послал он их, как сказано, с большим войском, и они провели в Персии 16 месяцев[198]. А Константин Великий, послав в Рим, забрал их жен, детей и семьи; отправил он и инженеров-строителей, чтобы те осмотрели их дома и место каждого из них, как они расположены. И когда они увидели их дома: одни на берегу моря, а другие на суше, <сняли> чертежи зданий и <посмотрели> лестницы, какие из них были винтовыми, то, взяв семьи этих сенаторов, вернулись в Византий и построили там подобные дома; и он поселил там их семьи.

65 (5). Итак, когда вернулись они из Персии с победой, получив также 365 кентинариев[199] дани, император принял их и, устроив пир, сказал им: «Хотите уехать в Рим?», испытывая их. А они ответили, что не попадут туда еще два месяца. Тогда император сказал: «Вечером дам я вам ваши дома». Приказав своему спальничему Евфрату (который и сделал Константина христианином), он вручил каждому его дом.

66 (5). Увидев же свои ворота, дворы и лестницы, что они похожи на их римские и размером, и обликом, и высотой, а также видом из окон, они решили, что призрачно попали в Рим. Обнаружив же там и свои семьи, они были потрясены, но только когда каждый из них побеседовал со своей семьей, они поверили, что это не призрак, но мудрость императора, что «он и против нашей воли и желания поселил нас здесь».

67 (5). А от их имен места получили свои названия. Филоксен построил так называемую цистерну Филоксена[200]. Проб построил храм Предтечи, который Каваллин[201] превратил в мастерскую, – это так называемый квартал Прова. Домнин в квартале Мавриана заложил тот дом, которым владел Агриколай[202]. Дарий построил дом иканатиссы Склира[203]. Мавр построил тот дом, которым владел Велона[204]. Родан построил тот дом, который называется кварталом Евураны, – это [дом] Мамены[205]. Саллюстий построил тот дом, который называется Контомитовым[206]. Модест построил дом у Святых Апостолов – [это дом] Лампра[207]. А трое ворот были заложены Еввулом.

[Постройки Константина I]

68. Построил [Константин I][208] и четыре портика от дворца до сухопутных стен, с бетонными сводами: один шел от Циканистирия, Манган, Акрополя, квартала Евгения и доходил до Святого Антония; второй – от Дафны и Софий до Равда[209]; а другие два портика – от Халки, Милия и Форума до Тавра, Быка и Эксакиония[210]. А над портиками были замощенные камнем террасы, и стояли бесчисленные бронзовые статуи для украшения Города.

69 (5) Заложил он и водораспределительные цистерны и провел акведуки из Болгарии[211]. Сделал он и глубокие бетонированные каналы по всему городу, высотой как портики, чтобы не было никакого зловония и не проникло множество болезней, но чтобы зловонные вещества уходили вглубь и спускались в море.

70. Все это было выстроено, как говорилось выше, препозитом Урвикием, префектом Саллюстием и прочими, которым он оставил шестьсот кентинариев золота и на портики, и на водопроводы, и на стены. А он сам отправился воевать со скифами[212] и, покорив их, построил города Перстлаву, Дистру, Плискуву и Констанцию[213]. Те же были построены под руководством Урвикия через два с половиной года, по словам Ермия[214].

71. Построил он и квартал Арматия, где разбил свой лагерь и сложил там свое оружие[215], когда подчинил византийцев. А во имя трех своих сыновей он заложил дворцы: так называемые Константианы и так называемый квартал Константа[216] – это дом Тувакия и Ивирицы[217], которым владеет Акрополит[218]. Храмы же и прочее, что построил Константин Великий, мы назовем позже, в книге о постройках[219].

[Стены Феодосия II]

72. Когда на пятом году царствования Феодосия [II] Младшего[220] случилось землетрясение и стены рухнули до земли из-за того, что амаликиты-хацицарии[221] поселились в Городе и сильно хулили Трисвятое, этот император устроил прошение и моление на Кампе Трибуналия вместе с патриархом Проклом. После того как все много часов восклицали: «Господи, помилуй», у всех на глазах мальчик был поднят в воздух и услышал, как ангелы поют и славословят: «Святый Боже, святый Крепкий, святый Бессмертный, помилуй нас». А когда мальчик спустился, народ стал петь так, и прекратилось с того момента землетрясение.

73 (6). И изгнал император всех еретиков из Города и протянул стены от Эксакиония до Золотых ворот, в знак чего поставил и свою статую – за слонами[222]. Повел он прибрежную стену вверх от Равда до Золотых ворот и от Святого Антония в квартале Арматия до Влахерн и Золотых ворот. А две партии цирка, по его указанию, заложили стены, как мы расскажем в книге о постройках[223].

II. Патрии Константинополя. О статуях[224]

[Из Иоанна Лида]

1.[225] Об Адиабене. Эта страна находится перед Месопотамией, на восток, по ту сторону Тигра. А на противоположной стороне есть асфальт – так называемая нафта. Называется же она Адиабеной из-за того, что в ней очень много рек, которые затрудняют переправу[226]. Там находится Ниневия. Асфальт же придает постройкам такую крепость, что, смешанный с обожженными кирпичами и мелкими камнями, он оказывается прочнее любого железа. Там находится Аорнское устье, откуда поднимается дурной воздух, так что всякое наземное животное и всякая птица гибнут, если случайно его вдохнут. Он рассеивается и выходит не по прямой, но немного поднявшись, восходит и вновь опускается, и благодаря этому спасаются летящие в вышине и окрест <пасущиеся. А Дион говорит, что видел такое же в Иераполе> Асийском, – это губило всех вдыхающих, кроме евнухов. В Адиабене находится Ктесифон.

2. О статуе Января. Изваяние Января четырехликое, как рассказывают, из-за четырех времен года[227]. А другие изображают его держащим в правой руке ключ, как начало года, его открытие и привратника; третьи же – показывающим правой рукой на пальцах 300, а левой – 65[228], как <дней в году, почему и Лонгин силится истолковать его как Эонария> – отца века.

3. О статуе, держащей копье. Изваяние Афины держит копье и щит как знак ее стойкости и мужества и того, что всякое нападение она отразит при помощи мудрости, ведь такова она по уму. И даны ей шлем – потому что вершина мудрости незрима – и олива – так как сущность ее чистейшая, ведь олива – это источник материала для освещения. А Горгона дана ей на грудь из-за быстроты ее ума.

4. О статуе, держащей кифару. С кифарой в руках изображают Аполлона, как солнце и гармонию всего, ведь, соединяясь с остальными звездами, оно и рождает, и животворит.

5. О статуе, держащей бронзовые ножницы[229]. Говорят, что Гера – это воздух, а поскольку воздух очищает, то на изваяниях Геру делают держащей ножницы как метафору того, что ножницы обрезают волосы и делают тело чистым.

6. О статуе, держащей башню[230]. Деметрой древние называют землю, а поскольку основание всякого города – это земля, то она изображается башнедержицей, в знак того, что несет на себе города.

7. О статуе, держащей гребень. Изваяние Афродиты держит гребень. Поскольку появились у римских женщин губительные вши, они все состригли волосы и <гребни для них> оказались бесполезны. Помолились они Афродите, чтобы волосы снова выросли, и почтили ее статуей, держащей гребень. Изображают же ее и с бородой, потому что обладает она и мужскими, и женскими органами, ведь говорят, что она надзирает за рождением всего, и говорят, что выше бедер она мужчина, а ниже – женщина[231]. Изображают ее и конной, потому что Эней, ее сын, доплыв до Запада, после этого сел на коня и почтил мать таким изваянием.

8. О статуе Зевса. На изваяниях Зевса изображают сидящим, сверху обнаженным, а снизу одетым; в левой руке у него скипетр, а вытянутой правой он держит орла. То, что он сидит, намекает на прочность его силы; то, что он сверху обнажен, – что он явлен умственной и небесной части мира, а то, что остальное прикрыто, – что для земных существ бог непостижим. То, что в левой руке он держит скипетр, означает властное начало, а орел в другой вытянутой руке – что он владычествует над летающими по воздуху духами[232], как орел – над небесными птицами.

8а. <О статуе Геракла, держащего три яблока[233]. Геракла называют Хроносом, потому что он трехчастен: весна, лето и зима,>[234] а тремя яблоками он показывает, как сферы в трех климатах содержат все мироустроение.

9. О крылатой статуе Гермеса. Эллины и прочие древние {римляне}, согласно своей ложной мифологии, называют Гермеса сыном Зевса и Майи: Зевса – как ума, а Майи – <как рассудительности, ведь от ума и> рассудительности рождается слово. Поэтому и <представляют> его крылатым, как быстрого, ведь нет ничего быстрее слова, отчего и Гомер сказал: «слово крылатое[235]» и «словно крылатая мысль[236]». А моложе всех> его изображают потому, что не старится слово. Четырехгранным же его представляют из-за прочности истинного слова.

10. О статуе Гермеса, держащего кошель. Гермеса называют источником прибыли и торговли, отчего и изваяние ему ставят держащим кошель. Но и финикийцы своих богов изображают держащими мешок с золотом, а эллины изображают их держащими железо, как знак того, что людей подчиняют оружием.

11. О статуе Благоразумия. Изваяние Благоразумия в правой руке держит скипетр, ибо Благоразумие быстро разумом, а в левой – книгу, потому что разумный человек нуждается в напоминании, которое происходит из книг.

12. О статуе Приапа. На изваяниях Приапа[237], которого египтяне называют Гором[238], представляют в виде человека, держащего в правой руке скипетр, так как благодаря ему появились суша и море; а левой рукой он держит свой возбужденный член, потому что скрытые в земле семена делает он зримыми. Есть у него и крылья – как знак быстроты его движения – и круглый диск – как знак его вращения, ведь его считают тождественным Солнцу. Ведь, как было сказано, его ваяют в виде человека, держащего в правой руке скипетр, а в левой – свой возбужденный член, вдобавок же с крыльями и круглым диском между крыльев.

13. О статуе Геи. Гестию[239] считают женщиной и изображают ее как Гею[240], держащей тимпан, потому что земля заключает в себе ветры.

14. О статуе с рогами на голове. Это изваяние Селевка, прозванного за мужество Никанором[241], который отдал своему сыну Антиоху[242] собственную жену Стратонику, так как тот воспылал к ней страстью и из-за любви к ней занемог, однако таился, но был распознан врачом Эрасистратом[243]. Рассказывают, что, когда Селевк был с Александром Македонским и во время жертвоприношения убежал бык, только Селевк смог одолеть его, схватив за рога, и поэтому к его статуе добавляют на голове рога[244].

14а. Об атрабатиках[245]. На праздниках, триумфах и в присутствии послов надевали[246] пестрые хламиды с золотом, пурпуром или чем-то другим роскошным, а на обычных сходках – темно-бордового цвета, которые называли атрабатиками или из-за цвета (ведь черное называли ἄτρоν) или потому, что их обычно носили после трабей, а трабеями называют роскошные хламиды[247].

15 (7). Об Августионе. Пятого октября регионархи[248] водили хороводы на Густионе, то есть на продовольственном рынке, в честь того, кто в тот момент царствовал. Это самое место простецы теперь называют Августионом. Там и Константин [I] Великий поставил статую своей матери[249], почему и назвал Августионом это место, которое прежде называлось Густионом[250], то есть продовольственным рынком.

[Статуи на площадях]

16 (29). О статуях на арке свода на Форуме. На арке свода на Форуме стоят две статуи: Елены и Константина [I], и крест между ними с надписью: «Един Свят, един Господь Иисус Христос во славу Бога Отца, аминь»; а также статуи двух крылатых скороходов[251], поставленные управителем Форума.

Форум Константина. Рис. В. Бартлетта. Ок. 1840 г.

17 (8). О конном изваянии на Августионе, держащем крест и шар. Юстиниан [I], заложив Святую Софию, расчистил двор и замостил мрамором то, что было прежде Густионом, то есть продовольственным рынком[252]. Поэтому он поставил свое конное изображение на колонне, и в левой руке держит шар с укрепленным на нем крестом, указывающим, что благодаря вере в крест стал он властителем всей земли, ведь Земля – это шар, из-за шарообразности своего облика, а крест – это вера, из-за пригвожденного к нему плотью Бога. А правую руку он держит простертой на восток, указывая персам остановиться и не переходить на ромейскую землю, своей простертой и отталкивающей рукой восклицая: «Стойте, персы, и не идите дальше, ведь не будет вам пользы».

<Этот же Юстиниан, как рассказывают, возгордился из-за удач Велизария[253]. И вот, посланный императором против персов и остальных восточных народов, он победил всех и, захватив Гелимера[254], послал его в Маврусию[255], чтобы стерег его Фарес. Там тот столкнулся с великой нуждой в хлебе, потому что в окрестностях Маврусии не выращивают хлеб, но дошел до того, что стал кормиться полбой-однозернянкой, и написал императору, чтобы тот послал ему хлеба, губку и кифару. А он, пораженный этим, спросил своего адресата, зачем тот просит такое. И тот сказал, что хлеб просит потому, что жаждет его и видеть, и есть, губку – чтобы омыть все свое тело слезами, а кифару – чтобы утешаться в несчастьях. Император же, пораженный и удивленный этим, послал просимое[256]. Вот почему Юстиниан превознесся и поставил себя конным на колонне. А позже, позавидовав вышеупомянутому талантливейшему полководцу Велизарию, он выколол ему глаза и приказал посадить его в квартале Лавса и дать ему глиняную плошку, чтобы прохожие кидали ему по оболу[257].>

18 (30)[258]. О кресте в северной части Форума. В северной[259] части Форума стоит крест, каким видел его Константин [I] на небе: отлитый из золота, с округлыми яблоками на концах. Там и он сам, и его сыновья, позолоченные, видны и по сей день.

19. О Ксиролофе. Ксиролоф некоторые прежде называли зрелищем, ведь на нем стояли 16 витых колонн, составная статуя Артемиды, [статуя] Севера, основателя Города, и зодиак на треножнике[260]. Там часто приносил жертвы Север; и много прорицаний давалось на том месте, согласно одному из которых юную девушку даже принесли в жертву. И была там астрономическая конструкция, рассчитанная на 36 лет[261]. На том же Ксиролофе, как рассказывает Диакриномен[262], была статуя Феодосия [II] Младшего, а также Валентиниана [III] и Маркиана, под колонной, но из-за землетрясения эти статуи упали[263].

20 (31)[264]. О двух крестах разбойников. Под Форумом в глубине положены два эти креста и сосудик с миром, которым был помазан Христос, а также много других реликвий, положенных там Константином Великим, а запертых Феодосием [II] Младшим.

Колонна на Ксиролофе. Рис. XVII в.

[Диковины]

21 (239)[265]. О мосте у Святого Маманта, по ту сторону [Города]. У Святого Маманта, по ту сторону, стоял большой мост, как в Халкидоне, с двенадцатью арками. Ведь текла там огромная река[266], особенно в феврале месяце. Там стоял также бронзовый змей, а поскольку некоторые считали, что змей жил под мостом, то приносили ему в жертву немало девушек и множество овец, быков и птиц. Влюбившись в это место, некто Василиск[267], который был одним из потомков цезаря Нумериана, построился и поселился на нем; там он построил и огромный храм Зевса[268]. Все это Зинон разрушил на второй год своего царствования[269].

22 (80)[270]. О костях великанов. У храма святого Мины у Акрополя была найдена большая яма, когда его расчищали, и множество костей гигантских людей. Увидев их, пораженный император Анастасий [I][271] положил их во дворце как удивительную диковинку.

23 (110)[272]. О статуе евнуха в Хелоне. У храма святого Прокопия в Хелоне стояла статуя некоего евнуха, у которого на груди написано: «Тот, кто переставит статуи[273], пусть будет предан повешению». Была же это статуя спальничего Платона[274], который был сожжен заживо во времена императора Василиска. А когда его родители попросили у императора поставить статую евнуха Платона в напоминание противящимся императору, тот не стал препятствовать. Когда же обновляли храм святого мученика, ее переставили на Ипподром. А дома этого евнуха сохраняются в Хелоне до сего дня[275].

24 (79)[276]. О месте Кинигия. На Кинигии прежде бросали насильственно убитых, и там было несколько статуй. Феодор Чтец[277], отправившись туда вместе с хартулярием Имерием[278], увидел там статую небольшого роста, но очень толстую. «А когда я стал ей удивляться, говорит Имерий: «Дивись, ибо это тот, кто заложил Кинигий». Когда же я сказал: «Максими[а]н строил, а Аристид[279] сделал план», тотчас статуя упала со своей высоты, попала в Имерия и сразу убила его. Поскольку я испугался и убежал в [Великую] церковь, то, когда я стал рассказывать о случившемся, никто не поверил мне, пока я клятвами не подтвердил случившееся. Итак, родственники умершего и друзья императора отправились вместе со мной к Кинигию и прежде, чем приблизиться к трупу этого мужа, взглянули с удивлением на ‘труп’ статуи». А некий философ Иоанн[280] говорит: «Я обнаружил, что под этой статуей высечено рельефное изображение того мужа, который погибнет [от нее]». Убедившись в этом, император Филиппик приказал закопать эту статую в том же месте».

[Статуи императриц]

25 (173)[281]. О двух статуях Вирины, жены Льва Великого. Существуют две статуи Вирины: одна к югу[282] от Святого мученика Агафоника, после подъема на тамошние ступени, а другая – севернее, напротив той, близ храма святой Варвары в Артотириановом месте[283]. И та, что у святого Агафоника, была поставлена при жизни Льва [I] Макеллы, ее мужа, а та, что у Святой Варвары, – после его кончины, когда она короновала Василиска, своего брата, после бегства своего зятя Зинона.

26[284]. <О Евфимии, жене Юстина.> Статуя Евфимии, жены Юстина [I] Фракийца, стоит у Святой Евфимии, которую она и построила[285].

27[286]. Об Аркадианах. Аркадии, жене Зинона во втором браке[287], поставили статую близ ступеней так называемых <Топ>, в квартале Архистратига у Аркадиан[288]. Там Зинон судил соратников Василиска и сделал это место своим судом-секритом. А статуи первой жены его Ариадны и самого Зинона стоят у императорских ворот Халки.

28 (9). О Халке. Близ Халки, около Галереи Дворца[289], воздвигнута статуя славной Пульхерии[290]. В том же месте стоят и Зинон с Ариадной, и две другие ростовые статуи на коротких колоннах, с элегиями философа Секунда[291]. А напротив Халки, на арке, восемь[292] половинных горгоновидных женских голов, позолоченные. Восемь их статуй прибыли из Эфеса, из храма Артемиды, и четыре утверждены во дворцах в районе Тавра ([где статуи] Константина [I], Юлиана, его жены, его сыновей и Галла[293]), а четыре – у Халки, с левой стороны[294]. Там были поставлены Юстинианом [I] и крест, и позолоченная статуя Велисария, а также Тиверий [I] Фракиец, сгорбленный, Юстин I, худощавый, и семь статуй его родичей, частью из мрамора, частью из бронзы[295]. А два коня, стоящие над горгоновидными [головами] на арке, также привезены из храма Артемиды в Эфесе[296] Юстинианом [I], построившим Святую Софию, и он поставил их так, чтобы кони не ревновали друг ко другу[297], и точно так же – крест, для устойчивости [места]. У той же Халки стоит тяжелейшая статуя Максимиана. Там[298] теперь и весь род Феодосия [I] Великого[299], [и статуи] Маврикия, его жены и его детей[300].

Ворота Халка (слева). Слоновая кость

29[301]. О Милии. На своде Милия находятся статуи Константина [I] и Елены. Там виден с востока и крест, который они несут, а посредине креста – <Фортуна> Города – маленькая цепь, закрытая на замок и заговоренная, чтобы [у ромеев] не было недостатка ни в чем и чтобы приносить победу над всеми язычниками, дабы они не смогли приблизиться, проникнуть внутрь или напасть, но удерживались вдали и возвращались с поражением. А ключ от цепочки закопан в основания колонн[302].

30[303]. У того же Милия стоят статуи Софии, жены Юстина [II] Фракийца, ее дочери Аравии и ее племянницы Елены[304].

31 (81)[305]. О Питтакии. Так называемый Питтакий – это статуя Льва [I] Великого, Макеллы, которую построила его сестра Евфимия, потому что там был ее дом. Император Лев ходил туда каждую неделю, так как она была мудрой девой. И все обиженные, из Города ли или из фем[306], со всей вселенной оставляли там на ступенях колонны свои прошения (πιττάκια), а чиновники их охраняли. И когда приходил император, чиновники подавали их все императору, и тотчас каждый получал свое решение. А когда император был во дворце, то каждое утро посылал одного дежурного, и тот забирал у чиновников и приносил императору оставленные там просительные записки. И в каждом случае император передавал решения и приговоры по этим запискам дежурным или спальничьим, и они относили их во двор Питтакия и передавали сторожившим их воинам, а те – просителям. Поэтому те, кто хотел поскорее решить свои дела, вечером клали свои прошения, а наутро получали ответ, отчего это место и было прозвано Питтакий[307].

32[308]. Во дворцовом Трибуналии стояли статуи Евдокии, жены Феодосия [II], самого Феодосия [II], Маркиана и Константина [I][309]. Там же до Ираклия устраивались пляски двух партий цирка[310].

[Постройки и статуи вокруг Августея]

33. О Зевксиппе. Баня «Зевксипп» построена и заколдована Севером, так что ее натапливали стеклянной лампой, а вода и воздух в бане сильно нагревались. Но некие неразумные люди пришли и это уничтожили.

34[311]. Статуя, стоящая у Армамента[312], – Фоки Стратиота. На седьмом году своего царствования, ближе к его концу, он со рвением поднял ее на сложенную из камней колонну. А по прошествии восемнадцати дней после ее воздвижения он был свергнут с царства[313]. Тогда жил и преподобный [Феодор] Сикеот[314].

35 (24). О Дииппии – Святом Иоанне Богослове. Тот же Фока заложил храм святого Фоки у Милия, не успев его только покрыть крышей… А до того времени там была подстава для почтовых лошадей, и на этом месте он подрезал жилы почтовым лошадям, начиная от этой станции. Ведь эта подстава была на суше, а оттуда он ехал до следующей подставы у Золотых ворот[315]. А после того как он взошел на престол и воцарился, то поставил там двух коней с подрезанными хвостами на каменных четырехгранных постаментах близ храма святого Фоки, который он построил, назвав это место Дииппием. Ведь там он украсил золотой мозаикой и два изображения: Константина [I] и Елены[316]. А Ираклий, придя и взяв власть, почтил этот храм, покрыв его крышей и переименовав во имя святого Иоанна Богослова.

Св. Иоанн в Дииппии. Рис. Г. Иджиджияна. Ок. 1800 г.

36. Квартал Лавса был домом Лавса, патрикия и препозита, который получил много должностей и почестей во времена Аркадия, сына Феодосия [I] Великого. Украсил же он его разнообразными и драгоценными колонками и мраморами. А этот дом был один из двенадцати домов Константина Великого[317]: там и каменные орлы, и фонтаны, и ступени, и четырехугольные тумбы, из которых лилась вода для украшения Города. Стоят же они до сего дня.

37. Близ свода Милия есть конная статуя Траяна, а рядом с ним – конная статуя Феодосия [II] Младшего.

38. Аркадий, его сын Феодосий [II] и Адриан сидят все на конях близ статуи Феодосия [I] Великого в районе Тавра, близ колонны, внизу.

39[318]. Разноцветное изображение, стоящее в бане «Зевксипп»[319], – кротчайшего Филиппика.

40. О цистерне Базилики. Так называемая цистерна Базилики была построена Константином [I] Великим[320]. <Вымощенная плитами[321] цистерна Базилики была малактареей[322], когда строили Святую Софию[323]. Точно так же и выше ее была маленькая [цистерна], под названием Василискарий[324], и она была малактареей для деликата[325] Святой Софии[326].> А сидящая там на троне статуя – Соломона, которую построил Юстиниан [I] Великий: он держится за щеку и смотрит на Святую Софию, потому что побежден ее размером и красотой, бóльшими, чем у построенного им храма в Иерусалиме. Там же стоит статуя Феодосия [I] Великого, на двух четырехгранных позолоченных столпах, позади Базилики, близ Милия[327].

[Зрелища и статуи]

41[328]. Зрелище 1. В покрытой золотой крышей Базилике за Милием (где была установлена пробная мера императора Ираклия) позолоченная статуя коленопреклоненного человека – Юстиниана [II] Тирана[329]. Там выступал Тервель[330].

И там стоит огромный слон, постановленный Севером. А перед ступенями была ограда; там и большая схола охранников[331]. Там жил серебряных дел мастер, торговавший с фальшивыми весами, и когда его жилище было повреждено, он пригрозил сторожу слона смертью, если тот его не удержит. Но зверопитатель не соглашался, и тогда убил его обвешиватель и бросил в пищу слону, но зверь, будучи неукротим, убил его самого. Услышав об этом, Север принес зверю жертвы, и на этом месте были сразу же изображены и зверь, и зверопитатель.

Здесь служили и Гераклу, принося ему множество жертв, – его перенесли на Ипподром[332]. А прибыл он из Рима в Византий при консуле Юлиане[333] и был привезен на телеге и корабле вместе с десятью статуями.

42[334]. Зрелище 2. Колесница Гелиоса с четырьмя огненными конями, стоящая у двух статуй, с древних времен находилась на золотом Милии. Там славили Константина Великого после его победы на Азотцем[335], поскольку и Византа там славили. Когда колесница Гелиоса была привезена на Ипподром, гвардейцы внесли новую небольшую статую – изготовленную Константином и несомую Гелиосом Фортуну Города. Она вошла в Стаму и, увенчанная, вышла оттуда. А стояла она в Сенате, до следующего дня рождения Города. Поскольку же у нее на голове был крест, который вырезал Константин[336], Юлиан закопал ее в яме.

43[337]. Об Арии. Там настигла смерть мерзостнейшего Ария, на расстоянии примерно в 29 ладоней от арки Сената на Форуме[338]. Боголюбивый Феодосий изобразил Ария на мраморном рельефе, вровень с землей, а с Арием – Македония, Савеллия и Евномий, на поругание им, чтобы прохожие метали в них кал, мочу и слюну.

44[339]. О Сенате. Сенат называется так, я думаю, потому что изначально, до Константина, патрикии получали там кодициллы. Первым же достоинство консула там получил Каллистрат[340], причем партия <Зеленых> восклицала: «Каллистрат удачлив и дальше продвинется». А тот, испугавшись этого, стал искать убежища в церкви. Константин клялся, что не причинит ему зла, но тот не удовлетворился этим и был рукоположен в пресвитеры, а позже и в епископы, о чем до меня дошло много рассказов.

45. О порфировой колонне. Под колонной Форума положены и статуя – талисман палладия[341], и много других чудодейственных предметов. А круг Форума равен площади лагеря Константина Великого, который он там разбил, прибыв из Рима[342]. Два сигмовидных портика были тогда стойлами вокруг лагеря[343]. И эту прекрасную колонну[344], и статую Аполлона, как подобие Гелиоса, поставил Константин [I] Великий в свое имя[345], поместив ему на голову гвозди Христовы, наподобие лучей, чтобы, как Гелиос, сиять горожанам.

46[346]. Об Артополиях. В Артополиях[347] есть собачка, у которой до двадцати сосков, а также павлины, орлы, львицы, зайцы и головы баранов, воробьи, вороны, одна горлица, ласка, корова и две Горгоны: одна справа, а другая слева, причем одна смотрит на другую (они высечены из мрамора), <и огромное стадо свиней>[348]. Стояли они там до Зинона. Но некий Гален, врач и философ[349], проникнув туда, сказал, что [надписи] Горгоны – иероглифические и астрономические, изъясняющие всю историю, вместе с именами, а сделал их Константин [I] Великий. Поскольку же этот Гален часто хаживал сюда, то понял в этих записях, чтó сделает с Зиноном Верина, и рассмеялся. А некий Каллистрат, низкого происхождения и трактирщик по профессии, после возвращения Зинона[350] обвинил Галена, и Зинон его казнил.

46а (42). Рассказывают и такое – и это правда, – что стада свиней, проходя там у Артотирианова места через арку, откуда они идут вверх[351], вставали остолбеневшие и не могли пройти, пока гнавшие их свинопасы не начинали бить стадо с силой. Покуда кровь не начинала течь у них из носов в жертву этому месту, они не уходили оттуда, а когда проливалось немного крови, стадо свиней внезапно сдвигалось с места и шло. И это правда.

47 (48). О Тавре. На Тавре стоит статуя Феодосия [I] Великого, которая раньше была серебряной. Там он принимал послов от народов. Там же были сперва дворец и гостиница римлян, а именно в так называемом Алониции. Наверху большой колонны была поставлена статуя Феодосия[352], а его сыновья стоят: Гонорий наверху каменной арки к западу, Аркадий же на восточной каменной арке, над прекрасными большими четырехгранными столпами[353]. Посередине же двора гигантская конная статуя, которую одни считают Иисусом, сыном Навина, а другие – Беллерофонтом; привезена же она из Антиохии Великой[354]. На четырехгранном постаменте конной статуи, высеченном из камня, выбиты рельефы с изображением последних дней Города, когда росы разорят Город. А подножием [статуи служит] маленькая человеческая фигурка из бронзы, связанная и коленопреклоненная, которая держится за левую ногу гигантского коня, и она обозначает, что там написано[355]. Точно так же там огромная полая колонна[356]. А Ксиролоф содержат изображения последних дней Города и его взятия, высеченные в рельефах.

48 (51)[357]. О Филадельфии. Так называемый Филадельфий – это сыновья Константина Великого. Когда Константин [I] Великий скончался, Констанций [II] был на Востоке, а Констант [I] прибыл с Запада, из Галлии, и они встретились там и облобызали друг друга[358]. Не то чтобы они встретились там, но там был поставлен памятник их встрече. А как рассказывают другие, то, что теперь называется Филадельфием, где с севера есть арка, было в древности Протейхисмой[359] и сухопутными воротами, построенными Каром[360].

49[361]. О Бессолнечном, что на Форуме. Там стояла сперва статуя Форума, которую на колеснице привезли с Филадельфия, а как говорит Диакриномен – из Магнавры. Поставив ее на Форуме и обратив к ней множество песнопений, как к Фортуне Города, все поклонились ей, когда подняли на колонну, причем предстоял священнослужитель[362] с процессией, и все громко восклицали стократно: «Господи, помилуй». Наверху, на вершине колонны было поставлено много удивительных и необычных предметов. В связи с этим был устроен сорокадневный праздник, и император раздал тогда много хлебных пайков. А на следующий день были устроены день рождения Города и большие скачки, когда и город был назван Константинополем.

50 (52)[363]. О кресте Филадельфия. Святой Константин [I] построил на колонне у Филадельфия крест[364], позолоченный и украшенный камнями и стеклами, по образцу креста, который он увидел на небе. И около этой порфировой колонны он поставил статуи своих сыновей, показав их сидящими на троне[365]. Изобразил он на этой колонне свои деяния и латинские надписи, указывающие на последние времена. Стоит же она напротив двух его сыновей, сидящих на троне, и других, обнимающихся.

51 (53). О Модии и руках[366]. Так называемый Модий был солнечными часами[367] – это был проверочный модий. Стоит же он на арке Амастриана, между двух рук, и был изготовлен Валентинианом [I][368], потому что и Ламия[369] была рядом с ними. А ниже, внутри арки из рук, рельефные изображения – опытные люди их обнаружат. Было определено, чтобы модий продавался с горкой[370], а один из торговцев продавал модий вровень – узнав об этом, император отрубил ему обе руки и выставил их на обозрение, равно как и модий, назвал же это солнечными часами.

52[371]. Об Амастриане. На месте Амастриана стоят Зевс Гелиос, изваянный в мраморе на колеснице, и возлежащий Геракл. Там и река, почитаемая волком-Ликом[372], и черепахи, полные птиц, и 18 змей женского пола, и мраморная статуя властителя из Пафлагонской страны, и другая, закопанная в дерьме, моче и земле, – некоего раба пафлагонянина из области Амастриды[373]. В этом месте оба они были принесены в жертву бесам и поставлены в виде статуй, чтобы им дивились. Там же и украшенные тонкие колонны, поставленные полукругом. Было же там много бесовских нападений.

Амастриан. План

53 (56)[374]. О Быке. У так называемого Быка[375] была построена огромная печь, у которой была голова быка. Там казнили злодеев, и потому Юлиан под видом осужденных сжег в ней много христиан. Была же эта печь в виде быка величайшим зрелищем[376] (в подражание ему был сделан бык в Неории). Эта печь существовала до Фоки, но Ираклий переплавил ее на медные монеты-фоллисы. В том же месте и арки, похожие на те, что на Ксиролофе, со множеством статуй и каменных рельефов, которых проходящие мимо найдут в немалом количестве.

[Статуи на юго-западе Города]

54. Об Эксакионии. Эксакионий был сухопутной стеной, построенной Константином Великим[377]. Простояла она 132 года, до царствования Феодосия Младшего[378]. Стояла снаружи колонна (ἔξω κίων) со статуей Константина Великого, и поэтому то место называется Эксакионием[379]. Стояло там много статуй, но их разбил император Маврикий. А на сохранившихся теперь колоннах стоят статуи, прибывшие из Кизика.

55. О Тетрапилоне. То, что теперь называется Тетрапилоном, раньше именовалось Тетравилоном[380] и простояло 160 лет, до Зинона[381]. Была же там комната над колоннами, сооруженная Константином Великим по подобию римской. А родственники скончавшегося императора и августа заранее встречали там его траурный кортеж и оплакивали скончавшегося внутри. Когда же погребальные носилки оказывались внутри комнаты, то опускали занавесы, чтобы не входил и не смотрел никто из народа, и в одиночестве бились они в стенаниях и рыданиях шесть часов. Потом сопровождали они его, унесенного оттуда, до Святых Апостолов и погребли его, а затем женщины возвращались тем же путем.

56. Об Эксакионии. Статуя на короткой колонне, стоящая в Эксакионии, в северной части, – Константина [VI] Слепого, мятежника, сына Ирины.

57. Стоящая на Сигме статуя на колонне – Феодосия [I] Младшего, сына Аркадия: ее построил евнух Хрисафий Цумай, спальничий[382].

58. О слонах. Статуи слонов на Золотых воротах привезены из храма Ареса в Афинах Феодосием [II] Младшим, строителем сухопутной стены до Влахерн: он построил ее за шестьдесят дней[383]. В этом участвовали две цирковые партии, по восемь тысяч человек, а димархами были тогда Магдала у партии Голубых и его брат Харисий у партии Зеленых, вместе с их родственником Евлампием[384]. И Голубые начали строить от Влахерн, а Зеленые – от Золотых ворот, и соединились они у ворот Мириандра, называемых воротами Полиандра[385], а простецы зовут их воротами Колиандра: они названы воротами Полиандра, так как там соединились обе партии[386].

58а. Об остальных статуях на Золотых воротах. Остальные статуи, стоящие на Золотых воротах, привезены Вигилием, асикритом и астрономом[387], в том числе женская статуя, которая держит венок, изображающий город[388]. А выше и ниже имеются и другие небольшие изваяния, которые искушенным людям точно являют обширные сведения.

[Стратигий]

59[389]. О Стратигии. Так называемый Стратигий – это статуя Александра Македонского[390], которая стоит на Большом [Стратигии]. Она стояла прежде в Хрисополе, так как там он заплатил войску двойное жалованье за один год, и потому македоняне назвали его Хрисополем, а по войску он назван Стратигием. Стояла же эта статуя в Хрисополе, как построил ее народ, 648 лет[391], а Константин [I] Великий перенес ее в Город[392]. Там проверяли воинов-стратиотов, так как это место ровное[393].

60. Стоящий там обелиск – это обломок стоящего на Ипподроме[394]: он привезен из Афин патрикием Проклом во времена Феодосия [II] Младшего[395].

61. Стоял на том же Стратигии и треножник с изображениями прошлых, настоящих и будущих событий, а также южный полюс и котел с казаном, поставленный [позднее] в квартале Стира[396], ведь это было место оракула; рядом там Фортуна Города[397]. А кесарь Варда[398], дядя императора Михаила [III], снял их, разобрал и уничтожил. Историю обелиска рассказывает хронист. А Малый Стратигий[399] – это статуя Льва [I] Макеллы.

[Гавани и башни]

62. О Софиях. Софийская гавань построена бывшим куропалатом Юстином, мужем Софии Прокаженной. А посреди гавани стоят четыре статуи: Софии, Юстина [II], Аравии и Виглентии, его матери. Две из них были убраны Филиппиком: на них были надписи о будущем[400].

63. О Елевферии. Гавань Елевферия построена Константином [I] Великим; стояла там каменная статуя асикрита Елевферия, который нес на плечах корзину, а в руке – лопату-веялку, все из камня. А когда поставили статую Феодосия [I] на колонне Тавра, землю высыпали в гавань, и она обмелела[401].

64. О кресте. Крест, водруженный на колонне близ Артополий, на мощенном камнем дворе, был воздвигнут Константином [I] Великим, когда был основан Город[402]. В древности возницы проводили там коней обеих партий, и те кричали славословие: «Крестная сила, помоги им!» Там же стояло и четверо бронзовых ворот с четырех сторон, четыре портика по периметру и много чудесных вещей – все это дожило до Феофила. Тогда он назвал их Долиной стона и приказал работорговцам продавать там свой живой товар.

65. О больнице Феофила. На так называемой Зевгме, наверху холма, выглядящее весьма внушительным здание больницы: Константин Великий построил его в качестве публичного дома[403]. <Был он и домом патрикия Исидора[404], а затем женским монастырем[405], Феофил же сделал из него больницу[406].> Стояла здесь статуя на витой каменной колонне – Афродиты: сюда ходили ищущие любви и совокуплялись с жившими здесь блудницами. Кроме этого здания, не было другого публичного дома или любой проститутки, а внутри самого здания между колоннами были разгородки с кольцами и занавесами, и так в беспутстве развлекались искатели любви. Статуя эта была проверочной для женщин и девушек, чья чистота подвергалась сомнению, и богатых, и бедных: если кто-то нарушал чью-то девственность – а многие в этом не признавались, – то говорили им родители и друзья: «Пойдем-ка к изваянию Афродиты, и если ты чиста, то это выяснится». И когда они приближались к подножию статуи, то кто была неиспорченной, та проходила невредимой, а вот кто осквернилась или утратила свою девственность, то, когда она приближалась к колонне со статуей, внезапный припадок затмевал ее рассудок, и она против своей воли и желания, подняв при всех одежды, показывала всем свои срамные места. Точно так же это происходило и с замужними, если они тайком блудили. И удивлялись все, и верили в случившееся прелюбодеяние, когда те признавались. А сестра жены бывшего куропалата Юстина [II] разбила эту статую из-за того, что и ее срамные места показались, после того как она, соблудив, проехала там верхом во Влахернскую баню, так как случился страшный ливень и невозможно было плыть на императорских дромонах[407].

66[408]. Так называемые Контарии. Там была прежде большая сторожевая башня, которая сохранялась семь лет. И когда война шла уже два года, Галлиен построил там небольшой идольский храм[409]. Разрушив его, Константин [I] Великий возвел храм Богородицы, изобразив там Христа, Богородицу, свою мать и себя самого, и устроил праздник на двенадцать дней. Этот храм был переименован в Святую Феклу[410]. Тогда же и свод Милия был сухопутными воротами, а в Дииппии была почтовая подстава[411]. А сами так называемые Контарии были большим холмом, откуда вела наблюдение стража византийцев, которые боялись нападения с запада.

67[412]. Так называемый квартал Виглентия был крепчайшей сторожевой башней[413] святого Константина [I], когда он брал Византий.

68[414]. О Неории. Неорий обустроил [Лев III] Конон[415]. Там существовал прежде и рынок морских товаров, а при Юстиниане [II] он был перенесен в гавань Юлиана.

[Водные сооружения]

69[416]. Акведук с большими арками, каким он [сейчас] виден, был построен Валентом[417].

70[418]. У так называемой цистерны Аэтия, которая построена патрикием Аэтием при Валенте[419], стоит статуя этого Аэтия.

Акведук Валента. Рис. В. Бартлетта. Ок. 1840 г.

71[420]. Так называемая цистерна Аспара построена Аспаром и Ардавурием при Льве [I] Великом[421]. Там, после ее завершения, оба были казнены <этим императором: они хотели вместе с народом низвести Льва с царства, если бы он предусмотрительно не казнил их[422] обманным путем[423]>. А дом Аспара[424] был тот, которым владел паракимомен Василий[425].

72. Цистерну Вона построил патрикий Вон[426], прибывший из Рима[427], и он перекрыл ее полуцилиндрическими сводами. Там был и его дом, сам же он жил при императоре Ираклии[428].

[Статуи на Ипподроме]

73[429]. Об Ипподроме. Много идолов, привезенных из Рима, стояло на Ипподроме, а шестьдесят из них – особенные, среди которых и идол Августа. Много статуй было привезено и из Никомидии, из которых и статуя Диоклетиана[430] сохранилась доныне на Ипподроме: сутулый, стоит он посреди императорской ложи. Подобным же образом Константин [I] Великий привез различные статуи и из Афин, Кизика, Кесарии, Тралл, Сард, Мокиса, Севастии, Саталы, Халдии, Антиохии Великой, с Кипра, Крита, Родоса, из Атталии, Смирны, Селевкии, Тиан, Икония, Никеи Вифинской, с Сицилии[431] и изо всех городов Востока и Запада. Они были поставлены и заколдованы, и те прохожие, кто искушен, ясно узнают [из них] о последних днях.

74. На Ипподроме есть статуя Артемиды: там проверяют борцов.

75. Четыре позолоченных коня, которые видны над стартовыми решетками, прибыли с Хиоса при Феодосии [II] Младшем[432].

76[433]. В Галерее с двух сторон статуи конные и ростовые – Грациана, Валентиниана [I], Феодосия [I] и кривого Фирмиллиана, поставленная для смеха[434].

77[435]. Из стоящих там [статуй] тех, кто рождает зверей и пожирает людей, – одна Юстиниана [II] Тирана, показывающая историю деяний его второго правления, другая же, где и корабль, согласно одним, это Сцилла, что пожирает [бегущих] от Харибды людей, и Одиссей, которого она держит рукой за голову[436], а согласно другим, это земля, море и семь веков[437], пожираемые потопом, и нынешний век – это седьмой.

78. Сидящая на бронзовом троне. Иродион[438] говорит, что это Вирина, жена Льва [I] Великого, а другие – что это Афина, прибывшая из Эллады.

79[439]. Гиена привезена из Антиохии Великой Константином [I] Великим. А остальные изваяния на Ипподроме, и мужские, и женские, и различные кони, и каменные и бронзовые колонны на поворотах, и бронзовые обелиски на виражах, и рельефы на обелиске[440], и статуи возниц вместе с их рельефными базами[441], и колонны галерей вместе с их капителями и базами, и тех, что в сфендоне, и барьеры, и их плиты, и ступени, и подиумы, и, короче говоря, все, где только найдется надпись, а особенно на бронзовых статуях, – все эти изображения рассказывают о последних и будущих днях. [Эти изображения] поставил Аполлоний Тианский в напоминание смотрящим, ибо их нельзя избежать. Точно так же он заколдовал и изваяния по всему Городу. А те, кто опытен в пророческих статуях, обнаружат все это так, что ничто от них не укроется. Точно так же и треножники дельфийского котла[442], и конные статуи несут надписи о том, по какой причине они поставлены и что означают.

(80. Октавий Август стал консулом в августе месяце и почтил его, называвшийся прежде секстилием, именем Августа. В нем он и скончался, 19 числа. Родился же он 23 сентября, а 2 сентября победил Антония и стал единовластным правителем – он почтил его, сделав началом индиктиона, то есть началом года, благодаря чему сентябрь стал почтен.

81. Аппиан, Дион и другие римские историки рассказывают, что Цезарь, переправляясь из Никополя в Диррахий, попал в страшную бурю, так что даже кормчий отчаялся, не зная, что везет Цезаря, ведь тот прятался под покрывалом, чтобы его не узнали. Открывшись, он сказал кормчему: «Иди на бурю: ты везешь Цезаря и фортуну Цезаря»[443].)

82[444]. Философ Кран, один из тех 7 философов, что прибыли с Евдокией из Афин, попросил у Феодосия [II] разрешения осмотреть статуи на Ипподроме. И увидев так называемого банщика и стоявшего перед ним осла, спросил: «Кто это поставил?» А когда чтец ответил: «Валентиниан[445]», он сказал: «Ох, беда, что человек следует за ослом!» Философы же были следующие: Кран, Кар, Пелопс, Апеллес, Нерва, Сильван и Кирб[446]. Когда же они смотрели на скачущего императора и дивились, император спросил: «Чему вы дивитесь?» Апеллес ответил: «Дивлюсь я тому, что, когда прекратятся Олимпийские игры[447], кони станут наездниками людей». Нерва сказал: «Дурно это для столицы, ибо волшебная статуя (στоιχεῖоν) совпадает с ее значением (στоιχεῖоν)». Сильван, увидев статую, подогнувшую колено (γόνυ)[448], сказал: «Будут после этого бесплодные (ἀγόνατα) годы». Кирб, видя [статую] Демоса, сказал: «О народ (δῆμоς)[449], из-за которого палачи (δήμιоι) будут в изобилии». Кран, увидев статую голого мужчины с шапкой[450] на голове, а перед ней – осла, сказал: «Однажды осел станет как человек», и «О несчастье, что человек не стыдится следовать за ослом!» Пелопс, увидев стартовые решетки для коней, спросил: «Чья это загадка?» Когда же Феодосий ответил: «Константина [I]», тот сказал: «Или философ не настоящий, или император не правдив». Ведь философ увидел некую женскую статую, исписанную с четырех сторон знаками зодиака, и сказал: «О четырехпредельный, от которого будут Константин и беспредельные[451]». А Кар, которого побуждали [высказаться], сказал: «Несчастливым мне все это кажется, потому что если эти статуи, когда их испытают, окажутся правдивы, то зачем вообще Город возник?»

83[452]. При Анастасии [I] философ Асклепиодор, увидев большую статую на Ипподроме, державшую руку у лица, сказал: «О насилие, ведь это все нужды людей сбродили в заботу одного человека!» И кто-то показал ему надпись на мраморе, а он, когда прочел ее, сказал: «Хорошо бы не дожить то того, когда это произойдет, так же как и мне было бы лучше этого не читать».

(84. Феосарий почитается как бог, а особенно чтут его арабы. Его изваяние – это большой четырехугольный необработанный камень высотой в четыре фута, шириной в два, толщиной в один; он покоится на основании из чеканного золота. Ему приносят жертвы и льют кровь жертв – такое у них возлияние. А его храм весь из золота, ведь стены его золотые, и там много приношений. Изваяние его в Петре Аравийской, и там почитают его.[453])

85[454]. Статуи Персея и Андромеды. Из Икония[455] статуя Персея и Андромеды, дочери Василиска: как повествуют, ее отдали в жертву гнездившемуся там змею. Ведь был такой древний обычай отдавать юную девственницу зверю – соответственно, связанная Андромеда должна была быть отдана на растерзание зверю. И вот, вышеупомянутый Персей, придя туда, спрашивает у плачущей Андромеды, почему она рыдает, и она рассказала ему о случившемся. Когда же он присел, <появился зверь>. А Персей, у которго в суме была голова Горгоны, взял ее и, отвернувшись назад, показал зверю ядовитый лик – увидев его, тот издох. Поэтому логист Филодор прозвал город Иконием, ибо Персей показал образ (εἰκών). А изначально имя городу было Дания, затем назывался он Тренодией, но Филодор назвал его Иконием. Там этот Персей и скончался вместе с Андромедой, и вот их обоих поставили над городскими воротами. Эти статуи прибыли при Констанции [II], после завершения Антиохийской церкви, в большую баню Константина и стояли близ Циканистирия[456].

86[457]. У Подземных ворот[458], засыпанных землей, стояла колдовская статуя некой язычницы Фидалии[459]. А когда эту статую убрали, можно было видеть великое чудо: это место сотрясалось в течение длительного времени, так что и император удивился, и крестный ход отправился на это место, и только преподобный Савва[460] смог остановить это своими молитвами.

87[461]. В так называемой Неолее[462], на колеснице у плетеных колонн, стояли женская статуя и алтарь с бычком. Там же и четыре блистающих золотом коня[463], а на колеснице возница-женщина, держащая в правой руке маленькую статуэтку – бегущую фигурку[464]. Одни называют это заказом Константина, а другие – только упряжку, остальное же – более древнее и никак не было изготовлено Константином. Ведь до Феодосия [I] Великого[465] горожане устраивали представление на Ипподроме: все входили со свечами и в белых хламидах, везя одну эту статую на колеснице, до Стамы от стартовых решеток. Совершали же они это тогда, когда праздновался день рождения Города[466]. Там же в виде статуй воздвигнуты на колонных Адам и Ева, Изобилие и Голод.

[Статуи в Городе]

88[467]. О гавани Неория. В так называемой гавани Неория стоял бронзовый бык огромной величины. Говорят, что раз в году он мычал, словно бык, и происходили беды в тот день, когда он кричал. А при императоре Маврикии его утопили в этой самой гавани[468].

89[469]. О статуях на Халке. Статуи Маврикия, его жены и детей стоят на Халке над богочеловеческим образом Иисуса Христа, поставил же их он сам. А две статуи, протягивающие руки друг другу, прибыли из земли афинян: говорят, что это философы, как сообщает язычник Лигурий[470].

89а[471]. После смерти императора Маркиана[472] жил ученик некоего Евтихия по имени Акат[473], который был диаконом храма святой Евфимии[474]: увидев, что сторонники Евтихия[475] потерпели поражение, он прибыл в крепость Серапион[476], а это была одна из занятых персами, по имени Регий[477]. Он рассказал начальнику крепости Периттию[478] об уязвимости жителей Халкидона[479]. Тот, сразу взойдя на колесницу – такие ведь были у начальников крепости в Регии, – с семьюдесятью тысячами прибывает в Халкидонскую митрополию[480]. А тамошние жители, узнав об этом заранее, убежали в Византий, взяв с собой и честные мощи святой Евфимии[481]. Это была месть Аката[482] за то, что Евтихию не давали Церковь, – навести на нее перса Периттия. Тогда был захвачен персами бог Гелиос, называемый Кроносом, из черненого золота, который стоял в Халкидоне, – его увезли в Персию[483].

90[484]. О статуях у Святого Мокия. При Льве [III] Исавре погибло много древних чудесных зодиаков из-за неразумия этого мужа.

91[485]. Тогда был снят так называемый Тризод[486], находившийся внизу, в углублении у Святого Мокия[487]: при его помощи многие до той поры производили наблюдения за звездами. Там имеются засыпанные землей гробницы язычников и ариан[488] и много других трупов[489].

92[490]. Крепость Панорм[491], с двойной стеной, построил язычник Панорм, смешав железо и медь. А на северных воротах этой крепости стоял влажный с виду стиракс[492] и статуя женщины с двумя головами. Там имело место такое зрелище: однажды, когда крепость охватил пожар и весь город был разрушен до основания вместе со стенами, устояла именно та башня ворот, где стояла статуя. И вообще часто, когда огонь приближался к ее лицу, он, словно гонимый кем-то, отступал назад примерно на 5 саженей от статуи. Но ее захватил Хосрой, персидский тиран[493], и ее доныне почитают в Персии. В том же году[494] Хосрой пленил и Иерусалим, увезя с собой и Честной и Животворящий Крест вместе с патриархом Захарией. Но Ираклий на двадцатом году своего царствования убил Хосроя, а пленников, которых взял Хосрой, вместе с Честным Крестом, вернул на прежние места[495] по споспешествованию и милости Божьей, так как Модест, иже во святых патриарх Константинопольский[496], помог своей молитвой этому случиться.

93[497]. Об Октагоне. В так называемом Смирнии, рядом с Четырехсторонним портиком, имеются под землей, в 10 саженях на север, 9 статуй – это рядом с храмом святого Феодора в квартале Сфоракия. Из этих статуй три[498] – Константина [I] Великого, его жены Фавсты, препозита Илариона и его третьего сына, носившего то же имя Константин [II], но прозванного Крискентом[499]. Как рассказывают хронографы Геродот[500] и Ипполит[501], он был обезглавлен отцом из-за того, что попал под подозрения касательно Фавсты, своей матери. Раскалив баню, он приказал ее сжечь внутри, а своего сына обезглавить без суда, по одному лишь подозрению. Поскольку же и его мать Елена не вынесла казни юноши, который уже был почтен достоинством цезаря, то он закручинился от своего бессудного приговора[502]. Тогда поставил Константин статую своего сына и, опечаленный, каялся и плакал о нем 40 дней и 40 ночей, не омывая тела и не отдыхая на ложе. Сделал же он его статую из чистого серебра, покрыв обильно золотом, и только голову его – из чистого золота, с надписью на лбу: «Мой обиженный сын». Поставив ее, он коленопреклоненно молил Бога за свои прегрешения. А остальные пять статуй – Севера, Арматия, Зевксиппа, Виглентия, построившего квартал Виглентия[503], и Елевферия, построившего дворец около Сената[504]. Все они были поставлены в виде статуй, будучи обезглавлены. А ариане, обнаружив их при Валенте, закопали там эти статуи.

94[505]. О Сенате. В Сенате были поставлены возницы на их повозках и помещены на астрономическом приборе, где стоят статуи Артемиды и Афродиты[506]. У его стержней[507] обезглавливали ариане. А колесницы были закопаны под аркой при императоре Феодосии [I].

95[508]. Двенадцать корзин с остатками [хлебов][509] десять лет пролежали во дворце Сената, а после этого были закопаны под аркой[510].

96[511]. Статуи Святой Софии. В Великой церкви[512], называемой теперь Святой Софией, стояли 427 статуй, по большей части языческих. Среди этого множества были статуи и Зевса, и Кара, отчима Диоклетиана[513], и зодиак, и Селена, и Афродита, и звезда Арктур, поддерживаемая двумя персидскими статуями, и южный полюс, и жрица Афины, вещающая стоящему сбоку философу Герону[514]. А христианских статуй там было мало, около 80, и из многих следует упомянуть лишь некоторые: Константина [I] Великого, Констанция [II], Константа [I], квестора Галена[515], цезаря Юлиана, другого Юлиана, префекта[516], августа Лициния, Валентиниана [I], Феодосия, его сына Аркадия, консулярия Серапиона[517] и три [статуи] Елены, матери Константина: одна из порфирового мрамора, другая, покрытая серебряными пластинками, на бронзовой колонне, а третья из слоновой кости – приношения ритора Кипра[518]. Распределив их по Городу, Юстиниан [I] построил с верой и рвением величайший храм. А искушенные в вышеописанном, обходя Город и ища, находят их в немалом числе[519].

97[520]. Когда стратиг Мананай наголову разбил скифов[521], то удостоился быть почтенным статуей в так называемом Ории[522], который некоторые называют Модием, а это были так называемые Часы[523], где теперь стоят колонны и арка, у дома, называемого теперь Кратеровым[524]. Там стоят и бронзовый модий, и зернохранилище, и две бронзовые руки на стрелках. А касательно Модия нам не следует опустить, что он был установлен при Валентиниане [I][525]. Ведь это тогда был изобретен у жителей Константинополя официальный модий, ибо он привязал его к серебру: серебряным был установлен сперва и солид[526]. Об этом более подробно рассказывает Феодорит[527]. С тех пор сверху установлены бронзовые руки: когда император законом утвердил полный модий, приказав хлебовозам не противоречить этому; при поставке хлеба один из двух корабельщиков, продававший хлеб императору, был обвинен здесь в обмане и потерял у основания Модия правую руку. Поэтому и были установлены руки для покупателей и продавцов, чтобы и те, и другие не противоречили этому указанию.

97а[528]. Поэтому и статуя императора Валентиниана [I] стоит под сводом, держа в правой руке проверочную меру. Ее забрал протиктор Курий[529] во второй год Юстиниана [I][530], чтобы выплатить дань, потому что и она была серебряная.

98[531]. О статуе Артополий. Прибыла в Константинополь статуя прорицателя Менандра[532], которую выставили на Артотириановом доме на обозрение, потому что была эта статуя высотой 15 локтей, а шириной 8 локтей[533]. Поскольку она была <не> отлитой, а выкованной из чистого серебра, благочестивый Маркиан перековал ее на монету и раздал бедным[534].

99[535]. Стратиг Ардавурий при благочестивом Льве [I], найдя во фракийских краях статую Геродиана[536], очень горбатую[537] и толстую, в гневе ее разбил. Разбив же ее, он нашел таланты золота – 133 литры[538], – о чем спешно сообщил императору. Но он был тем казнен и в мучениях сказал: «Никто, примешав золото к свинцу[539], не получал такого наказания, какое устроил мне этот горбатый император». Поэтому и те, кто проходил мимо этого места – особенно любомудрые мужи, – приписывали смерть Ардавурия не прежним его злодеяниям, но разрушению статуи Геродиана, когда и Аспар вместе с ним нашел свой конец[540]. Статуя же Аспара, сидящего на боевом коне в броне, сохраняется доныне в районе Тавра, как это можно видеть[541].

[Статуи на Форуме Константина]

100[542]. На Форуме справа, в восточной части, [Константин I] разместил статуи: 12 порфировых и 12 сирен – этих сирен многие называют морскими конями, а были они позолочены[543]. В наши же времена их видно только семь, а три из них поставили в районе Святого Маманта[544], но остальные сохранились.

101. Бронзовая Фортуна Города с модием[545] стоит на восточной арке: говорили, что Михаил [I] Рангаве отрубил этой статуе руки, чтобы партии цирка не могли одолеть императоров.

102[546]. О Форуме. Следует знать, что крест посередине, на котором читается «свят, свят, свят», поставлен распорядителем Форума. Там же сохраняются и статуи двух скороходов[547], и Константина [I] и Елены, справа и слева. На восточной арке форума Константина покрытый серебром крест с круглыми яблоками на концах, какой видел он в небе. А позолоченные [статуи] – это его сыновья.

102а[548]. Страшная статуя слона стояла в левой части, рядом с большой статуей: она явила там удивительное зрелище. Ведь из-за случившегося землетрясения он упал и потерял одну из задних ног. А солдаты префекта – ведь по обычаю именно они охраняли Форум, – сбежавшись, чтобы поднять слона, обнаружили в нем человеческие кости от обеих сторон [скелета] и маленькую дощечку[549], у которой наверху было написано:

От {Афродиты} священной я девы, и умерши, не удаляюсь[550].

Это префект добавил в казну к древним монетам, в добавление к прежде описанным вещам.

103. Но стояли там и поросенок, символизировавший вопли на рынке, и голая статуя, символизировавшая бесстыдство продавцов и покупателей. А посреди Форума – рельефные плиты, стоящие на колоннах и демонстрирующие истории того, что будет в конце дней с Городом. Знатоки пророческих статуй знают все это[551]. Поставил же все их Аполлоний Тианский[552], приглашенный Константином [I] Великим, и, придя туда, он наколдовал могущественные имена до скончания века.

[Статуи в Городе]

104[553]. О Милии. На так называемом Милии стоит статуя Феодосия [I] на бронзовом коне. В руке он держит яблоко, другую статую в виде мужчины и венок[554]. Воздвигнув ее, он раздал Городу много хлебных пайков. А восемь колонн и базы, равно как и восемь колонн Артополиев, Цикаларий и Халки, несут на себе много рельефов, которые он для украшения позолотил.

104а[555]. О Галерее. Конные статуи в Галерее – это всё род Грациана, Феодосия [I] и Валентиниана. Среди них и статуя кривого Фирмиллиана, поставленная для смеха, – она сохраняется до сего дня[556].

105[557]. О Ксиролофе. Ксиролоф прежде некоторые называли зрелищем, ведь на нем и 16 витых колонн, и составная Артемида, и многие другие [статуи] на арках[558]. Наконец, он был назван Форумом Феодосия [II] и существовал до Константина [V] Копронима[559].

106[560]. Образы Митрофана, Александра и Павла были сделаны на досках Константином [I] Великим[561], и стоят они рядом с большой порфировой колонной, с востока. После своей победы ариане[562] предали их огню под сводом Милия вместе с изображением Богородицы и Самого младенчествующего телом Иисуса, как передали нам хронограф Анкириан в своем «Декалоге»[563] и Анастасий[564].

107[565]. Святой Агафоник был возобновлен в первый раз Анастасием [I], а во второй раз – Юстинианом [I] Великим. В этом храме семь патриархов епископствовало в течение пятидесяти лет[566], и императоры носят там венцы[567]. По какой причине он был переделан {из-за гнева}, неизвестно. Был же и огромный дворец рядом с этим храмом, а Тиверий I переделал его, разрушившийся, в нынешний дворец[568].

108[569]. Западные стены[570], у Великих[571] ворот, были возобновлены при благочестивом Льве [I] Великом. По этому поводу служили литанию и восклицали сорок раз: «Господи, помилуй», а партия Зеленых кричала: «Лев Константина и Феодосия крепко превзошел»[572]. Ибо [Лев] установил такой закон – святое воскресенье почитать отдыхом от трудов, ведь до него все в этот день трудились.

109[573]. А морские стены были возобновлены при Тиверии [II] Апсимаре, ведь до него они были в большом небрежении. Второй же раз они возобновлялись при Феофиле.

110[574]. О Святом Мокии. Следует знать, что Святой Мокий впервые был построен Константином [I] Великим рядом с местом, где жило великое множество язычников. Был там храм Зевса, и из его камней он построил церковь. А во дни Феодосия [I] Великого ариане были изгнаны из святых церквей и, придя в храм святого Мокия, возжелали его и попросили у императора разрешения остаться там, что и случилось. Итак, тотчас ариане восстанавливают этот храм, и хвалятся они им семь лет, а затем, на седьмой год, он падает, как рассказывают, во время их богослужения, причем погибло много ариан[575]. Во дни же императора Юстиниана этот храм был восстановлен[576] и стоит до нашего времени.

IIa. О Соборах[577]

Собор в Никее, при святом Константине. Первый Собор произошел в Никее Вифинской при Константине [I] Великом[578], когда собрались триста восемнадцать святых отцов и Сильвестр, папа Римский. Они низложили Ария, который был первым пресвитером Александрии, ведь он говорил, что Господь наш Иисус Христос – обычный человек. Тогда же обратились ко Христу иверы и индийцы. При нем прибыли и мощи святых апостолов[579]. Хотел он и отменить так называемую золотосеребряную подать, которую Город перенял от старого Рима.

2. Второй Собор. Второй Собор при Феодосии [I] Великом[580] в Константинополе, 150 святых отцов, а также Дамаса, папы Римского, Нектария Константинопольского и Григория Богослова, против духоборца Македония. Ведь он говорил, что Святой Дух не Бог, но чужд Божеству. Собор сделал и такую добавку в Символ Веры: «И в Духа Святого, Господа и Животворящего». При том же Феодосии Великом были положены мощи Терентия и Африкана в храме святой Евфимии[581], а мощи пророка Самуила прибыли в Город при Аркадии, его сыне, и были положены в Эвдомском храме[582]. В то время патриархом был Аттик, который положил их, как было сказано, в Эвдоме.

3. Третий Собор. При Феодосии [II] Младшем был третий Собор, в Эфесе, двухсот святых отцов, для низложения Нестория. Ведь тот говорил, что Христос – обычный человек. Собравшись, они анафематствовали его и окончательно провозгласили и изложили непоколебимую веру в Божество, вечно воспеваемое в Троице.

4. Четвертый Собор. При Маркиане и Валентиниане [III] состоялся четвертый Собор, в Халкидоне, шестисот тридцати святых отцов, Льва, папы Римского и Анатолия Константинопольского, против Диоскора, патриарха Александрийского, и архимандрита Евтихия. Ведь те отрицали воплощение Господа нашего Иисуса Христа и выдумывали, что Его тело призрачно.

5. Пятый Собор. При Юстиниане [I] Великом состоялся пятый Собор в Константинополе, ста шестидесяти святых отцов и Евтихия, архиепископа Константинопольского. Они ниспровергли неразумных Оригена, Евагрия и Дидима. Ведь те злословили, что тела наши не воскреснут и что ощущаемый чувствами рай не был создан Богом и не существует, а также что не был создан в теле Адам, что будет конец наказанию и что бесы вернутся в свое прежнее состояние.

6. Шестой Собор. При Константине [IV], Ираклии и Тиверии[583] {его сыне}[584] состоялся шестой Собор, ста пятидесяти святых отцов, при Агафоне, папе Римском, против Кира Александрийского, Сергия и Пирра, Петра и Павла, бывших епископами Константинополя. Те дерзали говорить, что одна воля и одна энергия у Господа нашего Иисуса Христа и после воплощения, желая по неразумию разрушить союз православия. Присутствовали там, как говорит[585], и Макарий, Антиохийский законодатель, и Исидор, его ученик.

7. Седьмой Собор, при Ирине. При Ирине[586], матери Константина [VI] Слепого, состоялся седьмой Собор святых 308 отцов, при Тарасии, патриархе Константинопольском, в городке Никее, для низложения Феодосия. Там они издали определения святой веры.

8. Восьмой Собор, при Феодоре и ее сыне Михаиле. При августе Феодоре, после смерти Феофила, ее мужа, и при ее сыне Михаиле [III][587] состоялся восьмой Собор, в Константинополе – [Собор] Православия. Его прославляют и до сего дня.

III. О постройках

[Постройки Константина I и Елены]

1. Константин [I] Великий построил старую Святую Ирину, базилику Святой Софии, Святого Агафоника и Святого Акакия. А Святых Апостолов построила его мать вместе с ним: они возвели базилику с деревянными перекрытиями и императорский мавзолей, где лежат и они сами.

2. Святого Мину и Святого Мокия он обнаружил служащими как идольские храмы. И Святого Мину он оставил как есть, только убрал оттуда статуи и назвал таким именем, а окончательное его здание[588] построили через 169[589] лет Пульхерия и Маркиан, вместе с [дарованием ему] имений и священной утвари.

3. Святой Мокий был в два раза больше размером, чем сейчас, но Константин [I] Великий и его мать Елена отрезали две трети храма и поставили престол. Поскольку же там был казнен святой Мокий[590], то он построил храм в его честь и перенес туда его тело.

4. Святая Елена построила Вифлеем[591] и Гастрии. Называются же они Гастриями потому, что, привезя из Иерусалима Честной Крест, она внесла его через Псомафейские ворота, а найденные над Крестом лилии, листья, цветы имбиря, васильки, розы, майоран и бальзамы посадила в горшках (γάστραι), чтобы сохранить их. И, устроив там свое жилище, она назвала это место Гастриями и построила обитель[592].

5. Псомафейский дворец[593] и гирокомий построила святая Елена, равно как и Святого Феодора в квартале Клавдия.

6. Святого Иулиана построил Урвикий, приставленный к строительству [Города], на свои средства: там был римский лагерь.

7. В так называемом Алониции были дворцы, построенные Константином [I] Великим, плохонькие – чтобы только разместить самых видных римлян[594]. Там и Феодосий [I] Великий, когда был еще бедняком и прибыл в Константинополь, разместился вне дворца, у скорняка Руфина, у подножья колонны Тавра. А этот Руфин позднее, при Феодосии, стал магистром[595], после чего и построил Руфинианы.

8. Константин [I] Великий построил Манганы для императорских мастерских. Названы же они были Манганами потому, что там хранились военные приспособления (μάγγαναι), книги по инженерии и осадные орудия.

9. Константин Великий построил всехвальный храм святой Евфимии у Ипподрома, почтив его ценными материалами[596]. По прошествии же 442 лет[597], когда пришел богомерзкий [Константин V] Копроним, он превратил его в склад оружия и навозный сарай, а мощи святой вместе с ракой бросил в морскую пучину[598]. Но через 37 лет благочестивейшая властительница Ирина Афинянка снова его отстроила[599] и, найдя мощи, перенесла их туда.

10. Желая основать Город, Константин [I] Великий, которому предстояло заложить его основание и размерить город, пошел пешком со своими вельможами. И когда он подошел к Форуму, говорят ему начальники: «Положи здесь конец стене». А он ответил: «Пока не остановится мой проводник, не заложу я фундамент». Ведь он один видел ангела[600]. Дойдя же пешком вместе со всем сенатом до Эксакиония, он увидел, что ангел воткнул там свой меч, указывая остановиться там. И поэтому он заложил там стену.

11. Форум[601] построен круглым по подобию Океана.

12. Там есть и бронзовые солнечные часы, которые привезли из Кизика.

[Тюрьмы]

13. Святой Андрей у Стратигия[602]. Обнаружив у Стратигия тюрьму Византия, Константин [I] и сам держал там под стражей ожидающих наказания. Простояла же она 283 года, до царствования Фоки Каппадокийца[603].

Св. Евфимия у Ипподрома. Реконструкция и план

14. Нынешняя тюрьма-преторий[604] была домом вдовы патрикия, по имени Маркия. Но из-за того, что тюрьмы были душными и находившиеся там не выдерживали мрака и зловония, она продала его императору Фоке, и тот превратил его в преторий[605].

15. И Нумеры, и Халку построил также Константин Великий, и, поскольку были они заброшены, превратили их в тюрьмы во времена Ираклия и его преемников.

[Ранневизантийские постройки на северо-востоке Города]

16. Святого Филимона построил патрикий Евдоксий, префект при Константине [I] Великом[606].

17. Святой Анастасий, как рассказывают, был построен Ириной и ее сыном, когда святой Анастасий был умучен во времена Ираклия, через 290 лет после Константина [I] Великого[607].

18. Святого Прокопия у Хелоны[608] и Святого Акакия у Эптаскала построил иже во святых Константин [I] Великий, а Юстиниан [I], строитель Великой церкви, украсил Святого Акакия.

19. Так называемый Месолоф находится между семи холмов: в одной части Города три холма и в другой – три, а посередине он. Простецы же зовут его Месомфалом.

20. На так называемой Халке есть бронзовая статуя Господа нашего Иисуса Христа, поставленная Константином [I] Великим[609], но Лев [III], отец [Константина V] Каваллина, снял ее[610]. А мозаичная икона Христа, которая видна теперь, установлена Ириной Афинянкой[611]. Бронзовая статуя простояла 415 лет[612]: от нее и кровоточивая женщина исцелилась, и другие чудеса совершились во имя Христово.

21. Богородица в квартале Евгения была домом патрикия Евгения во времена Феодосия [I] Великого[613], и он перестроил его в храм Богородицы[614].

22. Богородица в так называемом квартале Урвикия построена другим патрикием Урвикием, стратилатом Востока, бородатым[615], который написал трактат по военному делу во времена Анастасия [I] Дикора, через 180 лет после основания Константинополя[616]. Его дом был в квартале Хамена, а другой дом – у Стратигия.

23. Место, называемое кварталом Протасия, было названо по вышеупомянутому Протасию[617]. А нынешняя церковь Святой Богородицы построена императором Юстином [II], мужем Софии Прокаженной, бывшим куропалатом и племянником Юстиниана [I] Великого, когда от Протасия до строителя Юстина прошло 252 года[618].

[Постройки на юго-востоке Города]

24. Храм Архангелов в квартале, который ныне именуется Стира, получил свое прозвание от бесплодной (στείρα) женщины, которая имела сан патрикии[619]. Во времена Льва [I] Макеллы это была маленькая молельня, а это место было так названо по женщине. После ее кончины[620] прошло 75 лет, и построил храмы Юстиниан, строитель Великой церкви[621]. А когда через 338 лет они рухнули от землетрясения[622], возобновил их император Василий [I]: взяв тогда бронзовую чашу со Стратигия, он поставил его там[623]. Он также расплавил Конопий[624], который представлял собой статую с изображениями комаров, мошек, мух, блох и жуков[625].

25. Святой Иоанн в Аркадианах построен Аркадием[626], отобравшим из горожан шесть тысяч человек, чтобы они служили ему во время процессий, то есть торжественных шествий[627]. Назвал же он это место Аркадиаками[628], ведь очень любил его и благодетельствовал ему.

26. Так называемые Топы близ Святого Лазаря. После того как друнгарий и патрикий Василиск восстал против императора Зинона на втором году и десятом месяце его правления, прогнал его и владел царством два с половиной года, Зинон вернулся с мощным войском из Антиохии Великой и спокойно вошел в Город благодаря тому, что предал войско Василиска Арматий[629], сочувствовавший Зинону, а Василиск бежал со своей женой и детьми в старую Святую Ирину[630]. Зинон же постановил, чтобы судьи сидели на тронах священного чина и сената. И когда все сели там, то осудили Василиска и сослали его в крепость Лимны – деревню в Каппадокии[631]. Поскольку же дверь была запечатана, то от голода, жажды и холода они предали свои души. И оттого это место было названо Топы («места»), так как сидели там судьи и священнослужители[632]. Дотуда простирались здания триклиниев, построенные Константином Великим[633].

[Средневизантийские постройки]

27. Одиги были построены Михаилом [III], которого убил Василий [I][634]: вначале это была молельня, и много слепых прозрело у тамошнего источника[635], и много чудес совершилось.

28. Богородицу у Каравиция построил Михаил [III]. А названа она так потому, что была вдова во времена Феофила, его отца, и его препозит Никифор присвоил ее огромный корабль – кубару. Эта женщина, долго взывавшая к Феофилу, осталась без возмещения ущерба, так как препятствовал ей Никифор. Отчаявшись, она обратилась к неким шутам с Ипподрома, и они пообещали ей возместить все посредством некой хитрости. Снарядив маленький кораблик (καραβίτζιν) с парусом и поставив его на телегу с колесами, во время «овощных» скачек[636]

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Kazhdan A. Patria // The Oxford Dictionary of Byzantium. New York, Oxford, 1991. P. 1598.

Вернуться

2

Это название происходит от имени Македонской династии, правившей с 867 до 1056 года.

Вернуться

3

Лемерль П. Первый византийский гуманизм. Замечания и заметки об образовании и культуре в Византии от начала до X века / Вступ. ст. и пер. с франц. Т. А. Сениной (монахини Кассии). СПб., 2012.

Вернуться

4

«Темными веками» в византинистике обычно называют два столетия с середины VII до середины IX века.

Вернуться

5

К сожалению, на русском языке отсутствует обобщающий справочник по топографии и памятникам Константинополя. О топографии Города см.: Janin R. Constantinople byzantine: dévelopment urbain et répertoire topographique. Paris, 1964; Müller-Wiener W. Bildlexikon zur Topograhie Istanbuls. Byzantion – Konstantinupolis – Istanbul bis zum Beginn des 17. Jahrhunderts. Tübingen, 1977; http://constantinople.ehw.gr/forms/fmain.aspx; о церквях см.: Janin R. Le siège de Constantinople et le patriarcat oecumenique. T. III. Les églises et les monastéres (La géographie écclesiastique de l’Empire Byzantin; 1). Paris, 1969. На русском языке см.: Попов И. Н. и др. Константинополь // Православная энциклопедия. Т. 37. М., 2015. С. 134–193; Иванов С. А. В поисках Константинополя. Путеводитель по византийскому Стамбулу. М., 2020 (с новейшей литературой).

Вернуться

6

Дальнейшие внутритекстовые ссылки будут даваться по этим книгам с указанием глав.

Вернуться

7

Она не сохранилась, но ее можно реконструировать на основании более поздних редакций С и М, которые происходят от нее напрямую.

Вернуться

8

Полное количество списков до сих пор неизвестно и источниковедческая работа с ними еще не проведена, см.: Accounts of medieval Constantinople: The Patria / transl. by A. Berger. Cambridge (Mass.); London, 2013. P. vii – xxi. Там же см. английский перевод Патрий с кратким комментарием.

Вернуться

9

Scriptores originum Constantinopolitanarum / ed. Th. Preger. Leipzig, 1901. Fasc. 1. P. 74–108; Die Erzählung vom Bau der Hagia Sophia in Konstantinopel: Kritische Edition mehrere Versionen / ed. E. Vitti. Amsterdam, 1986.

Вернуться

10

Dagron G. Constantinople imaginaire: Études sur le recueil des “Patria” (Bibliothèque Byzantine. Études; 8). Paris, 1984. Там же см. французский перевод фрагментов Патрий, рассеянный по тексту книги.

Вернуться

11

Berger A. Untersuchungen zu den Patria Konstantinupoleos. Diss. (ΠОIΚIΛΑ ΒΥΖΑΝΤIΝΑ; 8). Bonn, 1988. Там же см. немецкий перевод топографической редакции Патрий, рассеянный по тексту книги.

Вернуться

12

Полный перевод этого произведения с научным комментарием готовится в настоящее время к публикации И. Е. Суриковым, О. Л. Габелко и А. Ю. Виноградовым. Мы приносим сердечную благодарность нашим коллегам за возможность воспользоваться совместными наработками.

Вернуться

13

В работах некоторых историков Гесихий иногда предстает христианином, но последние работы, посвященные реконструкции его трудов, чаще склоняются к тому, что он к христианству относился резко негативно и был язычником. См., например: Kaldellis A. The works and days of Hesychios the Illoustrios of Miletos // Greek, Roman, and Byzantine Studies. 2005. Vol. 45. P. 381–403.

Вернуться

14

Заголовок «Παραστάσεις σύντоμоι χρоνικαί» стоит в начале всего текста, однако возможно, что он относится только к первой его части (Par. 1–26, с лакуной между гл. 5 и 6, восстанавливающейся по компиляциям, ср. ниже), от которого продолжение текста отделено заставкой.

Вернуться

15

Treu M. Excerpta anonymi Byzantini ex codice Parisino Suppl. Gr. 607 A. Ohlau, 1880.

Вернуться

16

Издание текста и английский перевод: Cameron A., Herrin J. Constantinople in the Early Eighth Century. The «Parastaseis Syntomoi Chronikai». Leiden, 1984. Существует также болгарский перевод: Градските легенди на Константинопол / Пер. И. Вульпе. Б.м., б.г.

Вернуться

17

Так мы будем давать в тексте ссылки на «Краткие представления из хроник», перевод которых в настоящем издании дается после Патрий.

Вернуться

18

Вопреки Бергеру, конъектура ἐφ’ ἡμῶν («при нас») необходима, так как стоящее в рукописи εὐφημῶν («прославляющий») бессмысленно.

Вернуться

19

См. комм. к Par. 56.

Вернуться

20

Полный перевод с подобным комментарием см. в: Виноградов А. Ю., Захарова А. В., Черноглазов Д. А. Храм Святой Софии Константинопольской в свете византийских источников. СПб., 2018. С. 397–435. Мы сердечно благодарим наших коллег за возможность воспользоваться совместными наработками.

Вернуться

21

В Патрии некоторые части этого рассказа представлены в сокращении, но мы даем его полный перевод по изданию Т. Прегера (Scriptores originum Constantinopolitanarum… Fasc. 1. P. 74–108); позднейшее, но не слишком удачное издание: Die Erzählung über den Bau der Hagia Sophia in Konstantinopel: Kritische Edition mehrere Versionen / ed. E. Vitti. Amsterdam, 1986.

Вернуться

22

Efthymiades S. Diegesis on Hagia Sophia from late Antiquity to tenth-century Byzantium // Byzantinoslavica. 2015. Vol. 73. P. 11–18.

Вернуться

23

Так называемая Неа экклесиа («Новая церковь») была одним из главных архитектурных проектов императора Василия I Македонянина.

Вернуться

24

В переводе Патрий в квадратные скобки ([]) помещены наши дополнения, необходимые для лучшего понимания текста, в угловые (<>) – фрагменты текста из других рукописей или редакций, в фигурные ({}) – слова, которые были включены в текст ошибочно древними переписчиками.

Вернуться

25

Гесихий считает начало единоличной власти Августа от битвы при Акции 2 сентября 31 г. до н. э., которая послужила началом отсчета учрежденной Октавианом «Актийской» эры.

Вернуться

26

Константин Великий фактически стал единственным правителем Римской империи после победы над Лицинием 18 сентября 324 г.

Вернуться

27

Константинополь был освящен 11 мая 330 г. Город был официально нареченный Новым (или Вторым) Римом.

Вернуться

28

Ср. Геродот. История IV, 138; VI, 5.

Вернуться

29

Ср. Зосим. Новая история II, 36, 1.

Вернуться

30

Ср. Дионисий Византийский. Анапл 14.

Вернуться

31

Барбисий (позднее Хартарик и Пектинакорий) – совр. Кагитхане-Су, текущая с высот Акпианар к верховьям Золотого Рога; Кидар – совр. Алибей-Су, также впадающий в Золотой Рог.

Вернуться

32

Нимфа, дочь Марина. Алтарь Семестры находился в совр. Алибейкёе. Ср. Дионисий Византийский. Анапл 24.

Вернуться

33

Мегары – древний греческий город на границе Средней Греции и Пелопоннеса.

Вернуться

34

Мифический царь Мегар.

Вернуться

35

Инах – речное божество Аргоса, сын Океана и Фетиды, позднее отождествлявшийся с мифическим царем Арголиды.

Вернуться

36

«Бычья переправа». Совр. пролив Босфор.

Вернуться

37

Т.е. Рогатой.

Вернуться

38

Имеется в виду (Золотой) Рог, залив на западной стороне Босфора, омывающий с севера Византий. На самом деле, залив получил название по сходству своей формы, со множеством бухточек, с рогом оленя (ср. Страбон. География 7, 6, 2).

Вернуться

39

Коза, согласно мифам, выкормившая младенца Зевса на Крите своим молоком. Именно с ней связано появление понятия «рог изобилия».

Вернуться

40

Дионисий Византийский (Анапл 24) уточняет, что у Кероессы «по обеим сторонам лба выступали как бы образы рожек».

Вернуться

41

Подразумевается нимфа – эпоним города Визе в Восточной Фракии.

Вернуться

42

Начало акведука, снабжавшего водой Константинополь, находилось около Визе, приблизительно в 250 км к западу.

Вернуться

43

Ср. Дионисий Византийский. Анапл 17.

Вернуться

44

Вероятно, речь идет об охоте.

Вернуться

45

Местность на восточном берегу Босфора (совр. Ускюдар), прямо напротив Византия.

Вернуться

46

Ср. Дионисий Византийский. Анапл 109.

Вернуться

47

Аполлон и Посейдон названы также строителями стен Илиона (Гомер. Илиада 21.441–457). Ср. Зосим. Новая история II, 36–37.

Вернуться

48

Стены Византа – либо фикция, либо не оставили после себя археологических свидетельств.

Вернуться

49

Ср. Дион Кассий. Римская история LXXV, 10, 1–6.

Вернуться

50

Ср. Дион Кассий. Римская история LXXV, 14, 4–6.

Вернуться

51

Ср. надпись IOSPE I² 179 из Ольвии о башне, которую Пантакл в конце IV в. до н. э. посвятил Гераклу и народу, а также Птолемей. География IV, 4, 3. Из других источников данная башня в Константинополе не известна: возможно, здесь произошло смешение со башнями Ираклия – концом сухопутной стены у Золотого Рога.

Вернуться

52

Возможно, речь идет о контрминных ходах для борьбы с подкопами стен.

Вернуться

53

Сведения Гесихия о храмах и алтарях богов и героев легендарны.

Вернуться

54

Дочь Урана и Геи, мать олимпийских богов. Нередко отождествлялась с малоазийской Великой матерью богов, святилище которой Дионисий Византийский (Анапл 52) локализует в южной части европейского берега пролива.

Вернуться

55

Т.е. храм Форутны.

Вернуться

56

Cp. Дионисий Византийский. Анапл 9.

Вернуться

57

Вероятно, близнечная символика культа сочетается с особенностями ландшафта – слиянием двух рек.

Вернуться

58

С утверждением христианства Диоскуры (в античном мире почитавшиеся как покровители путешественников и мореплавателей) стали отождествляться со святыми врачами Космой и Дамианом, чьи мощи были перенесены в Константинополь императором Юстинианом. Их храм располагался у начала залива Золотой Рог, т. е. там, где Гесихий помещает святилище Диоскуров.

Вернуться

59

Предание об алтаре Ахилла порождено, очевидно, баней Ахилла.

Вернуться

60

Дионисий Византийский (Анапл 63) локализует святилище Амфиарая в средней части европейского берега Босфора.

Вернуться

61

Согласно Иоанну Малале (Хронография 291–292, 324, 345), это были два храма, упраздненные Феодосием I.

Вернуться

62

Вероятно, западный край первого холма; ср. Дионисий Византийский. Анапл 6.

Вернуться

63

Это имя связано с названием горного массива Гем (совр. Стара Планина) во Фракии. Гем фигурирует как сын Борея и Орифии, дочери афинского царя Эрехтея, брат крылатых Бореадов Зета и Калаида, участники похода аргонавтов.

Вернуться

64

Ang. доб.: А этот Гем, намереваясь воевать с Византом, обратился за прорицанием к Аполлону и получил в ответ следующее:

Нет, не велит тебе Феб сражаться с тем мужем – тебя он
Лучше, ибо сам бог над ним простер свою руку,
Коего вся трепещет земля и широкое небо.

Вот что предвестило Гему прорицание. Я же восхищаюсь ниспосланной свыше заботой Бога о Византии – такой, какая и всегда свойственна человеколюбивому Богу: с помощью Своего предвидения всегда заранее совершать благодеяния тем, кто еще только в будущем почтит Его. Потому Он и давал пророчества, которые, хоть и шли от врагов, но все-таки оказывались полезны Византию.

Вернуться

65

Имя этого персонажа, хотя он и назван далее царем скифов, связано с одрисами, крупнейшим из фракийских племен, создавшим мощную державу в V–IV вв. до н. э. и контролировавшим территории близ от Византия.

Вернуться

66

Т.е. Нижний Дунай.

Вернуться

67

Очевидно, здесь подразумевается скифский царь Атей, возглавивший в середине IV в. до н. э. значительное государственное объединение в низовьях Дуная (Истра) и по западному берегу Черного моря (так называемая Малая Скифия) и разгромленный Филиппом II Македонским в 339 г. до н. э.

Вернуться

68

Ср. Дионисий Византийский. Анапл 59.

Вернуться

69

У Стефана Византийского его зовут Стройб.

Вернуться

70

Ср. ниже, 23, откуда следует, что, скорее всего, это были фракийцы или вифинцы.

Вернуться

71

В действительности, скифы после разгрома царства Атея больше ни в какой связи с Византием в источниках не фигурируют.

Вернуться

72

Намек на Филиппа Македонского или афинян?

Вернуться

73

Родосцы в союзе с царем Вифинии Прусием I в 220 г. до н. э. вели войну против Византия, добиваясь отмены введенных им пошлин на проход через пролив (см. Дионисий Византийский. Анапл 47). Неясность описания этих событий Дионисием Византийским могла заставить Гесихия записать родосцев в число союзников Византия.

Вернуться

74

Т.е. правитель.

Вернуться

75

Это имя фракийского происхождения нигде не встречается.

Вернуться

76

Здесь возможна и аллюзия на симполитию (объединение в одно государство) между Византием и Халкидоном в III в. до н. э.

Вернуться

77

Совр. Курба(га)лы Дере.

Вернуться

78

Калхант – сын Фестора и Полимелы, прорицатель, принимавший участие в Троянской войне. О его сыне Халкидоне сообщает только Гесихий.

Вернуться

79

Это фантазия самого Гесихия или его источника, построенная на созвучии названий двух городов: Халкидон, несомненно, был колонией Мегар.

Вернуться

80

Из-за противодействия фракийцев (ср. Дионисий Византийский. Анапл 53) или вследствие неблагоприятного характера течений (ср. Полибий. История IV, 43-44).

Вернуться

81

В Мегарах и некоторых мегарских колониях высшее должностное лицо именовалось именно βασιλεύς («царь»).

Вернуться

82

Первоначально Анаплом называлось плавание вверх по Босфору, однако в византийское время так стала называться местность на европейском берегу Босфора (также Ксирокрина; у совр. Куручешме).

Вернуться

83

Вероятно, все тех же фракийцев.

Вернуться

84

Высшим (эпонимным) магистратом в полисе византийцев был гиеромнамон. Впрочем, стратеги Византия известны по надписям.

Вернуться

85

В античной традиции аисты традиционно считались птицами, истребляющими змей.

Вернуться

86

Главным недостатком местоположения Византия был дефицит хорошей питьевой воды. Поэтому сооружение цистерн, служивших для ее запаса, было весьма актуальной задачей для жителей города.

Вернуться

87

Тиана – город в малоазийской области Каппадокия.

Вернуться

88

Аполлоний Тианский, известный философ-неопифагореец I в. н. э. В других источниках о пребывании Аполлония в Византии ничего не сказано, однако он и в самом деле мог побывать здесь во время своих многочисленных странствий (см. Флавий Филострат. Жизнь Аполлония Тианского).

Вернуться

89

В начале второй половины IV в. до н. э. в Византии, напротив, засвидетельствовано демократическое устройство.

Вернуться

90

Леонт – единственное несомненно реальное историческое лицо из числа политических деятелей Византия, упомянутое Гесихием. Он был известен также как философ, ученик Платона, и писатель, автор ряда произведений, в том числе и сочинения о войне Филиппа против Византия, в которой он стоял во главе своего города. Филиппу будто бы удалось скомпрометировать Леонта в глазах сограждан, и тот был вынужден покончить с собой.

Вернуться

91

Царь Македонии в 359–336 гг. до н. э.

Вернуться

92

Осень 340 – весна 339 гг. до н. э.

Вернуться

93

Активное использование передовой на тот момент осадной техники Филиппом в войне против Византия отмечают и другие источники.

Вернуться

94

Ср. легенду о спасении Рима гусями.

Вернуться

95

Практика, хорошо известная в античности и Византии. Впрочем, в стенах Феодосия II практически нет сполий, которые активно использовались в частях стен, построенных в средне- и поздневизантийский период.

Вернуться

96

Слово Τυμβоσύνη уникально, и в других источниках такая стена Константинополя не упоминается.

Вернуться

97

О сюжетах, связанных со спасением города Гекатой см. Дионисий Византийский. Анапл.

Вернуться

98

Ср. Дионисий Византийский. Анапл 65. Судя по всему, данное морское сражение было последним эпизодом войны, связанным с попыткой македонского флота прорваться из Понта Эвксинского в Мраморное море через самое узкое место пролив.

Вернуться

99

Имеется в виду, скорее всего, т. н. мыс Быка, близ Хрисополя и прямо напротив Византия.

Вернуться

100

Ср. Дионисий Византийский. Анапл 110.

Вернуться

101

Флот афинян, византийцев и их союзников навязывал столкновения с македонскими кораблями, но эти стычки были не слишком масштабными, так как воины Филиппа уклонялись от борьбы с более многочисленными военно-морскими силами противника.

Вернуться

102

Ср. Дионисий Византийский. Анапл 110.

Вернуться

103

Т.е. в Египет.

Вернуться

104

Дионисий Византийский. Анапл 110, напротив, называет ее наложницей.

Вернуться

105

Харет был отозван ввиду недовольства афинских властей его действиями, и командование флотом у него перенял Фокион, добившийся несколько бóльших успехов. Однако между отплытием Харета и приходом к власти в Византии Протомаха нет никакой связи.

Вернуться

106

Нет полной ясности с тем, о каких именно фракийцах тут идет речь.

Вернуться

107

Легенда о медных (или бронзовых) трофеях на Милии могла возникнуть из-за стоявших на нем статуй Гелиоса на колеснице, Фортуны, Константина I и Елены, а также конных изваяний Траяна, Адриана и Феодосия II.

Вернуться

108

Ср. Дионисий Византийский. Анапл 79.

Вернуться

109

Автор противоречит сам себе, так как выше (3) он связывал это прорицание непосредственно с аргивянами как первопоселенцами.

Вернуться

110

Герой эпоса об аргонавтах.

Вернуться

111

Знаменитое святилище Зевса Урия у устья Понта; см. о нем Дионисий Византийский. Анапл 92-94.

Вернуться

112

Иерий был захвачен и разрушен Прусием I во время войны против византийцев.

Вернуться

113

Герой мифа о Золотом руне, якобы умерший в этом месте.

Вернуться

114

Обращает на себя внимание близкое сходство этого имени с именем полководца Селевка Каллимеда, у которого византийцы выкупили святилище Зевса Урия – за большие деньги и незадолго до войны против Родоса и Вифинии в 220 г. до н. э.

Вернуться

115

Не вполне ясно, когда именно произошло подчинение Византия римлянам.

Вернуться

116

Септимий Север, уроженец Африки, пришел к власти в результате гражданской войны, в которой его противниками были Дидий Юлиан, Песценний Нигер и Клодий Альбин.

Вернуться

117

Гай Песценний Нигер Юст – римский политический деятель, уроженец Италии. Будучи легатом Сирии, в 193 г. был провозглашен императором. Вступил в борьбу в Септимием Севером и поддержавшим его Клодием Альбином. Весной 194 г. его войско было разбито около г. Исса, а сам Нигер вскоре был убит.

Вернуться

118

Ср. Геродиан. История III, 6, 9.

Вернуться

119

Осада города шла более двух лет и завершилась в конце 195 г.

Вернуться

120

Перинф – колония Самоса на побережье Мраморного моря (совр. Мармара Эрегли), примерно в 100 км к западу от Византия. В Гераклею Перинф был переименован в III или IV в. н. э.

Вернуться

121

Нигде более не упоминается.

Вернуться

122

Существовало несколько версий этимологии этого имени: от статуи Зевса Конного (Ζεὺς ἵππιоς), от некоего Зевксиппа, от ζεῦξαι ἵππоυς «запрячь коней» (ввиду близости Ипподрома).

Вернуться

123

Должность эфоров («надзирателей») существовала в Византии до 1204 г. Нельзя исключать, что эта легенда об эфорах связана с монастырем Эфора в соседнем квартале Зевксиппа. О яйцах, как знаках эфоров, ничего не известно.

Вернуться

124

Это уникальное свидетельство о бронзовой облицовке поворотных столбов – мет. Возможно, речь идет об овах (яйцах) на карнизе.

Вернуться

125

Септимий Бассиан, император Цезарь Марк Аврелий Север Антонин Август, более известный как Каракалла.

Вернуться

126

Ср. Евстафий Солунский. Схолии к Дионисию Периэгету 803, 40-43. Речь шла, скорее всего, о colonia Antoniniana как почетном наименовании города.

Вернуться

127

Текст испорчен; имеется в виду, несомненно, смерть названных императоров.

Вернуться

128

Гл. 37–41 – вставка в текст Гесихия, сделанная автором Патрий. Если эти 655 лет отсчитываются от взятия Византия Септимием Севером в 195 г. н. э., то Византа он помещает в 460 г. до н. э. Хотя в реальности город был основан в 667 г. до н. э., сам Гесихий помещает Византа за два поколения до Филиппа Македонского, осаждавшего город в 340 г. до н. э.

Вернуться

129

Автор Патрий смешивает данные Гесихия, делая из Нигера (см. гл. 34) царя Византия и союзника и свата Севера, а из Тимесия (см. гл. 30) – отца Нигера.

Вернуться

130

Ср. II, 82; III. 37.

Вернуться

131

Альтернативное название греческого огня. Т. е. бани обогревались якобы при помощи нефти.

Вернуться

132

Возможный намек на братьев-Диоскуров (см. I, 35).

Вернуться

133

Обелиск из каменных блоков, покрытый позолоченной бронзой или медью (совр. Ёрме Дикилиташ): был построен Константином VII.

Вернуться

134

Цистерна, в которую были превращены субструкции Сфендона после землетрясения 557 (?) г.

Вернуться

135

Действительно, Септимий Север умер в 211 г., через 17 лет после осады Византия, однако не в Риме, а Эбораке (совр. Йорк в Англии).

Вернуться

136

Имеется в виду Форум Константина на главной улице города – Месе; от него сохранилась колонна Константина (совр. Чемберли Таш). Он действительно находился за пределами стен Византия.

Вернуться

137

Патриографы приписывали Константину I строительство десятков церквей – на самом деле, достоверные источники относят к нему всего несколько, а археологических подтверждений нет почти вообще.

Вернуться

138

Тема соперничества старого и нового Рима была очень популярна в ранневизантийской литературе.

Вернуться

139

Легендарная этимология. На самом деле, Стратигий был местом военных смотров.

Вернуться

140

О статуе Елены († 330), матери Константина I, на порфировой колонне посреди Августея сообщает также Иоанн Малала (Хронография 321).

Вернуться

141

Популярная легенда о создании константинопольского Сената.

Вернуться

142

Ср. I, 63–66.

Вернуться

143

Строительство акведука Константином I (или Констанцием II) – миф патриографов, однако достоверное строительство им терм и фонтанов предполагает наличие водопровода в городе.

Вернуться

144

Имеется в виду Форум Константина.

Вернуться

145

Ang. доб.: У основания этой колонны и на подходах к ней были помещены изображение Честнóго Креста, мощи святых, те корзины, в которых хранились хлебы благословения, два креста разбойников и сосуд со святым миром для укрепления и верности. Если же, как говорят некоторые, сенат убедил тогда также и палладий, пресловутый символ удачи, перевезти из Рима и поставить у основания колонны, то это было сделано всецело ради тех мужей, которые привыкли стремиться к баснословному вздору.

Вернуться

146

От сотворения мира = 1106 г. н. э.

Вернуться

147

Т.н. Большая комета X/1106 C 1.

Вернуться

148

Доб. в В.

Вернуться

149

В столице, действительно, было два здания Сената, построенных Константином: одно составляло северную сторону Форума Константина, а другое (Магнавра) находилось на Августее.

Вернуться

150

Святилище Зевса в Додоне (Эпир) было знаменито своим древнейшим в Греции оракулом. В Додоне почиталась стоячая статуя Зевса Керавния («Громовержца») с перунами в руке (сохранилось несколько античных версий).

Вернуться

151

Ср. II, 39, 78; Par. 61.

Вернуться

152

Ang. доб.: Император же не только воздвиг в Константинополе славные здания в подражание Риму и Капитолий, но также щедро построил божественные и священные храмы: и храм святой Ирины, чтимых, верховных Христовых учеников и святого Мокия, и храм архангела Михаила, что у Пристани и что в Сосфене, где, как утверждает Сократ, Константин и увидел и услышал много необыкновенных знамений.

Вернуться

153

Согласно Бергеру, в качестве жетонов для получения хлеба использовались окаменевшие стебли лилий.

Вернуться

154

Здесь заканчивается текст Гесихия и начинается собственно текст Патрий.

Вернуться

155

См. III, 1–3.

Вернуться

156

См. II, 96.

Вернуться

157

См. III, 1.

Вернуться

158

См. III, 2.

Вернуться

159

Стена Византия археологически не фиксируется. Автор Патрий провел ее маршрут по площадям и аркам к востоку от Форума Константина. Но в действительности стена Византия и до, и после Севера шла западнее, в районе Форума Константина.

Вернуться

160

Стена Константина археологически не фиксируется. Морские стены, приписываемые здесь Константину, возникли не ранее 438 г.

Вернуться

161

Ср. II, 54.

Вернуться

162

Основание Константинополя здесь датировано правильно по году правления Константина (324 г.) и неверно – по году от сотворения мира (должно быть 5825).

Вернуться

163

Т.е. 11 мая 330 г.

Вернуться

164

Доб. в А и В.

Вернуться

165

Вставка из Гесихия.

Вернуться

166

Празднование дня рождения Константинополя 11 мая было учреждено по образцу дня рождения Рима 21 апреля.

Вернуться

167

Т.е. в 330 г. 25-й год царствования Константина отсчитывается от его провозглашения августом в 306 г.

Вернуться

168

Речь идет о статуе, которая 11 мая вывозилась на Ипподром. См. I, 57; II, 42, 49, 87.

Вернуться

169

Ср. II, 87.

Вернуться

170

См. I, 65.

Вернуться

171

См. III, 22.

Вернуться

172

См. III, 60.

Вернуться

173

См. II, 65; III, 121.

Вернуться

174

Возможно, идентичен каппадокийскому ритору и историку IV в.

Вернуться

175

О нем известно только, что его именем были названы ворота в Городе (см. I, 101).

Вернуться

176

Вероятно, идентичен Гонорату, префекту Константинополя в 361 г.

Вернуться

177

Евтихиан и Евтропий – историки, действительно участвовавшие в персидском походе Юлиана.

Вернуться

178

Вероятно, идентичен митрополиту Кизика в 359 г.

Вернуться

179

Известный константинопольский ритор рубежа IV–V вв.

Вернуться

180

Вероятно, идентичен автору древних «Патрий» VI в.

Вернуться

181

В гл. 59–60 перечислены преимущественно постройку верхней части Большого дворца, в т. ч. и возведенные после IV в.

Вернуться

182

Т.е. на верхней террасе Большого дворца.

Вернуться

183

На самом деле, части Большого дворца, перечисленные в I, 59–60, – это не постройки Константина I, а дворцовые здания, существовавшие к концу Х в.

Вернуться

184

Ср. I, 40.

Вернуться

185

Ср. I, 40.

Вернуться

186

Ср. I, 41.

Вернуться

187

Вероятно, это была статуя сатира с козлиными ногами; ср. II, 47.

Вернуться

188

См. II.

Вернуться

189

Ср. I, 44.

Вернуться

190

Все 12 сенаторов в этом списке, кроме Скомбра («скумбрии»), отождествляются с историческими персонажами Константинополя, но не эпохи Константина I, а 360–395 гг.

Вернуться

191

См. III, 36.

Вернуться

192

См. III, 23.

Вернуться

193

См. III, 99.

Вернуться

194

Военный комит во Фракии в 377 г.

Вернуться

195

Препозит в 360-е гг. См. также III, 35.

Вернуться

196

Секунд Салюстий – префект претория Востока в 360-е гг. См. также III, 35.

Вернуться

197

Префект Города в 362 г. Цистерна Модеста находилась к югу или юго-западу от Св. Апостолов.

Вернуться

198

При Константине не было войн с Персией. Этот поход, как и фигура спальничего Евфрата, заимствован из позднего «Жития Константина».

Вернуться

199

Ок. 11952 кг. Фантастическая цифра, связанная с числом дней года.

Вернуться

200

На самом деле, ее построил, вероятно, Филоксен, консул 525 г.

Вернуться

201

Император Константин V, имевший прозвище Каваллин («Лошадник»).

Вернуться

202

Агриколай («Диколай») – насмешливое прозвище патриарха Николая IV Мистика (901–907, 912–925).

Вернуться

203

Жена одного из высоких чиновников (иканата) из знатной семьи Склиров.

Вернуться

204

Патрикий Феодор Велона известен в 944–959 гг.

Вернуться

205

Вероятно, идентична Феофано, дочери Маманта и жене Константина, младшего сына Романа I.

Вернуться

206

Известны два Контомита: Константин и его зять Варда, сын Сергия, дяди Михаила III и патриарха Фотия.

Вернуться

207

Из других источников неизвестен.

Вернуться

208

Ср. I, 45.

Вернуться

209

Т.е. по северному и южному берегам Города. Древность этих портиков неизвестна.

Вернуться

210

Т.е. по обеим сторонам Месы и ее южного рукава. Однако портики Константина шли только от Милия до Форума Константина, а остальная часть была построена лишь на рубеже IV–V вв.

Вернуться

211

Т.е. из Фракии.

Вернуться

212

Константин I дважды совершал походы в Малую Скифию (на Нижнем Дунае) – в 328 и 332 гг.

Вернуться

213

Здесь перечислены поздние (кроме Констанцы) города, взятые императором Иоанном I Цимисхием во время похода на болгар («скифов») в 971 г.: Преслав, Доростол и Плиска.

Вернуться

214

Имеется в виду египетский патриограф IV в. или философ-неоплатоник V в.

Вернуться

215

Этимологическая легенда, производящая название района от лат. armatus («оружие»). Ср. III, 61.

Вернуться

216

Ср. Par. 73. Во имя Константа II.

Вернуться

217

Григорий Ивирица – тесть узурпатора Константина Дуки, поднявшего мятеж в Константинополе в 913 г.; Иоанн Тувакий – его оппонент, к которому, очевидно, перешел дом Ивирицы.

Вернуться

218

Род Акрополитов прослеживается только с XII в. Возможно, здесь это имя связано с соседним Акрополем.

Вернуться

219

См. III, 1–18.

Вернуться

220

Т.е. в 413 г. На самом деле, Трисвятое было введено в 438/9 г., на пятый год патриаршества Прокла.

Вернуться

221

Амаликиты – здесь обозначение варваров. Хацицарии – армянская иконоборческая секта средневизантийского периода, почитавшая только крест.

Вернуться

222

См. II, 78.

Вернуться

223

См. III, 11.

Вернуться

224

Рук. доб.: и здесь же об Адиабене.

Вернуться

225

Гл. II, 1–15, 17 представляют собой фрагмент словарных выписок на букву α из Иоанна Лида (VI в.), преимущественно об ἀγάλματα «статуях».

Вернуться

226

Адиабена – царство в Северной Месопотамии, на территории древней Ассирии, со столицей в Арбеле (совр. Эрбиль в Ираке). Имя Адиабена – приспособление арамейского названия Хадьяб, однако здесь перетолковано как ἀ-διαβήνη «непроходимая».

Вернуться

227

Имеется в виду статуя Януса.

Вернуться

228

Имеется в виду античный счет на пальцах (у Бергера ошибочно понят как счет при помощи камешков).

Вернуться

229

Возможно, речь идет о статуе Мойры.

Вернуться

230

Башню обычно держала персонификация города.

Вернуться

231

Имеется в виду статуя Гермафродита.

Вернуться

232

Или: ветрами.

Вернуться

233

Геракл держит в руках яблоки Гесперид.

Вернуться

234

Лакуна, восстановленная Прегером по ватиканской рукописи.

Вернуться

235

Илиада 1, 200; 2, 400 и др.

Вернуться

236

Одиссея 7, 36.

Вернуться

237

Греческое божество мужской потенции.

Вернуться

238

Египетский бог неба и солнца, изображался в виде сокола.

Вернуться

239

Греческая богиня домашнего очага.

Вернуться

240

Греческая богиня Земли.

Вернуться

241

Правильно – Никатор. Селевк Никатор – диадох, основатель Селевкидской державы и ее первый царь (312–281 гг. до н. э.).

Вернуться

242

Антиох I Сотер, царь Селевкидской державы (281–261 гг. до н. э.).

Вернуться

243

См. Плутарх. Сравнительные жизнеописания 31–32.

Вернуться

244

На самом деле, рога появляются на изображениях Александра Македонского, когда он был объявлен сыном Амона, чьим священным животным был баран.

Вернуться

245

Патрицианские тоги с широкими полосами.

Вернуться

246

Бергер считает, что такие одежды носили послы, однако здесь их явно носят византийские сановники.

Вернуться

247

В действительности, слово заимствовано из латинского языка.

Вернуться

248

Главы регионов Города.

Вернуться

249

Статуя Елены на Августее нигде более не упоминается.

Вернуться

250

От латинского gustare «вкушать».

Вернуться

251

На самом деле, Викторий.

Вернуться

252

Ср. II, 15.

Вернуться

253

Знаменитый полководец Юстиниана I, консул 535 г., попавший в конце жизни в опалу († 565).

Вернуться

254

Король вандалов (530–534).

Вернуться

255

Средиземноморское побережье совр. Марокко.

Вернуться

256

Эта история заимствована из Прокопия Кесарийского (О войнах 4, 6), вероятно, через какую-то средневизантийскую хронику.

Вернуться

257

Доб. в С. Это первое свидетельство легенды, которая легла затем в основу «Повести о Велизарии» XIV в. Возможно, здесь отразилась история Симватия, полководца Михаила III (842–867), которому за мятеж выкололи глаза и посадили просить милостыню в квартале Лавса.

Вернуться

258

Ср. Par. 16.

Вернуться

259

Согласно Par. 16., в северо-восточной.

Вернуться

260

О нем писал также грамматик Присциан ок. 500 г.

Вернуться

261

Возможно, первоначально имелся в виду гороскоп на 36 лет.

Вернуться

262

Иоанн Диакриномен – церковный историк VI в.

Вернуться

263

Ср. II, 105; Par. 71.

Вернуться

264

Ср. Par. 23.

Вернуться

265

Ср. Par. 22.

Вернуться

266

Совр. Фламур дере.

Вернуться

267

Клон императора Василиска (474–476), свергшего Зинона, и свергнутый им.

Вернуться

268

Согласно Дионисию Византийскому (Анапл 19), это был храм Аполлона.

Вернуться

269

Здесь отразилось уничтожение дворца св. Маманта болгарским ханом Крумом в 813 г., который забрал с ипподрома среди прочих статую морского змея.

Вернуться

270

Ср. Par. 25.

Вернуться

271

Ср. Par. 86.

Вернуться

272

Ср. Par. 22.

Вернуться

273

Или: гороскопы. Т. е. попробует изменить судьбу (восстав против императора).

Вернуться

274

Из других источников неизвестен.

Вернуться

275

Об истории Платона ничего более не известно.

Вернуться

276

Ср. Par. 28.

Вернуться

277

Ссылка на известного церковного историка VI в. Феодора Чтеца – фикция.

Вернуться

278

Должность хартулярия (хранителя бумаг) существовала в Городе в VII–IX вв., однако этот Имерий из других источников неизвестен.

Вернуться

279

Их других источников неизвестен.

Вернуться

280

Вероятно, фиктивный персонаж.

Вернуться

281

Ср. Par. 29.

Вернуться

282

На самом деле, к северу.

Вернуться

283

Т.е. к югу Анемодулия, на северной стороне Месы.

Вернуться

284

Ср. Par. 30.

Вернуться

285

Имеется в виду храм св. Евфимии в квартале Оливрия. Эта церковь была построена, возможно, действительно при Юстине I, но не его женой, а Юлианой Аникией, не любившей династию Юстина. Статуя приписана императрице Евфимии (+ 523/4) – очевидно, из-за названия церкви.

Вернуться

286

Ср. Par. 32.

Вернуться

287

Многие исследователи ставят ее существование под сомнение, так как первая жена Зинона Ариадна после его смерти вышла замуж за следующего императора Анастасия.

Вернуться

288

Согласно словарю «Суда», Аркадию и погребли в этом храме.

Вернуться

289

Имеется в виду, вероятно, северный портик Месы, шедший вдоль Августея.

Вернуться

290

Ср. Par. 33. Пульхерия († 453) пользовалась большим почитанием в Византии как организатор IV Вселенского Собора.

Вернуться

291

Ср. Par. 80. См. Палатинская антология 16, 69 (где эти стихи приписаны Асклепиаду или Посидиппу, а не Секунду – софисту I в.):

«Градоначальник [воздвиг] Юлиан василевса Зинона».

«Спутницу жизни Зинона [воздвиг] Юлиан Ариадну».

Вернуться

292

В рукописи ошибочно: две.

Вернуться

293

Цезарь (351–354), брат Юлиана.

Вернуться

294

Ср. Par. 78. Бергер считает, что они, как и последующие объекты, стояли над «воротами Заботы», которые вели с Месы на Августей.

Вернуться

295

Ср. Par. 44а.

Вернуться

296

Храм Артемиды Эфесской считался одним из семи чудес света.

Вернуться

297

Арабские путешественники Харун-ибн-Яхъя и Аль-Харави приписывают их установление Аполлонию Тианскому, а им самим – магическую силу.

Вернуться

298

Вероятно, в северном портике Месы.

Вернуться

299

Ср. II, 76, 104а; Par. 77.

Вернуться

300

Ср. II, 89.

Вернуться

301

Ср. Par. 34.

Вернуться

302

Ср. I, 13.

Вернуться

303

Ср. Par. 35.

Вернуться

304

Две последние женщины ниоткуда более не известны.

Вернуться

305

Ср. Par. 67.

Вернуться

306

Административные единицы (генерал-губернаторства), появившиеся только в «темные века».

Вернуться

307

Поздняя этимологическая легенда.

Вернуться

308

Ср. Par. 36.

Вернуться

309

Возможно, эти статуи стояли в южном портике начала Месы.

Вернуться

310

Эти танцы были важной частью придворных праздников. При Ираклии пляски были перенесены из Трибуналия в другие дворы и залы Дворца.

Вернуться

311

Ср. Par. 74.

Вернуться

312

Эта статуя стояла между Магнаврой и Армаментом, на полукруглой террасе.

Вернуться

313

Некое изображение Фоки было сожжено на Ипподроме после его свержения (Пасхальная хроника 701).

Вернуться

314

Преподобный Феодор Сикеот (ок. 553 – 613 гг.).

Вернуться

315

DF доб.: Когда император Маврикий ударил его манглавиями (ибо этот Фока дерзнул прицепить к копью записку, которую он принес, прибыв из Лонгивардии (или: Лангобардии), так как войско послало его оттуда по поводу своего жалования), он, предъявив эти претензии в день скачек (а на Ипподроме был мятеж) и получив гарантию безопасности, взял сменных лошадей и уехал, а оставшимся подрезал сухожилия. Он уехал в Лонгивардию, еще неся на себе эти раны, и поэтому войско предпочло выбрать его императором.

Вернуться

316

Вся эта история легендарна.

Вернуться

317

Намек на легенду о домах 12 сенаторов, см. I, 63–67.

Вернуться

318

Ср. Par. 82.

Вернуться

319

Речь может идти как о картине или фреске на стене, так и о раскрашенном рельефе. Вардан Филиппик менял мозаичную декорацию на соседнем Милии.

Вернуться

320

Ср. Par. 74.

Вернуться

321

Имеется в виду вымостка двора над цистерной.

Вернуться

322

Каменоломней или печью для обжига извести (?).

Вернуться

323

Цистерна базилики действительно была построена в 532–542 гг.

Вернуться

324

Из других источников неизвестна, однако показательно, что Par. 74 называют цистерну Базилики «Большой цистерной».

Вернуться

325

Перекрытия (?).

Вернуться

326

Доб. в С.

Вернуться

327

Вероятно, речь идет об одной статуе – Феодосия I (ср. Par. 74).

Вернуться

328

Ср. Par. 37.

Вернуться

329

Явно фантастическая трактовка статуи.

Вернуться

330

Болгарский хан (ок. 700–721).

Вернуться

331

У северо-восточного угла Базилики.

Вернуться

332

Это статуя Лисиппа, разрушенная крестоносцами в 1204 г.

Вернуться

333

Консул 322 г.

Вернуться

334

Ср. Par. 38.

Вернуться

335

Про войну Константина с городом Азот (совр. Ашдод в Израиле) ничего не известно. Возможно, имя «азотец» обозначает здесь восточных варваров, как у Кирилла Александрийского (Толкование на малых пророков I, 426) – ассирийцев.

Вернуться

336

Вырезание крестов на лбу у языческих статуй, с целью их «обезвредить», – известная ранневизантийская практика.

Вернуться

337

Ср. Par. 39.

Вернуться

338

Эта уборная находилась в портике Макелла.

Вернуться

339

Ср. Par. 59.

Вернуться

340

Вымышленный персонаж.

Вернуться

341

Имеется в виду статуя Афины, якобы попавшая из Трои в Италию.

Вернуться

342

В Par. 52 лагерь Константина помещается на Форуме Быка.

Вернуться

343

На самом деле, Форум был построен круглым по восточной моде III в. С-образные портики находились между западной и восточной триумфальными арками.

Вернуться

344

Колонна Константина (совр. Чемберлиташ) состояла первоначально из 9 каменных блоков, из которых 3, вместе со статуей, упали при землетрясении 1106 г.

Вернуться

345

В действительности, это была статуя самого Константина в виде Солнца непобедимого.

Вернуться

346

Ср. Par. 40.

Вернуться

347

Имеется в виду Анемодулий.

Вернуться

348

Неясно, что представляла собой эта композиция, даже статуя это была или рельеф.

Вернуться

349

Видимо, вымышленный персонаж, получивший имя от великого римского врача Галена.

Вернуться

350

В 476 г.

Вернуться

351

Свиней привозили из Малой Азии в порт Неорий, откуда гнали на продажу по портику Макриана через Анемодулий до Форума Быка.

Вернуться

352

В 387 г. Статуя Феодосия была разрушена землетрясением в 477 г. и заменена статуей Анастасия I, разрушенной при восстании 512 г.

Вернуться

353

Т.е. на триумфальных арках у западного и восточного выезда на Месу. Статуя Аркадия упала в 557 г.

Вернуться

354

Par. считают ее статуей Феодосия I (379–395), но в реальности это было изваяние Феодосия II (408–450). Беллерофонтом всадника считали потому, что у коня не было упряжи, как у Пегаса, а Иисусом Навином – потому, что он протягивал руку к закату.

Вернуться

355

Это было изображение покоренного варвара, вероятно, на пьедестале статуи тетрархов.

Вернуться

356

Триумфальная колонна с винтовой лестницей внутри.

Вернуться

357

Ср. Par. 56, 70.

Вернуться

358

На самом деле, это Диоклетиан, Максимиан, Галерий и Констанций Хлор.

Вернуться

359

Т.е. первой, более низкой стеной.

Вернуться

360

Эти сведения об императоре Каре легендарны.

Вернуться

361

Ср. Par. 54.

Вернуться

362

Т.е. архиепископ Константинопольский.

Вернуться

363

Ср. Par. 58.

Вернуться

364

Впервые фиксируется в 407 г.

Вернуться

365

Эти порфировые фигуры, называвшиеся в народе «праведными судьями», разбились при транспортировке в Венецию.

Вернуться

366

Ср. II, 97–97а.

Вернуться

367

Это толкование происходит из смешения терминов horreum «зернохранилище» и ὡρоλόγιоν «часы».

Вернуться

368

Вероятно, перепутан здесь с Валентом (ср. III, 57).

Вернуться

369

Название зернохранилища, данное, вероятно, по статуе мифической Ламии – демона, пожирающего детей. Ср. III, 85.

Вернуться

370

В античных городах стояли каменные меры для сыпучих тел, чтобы проверять правильность объемов при продаже.

Вернуться

371

Ср. Par. 41.

Вернуться

372

Лик («волк») – ручей, протекавший через город в Мраморное море.

Вернуться

373

Название Амастриан означает «житель Амастриды», города в Пафлагонии, однако его происхождение неясно.

Вернуться

374

Ср. Par. 42.

Вернуться

375

Имеется в виду Форум Быка.

Вернуться

376

На самом деле, на форуме стояла статуя быка, воздвигнутая, согласно Par. 42, Валентинианом, препозитом при Константе I (337–350), сперва на Ипподроме. Легенда о печи в виде быка возникла в связи с Фаларидом, тираном Агригента на Сицилии, и была использована в мученичествах (например, свв. Евстафия, Пелагии Тарсийской и Антипы Пергамского (согласно Георгию Кедрину, это был именно этот бык)), а здесь перенесена на Юлиана Отступника и Форум Быка, так как здесь с VII в. сжигали преступников.

Вернуться

377

На самом деле, Эксакионий был лишь воротами Аттала (предшественниками Золотых ворот) стены Константина, где заканчивалась Меса и начиналась дорога во Фракию.

Вернуться

378

Скорее всего, имеется в виду землетрясение 447 г.

Вернуться

379

В действительности, название Эксакионий происходит, вероятно, от шестиколонного (ἑξα-κιώνιоς) фасада ворот.

Вернуться

380

Букв «Четырехзанавесный».

Вернуться

381

Т.е., вероятно, до 477 г. – возвращения Зинона в Константинополь. Неясно, о каком именно тетрапилоне идет речь: об Анемодулии или о тетрапилоне у Сигмы.

Вернуться

382

Один из ближайших придворных Феодосия II.

Вернуться

383

Золотые ворота были построены в 408–413 гг. Изваяния пяти слонов образовывали единую группу со статуей Феодосия II, которая упала при землетрясении 740 г., но была восстановлена.

Вернуться

384

Из них только Харисий – исторический персонаж (см. III, 138).

Вернуться

385

См. III, 140.

Вернуться

386

Ср. II, 73.

Вернуться

387

Из других источников неизвестен.

Вернуться

388

Очевидно, статуя Виктории, изображенной как Фортуна Константинополя и разбитой землетрясением 862 г.

Вернуться

389

Ср. Par. 69.

Вернуться

390

В Par. 69 говорится, что это треножник, – видимо, автор Патрий пытается сделать это место более понятным.

Вернуться

391

Т.е. с 334 г. до н. э. до 314 г.

Вернуться

392

Эта история легендарна. В действительности, это могла быть статуя самого Константина I.

Вернуться

393

Ср. I, 43.

Вернуться

394

Возможно, это действительно была нижняя часть обелиска на Ипподроме, высотой ок. 10 м.

Вернуться

395

Префект Города Прокл действительно был ответствен за установку обелиска, как следует из надписи на Ипподроме, но только при Феодосии I (379–395). Патрии смешивают его с известным философом-неоплатоником Проклом, жившим при Феодосии II (408–450) в Афинах.

Вернуться

396

Ср. III, 24.

Вернуться

397

Это была статуя Фортуны с рогом изобилия, пострадавшая при пожаре 510 г.

Вернуться

398

Брат императрицы Феодоры, фактический правитель империи в 856–866 гг.

Вернуться

399

Вероятно, примыкал к Стратигию.

Вернуться

400

Ср. III, 37. Историчность этих сведений сомнительна.

Вернуться

401

Ср. III, 91. Историчность этой заметки сомнительна. Вероятно, это предание связано с ровным местом у дворца Елевферия.

Вернуться

402

Реальная история памятника прослеживается до Фоки, который поставил его в 609 г. над небольшой цистерной (совр. Чифте Сарайлар), и Ираклия, который водрузил на нем крест в 612 г.

Вернуться

403

Это (кроме датировки борделя) подтверждается и другими источниками.

Вернуться

404

Легендарный сенатор, прибывший из Рима с Константином; см. I, 58.

Вернуться

405

Марии, супруги Константина VI.

Вернуться

406

Доб. в ред. С из «Хроники» Симеона Логофета.

Вернуться

407

Фольклорная история, не засвидетельствованная в других источниках.

Вернуться

408

Ср. Par. 53.

Вернуться

409

Галлиен, действительно, подавлял в 262 г. восстание в Византии.

Вернуться

410

Ср. III, 35. На самом деле, храм был построен Юстинианом I в правление Юстина I (518–527).

Вернуться

411

Легенды, основанные на том, что у Милия была арка, а Дииппий связан с лошадьми.

Вернуться

412

Ср. Par. 54.

Вернуться

413

Βίγλα. Настоящую этимологию см. в III, 117.

Вернуться

414

Ср. Par. 72.

Вернуться

415

В действительности, Неорий обновил Леонтий в 698 г.

Вернуться

416

Ср. Par. 69.

Вернуться

417

В 376–378 гг.

Вернуться

418

Ср. Par. 87.

Вернуться

419

На самом деле, в 421 г. Аэтий был префектом Города в 419 г.

Вернуться

420

Ср. Par. 88.

Вернуться

421

В 459 г.

Вернуться

422

Аспар и его сын Ардавурий возвели Льва на престол, но в 471 г. попали в опалу и подняли восстание.

Вернуться

423

Доб. в С.

Вернуться

424

Находился близ Аркадиан, позднее назывался домом Варвара.

Вернуться

425

Василий Ноф – незаконнорожденный сын Романа I, важный государственный деятель середины Х в.

Вернуться

426

Магистр († 627), возглавлявший оборону Города простив персов в 626 г.

Вернуться

427

Возможно, это предание связано с его латинским именем – Bonus.

Вернуться

428

Ср. III, 83.

Вернуться

429

Ср. Par. 60, 76.

Вернуться

430

Никомидия была главной резиденцией Диоклетиана.

Вернуться

431

В этом списке представлены места, которыми византийцы владели к 990 г.

Вернуться

432

Эти скульптуры римского времени (изначально части квадриги) были увезены после 1204 г. в Венецию и хранятся в Сан-Марко.

Вернуться

433

Ср. Par. 19.

Вернуться

434

Ср. II, 104а.

Вернуться

435

Ср. Par. 61.

Вернуться

436

Вероятно, это рельеф, который был на Ипподроме уже к 400 г.

Вернуться

437

Т.е. семь тысячелетий от сотворения мира, которое по византийской эре датировалось 5508 г. до н. э.

Вернуться

438

Нигде больше не упоминается. Современник автора Кратких представлений из хроник.

Вернуться

439

Ср. Par. 62.

Вернуться

440

Имеются в виду рельефы конца IV в. на базе обелиска.

Вернуться

441

Сохранились две базы статуй возницы Порфирия начала VI в. (ныне в Стамбульском археологическом музее).

Вернуться

442

Имеется в виду «змеиная колонна» (ныне в Стамбульском археологическом музее).

Вернуться

443

Гл. 80–81 – выдержка из Иоанна Лида, случайно попавшая в Патрии, ср. III, 1–15.

Вернуться

444

Ср. Par. 64.

Вернуться

445

Неясно, какой именно Валентиниан (или Валент) имеется в виду.

Вернуться

446

Вымышленные персонажи, подражающие древним семи мудрецам и их изречениям, с именами, частично взятыми из античности.

Вернуться

447

На самом деле, Олимпийские игры (которые проводились в Олимпии) были запрещены еще Феодосием I в 394 г.

Вернуться

448

Вероятно, статуя лежащего Геракла работы Лисиппа. Ср. Par. 37.

Вернуться

449

Греч. δῆμоς в византийский период обозначало не столько народ, сколько дим – партию цирка.

Вернуться

450

περικεφαλαία. У Бергера: шлем.

Вернуться

451

Речь Пелопса – намек на гонения Константина V на иконопочитаталей.

Вернуться

452

Ср. Par. 65.

Вернуться

453

Это вставка из Иоанна Лида.

Вернуться

454

Ср. Par. 85.

Вернуться

455

Город в Ликаонии (совр. Конья).

Вернуться

456

Эта легенда зафиксирована уже в VI в. у Иоанна Малалы (Хронография 36). В ее основе лежит, вероятно, ошибочное соединение словарных статей о Медузе Горгоне (с иконийским преданием о Персее, известным по монетам города) и о патрикии Горгонии, заказчике церкви в Антиохии (341 г.). Баня Константина находилась, на самом деле, к северу от Св. Апостолов.

Вернуться

457

Ср. Par. 4.

Вернуться

458

Бергер предполагает, что они могут быть идентичны Заглубленным воротам в стене Ираклия у Влахерн, однако местоположение параграфа показывает, что речь идет о западных воротах Ипподрома, очевидно, засыпанных вместе с подтрибунными помещениями.

Вернуться

459

См. I, 16, 32.

Вернуться

460

Преподобный Савва Освященный был в Константинополе в 512/3 и 532 гг. В его житии ни о каких подобных чудесах не упоминается.

Вернуться

461

Ср. Par. 5.

Вернуться

462

Вероятно, на северо-востоке Ипподрома.

Вернуться

463

Ср. II, 75.

Вернуться

464

Очевидно, фигура юноши-возницы: она смешана здесь со статуей Константина I с Фортуной Города в руке, которую вывозили на Ипподром в день рождения Города.

Вернуться

465

Вероятно, при Феодосии I были устранены языческие элементы праздника.

Вернуться

466

11 мая. Ср. I, 56; II, 42.

Вернуться

467

Ср. Par. 5а.

Вернуться

468

Переделка древних легенд: бронзовые быки в святилище Зевса на Родосе мычали, когда городу грозила опасность, а бронзового быка тирана Фаларида (ср. II, 54, прим.) утопили агригентцы.

Вернуться

469

Ср. Par. 5b.

Вернуться

470

Из других источников неизвестен. Ср. Par. 64, где он назван астрономом и консулом при Льве I.

Вернуться

471

Ср. Par. 5с.

Вернуться

472

Судя по дальнейшему рассказу, Маркиан здесь перепутан с Маврикием: персидское нападение на Византию стало местью за смерть последнего.

Вернуться

473

Из других источников неизвестен.

Вернуться

474

Очевидно, в Халкидоне.

Вернуться

475

Еретик, осужденный на IV Вселенском Соборе 451 г.

Вернуться

476

Вероятно, Сарена (Сарара) в Месопотамии.

Вернуться

477

Возможно, имеется в виду Решайна в Месопотамии.

Вернуться

478

Возможно, за Периттием скрывается персидское имя Пероз.

Вернуться

479

GB доб.: добавив, что одновременно с тем, как он достигнет их, овдовеет.

Вернуться

480

Имеется в виду персидское нападение 609, 617 или 626 г.

Вернуться

481

В храм св. Евфимии у Ипподрома. GB доб.: из-за которой так сильно старался несвященный предатель Акат, желая одержать победу, так как она посрамила положения их ереси.

Вернуться

482

Победа диофизитов на IV Вселенском Соборе в Халкидоне преданием связывалась с мощами св. Евфимии, лежавшими в этом городе: она приняла их исповедание веры.

Вернуться

483

Эта история (ср. Par. 5с) ниоткуда более неизвестна. GB доб.: и почтили как бога.

Вернуться

484

Ср. Par. 5d.

Вернуться

485

Ср. Par. 5d.

Вернуться

486

Вероятно, квадрант.

Вернуться

487

Возможно, в цистерне Мокия.

Вернуться

488

Ариане были изгнаны из Города в 379 г.

Вернуться

489

Поскольку эта местность находилась за стеной Константина, здесь размещались кладбища IV – начала V в.

Вернуться

490

Ср. Par. 6.

Вернуться

491

Совр. Бандырма на южном берегу Мраморного моря.

Вернуться

492

Или: витая лестница. У Бергера: шип. Стиракс – род тропических деревьев, производящих благовонную смолу.

Вернуться

493

Имеется в виду нападение персов в 609, 617 или 626 гг.

Вернуться

494

В 614 г.

Вернуться

495

В 630 г.

Вернуться

496

На самом деле, Иерусалимский.

Вернуться

497

Ср. Par. 7.

Вернуться

498

На самом деле, четыре, как в Par. 7.

Вернуться

499

Имеется в виду Крисп.

Вернуться

500

В источнике рассказа детоубийца Константин, вероятно, сравнивался с Иродом, который превратился здесь в Геродота.

Вернуться

501

В действительности, источник этого рассказа, Филосторгий (Церковная история 14–17), которого автор не упоминает как еретика-арианина, сравнивает Криспа с мифическим Ипполитом, обвиненным в покушении на честь своей мачехи.

Вернуться

502

Эта фраза восходит к Зосиму (Новая история 2, 29).

Вернуться

503

Настоящую этимологию см. в III, 117.

Вернуться

504

Эти персонажи либо жили позже, либо из других источников неизвестны.

Вернуться

505

Ср. Par. 8.

Вернуться

506

На самом деле, это были статуи Афины (из Линдоса) и Амфитриты (или Фетиды).

Вернуться

507

ἐν αἷς σκυτάλαις. Перевод Кэмерон, Херрин и Бергера «дубинками» невозможен (как и обезглавливание дубинками), так как относительное местоимение ὅς указывает на связь многозначного слова σκυτάλη с вышеописанным астрономическим прибором. Вероятно, здесь имеются в виду его стержни или рукоятки.

Вернуться

508

Ср. Par. 9.

Вернуться

509

Имеются в виду хлебы, которыми Христос насытил 5000 человек.

Вернуться

510

По преданию, корзины были положены в крипте, которую замуровали при Феодосии I.

Вернуться

511

Ср. Par. 11.

Вернуться

512

Т.е. кафедральном соборе – синоним Св. Софии.

Вернуться

513

На самом деле, император Кар был отцом Карина, которого сверг Диоклетиан.

Вернуться

514

Герон Александрийский – знаменитый греческий ученый III–II вв. до н. э.

Вернуться

515

Скорее всего, имеется в виду цезарь Галл (ср. Par. 44а).

Вернуться

516

Юлиан, префект претория Востока в 315–324 гг.

Вернуться

517

Известны два крупных чиновника начала IV в. с именем Серапион.

Вернуться

518

Их других источников неизвестен.

Вернуться

519

Неясно, имеет ли это сообщение под собой историческую основу.

Вернуться

520

Ср. Par. 12.

Вернуться

521

Неясно, какие события лежат в основе этого известия.

Вернуться

522

От лат. horreum – «зернохранилише».

Вернуться

523

Ср. II, 51.

Вернуться

524

Дом семейства Кратеров, известного в середине – второй половине IX в., был, вероятно, предшественником Мирелейского дворца.

Вернуться

525

Вероятно, Валентиниан I здесь опять спутан с Валентом.

Вернуться

526

Легенда.

Вернуться

527

У Феодорита Кирского никаких сведений о модии нет, хотя нельзя исключать, что здесь намекается на «Церковную историю» 3, 20, где говорится про серебряные ведра и корзины.

Вернуться

528

Ср. Par. 12.

Вернуться

529

Из других источников неизвестен.

Вернуться

530

Т.е. в 528 г.

Вернуться

531

Ср. Par. 13.

Вернуться

532

Легендарный маг и шарлатан, которого относили к временам Траяна.

Вернуться

533

Ок. 5 и 2,6 м соответственно.

Вернуться

534

Из других источников эта история неизвестна.

Вернуться

535

Ср. Par. 14.

Вернуться

536

Вряд ли имеется в виду историк III в.

Вернуться

537

Ср. II, 28; Par. 14, где горбатым назван Тиверий I Фракиец.

Вернуться

538

Ок. 43,55 кг.

Вернуться

539

Т.е. занимаясь фальшивомонетчеством.

Вернуться

540

В действительности, Аспар и Ардавурий были казнены за мятеж против императора.

Вернуться

541

На самом деле, это была статуя Феодосия II.

Вернуться

542

Ср. Par. 15.

Вернуться

543

Возможно, они украшали нимфей на южной стороне Форума, построенный при Феодосии I (379–395).

Вернуться

544

Это произошло во 2-й половине VIII в.

Вернуться

545

На самом деле, вероятно, с рогом изобилия.

Вернуться

546

Ср. Par. 16.

Вернуться

547

У Бергера: ангелов.

Вернуться

548

Ср. Par. 17.

Вернуться

549

πυξίоν. У Бергера: коробочку.

Вернуться

550

Речь идет о надгробной надписи: Форум стоял за стенами древнего Византия, на месте городского кладбища.

Вернуться

551

Оἱ δὲ στηλωτικоὶ τῶν ἀπоτελεσμάτων ταῦτα πάντα συνιᾶσι. У Бергера: Пророческие записи подтверждают все это.

Вернуться

552

См. I, 23, 79.

Вернуться

553

Ср. Par. 18.

Вернуться

554

На самом деле, это была, очевидно, Виктория с венком.

Вернуться

555

Ср. Par. 19.

Вернуться

556

Ср. II, 76.

Вернуться

557

Ср. Par. 20.

Вернуться

558

Триумфальные арки при въезде и выезде на Месу.

Вернуться

559

Имеется в виду падение статуи Аркадия при землетрясении 740 г.

Вернуться

560

Ср. Par. 10.

Вернуться

561

Первые архиепископы Константинополя: Митрофан – в 306–314 гг., Александр – в 314–337 гг., Павел – в 337–350/1 гг. Это явная фикция, так как Павел стал епископом Константинополя уже после смерти Константина I.

Вернуться

562

Вероятно, при Валенте.

Вернуться

563

Нил Анкирский, церковный писатель V в.

Вернуться

564

Вероятно, автор флорилегия, где были выдержки из Нила Анкирского.

Вернуться

565

Ср. Par. 2.

Вернуться

566

Возможно, намек на то, что храм некоторое время служил кафедральным собором.

Вернуться

567

Знак особого статуса храма.

Вернуться

568

Вероятно, имеется в виду Софийский дворец.

Вернуться

569

Ср. Par. 3.

Вернуться

570

Т.е. сухопутные стены Феодосия II.

Вернуться

571

Т.е. Золотых ворот.

Вернуться

572

В Par. 3 сохранилась оригинальная форма этой истории, где партия Зеленых кричала: «Лев [и] Константин крепко победил», так как описывалось известное по надписям восстановление стен при Льве III и его сыне-соправителе Константине V после землетрясения 740 г., хотя уже там Лев III, превратился в Льва I Великого, который, действительно, был автором закона о воскресном отдыхе.

Вернуться

573

Ср. Par. 3.

Вернуться

574

Ср. Par. 1.

Вернуться

575

В этой легенде реалии (древнее происхождение храма, изгнание ариан из Города при Феодосии I) смешаны с фантазией.

Вернуться

576

В 518–527 гг.

Вернуться

577

Этот раздел основан преимущественно на сведениях Феодора Чтеца и других церковных историков.

Вернуться

578

В 325 г.

Вернуться

579

Андрея, Луки и Тимофея.

Вернуться

580

В 381 г.

Вернуться

581

У Петрия.

Вернуться

582

Св. Иоанна Предтечи.

Вернуться

583

В 681 г.

Вернуться

584

Ираклий и Тиверий – братья и соправители Константина IV, низложенные им сразу после Собора. Здесь этот Тиверий перепутан с Тиверием, сыном и соправителем Юстиниана II (с 705 г.).

Вернуться

585

Автор явно ссылается на свой источник, но непонятно, на какой именно.

Вернуться

586

В 787 г.

Вернуться

587

В 843 г. Позднее этот собор не причислялся ко Вселенским, а получил название Торжество Православия, воспоминание которого введено в литургический календарь (совершается в 1-е воскресенье Великого поста).

Вернуться

588

G: Святую Ирину в Пераме.

Вернуться

589

Должно быть, вероятно, 139: 317 + 139 = 456.

Вернуться

590

В 311 г.

Вернуться

591

Из других источников неизвестен.

Вернуться

592

На самом деле, монастырь был построен Феоктистой, тещей Феофила.

Вернуться

593

Вероятно, идентичен Еленианскому дворцу.

Вернуться

594

Об этой легенде см. I, 63–66.

Вернуться

595

В 388 г. Это обычная легенда о превращении бедняка в императора: колонна и форум Тавра возникли только при самом Феодосии I.

Вернуться

596

На самом деле, Св. Евфимия была перестроена в храм, вероятно, ок. 680 г. из зала дома препозита Антиоха, построенного в 416–418 гг., а ее мощи были перенесены в Константинополь ок. 680 г.

Вернуться

597

В 759 г. Согласно Феофану Исповеднику (Хронография 440), это случилось в 766 г., вероятно, из-за землетрясения.

Вернуться

598

Антииконоборческая легенда: в действительности, храм пришел в упадок, вероятно, после землетрясения 740 г.

Вернуться

599

В 796 г.

Вернуться

600

Ср. Филосторгий. Церковная история 20–22.

Вернуться

601

Имеется в виду Форум Константина.

Вернуться

602

Из других источников неизвестен, но, возможно, связан с проповедью апостола Андрея в соседнем Неории (см. III, 179)

Вернуться

603

В других рукописях – 286, т. е. до 603 г., когда сгорела тюрьма-преторий на Месе.

Вернуться

604

Преторий – резиденция префекта города, с тюрьмой при ней. В Константинополе он впервые упоминается под 396 г., на месте более позднего храма Сорока Мучеников.

Вернуться

605

На самом деле, новый преторий, вместо сгоревшего при восстании 406 г., был построен уже до 425 г. Здесь, вероятно, имеется в виду его восстановление после пожара 603 г.

Вернуться

606

Первый префект Города зафиксирован только в 359 г., а префект Евдоксий ниоткуда не известен. Возможно, он спутан с патриархом Евдоксием (360–370), а в оригинале вместо ἔπαρχоς стояло ἐπίσκоπоς.

Вернуться

607

Св. Анастасий Перс был замучен в 628 г., так что 290 лет здесь отсчитываются от смерти Константина I в 337 г.

Вернуться

608

«Ласточки». Имеется в виду статуя ласточки.

Вернуться

609

На самом деле, вероятно, Маврикием.

Вернуться

610

В 726 г., с чего началось Первое иконоборчество.

Вернуться

611

Он был замазан в 815 г. и раскрыт после 842 г.

Вернуться

612

Т.е. с 312 г. Согласно Par. 48, ее разрушил уже Юлиан.

Вернуться

613

Кто этот Евгений, неясно, но точно не узурпатор на Западе в 390–392 гг.

Вернуться

614

По другим источникам, его построил св. Андрей Критский в начале VIII в.

Вернуться

615

Препозит при Анастасии I. Назван так для различия от действовавшего в то же время евнуха Урвикия.

Вернуться

616

Т.е. в 497 г.

Вернуться

617

См. I, 63. Возможно, идентичен наместнику Сирии после 360 г.

Вернуться

618

Т.е. с 317 по 569 г.

Вернуться

619

На самом деле, форма Στείρоυ – искажение более раннего Τζήρоυ, от имени Феодора Цира, вероятного незаконного сына Юстиниана I.

Вернуться

620

В 457 г.

Вернуться

621

В 532 г., после пожара.

Вернуться

622

В 869 г.

Вернуться

623

Ср. II, 61.

Вернуться

624

G доб.: который поставил Аполлоний [Тианский].

Вернуться

625

Конопий означает «сетка от насекомых» и «защищаемое такой сеткой ложе» (канапе). Какую форму имел этот памятник, неизвестно. Ср. III, 200, где это разрушение приписывается Василию I.

Вернуться

626

Дата строительства храма неизвестна: возможно, Аркадий появился в тексте из-за аркадиан.

Вернуться

627

Подразделение аркадиан было основано ок. 400 г. Число 6000 – новация Патрий.

Вернуться

628

Такая форма – это не описка, так как восходит к Иоанну Малале (Хронография 13, 46).

Вернуться

629

Ср. III, 61.

Вернуться

630

На самом деле, в баптистерий Св. Софии.

Вернуться

631

Крепость в Каппадокии (совр. Гёльчук).

Вернуться

632

Вероятно, этимологическая легенда; ср. II, 27.

Вернуться

633

Ошибка составителя Патрий.

Вернуться

634

На самом деле, монастырь был построен Пульхерией († 453), а Михаилом лишь возобновлен.

Вернуться

635

Вероятно, именно с исцелениями слепых и связано имя монастыря Ὁδηγоί («проводники»). В XII в. здесь известна баня, где было изображено исцеление Христом слепого в Овчей купели.

Вернуться

636

Часть церемоний на праздник дня рождения Города 11 мая.

Вернуться