# Шпионы у дачи

Дарья Александровна Калинина

Сашеньке было безумно скучно на родительской даче, и девушка придумала себе развлечение – шпионить за соседями, узнавая их маленькие и не очень секреты. Оказалось, что практически у каждого из них завалялся скелетик на дачных грядках. А однажды к одним весьма подозрительным соседям кто-то ночью подкинул труп девушки в парике. Сашенька знает всех на ее улице и могла бы рассказать следователю много интересного…

© Калинина Д.А., 2021

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

## Глава 1

Их дачный поселок был большим. По меркам Саши – так даже очень большим. Ходить по нему можно было часами, а конца и края ему не предвиделось. Можно было идти вдоль, можно было нарезать дорожки поперек, а можно было блуждать кругами, и все равно неизменно находилось в пути что-то новое и неизведанное. То откуда ни возьмись появлялась незнакомая узенькая тропинка, уходящая куда-то в заросли высокой травы. То на улице, сто раз хоженной и перехоженной, за ночь возводили дом, так что утром уже можно было любоваться его вкусно пахнущими химической пропиткой новенькими и такими симпатичными, до первой зимы, стенами. А то появлялись в поселке новые люди. Вот они-то больше всего и занимали Сашеньку.

У кого-то хобби собирать крышечки от баночек с йогуртами, кто-то собирал подарочные пластиковые карты, а Саша коллекционировала своих знакомых взрослых. Ну нравилось ей собирать информацию, наблюдать за посторонними ей людьми, коллекционируя проявление их чувств и эмоций. Свои-то семейные, друзья и родственники были ею сто лет как изучены, хотя тоже иной раз могли подкинуть сюрприз.

Саша была девочкой милой, обаятельной и вежливой. Ей без труда удавалось вступать в контакт с людьми. К тому же она к своим пятнадцати годам стала уже неплохим психологом и, в принципе, по большей части могла с точностью до сотой доли процента предсказать, что нужно тому или иному человеку, чтобы полноценно и быстро втереться к нему в доверие. И этой своей способностью она пользовалась, чтобы войти в круг тех взрослых, щелкать интересы и мысли которых столь просто у нее не получалось.

К примеру, был у ее ближайшей соседки тети Тани сын, которого звали Кирилл. Было ему чуть больше двадцати пяти лет, женат он не был, жил отдельно от матери, а потому жизнь вел блестящую и очень Сашу занимавшую. Но сам по себе Кирилл вряд ли бы снизошел до сопливой малолетки, мелькающей за соседским забором. Вот Саша и сделала заранее ход конем – сначала втерлась в доверие к самой тете Тане.

Сделать это оказалось проще пареной репы. Соседка была помешана на цветоводстве, сад ее с ранней весны и до поздней осени утопал в буйстве красок. И Сашенька, трогательно смущаясь, как-то спросила у тети Тани совет по поводу растения, которое никак не хотело всходить. Растение было выдумано, место, где оно якобы не хотело произрастать, было указано наобум. Но тетя Таня оценила порыв юного мичуринца и начала давать Саше полезные советы, которые девочка старательно записывала.

– Значит, виноград поливать всего три раза за сезон? – удивлялась она, округляя глаза. – Ну надо же! Никогда бы не подумала, что так редко. А я каждую неделю на кустик по ведру выливала. Как приедем с родителями на дачу, так я наберу воды из шланга и хлюп на него! Столько поливала, а он все равно погиб.

И Сашенька тыкала пальцем в воткнутую в землю сухую палочку, призванную изображать погибший виноградный саженец.

Но доверчивая тетя Таня только ахала:

– Деточка! Да ты же его попросту залила! И еще холодной водой! Виноград тепло любит. Если уж поливать, то тепленькой водичкой. Обильно, но изредка. Конечно, пока маленький, поливай, а потом уже не нужно. Только ранней весной, потом после цветения и уже ближе к осени, после того как снят урожай.

– До урожая дело у меня еще никогда не доходило.

– Виноград в наших северных широтах культура рискованная, я бы даже опытному садоводу рекомендовала много раз подумать, прежде чем высаживать виноград в Ленинградской области. Начни с чего-нибудь попроще! Ноготки там посади или космею, за ними уход минимальный. Сыпанешь горсть семян в землю, они сами и взойдут. Потом только поливай и наслаждайся цветением. Чего уж проще?

– Но я не хочу что проще, я хочу как у вас! – восклицала в ответ Сашенька. – Как вы думаете, когда-нибудь я сумею достигнуть таких же высот, как и вы? Ну хотя бы отчасти?

И Сашенька вопросительно заглядывала в глаза соседке, что очень льстило самолюбию этой простой женщины.

– Ну конечно, я всему тебя научу, – обещала она. – И у тебя все получится.

Но желание заниматься цветоводством одолевало Сашеньку исключительно в преддверии приезда Кирилла. А уж когда он появлялся не один, а вместе со своими друзьями, тут уж Сашеньку было и вовсе не оттянуть от соседского забора. Прекрасно понимая, что сейчас тете Тане не до нее и не до лекций по садоводству, Сашенька кралась в дровник, который выходил одной стеной прямо на соседский участок. Там же было окно, которое, как по заказу, было узким и длинным. Вот через эту своеобразную амбразуру Сашенька и вела наблюдение за Кириллом, его мамой и их друзьями.

Другой наблюдательный пункт был оборудован у Сашеньки на чердаке их дома. Оттуда без всякого труда можно было наблюдать сразу за двумя соседскими дворами. Конечно, разговоров соседей с чердака слышно не было, но Сашенька упорно практиковалась в науке чтения по губам и, как ей казалось, достигла неплохих успехов. В отличие от того же цветоводства, склонности к которому Сашенька не испытывала совершенно.

Так они и жили. Каждые выходные по приезде на дачу Сашенька кидалась к своим наблюдательным пунктам и уясняла для себя, что изменилось у соседей за неделю. Все происходящие изменения тщательно фиксировались на фотокамеру. И Саша была спокойна, все было под контролем. Ну или почти все.

Единственными, кто оказывался не охваченным ее вниманием, были соседи слева. И это приводило Сашу в отчаяние. С чердака их участок не был виден. Как ни высовывалась с риском для жизни из крайнего окна Сашенька, она все равно могла увидеть лишь кусочек двора. А этого ей для счастья было очень и очень мало. Подобраться к соседям, чтобы незаметно вести за ними наблюдение, было решительно невозможно из-за особенностей ландшафта.

Местность между их участками была удручающе голая и полностью лишенная какого-либо укрытия. На всей границе не было ни единого крупного объекта, сопоставимого размерами с Сашу. Ни сарайчика, ни бани, даже мало-мальски приличного дерева, чтобы за его стволом можно было спрятаться, тут не наблюдалось. Просто хоть плачь! Да еще соседи, как назло, попались люди недоверчивые и на контакт идущие сложно. С вечера пятницы и до утра понедельника они вообще практически носа на улицу не казали. И при всей своей ловкости Сашеньке никак не удавалось набиться к ним в друзья. Они вежливо здоровались, спрашивали, как дела, но при малейшей попытке рассказать им в подробностях, как дела, так же вежливо давали понять, что слушать-то им подробности и некогда.

Саше удалось лишь узнать их фамилию – Кокуевы. Эту информацию ей любезно сообщили в правлении их садоводства, куда Сашенька специально наведалась вместе с мамой. И пока та оплачивала членские взносы и фиксировала показания их электросчетчика, Сашенька заглянула в учетную книгу, в которой напротив домашнего адреса стояло имя его владельца. В данном случае владельцев было двое, домом владели в равных долях Кокуевы Михаил и Вероника.

– Купили домик около года назад. Взносы платят регулярно. Машины у них, по словам соседей, нету. Так что за очистку дороги грейдером мы с них не спрашиваем.

Но все это были лишь общие сведения. А Сашеньке очень хотелось узнать, что происходит у Кокуевых в семье. Чем живут эти люди? Что их волнует? Чем они дышат? Что они заядлые огородники, страстно возятся с землей, таская тачки туда-сюда, формируя грядки, высаживая на них всяческую зелень, а потом самозабвенно поливая свой огород, это Саша знала. Почему-то одна часть участка особенно сильно нуждалась в поливе. Растения там были пожухлые и какие-то вялые, словно бы им упорно не хватало влаги. Между тем влаги им доставалось больше, чем всем остальным, вместе взятым, но они упрямо желтели, приводя своих хозяев в уныние.

Впрочем, потом у соседей дела пошли на лад. И трава у них зазеленела. И на клумбе выросли огромные розы с пышными и шикарными шапками цветов. Саша даже пыталась познакомить Кокуевых с тетей Таней, надеясь, что на почве садово-огородных работ они найдут точки соприкосновения.

Но и эта ее идея провалилась. Знакомство закончилось, едва начавшись. Кокуевы представились и тут же дали понять, что в советах посторонних не нуждаются. Тетя Таня восприняла их отказ чуть ли не за личное оскорбление и с тех пор лишь холодно здоровалась с этими двумя.

Замкнутый образ жизни этих двоих еще сильней раззадоривал любопытство девочки. Первое время Саша даже лиц своих соседей не видела. И муж, и жена ходили в каких-то повязках, словно у них попеременно болели то зубы, то уши, то глаза, а то все вместе. Потом повязки постепенно исчезли, но лица у них оставались красными и воспаленными. Потом отечность ушла, стало возможно разглядеть, как они выглядят. Но это был единственный плюс, который получила Саша.

Все прочее по-прежнему было ей недоступно. Что у них происходит? О чем они говорят? Ведь стоило ей приблизиться на расстояние, с которого она могла бы что-то услышать, как эти личности замолкали, потом здоровались и выжидающе смотрели на нее, мол, скоро ты исчезнешь? Если Сашенька не понимала и не уходила, то вежливо улыбались и уходили они.

Нет, при таких условиях толковой слежки за ними никак не получалось. Эти двое уже целый год мозолили глаза юной шпионке, но расколоть их у Саши не выходило. Девочка совсем приуныла, но тут ее папочка, ее милый, дорогой папочка, сам того не ведая, вдруг вздумал прийти ей на помощь.

И однажды вечером он вдруг заявил своим жене и дочери:

– А что, милые мои, не соорудить ли нам с вами площадку для шашлыков?! Возле соседского забора как раз пустует отличное местечко. Оно словно бы создано для того, чтобы там кого-нибудь пожарить.

У Сашеньки даже сердце замерло. Неужели? Она не смела вздохнуть, чтобы не спугнуть свою удачу. Если на враждебной границе начнется строительство… О-о-о!.. Там таких комбинаций можно будет накрутить! Папа придумал замечательно! Но что скажет на это мама?

И Саша осторожно взглянула на мать, которую немного побаивалась. Мама обычно не спешила сразу же соглашаться с папой, чтобы он слишком много о себе не вообразил.

Но тут проект был настолько выигрышный, что даже она одобрила:

– Прекрасно! В свете последних распоряжений нашего правительства о противопожарных мерах на садовых участках площадка нам просто необходима.

– Я все сделаю сам! – воодушевился ее поддержкой папа. – Я все продумал, закупим плитку, железные сваи, цемент… Каркас я сооружу два на три, думаю, что шести квадратов для счастья нам будет достаточно.

– Варить железо ты тоже будешь сам?

– Придется купить сварочный аппарат.

– Разве ты умеешь?

– Не умею, но научусь.

Но на этот раз мама принялась активно возражать:

– Ты даже электрочайник не можешь включить, чтобы тебя не ударило током. Как хочешь, а к сварочному аппарату я тебя не подпущу. В конце концов, это просто опасно для твоей жизни!

Папа пытался доказать, что он не так уж безнадежен. Но хитрая мама тут же поручила ему варить картошку, которая была уже почищена и лишь ждала, чтобы ее поставили на огонь. Папа стал зажигать газ, уронил коробок, потом долго не мог разобраться, какая из ручек включает какую конфорку. И в итоге, когда он поднес спичку к нужной горелке, газа накопилось изрядно и пламя полыхнуло чуть ли не до потолка.

– Что и требовалось доказать, – с удовлетворением произнесла мама. – Для сварки мы пригласим профессионалов.

– Но плитку я уложу сам!

Укладка плитки была сочтена достаточно безопасным мероприятием, и папе было милостиво разрешено заняться ею собственноручно.

Сашенька ликовала. Сбывалась ее самая заветная мечта. Вдоль границы с неподконтрольными ей соседями будет возведена мангальная, которую можно будет использовать в качестве укрытия. И Саша решила: она будет контролировать каждый папин шаг. Чтобы не вздумал устроить что-нибудь легкомысленное, ажурное и воздушное.

А папа заговаривал о таком:

– Как ты думаешь, может быть, купим вот эти завитушки?

И указывал на симпатичные, но, увы, совершенно непригодные для целей Сашеньки кованые детали.

– Будет красиво, если мы их приделаем к нашей крыше.

Через них же ее будет видно!

Саша в душе ужасалась, а вслух говорила:

– Ты цену на них видел?

– А что цена? Один раз живем! Надо, чтобы твоей маме было красиво.

Но посчитав, сколько ему нужно кованых элементов, чтобы они смотрелись эффектно, папа умножил количество на цену каждого из них и приуныл.

– Пожалуй, если мы купим кованые ворота, то твоей маме это понравится куда больше.

Но Саше для ее целей было необходимо полноценное укрытие. А площадка для шашлыков пока что была слишком открыта взглядам соседей.

– А если нам рядышком соорудить еще местечко, где мы могли бы твои шашлыки кушать с пылу с жару? – предложила она папе. – А то пока их до дома донесешь, из них весь аромат выветривается.

– Да, самый смак слопать мясо с пылу с жару.

– Я люблю прямо с шампура, мне так вкуснее. А мама в дом шампуры заносить не разрешает, говорит, с них пепел сыпется и жир капает.

В общем, уговорить родителей на беседку оказалось делом несложным. Они и сами о ней давно мечтали. А тут к тому же и место пустое оказалось.

Соседи от их строительства в восторг не пришли. Но все пожарные нормы были соблюдены, им ничего не оставалось, как принять тот факт, что у них под боком будет развернута зона отдыха.

Сашенька ликовала. Сбылась ее заветная мечта. Мангальная площадка была в плане слежки вещью никчемной, но у нее будет беседка! И уж она позаботится, чтобы это строение имело хотя бы один глухой пролет.

Конечно, тут Саше пришлось столкнуться с массой недопонимания со стороны мамы, которой чудились увитые всевозможными цветами стены. А чтобы цветам было где виться, мама планировала вместо ровных стен поставить деревянные решетки. Но это решительно не входило в планы ее дочери.

Какие еще решетки! За ними же невозможно будет притаиться и вести наблюдение. Саша будет за этими дурацкими решетками, словно на ладони!

– Посажу клематисы и плетистые розы, – размечталась мама. – Они все обовьют, нас даже не будет видно!

Ах, эти мамины иллюзии по поводу буйства растительности, которая вдруг, ни с того ни с сего, возьмет и начнет куститься и виться именно в этом конкретном месте. Саша их не одобряла, она смотрела на вещи реально. Если нигде у них в саду ничего не цветет и не плодоносит, то и всю высаженную возле беседки растительность ждет та же печальная участь. В лучшем случае растишки замерзнут зимой, и смерть их будет легкой и безболезненной. В худшем заболеют и перед кончиной еще успеют намучиться.

– Мамочка, пойми, нужна хотя бы одна сплошная стена. Для контраста!

– И чтобы ветром не продувало.

В конце концов среднюю часть стены, выходящей к соседям, отделали вагонкой. Саша специально ездила с отцом на строительную базу, где провернула, как она считала, весьма ловкий финт.

– Папочка, дай я сама заплачу! Ну пожалуйста! Разреши мне! Я тоже хочу чем-нибудь тебе помочь.

И пока растроганный отец хлопал ушами и любезничал с продавщицей, Саша метнулась к кассе, где оплатила покупку по-своему. Отец хотел приобрести для своей стройки лучшую вагонку, белую и гладкую, но для Сашиных целей была нужна другая, самого низшего сорта, вся сплошь в сучках и трещинках. Сучки играли в ее плане наиглавнейшую роль.

И когда отец распаковал привезенный с базы товар, то они с дочерью онемели.

Отец от возмущения, а Саша от восторга.

– То, что нужно! – воскликнула она.

– Ты так думаешь?

– Уверена! Это так живописно!

Восхищалась Саша потому, что во многих местах сучки на досках уже вывалились, создав практически идеальные глазки для наблюдения за соседским участком.

– Папочка, дорогой и любимый! Давай используем эти досочки, смотри, какие они красивые! И они гораздо дешевле той вагонки, которую ты хотел раньше. У тебя получилось сэкономить целых четыре тысячи, мама будет в восторге.

– Ну-ка, давай их сюда, – оживился отец. – И знаешь, маме вовсе не обязательно знать, сколько мы потратили на базе.

Саша с радостью всучила папе оставшиеся у них деньги, они ее не волновали. Своей цели Саша добилась, это для нее было главное.

И вот строительство завершилось. В тот же день состоялось торжественное открытие мангальной площадки, а также введение в эксплуатацию прилагающейся к ней беседки. Пока что не наблюдалось ни роз, ни клематисов, ни даже дикого винограда или хмеля, которые осмотрительная тетя Таня посоветовала высадить вместо прихотливых капризуль.

Но Саша все равно была довольна. Она обнаружила, что из беседки можно вести наблюдение практически за всем участком соседей. Дом у них был построен в дальнем углу, но крыльцо было в сторону Саши. И сидя в беседке, она могла видеть все, чем занимаются соседи.

Теперь Сашу невозможно было выгнать с участка. День за днем Саша сидела в беседке и вела наблюдение, но пока что ничего интересного она не обнаружила. Раньше эти соседи представлялись ей куда более загадочными персонажами. Когда она не видела их повседневных занятий, то могла воображать себе всякое. Но глядя на то, как Вероника день за днем копается в огороде, а ее муж стучит в своей мастерской, Саша чувствовала разочарование. И стоило огород городить и мангалы ставить ради такой ерунды!

И все же Саша не теряла надежды. Чутье подсказывало ей, что отчаиваться рано. Эти двое еще проявят себя. И тогда Саша будет торжествовать.

В чем должно было заключаться это торжество, она и сама не могла толком объяснить. Также не могла объяснить, почему эти двое вызывают в ней такую стойкую неприязнь, густо замешенную на убежденности, что им есть что скрывать. Вроде бы ничем эти двое ее никогда не обижали, вели себя тихо и, по сравнению с другими соседями, выглядели очень приличными людьми.

Взять хотя бы того же дядю Толю, за участком которого Саша с удовольствием и не раз наблюдала из окон своего чердака. Вот уж колоритный персонаж! Начать с того, что и дом у него – это не дом, а целая сеть разнокалиберных и разновозрастных строений, кое-как соединенных между собой крышами, переходами и сарайчиками.

Часть дома уже развалилась, часть развалится в ближайшее время, есть один недостроенный дом, в котором дядя Толя не живет, потому что считает этот недострой принадлежащим его брату и племяннице. А те на участке и носа не показывают и вряд ли при жизни дяди Толи появятся, потому что дядя Толя квасит, и квасит очень здорово. И все равно, дядя Толя принципиальничает, а того не понимает, что никто его принципиальность не оценит и не увидит.

И никому вокруг совсем не удивительно, что родня к дяде Толе ни ногой, потому что у себя на участке дядя Толя устроил настоящий притон. Это Сашенька слышала от их председателя, об этом же шептались между собой соседки, к такому же выводу пришла и сама Сашенька, понаблюдав за происходящим на участке у соседа.

– К нему и алкаши всех сортов и мастей приходят!

– И спирт по большей части с собой приносят.

– А чего бы им не приходить, если Толя их всех любезно привечает.

– Так этого мало, к нему и женщины с низкой социальной ответственностью заглядывают. И чего им от этого старого козла нужно? Как мужик, в свои семьдесят он им вряд ли интересен, ведь здоровье не резиновое.

Со своей стороны, Сашенька могла прибавить, что и пьяные драки у дяди Толи на участке и возле его жилища регулярно случаются. А уж сколько раз они по ночам громкую музыку включали, а потом шумели и отношения друг с другом выясняли, так это и вовсе со счета сбиться можно. Редкий вечер не заканчивался во дворе дяди Толи рукопашной схваткой. Да, жизнь у дяди Толи на участке бурлила и кипела. И он сам, и его гости заставляли Сашу много раз дрожать от волнения.

И все равно, считала она, дядю Толю легко можно понять. Он человек пьющий, с ним и его посетителями все более или менее ясно. Никакой Америки с ними не откроешь.

Другие соседи из дома, который виден с другой стороны чердака и который Сашенька окрестила для себя «Морковкой» за ярко-оранжевые стены и темно-зеленый забор из профлиста, были людьми гостеприимными. Любили они принимать в своем домике многолюдные застолья. Радовались, когда к ним приезжали другие семейные пары.

Все они были без детей, среднего возраста. Хозяева – блондин с блондинкой, оба высокие, худощавые, с короткими стильными стрижками. В гости чаще всего приезжали четверо. Рыженькая хохотушка и ее спутник-здоровяк – громила с бритой головой, то ли бандит, то ли сотрудник правоохранительных сил, но при оружии, которое иногда доставал, чтобы пострелять по назойливым сойкам и дроздам. И были еще двое, он худой и пьющий, и она манерная и музыкальная. Он привозил с собой гитару, она пела. И когда пела, то восхищенно замирал весь поселок. И даже алкаши дяди Толи выключали свою музыку и наслаждались чистым голосом певицы и звенящими где-то в высоте гитарными струнами.

Все это было замечательно, но, как без труда заметила Саша со своей наблюдательной площадки на чердаке, те пары, которые приезжали друг с другом, спать отправлялись совсем с другими партнерами. На участке было несколько домиков не домиков, а так, строений, в которых можно было переночевать. То ли сарайчик, то ли беседка, дверь закроешь, вот тебе уже и номер для новобрачных. Но эти соседи и их гости вели себя всегда тихо, оно и понятно, привлекать внимание к своим сексуальным игрищам было не в их интересах.

Что касается Сашеньки, то она старательно вела наблюдение за этими гостями и фиксировала все парочки, которые каждую неделю менялись между собой.

Таков был постоянный состав этой компании. Четыре человека – гости и двое хозяев. Иногда присоединялись еще какие-нибудь, но их в расчет Сашенька не принимала, хотя появление все равно фиксировала. Кстати, хозяева дома-«Морковки» его хозяевами в полном смысле этого слова не были, дом принадлежал родителям мужа, пожилой семейной чете, которые в свое время ничем таким не занимались, а спокойно возились на грядках, выращивая все ту же морковь поистине гигантских размов

Но потом старики приезжать перестали, зато все чаще стали наведываться молодые. Мужа звали Антоном, но он откликался на имя Антуан, а ее звали Машей, но она требовала, чтобы к ней обращались не иначе как Мариетта. Оба они служили в каком-то заштатном театре и до первой волны карантина в садоводстве даже не появлялись, считая это место слишком скучным и недостойным их внимания. Но пандемия все изменила, старенький домик вновь стал нужным и посещаемым.

Такие вот люди окружали домик семьи Сашеньки Барабашовой и ее родителей на тот момент, когда начиналась эта история.

## Глава 2

За всеми хлопотами, связанными с обустройством своей новой наблюдательной площадки, Сашенька совершенно забыла обо всех своих прежних делах. Контролируя ведущееся у них строительство, она почти полностью выпустила из поля зрения участок тети Тани. А это было очень даже напрасно, потому что к тете Тане как раз прикатил Кирилл, да не один, а с целой компанией своих друзей. Два парня и две девушки. И вся эта компания шастала взад и вперед без всякого присмотра со стороны Сашеньки. Делали что хотели. Болтали, смеялись.

Обнаружив такое упущение, Сашенька буквально поселилась в дровнике. Она старательно вела наблюдение за соседским двором, но ничего предосудительного не замечала.

Сам Кирилл качался в гамаке. Один из его гостей – худенький и миловидный – сидел рядом. Другой развалился в шезлонге. Девушки устроились возле столика, попивая винцо. Странным во всем этом было только то, что куда-то пропала сама тетя Таня.

– Возможно, дома сидит? По хозяйству хлопочет? Одно дело ужин для себя одной быстренько приготовить, и совсем другое, когда на шестерых, двое из которых молодые ребята.

Но вскоре голос тети Тани раздался в соседнем дворе, где у другой соседки, тети Вали, топилась баня, и обе женщины ждали, когда можно будет мыться.

– Разве сегодня суббота? – удивилась про себя Саша. – По-моему, пятница.

Обычно по субботам тетя Валя топила баню, куда обе женщины всегда ходили мыться вдвоем. Но сегодня тетя Валя сделала исключение. Затопила баньку на день раньше. И Сашенька поняла, что матушка Кирилла попросту слиняла от наплыва гостей, предоставив сыну самому занимать своих друзей.

Девушка еще какое-то время понаблюдала, но стало вечереть, появились тучи комаров, и гости перебрались в дом. Единственное, что сумела уяснить для себя Сашенька, – ни с одной из приехавших девушек у Кирилла романтических отношений не было. Черненькая и полненькая была с упитанным и гладким пареньком, а другая девушка, тоже черненькая, но худенькая, была с совсем уж миниатюрным пареньком, в котором чуть душа держалась, и яркими были только его глаза.

– И зачем же Кирилл их пригласил парами, а для себя девчонку не подыскал? Дело-то к ночи, сейчас парочки уединятся, а он с кем останется? С мамой? Да и мама от них сбежала к соседке. Там уже и баня натоплена. Тетя Таня от тети Вали из ее бани никогда раньше одиннадцати вечера не возвращается. И что Кириллу делать?

Комары в этом году были очень уж злющие и кусачие. Против них не помогали никакие пшикалки и мазилки. Насекомые лишь еще яростней принимались пищать и шли на таран, преодолевая облако ядовитых газов и атакуя противника целыми эскадрильями. Так что Сашенька тоже укрылась в доме, где попыталась продолжить наблюдение за домом тети Тани. Но видны были лишь окна первого этажа. Чтобы увидеть, что делается в мансарде, Сашеньке пришлось одолжить папину москитную сетку и бежать на улицу.

Вот вспыхнул свет в окнах второго этажа домика тети Тани. В мансарде у нее было две комнатки, в которых и поселились гости. За тонкими тюлевыми занавесками Сашеньке были хорошо видны их силуэты. Полная девушка и ее высокий дородный кавалер. Худенькая девушка и ее совсем уж крохотный поклонник. Все правильно, парочки воссоединились каждая в своей спальне.

– А что же Кирилл? Где он тоскует?

Но очень скоро оказалось, что Кирилл вовсе не собирается тосковать в одиночестве. Не успела Сашенька произнести эту фразу, как она увидела выходящего из калитки Кирилла.

Молодой человек направился к дому дяди Толи и скрылся в нем. Стоящую за роскошным кустом сирени Сашеньку сосед даже и не заметил.

– Что ему там понадобилось? – удивилась Саша. – У дяди Толи и в будний день одни алкаши собираются. А уж сейчас, накануне выходных, там и вовсе ни одного трезвого лица не найдешь.

И все же Кириллу это удалось! К огромному изумлению Саши, он вывел из дома дяди Толи вполне приличного вида девушку и при этом трезвую! И более того, эта девушка была настоящей красавицей. Высокая, светловолосая, с огромными глазами и прямо-таки сияющей в темноте фарфоровой кожей.

Сашенька, которая в свои пятнадцать лет все еще была довольно неказистым подростком, почувствовала себя и вовсе жалкой замухрышкой. Как-то сразу особенно яростно запульсировал прыщ, который вскочил вчера вечером у Саши на носу. Собственные руки и ноги показались Саше несоразмерно большими и неуклюжими. И еще вспомнилась неделю не мытая голова, которую сейчас прикрывала москитная сетка, но радости от нее было немного.

Представив, как сейчас эти двое статных красавцев увидят ее, скрючившуюся в сирени с москитной сеткой на башке, Сашенька взмолилась в душе:

«Только не это! Только бы прошли мимо! Только бы не заметили!»

Ее услышали, Кирилл с девушкой прошли мимо. Они смотрели лишь друг на друга, улыбались и несколько раз даже поцеловались. О нежном характере их отношений говорил язык их тел. Как нежно они обнимали друг друга.

Сашенька прямо вся извелась от зависти, глядя на этих двоих. Вот был бы у нее мальчик, не пришло бы ей в голову по вечерам под сиренью хорониться.

– Значит, у Кирилла все-таки есть девушка! И она настоящая красавица! Ух ты! Вот это новость!

И тут же Саша призадумалась:

– Но зачем же он ее спрятал от своих друзей?

В том, что такой красавице нечего было делать в гостях у их маргинального соседа, Сашенька была твердо уверена. Она отлично знала всех знакомых дяди Толи, которые заглядывали к нему на огонек, такая шикарная девица среди них никогда не появлялась, да и не могла появиться.

– Значит, это Кирилл попросил ее побыть у дяди Толи до тех пор, пока его гости не ушли к себе на второй этаж. После этого он пошел за своей подругой. Наверное, не хочет, чтобы его друзья ее видели. Вот чудак! Была бы я на его месте, осталась бы с этой красавицей, и пусть весь мир подождет! Если друзьям она не нравится, гнала бы я этих друзей в три шеи. Личная жизнь дороже! Что там могут предложить Кириллу его друзья, чего нет у этой блондинки?

Но, к удивлению Сашеньки, даже сейчас парочка отправилась вовсе не к Кириллу домой. Они прошли дальше и скрылись за воротами «Морковки».

– Этого еще не хватало! – прошептала пораженная до глубины души девушка. – Они-то что там позабыли?

Увы, Сашенька была девушкой продвинутой, о своих соседях она знала немало, и сейчас все прекрасно поняла. Сегодня у Антуана и Мариетты снова был съезд друзей, которые прикатили на двух машинах. И значит, ближе к ночи все парочки снова перетасуются в своей колоде и отправятся спать совсем не с теми, с кем прикатили.

– И Кириллу тоже придется уступить свою красавицу кому-нибудь другому. Может, даже Антуану. А Кириллу достанется, к примеру, Мариетта. Тьфу! Какая гадость! Она же его старше как минимум вдвое!

На взгляд Сашеньки, со стороны Кирилла это было вопиющей глупостью и безрассудством. Отдать свою молодую и прекрасную девушку, получив взамен порядком потрепанную жизнью мадам. Не то чтобы Мариетта была совсем уж уродиной, но все-таки она была далеко не девочка, а годы людей не красят.

– Нет, не может быть такого! Наверное, Кирилл просто на минуточку к ним зашел. И сейчас они выйдут! Должны выйти!

Подобравшись вплотную к участку этих соседей, Саша стала ждать. Но время шло, а из ворот дома никто не выходил. Затем показались какие-то тени, но они двинулись в противоположном от ворот направлении. Как раз туда, где находились гостевые комнатки.

И Сашенька опрометью метнулась на свой участок. Взлетела на чердак и приникла к оконному стеклу. Она должна увидеть, кто и с кем сегодня ночует у Антуана и Мариетты.

Под руку ей попался бинокль, с помощью которого она смогла разглядеть, что Антуан повел в один из сарайчиков ту самую красавицу с белыми волосами. А Кирилл долго о чем-то разговаривал с Мариеттой, а потом вернулся с ней в дом.

– Вот это да! – прошептала Сашенька, до невозможности шокированная всем увиденным. – Кирилл поставляет девушек Антуану и Мариетте! Видимо, у них уже совсем туго с новобранцами, а точнее, новобранками, или как там называют таких девиц. Но им-то понятно, новенькие и свеженькие только в радость, а вот Кириллу зачем это нужно? Или Кирилл не знает, ЧТО происходит в доме у Антуана? Такое тоже возможно.

Ночь Саша провела тревожную. Ей хотелось разорваться на несколько частей, чтобы одновременно вести наблюдение за всеми своими соседями. Но, увы, пришлось довольствоваться слежкой за «Морковкой».

Антуан покинул незнакомую девушку где-то спустя полчаса, сразу после этого Кирилл тоже ушел из «Морковки» и вернулся к себе, в чем Сашенька убедилась, шмыгнув с чердака в дровник. Оттуда же она увидела, что домой вернулась довольная и напаренная в бане тетя Таня. Знала бы она, что тут происходило в ее отсутствие!

– Ну Кирилл! Ну гусь! Но и эта его девица тоже хороша! Зачем она согласилась поменять симпатягу Кирилла на потрепанного Антуана? Нет, вы как хотите, а тут есть какая-то тайна. Я прямо чувствую ее запах!

Мысленно сыщица пообещала самой себе, что завтра первым же делом отправится к дяде Толе. И если сосед будет трезвым, попытается разговорить его.

– Должен же был Кирилл ему хоть что-то сказать насчет этой девушки. Не мог же он просто так привести ее к дяде Толе и оставить у него до поры до времени. И вообще, почему нельзя было сразу же отвести красотку к Антуану, коли уж это был презент для его развратной компашки?

Всю ночь Саше не давала покоя мысль о незнакомке. Восхищаясь ее красотой, Саша невольно начинала сопереживать ей.

– Как она там? К ней только Антуан наведался или все его гости по очереди? Не обидели бы они ее!

И сколько ни уговаривала себя Саша, что вся эта история ее никак не касается, что она просто ведет наблюдение, но никогда не вмешивается в дела соседей, спокойный сон ей так и не явился. Лишь под утро ненадолго удалось задремать, но уже в пять часов Саша была снова на ногах.

Она вышла из дома, прислушалась и сразу же поняла, что безмятежной утренней тишины сегодня не наблюдается. Раздавалось какое-то кряканье, которого в пять утра на их улице точно не должно было быть. Саша знала все запахи и звуки, которые полагались в то или иное время, кряканье выпадало из их числа.

Спустившись с крыльца, Сашенька обогнула дом и вздрогнула. Сердце у нее забилось в преддверии грядущих приключений. На дороге прямо перед домом соседей стояла полицейская машина, из которой и доносилось привлекшее внимание кряканье. Видимо, это была включенная рация. Само по себе появление полиции на их улице не было такой уж редкостью. К дяде Толе полиция наведывалась по два-три раза в год, а случалось, что и чаще, но сегодня они явились не по его душу.