Екатерина Серебрякова
Мисс тридцать три несчастья

Глава 1.

Если в мире есть кто-то более обделенный удачей, то это только моя будущая дочь, которая унаследует от матери умение вляпываться в неприятности.

За одно утро я умудрилась проспать на работу, порвать новые капроновые колготки, сломать ноготь, пролить на белую юбку кофе и сейчас, кажется, нарушила какие-то правила дорожного движения.

Ну или я так понравилась полицейскому за рулем патрульной машины, что он уже как два квартала едет за мной с мигалкой…

– Красный «Жигули» А639ОК прижмитесь к обочине. Повторяю, прижмитесь к обочине!

– Да бордовая у меня машина, – шикнула я себе под нос, аккуратно съезжая с дороги, чтобы не зацепить парочку оградительных столбов.

Пока я сама не знала, что именно нарушила. Водитель из меня, конечно, был так себе. Ладно… Водила я ужасно, что обуславливалось общей неудачливостью и невнимательностью.

Но на дороге моя почти что нулевая концентрация поднималась до максимальных отметок, и всеми силами я старалась не нарываться на неприятности.

Но сегодня, судя по всему, не вышло. Потому что к машине направлялся мужчина в полицейской форме.

– Добрый день, сержант Соболев. Документики Ваши можно?

– Можно, – вздохнув, я полезла на заднее сидение, где в общем творческом беспорядке затерялась моя сумка со всеми имеющимися бумагами на машину. – А что я, собственно, нарушила? – пробираясь к сумке через горы влажных салфеток и фантиков от конфет спросила я.

– Вы документы предъявите, а там посмотрим.

– Странный Вы, сержант Соболев, – от вызволенной наконец-то сумки я отодрала липкий фантик от карамельки, достала кошелек и протянула мужчине права.

– А документы на машину, Камилла Артуровна?

– Да Вы издеваетесь надо мной… – обреченно вздохнув, я потянулась к бардачку, в котором тоже царил творческий беспорядок.

Вы не подумайте, что я какая-то жуткая неряха. Если свою невезучесть признать я могу, то со званием грязнули точно не соглашусь.

Вы бы видели мою квартиру! Там комар носу не подточит, чисто как в операционной, хоть рожай. Моя кошка в прошлом году, кстати, так и сделала!

На рабочем месте у меня всегда идеальный порядок, все сложено по своим местам в соответствии с особой системой.

Даже в дамской сумочке ничего лишнего не бывает!

Но вот машина… Тут у меня словно Бермудский треугольник, который выплевывает в салон весь мусор планеты. Что убирайся, что не убирайся, а через полдня та же свалка. Даже посещали мысли, что кто-то пробирается в мою ласточку и пакостит, потому что откуда здесь упаковка от сосиски в тесте я ума не приложу. Не ем ведь такое…

– С документами порядок?

– Проедем в отделение, Камилла Артуровна.

– Это с чего ради?!

– Там и объясним, – лаконично выдал сержант, уходя в свою машину.

Было желание послать к черту этого блюстителя порядка, который толком не может сказать что к чему. Но я понимала, что неспроста меня везут в отделение. Есть на то какие-то причины.

А если к этим причинам добавится оскорбление сотрудника полиции при исполнении и побег от органов власти, отделение станет мне вторым домом суток так на пятнадцать точно.

Тяжело вздохнув, я набрала коллегу из магазина нижнего белья, в котором работала консультантом, чтобы предупредить, что сегодня не выйду.

Наслушалась, конечно, в свой адрес, но что поделаешь… Ладно, завтра за смену втюхаю кому-нибудь коричневый кружевной комплект, глядишь Арина подобреет.

– Марат, у меня, кажется, проблемы, – следующим на очереди, кому я позвонила, был старший брат. Он знал меня всю жизнь и привык выручать из всяких передряг.

В детстве вытаскивал из крапивы, снимал с забора. В школьные годы помогал зашивать форму, которую я умудрялась рвать, просто надевая рюкзак. В период студенчества вместе со мной ночами переписывал конспекты после того, как я обливала тетради чаем.

В общем, Марат был моей феей, без которой я бы давно загнулась.

– Подожди, не говори ничего. Дай угадаю! Сломала ключ в двери?

– Это было в прошлом месяце, – буркнула я.

– Порвала штаны на попе?

– А это позавчера…

– Так… Может колесо проколола? Этого давненько не было, – ну да, целых два с половиной месяца.

– Хватит издеваться! Меня в отделение везут. Точнее сама еду. Остановили по пути на работу, попросили документы, а потом сказали следовать за ними. Что мне делать?

– Для начала выясни, где накосячила, – будничным тоном произнес Марат, явно не удивляясь удачливости своей сестренки. – Как узнаешь, звони. Мы с пацанами если что подскочим, разрулим. А лучше набери Толяна набери.

– Щас! – тут же взорвалась я. – Лучше реальный срок отмотаю, чем этому козлу позвоню. Спасибо за поддержку, братик, я поехала. Наберу, как что решится.

Я сбросила вызов и сконцентрировала все свое внимание на дороге, чтобы по пути до отделения не дать полиции реальный повод повязать меня за какой-нибудь «кирпич» или за столкновение с овцой.

Этого, кстати, тоже давненько не было…

Если говорить о Толе… Впрочем, о нем лучше не говорить. Этого козла я бы с удовольствием сбила и даже отсидела бы за это при необходимости.

Толя был моим бывшим. Мы начали встречаться еще в школе в девятом классе. Потом я ушла в колледж на юриста, он в полицейскую академию. На некоторое время в отношениях наступило затишье.

Это было логично. Мы были детьми, не способными хранить то, что имеем. Каждый хотел найти себя, хотел свободы. Какие тут отношения?

Однако полтора года назад судьба свела нас вновь, и чувства вспыхнули с новой силой, но это были уже взрослые осознанные чувства, заявка на серьезные отношения.

И мы встречались. Почти год встречались, даже съехались и говорили о свадьбе, будущем. Но потом что-то пошло не так, и наши отношения стали походить на ад.

Толя пропадал на работе, вечно гулял с друзьями, я находила в его телефоне какие-то странные переписки. Само собой психовала на этом фоне и срывалась на нем.

Красивая сказка закончилась около полугода назад, оставив ноющие шрамы на сердце и чувство полного отвращения к этому человеку.

– Камилла Артуровна, проследуйте, пожалуйста, за нами в кабинет, – сержант Соболев вышел из машины и галантно открыл для меня дверь в здание.

– Да следую я, следую. Объясните только зачем.

– Необходимо проверить Вашу машину. Пробьем по базе документики.

– А что с ней не так? – я встревоженно обернулась на мужчину и в окно мельком глянула на свою ласточку.

Машинку я любила, пожалуй, даже больше, чем красивое нижнее белье. Она ж мне как член семьи и лучшая подруга!

Год назад я на нее спустила все свои сбережения, что, кстати, стало началом конца наших с Толей отношений. Не знаю по какой причине, но он был категорически против, чтобы я покупала «эту развалюху».

– Точно такая машина сейчас находится в угоне. Приказ проверять все похожие транспортные средства, сами понимаете.

Фух, а я уж испугалась. В таком случае, пусть проверяют. А-то знаю, что не угоняла свою машинку, а купила на кровные денежки.

За полчаса клацанья по клавиатуре Соболев убедился, что машина находится в моей собственности на вполне законных основаниях.

Мужчина извинился за доставленные неудобства и протянул мне бумаги, которые было необходимо заполнить. На них я потратила долгих полтора часа… Потому что сначала перепутала строки «Имя» и «Фамилия», а потом на уже заполненные документы у меня вытекла ручка.

Короче говоря, Соболев был не рад, что связался со мной. По окончании бумажной волокиты буквально выхватил листы из моих рук, пожелал удачи на дорогах и выпроводил из кабинета.

– Нечего было порядочную девушку останавливать, – буркнула я.

По пути до машины, совершенно радостная и окрыленная, я набирала Марата. Хотелось сообщить, что, наверное, впервые в жизни это не я куда-то вляпалась, это обо мне плохо подумали по ошибке.

– В общем, дали подписать протокол и отпустили. С работы я уже отпросилась, так что поеду сейчас домой, что-нибудь на ужин приготовлю. Можно только по пути к тебе заеду? В туалет очень хочу…

– Заезжай, – обреченно сказал Марат, отключаясь.

Брат вместе с двумя своими товарищами держал что-то вроде автомастерской. Своими руками они и чинили машины, и меняли колеса, и масла заливали, и даже организовывали мойку.

Бизнес, конечно, не самый процветающий, но на жизнь им всем хватало.

До мастерской я добралась быстро. Бросила машину на парковке во дворе и быстро посеменила внутрь.

– О, мелкая, какими судьбами к нам? – пока я шла до туалета, меня перехватил один из совладельцев сия заведения. Самый молодой из трех предпринимателей Антон. Еще спортивный и красивый, зараза, в этом рабочем комбинезоне на голое тело. Мы с ним даже общались близко одно время, но Марат поспособствовал, чтобы это общение быстро кончилось.

– В туалет я к вам. Брат, кстати, где?

– В кабинете вроде был, – кабинетом здесь называлась малюсенькая комнатушка, в которой стоял стол на трех из четырех ножек и старый диван, являющийся яркой иллюстрацией учебника по микробиологии. Хотя возможно в диване обитает даже больше видов…

С Маратом я перекинулась парой фраз, обсудила меню на ужин. С ребятами по обыкновению быстро попрощалась и поспешила смыться из автомастерской.

Но спешила я зря.

Выйдя во двор, буквально остолбенела, потому что моей машины, оставленной на газоне, сейчас не было…

– Марат!

Брат поставил весь салон на уши, заставив открыть записи с камер видеонаблюдения, которые работали, но вот куда они пишут – никто не знал. С горем пополам какой-то знакомый хакер Антона помог взломать систему, и мы выяснили, что мою ласточку эвакуировали.

Я чуть не плакала, ощущая в тот момент, наверное, то же, что чувствует мать, когда ее ребенок задерживается в школе дольше обычного.

Третий совладелец мастерской, тоже по иронии Антон, отпаивал меня травяным чаем, пока двое других товарищей обзванивали штрафстоянки и полицию.

– Камилла, звони Толе. Реально машины нигде нет!

– Не буду! – со слезами на глазах сказала я, прижимаясь к Антону.

– Да не кошмарь девчонку. Машину забрали полчаса назад. Просто не успели оформить. Сейчас все равно где-нибудь найдем. Это тебе не миллион из госбюджета, нигде просто так не затеряется, – я с благодарностью посмотрела на парня и еще раз всхлипнула.

Все-таки с Маратом и его товарищами мне повезло. Своих друзей у меня как-то никогда не было, сама я в экстренных ситуациях опускалась на пол и начинала лить слезы. Родителям на нас с братом давно все равно, да и всегда все равно было, они дальше бутылки ничего не видели.

Так что без Марата я бы правда пропала уже давно. А он до сих пор терпеливо заменял мне и отца, и лучшего друга, несмотря на то, что мне уже стукнуло двадцать два.

– Отвезли ее на стоянку. Сказали, что была припаркована в неположенном месте.

– С каких это пор парковка стала неположенным местом? – возмутилась я.

– А это, оказывается, у нас не парковка, а газон, – тут все вчетвером мы прыснули от смеха, потому что двор автомастерской был чем угодно, только не газоном. Площадка для бочче – возможно, стрельбище – тоже вероятно, но не газон.

– А чего тогда остальные машины на месте? Там ведь и наши припаркованы.

– Эвакуаторщику видимо просто не понравилась чья-то красная рухлядь. Может он ее вообще с кучей металлолома перепутал… – за такие слова я ткнула Марата локтем в бок, а тот демонстративно согнулся от боли. Клоун недоделанный. – Ладно, поехали вызволять твоего проржавевшего скакуна. Парни, через часок вернусь, давайте тут без меня.

Коллеги Марата были привыкшими к тому, что он периодически отлучается, чтобы вызволить мою задницу из неприятностей, так что не сказали даже слова. Без проблем отпустили.

На заниженном Логане Марата мы быстро добрались до штрафстоянки, находящейся на выезде из города.

Машин там было не очень много, так что я сразу заприметила свою ласточку в правом ряду.

– Добрый день, нам бы машинку забрать.

Из небольшого деревянного домика сторожа вышел мужчина лет шестидесяти, явно находящийся под градусом. Приедь я сюда одна, испугалась бы и сделала ноги, позабыв о машине.

– Вон та наша, бордовый Жигуль.

– Так его еще это… Не оформили.

– Нам же лучше, – со знанием дела Марат сунул мужику в карман пятьсот рублей, и тот обескураженно развел руками. Мол, забирайте, я ослеп от таких богатств и ничего не вижу.

Со стоянки я уезжала уже на своей машинке.

Марат поехал на работу, а я помчалась домой.

Мы с братом жили в квартире, доставшейся нам от тетки. Двушка в хрущевке не была пределом мечтаний, но нам вполне хватало для жизни.

У каждого было по своей комнате, в ванной мы сделали неплохой ремонт, кухня я обставила под себя и потихоньку пыталась обуздать кулинарное искусство.

– Вот же ворона! – поругала я себя, уже поднявшись к квартире на пятый этаж и обнаружив, что сумку с ключами преспокойно осталась лежать на заднем сидении автомобиля.

Пришлось спускаться, чтобы вызволить ее из заточения.

– Вот холера… – ругнулась я, открыв заднюю дверь машины.

Помимо моей красной дамской сумочки на сидении прямо поверх завала фантиков была водружена плетеная корзина с конфетами.

Готова поклясться, что до эвакуации машины ее здесь не было. Выходит, что по пути на стоянку кто-то открыл двери и оставил мне подарочек…

Недолго думая, я кинула сумку обратно на заднее сидение, а сама села за руль.

Через десять минут я снова вбегала в автомастерскую с корзиной сладостей.

– Ты чем думала, когда ее в руки брала?! – сокрушался Марат, хотя вокруг меня вот уже несколько минут. – Мне что в твою нерадивую голову еще нужно вбивать, что нельзя общаться с незнакомыми дяденьками и брать неизвестные предметы в руки?

– Я…

– Мозгов хватило хотя бы не есть?

– Хватило…

– Хоть что-то… Конечно, я думал то, что эвакуировали именно твою машину, может быть просто случайностью. Но кто-то явно хотел оставить этот презент.

– Эвакуаторщик или сторож со стоянки? – с сарказмом уточнила я.

– Не знаю. Поезжай домой, а я попробую разобраться что не так с этими конфетами.

Вечером на ужин Марат приехал уставший и злой. Помимо ежедневной работы на него свалились я, мои проблемы и корзина со странными конфетами.

Но какой-то его знакомый провел экспертизу и дал заключение, что конфеты чисты.

– Выходит, что кто-то просто очень по-дурацки за тобой ухаживает.

Глава 2

Утром я поехала на работу в надежде, что этот день будет удачливее, чем предыдущий.

Не буду парковаться на газонах и попадаться на глаза полицейским, этого должно хватить.

Но мои надежды разбились о скалы жестокой реальности, когда я вышла из магазина, куда заезжала за шоколадкой для своей напарницы.

Под дворником на лобовом стекле лежала какая-то свернутая пополам бумажка. Неужели штраф?

Дрожащими руками я достала ее, развернула и облегченно выдохнула, не увидев там суммы и официальной печати.

Это было предписание за парковку на месте для инвалидов без специальной на то наклейки.

– Чего?! – от неожиданности я даже вскрикнула, привлекая к себе внимание других посетителей супермаркета.

Сколько лет живу в этом городе, а парковки для инвалидов никогда не видела. Да я ж тут каждый день паркуюсь!

– Холера… – тихо сказала я, поднимая взгляд вверх, где и впрямь был знак, что это парковочное место предназначено для людей с ограниченными возможностями.

Готова поклясться, что десять минут назад этого знака здесь не было! Потому что если бы он был, я бы непременно въехала в него! Но я не въехала, значит его тут не было.

– Но не из-под земли он ведь вырос, – сказала я самой себе, забираясь в машину.

Нет, конечно, я невнимательная и порой витаю в облаках, но чтобы не замечать знак под своим носом… Это слишком даже для меня.

С другой стороны, есть знак и есть предписание, из чего мы делаем вывод, что моя невнимательность перешла все границы.

На работе я рассказала Арине о череде своих неприятностей с машиной. Та посмеялась, потому что о моем везении за полгода совместной работы тоже была наслышана.

Но вот когда речь зашла о парковочном месте у супермаркета, со мной согласилась даже Арина.

– У меня же парень инвалид. Ну как инвалид… Там ерунда какая-то, которая жизни не мешает, но наклейка на машину у него есть. Только вот от нее толку нет, потому что в нашем захолустье парковочные места для инвалидов не предусмотрены. Если бы они были, он был знал. Тем более, если бы они были у единственного приличного в городе супермаркета.

– Так и я о том же. Конечно, я та еще Мисс тридцать три несчастья, но не заметить знак – слишком даже для меня.

Арина пожала плечами и удалилась к клиентке, которая никак не могла смириться с тем, что не влезет в неглиже сорок четвертого размера при ее пятидесятом.

На работе казусов со мной не случалось, чему я была неимоверно рада. Работала себе, никого не трогала, зарабатывала свои честные деньги на хлеб.

Конечно, работать в магазине нижнего белья было удовольствием не из приятных, но юристу без высшего образования, как оказалось, рады только здесь. Так что я работала и не жаловалась.

После смены, уже в девятом часу вечера я поехала домой, но сначала решила проверить парковку супермаркета. Утренний инцидент не давал мне покоя, и я намеревалась опросить других автовладельцев, которые, может быть, повнимательнее меня и видели этот знак раньше.

– Да ну меня!

В месте, где я сегодня схлопотала предупреждение за парковку в неположенном месте, стоял самый обыкновенный автомобиль. Без специальной наклейки. Да и она была не нужна, потому что специального знака не было.

На железной палке был знак, означающий самую обыкновенную парковку!

– Мужчина, извините, можно у Вас уточнить… – из магазина вышел, судя по всему, владелец автомобиля, припаркованного на том же месте, где с утра стояла я. – Тут знак парковки давно? Может быть видели здесь раньше обозначение парковки для инвалидов?

– Знак парковки недавно поставили. Вот буквально вчера еще не было, а о местах для инвалидов я ничего не слышал.

– Да? Ну ладно, спасибо.

Выходит, что из ума я все-таки еще не выжила. Просто обстоятельства играют со мной злые шутки…

В машине, сидя на водительском сидении, я покрутила в руках выписанное мне предписание. Не выдуманное ведь оно, а вполне реальное. Тогда за что? Выходит, что ни за что.

– Был бы там по-настоящему знак парковки для инвалидов, впаяли бы штраф, – сделала я вполне логичное заключение. – Значит кто-то просто решил поиграться с моей машинкой.

Я все еще была растеряна. Дорога домой была как в тумане, я действовала на автомате, совершая все то, что делала каждый день, возвращаясь с работы.

Надеялась, что механическая память меня не подведет, пока не увидела впереди черно-белый жезл.

– Да это издевательство! – вскрикнула я, съезжая на обочину.

Пока полицейский шел ко мне, я пыталась не разрыдаться, уткнув лицо в руль.

Это какое-то проклятие? Ну даже с моим невезением не может так сказочно везти. Какой это раз за последние двое суток?

– Добрый вечер, Камилла Артуровна. Нарушаем?

– Что? – я растерялась, когда услышала свое имя, даже не предъявив документы. А когда высунула голову в окно, подумала, что лучше бы мне голову этим окном придавило.

За окном, лучезарно улыбаясь, стоял мой бывший.

За полгода после расставания я умудрилась сделать так, чтобы мы не пересеклись. Я знала, куда он ходит, где отдыхает и даже в каких кафе ест. Просто-напросто избегала этих мест и не встречалась с компаниями, где мог быть он.

Это помогало. До сегодняшнего дня. Вот так вот глупо встретились на дороге… Причем, кажется, виновата в этой встрече я.

– Что я нарушила, товарищ лейтенант?

– Черт, как я скучал по этому твоему «товарищ лейтенант», – я сделала вид, что пропустила эту фразу мимо ушей, хотя в душе покраснела до кончиков волос, вспоминая, что так называла своего бывшего во время любовных утех в постели. – Ты под знак заехала. Ремонтные работы ведутся, так что боюсь, что дальше тебе не уехать.

Я оглянулась по сторонам, осознав, что вокруг и впрямь понатыканы временные знаки, свидетельствующие о ремонте на дороге. Молодец, Камилла, заметила!

– Сколько там штраф? Пятьсот рублей?

– Да ладно, не первый день знакомы. Ограничимся предупреждением, – второе предупреждение за день… Бью собственные рекорды!

– Неимоверная щедрость с твоей стороны, конечно. Спасибо, я тогда поеду.

– А это вряд ли, – Толя ухмыльнулся, глядя на меня своими невероятными черными глазами.

– Почему еще?

– Я же сказал, что ведутся ремонтные работы. Ты вон колесом на что-то наехала.

После этой фразы я стремглав выскочила из машины и склонилась над передним колесом, из которого и впрямь что-то торчало.

Ну и где моя награда как самого невезучего на планете человека? Тащите ее сюда, двадцать два года жду…

От бессилия и усталости я опустилась на капот своей машины и обреченно уставилась вдаль. Набиралась смелости для звонка Марату.

Смириться с его насмешками я могу, было попросту неудобно дергать брата после рабочего дня, чтобы решать мои проблемы. Он и так работает без выходных.

– Я могу тут постоять, пока не разберусь с колесом?

– Тут скоро асфальт отбивать будут. Лучше отъехать в сторону, пока у тебя колесо совсем не спустило.

По совету Толи я кое-как вырулила с ремонтируемого участка дороги и кинула свою машину рядом с патрульной. Она, кстати, стояла на газоне.

Колесу становилось хуже с каждой секундой. Было ясно, что до сервиса я не доеду, нужно вызывать или Марата, или кого-нибудь, кто сможет заменить мне колесо.

Толя с подозрением смотрел, как я хожу вокруг машины в надежде, что вселенная услышит мои молитвы, и проблема рассосется сама собой. Я разве что с бубном вокруг колеса не танцевала.

Но вселенная, увы, не откликалась…

– Я тебе сразу сказал, что это ведро на колесах брать не стоит, – сказал Толя, подходя ко мне и зачем-то закатывая рукава своей полицейской рубашки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.