Дмитрий Иванов
Замок Орх

Часть первая

Предисловие

Никто не помнит, кто и когда построил на Тёмных холмах замок. История хранит всего лишь полторы тысячи лет его жизни, но замок был куда старше. История его начинается с того момента, когда в этой местности впервые появился первый амилорец. А именно – странствующий маг и в то же время тайный советник короля Амилора Торвальд Орх. Именно он и заметил проглядывающие сквозь кроны деревьев леса на Тёмных холмах полуразрушенные стены древнего замка. Замок был пуст, и лишь лесное зверьё и полчища насекомых находили приют в его стенах, почти уже полностью скрывшихся в зарослях плюща и покрытых мхом в тех местах, куда вьющиеся цепкие лапы других растений ещё не добрались.

Лес медленно поглощал брошенное строение. Оставленное на произвол судьбы, оно со временем и полностью исчезло бы, если бы его не нашел тайный советник короля Амилора.

Замок был отреставрирован и вновь ожил, получив имя своего спасителя, ставшего и новым хозяином замка. Отныне он стал назывался замок Орх. Постепенно ожила и стала преображаться и долина у подножия Тёмных холмов. Вначале там появились небольшие лачуги строителей, восстанавливающих замок. Затем появились и другие дома. Посёлок постепенно рос, превращаясь в небольшой город. По количеству Тёмных холмов он так и назвался городом Трёх Холмов.

Семьсот лет замок Орх служил жилищем для потомков Торвальда Орха. Но несколько веков назад семья Орхов при поддержке короля Амилора основала в нём элитную школу магов-разведчиков.

С этого момента начинается новая страница истории замка.

Глава 1

– Нет более омерзительной ночи, чем дождливая! – нарочито громко вздохнул возница. – А вы, хозяйка, так и не спали и даже не ужинали. А была ведь возможность. Надо было заночевать в «Жареной утке». К полудню бы всё равно были бы в Трёх Холмах.

Голос принадлежал крепкому коренастому мужчине с огненно-рыжей вьющейся шевелюрой и такой же рыжей и всклокоченной бородой, удивительным образом украшающей круглое покрытое веснушками лицо с маленьким, весело вздёрнутым, похожим на клубень картофеля носиком. Мужчина управлял небольшой повозкой, которую тянул маленький серый ослик. Ослик то и дело мотал головой, стряхивая прохладные дождевые капли. Часто копыта ослика скользили по размокшей дороге и, чтобы не упасть, ему приходилось дёргать тележку с человеком то вправо, то влево. Нельзя сказать, что это обстоятельство заставляло человека сердиться. Но всё же в такие моменты он укоризненно мотал головой и протяжно вздыхал, беззлобно ругая дождь, ночь и свою юную хозяйку, по милости которой всем троим теперь приходится тащиться ночью с кучей вещей и мокнуть под проливным дождём.

– Мне тебя искренне жаль, Эрг! – громко сказала девушка, ехавшая на белом коне впереди повозки. – Но ты же знаешь, что мне не терпится попасть в замок!

– Э-эх! – только вздохнул возница и поёжился от попавших ему за шиворот капелек дождя, прошедших для этого сложный путь по полям его широкополой шляпы и затем по поднятому воротнику серого кожаного плаща.

– Ну, Эрг, не сердись, ты же знаешь, как это важно для меня! – сказала девушка, развернув своего коня и одарив возницу одной из своих очаровательных улыбок. – Ну, Эрг, ты же не сердишься? – и глаза её так же улыбнулись тёплыми задорными лучиками, от которых стало тепло и легко насквозь промокшему и продрогшему Эргу.

– Э-эх! – снова сказал он, но теперь уже улыбнувшись в ответ и устремив повозку и маленького ослика за своей хозяйкой на белом коне.

Дорога свернула влево, и перед утомлёнными путниками открылась картина города Трёх Холмов, освещённого луной. Замок Орх тонул в ночной темноте, и лишь по отдельным светящимся окошкам и по кострам стражников на крышах можно было догадаться о его местонахождении. Девушка и рыжебородый слуга прибавили ход, и вот уже вскоре колёса повозки застучали по каменному покрытию улиц города. Извилистые улочки уводили путников всё выше и выше к замку. В городе было тихо, и тишина эта нарушалась лишь шумом дождя и клокотанием стихийно образовавшихся ручейков дождевой воды, несущихся сверху вниз и увлекающих за собой комья грязи, мусор и прочие мелкие предметы, попадающиеся им на пути.

Дорога поднималась вверх всё круче и круче. Казалось, ещё чуть-чуть, и она превратится в вертикальную стену, стряхнув с себя путников. Но этого не произошло. Внезапно подъём кончился и превратился в огромную площадь. Очевидно, это была главная городская площадь. На это указывало и то, что здания, окружавшие площадь, были выше остальных в городе, да и архитектура их была мудрёнее и изысканней, чем у остальных зданий. Тонкие извилистые улочки со всех сторон стекались к центру. Путники постояли немного в нерешительности, не зная, куда ехать, посовещались и, выбрав одну наименее извилистую и более широкую, чем остальные, улицу, отправились дальше.

Теперь дорога шла вдоль глухой стены, поросшей вездесущим плющом с одной стороны и маленькими, аккуратными домиками, утопающими в цветах, с другой. Подъём в гору опять становился всё круче, пока не оборвался новой площадью. Путники остановились перед большими запертыми воротами и спешились. Это была конечная цель их путешествия. Ворота замка Орх.

Девушка подошла к воротам и постучала. Стук был едва различим из-за шума дождя, и девушка постучала вновь, более настойчиво и громко. Она стучала ещё и ещё, пока не услышала с той стороны ворот недовольное сонное бормотание и скрип металлической задвижки. Вместо большой двери, как ожидала девушка, в воротах открылось небольшое окошечко. Оно было так мало, что не позволяло как следует разглядеть того, кто был по ту сторону ворот. Но девушку он видел отлично. Освещённая светом луны, в белом плаще, светловолосая, она отчётливо выделялась на фоне темной дождливой ночи.

– И кого чёрт принёс в такую погоду? – спросил хриплый голос у девушки.

– Аминель Трезеринн, ученица первого курса, – ответила девушка и снова улыбнулась такой открытой и обезоруживающей улыбкой, что обладатель хриплого голоса по ту сторону ворот, уже собиравшийся рассердиться не на шутку, ограничился лишь тем, что забубнил себе под нос что-то невнятное и определённо беззлобное – и начал открывать ворота.

Когда дверь открылась, девушка смогла увидеть обладателя хриплого голоса. Только воспитание и сильная воля смогли удержать её от того, чтобы не вскрикнуть от страха и неожиданности.

Перед нею стоял горбун среднего роста и неопределённого возраста. Узкое лицо его пересекали два шрама крест-накрест так, что невозможно было даже примерно представить, как выглядел их обладатель прежде. Один шрам рассекал левую бровь и веко, проходя прямо посередине глаза. От этого глаз выглядел каким-то зловещим и живущим отдельно от своего хозяина. Второй шрам, намного больше, шёл от правого уха через центр щеки, рассекал нос на две половинки и обрывался, поднимая верхнюю губу так, что она была похожа на заячью.

– Проходите, – прорычал горбун глухим и хриплым голосом, и девушка, взяв коня под уздцы, вошла в замок.

– А это кто? – раздался за спиной глухой хриплый рык.

– Это Эрг, слуга. Он ненадолго здесь, – ответила Аминель, пытаясь улыбнутся и горбуну, но на этот раз было заметно, что улыбка далась ей с очень большим трудом.

– Да не переживай, парень! – воскликнул Эрг, потрепав сторожа по плечу. – Я лишь помогу хозяйке разобраться с вещами, и тут же обратно!

Эрг уже слез с повозки и так же, как Аминель, вёл ослика под уздцы.

– Можешь переночевать в сторожке, если не испугаешься моей рожи, а кончится этот проклятый дождь, тогда и поедешь, – рыкнул горбун, скорчив жуткую гримасу, которая, наверное, у нормальных людей обозначала улыбку, и указав на небольшую дверь в стене возле ворот замка. Очевидно, там и была сторожка.

Эрг и Аминель улыбнулись шутке горбуна, и теперь он уже не казался таким недобрым и пугающим.

– Буду очень благодарен, – ответил Эрг и остановил повозку возле резной деревянной двери, на которую указал горбун.

– Подождите меня здесь. Я доложу о вашем приезде, – сказал тот, скрываясь за дверью.

Как только горбун ушел, Аминель огляделась. Они с Эргом стояли на большой площади посреди замка. Всю площадь покрывала брусчатка, аккуратно подогнанная друг к другу таким образом, что в зазор между камешками трудно было бы просунуть лезвие тонкого ножа.

Со всех четырёх сторон площадь окружали высокие здания. Три из них служили одновременно крепостной стеной, а четвёртое примыкало к ней, как бы неожиданно выступая из общей массы. Самое высокое здание было семиэтажным, а самое маленькое всего в три этажа.

Эрг и Аминель как раз и стояли возле самого высокого здания. Они уже здорово продрогли, когда из двери появился вначале сторож-горбун, а вслед за ним полная женщина лет пятидесяти в тёмно-зелёном платье. Седые волосы её были аккуратно уложены и заколоты красивой булавкой, а на платье красовалась огромная брошь в форме паука, очевидно, усыпанная драгоценными камнями.

– Пройдёмте, я покажу вам вашу комнату, – красивым голосом изрекла женщина. Да, она именно не говорила, а изрекала. Речь её лилась плавно и величественно, сравнимая с потоком реки или порывом ветра, пробежавшим по кронам деревьев. – Меня зовут Корменгильда. Я слежу за порядком в жилом корпусе. По всем бытовым вопросам прошу обращаться ко мне.

Вся процессия поднималась по широкой мраморной лестнице с позолоченными перилами. Впереди шла Корменгильда, за ней Аминель с небольшой сумочкой, за ними, неся весь остальной багаж Аминель, шли Эрг и сторож.

Все четверо поднялись на третий этаж, прошли по небольшому коридору, затем спустились на один этаж вниз, затем снова поднялись по другой лестнице, но уже на пятый этаж. И только когда Корменгильда сняла с пояса огромную связку ключей и стала открывать одну из дверей в уютном маленьком холле; вся компания поняла, как все устали.

Это были две очень уютных комнаты. Невысокий потолок компенсировали огромные, почти во всю стену, окна, и комнаты получались большие и светлые. Одна из них, дальняя, была спальней, а передняя обставлена как кабинет и гостиная одновременно.

Мужчины поставили багаж, и Эрг подошёл к Аминель.

– Желаю вам удачи, хозяйка. Завтра поутру буду уже в пути. Не успею попрощаться, – произнёс Эрг, и в его всегда веселых глазах вспыхнула искорка грусти.

– Прощай, милый Эрг! – сказала Аминель, нежно обняв слугу и поцеловав его в щёку. – Сделай всё так, как мы договаривались, и береги себя, – она обняла Эрга в последний раз и отвернулась к окну, чтобы никто не видел, как на глазах её появляются слёзы, и вопреки воле безмолвно скатываются по щекам. Мужчины и Корменгильда вышли.

– Занятия завтра в десять утра. Ключ от комнаты я положу на столик. Спокойной ночи, – сказала она на прощание своим красивым голосом и прикрыла за собой дверь.

Глава 2

Аминель осталась одна. Только сейчас она поняла, даже почувствовала, что дверь закрылась не только за Эргом. Дверь закрылась за всем, что было ей близко и знакомо. Дверь закрылась за детством. Завтра она снова откроется. Но за ней ее будет ждать совсем другой мир. Неизвестно, каким он будет. Ясно только одно: он будет другим.

Аминель глядела в тёмное окно. Дождь начал стихать. Яркое пятно луны проглядывало сквозь чёрные тучи, освещая таинственным холодным светом лес Темных холмов, с этой стороны замка подступающий вплотную к его стене, и Жёлтокаменный ручей, что извивался и петлял между холмами, а далее шли поля, снова лес и снова поля. Аминель смотрела на мир с высоты птичьего полёта, смотрела и плакала, прощаясь со всем, что она навсегда оставила в прошлом.

Спать не хотелось. Несмотря на то, что Аминель чувствовала, как смертельно устало её тело, ей совсем не хотелось спать. Она ещё раз взглянула в окно, подумав о том, что теперь эту картину она будет видеть в течение долгих пяти лет, пока находится в этом замке, затем сбросила с себя одежду и легла на кровать. Распаковку вещёй и осмотр своего нового жилища она решила отложить на завтра.

Она разглядывала узоры на резном потолке и пыталась отвлечься от осаждавших её мыслей и эмоций.

Её мечта сбылась – и она тут, в школе магов-разведчиков. Но она никак не ожидала, что расставание с прошлым будет таким трудным. Аминель не могла себе представить, как сильно она любит свой дом, свою семью и всё, что окружало её целых пятнадцать лет.

Она взяла себя в руки и приказала себе больше не думать о доме, об отце, обо всём, что ей дорого и что осталось позади. Теперь у неё другая жизнь. Она в другом мире, и завтра ей предстояло начать занятия. Поэтому девушка попыталась заставить себя заснуть. Она закрыла глаза, прислушалась к звукам в замке и на улице и постаралась больше ни о чём не думать. Где-то далеко прокричала ночная птица, вот ещё где-то в замке скрипнула и стукнула дверь…

Аминель проснулась. На часах было восемь утра. Она медленно открыла глаза и поняла, что проснулась не сама. В комнате уже вертелась какая-то девчушка лет двенадцати, и Аминель скорее почувствовала, чем догадалась, что своим пробуждением обязана ей.

– Вот она, настоящая магия, – подумала Аминель, когда поняла, что девочка принесла ей завтрак. Аминель присела на кровати и протёрла ладонями глаза.

– Привет! – сказала она девчонке.

– Привет! – весело ответила та и продолжила возиться с завтраком.

– Тебя как зовут?

– Зилора. Я из города. Работаю тут горничной и помогаю разносить еду.

– Ты меня разбудила?

– Да. Это входит в мои обязанности.

– Магией?

– Ага. Нас тоже кое-чему учат. Правда, только необходимым вещам.

– Например?

– Ну, телепортации, телекинезу, например, ну, ещё всяким мелочам.

– Ничего себе мелочи! Я пока и представить не могу, как это, – улыбнулась Аминель и соскочила с кровати.

– Это не сложно, – Зилора вытянула указательный палец в направлении кровати Аминель и провела им из стороны в сторону. В ответ на это движение одеяло отползло в сторону. Зилора стала водить пальцем, заправив, таким образом, кровать Аминель на расстоянии. – Вот и всё. Главное – это внимание, – сказала она и протянула руку в сторону камина. Дрова в нём мгновенно вспыхнули, и волны тепла растеклись по комнате, наполняя её лёгким ароматом свежей древесины.

– Всё необходимое в этом шкафу, – продолжала бойкая девчонка, ловко орудуя пальчиком. При очередном его движении открылись едва заметные дверцы в стене, открывая полки с разнообразными вещами, которые могут понадобиться ученице.

Аминель ничего не оставалось делать, как сделать вид, что ничего не произошло и, накинув мягкий лиловый халатик, отправиться умываться.

Странным было то, что ни в коридоре, ни в душевой не было ни души. Аминель показалось, что на всём этаже была только она и Зилора.

Объяснение же Зилоры было ещё невероятнее.

– В замке не так много студентов, а территория большая. Поэтому в этой части замка только ты. А эти комнаты пока заперты, но они тебе понадобятся потом, чуточку позднее.

Зилора на прощание улыбнулась и оставила Аминель наедине с завтраком и множеством новых вопросов.

Трудно привыкать к присутствию магии везде. В самых разнообразных мелочах. Например, к тому, что использованная посуда после завтрака сама собой исчезала вместе с крошками со стола.

После завтрака девушка взглянула на расписание.

– Весь день боевая подготовка! А завтра весь день «Основы магии и магической концентрации» – прочитала она. – Значит, урок тут один на весь день. Удобно!

Выбрав в шкафчике лёгкую спортивную форму, она быстро переоделась и спустилась во двор замка.

Почему нужно было спускаться именно во двор и как пройти мудрёными дворцовыми лабиринтами, Аминель не знала. О том, как это получилось, она подумала только тогда, когда оказалась в уютном дворике замка. В том самом дворике, куда вчера приехала вместе с Эргом под проливным дождём.

Кроме неё во дворе было ещё трое студентов. Два юноши и девушка.

Юношей звали Торлион и Архоир, а девушку Треллия.

Торлион – высокий, тёмноволосый, с большими карими глазами – имел довольно импульсивный характер и, казалось, весь состоял из подколов и острых шуточек. Чего нельзя было сказать о его товарище. Русоволосый и сероглазый Архоир производил впечатление рассудительного и умного человека, никогда не принимающего необдуманных решений. Речь его была подчёркнуто вежлива и на удивление спокойна и мелодична, в то время как Торлион, казалось, совсем не заботился ни о красоте своей речи, ни о резкости своих суждений.

Треллия была рыжеволосой, с зелёными глазами, хитрыми и очень острыми. Кажется, ни одна мелочь не могла ускользнуть от них. Аминели она напомнила Эрга в минуты особенно приподнятого настроения. Дочь фермера, прожившая всю жизнь в деревне, Треллия знала всё и о домашних животных, и о сельской жизни вообще. Могла управляться и с топором, и с пилой, и с перочинным ножиком. Ещё в детстве она подобно мальчишке любила вырезать из дерева всякие полезные вещички. Но делала это грациозно, уделяя внимание каждой мелочи.

– Если вы уже познакомились, то занятие можно начать, – голос прозвучал для всех так неожиданно, что на несколько секунд воцарилась тишина. Никто не заметил, как рядом с ними появился маленький, похожий на гнома мужчина с черной как смоль бородой и жгучими чёрными глазами.

– Позвольте представиться. Дарст Хаггер. Ваш преподаватель боевой подготовки.

Аминель с интересом разглядывала своего первого учителя в этой школе. Её заинтересовал зелёный с золотым шитьём костюм и такой же зелёный с золотом плащ. Золотое шитьё на одежде учителя было так искусно выполнено, что создавалось впечатление, что солнечные лучи заблудились в его узорах и в поисках выхода создают неповторимую игру света.

– Позвольте напомнить вам, – продолжал учитель, – что вы не просто маги, вы – маги-разведчики. Для мага-разведчика очень важна боевая подготовка. Поэтому не будем долго разговаривать. Начинаем работать!

Учитель Хаггер и в самом деле был немногословен. Его объяснения были кратки и просты, а замечания точны и понятны. Но поначалу Аминель удивило, что для отработки приёмов рукопашного боя она была поставлена в пару к Торлиону, а Треллия к Архоиру. Объяснение учителя было просто и понятно.

– В жизни никто из ваших врагов, перед тем как убить, не станет разбираться, мужчина вы или женщина, – затем, подумав, добавил: – Однако мужчина всегда должен драться как мужчина, а женщина – как женщина.

Такие лаконичные и понятные объяснения очень нравились Аминели, да и сам предмет показался ей интересным.

Начиная обучение, учитель Хаггер показал им несколько приёмов рукопашного боя. Было интересно наблюдать, как Торлион, работая в паре с Аминель, старался быть осторожным. Он так боялся сделать больно девушке, что учитель вынужден был сделать ему одно из самых длинных своих замечаний:

– Жалея партнёра, вы оказываете тем самым ему очень плохую услугу. Никто не станет вас жалеть на поле боя. Постарайтесь научиться серьёзно нападать и особенно постарайтесь научиться серьёзно защищаться.

Торлиона это объяснение удовлетворило, но всё же Аминель чувствовала некоторую скованность в его движениях. В следующее своё нападение она постаралась вложить всю силу и агрессию, что имела. Торлион устоял, но уже больше не сдерживал силы.

Архоир и Треллия, похоже, испытывали те же проблемы. После ловкого удара Треллии Архоир согнулся и скорчил такую гримасу, что девушке стало на самом деле неловко, и она принялась извиняться и сочувствовать Архоиру. Рассерженный – не столько ударом, сколько сочувствием партнёрши, – Архоир начал атаковать уже серьёзнее, и вскоре Треллии пришлось тоже не сладко. На помощь пришли те навыки, которые она получила ещё девчонкой, сражаясь с деревенскими мальчишками.

Надо заметить, что подобный способ знакомства, как ни странно, оказался очень эффективным. Обсуждение поединков продолжалось всю дорогу на обед.

Когда Аминель вошла в свою комнату, Зилора была уже там.

– Почему тебе приходится накрывать на стол, хотя посуда умеет исчезать сама? – спросила её Аминель, с любопытством разглядывая, как ловко Зилора управляется с чашками и тарелками.

– Всё просто. При телепортации тарелки могут оказаться в любом месте стола, даже друг на друге. Поэтому приходится всё ставить вручную, а вот пустая посуда вполне может телепортироваться в мойку сама, – улыбнулась Зилора.

– А обедать у себя в комнате обязательно?

– Вовсе нет, и вообще приём пищи по времени не обязателен, – Зилора указала на столик возле стены. – Вот кухонная книга. Достаточно найти в ней то блюдо, что ты хочешь, приложить к нему палец и потереть, оно тут же появится на столе. Хочешь попробовать?

Аминель взяла в руки толстую книгу в массивном кожаном переплете, на котором были вытеснены перекрещивающиеся лавровые ветви, и начала изучать.

Все блюда в книге были размещены в нескольких разделах. Аминель открыла «десерты» и нашла «шоколадный мусс с клубникой», затем приложила палец к рисунку и осторожно потёрла, глядя на стол. Сам момент появления мусса был всё равно для неё неожиданным. Он беззвучно появился среди вазочек и тарелочек с обедом на столе, распространяя в воздухе приятный аромат шоколада.

– Хочешь? – спросила Аминель у Зилоры.

– Нет, спасибо! Я им уже наелась на кухне. Только в следующий раз будь осторожна. Вызывай новое блюдо, когда стол будет свободен, а то оно может материализоваться прямо в тарелке с супом! – Зилора улыбнулась и, пожелав приятного аппетита, убежала.

После обеда Аминель снова спустилась во двор. Должно было быть ещё три часа теории боевой подготовки. Спускаясь по лестнице, она так торопилась, что споткнулась и чуть не сбила какого-то старшекурсника. Тот ловко поймал Аминель, поставил на ноги и, уже уходя, заметил, что не стоит так спешить: можно пропустить самое интересное по дороге.

Аминель, покраснев, извинилась, но фраза, сказанная студентом, так ей понравилась, что она думала над ней весь оставшийся путь до дворика внизу.

Встретившись с Треллией, Архоиром и Горл попом, она тут же рассказала про свой чудесный обед и про кухонную книгу, чем вызвала бурный восторг всех, а в особенности Архоира. Он, как выяснилось, был большим почитателем искусства гастрономии. Ужинать решили все вместе. В комнате у Треллии.

Теория боевой подготовки состояла из изучения методов воздействия на противника, психологии боя и решения конфликтных ситуаций. По мнению Аминель, в отличие от практического занятия, это было ужасное занудство. Многое пришлось записывать.

– А значит, и учить придётся много, – думала Аминель.

Зато после занятия все дружно побежали в комнату Треллии.

Оказывается, её комнаты были расположены точно под комнатами Аминель.

По дороге попадалось много студентов других курсов, и Аминель заметила, что у многих на шее висели небольшие медальоны на цепочке. Медальоны были похожи и различались только цветами. Были красные, зелёные, жёлтые, синие и даже фиолетовые медальоны. А однажды она увидела чёрный медальон.

– Интересно, что это означает? – подумала она. – Наверное, факультет или номер курса.

Комнаты Треллии были очень похожи на комнаты Аминель. Правда, цвет деревянной отделки потолка и стен был немного светлее, а за окнами был чуточку иной пейзаж. Причина этого была в том, что другой угол зрения слегка менял картинку.

Все четверо тут же занялись сервировкой стола.

Особенно громкий смех вызвало появление горки апельсинов прямо в тарелке с куриным супом, который заказал Торлион. Но Архоира это, казалось, совсем не огорчило. Нельзя было заказывать много блюд сразу. Приходилось всегда держать много свободного места на столе.

Как ни странно, но Треллия тоже оказалась знакома с Зилорой. По утрам она приходила и в её комнату. А вот Торлиона и Архоира навещал мальчик, ровесник Зилоры. Звали его Райли. Ребята так же увлечённо рассказывали о его чудесах, как и девушки – о магических проделках Зилоры.

Вот так странно прошло первое знакомство четырёх первокурсников со школой и друг с другом.

Глава 3

От Треллии расходились, когда уже за окном было темно. Едва Аминель добралась до кровати, как тут же уснула.

Наутро всё тело сильно болело. Малейшее движение мышц давалось так тяжело, что казалось, к ним были привязаны пудовые гири.

Зилора внимательно посмотрела на беспомощно лежащую Аминель и понимающе улыбнулась.

Она подошла к кровати и подняла правую руку над её телом. Будто электричество волной пробежало по всему телу девушки. От ног к голове и обратно. Несколько раз. Затем Зилора поменяла руку, и теперь по телу Аминель пробегали уже волны приятной прохлады. Силы прибывали. Аминель вначале попробовала пошевелить головой, затем руками и ногами. Потом осторожно села на кровати. Боль исчезла.

– Как ты это сделала? – удивлённо спросила она у девочки.

Зилора снова загадочно и довольно улыбнулась и пожала плечами.

– Просто научилась у Фидии Бейсс, – ответила она, уже убегая.

– Фидия Бейсс? Кто это? – переспросила Аминель.

– Преподаватель бытовой магии. Она ещё обучает персонал, работающий в замке, всему, что может пригодиться в работе. Кстати, у тебя сегодня занятия именно у неё, – девочка ткнула указательным пальцем в расписание занятий, и на нём зажёгся небольшой квадратик, на котором значилось: «Фидия Бейсс. Основы магии и магической концентрации».

Пока Аминель разглядывала квадратик, Зилора успела убежать. На столе уже дымился и благоухал пирог с малиной. Рядом, как часовые на посту, стояли любимый обеими девушками шоколадный мусс, гроздь винограда и кружка с молоком. Едва хозяйка комнаты расправилась с пирогом и виноградом, как в дверь постучали.

– Да-да? – только успела сказать девушка, и в комнату буквально влетела Треллия.

– Ты представляешь! – начала она – После этой боевой подготовки у меня с утра всё тело болело. Но Зилора только руками махнула, и всё прошло. Представляешь?!

Треллия была так поражена этим событием, что даже фокусы с кулинарной книгой казались ей уже примитивными и незначащими.

– Только успокойся! – засмеялась Аминель. – Я знаю! У меня тоже с утра всё тело страшно болело. И мне тоже помогла Зилора!

Аминель сказала эту фразу нарочито так, как будто она сообщает Треллии страшную тайну. Но вместо того, чтобы рассмешить девушку, она только усилила её впечатление от таинственного исцеления и восхищение Зилорой.

– Нет! Ты представь только! Провела руками, и всё прошло! Только вначале было тепло, а потом холодно! Ты чувствовала? Ты тоже почувствовала? – не могла она успокоиться.

– Да. Я это почувствовала! Вначале тепло, а потом холодно!

– засмеялась Аминель и запустила подушкой в Треллию.

– Да ну тебя! – отмахнулась та, запуская подушку обратно.

– Ах, так? – Аминель вновь отправила подушку Треллии. Завязался довольно продолжительный подушечный бой. Бой продолжался бы дольше, но девушки вовремя спохватились, что пора на занятия.

Занятие по основам магии и магической концентрации проходило в саду замка. Студенты вместе с преподавательницей Фидией Бейсс расположились на деревянных стульях под раскидистой грушей, крона которой была настолько густой, что в солнечную погоду прекрасно защищала от палящих солнечных лучей, а также была способна защитить и от небольшого дождя.

Фидия Бейсс оказалась полноватой женщиной лет сорока пяти, небольшого роста, с пышными вьющимися волосами. Её голубые, всегда смеющиеся глазки всё время перебегали от студента к студенту и, казалось, просвечивали их насквозь. Фидия Бейсс обладала потрясающей улыбкой, которой завидовали даже многие студентки-модницы. Когда она улыбалась, кончики её губ уходили немного вверх, и на щеках появлялись две очаровательные ямочки.

– Что такое, по вашему мнению, магия? – спросила Фидия Бейсс студентов, как только они расселись под деревом.

Стороннему наблюдателю было видно, как студенты начали усиленно думать, что определялось наморщенными лбами, прикрытыми глазами и прижатыми к губам ладонями. Они понимали, что в вопросе скрыт какой-то подвох, но какой именно, было не ясно.

– Волшебство?! – скорее спросил, чем ответил Архоир.

– Наука! – попробовала схитрить Треллия.

– Запишите и запомните определение, – сказала Фидия Бейсс и улыбнулась своей знаменитой улыбкой. – Магия – это наука о законах природы и умении правильно их использовать.

На несколько секунд воцарилась абсолютная тишина. Студенты пытались осмыслить сказанное, а потом ещё несколько секунд длилось восхищение и удивление простотой и полнотой формулировки.

Фидия Бейсс выдержала небольшую паузу, чтобы дать студентам прийти в себя, и продолжала: – Ни одна магическая операция не идёт вразрез с законами природы. Просто маг знает о природе больше и умеет пользоваться своими знаниями.

– И телепортация? – недоверчиво переспросил Архоир.

– И телепортация, – утвердительно кивнула Фидия Бейсс.

– Только не говорите ему, как это делается, а то он всю кухню съест! – засмеялся Торлион, а вслед за ним гром смеха потряс всё в округе. Красный от смущения Архоир попытался отвесить Торлиону затрещину, но тот ловко увернулся и продолжал так заразительно смеяться, что сам Архоир не выдержал и засмеялся тоже.

Фидия Бейсс смеялась вместе со всеми, и ямочки на её щеках на этот раз выделялись наиболее отчётливо. Через несколько минут, когда смех утих, она вновь продолжила лекцию, и теперь уже вся лекция прошла в абсолютной тишине и внимании.

На практической части занятия изучали магическую концентрацию. Самое простое упражнение – рассмотреть лист дерева и найти на нём как можно больше мелких деталей – вызвало необычайный интерес. Аминель никак не могла предположить, что такой маленький листочек может состоять из такого огромного числа элементов. И уж совсем покорило следующее упражнение, когда по предмету, взятому у товарища, надо было рассказать всё, что мог поведать этот предмет о себе и своём хозяине.

Внезапно Фидия Бейсс замолчала и посмотрела поверх голов студентов, куда-то за их спины. Лицо её стало напряженным и встревоженным. Все четверо оглянулись. По дорожке сада, что проходила вдалеке, за их спинами, шла группа людей, одного из которых, директора школы Ургенда Норстурса, все тут же узнали, а трое других никому не были известны. Эти трое и были самыми загадочными фигурами. Одетые в чёрные одежды и чёрные маски, закрывающие пол-лица, они производили впечатление теней или каких-то таинственных существ из сказки. Но Аминель узнала их сразу. Это были посланцы из Службы Безопасности Короля Амилора; быстрые и неуловимые, они порой без отдыха мчались во все концы Амилора, разнося королевские приказы, известия и новости с невероятной скоростью. Кроме того, у королевских гонцов имелась какая-то тайная сеть оповещения, при помощи которой самые срочные и важные новости они передавали практически мгновенно. Помимо функций королевских гонцов тёмные воины часто выполняли и другие функции. Им не было равных, если дело касалось слежки или розыска кого-то или чего-то; превосходные шпионы и сыщики, они прекрасно ориентировались на местности, разбирались в следах и знаках, и к тому же их способности к мгновенному обмену информацией делали их незаменимыми в деле обеспечения безопасности королевского замка и даже самого короля.

Однако их появление в стенах школы говорило о том, что случилось что-то особенное, из ряда вон выходящее. И по озабоченному и напряжённому лицу Ургенда Норстурса можно было без труда определить, что случилось что-то не самое хорошее.

О чём они говорили, слышно не было, но говорили они долго и, скорее всего, о чём-то очень важном.

Неизвестно, каким образом, но слухи о таинственном посещении школы Службой Безопасности Короля мгновенно расползлись по всему замку. Мало того, но, что уж совсем непостижимо, всем вокруг стало известно содержание разговора королевских гонцов и директора. Речь шла о пропаже ни много ни мало дочери короля Амилора, принцессы Адионы!

Аминель услышала это от студентов старших курсов, когда в перерыве гуляла с Треллией в саду замка. Внимание их привлекла группа парней, что-то бурно обсуждающих и о чём-то спорящих, Девушки решили потренировать свою наблюдательность и принялись пристально разглядывать молодых людей, именно для того, чтобы определить сам предмет спора и (по возможности) что нибудь узнать о каждом спорщике.

Они так увлеклись, что не заметили, как сами привлекли внимание юношей. Один из них подошёл к ним и напрямую поинтересовался, что же они нашли такого интересное в их компании, а узнав причину интереса, он просто подвёл девушек к друзьям и представил всех по очереди.

Самого старшего звали Дофин. Он учился на пятом, выпускном, курсе и уже имел свою специализацию. Более всего его привлекала огненная магия. Дофин даже состоял членом гильдии огненных магов, на что и указывал красный медальон на его груди. Дофин рассказал, что, начиная с четвёртого курса, каждый студент выбирает себе специализацию, то есть ту науку, которая ему больше нравится, и уделяет её изучению большее внимание, и тех, кто достигнет достаточно высокого уровня мастерства, могут принять в гильдию. Его приняли за то, что он ещё с тремя студентами разработали новое, более простое заклинание огненной змеи. О том, что это за змея, Аминель не стала спрашивать. Очень уж не хотелось выглядеть наивной первокурсницей рядом с такими мастерами.

Другой, светловолосый, с зелёным медальоном гильдии биомагов, представился Райлом. Он учился на четвёртом курсе и специализировался на магии природы. Принят в гильдию за исследование магических и лечебных свойств смолы хвойных пород. Никто и не знал, что при помощи обычной смолы от ёлки можно лечить многие болезни.

Третьего, худощавого, среднего роста, с узким, бледным лицом, звали Бирли. Он был третьекурсником и в гильдии пока не состоял. Но, тем не менее, он имел такое же право голоса, как и старшекурсники.

И, наконец, тот юноша, что и привёл девушек в эту компанию, представился Форестом. Он был тоже четверокурсником и специализировался на боевых искусствах. Он тоже пока не был членом гильдии, но собирался предложить для вступления кое-какое усовершенствование лёгкого пехотного меча, позволяющее быстро менять длину клинка, что должно было сбивать с толку противника и не позволять ему держаться на безопасной дистанции.

Итак, представившись, юноши быстро ввели девушек в курс дела.

Узнав об исчезновении принцессы Адионы, Треллия пришла в ужас.

– Я очень боюсь, не привело бы это к войне, – сказала она тихо и погрузилась в раздумье. Аминель тоже была встревожена этим событием, но своих мыслей пока не высказывала. Напротив, она решила поинтересоваться у юношей, что они сами думают об этом.

– Я согласен с Треллией. Надо опасаться войны, – мрачно сказал Райл.

– Бирли был знаком с принцессой, он из столицы. Он считает, что принцессу похитили с целью выкупа, – буркнул Дофин, указав на Бирли, сидевшего на спинке скамейки и задумчиво жующего травинку.

– Да. Я так считаю, – немного с вызовом ответил Бирли.

Аминель заметно оживилась после слов Бирли.

– Правда? – искренне поразилась она. – Вы в самом деле были знакомы с принцессой? Расскажите мне об этом подробнее, – попросила она, подсаживаясь ближе к Бирли и заглядывая ему в глаза.

– Да. Мы были друзьями с ней, – немного небрежно бросил юноша. – Катались верхом и обменивались интересными книгами.

– Вот как?! – в голосе Аминель было столько искреннего изумления, что казалось, сила переполнявших её эмоций тотчас поднимет её в воздух и умчит в поднебесье. – Расскажите мне об этом подробнее, прошу вас!

Аминель сказала это с такой просящей интонацией, что, кажется, даже мраморная статуя из замкового сада, обратись она к ней в таком тоне, немедленно бросилась бы исполнять любую просьбу Аминель, но Бирли всего лишь мрачно буркнул: – В следующий раз, – и вновь углубился в свои мысли.

– Ну, Бирли, разве можно так с девушками! Какое у них сложится о нас мнение? – не выдержал Форест. – Не строй из себя буку. Расскажи что-нибудь.

Бирли исподлобья глянул на Аминель и нехотя начал рассказывать.

– Ну, мой папа главный лесник короля. Король приезжал к нам на охоту, и принцесса с ним. Там мы и познакомились, – нехотя начал он. – Потом я к ней приезжал, она любит стихи про древних воинов. Я давал ей несколько книжек на эту тему, а она давала мне почитать про путешествия Торвальда Орха.

– А какая она, как выглядит? – продолжала выпытывать Аминель.

– Обычно. Рост чуть пониже меня, длинные темные волосы, почти чёрные даже, большие серые глаза, родинка на левом ухе.

– Так вас можно называть теперь Ваше Величество? – неожиданно съязвила Аминель.

– Да нет. Мы с ней только друзья, – сказал Бирли, будто не заметил подкола со стороны Аминель.

– М-м-м! Жаль! – разочарованно протянула Аминель. – А я так надеялась, что говорю с будущим королём Амилора.

– Ну, бросьте вы, в самом деле, пойдёмте на занятия, – постарался помешать назревающей ссоре Дофин.

– И в самом деле, нам пора! – воскликнула Треллия. – Бежим, а то опоздаем!

Девушки бросились бежать, едва успев попрощаться. Под грушей их уже давно ждали.

– Девушки, я понимаю, что разговоры с Дофином, Бирли, Райлом и Форестом важнее, чем занятия по магической концентрации, но всё же Торлион и Архоир не могут без вас приступить к дальнейшему изучению материала, – встретила их Фидия Бейсс.

Лица девушек мгновенно залил пунцовый румянец, а в глазах промелькнуло неподдельное изумление, граничащее с ужасом по поводу осведомлённости госпожи Бейсс о произошедшем.

– Я понимаю ваше изумление, сударыни, но если бы вы постарались не пропускать занятия, то вам пришлось бы гораздо реже изумляться в подобных случаях, – закончила она своё двусмысленное и витиеватое замечание.

Девушки, заливаясь краской, извинились и тихонько сели на свои места.

– Теперь, когда все снова в сборе, можно начать следующее упражнение, – начала занятие Фидия Бейсс.

Упражнение заключалось в том, что один человек мысленно представлял какой-нибудь предмет, а второй, глядя ему в глаза, пытался угадать, что это за предмет. Девушки так старались, что под конец занятия у обеих разболелась голова. Они еле дождались момента, когда госпожа Бейсс отпустит всех по комнатам. Едва добравшись до кровати, они тут же уснули глубоким сном, не слыша ни ночной грозы, ни того, как Зилора, обнаружив их в таком беспомощном состоянии, снова выполнила над ними свои колдовские пассы, снимая усталость и головную боль.

Глава 4

– Доброе утро, как спалось? – разбудил Аминель приветливый голос Зилоры. Она открыла глаза и улыбнулась в ответ.

– Пора вставать! – сидевшая на краю кровати Зилора задорно подмигнула и щёлкнула пальцем по воздуху. Однако щелчок пришёлся прямо по носу Аминель. Та лениво повернулась, спрятала нос в подушку и снова попыталась заснуть.

Зилора, предвидя такой ход дела, отошла от кровати к окошку и вытянула указательный палец в сторону спящей Аминель. Одеяло на её кровати начало медленно подниматься к потолку. Аминель, почувствовав утреннюю прохладу, вначале поискала одеяло рукой, потом повернулась и попыталась, глядя одним глазом, найти его на кровати, но… одеяла не было. Наконец, открыв оба глаза, она с удивлением обнаружила его висящим под самым потолком. Аминель вскочила и, стоя на кровати, попыталась подпрыгнуть и достать одеяло. Но оно стало подпрыгивать в такт прыжкам девушки, не давая себя поймать. Повинуясь движениям указательного пальца Зилоры, одеяло величественно полетело по комнате, а за ним, подпрыгивая, бежала Аминель. Погоня продолжалась до тех пор, пока, прогнав остатки сна, она не уселась на кровати, жалобно глядя на Зилору. Та пальцем подогнала одеяло к кровати и сбросила его на всклокоченную голову Аминель, которая в ответ лишь показала язык смеющейся Зилоре и улыбнулась.

– Доброе утро! – смущённо сказала она.

– Привет! – ответила девочка и снова занялась завтраком Аминель.

Если верить погоде, то утро было действительно добрым. Вся комната была ярко залита солнечным светом, а за окном взгляду открывалось чистое, безоблачное голубое небо, и, насколько хватало глаз, бесконечные леса и поля зелёным морем уходили вдаль за горизонт. Казалось, мир благоухал безмятежным счастьем и спокойствием, пробуждаясь медленно, с истинно королевским величием.

Под впечатлением утреннего настроения Аминель быстро прикончила завтрак и почти убежала на занятия. Её тело вновь было таким лёгким и подвижным, что казалось, она не бежит, а летит по воздуху. «Мира Дролли. История Амилора» – успела прочитать она в расписании светящуюся надпись.

Аминель бежала по лестницам замка то вверх, то вниз и, наконец, оказалась в большой комнате. Треллия была уже здесь и рассматривала картины, висящие на стенах и изображающие разные события из истории Амилора.

– Привет! – подмигнула она Аминель. – Посмотри, как нарисовано! А тут меч, как настоящий! – девушка вытянула руку в сторону. Там, куда указывала рука, стоял большой стеклянный саркофаг, внутри которого кроме небольшого меча находились ещё несколько предметов. К стене возле меча была прикреплена деревянная табличка с какой-то надписью. Аминель подошла к табличке и прочитала: «Волшебный Меч и личные вещи Торвальда Орха, странствующего мага и героя Амилора».

– Знаешь, – зачарованно произнесла Аминель, – мне кажется, это настоящий меч!

– Не может быть, чтобы это был настоящий волшебный Меч Торвальда Орха, – возразила Треллия. – Не думаю, чтобы они отважились так просто держать его.

– Хм! Тогда бы так и написали: «копия Меча», а тут написано просто: «Меч»! – не соглашалась Аминель.

– Но это слишком серьёзное оружие, чтобы вот так просто его тут оставить, – не сдавалась Треллия.

Тем временем в комнату вошли Торлион и Архоир. Не успев войти, они тотчас были вовлечены в спор о подлинности Меча. Причём их мнения так же разделились поровну. Торлион принял сторону Аминель, а Архоир защищал версию Треллии. Все четверо были так увлечены спором, что не заметили, как в комнате оказалась высокая худощавая женщина с аккуратно собранными в пучок на затылке волосами и в маленьких круглых очках в позолоченной оправе.

– И кто же выиграл спор? – поинтересовалась она, немного понаблюдав за спорившими.

В комнате на секунду воцарилась тишина, нарушить которую осмелилась Треллия.

– Пока никто, госпожа Дролли. Может быть, вы нам поможете? Это настоящий Меч Торвальда Орха или копия?

Мира Дролли не торопясь прошла через комнату, села в кресло и окинула загадочным взглядом всех собравшихся. При этом казалось, что в глазах её сверкнула маленькая весёлая искорка.

– Ах, если бы всё было так просто! – вздохнула она. – Никто не знает этого и, вероятно, никогда не узнает. Когда я училась в этой самой школе, мы так же спорили о том, настоящий ли это Меч Торвальда Орха или нет, а наш преподаватель истории ответил нам то же самое, что и я отвечаю вам.

– А почему это невозможно узнать? – переспросил Торлион.

– Всё дело в прозрачном саркофаге, в который заключён Меч. По преданию, это сделал сам Торвальд Орх и сам наложил на него какое-то неизвестное заклинание. И с тех пор никому не удавалось открыть его. Его не берут ни заклинания, ни оружие, несмотря на то, что стенки его тонки и прозрачны.

– Ага! Я же говорила, что меч настоящий! – воскликнула Аминель. – Зачем было бы так прятать подделку?!

– Всё дело в странной магии Меча, – улыбнулась Мира Дролли. – Дело в том, что Меч обладает как бы сознанием. Мало того, что его клинок способен увеличиваться в размере, он ещё способен самостоятельно отыскивать врага и защищать своего хозяина от внезапного нападения. Меч чувствует, кто собирается напасть на его хозяина, и принимает решение о нападении или защите. Кроме этого, Меч устроен так, что безнаказанно его мог взять в руки только сам Торвальд Орх и тот, кому он служил, то есть Барольд Норринг, король Амилора. А значит, и все последующие члены королевской семьи Норрингов.

– А члены семьи Орхов не могут пользоваться Мечом? – переспросила Аминель.

– Да, и члены семьи Орхов также имеют право прикасаться к Мечу. Но за полторы тысячи лет никто не смог открыть ковчег – не то что прикоснуться к Мечу! Сегодня члены семьи Орхов проживают не в замке, а, как вы знаете, в столице. Замок давно уже не их собственность, и про существование Меча, надо полагать, они давно уже забыли. Потому и тайна Меча, мне кажется, уже никогда не будет разгадана.

– А что произойдёт, если Меч возьмёт кто-то, кто не является ни членом семьи короля, ни членом семьи Орхов? – поинтересовался Торлион.

Мира Дролли посмотрела на него поверх очков, как бы изучая, затем склонила голову набок, прикрыла глаза, как бы вспоминая, откинулась в кресле и тихо, как бы ему одному, ответила: – Однажды, во время путешествия в земли орков, Торвальд Орх проходил через Туманные горы. В пути его застала ночь, и он прилёг отдохнуть у костра. Меч лежал рядом с ним. Однако вскоре он проснулся от страшного крика. Оказывается, когда он уснул, орк-разбойник, живший неподалёку, попытался похитить оружие путешественника. Едва прикоснувшись к Мечу, похититель остался без руки. К утру он скончался – несмотря на то, что Торвальд Орх изо всех сил старался спасти несчастного орка. Раны, которые наносит Меч, не заживают.

– Да! Я же говорю, что меч ненастоящий. Не мог Торвальд оставить такое страшное оружие у всех на виду! – не выдержала Треллия.

– То, что Меч у всех на виду, вовсе не означает, что воспользоваться им так просто! – парировала Аминель!

– Верно! Очевидно, Торвальд оставил Меч своим потомкам или потомкам короля для собственной защиты, – поддержал её Торлион.

– Ага! А как, по-твоему, они возьмут Меч, если возникнет такая необходимость? – не соглашался Архоир.

– В этом месте легенда заходит в тупик. Почти полторы тысячи лет никто не может понять, для чего Торвальд Орх так поступил.

– А что за магия использована для заклятия Меча? – неожиданно задал вопрос Торлион.

– Точно сейчас трудно сказать. Очевидно, древняя магия гномов. Говорят, Торвальд Орх водил с ними дружбу и даже был знаком с королём гномов. Но гномов давно уже нет. И их магия тоже утрачена. Так что никто теперь уже не сможет снять заклятье с ковчега и овладеть Мечом. Даже если в нём течёт королевская кровь или кровь Орхов.

Далее занятие шло по расписанию. Обычная тема для такого предмета: «Основание Амилора», даты, войны, короли сменяли друг друга. Вся пятёрка слушала молча, впитывая каждое слово, очевидно, всё ещё находясь под впечатлением от рассказа Миры Дролли о Мече Торвальда Орха.

Вечером Аминель зашла к Треллии.

– Знаешь, – сказала она, – у меня никак не идёт из головы этот Меч. Мне кажется, я должна попытаться разгадать эту тайну.

– Мне тоже было интересно, но я думаю, что это дело касается только Орхов и Норрингов. Даже если ты откроешь ковчег, что ты будешь делать с Мечом, к которому не сможешь даже прикоснуться? – попыталась было возразить Треллия.

– Пока не знаю, – задумчиво произнесла Аминель, – но чувствую, что эта тайна, которую нужно раскрыть.

– Если бы я была из этих семей, я бы обязательно взялась за эту тайну, но я не Орх и тем более не Норринг, я Брейли.

– В том-то и дело, что если бы тайна касалась только двух семей, Торвальду не было бы необходимости оставлять свой Меч у всех на виду. Он бы спрятал его где-нибудь в подвале, а место показал бы только королю.

– Но замок в те времена принадлежал только Орхам, а потому было всё равно, где спрятать Меч, в подвале или в одной из комнат громадного и неприступного замка.

– Всё же мне кажется, тут не всё так просто. Думаю, что Торвальд Орх хотел что-то сказать своим отдалённым потомкам.

– Да. И потомкам короля тоже.

– Думаешь? – Аминель внимательно посмотрела на подругу. – А что общего между Орхами и Норриигами?

– Ну, этого я не знаю. Я не специалист в этой области, – пожала плечами Треллия.

– Поищем в библиотеке? – неожиданно весело предложила Аминель. – Мне кажется, что если подумать, загадка решится. Может быть, есть что-то, чего никто не заметил?

Треллия поглядела на свою подругу так, как обычно глядят на тех, кого подозревают в небольшом сумасшествии.

– Ну хорошо, – наконец согласилась она. – Хоть я и не верю в успех этого мероприятия, но чем-то интересным очень хочется заняться.

– Тогда завтра после занятий в библиотеку? – радостно воскликнула Аминель.

– Хорошо, – с видимым нежеланием согласилась Треллия.

Глава 5

На следующий день занятия для Аминель тянулись невозможно долго. Казалось, пройдёт целая вечность, пока закончится лекция по топографии, и старый седой старичок маленького роста с удивительным именем Тропус Троминиус и не менее удивительным прозвищем «Ти громух» не произнесёт долгожданное «на сегодня всё, можете быть свободны». Своё удивительное прозвище старичок получил за невероятное сочетание мужественной внешности, огромных седых усов, небольшой седой бородки клинышком, рычащего тигриного голоса и маленького роста. История не сохранила имени того острослова, который впервые назвал Тропуса Троминиуса Тигромухом, но это прозвище прочно закрепилось за преподавателем топологии.

Едва дождавшись конца занятий, девушки помчались в библиотеку. Найти её в огромном замке было делом непростым, даже несмотря на подсказки других студентов. В основном подсказки сводились к традиционному «налево-направо-налево-направо-черезкоридорснованалево», но разобраться в этих невообразимых поворотах и переходах замка было очень трудно.

– Как странно, – заметила Треллия, – в учебные аудитории мы попадаем без труда, а вот библиотеку не найти.

Наконец, после почти часового петляния в бесконечном лабиринте девушки вышли прямо к огромной двустворчатой полукруглой деревянной двери с надписью «библиотека».

Войдя в огромный зал, Аминель и Треллия застыли в нерешительности, оглядывая длиннющие ряды высоченных стеллажей, вплотную заставленных всевозможными книгами всех размеров, цветов и объёмов. Невозможно было представить, что в этом огромном море информации можно отыскать ту небольшую зацепку, которая им пригодится.

Девушки миновали первый зал, по пути разглядывая огромные, уходящие под самый потолок стеллажи книг. В глубине второго зала, за маленьким столиком, едва заметная среди гигантских книжных шкафов, сидела хрупкая девушка в серой шерстяной кофточке и сером шерстяном шарфике. Сидя за столом, девушка читала какую-то книгу, но делала это так величественно, что Треллия и Аминель невольно притихли и подошли к столику, не производя ни малейшего шума.

– Здравствуйте. Вы, наверное, библиотекарь? – почти шепотом спросила Аминель.

Девушка в серенькой кофточке оторвала взгляд от книги и окинула быстрым и внимательным взглядом пришедших.

– Да. Чем могу быть полезна? – спокойно и величественно переспросила она.

– Понимаете, – начала Треллия, – мы ищем всё про семью Орхов и про семью Норрингов.

Девушка ещё раз окинула Аминель и Треллию умным взглядом и встала из-за стола.

– Интересуетесь тайной Меча? Понимаю, – произнесла она и, вздохнув, добавила: – Подождите.

С этими словами она удалилась вглубь зала и ненадолго скрылась в галереях стеллажей.

– Ну, что я тебе говорила! – воскликнула Треллия. – Ничего нового мы с тобой не найдём. Тут и без нас хватало умников. Пошли отсюда, – в голосе её слышалась досада и разочарование, говорящие о полном крушении надежд на успех поиска.

– Нет. Ты как хочешь, а я уже не остановлюсь. Нельзя останавливаться на половине пути, а уж тем более на его начале, – в голосе Аминель было столько решимости, что это начало понемногу вселять в Треллию утраченную надежду. – Мы будем более внимательны, чем предыдущие искатели, и нам повезёт! – упрямо возразила она, но это было возражение не столько Треллии, сколько самой себе, в глубине души тоже немного начавшей сомневаться в успехе.

– Вот! Это всё, что есть в нашей библиотеке о Семьях Орхов и Норрингов, – девушка появилась из-за стеллажа, катя перед собой маленькую тележку, доверху набитую книгами.

– И это всё надо прочитать! – тихо прошептала Треллия на ухо Аминель. – Я умру раньше! – а вслух добавила: – Огромное вам спасибо. Вы нам очень помогли, – и, взяв тележку, подруги укатили её к ближайшему столику.

Книг было действительно много. Поэтому вначале было решено рассортировать их по тематике, дате и вероятному объёму полезной информации. Несмотря на огромное количество, все книги распределились по трём основным стопкам. В первой, самой маленькой, были чисто исторические научные труды серьёзных учёных-историков. Во второй, побольше, были труды менее известных историков, а также труды по геральдике, экономике и другим наукам, где упоминаются семьи Норрингов и Орхов. И, наконец, в третьей, самой большой стопке, оказались художественные книги и стихи, посвящённые жизни и деятельности этих двух семей.

Поиск начался.

Первые две книги из первой стопки показались самыми тяжёлыми.

Для их изучения понадобилось несколько дней. Далее дело пошло быстрее. Девушки заметили, что во многих книгах информация повторяется не только целыми абзацами, но и страница одной книги часто похожа на страницу другой. Через две недели с первой стопкой было покончено. То, что Аминель и Треллия проделали огромную и тяжёлую работу, было видно по их лицам, потерявшим приятный румянец, и по тёмным кругам вокруг глаз, которые указывали на недостаток сна и длительное чтение. К концу второй недели перестали помогать даже старания Зилоры. Даже преподаватели, замечая нездоровые изменения во внешности девушек, стали чаще спрашивать об их самочувствии.

Настала пора сделать выходной.

Глава 6

Девушки сидели в комнате у Треллии и молча глядели в окно. Жёлтокаменный ручей петлял между Тёмных холмов, ясное безоблачное голубое небо и лес, утопающий в золоте осенних листьев – всё это настраивало на спокойный отдых и тихое раздумье. Девушки любовались осенью.

– Знаешь! – сказала вдруг Аминель. – Я сейчас подумала, что мы считаем себя умнее, чем те, кто до нас пытался разобраться в тайне Меча, но ведь и они тоже так считали, и поэтому мы идём тем же путём, что и они. Давай подумаем: может, есть другой путь?

– Давай, – Треллия прикрыла глаза, и, казалось, уснула, но на самом деле она так же, как и Аминель, пыталась найти то верное решение, которое ускользало от их предшественников.

– Подожди! – Треллия будто подскочила на месте. – В прозрачном саркофаге ведь не только Меч. Так? Там и другие вещи! Какие?

Аминель глядела на подругу огромными от изумления глазами и не задумываясь произнесла: – Шлем, плащ и табакерка. – Она так часто видела эту картинку в книгах и так часто глядела на всё это в кабинете истории, что ей не составило никакого труда вспомнить все вещи, хранящиеся под тонким стеклом саркофага.

Но как же она сама не сообразила! Это ведь так всё просто. На ответ загадки могут натолкнуть вещи Торвальда Орха. Ведь недаром он положил их вместе с Мечом.

– А что нам могут рассказать эти вещи? – спросила Аминель не то у Треллии, не то у самой себя.

– Понятия не имею, – задумчиво ответила та. – Нужно пойти и внимательно рассмотреть их ещё раз.

– Пошли! – в голосе Аминель чувствовалась решительность и предчувствие скорой победы над тайной.

Девушки почти бегом помчались в кабинет истории, подгоняемые предчувствием важного открытия или находки, которая наконец-то прольёт свет на загадку Меча.

Перед самым кабинетом истории девушки остановились. Надо было немного перевести дух.

– Открывай ты, – шепнула Треллия.

– Давай вместе, – предложила Аминель.

– Давай!

Девушки толкнули тяжёлую дубовую дверь: она не поддавалась.

– Заперто! – упавшим голосом произнесла Треллия.

– Что будем делать? – Аминель взглянула в глаза подруги, ища в них спасительное решение.

– Надо найти Миру Дролли! У неё ключ, – предложила Треллия.

– И что мы ей скажем? Что мы хотим открыть ковчег с Мечом?

– Стой! А действительно, что мы хотим? Открыть ковчег с Мечом или понять, настоящий это Меч или нет? По-моему, мы делаем что-то не то! – внезапно поняла Треллия.

– Действительно, ты права, – Аминель задумалась.

– Нам нужно прежде всего убедится в подлинности Меча и понять, для чего он тут оставлен.

– А убедиться в его подлинности можно, только открыв ковчег и взяв его в руку.

– И, чур, это буду не я!

– Да! Задачка не из простых! Предлагаю вернуться в комнату и всё обдумать и расследовать ещё раз.

– Да, думаю, ты права.

Девушки вернулись в комнату Треллии и до самого вечера предпочли больше не говорить о Мече.

Глава 7

Вот уже две тысячи лет столицей Амилора являлся Мирингард. Из небольшой деревушки на берегу Яр-реки он превратился в один из самых больших городов Амилора. Яр-река несла свои воды в Амилор прямо через земли кочевых орков, но где она начиналась, не знал никто. Предполагали, что она брала своё начало на леднике в горах Сел-Дикара, что находятся в стране северных эльфов, Эллирии. По другим сведениям, не менее «достоверным», Яр-река начиналась с маленького ручейка в непроходимых бескрайних лесах, что лежат за горами Эллирии. Известно было только одно: Яр-река текла через весь Амилор и уходила далеко на юг, через Хагеллон, государство южных эльфов, где впадала в Жемчужное море, открывая водные пути в дальние и почти неизведанные страны на другом его берегу. Протекая через четыре государства, Яр-река превратилась в самый выгодный и безопасный торговый путь. Мирингард же стоял почти на самой середине этого пути, а потому на его рынках шла оживлённая торговля представителей всех государств, объединённых течением Яр-реки. Здесь можно было увидеть и удивительную керамику южных эльфов, расписанную тонкими, сложнейшими узорами, и великолепную одежду из кожи тончайшей выделки, изготовляемую мастерами из племён орков-животноводов, северные эльфы привозили сюда лес и оружие, выкованное из руды Сел-Дикара. Амилорцы же славились своими тканями, тонкими и крепкими, удивительные узоры которых восхищали даже самых привередливых царей и самых требовательных ценителей и эстетов. Особой статьёй дохода Амилора был мёд. В огромных количествах производили на своих пасеках амилорцы этот вкуснейший продукт, и тем не менее не было такого случая, чтобы какой-либо торговец мёдом на рынке Мирингарда не продал к концу дня весь свой товар. Слава амилорского мёда затмевала собой даже знаменитые амилорские ткани.

Город Мирингард рос и развивался. Один король сменял другого, строились дворцы в центре города и хижины по его краям. О богатстве города складывали легенды и песни. Пропорционально богатству города росло и количество тех, кто мечтал завладеть несметными сокровищами Мирингарда. Помимо открытых врагов, ведущих свои армии на Мирингард, появились и враги тайные, которые пытались угрожать непосредственно королю Амилора и членам его семьи. Тогда король Амилора, Дорсин V Норринг, вынужден был создать Службу Безопасности Короля. Возглавлять это элитное подразделение он поручил потомку славного Торвальда Орха, его правнуку Силезусу Орху. Обладая тайными знаниями, полученными от гномов и передающимися по наследству из поколения в поколение, семья Орхов превратила Службу Безопасности в опаснейшее и могучее подразделение. Одетые в чёрную форму, скрывающие лицо, они приводили в трепет и друзей и врагов короля. Тайная магия, не знакомая никому в Амилоре, делала воинов Службы Безопасности таинственными и загадочными, подчас пугающими, как мрачные создания ночи.

О невероятных способностях тёмных воинов ходили самые невероятные слухи. Одни говорили, что если воин из Службы Безопасности проходит мимо, то от него веет холодом, как из морозного погреба, другие рассказывали, что воины в чёрных одеждах не чувствуют боли и не знают усталости, третьи восхищались невероятной силой этих воинов. На самом же деле чёрные воины обладали куда более странными способностями, чем приписывала им молва. Они умели мгновенно обмениваться сообщениями друг с другом, невзирая на расстояния: что было известно одному воину, то становилось известно всем. Они могли подолгу обходиться без пищи и воды, обладали уникальным обонянием зрением и слухом, обладали молниеносной реакцией. Идеальные солдаты, они охраняли дворец короля, были телохранителями членов его семьи и выполняли разного рода поручения – от передачи королевских указов в удалённые уголки Амилора до раскрытия преступлений и поиска пропавших людей и предметов.

Так было всегда со времени образования Службы Безопасности, но именно сейчас произошло событие, которое очень серьёзно обеспокоило Его Величество Крейна I Норринга.

Речь идёт о принцессе Адионе. Вечером, после ужина, войдя в свои апартаменты, принцесса обнаружила маленький букетик цветов, стоящий на столике возле её кровати.

– Интересно, от кого это? – подумала принцесса, счастливо улыбаясь. Как и все красивые девушки, она часто получала различные знаки внимания от кавалеров всех рангов и сословий. На некоторые она отвечала улыбкой или благосклонностью, иные, казалось, не замечала, но, как и любой девушке, ей всегда было приятно получать подтверждение своей красоты. Вот и сейчас она стояла в спальне и любовалась букетиком. Любовалась и думала:

– Интересно, кто бы мог пробраться в мою спальню, в святая святых королевского дворца, никем не замеченный, минуя охрану? Этот смельчак достоин по меньшей мере восхищения!

Она уже хотела подойти к столику и взять букет, но что-то заставило её остановиться и не делать этого. Это «что-то» было уже знакомым принцессе чувством. Однажды, в детстве, играя возле ручья в лесу, она заметила в траве очень красивый цветок. Загадочная и непонятная ей сила тогда заставила вовремя отдёрнуть, протянутую было руку от цветка и не рвать его. Только потом Адиона заметила огромную чёрную змею, пригревшуюся на солнышке возле цветка.

Вот и сейчас девушка испытала то же самое неприятное чувство. Но теперь она уже знала – это чувство скрытой опасности.

Адиона ещё раз внимательно оглядела комнату, прислушалась, затем отступила на шаг назад. Постояв несколько секунд, она медленно двинулась вперёд. Чем ближе она подходила к столику, тем сильнее становилось это гадкое, неприятное чувство опасности. Сомнений быть не могло: опасность была в букете. Адиона внимательно осмотрела букет и только сейчас заметила двух маленьких мёртвых мошек, лежащих на столике возле букета. Маленькая божья коровка также упала замертво, едва присела на цветок.

Несколько мгновений похолодевшая от ужаса принцесса смотрела на страшный подарок, кем-то оставленный на её столике и предназначавшийся, конечно же, для неё. Кто-то желал её смерти. Кто? На этот вопрос принцесса не могла найти ответа.

Самое жуткое в этой ситуации было то, что этот кто-то проник с ядовитым подарком в спальню принцессы, минуя охрану из Службы Безопасности Короля. А этих ребят провести было сложно.

– Неужели кто-то смог обмануть охрану? – думала Адиона, бегущая по узкому коридору замка, чтобы рассказать обо всём своему отцу.

Крейн Норринг сидел в своём кабинете и по обыкновению читал перед сном, сидя у камина. Подходя к его кабинету, принцесса отметила, что охрана так же стоит на своих местах, совершенно спокойно, как обычно. Заметив принцессу, чёрные воины приветственно вытянулись и замерли. Кивнув в ответ, Адиона прошла мимо них, стараясь не подавать вида, что взволнована. Войдя в кабинет отца, она продолжала хранить ледяное спокойствие.

– Папа, меня хотят убить, – ровным, без каких либо эмоций голосом сказала она, садясь в кресло напротив.

Король отложил книгу, внимательно поглядел в глаза дочери и очень спокойно и коротко спросил: «Кто?»

И в этом «кто», произнесённом тихо и спокойно, в тишине кабинета, было что-то страшное. Нет, это не тот страх, который вызывает грозная фраза, произнесённая рассвирепевшим монархом. Это было что-то куда страшнее. Это был гнев отца, дочь которого находится в опасности. И в этом гневе была заключена вся мощь и сила нескольких десятков поколений Норрингов, великих королей Амилора.

– Не знаю, – так же спокойно ответила Адиона, но на этот раз голос её немного дрогнул.

Она рассказала отцу о том, как обнаружила отравленный букет у себя в спальне, и, казалось, пока она рассказывала, отец её старел на глазах.

– С этой минуты во дворце никому нельзя верить, – сказал он мрачно. – Даже охране, – потом он подумал немного и очень постаревшим голосом медленно произнёс: – Особенно охране. Когда ты входила, всё было как обычно, и охранники стояли на месте?

– Да, – неуверенно протянула принцесса.

– И не предупредили тебя о том, что в спальню кто-то входил?

– Нет!

– Тогда я делаю вывод, что или они знали о букете, или кто-то, искуснее их владеющий магией невидимости, проник к тебе в спальню и так же, невидимый, вышел, минуя мою охрану. Но никто, ни эльф, ни человек, ни тем более орк, не может пройти незамеченным сквозь охрану. Сильнее других магией гномов владеют только сами гномы. Но их давно уже не существует.

– В таком случае меня пытается убить охрана?! – с ужасом произнесла Адиона.

– Я не могу сейчас исключить это. В прочем, как и утверждать, – Крейн Норринг быстрым шагом подошел к письменному столу и начал быстро писать какие-то бумаги.

– Но за что меня хотят убить, папа? – уже спокойнее задала вопрос принцесса.

– Думаю, только за то, что ты моя дочь, дочь короля и наследница престола. В любом случае, – продолжал он, – тебе нельзя больше оставаться в замке. Ты исчезнешь. И исчезнешь немедленно! – он говорил и видел, как на глазах принцессы наворачиваются слёзы. Она все понимала. Она уже не маленькая.

Первый раз он видел её такой в тот день, когда умерла её мать, королева Аллиория. Адиона и тогда старалась не плакать, но её глаза были наполнены болью, и эта боль вырывалась наружу с огромными каплями слёз, медленно стекавших по её щекам и отзывающихся в отцовском сердце нестерпимой болью. Тогда он взял её на руки, невесомую, беспомощную, и тихо шептал ей на ухо «не плачь, успокойся, надо жить», но сейчас он знал, что ни в коем случае нельзя успокаивать её. Чувство опасности, обострённое в сотни раз – вот что может спасти её от неведомого врага. И только это.

– Я написал несколько писем. Первое твоему слуге, он поможет тебе скрыться, второе… – он на секунду замолчал, затем посмотрел в глаза дочери. – Помнишь, в детстве ты мечтала поступить в школу магов-разведчиков, а я ругал тебя за это? Это письмо директору этой школы. Я отошлю его с голубем немедленно. Эта почта сейчас надёжнее любой другой. Ты поедешь туда и будешь там учиться под другим именем. Теперь тебя зовут Аминель. Запомни, Аминель!

– Аминель, – повторила девушка и внимательно взглянула в глаза отцу.

– Теперь слушай! Пока ты учишься в школе, я распространю слух о твоём побеге. Но я не стану предпринимать ничего серьёзного, чтобы тебя найти. В таком случае враг подумает, что я скрываю факт твоей смерти и трон остался без наследника. Тогда он непременно выдаст себя, как бы умён и хитёр не был. Тогда я расправлюсь с ним, и ты сможешь вернуться. Поняла?

– Я поняла, папа, – тихо прошептала Адиона.

– Хорошо, дочка. Теперь иди к Эргу, и немедленно отправляйтесь в замок, – затем, помолчав мгновение, добавил:

– И помни, я люблю тебя!

– И я люблю тебя, папа!

Это были последние слова, которые она шепнула ему на прощание. Уже через двадцать минут из города выехала девушка на белом коне, а за ней на маленькой повозке, запряжённой ослом, ехал её слуга, верный рыжебородый весельчак Эрг, и во всё горло орал весёлую залихватскую песню, как того требовала инструкция, данная ему королём Амилора. Девушка же, следуя инструкции отца, весело смеялась над незатейливым юмором кабацкой песенки, и никто не замечал, как из глаз её, огромных от боли, медленно, капля за каплей, текут слёзы.

Глава 8

Командующий Службы Безопасности Короля Варгат Орх сидел за столом в своём кабинете и через огромное увеличительное стекло рассматривал коллекцию засушенных бабочек. Глядя со стороны, можно было подумать, что командующий Службой Безопасности целиком занят изучением разноцветных крылышек и длинных усиков насекомых, но это была только видимость. На самом деле Варгат Орх ждал известия. Долго, мучительно долго тянулось ожидание. Наконец, он почувствовал, как некая сила, сперва робко, затем более уверенно пытается войти в его сознание. Варгат Орх расслабился, и перед его глазами появилась совсем другая комната, большая, искусно драпированная розовой тканью с лиловым отливом, самой лучшей в Амилоре. В центре комнаты, у окна, под огромным балдахином из такой же розовой ткани, но уже с жёлтым отливом, стояла кровать. Возле кровати – небольшой столик на изогнутых ножках, на столике в маленькой фарфоровой вазочке стоял небольшой букет полевых цветов. Но не это привлекло внимание командующего. Он наблюдал за хрупкой, светловолосой девушкой, стоящей посреди комнаты. Девушка глядела на маленький букетик, стоящий на её столе и улыбалась. Когда девушка сделала несколько шагов по направлению к столику, Варгат Орх открыл глаза. Дальше он не хотел смотреть. Информации, переданной ему одним из стражей, было достаточно, чтобы он был уверен, что в данную минуту принцесса Адиона бьётся в предсмертных конвульсиях, задыхаясь, синея, и при этом освобождает для него место на троне Амилора. Всего три минуты должны длиться судороги. Всего три минуты – и цепь престолонаследия Норрингов прервётся навсегда. Далее, не вызывало сомнений, что самым реальным кандидатом на престол окажется он, Варгат Орх, потомок славных героев Амилора и ближайший друг короля Крейна Норринга. А кто, как не он, должен стоять во главе Амилора? Он, потомок тех, кто всеми силами укреплял мощь Амилора, а вместе с этим и власть этих ненавистных Норрингов! Это его предок, Торвальд Орх, добыл для Амилора магию гномов, сделав его завоевание невозможным даже в теории. Именно благодаря этой магии и работает Служба Безопасности. И именно благодаря этой магии он, Варгат Орх, исправит эту чудовищную несправедливость.

Самое трудное в этом деле – избавиться от самого Крейна Норринга так, чтобы это не вызвало никаких сомнений в непогрешимости репутации Варгата Орха. Но и это он продумал. Его план был так прост и эффективен, что командир чёрных воинов гордился им и даже сожалел, что такому гениальному плану суждено остаться одним из самых больших секретов семьи Орх. В смерти принцессы Адионы он, «проведя расследование», обвинит его, несчастного отца, «обнаружив» в его кабинете пузырёк с ядом. Обвинив короля в безумии, он, начальник Службы Безопасности, будет слёзно умолять Сенат, чтобы смертную казнь заменили тюремным заключением. Он изо всех сил будет бороться за жизнь безумного короля на суде. А затем, если через два-три месяца Его Величество не умрёт в тюрьме сам от горя и тоски, то верные чёрные стражи непременно помогут ему в этом. И опять он, Варгат Орх, «проведя расследование», найдёт «виновного». Им окажется Эрг, слуга принцессы, решивший отомстить сумасшедшему королю за смерть своей госпожи. И тогда во второй раз он, Варгат Орх, окажется на высоте и в центре внимания. Тогда и настанет время предложить свою кандидатуру в качестве нового Короля Амилора. Если в Сенате найдутся не согласные с его кандидатурой, то у Варгата Орха найдутся очень веские и надёжные аргументы в чёрных одеждах, которые смогут быстро заставить замолчать несогласных. И тогда уже никто не сможет помешать ему надеть корону Амилора на свою голову.

Предвкушая победу, Варгат Орх напевал что-то весёлое себе под нос и, покручивая пальцами пышный чёрный ус, в нетерпении расхаживал взад и вперёд по кабинету. Теперь уже не было необходимости торопить события. Он считал, что самое лучшее сейчас будет предоставить возможность событиям развиваться самостоятельно.

Варгат Орх ждал утра. Когда смерть принцессы Адионы обнаружится кем-либо из горничных, или же сам король зайдёт в спальню дочери, чтобы пожелать доброго утра.

Утро настало незаметно. От волнения Варгат Орх так и не смог уснуть и всю ночь сидел в своём кабинете, то любуясь гербарием из бабочек, то читая книги о похождениях своего знаменитого предка Торвальда Орха… или просто сидел в кресле и смотрел на огонь в камине. Он даже не заметил, как за окном рассвело, и в Амилоре наступило новое утро. Утро, какого никогда ещё не было в истории Амилора. Да и сам Амилор был уже иным, совсем не похожим на тот, который готовился ко сну вчера вечером.

Неожиданно в кабинет командира чёрных стражей вошёл король. Он был бледен и взволнован. Но ещё сильнее оказался взволнован сам Варгат Орх, когда услышал о пропаже принцессы. Однако он так мастерски постарался скрыть своё изумление, что только лёгкое дрожание рук и могло выдать его обеспокоенность этим фактом. Такого поворота событий начальник Службы Безопасности предвидеть не мог. С первого шага его гениальный план рушился на корню. Не было тела, не было и обвинения в убийстве, а следовательно, и король оставался на престоле. Всё время, пока шёл их разговор, Варгат Орх судорожно пытался принять хоть какое-то решение, способное выправить ситуацию в свою пользу.

– А когда вы, Ваше Величество, видели вашу дочь последний раз? – задал он традиционный для любого следствия вопрос.

– Вчера вечером, разумеется. Она зашла ко мне в кабинет пожелать мне спокойной ночи, – ответил король, стараясь держать себя в руках.

– И вы не заметили ничего странного в её поведении?

– Нет. Всё было как обычно. Она поцеловала меня в щёку и ушла к себе.

– И ничего больше не сказала?

– Нет, ничего. А она должна была что-то сказать? – король внимательно посмотрел в глаза Варгату Орху, и от его взгляда у начальника стражи выступил холодный пот.

– Ну, если она хотела бы убежать… – протягивая конец незаконченной фразы, произнёс Орх то, что пришло ему в голову.

– …она не стала бы посвящать меня в свои планы! – закончил недосказанную фразу король.

– Да, верно, – замялся начальник стражи. – Куда же она могла деться?

– Именно это я и хочу спросить у вас, у начальника Службы Безопасности Короля: где были ваши воины в то время, когда принцесса бежала?

– Ваше Величество, я разберусь с этим немедленно! – вежливо улыбаясь, говорил Варгат Орх, подходя к стенному шкафу, стоящему за спиной короля.

Внезапно он выхватил стоящий за дверцей шкафа деревянный резной посох, с которым обычно ходят маги, и с размаху ударил Крейна Норринга по голове. Король охнул и потерял сознание.

Варгат Орх перевёл дух и мысленно послал приказ двум чёрным стражам явиться в кабинет. Они вошли почти немедленно двумя молчаливыми чёрными тенями и так же молча и безропотно выполнили приказ своего повелителя. Взяв под мышки своего короля, они легко, не чувствуя веса его могучего тела, отправились в находившуюся в подвале дворцовую тюрьму.

– Обратной дороги нет, – тихо и властно произнёс Варгат Орх и вызвал к себе всех командиров подразделений тёмных стражей, бывших в это время во дворце.

– Обыщите весь замок! Найдите труп принцессы! Живо! Если она всё же на самом деле сбежала, то обыщите всю страну, каждый куст, каждую яму, но доставьте её мне живую или мёртвую! О том, что здесь произошло, никому не слова. Страна должна думать, что король всё ещё ею правит. Пока правит, – повелитель чёрных стражей зловеще улыбнулся.

– Ясно? Исполнять немедленно! – совсем изменившимся голосом скомандовал Варгат Орх. В голосе его теперь чувствовалась мощь и решимость продолжать начатое до конца.

Глава 9

Аминель проснулась посреди ночи. Поначалу она не могла понять, что могло разбудить её так быстро, что от сна не осталось и следа. Зилоры с её магическими штучками ещё не было, а за окном стояла тихая и тёплая осенняя ночь. Казалось, всё было спокойно. Внезапно она поняла – её разбудил звук. Вначале она не могла определить, откуда исходит этот звук, но теперь Аминель обнаружила его источник. Источником таинственного звука была она сама. Звук, таинственный и протяжный, похожий на стон, зарождался где-то внутри головы Аминель и чуть слышным неторопливым потоком проходил через всё её тело, пронизывая руки и ноги. Так могло стонать только живое существо, смертельно раненое и чувствующее приближение смерти. Аминель слышала этот звук ещё примерно две минуты. Затем он стих и больше не появлялся до самого прихода Зилоры. Тем не менее, Аминель больше не смыкала глаз до конца ночи. Потревоженная таинственным звуком, она сидела в кресле и пыталась понять, что могло послужить причиной этого звука.

Приход Зилоры прервал её размышления.

– Привет! – весело сказала она, входя в комнату.

– Привет! – задумчиво произнесла Аминель. Заметив, что Аминель чем-то встревожена, Зилора подошла к ней и, положив руку на плечо девушки, спросила: – Всё в порядке?

– Да-да. Не волнуйся, всё хорошо, – быстро затараторила Аминель, пытаясь спрятать охватившую её тревогу. Зилора ещё раз внимательно окинула взглядом сидящую в кресле Аминель и занялась завтраком.

Испуганная, с поджатыми ногами, Аминель была похожа на выпавшего из гнезда птенца, впервые в жизни оказавшегося на земле. Пытаясь осмыслить произошедшее с ней сегодня ночью, она так и не могла найти какого-то вразумительного ответа. Зилора же, заметив что-то неладное, творящееся с девушкой, начала более внимательно приглядываться к ней, пытаясь определить причину такого состояния.

Первой не выдержала сама Аминель.

– Зилора, ты не можешь мне объяснить один странный случай, который произошёл со мной сегодня? – поинтересовалась она.

– Попробую, если это будет в моих силах, – ответила та, присаживаясь на краешек стола.

– Ночью, – начала свой рассказ Аминель, – я слышала звук. Даже не звук, а скорее стон, как будто кому-то очень-очень больно.

– Да? А где был этот звук? – поинтересовалась Зилора.

– Тут, – девушка ткнула себя пальцем в лоб, – в моей голове.

Она увидела удивлённые глаза Зилоры и улыбнулась в ответ, чтобы девочка не решила, что она сошла с ума. Зилора тоже улыбнулась, но глаза её оставались серьёзными.

– Нет. Я не слышала ничего об этом, – очень серьёзно произнесла она. Затем, немного помолчав, добавила: – Думаю, тебе стоит поговорить об этом с Ургендом Норстурсом. Мне кажется, это очень серьёзно. – Затем, помолчав, добавила: – И опасно.

Пока Зилора накрывала на стол, Аминель продолжала сидеть в кресле с видом напуганного птенца, и лишь когда та собралась уже уходить, Аминель встала и почти в дверях окликнула Зилору.

– Знаешь, – тихо попросила она, – не говори пока никому об этом, пожалуйста.

И она умоляюще посмотрела в глаза девочки. Остановившись в дверях, Зилора взглянула на девушку, охватывая её взглядом, затем, кивнув в знак согласия, улыбнулась и, ни слова не говоря больше, вышла из комнаты.

Аминель осталась одна. Сидя в удобном кресле у окна и сжавшись в комочек, она пыталась понять, что творится с ней и откуда мог появиться этот жалобный и протяжный звук. Она чуть было не опоздала на занятия, когда Треллия стуком в дверь напомнила ей, что помимо событий прошлой ночи есть ещё и события будущего дня, и в данную минуту они важнее.

Однако по дороге к раскидистой груше Фидии Бейсс Аминель продолжала размышлять о случившемся. Треллия шла рядом и о чём-то щебетала так быстро, что Аминель даже не пыталась уловить смысла сказанного. Она просто шла рядом и думала о своём.

На занятии по магической концентрации Аминель очень старалась отвлечься от посторонних мыслей. В конце концов ей это удалось, и вторую половину дня она была весела и много смеялась. Она даже обрадовалась встрече с Райлом, Форестом, Бирли и Дофином. Даже высокомерный Бирли, глядя на её улыбку, расщедрился на комплимент. Он сказал, что Аминель сегодня улыбается точно как принцесса Адиона, чем вызвал всеобщее восхищение, и хорошее настроение Аминель закрепилось до самого вечера.

Вечером, сидя в комнате у Треллии, Аминель начала разговор о Мече Орха.

– Знаешь, – начала она осторожно, – я думаю, что в первую очередь надо понять, что хотел сказать Торвальд Орх, оставив свой Меч в таком легкодоступном месте. Ведь многие, увидев его, захотят завладеть им. Даже несмотря на то, что Меч убивает чужих.

– А ведь ты права! – внезапно отозвалась подруга. – Именно в этом, вероятно, и заключается смысл того, что Меч оставлен так открыто. Вероятно, он, как наживка, должен притягивать разных нечестных людей, и затем, как только им удастся открыть саркофаг, Меч их убивает и снова закрывается.

– Вот как? – Аминель внимательно посмотрела на Треллию, слегка наклонив голову. – Я не подумала об этом.

– Ага! Вот и мы: откроем саркофаг, возьмём Меч, и он нас убьет!

– Всё же мне очень хочется раскрыть эту загадку, – улыбнулась Аминель.

– Ненормальная! – Треллия в ответ покрутила пальцем у виска. – Хотя бы тогда держи меня в курсе своих изысканий. Может, я смогу удержать тебя о глупости.

– Угу! – сдержанно промычала Аминель, скрывая свою счастливую улыбку и взгляд, переполненный радостью от того, что она обрела в стенах этого замка настоящую подругу.

Внезапно улыбка слетела с лица Аминель. В её голове вновь появилось то чувство, которое преследовало её всю вторую половину ночи. Через мгновенье тихий протяжный звук жутким стоном пронизал её тело. Аминель схватилась за виски, с силой сдавливая ушные раковины, чтобы не слышать этот душераздирающий стон.

Секунду Треллия смотрела на неё, не понимая в чём дело, затем кинулась к подруге и, заглядывая в её глаза, принялась ее трясти, спрашивая, в чём дело, но та словно не слышала Треллию и, продолжая закрывать уши руками, сжималась в беспомощный комочек с застывшим на прекрасном лице выражением страдания и ужаса.

Минуты через три звук начал стихать. Аминель лежала на кровати, оглушённая и беспомощная, раскинув руки, подобно брошенной тряпичной кукле. Возле неё сидела непонимающая Треллия, со страхом следящая за всеми изменениями, происходящими с подругой.

– Что это было? – наконец спросила она, когда увидела, что сознание и силы постепенно возвращаются к подруге.

– Не знаю. Такое уже было сегодня ночью, и вот опять, – присаживаясь рядом с подругой на краешек кровати, ответила Аминель.

– Да что? Что случилось с тобой?! – воскликнула уже не на шутку испуганная Треллия.

Аминель взглянула на неё, словно пытаясь что-то сказать, потом, немного подумав, взяла себя в руки и принялась рассказывать о ночном происшествии.

Окончив рассказ, она посмотрела в глаза Треллии, желая понять, выглядит ли она безумной – или всё же Треллия верит ей. Глаза Треллии были спокойны и внимательны.

– Так это был стон живого существа? – переспросила она?

– Да. Похоже на то, как будто кому-то очень тяжело и очень больно. Но я не могу понять, кому и где. Ты же не считаешь меня сумасшедшей, ведь так? – Аминель снова вопросительно посмотрела в глаза Треллии.

– Не волнуйся, у нас в деревне был один сумасшедший, слышавший голоса. Так что я знаю, как они выглядят. Ты на него не похожа.

– Правда? – с надеждой переспросила Аминель.

– Можешь не сомневаться, – кивнула подруга. – Хотя от этого нам легче не становится.

– Почему? – не поняла она.

– Да потому что если бы ты была сумасшедшая, то мы бы тебя отправили в больницу, и дело на том бы и кончилось, а так как ты нормальная, то значит, что есть кто-то или что-то, что страдает и мучается и чей стон ты слышишь. И теперь нам придётся выяснять, кто это стонет у тебя в голове.

– Да, пожалуй ты права, – задумалась Аминель. – Ещё одна неразрешимая загадка.

– Добро пожаловать в замок Орх! – улыбнулась Треллия.

Придя от подруги, Аминель быстро разделась и легла спать. Ужасная усталость наваливалась на неё огромным косматым зверем, и Аминель клонило в сон сильнее обычного. Но едва её голова коснулась подушки, как сон моментально прошёл. Несколько попыток уснуть так и не увенчались успехом. Разные мысли путались в голове, не давая забыться в дрёме.

Аминель пыталась понять, есть ли связь между всеми этими событиями, что случились с ней за последнее время.

Связь не находилась, а вот уснуть было сложно.

Тёмное небо заглядывало в окно комнаты единственным глазом Луны, прищурившейся за веками облаков. Где-то вдали шумел ночной лес, кронами своих деревьев, словно одеялом, прикрывший уснувшее лесное зверьё. Только изредка, в тишине, прокричит и замолкнет какая-то лесная птица. Аминель слушала эти ночные звуки и размышляла:

– Если я слышу голос, и если кроме меня его никто не слышит, и если я не сошла с ума, тогда этот голос предназначен только мне, и он хочет что-то мне сообщить. И сообщить что-то важное. Наверное, так!

Она села на кровати, скрестив ноги. В ночной рубашке, освещённая светом луны, она казалась похожей на привидение.

– Но тогда кто это, и что он хочет сказать? – продолжала она размышлять. – Очевидно, какое-то существо страдает и хочет, чтобы я его спасла. Но почему именно я? Почему не Зилора, например? Если это существо считает, что я помогу ему лучше других, то чем тогда я могу ему помочь? Чем я лучше других? В чём я сильнее? Ни особой физической силы, ни ума выдающегося я не имею. В магии даже горничная лучше меня пока разбирается. Тогда что от меня нужно этому существу?

С этими мыслями незаметно для себя она уснула.

Проснулась она от того, что почувствовала, как кто-то щекочет её пятку. Даже с закрытыми глазами Аминель знала, кто это может быть. Резким рывком она вскочила, ловко извернулась, чтобы схватить Зилору, но та, мило улыбаясь, стояла в другом конце комнаты и делала вид, что смотрит в окно.

– Вот выучусь магии, ты у меня побегаешь! – весело пригрозила она Зилоре и запустила в неё подушкой. Однако, не долетев, подушка, послушная пальцу Зилоры, описав дугу, полетела в обратном направлении и мягко опустилась на своё место.

– Нехорошо в выходной устраивать погром в комнате, – улыбнулась в ответ Зилора.

– Выходной! – Аминель снова упала на кровать. – Можно поспать!

– А вот этого делать не стоит! – снова занялась пробуждением Аминель Зилора. – Сегодня в городе праздник, туда все студенты пойдут.

– Праздник? А по какому поводу? – быстро вскочив с постели, спросила Аминель.

– День тыквы! В городе устраивается фестиваль и выставка тыкв разных форм и сортов. К тому же вечером будет карнавал и огромный стол для всех желающих!

– Ого! – уже одеваясь, отвечала Аминель. – Тогда я непременно буду. Только захвачу Треллию. Думаю, она ещё не знает.

– Знает. Я уже была у неё, и она собиралась захватить тебя, – уже вслед убегающей Аминель крикнула Зилора.

Когда Аминель вернулась, горничной, как всегда, уже не было, а на столе её ждал прекрасный завтрак, заботливо расставленный Зилорой.

Когда завтрак уже подходил к концу, в дверях появилась Треллия.

– Привет! На праздник пойдёшь? – с порога выпалила она одним махом.

– Ага! – промычала Аминель, расправляясь с шоколадным муссом. – Только вначале я хочу сходить в библиотеку, порыться в литературе о королевской семье. Есть кое-какие идеи.

– В библиотеку? В праздник? Ну почему ты такая скучная! – простонала Треллия.

– Не ругайся! Если хочешь, иди, я после обеда присоединюсь к тебе, но с утра я хочу кое-что проверить.

– Ну уж нет! Никуда я тебя одну не отпущу. Во-первых, я не позволю совершаться великим открытиям без моего присутствия, а во-вторых, оставишь тебя одну, так обязательно что-нибудь случится.

– Что это со мной может случиться? – возмутилась Аминель.

– Мало ли, – протянула Треллия. – Голос какой-нибудь новый, например.

– Не надо про голос, – Аминель содрогнулась и, прикончив завтрак, начала собираться в библиотеку.

– А что у тебя за новые идеи? – поинтересовалась Треллия по дороге.

– Понимаешь, я подумала, что если Торвальд Орх бывал в разных странах, то он запросто мог оставить какую-то подсказку, используя магию не гномов, а какой-то другой страны. Просто надо составить список всех стран, где он побывал, и изучить приёмы магии этих народов.

– Всего-то?! – саркастически усмехнулась Треллия. – Даже сама Фидия Бейсс не знает столько, сколько потребуется знаний.

– Фидия Бейсс одна, а нас двое, – твёрдо возразила Аминель.

– Да. С тобой не поспоришь, – улыбнулась Треллия.

Едва дверь библиотеки открылась, девушки почувствовали запах книжной пыли и великих открытий. Они выбрали столик у самого окна, сквозь которое как на ладони были видны кроны уходящего вдаль леса, покрывающего Тёмные холмы, Жёлтокаменный ручей и далёкие небольшие деревушки. Почти то же, что и из окон их комнат, только опять с другой точки обзора.

Столик, заваленный книгами, был прекрасно освещён, и девушки без труда могли разбирать даже древние письмена, выполненные хитрой, затейливой вязью. Перелистывая страницу за страницей, они тщательно выписывали те места, страны и земли, в которых побывал Торвальд Орх, а их было немало. Прославленный маг совершил даже несколько походов за океан и описал жизнь фениксов и кентавров. Так было странно, что один человек мог так много сделать! И ещё удивительнее то, что этот человек мог столько знать и уметь.

– Представляешь! – говорила Аминель удивлённо.

– Оказывается, фениксы не возрождаются из пепла, как принято считать. Просто они умеют вызывать такие видения у окружающих, что кажется, будто они рассыпаются в пыль и исчезают, а потом неожиданно появляются.

– Ха! Здорово! – удивилась Треллия. – А я читаю про гоблинов. Хоть они и живут среди снегов, но вполне цивилизованы и даже имеют свои города.

– Хорошо. Теперь надо объединить наши списки и изучить всё, что мог знать Торвальд Орх.

Треллия занялась составлением списка, а Аминель отправилась за книгами о культуре и магии орков и эльфов.

– Всего Торвальд Орх обошёл двести тридцать шесть стран, – подвела итог Треллия. – Итого: если на изучение культуры каждой страны мы будем тратить один день и заниматься ежёдневно, то на изучение всего списка у нас уйдёт почти год. А ежедневно у нас не получится. От силы дня три в неделю. Тогда, получается, года два мы будем возиться с этой твоей идеей, – бодро отрапортовала она.

– Но нас двое. Сократи свои расчёты в два раза, – улыбнулась в ответ Аминель.

– Хорошо, Ваше Высочество, – рассмеялась Треллия.

Однако у Аминель её шутка не вызвала должного восторга. Её лицо стало чуть серьезнее, и она тихо спросила:

– Почему ты назвала меня «Ваше Высочество»?

Треллию эта реакция ещё больше рассмешила, и она, обняв подругу за плечи, чмокнула в кончик носа.

– Потому что ты у нас главная.

– И вовсе я не главная. Не называй меня больше так. Хорошо?

– Ты обиделась? – на лице Треллии застыло изумление.

– Ты такая обидчивая, оказывается! – засмеялась она, снова обнимая подругу. – Ну настоящая принцесса!

– И вовсе я не обидчивая! – попыталась улыбнуться Аминель. – Просто не люблю, когда друзья меня так называют.

– Ну хорошо, не буду, – успокоилась Треллия, не придавая значения странной фразе, сказанной подругой.

– Лучше давай пока почитаем про эльфов и орков, – раскладывая книги, предложила Аминель.

– Ага, – согласилась Треллия. – У нас ещё часа два есть.

– Ага! У тебя два часа и у меня два часа. И того – четыре! – рассмеялась Аминель, а вместе с ней и Треллия.

Через два часа напряжённого изучения истории головы у девушек гудели как пчелиный улей. Но полезной информации, за которую можно было бы зацепиться, они пока так и не обнаружили. Настала пора собираться на праздник, в город.

Девушки разбежались по комнатам, договорившись встретиться через полчаса у ворот замка.

А через сорок минут они, немного усталые от изнурительного штурма библиотеки, но счастливые, в предвкушении предстоящего праздника шли по направлению к базарной площади.

По пути им попадались горожане всех полов и возрастов, празднично одетые, они направлялись также к базарной площади. Порой уже подвыпившие компании распевали на всю улицу задорные кабацкие песни, кто-то пытался пуститься в пляс, веселье начиналось, праздник вступал в свои права.

Глава 10

Базарная площадь была уже переполнена народом. Тут были не только люди, но и эльфы, причём как северные, так и южные, характерной чертой которых и была любовь к праздникам и различным развлечениям, тут были и орки из ближайших кочевых племён, привёзшие сюда, по случаю праздника, огромную партию изделий из кожи прекрасной выделки, а также множество вкуснейших сыров, колбас и просто копчёного мяса, гроздьями свисавшего с торговых лотков и привлекающего своим видом и запахом не только потенциальных покупателей, но и местную кошачью и собачью братию.

В разных местах площади размещалось несколько фургонов-балаганчиков бродячих актёрских трупп, готовившихся к праздничному представлению. На стихийно созданной арене местные богатыри состязались в силе и ловкости. Повсюду была слышна музыка менестрелей, подпевающих им подвыпивших гуляк, смех, шутки и лёгкая перебранка торговцев. Чувствовалось напряжение от ожидания самого главного действия праздничного представления – выставки-конкурса нового урожая тыкв, где местные садоводы-огородники будут демонстрировать свои самые выдающиеся экземпляры плодов этого растения.

Разношёрстный праздничный поток разбушевавшейся стихией захватил девушек, и уже через пару минут они вместе с другими хохотали, глядя на выступление клоунов и гимнастов из приехавшего по случаю праздника бродячего цирка.

– Смотри, смотри, кто там!!! – почти закричала Треллия на ухо Аминель, указывая пальцем куда-то в толпу. В направлении пальца Треллии Аминель увидела четвёрку друзей, знакомых по школе. Бирли, Дофин, Форест и Райл стояли и смотрели это же представление, но по другую сторону арены.

– Эй!!! – закричали девушки и замахали руками, чтобы сквозь шум разноцветной толпы их заметили. Наконец, после нескольких попыток они заметили, что парни смотрят в их сторону и приветственно машут в ответ. Почти одновременно, не сговариваясь, и девушки и четвёрка друзей стали пробираться друг к другу сквозь веселящуюся разряженную толпу, умело раздвигая корпусом теснящихся друг к другу горожан. Занятия по боевой подготовке у Дарста Хаггера не прошли даром. Умение работать корпусом – это одна из важнейших деталей, на которые обращал своё внимание учитель, и Аминель только сейчас поняла, насколько важна была даже такая, казалось бы, мелочь.

Встретившись, обе группы начали выбираться из толпы, и как только они оказались за спинами смотрящих представление горожан, Форест громко объявил:

– Девушки, нашему Бирли отец прислал крупную сумму денег, и он приглашает вас и нас, естественно, в ближайшее питейное заведение, а попросту в кабак, культурно провести время, оставшееся до конкурса тыкв и до вечернего фейерверка!

Для Бирли эта новость была так же неожиданна, как и для всех остальных членов компании. Но только он попытался раскрыть рот, чтобы возразить, как Райл, подхвативший идею Фореста, поставил точку в этом вопросе.

– Ведь ты же не хочешь, чтобы все в замке говорили, что наш Бирли скупердяй, правда? – сказал он, и несчастному Бирли осталось только согласиться. И в тот же миг вся толпа, весело смеясь, ринулась в ближайший кабачок с весёлым названием «Танцующий поросёнок».

В кабачке было полно народа. За большими длинными столами веселилась разношёрстная публика. Горланили песни, рассказывали смешные истории, веселились кто во что горазд.

У дверей ребят встретила одна из официанток и показала им единственный свободный столик в небольшой нише, устроенной под лестницей. Однако всей компании это показалось очень уютным местом, и они решили расположиться тут.

– Что будут пить наши дамы? – проявил «чудеса галантности» Райл.

– А также что они будут есть? – дополнил приятеля Дофин.

– А что тут можно заказать? – поинтересовалась Аминель.

– А что тут можно заказать? – повторил Форест вопрос Аминель для рядом стоящей официантки.

– Из выпивки есть превосходный эль, сваренный по эльфийскому рецепту, имбирное пиво, яблочный сидр и медовый квас. А я бы посоветовала вам взять жареного поросёнка. Они сегодня очень удались.

– Отлично! – наконец смирился с судьбой Бирли. – Тогда давайте поросёнка, четыре эля нам, а девушкам… – и он взглянул на Аминель и Треллию.

– Мне сидр, – попросила Аминель.

– И мне тоже, – поддержала подругу Треллия.

Девушка-официантка удалилась на кухню, а за столом завязалась оживлённая беседа. Дофин принялся рассказывать историю о том, как старичок Тигромух на занятии по топологии рисовал по памяти карту южного Амилора и при этом неточно изобразил родную деревню Фореста. А Форест попытался исправить неточность. Тигромух принялся возражать, и их спор затянулся почти на час. В конце концов Тигромух принёс из библиотеки карту и показал Форесту. Но тут Форест сказал, что это его родная деревня и что она так выглядела пятьдесят лет назад. А сейчас выглядит иначе. На что Тигромух рассмеялся и, поблагодарив Фореста, исправил карту.

На всём протяжении рассказа сам Форест постоянно вставлял смешные комментарии и дополнения, причём делал это так умело, что девушки хохотали до упада. Особенно их насмешило, как долговязый Форест изображал низкорослого старичка Тигромуха. Он так потешно семенил ногами, изображая походку преподавателя, что Треллия от смеха буквально скатилась со стула. Она смеялась так искренне и заразительно, что от улыбок не могли удержаться даже посетители за соседними столиками. Глядя на рыжую девчонку, которая так откровенно и до слёз хохочет над весёлым рассказом, они вначале начинали слегка улыбаться, затем, заражённые смехом, уже улыбались открыто, и затем сами начинали рассказывать друг другу смешные истории и весело хохотать над ними.

Наконец принесли напитки и поросёнка, и за столиком на несколько секунд воцарилось молчание. Этого было достаточно, чтобы съесть по небольшому кусочку, заглушив лёгкое чувство голода, раззадоренное приятными запахами жаркого в зале «Танцующего поросёнка».

Однако молчание длилось недолго и было безжалостно прервано Райлом, который неожиданно спросил:

– А вы знаете, почему у грифонов глаза красные?

– Не знаю, – удивлённо ответила Треллия.

– А они красные? – так же изумлённо переспросила Аминель. – Тогда я тоже не знаю.

– Да чтобы в помидорах прятаться! Вы видели когда-нибудь грифона в помидорах?!

– Нет! – дружно ответили девушки.

– Вот! Значит, хорошо прячутся! – невозмутимо продолжал Райл.

Секунду за столом было тихо, но внезапно тишина разорвалась целым водопадом смеха. Смеялись все. Даже немного высокомерный Бирли – и тот безудержно тряс головой и хохотал, совсем по-детски, беззаботно и весело, так, что в глазах его вспыхивали озорные искорки-смешинки.

За весёлым разговором ребята и не заметили, как пролетело время. Внезапно посетители кабачка стали покидать свои места и поспешно выходить на улицу. Заметив, что посетителей кабачка стало меньше, вся компания тоже засобиралась на улицу.

Конкурс на самую выдающуюся тыкву уже начался.

К началу конкурса на центральной площади было ещё больше народа, чем днём. Все смотрели в сторону высокого помоста, на котором самые виртуозные огородники северной части Амилора демонстрировали своё искусство.

Тут были тыквы такие огромные, что их невозможно было охватить руками, и такие маленькие, что десяток таких тыкв можно было разместить на ладони. Была и квадратная тыква, и тыква в форме бублика. Но больше всего произвела впечатление тыква фиолетового цвета. Она была обычных размеров, но окраска её кожицы была ярко-фиолетовой с небольшими тёмными разводами. Появление тыквы вызвало всеобщий вздох восхищения и бурную овацию.

Аминель стояла позади Треллии и с восхищением рассматривала удивительные творения, созданные совместно природой и человеком. Дофин, Форест, Райл и Бирли тоже стояли рядом и оживлённо обсуждали происходящее.

Среди толпы горожан Аминель заметила многих учеников школы и даже нескольких преподавателей. Внезапно её взгляд остановился на тёмном силуэте, появившемся в самой гуще толпы. Затем ещё и ещё. Аминель начала замечать, что чёрных силуэтов становится всё больше и больше. Внезапное беспокойство быстро сменилось надвигающимся чувством опасности. Неизвестно почему, но Аминель почувствовала, что больше нельзя находиться тут, на площади, какой-то непонятный страх заставил её схватить Треллию и потащить её вон из толпы, невзирая на её полное недоумение и назойливые вопросы.

– Бежим! – только и могла шепнуть она подруге.

Непонимающая Треллия попробовала вначале возражать, но, взглянув на свою подругу, всё-таки поняла, что случилось что-то серьёзное.

Внезапно перед пробирающимися сквозь толпу девушками возник чёрный силуэт охранника. Аминель остановилась как вкопанная, затем резко повернулась и, увлекая за собой Треллию, побежала в другую сторону. Но на выходе их ждал новый охранник. Чёрные силуэты всё прибывали и прибывали. Вскоре они уже плотным кольцом окружили площадь и теснили ничего не подозревающих горожан всё ближе и ближе к центру. Испуганная Аминель, не зная, куда бежать, стояла в самой гуще толпы и, дрожа всем телом от страха, прижималась к Треллии.

– Что случилось? Ты можешь объяснить, наконец? – переспросила её Треллия, когда, наконец, почувствовала, что беспорядочные перебежки по площади прекратились.

– Охранники. Видишь, чёрные! Я боюсь их. Это за мной, я чувствую, – сбивчиво зашептала на ухо подруге Аминель.

– Ну, охранники. Ну и что? Причём тут ты? Успокойся, – попыталась возразить Треллия.

– Притом! – прокричала шепотом в самое ухо Треллии Аминель. – Потом узнаешь! А сейчас поверь мне.

– Хорошо, верю. Верю, что ты не сумасшедшая. И верю, что ты в опасности. Но не могу поверить, что тебе угрожает Служба Безопасности Короля! – уже почти раздражённо зашептала Треллия.

– Поверь. Именно Служба Безопасности, и именно короля! – умоляюще прошептала Аминель, глядя в глаза подруги так, что та если и не поверила, то предпочла больше не возражать.

Тем временем плотное кольцо тёмных воинов стало заметно и горожанам. По толпе пронёсся удивлённый ропот, затем мгновенно воцарилась гнетущая тишина, которую нарушал лишь равномерный и грозный звук шагов сжимающегося кольца тёмных воинов.

Наконец звук шагов стих, и на площади появилось ещё несколько тёмных силуэтов. Ровным строем они вторглись в плотные ряды горожан и почти мгновенно, быстрым и точным движением расступились, образовав узкий коридор от края толпы к самому постаменту. Аминель заметила, как по чёрному коридору, образованному охранниками, прямо на подмостки поднялся один из охранников, по-видимому, офицер. Офицер вышел на передний край сцены, так, чтобы его было хорошо видно всем присутствующим, развернул свиток с большой королевской печатью и громким твёрдым голосом стал читать.

– Указ Его Величества, Крейна Норринга, Короля Амилора! – важно провозгласил он и, оглядев толпу величественным взглядом, продолжал: – Настоящим указом приказываю отменить проведение в Амилоре всех праздников, развлечений и прочих торжеств. Гражданам Амилора запрещается находиться вне дома в тёмное время суток, а также вдали от дома без соответствующих документов. Нарушившие этот указ наказываются тюремным заключением в установленном законом порядке.

Окончив чтение указа, офицер аккуратно свернул в трубочку жёлтый свиток с печатью, внимательно оглядел притихшую толпу горожан и, немного приподняв подбородок, властным и громким голосом скомандовал: «А теперь разойдитесь по домам и ждите дальнейших указаний». Затем он повернулся и медленно удалился со сцены, провожаемый изумлёнными взглядами жителей города.

– Бежим! – тихо шепнула Аминель на ухо подруге, и девушки стали пробираться сквозь толпу.

Меж тем чёрные силуэты появлялись то тут, то там, стараясь разогнать толпу.

Добравшись до ближайшей узенькой улочки, девушки припустили что есть духу по направлению к замку. Сумерки уже сгущались, и им приходилось внимательно глядеть под ноги, чтобы не споткнуться на выстланной брусчаткой, круто поднимающейся вверх дороге.

Внезапно Аминель остановилась и замерла. Бежавшая следом Треллия остановилась, глядя на подругу изумлёнными глазами.

– Ты можешь объяснить, что случилось?! – почти возмущённо, но с оттенками страха и недоумения спросила она.

– Тише! – почти одними губами прошептала Аминель и приложила палец к губам подруги, что означало наивысшую степень опасности.

На мгновение девушки замерли, стоя в сумерках на узенькой улочке и вслушиваясь в тишину надвигающегося вечера, затем Аминель резко схватила подругу за руку и стремглав бросилась к ближайшей стене забора, густо поросшей плющом. Белёной стены забора почти не было видно из-за густых зарослей плюща, и Аминель молнией бросилась в самую гущу растений, увлекая за собой ничего не понимающую Треллию. Только глядя на свою подругу, на её распахнутые от ужаса глаза и побледневшее от страха лицо, Треллия понимала, что происходит что-то ужасное и что им с Аминель угрожает смертельная опасность, исходящая почему-то от Службы Безопасности Короля.

Несколько секунд девушки стояли не двигаясь, затаив дыхание, прислушиваясь к далёким, постепенно затихающим звукам взволнованного города. Но уже через миг послышался новый, тихий, почти неслышный звук, сравнимый разве что со звуком надвигающейся снежной лавины – с той лишь разницей, что этот звук был почти неслышен. Было только ощущение надвигающейся громады, способной смести всё на своём пути. От этого он казался ещё более пугающим и таинственным.

Звук приближался, и вместе с ним нарастало чувство тревоги и опасности. Обе девушки, взявшись за руки, прижались к стене, скрытые плющом, и почти не дышали от страха.

Наконец, из того конца улицы, куда бежали подруги, показались чёрные тени. Вначале сквозь сумерки было заметно лишь что-то бесформенное, двигающееся по направлению к тому месту, где, чуть дыша, прятались Аминель и Треллия, но уже через несколько секунд стало ясно, что тёмные силуэты идут строем, маршируя точно как один – в ногу. Силуэты шли молча и почти бесшумно, производя только этот тихий и таинственный звук, который и услышали девушки.

Внезапно колонна остановилась как раз напротив того места, где прятались две девичьих фигурки. И в этой остановке было что-то смертельно жуткое, неестественное. Девушки видели, как вся колонна тёмных воинов остановилась и замерла, как будто получила безмолвную команду от своего начальника, шедшего впереди. Но в вечерней тишине узкой улочки не прозвучало ни звука. Колонна просто остановилась и замерла в едином порыве как огромное живое существо.

Краем глаза Треллия увидела, как лицо Аминель стало белым от ужаса, а кисть руки, находившаяся в её ладони, холодной как лёд. Если бы не струйка пота, стекавшая по бледному лбу девушки, то Треллия, пожалуй, решила бы, что бедная Аминель умерла от ужаса. Но Аминель всё-таки нашла силы снова взять себя в руки. Держась друг за друга и не издавая не звука, девушки смотрели, как ровный строй тёмных силуэтов молчаливой громадой стоял всего в двух метрах от них, и казалось, что молчаливые зловещие воины к чему-то прислушивались, почуяв врага.

Но уже через несколько секунд весь строй, повинуясь безмолвной команде, так же бесшумно продолжил движение по направлению к площади. Девушки решили было уже выйти из своего убежища, но внезапно заметили, что всего в нескольких метрах от них, прячась в тени, отбрасываемой белым домиком, тоже утопающим в зелени, стоит, подобно одинокому чёрному призраку, зловещая фигура тёмного воина. Тёмный силуэт даже не пытался спрятаться. Но всё равно в вечерних сумерках, оставаясь в тени, он был едва различим на фоне поросшей плющом стены дома.

Подруги снова замерли, затаив дыхание. Треллия чувствовала, как от долгого ожидания и напряжённой неудобной позы ноги её начинают затекать, превращаясь в непослушные ватные бесполезные отростки.

Едва коснувшись руки подруги, Треллия привлекла её внимание, и по её взгляду Аминель поняла всё, что случилось.

Далее Аминель сделала то, что восхитило и поразило Треллию.

Своими тонкими пальчиками, совершая абсолютно лёгкие движения, не производившие даже колебаний воздуха, Аминель открутила от своего платья одну пуговицу, затем так же, орудуя одними пальцами, сняла с пряжки своего пояса гибкую металлическую пластинку, согнула её наподобие катапульты, зарядив пуговицей, и выстрелила куда-то вверх.

Не задев ни единого листа, пуговица вылетела из зарослей плюща, где скрывались девушки, поднялась выше крыши дома, возле которого стоял темный страж, и, по изогнутой кривой пролетев далеко вперёд, упала где-то далеко за поворотом улицы. В мгновение ока тёмный страж молнией бросился к месту произведённого пуговицей звука. Едва он скрылся за поворотом, как девушки рванули из своего убежища и стремглав бросились бежать. Но затёкшие ноги Треллии совсем не хотели слушаться. Неимоверным усилием воли она заставляла их хоть немного двигаться. Увидев это, Аминель бросилась на помощь своей подруге. Подставив свои плечи, чтобы Треллия могла опереться, Аминель обняла её за талию, и обе девушки постарались как можно скорее скрыться с этого страшного места. Через несколько шагов к ногам Треллии вернулась чувствительность, и девушки побежали уже изо всех сил.

Они неслись по извилистым улицам города, боясь оглянуться или остановиться хотя бы на секунду, чтобы перевести дух. Им казалось, что где-то позади слышится дыхание настигающего их тёмного воина. И от этого они старались бежать ещё быстрее, неожиданно сворачивая на соседние улицы, чтобы запутать преследователя. Наконец, выбившись из сил, они остановились у какого-то оврага на краю города. Присев на краешек склона, беглянки сидели молча, пытаясь пережить впечатления от всего произошедшего сегодняшним вечером.

Треллия пыталась понять, что же всё-таки произошло с её подругой и почему они вынуждены скрываться от солдат Службы Безопасности Короля. Внезапная догадка поразила её словно молния, пройдя через всё тело снопом электрических искр.

– А ведь ты не Аминель… Ты принцесса Адиона! – произнесла она еле слышно. И едва она произнесла это, как из огромных глаз белокурой девушки, сидящей рядом с ней, потекли тяжёлые слёзы. Принцесса бросилась на шею своей подруги и, обняв её тонкими руками, беспомощно и беззвучно зарыдала, тихонько кивая головой в знак согласия. Внезапно Треллия почувствовала, как кивания подруги сменились киваниями отрицания. Аминель поглядела на подругу глазами, полными боли и отчаяния, продолжая отрицательно мотать головой.

– Нет! – тихо прошептала она. – Принцессы Адионы больше нет. Как нет и короля Крейна Норринга, Короля Амилора! – она произнесла это с нарастающей твёрдостью в голосе, и с каждым её словом нарастала и боль, смешанная с негодованием и ужасом от внезапной догадки.

– Что-о?! – переспросила непонимающая Треллия.

– Короля Крейна больше нет. А значит, больше нет и меня, – уже спокойнее, но с прежней болью в голосе произнесла Адиона.

– Почему ты так решила? – Треллия удивлённо заморгала, глядя на подругу.

– Это я поняла сегодня на площади, когда этот чёрный читал указ, якобы от Короля. Отец никогда бы не написал такой указ. Это кто-то другой. И, кажется, я уже знаю, кто.

– Ты хочешь сказать, что во дворце произошёл переворот? – переспросила Треллия с ужасом.

– Хочу. Меня пытались отравить, и отец спрятал меня сюда, чтобы преступники не нашли меня. Но я вижу, что всё серьёзнее, чем казалось. Кто-то избавился и от него, – из глаз принцессы снова потекли слёзы, но Треллия видела, как Адиона пытается совладать с переполнявшей её болью, сжимая кулаки и сильно стискивая губы, чтобы не разразиться новым порывом рыдания.

Треллия сидела рядом и смотрела на подругу огромными глазами, потемневшими от боли и сострадания. Трудно было поверить, что это рыдающее белокурое хрупкое существо и есть принцесса Адиона, дочь Крейна Норринга, короля грозного Амилора. Нет. Перед Треллией сейчас, беспомощно сжавшись в комок, плакала простая девушка, плакал ребёнок, потерявший последнего из родителей. Ребёнок, потерявший отца.

Повинуясь какому-то внутреннему инстинкту, Треллия приняла единственно верное на этот момент решение. Положив на плечо подруге свою тёплую ладонь, она спросила: «Значит, кто-то занял трон твоего отца и теперь управляет страной, прикрываясь его именем»?

Адиона перестала всхлипывать и посмотрела в глаза подруге.

– Мне кажется, да, – тихо прошептала она. Затем, немного помолчав, внезапно спросила, глядя прямо в зелёные глаза подруги: – А что ты предлагаешь?

– Пока не знаю, но, во всяком случае, я бы не позволила кому попало так безнаказанно смешивать имя отца с грязью. И вообще… – Треллия сделала паузу, внимательно посмотрев в глаза Адионы: – И вообще, ты теперь королева Амилора. Единственная и полноправная.

– Но что я могу!? Я одна против армии Варгата Орха? Против них даже маги Амилора бессильны.

– Ты не одна. У тебя есть я, – сказала Треллия так просто и буднично, что принцесса Адиона сперва с недоумением взглянула на подругу, а затем снова заплакала, но это были уже другие слёзы. Слёзы счастья и благодарности. Адиона плакала и смеялась одновременно, обнимая и подругу. – Конечно, конечно, моя милая Треллия, мы с тобой разгоним всех врагов. Пусть только попробуют!..

Внезапно Треллия накинулась на подругу и, зажав ей рот, с силой придавила к земле.

– Тихо! – прошептала она на самое ухо Адионы и только после этого ослабила захват. Лёжа в высокой траве, они были совсем незаметны в вечерних сумерках. Чуть приподняв головы, они отлично видели, как почти совсем рядом по улице города в сторону замка направляется ещё один отряд чёрных стражей.

– Спасибо, – совсем серьёзно сказала Адиона, когда последний чёрный силуэт скрылся за поворотом.

– Пожалуйста, – в тон ей, так же серьёзно ответила Треллия.

– Постой… Куда они все направляются? – внезапно спросила Адиона не то Треллию, не то саму себя.

– Действительно, куда? – поддержала вопрос Треллия. – Не в замок же? – неуверенно добавила она, подумав.

– В замок, – похолодев от ужаса и почти шепотом медленно произнесла Адиона. – Это же замок Орхов! Родовое гнездо!

– Так вот кто всё это устроил! – возмущённо прошептала Треллия.

– Думаю, что это он. Варгат Орх. Начальник Службы Безопасности Короля.

– Да уж, безопасности! – криво усмехнулась Треллия. – Пойдём, посмотрим, что они делают.

– Пойдём, – согласилась принцесса. – Хотя постой. Подойди ко мне.

Глаза её, всегда излучавшие нежность и теплоту, сейчас горели спокойным и властным огнём. Перед Треллией стояла совсем другая Адиона. Совсем не та, что была всего минуту назад.

– Подойди ко мне и опустись на колено, – твёрдым голосом произнесла Адиона.

Рыжеволосая девушка с огромными зелёными глазами встала на одно колено перед своей подругой и покорно склонила голову для проведения священного ритуала.

– Меча у меня с собой нет, но правила допускают это, – сказала она, вытаскивая из пряжки пояса хорошо спрятанный в ней кинжал. – Назови своё имя полностью! – сказала Адиона, положив клинок кинжала на плечо подруги.

– Треллия Долиори, – чуть дрогнувшим от волнения голосом сказала девушка.

– Треллия Долиори! Я, Адиона Норринг, королева Амилора, посвящаю тебя, единственную мою подругу, в круг рыцарей Золотого Щита, и наделяю всеми обязанностями и привилегиями. Этот кинжал отныне твой. Храни его, как символ верности Амилору.

Адиона коснулась клинком кинжала головы и илечей подруги и передала его ей в руки. Только сейчас Треллия смогла рассмотреть его внимательнее. Это был небольшой, чуть больше ладони, кинжал с чёрной костяной рукояткой, покрытой позолоченным орнаментом, изображающим переплетающиеся лианы. Сам клинок был серебристый, с нанесёнными на нём надписями на непонятном языке. Но что более всего поразило Треллию в этом кинжале, так это удивительно точная балансировка. Немного разбирающаяся в оружии, она сразу почувствовала, что этот клинок сможет ловко плясать в умелых руках, а когда надо, брошенный, он будет точно поражать цель, проникая глубоко в тело врага.

Приняв кинжал из рук подруги, Треллия поцеловала холодную сталь клинка и, поднявшись с колен и глядя в глаза Адионы, прошептала: «Клянусь защищать Амилор и его короля, не жалея для этого ни сил, ни своей жизни, до последнего своего дыхания».

И это были слова клятвы рыцарей Золотого Щита, о которой Треллия не могла знать, но произнесла её слово в слово, потому что так говорило её сердце.

– Ты первая и единственная женщина – рыцарь Золотого щита! – сказала Адиона, улыбаясь, когда ритуал был окончен.

– Но ты единственная моя подруга, на которую я сейчас могу надеяться, – добавила она печально.

– Тогда пойдём вперёд, к замку, моя королева. – подмигнула Треллия, и обе девушки, взявшись за руки, осторожно, чтобы не поднимать лишнего шума, направились вверх по узкой улочке, вымощенной брусчаткой, туда, где на холме белел замок Орх, совсем недавно бывший им тёплым, почти родным домом, а теперь зловещей громадой поднимающийся над городом Трёх Холмов и над всем Амилором.

Глава 11

Картина, которая предстала перед двумя подругами, осторожно подобравшимися к замку, была жуткая. Тёмные силуэты сновали взад и вперёд по территории замка, выпроваживая за его ворота студентов, преподавателей, обслуживающий персонал… Словом, всех прежних его обитателей.

– Бедные, они даже не понимают, что можно сопротивляться! – вырвалось у Треллии, когда она увидела, как три чёрных силуэта выводят за ворота замка чернобородого крепыша Дарста Хаггера. Двое несли его вещи, а третий подталкивал в спину самого учителя. Сердце Треллии сжалось, когда, вытолкнув учителя за ворота, темные стражи небрежно бросили ему его вещи и, не оглядываясь, пошли прочь.

– Но он же учитель боевой подготовки, он же справится! А куда смотрят маги, та же Фидия Бейсс, наконец? – возмущалась она.

– Фидия Бейсс тоже смотрит на свои вещи, – ответила Адиона, указывая немного в сторону от Дарста Хаггера. Там на небольшом сундучке с книгами сидела Фидия Бейсс, обречённо глядя перед собой. Руки её беспомощно висели вдоль тела, но она не плакала, нет, на лице её был написан только один вопрос: «что теперь?» Она спрашивала себя об этом – и не находила ответа.

– Но почему они не сопротивляются? – повторила вопрос Треллия.

– Они ещё не знают, что надо сопротивляться, – тихо прошептала Адиона. – Но даже если бы они начали сопротивление, им было бы не справиться.

– Почему? – удивилась Треллия.

– У Варгата Орха слишком хорошая армия. И слишком хорошая магия, магия гномов, – добавила она, помолчав. – Им не справиться с войском Варгата Орха.

– Против магии гномов нужно использовать тоже магию гномов, – упрямо наклонив рыжую головку, возразила Треллия.

Внезапно Адиона схватилась за голову и со стоном повалилась на землю. Судорожно она пыталась закрыть уши руками, но было видно, что опять появившийся звук не пропадал. От отчаяния она схватила руки Треллии и что было сил прижала к своим ушам, глядя в глаза подруги с такой мольбой о помощи, что сердце новоиспечённого рыцаря Золотого Щита готово было разорваться от боли. Внезапно лицо Адионы стало спокойным, тело её перестало двигаться, а взгляд застыл, как бы направленный в одну точку. Так продолжалось секунд десять. Когда к девушке вернулась способность двигаться, она молча убрала руки Треллии, всё ещё прикрывающие её уши, и молча села.

– Что, что с тобой?! – испуганно зашептала Треллия, осторожно трогая Адиону за плечо.

– Это Меч, – спокойно, без эмоций произнесла девушка, продолжая задумчиво глядеть в одну точку перед собой.

– Что – меч? – не поняла Треллия.

– Меч Торвальда Орха. Это он что-то хочет от меня.

– Вот какое оружие поможет противостоять тёмным стражам! – радостно воскликнула Треллия. – Так вот зачем Торвальд Орх хранил свой Меч! С его помощью ты сможешь доказать свои права на трон Амилора!

– Ага. Если Варгат Орх его уже не достал. Он ведь тоже может завладеть Мечом.

– Если сможет его достать из саркофага!

– Но и мы не можем.

– Пока не можем, – Треллия пристально взглянула в глаза подруги. – Мы найдём гномов и узнаем у них, как достать Меч.

– Повтори, что ты сказала? – тихо произнесла Адиона, изумлённо глядя на подругу.

– Мы найдём гномов и узнаем у них, как достать Меч, – прислушиваясь к собственным словам, повторила Треллия.

– Ещё раз повтори! – яростно зашептала Адиона, схватив подругу за плечи и несколько раз с силой тряхнув.

– Мы найдём гномов и узнаем у них, как достать Меч! – уже начиная понимать причину такой перемены настроения у подруги, воскликнула Треллия.

– Тысячу раз благословенна мудрость твоя, о Торвальд Орх! – почти прокричала Адиона от радости.

– Столько веков столько людей билось над этой загадкой, а она так просто решалась! – восхищённо прошептала Треллия.

– Ага. Но появилась новая! Где мы с тобой будем гномов искать? – грустно улыбнулась Адиона. – Их уже тысячу лет никто не видел.

– Понятия не имею, – ответила Треллия, печально вздохнув. – Может, Фидия Бейсс знает?

– Точно! Тем более она почти рядом, – глаза Адионы радостно вспыхнули. – Только как нам позвать её? Не очень мне хочется попадаться на глаза солдатам Варгата Орха.

– Я позову её. Солдаты тебя ищут. А меня они не заметят, – Треллия улыбнулась, и зелёные глаза её хитро блеснули.

– Хорошо. Только будь осторожна, – Адиона слегка коснулась руки Треллии.

Через пару минут Треллия уже возвращалась, ведя за руку ничего не понимающую Фидию Бейсс, которая так и не смогла до сих пор прийти в себя от навалившегося на неё потрясения.

Увидев Адиону, Фидия Бейсс испуганно замахала руками и тихо, чтобы никто посторонний не услышал, быстро-быстро заговорила: – Аминель, милая, там по всему замку бегают эти чёрные охранники, ищут тебя. Не знаю, что ты такое натворила, но думаю, что тебе лучше убегать подальше от этого страшного места. Поверить не могу, что наш король закрыл школу. Просто не укладывается в голове.

– Поверьте мне, госпожа Бейсс, король тут вовсе ни при чём, всё это делает другой человек. И вы об этом скоро узнаете, – так же быстро затараторила Адиона, спеша сообщить как можно больше информации за короткий промежуток времени.

– Правда? – очень серьёзно и спокойно спросила преподавательница. – Вы знаете, мне это тоже показалось. А вы откуда знаете? – вдруг насторожилась она.

– Да вот, так получилось, что знаем, – просто и искренне ответила Треллия.

– Да? Тогда мне всё понятно, – спокойно произнесла Фидия Бейсс, и по её лицу было видно, что ей действительно всё стало понятно. – Но тогда тем более, Аминель, милая, тебе нужно как можно скорее и как можно дальше убегать отсюда, поверь, тебя уже давно ищут эти тёмные… – она не смогла подобрать слово. – Брр!!! – Фидия Бейсс передёрнула плечами, как будто представила жабу или другое не вызывающее восхищения создание.

– Вы как всегда правы, госпожа Бейсс, именно это мы и хотим сделать. Только сейчас мы очень нуждаемся в вашей помощи, – Адиона доверительно заглянула в глаза учительницы.

– В моей помощи? Но чем же я смогу помочь вам?

– Расскажите нам всё, что вам известно о гномах, об их магии и особенно о том, где их можно скорее всего найти.

– О гно-о-мах? – удивлённо протянула Фидия Бейсс. – Но девочки, сейчас не самое подходящее время для рассказывания древних мифов.

– Поверьте нам, – Треллия старалась говорить как можно мягче и как можно убедительнее. – Именно сейчас самое время поговорить именно об этом.

– Вы так считаете? – удивилась преподавательница. – Ну, раз так, то слушайте. Последнего гнома в этих краях видели около тысячи лет назад. Куда они ушли и почему, никто не знает. Гномы никого не посвящали в свою жизнь, за исключением, конечно, Торвальда Орха. Магия гномов, насколько мне известно, основана на каких-то неизвестных нам законах, которые выворачивают наизнанку всё наше представление об окружающем мире. Ну, например, наши маги, чтобы научиться управлять чем-то, учатся концентрации, учатся направлять энергию мысли в нужное место, заставляют нервную систему своего тела работать в тысячи раз сильнее и эффективнее – при помощи упражнений. А вот магия гномов – она основана на совершенно иных принципах. Всё, что мне известно, это то, что их маги меняют свои взаимоотношения с окружающим миром в целом. Ну, как если бы ты, Аминель, вдруг стала… ну, скажем, ну, к примеру, принцессой Адионой, например! – выпалила Фидия Бейсс после раздумья.

Едва услышав такое сравнение, и Треллия и Адиона прыснули в кулачки, стараясь скрыть смех, но удавалось им это с большим трудом.

– Так вот, – продолжала, казалось, не обращая внимания на смех, преподавательница, – такая магия даёт огромные возможности, необычайную мощь, кроме того, такие маги могут выполнять несколько магических операций одновременно, а мы всего одну. Улавливаете разницу? – спросила она притихших девушек.

Треллия и Адиона молча кивнули в ответ, всем своим видом требуя дальнейшего продолжения.

– Где можно найти гномов? – задумчиво произнесла Фидия Бейсс. – По легендам, гномы – это низкорослый народец, живущий под землёй и добывающий подземные минералы и драгоценные камни. Но это не совсем так. Рост у гномов действительно маленький, но живут они вовсе не под землёй. Если опираться на работы некоторых исследователей, то раньше, до того, как Торвальд Орх нашёл этот замок и поселился в нём, замок принадлежал гномам, как и все земли восточнее замка. Около пятисот лет гномы ещё жили в окрестностях замка, но однажды они куда-то ушли, и больше их никто не видел.

– А чем питались гномы? – неожиданно спросила Треллия. – У нас, если пропадала корова, чаще всего её можно было найти там, где вкуснее трава, а если собака, то там, где больше мяса. Хотя бывало и по-другому…

– Гномы ели примерно то же, что и мы, – улыбнулась Фидия Бейсс, – но в их кухне преобладала растительная пища. К тому же они употребляли больше минералов, чем мы. Из пищевых минералов нам известна одна только соль. В кухне гномов их было около двухсот. Кстати, мел они тоже использовали в кулинарии и очень его любили. Например, посыпали им салат. Я пробовала, очень непривычно, но вкусно. Да! Совсем забыла! Гномы обожают камни! Раньше говорили, что гномы из камней делают всё – и ещё чуть-чуть. Они превосходные обработчики камня, и к тому же они любили сооружать разные каменные памятники. Причём, если гному посчастливилось открыть или изобрести что-то важное, или просто ему пришла в голову интересная мысль, гном тут же брал в руки молоток и ставил каменный обелиск, на котором высекал суть своего открытия. Правда, уходя, большую часть памятников гномы забрали с собой. Хотя некоторые из них были очень тяжелы и огромны. Но это всё их необычная магия. Вот и всё, что мне известно про гномов.

– Спасибо вам огромное, – улыбнулась Адиона. – Теперь нам можно убегать, далеко и быстро.

– Подожди! – Фидия Бейсс взглянула на Адиону каким-то странным, печальным взглядом. – Вот, возьмите это, – она протянула неизвестно откуда возникший плащ Треллии и затем точно такой же Адионе. – Эти плащи сохраняют от холода, а если перевернуть, от жары, – сказала она уходя. – Прощайте! Уходите скорее.

Фидия Бейсс повернулась и пошла к воротам замка, где стоял прямо под открытым небом её маленький сундучок с книгами да пара узелков с одеждой и всякими мелочами. Неожиданно из ворот замка вышла тёмная фигура и направилась к преподавательнице. Фидия Бейсс остановилась. Тёмная фигура вплотную подошла к ней. Адиона с ужасом узнала в зловещем тёмном силуэте самого Варгата Орха. Варгат Орх и Фидия Бейсс несколько секунд молча глядели друг на друга, затем вдруг Фидия Бейсс охнула и упала к ногам Варгата Орха. Больше она не издала ни звука и не шелохнулась. На глазах у всех студентов, преподавателей и других работников школы разъяренный Варгат Орх несколько раз ударил ногой бездыханное тело преподавательницы и скрылся в замке.

С открытым от ужаса ртом Адиона и Треллия наблюдали из своего укрытия за происходящим. Ещё мгновение они пытались осознать, что же произошло, но, осознав, ещё долго катались по земле, беззвучно рыдая от ужаса и боли, поливая слезами и обнимая небольшие чёрные плащи – последний подарок Фидии Бейсс.

Наскоро вытерев слёзы, девушки решили как можно скорее уйти подальше от этого страшного места. Идти по дороге они не рискнули и поэтому отправились прямо через овраги, вниз, к Жёлтокаменному ручью. Праздничные платья давно были порваны об острые сухие колючки, что торчали в изобилии по всем Тёмным Холмам, и девушки напоминали скорее нищенок, чем студенток элитной школы магов-разведчиков.

Внизу, возле ручья, было теплее, и ветер был намного спокойнее. Адиона подошла к самой воде, чтобы увидеть своё отражение. Но, едва увидев его, она его не узнала. Из глубин водного зеркала на неё глядела непонятная чумазая физиономия с опухшими от бессонной ночи глазами и волосами, висевшими подобно сосулькам. На щеке была какая-то ссадина, происхождение которой она даже не могла вспомнить. Поглядев на свою подругу, Адиона не могла удержаться от печального смеха. Вид у Треллии был не менее потрепанный, но к тому же кончик её носа был так забавно испачкан, что лицо Треллии становилось похоже на лицо какой-то забавной зверюшки.

Вода в ручье показалась девушкам не такой уж холодной, и после того, как они умылись и немного привели себя в порядок, им стало ясно, как они устали и проголодались. Собрав немного хвороста, подруги смогли развести костёр: Адиона осталась поддерживать огонь, а Треллия ушла в лес в надежде добыть что-нибудь съедобное.

Утренняя прохлада осеннего леса быстро прогнала усталость, и Треллия торопливо обшаривала каждую кочку, заглядывала под каждый куст в надежде собрать грибов или ягод для себя и Адионы. Но лес был пуст. Только заросли ивняка да кусты шиповника с пожелтевшими листьями и редкими увядшими плодами попадались на пути Треллии. Собрав в подол платья плоды шиповника, Треллия хотела было вернуться, но внезапно позади неё затрещали ветки, и большая серая птица опустилась на сук дерева, ломая крыльями соседние ветки.

– Так, милая, ты-то мне и нужна, – подумала Треллия, вытаскивая из-за пояса кинжал, который подарила ей Адиона.

Тихо, почти бесшумно подкравшись к птице, Треллия плавно размахнулась и метнула кинжал одним мягким ровным движением, как учил её отец – лучший охотник в деревне.

Клинок поразил птицу беззвучно и неожиданно. Падая, она ещё махала крыльями, ломая окружающие ветки, но тут подоспела Треллия и умертвила птицу, сломав ей шею одним точным движением. Счастливая, с добычей она вернулась к костру, где Адиона не только успешно поддерживала огонь, но и, пока подруга охотилась, успела соорудить из валяющихся в изобилии вокруг палок и веток небольшой шалаш, главным достоинством которого было то, что его сложно было заметить, даже стоя всего метрах в пяти.

Возле самого ручья Треллия набрала глины и густо вымазала ею всю птицу от головы до хвоста, затем вырыла небольшую ямку рядом с костром, насыпала в неё немного горящих углей, туда же положила птицу и присыпала горящими углями сверху. Пока добыча готовилась, девушки забрались в шалаш, приготовленный Ад по и ой, и уснули, едва только их головы коснулись маленьких, но удобных подушек, изготовленных Ад по и ой из завёрнутых в плащи опавших листьев. Девушки спали долго и крепко. Проснулись почти под вечер. Уже темнело, и легкая вечерняя прохлада заставила их немедленно подняться с тёплых плащей и слегка побегать, чтобы согреться.

Когда лёгкая дрожь, вызванная вечерней прохладой, пропала, девушки уселись возле догорающего костра и занялись ужином.

Птица, запеченная в глине, оказалась на редкость вкусной. Едва разбив крепкий глиняный панцирь, Адиона и Треллия почувствовали такой приятный, почти дурманящий запах свежеприготовленной дичи, что, моментально ощутив, насколько они голодны, расправились с птицей в считанные минуты.

– Эх! Если бы не чёрные стражи, то жизнь была бы прекрасной! – улыбнулась Треллия, когда ужин был закончен.

– Ага! Только по их милости теперь придётся где-то искать гномов! Уж лучше иголку в стоге сена! – уже веселее ответила Адиона, и Треллия поняла, что будущая королева Амилора уже начала немного приходить в себя после всей череды ужасных событий.

– Как ты думаешь, куда они могли уйти? – подбрасывая новую порцию хвороста в огонь, спросила Треллия.

– А что мы о них знаем? Что им нужно для нормальной жизни? – Адиона оглядела пространство вокруг себя, как бы пытаясь найти взглядом место, куда могли бы уйти гномы.

– Да куда угодно. Камни и растения можно найти везде. Ну, кроме крайнего севера, конечно. Там всё в снегу.

– Нет. Должна быть какая-то зацепка, какая-то логика в их поступке, которая всё объяснит, – Адиона встала в полный рост, сложила руки на груди и стояла в ночных сумерках, освещённая светом костра, как величественное изваяние, созданное неизвестным древним народом.

– Есть! – Треллия почти подскочила на месте.

– Что есть? – не поняла Адиона.

– Каменные памятники гномов! – воскликнула Треллия.

– Возможно, они что-то смогут нам объяснить. Помнишь, Фидия Бейсс говорила, что гномы забрали с собой не все памятники?

– А ты знаешь язык гномов? – грустно улыбнулась Адиона.

– Нет, конечно, – в тон ей грустно ответила Треллия, – но можно хоть попытаться что-то понять.

– Ты думаешь, гномы оставили нам свой домашний адрес на тот случай, если кто-то соскучится и захочет их навестить? – недоверчиво спросила Адиона.

– Думаю, да. Ведь если кому-то может понадобиться Меч Орха, то он должен знать, где искать гномов, – парировала Треллия.

Ночные сумерки уже нависли над долиной Жёлтокаменного ручья. Тишина нарушалась лишь журчанием воды да шорохом осенней листвы, уставшей висеть на породивших её ветвях и готовой вот-вот сорваться и улететь, увлекаемой лёгким приятным ночным ветром.

Адиона долго молчала, слушая ночную тишь, и, казалось, мысли её были очень далеко отсюда. Но постепенно она начала возвращаться к реальности.

– Да, ты права, – тихо произнесла она, кивнув головой, но глядя не на подругу, а куда-то вдаль, как будто заметила что-то в ночной темени и пыталась рассмотреть подробнее. – Что за предметы лежат в саркофаге вместе с Мечом? – наконец спросила она Треллию, быстро повернувшись.

– Шлем, плащ и табакерка! – как скороговорку выпалила Треллия.

– Так давай попробуем определить адрес гномов по этим предметам, – Адиона опять села на лежащий возле костра ствол поваленного бурей дерева.

– Шлем чисто эльфийской работы. Слишком тонкая отделка для орков. Плащ амилорский, табакерка… вот про табакерку не знаю, – размышляла Треллия.

– Табакерка! – Адиона от напряжения тёрла виски ладонями. – А помнишь, Фидия Бейсс говорила, что гномы любят минералы и растения?

– Да! Ты хочешь сказать?..

– Это не табакерка! Это хранилище пищевых минералов, не знаю, как там гномы её называют! – глаза Адионы торжествующе вспыхнули.

– Так! А плащ Амилора и шлем эльфов – это направление? От Амилора к эльфам? – попыталась продолжить рассуждение Треллия.

– Не думаю. Слишком запутанно получится. Не ясно, к каким эльфам, северным или южным, да и куда потом, непонятно. Тут что-то иное.

– О принадлежности к гномам табакерка указывает своим назначением. На что может указывать плащ и шлем?

– Плащ спасает от дождя, от холода, шлем от вражеских мечей и стрел.

– Ага! Значит, по пути к гномам должны быть дождь, холод и враги.

– Сел-Дикар! – почти хором выдохнули обе девушки.

– Тогда на границе Эллирии было полно орков-разбойников! – восторженно прошептала Адиона.

– Тогда немедленно вперёд! – поднялась со своего поваленного ствола Треллия.

– Дождёмся утра, – предложила Адиона.

– Думаешь, этот Варгат Орх не ищет гномов? – спросила Треллия, в упор глядя на Адиону.

– Думаю, что ему Меч нужен так же, как и нам. И если он ищет гномов, то он их найдёт.

– Тогда мы немедленно должны идти.

– Да. Пойдём, – спокойно ответила Адиона, забрасывая уже почти прогоревший костёр землёй.

Когда костёр был потушен, девушки взобрались на ближайший холм, чтобы в последний раз взглянуть на город Тенистых Холмов. Отсюда он смотрелся белесоватым облачком, лежавшим у подножия замка Орх. И лишь несколько золотистых огоньков, горевших в чьих-то окнах, говорили о том, что это город, и там живут люди.

– Интересно, как там Зилора? – задумчиво произнесла Адиона. – Я хотела сделать ей какой-нибудь подарок на прощание, когда буду уходить отсюда. А вот сейчас приходится уходить, даже не попрощавшись, – печально улыбнулась она.

– А давай попробуем связаться с ней телепатически. Ведь мы же учились концентрации, а это основа телепатии, – радостно предложила Треллия.

– Давай! Вдруг получится? – обрадовалась Адиона.

Адиона прикрыла глаза и попробовала представить себе Зилору. Затем она сосредоточилась на тепле, которое излучал образ Зилоры. Внезапно и образ Зилоры, и тьма вокруг него исчезли. Перед Адионой оказалась реальная Зилора, из плоти и крови. Девочка смотрела в глаза Адионы, и, казалось, Адиона могла в них прочесть боль от осознания предстоящей разлуки и страх за саму Адиону и её подругу. Единственное, что в происходящем указывало на его магическое происхождение – это слабое свечение вокруг тела Зилоры.

– Привет! – как и во время первой встречи, сказала Адиона.

– Привет! – так же ответила Зилора. – У тебя неплохо получилось связаться со мной, даже не представляю, как ты смогла так быстро освоить телепатию!

– Я ухожу, – Адиона увидела, как в глазах Зилоры мелькнула искорка печали.

– Я знаю, – кивнула она. – Тебе нужно как можно скорее найти гномов и завладеть Мечом. Варгат Орх тоже ищет их.

– Вот как! – изумилась Адиона.

– Да. Но пока он не знает, где их искать. Торопись.

– Хорошо. Мы уходим немедленно.

– Желаю тебе удачи. Будь осторожна.

– Постой! – Адиона удивлённо заглянула в глаза Зилоры.

– Так ты всё знаешь? Откуда? Я же не говорила тебе.

– При телепатическом общении все мысли собеседника открыты, – улыбнулась девочка. – Помни об этом всегда, когда открываешь канал телепатии. А теперь торопитесь: Варгат Орх может идти за вами по пятам. Не забывайте о его шпионах.

Образ Зилоры исчез, и несколько секунд перед глазами Адионы была стена кромешной темноты. Однако вскоре сквозь тьму стали проступать силуэты ночной природы, а также силуэт Треллии, стоящей в нескольких шагах от Адионы. Когда тьма развеялась окончательно, принцесса заметила тот интерес и удивление, с которым Треллия глядела на свою подругу.

– Что-то случилось, пока я говорила с Зилорой? – удивлённо спросила подругу Адиона.

– Ты вся светилась. Была бледная как привидение и светилась, – Треллия подошла к подруге и прикоснулась к ней, как бы проверяя, не видение ли перед нею. – Ты говорила с Зилорой? – спросила она, убедившись, что перед ней не призрак.

– Да. Причём это было у меня впервые в жизни, но так отчётливо…

– Думаю, тебе помогает Меч Орха, – Треллия сказала это нерешительно, как бы раздумывая, но Адиона утвердительно закивала головой.

– Думаю, не обошлось без его помощи, – тихо произнесла она, затем взглянула в сторону замка: – Нам просто необходимо его достать, и он это чувствует и зовёт нас. Если им мы не завладеем, то им завладеет Орх.

– Тогда пошли скорее. Вперёд, пока нас не опередили, – потянула подругу Треллия.

– Да. Пойдём, – ответила Адиона, в последний раз взглянув в сторону замка и мысленно попрощавшись со всеми, с кем связала её эта молчаливая громада, мрачно возвышающаяся над Тёмными холмами, а теперь и над всем Амилором.

Глава 12

Дорога на Сел-Дикар начиналась за Мирингардом. Сначала вверх по Яр-реке, затем, уже в землях орков, нужно было свернуть левее, и далее почти через всю Эллирию, всё выше и выше в горы. Там и находилась эта загадочная горная страна Сел-Дикар, мифы о которой были перемешаны с реальностью настолько, что многие уже всерьёз сомневались в её существовании. И только изделия северных эльфов, выполненные из металла Сел-Дикара, указывали на его существование.

Но до самого Мирингарда было ещё далеко.

Уже рассвело, когда девушки миновали долину Жёлтокаменного ручья и вышли к небольшой деревне. Праздничные платьица промокли от утренней росы, и несмотря на то, что от быстрой ходьбы девушкам было жарко, решено было сделать остановку, чтобы обсохнуть и немного передохнуть, а если повезёт, то и запастись продовольствием – хотя бы на первое время.

Маленькие белые домики, утопающие в осенних цветах и жёлтой листве деревьев, встретили девушек тишиной, такой странной для раннего утра, что Адиона и Треллия остановились не доходя до деревни и, настороженно вглядываясь в тишину и спокойствие деревенских улиц, наблюдали, пытаясь понять причину такой страной тишины.

Высокая трава полностью скрывала девушек от посторонних глаз, и они могли стоять в полный рост, пристально разглядывая происходящее.

– Тут нет никого, – первой нарушила напряжённое молчание Треллия.

– Почему ты так решила? – вполголоса переспросила Адиона.

– Скотину не слышно, – настороженно произнесла Треллия, пристально всматриваясь вдаль. – Ни коров, ни собак не слышно. Даже кур нет. Да и трава в полный рост возле деревни быть не может. Её или скосили бы или вытоптали.

– Ты права, – Адиона совсем перешла на шёпот. – Судя по траве, тут никого нет уже не меньше недели.

– Точнее, около десяти дней, – поправила подругу Треллия.

Девушки ещё раз внимательно оглядели видимую часть деревни и осторожно начали приближаться к старой покосившейся плетёной изгороди, отделявшей деревню от всего остального мира.

Странная тишина как будто бы поглотила их, едва они пересекли невидимую границу. Медленно двигаясь вдоль стены дома, так, чтобы оставаться незамеченными, девушки вошли во внутренний дворик, хранящий следы былого уюта. Но картина, открывшаяся перед ними, не оставляла никаких сомнений, что хозяева уходили в спешке, пытаясь захватить лишь самое ценное.

Повсюду самым невероятным образом были разбросаны тюки и коробки с нехитрыми пожитками, которые, очевидно, в спешке собирали, да в последний момент решили выбросить, освобождая место для чего-то более ценного или просто не желая обременять свою лошадь непомерно тяжёлой поклажей.

Заглянув на небольшой огород возле дома, девушки обнаружили, что, покидая нажитое место, хозяева оставили почти весь урожай нетронутым. В спешке они захватили лишь несколько кочанов капусты, да кое-где на грядках с морковью и свёклой виднелись небольшие проплешины, свидетельствовавшие о том, что дальнейшая судьба как урожая, так и всего огорода уже мало заботила его хозяев.

Оглядев таким образом несколько домов, девушки обнаружили абсолютно одинаковую картину, свидетельствовавшую об удивительно поспешном отъезде всех жителей деревни.

В самих домах царил такой же беспорядок, и девушки после некоторых колебаний всё же решили подыскать себе кое-какое снаряжение, которое могло бы пригодиться им на пути в Сел-Дикар.

После недолгих поисков пара неплохих дорожных сумок и пара прекрасных тёплых плащей уже пополнила их нехитрый багаж.

Была середина дня, когда сумки девушек наполнились до предела кое-какими вещами, которые могли бы пригодиться им в дороге, да теми продуктами, что посчастливилось обнаружить в брошенных домах. Найдя подходящий домик, небольшой, с красной черепичной крышей, в котором беспорядок почти отсутствовал, Адиона и Треллия решили немного отдохнуть и перекусить.

Из набранной на заброшенном огороде картошки и найденного в кладовой дома запаса сушёного мяса подруги решили приготовить похлёбку, тем более что сухие дрова для растопки печи лежали тут же, рядом.

Едва в комнате послышалось тихое потрескивание разгорающегося огня и воздух наполнился приятным сладковато-горьким ароматом дымка от лихо занявшихся огнём поленьев, Адиона тут же почувствовала, что за последние сутки она устала так сильно, как не уставала, наверное, за всю жизнь. Глаза её сами собой затуманились, веки отяжелели, а тело стало безвольным, будто наполненным ватой.

Едва раскрыв рот, чтобы что-то сказать Треллии, девушка не заметила, как тут же погрузилась в сон, так и не успев вымолвить ни слова.

Более выносливая, с деревенской закалкой Треллия всё же успела приготовить мясо, но сон сломил и её. Вытащив из печи на стол дымящийся горшочек, Треллия присела в удобное деревянное кресло, стоящее возле окна, и тут же уснула самым крепким и беспечным сном.

Так прошло несколько часов. Девочки спали, и ничто не тревожило их сон. Адиона видела во сне Мирингард, дом, отца… Отец стоял возле камина, в той самой комнате, в которой Адиона простилась с ним, уезжая в замок Орх. Он стоял и улыбался, так тепло, так по-домашнему, что девушке захотелось протянуть к нему руки и сквозь сон прижаться к сильному, могучему плечу отца. Прижаться и зарыдать, рассказав всё: о том, как они с Треллией бежали от солдат Варгата Орха, пробираясь к замку, как ночевали в канаве в нарядных праздничных платьях, как рыдали, увидев смерть Фидии Бейсс, и как бежали в ночи сквозь колючий кустарник, в кровь раздирая руки и ноги… Многое хотела рассказать отцу Адиона, но внезапно из сумрака тёмных углов комнаты, в которой стоял отец, начали появляться зловещие тёмные силуэты. Отец стоял и улыбался возле камина и, казалось, не замечал, как вся комната постепенно наполнилась мрачными тенями воинов Варгата Орха. Чёрные и безмолвные, они медленно приближались к камину, окружая фигуру улыбающегося отца.

– Спасайся, беги! Папа, опасность! Ты слышишь меня, папа?! – кричала отцу Адиона. Но отец не слышал, а только продолжал улыбаться доброй счастливой улыбкой.

– Папа, берегись!!! – пыталась докричаться сквозь сон несчастная девушка.

Внезапно комната исчезла. Адиона увидела, как мрачные чёрные силуэты воинов пробираются сквозь лесную чащу, сквозь кустарник и бурелом, идут по берегу Жёлтокаменного ручья… Идут к той заброшенной деревне, где укрылись от холода две несчастные девушки. Адиона вздрогнула и широко распахнула глаза. Сон пропал так же мгновенно, как и наступил. Треллия всё ещё спала, свернувшись в огромном деревянном кресле калачиком и смешно двигая во сне губами. Адиона кинулась к подруге и принялась трясти её за плечо, пытаясь разбудить.

Треллия нехотя открыла глаза, затем медленно попыталась отстранить от себя Ад поп у – но, убедившись в безуспешности таких попыток, наконец села и попыталась прогнать остатки всё ещё продолжающегося сна.

– Вставай, уходим! Быстрее! Сюда идут солдаты Орха! – кричала Адиона подруге, уже на ходу бросая ей недавно найденную дорожную сумку и накидывая на свои плечи тёплый дорожный плащ. – Бежим, быстрее! – только и кричала она, то и дело подбегая к Треллии и тормоша в надежде побыстрее прогнать остатки её сна.

Наконец ей это удалось, и Треллия, осознав всю степень опасности, начала так же стремительно собираться в дорогу, не задавая лишних вопросов.

Буквально с порога, убегая, она оглянулась и, в последний раз окинув быстрым взглядом комнату, улыбнулась, глядя на не тронутый горшочек с ещё тёплым мясом.

– А вот этого я им не оставлю ни за что! – усмехнулась она и, завернув горшочек в мягкое, расшитое цветными узорами полотенце, отправила его в свою дорожную сумку.

За деревней дорога раздваивалась. Девушки выбрали ту, что возвращалась к Жёлтокаменному ручью, в надежде, что, пробежав по его руслу, они смогут сбить со следа зловещих ищеек Орха.

Не чуя под собою ног, девушки бежали по этой дороге до тех пор, пока из-за плотной стены кустов не показалась узкая полоска мутноватой воды. Осторожно, чтобы не поскользнуться, беглянки спустились по крутым берегам в самую середину быстрого и мутного потока и побежали вниз по течению, в надежде сбить со следа своих врагов.

Холодная осенняя вода, казалось, помогала девушкам бежать быстрее. Но дно Жёлтокаменного ручья сводило на нет эту помощь. Всё оно было покрыто небольшими камнями округлой формы. Камни же эти целиком были покрыты скользкими зелёными водорослями, бег по которым был скорее похож на осторожное перешагивание с камня на камень и постоянное балансирование с риском поскользнуться и упасть в холодную воду.

– Откуда ты узнала про солдат? – не переставая бежать, спросила подругу уже окончательно пришедшая в себя Треллия.

– Это Меч. Он опять предупредил меня. Теперь уже во сне, – ответила Адиона, так же лавируя между большими камнями и старательно держа равновесие во время прыжков с камня на камень.

– То есть ты увидела это во сне? – переспросила Треллия.

– Да. Но это был не обычный сон, – говорила Адиона, – это было как наяву. Вначале я увидела отца, потом появились тени, потом я увидела чёрных солдат, идущих в деревню.

– Ты уверена, что это тебе не просто приснилось? – недоверчиво поинтересовалась Треллия, осторожно прыгая с очередного скользкого камня на другой такой же, едва видимый из-под воды.

– Уверена. Я его тоже чувствую. Это был Меч.

– Думаешь, они нас по дыму определили? – Треллия уже начала что-то понимать в сбивчивом рассказе Адионы.

– Думаю, да. Не могу поверить в то, что мы допустили такую беспечность.

– Ага! Тоже мне маги-разведчики! – усмехнулась Треллия и, поскользнувшись, упала в осеннюю воду Жёлтокаменного ручья.

От неожиданности она вскрикнула, чувствуя, как струи холодной воды внезапно охватили всё её тело. Адиона поспешила на выручку подруге, когда та, стоя по горло в воде, делала безуспешные попытки снова взобраться на скользкий камень.

– Давай руку! – крикнула она, протягивая подруге руку. Треллия ухватила руку подруги и снова попыталась выбраться из воды, подпрыгивая и стараясь зацепиться ногами за камень. Но после нескольких неудачных попыток подруги оставили эту затею, и Треллия, уже не разбирая дороги, прямо по дну направилась к противоположному берегу ручья. Следом за нею по камням перескакивала Адиона, уже и сама насквозь промокшая.

– Бежим! – крикнула на ухо подруге Адиона, едва они достигли берега, и, схватив её за руку, потащила прямо через заросли какого-то кустарника в самую глубь лесной чащи.

– Бежим, бежим, только не останавливайся! Двигайся, тогда согреешься! – твердила она, увлекая за собой подругу в самую чащу, прочь от ручья, по которому, возможно, уже движется погоня.

Два сильнейших желания господствовали сейчас в сознании девушек. Первое – это желание поскорее спрятаться куда-нибудь от окружающей их опасности, а второе – это желание двигаться, чтобы хоть как-то согреться после невольного купания в ледяной воде.

Девушки бежали, лавируя в лабиринте деревьев и огромных желтых камней, как будто кем-то разбросанных по всей округе. Собственно, из-за этих камней, громоздившихся друг на друга, так, будто бы кто-то очень большой разметал по всей округе несколько огромных жёлтых скал, Жёлтокаменный ручей и получил такое странное название.

Постепенно лес редел. Камней становилось всё больше, и их нагромождения были всё причудливее. Девушки остановились возле огромной скалы, вероятно, и бывшей одной из источников бесчисленных каменных россыпей по всей округе. Огромные, отколовшиеся когда-то от скалы прародительницы, каменные глыбы лежали друг на друге таким удивительным образом, что под ними сама собой образовалась маленькая пещерка, больше походившая даже на небольшой домик. И домик этот был расположен так удобно, что из окошка, образованного краями каменных глыб, вся поляна была видна как на ладони, а само убежище оказалось абсолютно незаметно, даже если подойти к нему почти вплотную.

Тут подруги и решили провести предстоящую ночь, высушить промокшую одежду и привести себя в порядок. Уже имея неприятный опыт в похожей ситуации, костёр решили не разводить. Мокрую одежду разложили прямо на камнях. А для того, чтобы не замёрзнуть, закутались в огромное шерстяное одеяло, предусмотрительно захваченное Адионой, и к счастью, оставшееся почти сухим в ее дорожной сумке.

К великой радости девушек, с завёрнутым в полотенце горшочком в сумке Треллии ничего не случилось. Вода Жёлтокаменного ручья так и не попала под крышку, старательно прижатую огромным узорчатым полотенцем. Плотно поужинав, девушки тут же уснули, завернувшись в одеяло.

Ночь накрыла своим чёрным крылом и лес, и поляну, и причудливые нагромождения жёлтых камней. Непроглядная тьма окутала всё вокруг. Даже Луна, единственный желтый глаз Ночи – и та была скрыта от мира за густою пеленой тёмно-серых грозовых туч, неизвестно откуда прилетевших, но по-хозяйски бесцеремонно закрывших собою всё небо. Ни звёздочки, ни самого тонкого лучика луны не проглядывало сквозь мрачную и холодную стену, отделившую бренный земной мир, населённый разнообразными и удивительными существами, от бескрайних небесных далей, уходящих в бесконечную неизвестность космоса.

Гроза началась внезапно. Яркая вспышка молнии всего на мгновение осветила лес, выделив в нем каждый листик, каждую травинку. А всего через мгновение после этого на землю рухнула тяжёлая и холодная лавина дождя. Будто сотни маленьких барабанщиков затрещали по опавшим осенним листьям, по камням и веткам деревьев. И следом за этой барабанной дробью небо разорвалось тяжёлой раскатистой канонадой грома. Гром прогремел где-то рядом, разбудив девушек. Окончательно прогнав остатки сна, Адиона почувствовала, как, сжимаясь в комочек от беспощадно наступавшего холода, всё сильнее и сильнее дрожит мелкой дрожью её подруга.

Всю ночь была гроза, и лишь под утро, когда стало светать, барабанная дробь дождевых капель стала звучать всё тише и тише. Вскоре дождь кончился. Адиона по-прежнему прижимала к себе трясущуюся мелкой дрожью Треллию, стараясь согреть её, но бледное лицо и горячий лоб девушки говорили о том, что болезнь уже так просто не отступит.

– Потерпи, потрепи, я сейчас, – девушка бросилась собирать всё, чем можно было укрыть и согреть подругу. Чудесный плащ, подаренный Фили ей Бейсс Треллии, был насквозь мокрым и совершенно не годился в качестве согревающего средства, но, к счастью, такой же плащ Аминель, лежавший на самом дне её дорожной сумки, остался совершенно сухим. В него и укуталась дрожащая от холода Треллия.

Едва согревающая поверхность плаща коснулась тела Треллии, как девушка тут же погрузилась в глубокий целительный сон.

Пока подруга спала, Адиона решила осмотреть окрестности их импровизированного жилища. Желтые листья, желтые скалы и – меж ними – серые стволы деревьев окружали импровизированное жилище беглянок. Вдалеке слышалось журчание Жёлтокаменного ручья. Именно туда и пошла Адиона. Небольшая лесная речушка встретила девушку намного приветливее, чем накануне. Осторожно ступая на холодные плоские камни, слегка выступающие из воды, Адиона отошла подальше от берега, и, присев на корточки, стала умываться. Ледяная осенняя вода приятно обжигала лицо и руки, наполняя тело утренней свежестью.

Внезапно Адиона остановилась и замерла. Уже знакомое ей чувство опасности, неизвестно откуда появившееся, заставило её оглядеться по сторонам. То, что она увидела, заставило ее на мгновение оцепенеть от ужаса, но уже через миг она стремглав мчалась вглубь леса, туда, где оставила свою спящую подругу. А по ту сторону реки то тут, то там среди серых стволов деревьев бесшумно мелькали чёрные плащи армии Варгата Орха.

Однако, пробежав всего несколько шагов, девушка снова замерла от ужаса. Чёрные плащи маячили уже повсюду. Бесшумно, словно чёрные тени, они двигались от дерева к дереву, внимательно изучая каждую травинку, каждую веточку в лесу. Чёрные плащи медленно приближались к Адионе. Понимая всю тщетность попыток укрыться хоть куда-нибудь, она знала, что чёрные воины уже напали на её след и сейчас просто возьмут и её и Треллию – и если не убьют сразу, то сделают это после того, как доставят их Варгату Орху.

Со своей участью Адиона почти смирилась, но отдать в лапы этим чудовищам свою больную подругу она не могла. Выбежав на открытое место, так, чтобы её хорошо видели, Адиона изо всех сил закричала и замахала руками: «Эй, вы, я здесь, идите сюда!»

Но, к своему великому изумлению, ни одна чёрная тень даже не колыхнулась в сторону девушки.

– Не волнуйся, они не видят и не слышат тебя, и твою подругу они тоже не заметят, – отчётливо произнес чей-то голос прямо в голове Адионы.

Девушка была так напугана, что не сразу поняла, что произошло. Чёрные солдаты и правда прошли мимо, будто принцесса Адиона и не стояла прямо перед их носом.

Только лишь когда последний чёрный плащ скрылся из виду, она начала различать едва уловимые очертания высокой женской фигуры. Среди жёлтых камней и деревьев она казалась лёгкой, едва уловимой прозрачной дымкой. Приближаясь к тому месту, где стояла Адиона, фигура постепенно становилась всё отчётливее. Уже через несколько шагов стало ясно, что призрачная фигура принадлежит высокой молодой девушке. Густые, светлые, с зеленоватым отливом волосы странной обитательницы леса, казалось, стекали бурным водопадом по плечам и терялись в плотных клубах голубоватого тумана на уровне пояса. Лицо её пока было видно не достаточно отчётливо, но всё-таки уже угадывались огромные синие немного печальные глаза девушки, как два родника излучающие доброту и спокойствие. Губы её что-то шептали, но слова странным образом появлялись сразу же в голове Адионы.

– Не бойся, я Ламирана – фея, хранительница Жёлтокаменного ручья. Ты в безопасности. Чёрные стражи тебя не видят.

– А что с Треллией? Где она? – почти выкрикнула Адиона, но не услышала своего голоса.

– Не волнуйся, я её тоже спрятала. Она в безопасности, – так же беззвучно ответила Ламирана. Речь её была так легка и спокойна, что Адиона, слушая её, начала дышать ровнее, и постепенно совсем успокоилась.

Ламирана подошла ближе и протянула руку. Рука хранительницы Жёлтокаменного ручья оказалась прохладная и влажная. Но на Адиону это почему-то подействовало успокаивающе, едва она прикоснулась к руке феи.

– Пойдём, ты совсем продрогла, – всё так же беззвучно сказала она.

– А как же моя подруга? – переспросила Адиона.

– За неё не беспокойся. Нежить её не увидит, – ответила фея, подводя девушку к совершенно гладкой скале. Проведя рукой по ровной поверхности камня, хранительница вошла в него, увлекая за собой принцессу.

Девушки оказались в просторной комнате без окон и дверей, однако несмотря на это вся комната была залита светом, странным образом исходившим неизвестно откуда.

В центре комнаты находился небольшой круглый столик и несколько резных кресел. Остальное пространство комнаты утопало в цветах, которые росли, казалось, прямо из пола. Но внимательная Адиона сумела рассмотреть небольшие продолговатые ящички, почти полностью вкопанные в землю: из них-то и росли разнообразные удивительные цветы. Откуда-то доносился приятный шум фонтана, пение птиц, неожиданно пробежал лёгкий ветерок.

Только сейчас Адиона поняла, что они находятся на террасе приземистого домика, сложенного из таких же жёлтых камней, что были разбросаны по всей долине Жёлтокаменного ручья.

– Проходи, – ласково и властно произнесла Ламирана. – Моё скромное жилище сможет укрыть вас от нежити, и здесь вы сможете отдохнуть и привести себя в порядок.

С этим словами Ламирана отвела в сторону пышную ветку какого-то южного фруктового дерева, растущего прямо перед окнами жёлтокаменного домика, и сквозь открытое окошко Адиона увидела в самой глубине комнаты мирно спящую Треллию.

Глава 13

Крейн Норринг, король Амилора, открыл глаза. Сделать это было довольно трудно из-за запёкшейся крови, которая склеивала веки так, что королю пришлось довольно долго, скрипя зубами от боли, отрывать бурую кровавую корку. Но не от физической боли стонал король. Боль душевная, боль от сознания той опасности, что угрожала его дочери, боль от предательства друга были куда сильнее любой физической боли.

Король открыл глаза. Перед ним была всё та же кромешная тьма, что и раньше. Крейн Норринг приподнялся на руках и попытался сесть. Осторожно, рукой, в темноте он нащупал холодную каменную стену и сел, прислонившись к ней плечом. Только сейчас он почувствовал жуткую головную боль, которая, пульсируя, то нарастала, то становилась меньше, уходя куда-то вглубь. Инстинктивно обняв голову руками, Крейн Норринг ощутил что-то вязкое и липкое, покрывавшее почти всю голову.

– Кровь, – подумал он. – Должно быть, много вытекло. Интересно, где я нахожусь? Ах, ну да, – сквозь боль улыбнулся он, изучая на ощупь окружающее его пространство, – тюремная камера! Варгат и тут не смог придумать ничего оригинального…

Испачканные кровью сильные пальцы Крейна Норринга не спеша ощупывали каменный пол и стены камеры, пока король не изучил всё окружавшее его пространство.

– Ну да. Каменный мешок, из которого невозможно выбраться, – заключил он, грустно усмехнувшись.

Сколько прошло времени, король так и не смог определить. Решая, что делать в такой ситуации, он сидел прямо на полу в углу камеры, когда внезапно его отвлёк звук ключа, открывающего дверь. Король напрягся, попытался встать, но большая потеря крови лишила сил даже такого крепкого человека, как Крейн Норринг. Поэтому он остался сидеть на полу в углу своей камеры.

Тяжело лязгнув, кованая дверь отворилась, и яркий луч света на какое-то время ослепил узника. Когда король пришёл в себя, его уже тащили по коридору, взяв под руки, два огромных солдата в чёрных балахонах из его же собственной охраны.

Солдаты толкнули узника в большую, и светлую комнату, в которой он сразу же узнал кабинет Начальника тюрьмы. В этом кабинете доводилось бывать ему и раньше, во время допроса особо важных заключённых или во время проверок тюремного режима. Сейчас в качестве заключённого привели его самого.

– Интересно, кто меня будет допрашивать? – подумал Крейн Норринг, пытаясь подняться с пола и оглядывая кабинет. В глубине его находился огромный тяжёлый стол из тёмного дерева. Стол начальника тюрьмы. Сейчас за ним сидел сам Варгат Орх.

Некоторое время два человека смотрели друг на друга. Один, призванный охранять, но предавший, другой, безмерно доверявший, но преданный, лежавший на полу. Наконец человек, сидевший за столом, первый нарушил молчание.

– Как вы себя чувствуете, Ваше Величество? – спокойно и с вежливой улыбкой спросил он. – Надеюсь, мои солдаты не сделали Вам слишком больно? Уверяю Вас, они не знали, что Вы – это Вы. Они считали, что тащат на допрос обычного воришку.

Человек, лежащий на полу, немного приподнялся на руках, чтобы лучше видеть собеседника.

– Благодарю тебя за заботу, дружище Орх. Теперь я вижу, что безопасность короля Амилора тебя по-прежнему волнует, – с сарказмом произнёс король, и от его шутки рот Варгата Орха перекосило в злобной и кривой ухмылке.

– Не беспокойтесь, Ваше Величество, – пытаясь найти в себе силы и спокойствие, отвечал Орх, – здесь Вы можете чувствовать себя в такой безопасности, как нигде в Амилоре. Ведь народ всё ещё считает Вас королём. Считает, и поэтому за всё, что творится сейчас в стране, люди проклинают и ненавидят Вас, Ваше Величество, Вас, а не меня. Так что лучше Вам сидеть в своей камере тихо и даже не пытаться никому сообщить, кто Вы на самом деле. Отныне и навсегда вы, Ваше Величество, обычный воришка, каких много в Мирингарде, и советую Вам навсегда забыть, что вы когда-то были королём Амилора. Забыть в целях вашей же безопасности, – говоривший засмеялся ехидным, суховатым смехом, очевидно, оставшись довольным остроумием своего ответа на колкость короля.

Человек, лежащий на полу, застонал от боли. Ему стал понятен нехитрый план Варгата Орха. Глядя на то, как стонет лежащий на полу человек, Варгат Орх засмеялся ещё более громко и уверенно. Его подлость достигла своей цели, и первая часть плана удалась.

Глядя на лежащего на полу и стонущего от боли человека, Варгат Орх окончательно осмелел и встал из-за стола.

– Тебе больно? – уже другим, более уверенным в себе тоном начал он, неожиданно даже для себя перейдя на «ты». – Но я всего лишь взял себе своё. Да, своё! – почти прокричал Орх.

– Сотни лет мои предки охраняли не только трон Амилора. Они берегли сам Амилор от врагов внешних и внутренних. Кто раскрывал заговоры, кто выслеживал шпионов и лазутчиков? Кто сделал Амилор непобедимым? Кто?! – почти кричал Варгат Орх.

– Кто? – тихо переспросил человек на полу. – Твой отец, твой дед, твой прадед, они защищали и трон Амилора, и сам Амилор, но не ты Варгат, нет. Всё, что ты сделал для Амилора, так это предал его короля, – он хотел сказать что-то ещё, но силы покинули его, и король замолчал.

– Предал короля? – тут же перебил его Орх. – Да, я предал короля. Я захватил то, что по праву должно принадлежать нам, Орхам, а не каким-то там Норрингам. Трон Амилора по праву наш, потому что мы его защищали, мы, Орхи, больше вас достойны владеть Амилор ом! – последнюю фразу Варгат Орх прокричал почти на ухо Крейну Норрингу.

– Может быть, и так. Время покажет, кто достоин больше, Варгат, но запомни, владеть Амилором ты не будешь никогда. Никто не будет владеть Амилором, – говоривший медленно закрыл глаза. – Отведи меня обратно в камеру, я больше не хочу говорить с тобой, – спокойно произнёс он и замолчал.

– Ну, это мы ещё посмотрим, буду я владеть Амилором или нет! – почти прошипел Варгат Орх. – Это мы посмотрим! В камеру тебя отправить? Размечтался! Ты мне ещё сейчас расскажешь, где твоя дочь! – захлёбываясь злостью, шипел Орх.

Потрескавшиеся губы Крейна Норринга сквозь боль растянулись в улыбке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.