# Исчезнувший остров. Зов Белой Крови

Айрис Нэш

«Кровь твоя алая, точно у других, но ты даже можешь не догадываться, что именно ТЫ на самом деле обладатель «Белой крови». И Мёртвый остров найдёт тебя и призовёт к себе. Это лишь вопрос времени…»Юная девушка-альбиноска Эмили, однажды выжившая при мистических обстоятельствах, случайно раскрыла тайну прекрасного острова, исчезнувшего когда-то с лица нашей планеты. Этот остров призывает людей, чья душа чиста, будто утренняя роса – людей с Белой кровью. Здесь процветают королевства и неведомые доселе расы, царят волшебство и магия. Но всё ли так гладко, как кажется на первый взгляд? Именно здесь и начинаются настоящие приключения Эмили! Ей предстоит в прямом смысле научиться жить заново и познать сладость любви и горечь предательства, найти себя и исполнить своё истинное предназначение!

С чистой кровью юная дева,

Чей лик белей белого снега,

Скоро ступит на Землю Святую,

Сулив всем мирам весть роковую,

Что ныне порядок давно нерушимый

Рассыплется в прах невозвратимый.

И ей лишь дано управлять силой той,

Что принесёт нам иль мрак иль покой…


Из предсказаний Баррильды,

старой шермьской ведьмы

## Часть I. Шрамы прошлого

### Глава 1. Эта странная ночь…

Началось всё одним, пожалуй, не самым обычным вечером – вечером, когда не должен был выжить никто.

В небольшом магазинчике на заправке ничем не примечательного провинциального городка на юге Англии работала только одна касса. Маленькая белокурая девочка-альбинос шести лет по имени Эмили вместе со своими родителями замыкала собравшуюся очередь. Она терпеливо стояла в ожидании, обеими руками держась за подол маминого пальто, и скучающе разглядывала единственное витринное окно. Очередной весенний вечер выдался очень дождливым. Тяжёлые капли назойливо стучали по тёмному большому стеклу, через которое изредка просачивался размытый свет фар проносящихся мимо автомобилей.

Очень быстро однообразная картина наскучила девочке, и она принялась рассматривать всё помещение. Удивительно, но, уже мельком оглядевшись по сторонам, Эмили обнаружила, что всё здесь было ей очень знакомо. Именно это и было очень странным, ведь она никогда не была раньше ни в этом магазине, ни в этом районе. И даже люди, которые стояли впереди, тоже казались девочке какими-то знакомыми, хотя попытки вспомнить, где же она их видела, так ни к чему не привели.

Что-то в подсознании заставило Эмили снова взглянуть в окно, и именно в этот момент совершенно неожиданно белая вспышка молнии ударила по глазам, подсветив чёткий чёрный силуэт человека, стоящего снаружи. В то же мгновение на доли секунды потух свет в магазине, и малышка тут же прижалась к маме. Зажмурившись изо всех сил и крепко обхватив её руками, она пыталась скорее избавиться от охватившего ужаса и мурашек. Когда лампы снова исправно заработали, Эмили бросила короткий испуганный взгляд в сторону окна, но человек испарился, словно мираж. Однако этот странный силуэт отчётливо врезался в её память: девочке до сих пор казалось, что он по-прежнему стоит там, прямо под проливным дождём, и наблюдает за посетителями. Эмили прижалась к маме ещё сильнее, и та ласково погладила её руки: женщина прекрасно знала, как сильно её дочь боится грозы.

Но сейчас ей было страшно не столько из-за бушующей стихии, сколько из-за внезапно родившегося предчувствия, что вот-вот должно произойти что-то очень ужасное. Откуда же взялась эта противная, навязчивая мысль? Мысль, от которой никуда не спрятаться… Что за человек был за окном? И где же гром, который по обыкновению должен прозвучать в первые секунды после молнии? В тревожном ожидании, девочка внимательно вслушивалась во всё, что происходило вокруг. Дождь по-прежнему монотонно стучал в окно мелкой дробью. Кассирша пробила чек и вежливо поблагодарила за покупку очередного покупателя, зашуршал пакет на кассе… Магазин наполняли самые обыденные, повседневные звуки. Но даже слабого и отдалённого раската грома так и не донеслось до чуткого детского слуха.

«Что-то не так… Дежавю…» – в голове Эмили зародилась мысль, что всё это когда-то уже происходило.

Перезвон колокольчиков над входной дверью. Очевидно, вошёл ещё один покупатель и, судя по уверенным шагам, направился прямо к кассе, минуя всю очередь.

«Мама, папа… Мои родители… – внезапно она начала вспоминать. – Они же умерли! Да и мне уже давно не шесть лет… Но что это тогда? Сон! Да, точно. Это просто сон! Воспоминание о том ужасном дне…»

– Сэр, встаньте, пожалуйста, в очередь, – строго прозвучал женский голос.

Вдруг Эмили поняла, что надо делать. Необходимо как можно скорее оторваться от мамы и разглядеть только что вошедшего человека. Но теперь, когда каждая секунда была на счету, тело отказывалось двигаться с места и не могло даже хоть чуточку пошевелиться! Оно словно окаменело! Девочка так и осталась примкнувшей к маме и зажмурившей глаза. «Ну же, скорее!» – думала про себя она, но тело ни в какую не хотело подчиняться приказам.

– Что вы себе позволяете?! – кассирша начала возмущаться и кричать. – Это моё! Я сейчас вызову охрану!

Эмили сделала ещё одно усилие, пытаясь управлять собой, и тело наконец поддалось. Девочка открыла глаза и, выглянув из-за мамы, попыталась посмотреть на этого человека. Но мама тут же заслонила её спиной, и она не смогла сопротивляться, мельком успев увидеть лишь спину и капюшон незнакомца, одетого во всё чёрное.

Дальше события разворачивались очень быстро. Мама начала пятиться назад, потихоньку подталкивая дочку к выходу, покупатели впали в самую настоящую панику, принялись истерически кричать и звать на помощь, а кто-то побежал к входной двери.

– Стоять! – прогрохотал чей-то властный голос, полный гнева, и бегущий человек тут же упал замертво.

Мама девочки крепко прижала её к себе руками. Крики постепенно утихали, и через несколько мгновений остался лишь один голос, молящий:

– Только не трогай дочь! Слышишь! ТОЛЬКО НЕ ЕЁ! – завопила женщина, и после этих слов её тело безжизненно обмякло, и она упала.

– Мама! – прокричала Эмили, по-прежнему сжимая в кулачке подол её плаща, и вдруг увидела, как за ней лежит её отец.

Теперь она вспомнила всё до мелочей, до мельчайших деталей и знала, что произойдёт вскоре. Девочка осталась единственная в живых. Единственная, кроме этого убийцы.

Эмили пыталась сквозь слёзы вглядеться, рассмотреть лицо человека, только что убившего её родителей, но этого никак не получалось сделать. Она вглядывалась в него со всей силой, но лицо расплывалось, двоилось, и девочка не могла чётко сфокусировать на нём взгляд. Вот убийца подошёл совсем близко, а у неё по-прежнему не получалось сконцентрировать внимание и рассмотреть его.

– За что… – так и не смогла договорить несчастная девочка: все вокруг закружилось, потемнело в глазах, и она падала, падала… пока тьма совсем не поглотила её.


– Нет! – выкрикнула Эмили, резко сев в лежаке своей палатки и пытаясь отдышаться. Постепенно она пришла в себя и тихо, с ноткой обреченности в голосе, проговорила: – Опять этот сон…

Это была та же самая альбиноска, только повзрослевшая ровно на десять лет. Теперь она стала настоящей юной девушкой: хрупкой и нежной, как бутон ещё не раскрывшейся белой розы, с почти светящимися в ночном мраке от природной белизны вьющимися волосами до плеч. Белоснежные брови и ресницы она старательно прятала под длинной чёлкой. Эмили обладала кожей благородного фарфорового оттенка и необычайно красивыми глазами, цвет которых менялся в зависимости от освещения: от полупрозрачно-серо-голубого до жутковато красноватого. Разумеется, такую красоту мог понять далеко не каждый.

Она включила фонарик, нащупала в рюкзаке очки и, поспешно надев их, посмотрела время по своим старым наручным часам, кожаный ремешок которых уже сильно истёрся. «Ещё только час ночи, – думала девушка, небрежно смахнув забытые слёзы, – наши наверняка ещё не спят. Хотя что-то они подозрительно притихли… Не к добру это. Эх, и угораздило меня пойти в этот поход…» С разочарованием осознавая, что заснуть получится нескоро, Эмили выключила фонарь и плюхнулась на спину. Похоже, первая ночь вне дома давалась ей с огромным трудом.

– Как же я хочу домой… – с тоской выдохнула она и с головой погрузилась в воспоминания и раздумья. Ведь именно сегодня годовщина того злосчастного вечера…


Тем временем её бабушка, худощавая седовласая старушка с очень добрыми голубыми глазами, тревожно смотрела в распахнутое окно. Беспокойным взором она окидывала просторы своей скромной фермы, тихо дремлющие под звёздным небом. Последние апрельские деньки выдались на редкость ясными и тёплыми, но стоило солнцу покинуть небосвод, как вновь чувствовалось слабое дыхание ушедшей зимы. Но эта ночь была какой-то особенной и волшебно тихой. Ни травинку, ни листик сегодня не трогало дуновение даже самого слабого ветерка. Лишь пронзительные песни сверчков нарушали пленящее безмолвие, в котором пожилая женщина непостижимым образом чувствовала притаившуюся, невидимую опасность. Она перевела взгляд на конюшню, откуда только что донеслось недовольное ржание Лайта – коня Эмили. Похоже, и он был чем-то обеспокоен.

– Роуз, неужели ты ещё не спишь?! – вдруг послышался негодующий женский голос за спиной, подтверждающий, что этой ночью не спит никто.

Это была соседка по ферме – мисс Софи Хе́ндриксон, очень бойкая и добродушная женщина преклонных лет с ярко-рыжими пушистыми волосами, которые очень точно подчёркивают её яркую натуру.

– Не могу заснуть, – коротко отозвалась старушка, не отрывая взгляда от окна.

– Ну, ты уж постарайся! Я обещала твоей внучке, что пригляжу за тобой.

– Я говорила, что мне не нужна сиделка. Можешь идти домой, Софи. Силой тебя никто здесь не держит.

– Ладно тебе, не злись… Я принесла чай. Выкладывай, что случилось. Переживаешь за Белоснежку?

– Опять ты зовёшь её Белоснежкой…

– А что, ей нравится! – отмахнулась мисс Хендриксон, расставляя чашки на маленьком столике. – Значит, всё дело в ней?

– Признаться честно, да. Эми никогда не ночевала вне дома. Ни разу не ходила в поход с ребятами из школы. И уж тем более в лес…

– О, ей полезно будет развеяться! Она и так не отдыхает в последнее время. То за тобой ухаживает, то отправляется на подработки после школы! Это разве детство? А этот поход она так ждала!

– Знаю… Но у меня плохое предчувствие. Что-то должно случиться.

– Ну например? Роуз, не накручивай! – Женщина присела на кровать рядом со старой подругой, слегка приобняв её за плечи. – Говорю тебе, это пойдёт ей на пользу! Да и в любом случае, дети под присмотром учителя, ничего не случится.

– Софи, ты же знаешь Эми, она… она другая. Не такая, как её сверстники.

– Я знаю её с пелёнок. Да, она всегда была немного странной. Пожалуй, слишком уж доброй и мягкой. Но разве это плохо?

– Нет, это не плохо. Совсем не плохо. Плохо то, что Эми совершенно не может защитить себя… Она мне не рассказывает, но я-то знаю, что её обижают в школе. Я разговаривала с её тьютором и знаю, как её дразнят школьники из-за альбинизма… Это не повод для издёвок, но разве детям это объяснишь? Точно как и то, что человек не выбирает, каким ему родиться. Ох, Софи, как её только не обзывают там…

– Да, слышала. Соседские мальчишки зовут её «очкастым призраком», – не удержавшись, коротко хохотнула женщина. – Прости. Я всё понимаю, но это же дети! Она это переживёт и будет сама вспоминать со смехом.

– Ты правда так думаешь? Она единственная из всей параллели, кто не имеет сотового телефона…

– Ну вот, завела шарманку снова! Даже и не начинай своё нытьё про то, что ферма перестала приносить доход, потому что ты не в состоянии работать ни в саду, ни в поле… – передразнивая, пробубнила она. – Я уже выучила твои слова наизусть! Пойми наконец, ты не виновата ни в чём. Ты же прекрасно знаешь Эмили. Современные гаджеты, модные шмотки… всё это ей не нужно.

– Но…

– И никаких «но»! Она даже сама мне говорила, как рада тому, что живёт с тобой на ферме, в удалении от города, любопытных глаз и злых языков. Нам с тобой, кстати, не мешало бы у неё этому поучиться – быть счастливыми. Пойми же, Белоснежке нужно лишь, чтобы ты была рядом. И была как можно дольше. Ты же одна у неё осталась… Сегодня, если не ошибаюсь, годовщина гибели её родителей, так ведь?

– Да. – Старушка бережно взяла старую чёрно-белую фотографию в рамке со стола и нежно погладила. На выцветающем снимке молодые мужчина и женщина на веки застыли в счастливом мгновении. – Ровно десять лет прошло… Даже не верится, что столько времени утекло…

– И не говори! Ох, как сейчас помню тот ужасный вечер. Их убийцу так и не поймали ведь?

– Нет. У полиции не было ни единой зацепки. Зачем он это сделал… – Роуз сжалась и зажмурилась. – Столько невинных людей… и даже кассу не тронул. Зачем…

– Боюсь, никто этого уже не узнает. Но главное, твоя внучка выжила.

– Жаль только, что её показания полиция не восприняла в серьёз. Все думали, что у неё психологическая травма. «Убийца применил мощное электрошоковое оружие», – усмехнувшись, процетировала бабушка официальную версию. – Ох, Софи, Эмили в это уже давно поверила бы сама, если бы не этот сон… каждую ночь…

– Да, она мне рассказывала. Бедная девочка… Видеть смерть своих родителей снова и снова. Но то, как они погибли… Роуз, ты сама-то ей веришь? Веришь, что задействована какая-то мистика? – Софи внимательно посмотрела на свою подругу. – Ведь согласись, всё это более чем странно. Тем более дети склонны ко всяким выдумкам…

– У меня нет причин ей не верить. Этот сон снится ей каждую ночь после того вечера. Я знаю это. Порой я слышу, как она плачет, но стоит мне открыть дверь в её комнату, как она притворяется спящей. Иногда я думаю, что она этого просто не выдержит…

– Кажется, я поняла, к чему ты клонишь: ты просто считаешь свою внучку слабой.

– Нет, это не так!

– Это так, но поверь, она сильнее, чем ты думаешь. Иногда в самых хрупких силы больше, чем в самых крепких и сильных на вид. Вот увидишь, она ещё покажет коготки!

Роуз глубоко вздохнула, поставив фотографию на место, и снова посмотрела в окно. Она-то прекрасно знает, что Эмили сильная. Только вот сама девушка об этом даже не догадывается…


И это на самом деле было так. Даже сейчас, тихо лежа в своей палатке и время от времени поглядывая на часы, Эмили искренне мечтала скорее вернуться домой, где всё знакомо и любимо, где нет противных школьников, которые опять выбрали её самым главным развлечением похода. Ребята из параллели целый день подшучивали над ней как могли, а уж в этом их фантазии не было равных. Именно поэтому у неё созрел план, в котором она раньше всех проснётся и с рассветом отправится гулять по лесу, лишь бы не попадаться на глаза своим «друзьям». Ведь даже лес, кишащий змеями, не был настолько страшным, как выдумки подростков. Но рассвет ещё очень нескоро, а сон всё никак не хотел приходить – в голову постоянно лезли мысли о бабушке, родителях и об этом ужасном сне.

«Десять лет прошло со дня гибели родителей, – размышляла девушка. – Почему именно я осталась в живых? И почему никак не могу вспомнить внешность убийцы? Даже во сне рассмотреть не получается. Прямо мистика какая-то. Так, надо срочно сходить к гипнотизёру, может, хоть так получится вспомнить, ведь я обязательно должна найти убийцу, и он ответит за то, что сделал. Ну, если гипноз не поможет, пойду к психиатру. Надо же как-то лечить эту навязчивую мысль об мести. М-да. Я страшный человек!» – эта парадоксальная мысль заставила её улыбнуться.

Но улыбка, едва тронувшая губы Эмили, в одно мгновение слетела с лица, поскольку где-то совсем неподалёку послышался тихий шорох. А через ещё секунду раздался громкий треск: что-то с силой ударилось о её палатку. Перепуганная девушка села и, насторожившись и затаив дыхание, ловила малейший звук. Так, не шевелясь, в полнейшей тишине, нарушаемой лишь монотонным тиканьем наручных часов, и в ожидании чего-то ужасного, прошло несколько минут. Биение сердца наконец пришло в норму, и только она подумала, что причин для паники нет, как её руки́, опёршейся о матрас, что-то мимолётно коснулось. И тут страх сжал сердце девушки своей ледяной хваткой. Целую минуту Эмили не шевелилась, судорожно соображая, что делать: «Посветить фонариком на «это»? Или, может, резко выбежать из палатки на потеху мальчишкам? Ну уж нет!»

Всё-таки решив самостоятельно разобраться с неопознанным объектом, девушка очень медленно, дрожащими от страха руками, вновь достала фонарик. Сердце так громко стучало, что, наверное, его стук был слышен и за пределами её временной обители. Собрав остатки смелости, она всё же включила фонарь.

«Так. Ну вот, на меня никто не набросился, это уже хорошо», – успокаивала себя Эмили. Окончательно осмелев, она подняла фонарь повыше и принялась освещать просторы палатки. Посветив на место, где к ней недавно что-то прикасалось, девушка с облегчением выдохнула, ничего там не обнаружив. «Хм, может, тогда мне просто показалось? – подумала она, пребывая в сомнениях. – Всё-таки моё богатое воображение уже не раз подшучивало надо мной. Но тем не менее, чтобы быть до конца уверенной, надо всё тщательно проверить», – и Эмили продолжила сканировать тесное пространство палатки. Посветив на сумку и пошарив в ней рукой, она проверила, нет ли там чего-нибудь… лишнего. Ну, или кого-нибудь. «Вроде всё чисто», – подытожила девушка.

И всё бы хорошо, но тут она почувствовала прямо под её спальным мешком какое-то едва уловимое движение. «О нет… Значит, не показалось! – потихоньку начинала паниковать Эмили. – Что же это?» – спрашивала она у себя, хотя в душе уже знала неутешительный ответ на этот вопрос. Пока их группа шла сюда, девушка услышала не одну страшилку о лесных ядовитых гадюках. Но она до последнего не хотела предполагать худшее и принялась разрабатывать план: «Так, надо тщательно всё продумать. Если это то, о чём я думаю, надо сохранять спокойствие и не шевелиться. Чтобы проверить мою догадку, надо аккуратно приподнять краюшек спального мешка и осторожно туда заглянуть».

Несколько секунд Эмили просто смотрела на местонахождение неопознанного существа, мысленно задавая риторический вопрос, за что ей такое наказание и жалея о том, что у неё нет ничего даже отдалённо напоминающего оружие. «Расчёска!» – мелькнула обнадёживающая мысль. Конечно, это довольно сомнительное средство обороны, а тем более оружие, но, как говаривала её бабушка, «на безрыбье и рак – щука». Она медленно и аккуратно полезла в рюкзак за расчёской и случайно задела пакет с печением, который невообразимо громко зашуршал. Следом заелозил и незваный гость, но остался всё на том же месте. А Эмили уже была вооружена расчёской и готова обороняться.

Ещё раз напомнив себе, что если это то, о чем она думает, то необходимо просто сохранять спокойствие и не шевелиться; девушка вздохнула и аккуратно прикоснулась к мешку. Но ей даже не понадобилось приподнимать край. Оттуда медленно и лениво выползло как раз то, что она и предполагала – змея!

И тут маленькую трусиху охватила настоящая паника. Забыв об указаниях, данных самой себе, Эмили резко вскочила на ноги, упёршись в крышу палатки, и с визгом, чуть не разорвав входную молнию, выскочила наружу, так и не обувшись, в одних носках, несясь, куда глаза глядят. Вдруг за спиной она услышала разрывной хохот ребят. И тут до неё дошло – это был очередной злой розыгрыш.

– Дура! Это был уж! – крикнул ей кто-то вдогонку, надрываясь от смеха, но ноги уносили Эмили все дальше и дальше.

«Как же обидно! Ну почему?! Почему они так себя ведут со мной? Что я им сделала?! – сокрушалась она. – Ох, что завтра будет… Вся школа узнает об этом случае». Слезы глубокой обиды текли по щекам, а девушка всё продолжала бежать, со злостью продираясь сквозь колючие лесные заросли, и её вовсе не волновала мысль о том, что она может заблудиться. Но силы постепенно начали покидать юную альбиноску, и она остановилась, согнувшись и пытаясь отдышаться.

Эмили прекрасно понимала, что забежала уже очень далеко. Неслышно было больше ничего, кроме уханья филина. По телу побежали мурашки, но, как это ни странно, страх полностью покинул девушку. В лесу царила умиротворяющая тишина, и не было ни малейшего дуновения ветерка, способного потревожить крону деревьев. Лес спал. Струящийся лунный свет серебрил листья деревьев и обволакивал лес какой-то волшебной атмосферой. Отдышавшись, девушка принялась осторожно бродить между деревьями лесной глуши, наслаждаясь свежим чистейшим воздухом, запахом молодой, только появившейся листвы и блаженным одиночеством. Очень скоро похолодало и пришлось застегнуть джинсовую куртку. Босые ноги сковал холод, но Эмили постаралась сделать ещё несколько шагов вперёд, чтобы согреться, и вдруг её взору открылось нечто невероятное.

Посреди лесных зарослей, прямо перед девушкой, располагалась арка из переплетённых друг с другом деревьев, которые излучали мерцающее сияние, напоминающее лунный свет. Поразительно, но по ту сторону арки не было видно абсолютно ничего: проём поглощал густой белый туман. Позабыв про холод и про всё на свете, заворожённая великолепной красотой и самым необычным зрелищем, которое она когда-либо видела, Эмили решила подойти ближе. Приблизившись, она заметила, что эти переплетённые деревья были обвиты красивейшими сияющими цветами с длинными острыми завивающимися лепестками, которые никогда раньше не встречались ей. В полном восхищении, девушка не могла отвести от них взгляд.

Несколько минут спустя она обнаружила, что стоит с отвисшей челюстью, и непременно закрыла рот. Арка манила к себе непостижимой силой, каждая клеточка тела рвалась пройти в неё… Но Эмили была редкой трусихой, так что не удивительно, что она так и не рискнула сделать желанный шаг, а лишь осталась стоять, любуясь немыслимой красотой чудо-арки. Подгоняемая любопытством, заворожённая девушка начала исследовать невероятную находку, обходя её кругом и пытаясь разгадать тайну непроглядной туманной арочной «двери». Но как ни заглядывай, туман был виден исключительно по ту сторону арки.

Однако просто смотреть Эмили уже не желала. Словно под действием сильнейшего магнита, её рука безвольно потянулась вперёд, и ладонь коснулась белой пелены. Туманные кольца, словно клубы холодного дыма, обволокли застывшую кисть и мягко потянули внутрь арки… но девушка быстро опомнилась и одёрнула руку. Страх, любопытство и желание проникнуть в этот загадочный туман смешались воедино, и всё же Эмили решила, что будет разумнее не делать глупостей и не рисковать. Всё-таки мало ли что может быть в этом тумане, а ей ещё заботиться о бабушке… Но и покидать это место девушке очень не хотелось.

Предполагая, что вряд ли сама сможет найти лагерь, и вспомнив указ учителя о том, что если кто-нибудь заблудится в лесу, лучше оставаться на одном месте, Эмили решила никуда не уходить и дождаться утра прямо здесь. Может быть, утром девушка осмелится пройти в арку, но пока она решила просто отдохнуть, прильнув к замысловатому древесному переплету. К тому же это место внушало ей спокойствие и умиротворение.

Насобирав хвороста, Эмили соорудила импровизированную подстилку, которую расположила прямо у арки. Сев на неё и облокотившись к переплетённым деревьям, только сейчас она поняла, как же сильно устала и хочет спать.

Сбоку на стволе рядом с девушкой выглядывал небывалый сияющий цветок и, казалось, любопытно смотрел на неё. Рука непроизвольно потянулась к нему в порыве сорвать, но в последнюю секунду Эмили остановила себя. Ей было жалко уничтожать такую красоту, и она убрала руку. Забавно, но в этот момент цветок сам скинул свой лепесток, словно прочитав мысли юной девушки, хотя это, конечно же, невозможно. Она всё-таки сказала вслух «спасибо» и почувствовала себя невероятно глупо. «Вот, уже с цветами разговариваю…» – подумала Эмили, проведя пальцами по шёлковой поверхности лепестка, испещрённого мелкими, светящимися изнутри прожилками, и убрала его в карман куртки.

Давно ей не было так хорошо и приятно засыпать. Тепло волнами разливалось по телу, будто арка согревала девушку. С приятными мыслями и улыбкой на лице Эмили закрыла глаза и тут же заснула крепким, глубоким и спокойным сном, и впервые за много лет ей, наконец, не снились кошмары, не снилось абсолютно ничего… Только лишь спокойствие и сладкое забытье…

– Эмили! ― разбудил её уже утром чей-то далёкий оклик.

«Наверное, это меня обыскались, ― лениво подумала Эмили с закрытыми глазами. ― Надо вставать. Но глаза так не хочется открывать!»

Она боялась, что нет этой сказочной арки, что всё это ей просто приснилось или померещилось. Рукой девушка нащупала стволы деревьев и, вздохнув с облегчением, открыла глаза.

Какое великолепное утро! Сквозь молодую сочно-зелёную листву виднелось голубое ясное небо, кое-где игриво проблёскивали солнечные зайчики, птички переговаривались друг с другом, порхая с ветки на ветку, а листья о чём-то тихо перешёптывались.

И всё было бы прекрасно, если бы не одно невероятно разочаровывающее обстоятельство: арки всё-таки не было. Были лишь скопления деревьев, как раз на тех местах, откуда начинались обе стороны исчезнувшей арки. Но росли они устремившись прямо вверх, а не переплетаясь и соединяясь в арку. Светящихся цветов не было и в помине… Эмили была горько поражена тем, каким образом воображение смогло так жестоко подшутить над ней.

– Это был просто сон, ― тихо произнесла подавленная девушка дрожащим голосом, полным тоски. ― Просто сон…

Разочарованию не было предела, но она, собравшись с мыслями, всё-таки нашла в себе силы вернуться в реальность, и обречённо побрела навстречу голосам, зовущим её.

### Глава 2. Потерянные в океане

Спустя неделю. Где-то в Атлантическом океане.

Вот уже несколько часов белоснежная яхта под именем «Совани» бороздит бескрайние чёрные просторы океана, рассекая еле заметные волны и горя яркой точкой в ночной тьме. Глубокая хмурая ночь скрывала полную луну и звёзды, из-за чего было темнее обычного. Сами того не подозревая, родные брат и сестра давно покинули пределы берега и неуклонно двигались в противоположную материку сторону.

– Джо, ты уверена, что наша яхточка верно плывёт? ― как бы невзначай спросил Николас ― подтянутый красавчик-бразилец лет двадцати с хвостиком, обладающий смуглой кожей и чуть длинноватыми тёмными волосами.

– Не плывёт, а идёт, болван! ― резко отозвалась его сестра Джованна ― настоящая красавица с длинными волосами цвета тёмного дерева, которые были затянуты в тугой высокий хвост.

Густые изогнутые брови, почти чёрные глаза, гордо выдвинутая нижняя челюсть и бронзовая кожа делали её похожей на амазонку. На вид она казалась старше своего брата, но это не мешало ей быть очень похожей с ним внешне, но только не по характеру. А характер у неё, надо признать, был пресквернейший.

– Но суть остаётся прежней, ― вздохнул парень, вертя перед собой карту и так и сяк.

– Да, мы идём в правильном направлении.

– Джо, ты уверена?

– Эмм… да, я уверена, ― тихо ответила она, хмуро вглядываясь в горизонт.

– Что-то это как-то не очень уверенно прозвучало. Разве мы не должны хотя бы видеть береговую полосу?

– Должны…

– Ну и где же она?

– Чёрт, Ник, я понятия не имею! Из-за темноты ни черта не видно… А радары, как и вся панель управления, вырубились, ты же знаешь. Идём по моему компасу. Но он никогда меня не подводил, так что мы движемся ВЕРНО! ― не выдержав, вспылила девушка.

Ник вздохнул в очередной раз и от нечего делать принялся рассматривать небо, которое постепенно начинало светлеть. До рассвета по-прежнему было далеко, но тучи медленно растворялись, неспешно обнажая лунный блин, а затем и яркие звёзды, от сияния которых можно было даже щуриться. Парень мысленно прорисовывал из них картинки, пока вдруг что-то на ночном небосклоне не привлекло его внимание. Насторожившись, он быстро взглянул на компас сестры, а затем, покопавшись в чемодане, нашёл свой.

– Хм-м… Джо, ты уверена, что твой компас исправен?

– Конечно! Перед отбытием я всё неоднократно проверяла.

– Странно… Значит, это мой барахлит, ― Ник протянул сестре прибор, который указывал в обратном направлении. ― Да, и небо, кажется, тоже.

Джо нехотя посмотрела на небо и в шоке обнаружила, что звёзды располагались в зеркальном отражении. Она с детства изучает звёздные карты и ошибиться уж точно не могла.

– Что за… ― Девушка в недоумении начала переводить взгляд с одного компаса на другой. Все они показывали разные направления.

– Сестра, не молчи! Ты меня пугаешь! Мы что, всё это время плыли в неверном направлении?! Неужели мы сейчас в открытом океане!

Девушка взялась за голову и прикусила губу.

– Ты же уже несколько лет ходишь под парусом! Как такое могло случиться!

– Не во мне дело, Ник, ― Джо сосредоточенно погрузилась в раздумья и через некоторое время с уверенностью объявила: ― Дело в этом месте. Что-то аномальное с магнитным полем. Вот и оказалось, что мы идём в обратном направлении. Между прочим, ты сам всю дорогу ныл, что мы слишком близко к берегу, всё хотел отойти подальше, а твоё нытьё никто не выдержит! Горе-путешественник…

– Я горе-путешественник?! – Парень скрестил руки на груди. – А кто прокутил всё наследство?

– Ах, теперь я виновата! Не ты ли хотел забыть об аварии и смерти родителей?! Не ты ли хотел уйти от действительности куда подальше?!

– Можно подумать, ты сама не хотела… И сама не скучаешь по ним… – голос его дрогнул, а сестру словно окатило холодной водой.

Они с минуту молчали, и Ник первым решил пойти на мировую:

– Ну ладно, давай не будем заводиться. Лучше скажи, что нам теперь делать.

– Не паниковать. Звёзды никогда не врут, в отличие от техники. Просто повернём обратно и будем идти по выверенному курсу, пока все компасы не покажут одно направление. Топлива ещё много. С запасом брала. В крайнем случае встретим другое судно.

– А как же акулы?! – Парень стал с опаской оглядываться по сторонам. – Смотри, у меня даже мурашки по коже побежали! Не люблю мурашки…

– Ник, не будь таким трусом, ― Джо закатила глаза, и вдруг что-то совсем рядом издало громкий всплеск.

– Джо, что это было? ― почти плачущим, дрожащим от страха голосом пропищал Ник.

– Господи, мой брат должен был родиться девчонкой… ― вздохнула девушка и начала разворачивать судно.

И когда яхта окончательно развернулась, путешественники не поверили своим глазам: впереди на многие мили расстилался белый туман.

– А это ещё что?! – продолжал паниковать парень, хватаясь за голову.

– Ник, это всего лишь туман, ― спокойно отозвалась сестра.

– Это я и сам вижу, но откуда он взялся?

– Что ты у меня всё время всё спрашиваешь, я тебе что, Гугл?! Напомни мне, чтобы я тебя больше не брала с собой в путешествия.

– Ха-ха, очень смешно, ― иронично ответил Ник. ― Отныне, даже если ты сама меня будешь уговаривать, я ни за что не соглашусь! Ну, так что мы будем делать-то? Ты собираешься плыть прямо туда?

– Пожалуй, нет, ― поразмыслив немного, нерешительно ответила она. ― Продрейфуем немного на месте, подождём, пока туман рассеется.

– Вот! Эта идея мне нравится больше!

Джо выключила двигатели, и ребята стали ждать, внимательно наблюдая за туманом. Прошло около двух часов, но туман и не собирался рассеиваться, а вдобавок ко всему звёздное небо опять затянулось непроглядными тучами. И до сих пор никто из ребят так и не рискнул заснуть, хотя дремота уже давно одолевала всех.

– Помнишь фильм «Мгла»? ― сонным голосом нарушил тишину Ник, и Джо громко рассмеялась.

– Так и знала, что ты его припомнишь!

– Знаешь, а ведь очень похоже. Слушай… у меня такое ощущение, что мы движемся навстречу туману.

– Да, я тоже заметила. Или туман движется к нам.

– Так, давай-ка немного отдалимся от него…

– Куда отдалимся, в открытый океан? ― фыркнула Джо. ― Нет уж. Будем ждать. Ник, это всего лишь туман!

– Ага… ― тихо пробурчал Ник, вспоминая устрашающие кадры из фильма, когда щупальца монстра выползали из тумана.

Между тем туман действительно всё приближался. И как бы Джо ни храбрилась, даже ей было не по себе от этого. Через десять минут белая мгла полностью их накрыла своим облаком. По мере сгущения дымки, вслед за приборами, у судна начало отказывать освещение.

– Просто замечательно! ― саркастически воскликнул Ник, когда весь свет на яхте полностью погас. ― Нет, не об этом я мечтал, когда отправлялся в кругосветное путешествие.

– Хм… Компасы по-прежнему сходят с ума…

– Что может быть лучше?!

– Заткнись уже, нытик! Постой-ка… Радары заработали! И компасы! О, да мы оказывается совсем рядом с островом! Теперь с уверенностью могу сказать, что это Илья-ду-Арвореду. Отлично! Значит, до материка рукой подать… О, нет-нет, только не это! ― Джо со всей силы треснула по мигающей панели. ― Чёрт, опять всё отрубилось!

– Ещё бы. Да ты просто нокаутировала всю технику одним ударом… ― пошутил Ник, и сестра не смогла сдержать улыбку. ― Что делаем теперь?

– До материка совсем недалеко, но в таком тумане двигаться опасно…

– И что ты хочешь? Высадиться на остров?

– Посмотрим, ― пожала плечами девушка. ― Пока просто причалим.

– А вдруг это не остров?

– А что же тогда?

– Ну… ― замялся парень, ― например… какой-нибудь монстр.

– Ох, Ник, с этого дня я запрещаю тебе смотреть какие-либо фильмы ужасов.

– Согласен… Смотри, там свет! ― внезапно воскликнул Ник, указывая пальцем вдаль и чуть не упав от переизбытка эмоций.

Впереди вверху и правда виднелся расплывчатый огонёк.

– Это маяк острова Илья-ду-Арвореду, всё верно, ― воодушевилась девушка, включая двигатели. ― Отличный шанс!

Яхта медленно и осторожно двигалась на манящий свет надежды, но чем на самом деле закончится это странное круизное плавание ― путешественники даже и представить себе не могли…

### Глава 3. Ветер перемен

– За последний месяц участились случаи пропажи людей, ― приятным голосом вещала по новостному каналу миловидная шатенка в деловом костюме. ― Во всех лесах, независимо от континента и места расположения, стали массово пропадать туристы, путешественники, грибники и просто люди, по тем или иным причинам пересекающие лесные массивы. Удивителен тот факт, что практически все они были найдены на следующие же сутки живыми и здоровыми, но с признаками частичной амнезии. Никто из потерпевших не помнил ни как потерялся, ни что с ними происходило потом. Эти невероятные случаи также связывает поистине грандиозный масштаб: все они происходили в абсолютно разных точках земного шара. Полиция никак не комментирует эти случаи, однако советует в ближайшее время воздержаться от прогулок в лес. И всё же находятся те, кто не собирается мириться со сложившейся ситуацией и пытается разгадать тайну пропаж. За последнее время были созданы многочисленные добровольческие отряды по всему миру, целью которых является оперативное действие на любые пропажи в лесах. А вот и главный капитан этих бравых команд Джон Солон, и у нас есть уникальная возможность взять у него интервью! Итак, мистер Солон, похоже, поиски в полном разгаре! Расскажите о своей миссии поподробнее.

– Ну что, собственно, рассказывать, ― пожал плечами загорелый поджарый мужчина. ― Пытаемся сразу отправляться на поиски, как только появляются намёки о пропаже людей. К слову сказать, это всё не только в лесах происходит. Бывали случаи, что после плавания в океане люди возвращаются без памяти. Под моим командованием находится не одна, а несколько групп. Но успехов, собственно, мало. Собственно, вообще никаких… Люди сами находятся. И никто ничего не помнит. Как всегда, в общем.

– А ваши добровольцы так ничего и не увидели? Может быть, НЛО?

– Не-а. Вот один только по пьяни вечно про какой-то призрачный белый туман талдычит, но у него из-за алкоголя мозги набекрень, так что не верит никто ему. А остальные, собственно, так и не увидали ничего. Вот только что ещё людей отправил на очередные поиски… Правда, двое парней одной из моих команд, курирующих Южную Америку, пропали. Один нашёлся, без памяти, правда, а второй так и не объявился. Боязно мне из-за него, давно уже пропал. Оуэн Харпер его зовут, хороший такой парень, крепкий, ответственный. Так что и его теперь ищем. В море вышел на поиски по свежим следам. Кстати, те пропавшие тоже так и не нашлись.

– Интересно, ― вдруг встрепенулась журналистка, которая, судя по всему, уже успела утомиться от монотонного рассказа капитана. ― Значит, не все случаи заканчиваются чудесным обнаружением. И как зовут пропавших?

– Не помню, брат с сестрой, бразильцы какие-то, кажется… Это был один из самых первых случаев.

– Ну что ж, удачи вам в этом непростом и благородном деле, а мы будем и дальше следить за событиями, оставайтесь с нами!

Глубоко вздохнув, Эмили выключила телевизор, встала из-за стола и накинула за плечо старый рюкзак. Её волновала эта ситуация и даже необъяснимым образом притягивала внимание юной альбиноски, однако ритм жизни снова стал размеренным и спокойным, чему девочка была несказанно рада.

Прошёл месяц с того инцидента в лесу, и, пожалуй, это был один из самых сложных месяцев за всю жизнь Эмили. Конечно, как она и думала, на следующий день после происшествия вся школа знала о том, что случилось в походе. И как следствие ― последующая неделя выдалась крайне тяжёлой. Похоже, каждый ученик считал своим долгом подшутить над ней: в основном фантазия ограничивалась различными колкостями, язвительными шуточками и подкладыванием резиновых игрушечных змей в рюкзак, под парту и везде, где она могла появиться. Но теперь у школьников появились другие поводы для сплетен и разговоров: все новостные каналы хором трубили одну и ту же весть о загадочных пропажах людей. А про девушку на время забыли, и она, к своей радости, опять стала просто альбиносом.

Разве что ухудшающееся самочувствие бабушки омрачало настроение, а денег на хорошие лекарства совершенно не хватало. Именно поэтому Эмили собиралась на очередные подработки.

– Что там, Эми, опять про таинственные пропажи говорят? ― спросила из другой комнаты пожилая женщина.

– Опять, ― вздохнула девушка, подходя к своей бабушке и крепко обнимая. ― Но всё заканчивается хорошо, люди находятся, так что не нужно переживать.

– Но всё равно, новости эти очень странные… Сколько себя помню, не было такого.

– Умоляю, не бери всё это в голову! И вообще, с твоим сердцем смотреть новости противопоказано.

– Да, знаю-знаю, милая, обещаю, что больше не буду. А куда это ты собралась?

– На работу, ты же знаешь…

– Эми, прошу, хотя бы в выходной свой просто побудь со мной. Мы так давно не разговаривали!

– Поговорим вечером, ба.

– Пожалуйста, не ходи хотя бы сегодня!

– Ну вот что ты заводишься? Я же не просто так хожу на работу. Всё ради тебя. По-другому на лекарства не заработать…

– Нет, ― перебила Роуз, ― мне нужна ты, а не лекарства! Я и так получаю хорошее лечение…

– А это лекарство лучшее…

– Эми, послушай меня! Я уже и так прожила долгую жизнь, неужели я не заслужила просто твоего внимания? Я тебя совершенно не вижу в последнее время, то ты в школе, то на подработках…

– Ты же сама всегда говоришь: «Мы должны делать то, что должны»…

– Да! И мы действительно должны делать то, что должны! Ты юна, а у юности есть свои обязанности! И в их перечень не входит круглосуточная работа!

– Ну хорошо, успокойся. Постараюсь вернуться сегодня пораньше… К тому же обещала подойти мисс Хендриксон, так что тебе не будет одиноко.

– Это всё не то, Эми! Пойми, жизнь проходит!

– Прекрати истерику, ба, мне осталось заработать ещё чуть-чуть, и тогда я брошу работу. Обещаю, ― Эмили поцеловала родную старушку и уже хотела направиться к выходу, но что-то не отпускало её.

Она смотрела на бабушку, глаза которой молили остаться, и нерешительно мялась на месте.

– Что у вас тут происходит? ― послышался голос только что вошедшей мисс Хендриксон. ― До драки дело не дошло?

– Эмили опять идёт на работу…

– Мы уже договорились, что скоро я её брошу. И останется только школа и дом. Так что, я побежала! Мисс Хендриксон, прошу, не давайте ей смотреть новости! А то опять закончится как в прошлый раз ― скорой помощью…

– За это не переживай! Я уж за ней прослежу! И сколько можно повторять, зови меня просто Софи!

– Да-да, простите, мисс Хендриксон, всё время забываю, ― сконфуженно улыбнулась девушка.

– Нет, она неисправима, ― заявила женщина, закатив глаза.

Эмили вышла на улицу, неуверенно помахав напоследок всем рукой, но стоило ей закрыть за собой дверь, как плохое предчувствие вновь нахлынуло волной, только теперь с новой силой. Вплоть до сегодняшнего дня это предчувствие и напряжение не покидали её. Но девушка всеми силами гнала его подальше и своей фирменной сутулой походкой, сформировавшейся к шестнадцати годами, быстро, мелкими перебежками направилась за велосипедом в конюшню.

Это ветреное майское утро уже уходящей весны будто старалось помочь поскорее прогнать плохие мысли и было перенасыщено солнечными тёплыми лучами. Как же хотелось снять кофту и остаться в футболке! Но, к сожалению, для альбиноски это было непозволительной роскошью, поскольку даже в жаркую погоду ей приходилось носить одежду с длинными рукавами, ведь солнце беспощадно обжигало меловую кожу. Именно поэтому серый английский климат, не балующий солнцем, подходил Эмили как нельзя лучше. Даже сегодня, несмотря на редкую солнечную погоду, было далеко не жарко: сильнейший ветер чуть не сбивал с ног, то и дело заставляя переходить на бег.

Так что даже хорошо, что имение было небольшим, поскольку всё здесь было рядом с домом: сад, разваленный амбар, крохотная конюшня да небольшое невспаханное поле. И хотя краска на стенах дома давно облупилась, а забор, огораживающий ферму, обветшал, но всё было родным и любимым девушке, и она мечтала когда-нибудь накопить достаточно денег на ремонт фермы и ради бабушки привести здесь всё в порядок. К тому же, несмотря на унылую картину имения, всё-таки было здесь яркое пятно, которое неустанно радовало глаз: красивый цветущий сад прямо перед входом. «Пусть за душой ни гроша, зато сад хорош соседям на зависть!» ― с гордостью говаривала бабушка, ковыряясь в своих насаждениях. И ведь действительно, такого сада не было ни у кого. Даже мисс Хендриксон завидовала, а Эмили старательно пыталась перенять искусство садоводства, но вечно всё только путала. Даже бабушка заметила, что «земля» явно не «конёк» внучки.

Кстати о коньках. В конюшне, в которую только что вбежала девушка и которая вся скрипела от ветряных порывов, жил Лайт ― прекрасный, пленяющий своей изящностью, конь гнедой масти с белым ромбиком на лбу. Это был последний подарок родителей, о котором она трепетно заботилась и любила всей душой, а в давние свободные вечера они обожали носиться во весь опор по холмистым просторам, соревнуясь с ветром в скорости.

– Привет, малыш! ― первым делом воскликнула Эмили и бросилась к своему верному другу. ― Прости меня, что так мало видимся! Обещаю, скоро всё изменится!

Лайт недовольно фыркал и внимательно смотрел ей в глаза, словно понимал каждое слово.

– Я не обманываю! ― добавила девушка и ласково потрепала Лайта.

Порой её терзала совесть, но мнимая уверенность в правоте придавала ей сил. Она схватила велосипед и, не оглядываясь, отправилась в город. Эмили была твёрдо уверена, что скоро всё изменится!

И так оно и было.

Всё изменилось. Но совершенно не так, как рассчитывала девушка. Скорая помощь, врачи, похороны, кладбище… Всё как в самом кошмарном сне. Только проснуться не получается…

И вот сейчас Эмили стоит со своим верным конём напротив могилы бабушки на ветряном кургане. Полностью подавленная, она сжимает в руках прощальное письмо. Прохладный моросящий дождь неприятно покалывает лицо, а сильный ветер порывами разбрасывает белоснежные локоны. После похорон прошёл уже месяц, а девушка так и не смирилась с тем, что потеряла единственного родного человека на всем белом свете. И теперь на неё неподъёмной тяжестью давило чувство вины, сожаление об упущенном времени, которое она могла провести с бабушкой… Но не провела. Эмили так гналась за лекарствами, что не замечала главного ― времени. Удивительно, умер лишь один-единственный человек, а мир так опустел… Всё это время она пыталась найти хоть малейшую зацепку смысла её пустой жизни и не находила. «Разве твоя жизнь имеет значение, когда ты не имеешь значения ни для кого?» ― эта мысль наравне с чувством вины занимала главенствующее место в голове несчастной девочки. Пустота в душе, которая росла на протяжении всей жизни, превратилась в настоящую пропасть, и теперь она просто не представляла, чем её возможно заполнить.

В очередной раз Эмили прочитывает послание любимой бабушки:

«Милая, не вешай нос! Прошу тебя, перестань тратить время на пустые занятия. Я не сержусь на тебя из-за твоей работы, только научись жить. И ничего не бойся, моя маленькая трусишка. Не бойся дать сдачи обидчикам! Не бойся отсекать ненужное и искать главное. Не бойся отпустить прошлое и смотреть только вперёд. Не бойся любить, и ты будешь любима. Но самое главное ― не бойся искать себя. И только тогда ты найдёшь. Найдёшь самое главное, смысл, суть всего. И всегда помни, что ты имеешь право на счастье, и нет абсолютно ничего плохого в том, чтобы быть не такой, как все. Ведь быть особенной ― замечательно! Я тебя очень люблю, Эми, знаю, и ты меня, моя малышка, но ты должна собраться с силами, найти смысл во что бы то ни стало, жить дальше и быть счастливой!»

Ещё одна слеза оставила мокрый след на куртке.

– Найти смысл… ― тихо повторила Эмили, вздыхая. ― Но где же мне его искать…

Неожиданно подул холодный ветер, и она прижалась к коню, плотнее укутавшись в куртку. И вдруг девушка вспомнила, что именно в этой куртке она затерялась тогда в лесу. Воспоминания о той приятной, хоть и окутанной грёзами, ночи заставили её улыбнуться. Дождь начал усиливаться, и она решила убрать письмо в карман, чтобы оно не промокло. С удивлением девочка обнаружила, что в кармане лежит что-то ещё… В растерянности она достала тускло светящийся лепесток. Её сердце готово было выпрыгнуть из груди! Это же лепесток с того самого необычного цветка, и его прожилки до сих пор светятся! Она только сейчас вспомнила, как положила его в карман.

– Значит, это был не сон, и я не сумасшедшая! ― ликовала девушка, на радостях поцеловав Лайта и крепко обняв его могучую шею. ― Лайт! Та арка! Она существует! Не знаю, каким образом она смогла исчезнуть утром, но она точно была! Просто невероятно! В это просто невозможно поверить… Но вдруг это какое-то волшебство, и арка мистическим образом появляется только ночью, а сейчас… около шести вечера. Совсем скоро стемнеет, Лайт!

Эмили почувствовала такое воодушевление, такой прилив сил, что еле сдерживала свои эмоции. Коню тоже передался радостный порыв ― он заржал, игриво вскидывая голову и бойко стуча копытами.

– Бабушка, кажется, я нашла смысл! ― дрожащим от переполнения эмоций голосом воскликнула девушка. ― Спасибо тебе за всё, теперь всё будет хорошо!

Эмили погладила надгробную плиту, поцеловав на прощание мокрый холодный камень, и быстро оседлала своего верного жеребца. Лайт весело заржал, и они понеслись прямо по дороге на ферму. Так приятно было скакать карьером, несясь быстрее ветра, и никакой дождь не мог помешать её настрою! Теперь-то она точно знала, что надо делать: собрать самое необходимое в рюкзак и отправиться прямо на то место, где была арка. И будь что будет.

В считанные мгновения они добрались до фермы. Эмили оставила коня в конюшне, а сама побежала в дом. Конечно, она уже решила, что отправится одна на то волшебное место. Девушка ни за что не собирается подвергать своего единственного друга возможной опасности.

Она тихо открыла входную дверь. Кажется, в доме никого не было. После смерти бабушки мисс Хендриксон на время переехала сюда, чтобы присмотреть за девочкой. Но, судя по всему, она куда-то ушла, и это был шанс быстро собрать вещи. Эмили сняла ботинки, на цыпочках прокралась на второй этаж и аккуратно отворила дверь к себе в комнату. Надо действовать быстро: соседка может вернуться в любую минуту! Она достала из-под дивана рюкзак и начала складывать туда всё только самое необходимое: расчёска, чистое белье, средства гигиены, блокнот и карандаш на всякий случай, а также компас и фонарик. Всё остальное надо взять на кухне. Девушка быстро, но бесшумно спустилась на кухню, там она взяла спички, из еды булочки и печенье. Этого должно хватить, чтобы протянуть ночь. Но что-то ей подсказывало, что больше она никогда сюда не вернётся.

Достав блокнот, Эмили вырвала из него листок и написала короткое послание соседке:

«Мисс Хендриксон, огромное спасибо за всё, что вы сделали для меня и для бабушки, для нашей семьи! Этот дом и всё имение теперь принадлежит вам, это самое малое, что я могу сделать для вас в качестве благодарности. Больше не могу здесь оставаться и вряд ли когда-нибудь сюда вернусь. И не беспокойтесь, со мной всё в порядке, считайте, что я отправилась путешествовать. Только прошу, позаботьтесь о Лайте. Прощайте, тётя Софи!»

Положив листок на видное место, девушка огляделась в последний раз. Всё такое родное… Но больше её здесь ничего не держит.

– Ну, вот и всё, ― ласково произнесла Эмили, еле удерживая слёзы и нежно поглаживая обеденный стол, за которым они когда-то очень давно собирались всей семьёй. ― Ты всегда будешь в моём сердце, бабушка… И воспоминания о тебе всегда будут со мной. Ради тебя я постараюсь найти себя, найду свой собственный путь! А теперь, пора двигаться дальше и перевернуть наконец эту страничку жизни!

### Глава 4. Шаг в неизвестность

Полная решимости, Эмили покинула дом и направилась в конюшню. Предстояло самое трудное: надо проститься с Лайтом. Тихо скрипнув воротами, она вошла и виновато посмотрела на своего коня.

– Лайт… Я должна уйти. ― Девушка, понурившись, подошла к нему и обняла. ― Я не могу здесь остаться. И тебя взять с собой не могу. Там, куда я уйду, может быть опасно, а ты слишком дорог мне, чтобы подвергать тебя хоть малейшему риску. Господи, да я даже и понятия не имею, куда вообще собираюсь! Но ты знай, что тебя я люблю больше всего на свете! И всегда буду тебя помнить. Ты будешь одним из самых светлых воспоминаний. Прощай, мой любимый друг…

Эмили поцеловала друга в нос, в последний раз похлопала его и с тяжёлым сердцем направилась к выходу. Но следом послышалось цоканье копыт. Девушка оглянулась: конь, словно прилипший, следовал за ней.

– Нет, Лайт. ― Девушка силой повела его обратно. ― Я иду одна!

Но упрямец и не думал сдаваться и упрямо пёр вперёд. Эмили же решила перехитрить друга и, быстро выбежав на улицу, попыталась запереть конюшню на засов, но, как назло, именно в этот момент засов попросту отломался от ворот, с дребезгом рухнув наземь. И теперь Лайт преспокойно и горделиво вышел, как настоящий победитель.

– Ох, ну что с тобой делать… ― вздохнула девушка. ― Ну хорошо. Поедем вместе. Но учти! Только почувствуем неладное ― сразу наутёк!

Эмили быстро вернулась домой и начиркала в письме к мисс Хендриксон приписку: «Лайта взяла с собой». И теперь они вместе неслись на запад через поля к тому загадочному волшебному лесу. Дождь закончился, хотя небо по-прежнему было затянуто облаками, и лишь кое-где проглядывало вечернее аметистовое небо. Лёгкий туман окутывал холмистые просторы Англии, немного мешая обзору. Но скоро они преодолели последний холм, и наконец взору предстал лес, нескончаемый, бескрайний, словно море. Тучи на западе стали рассеиваться, и внезапно слабые солнечные лучи почти исчезнувшего за горизонтом солнца пронзили туманные покрывала, устилавшие низины, и начали наполнять просторы золотисто-бронзовым уютным светом и длинными тенями. А между тем лес становился всё ближе, а волнение всё сильнее.

Через несколько минут Эмили и Лайт остановились у кромки леса. К своему облегчению девушка практически сразу обнаружила тропинку, которая вела как раз в то место, где они со школьниками два месяца назад разбивали лагерь, и пошла прямо по этой тропе. Растительность в этом месте была спокойная, и девушка с конём легко продвигались вперёд. Через некоторое время стало совсем темно, даже ещё темнее, чем той далёкой ночью. Наверное, это из-за отсутствия луны, видимо уж очень плотно скрыли её облака, и поэтому пришлось включить фонарик.

Вопреки темноте они очень быстро добрались до полянки. Эмили слезла с коня и, оглядываясь и светя фонариком во все стороны, начала вспоминать ту ночь: «Вот здесь мы разжигали костёр. А вот и место моей палатки», ― девушка помнит всё так хорошо, будто это было вчера, но всё равно нужно сконцентрироваться и не промахнуться с направлением её побега. «Входная молния моей палатки выходила прямо на сторону костра, ― продолжала вспоминать Эмили, ― и когда я выбежала, то свернула чуть правее и, кажется, побежала прямо через те деревья. Ох, вот бы не ошибиться!»

– Ну что ж, вперёд, Лайт! ― набравшись уверенности, громко сказала девушка, похлопав коня, и они двинулись вперёд.

Эмили шла впереди, крепко держа поводья, ведя коня за собой и отламывая ветки, которые могли ему помешать или причинить боль. Девочка удивлялась тому, как быстро и без единой царапинки она умудрилась, несясь сломя голову, пробежать той ночью такое расстояние через непроходимые дебри, тем более без обуви. Чем дальше путники продвигались, тем непроходимей становились заросли, и уверенность в том, что они идут в верном направлении, окончательно испарилась, а ведь ошибка теперь могла иметь роковое значение. В лесу было очень темно, прохладно и влажно. Эта темнота действовала на девушку удушающе, и она очень надеялась, что луна скоро всё-таки выглянет.

Постепенно становилось все холоднее, лес наполнялся новыми звуками. То там, то здесь слышались шорохи и треск веток, отчего Эмили становилось очень жутко. Сегодня лес не был таким приветливым, как той ночью. Понемногу юную девушку начинала охватывать паника, и она старалась пробираться как можно быстрее, но не имела ни малейшего понятия, в правильном ли направлении идёт. Она лишь ждала, что вскоре всё-таки увидит серебристое свечение, и внимательно смотрела в оба.

Прошло ещё полчаса, и теперь Эмили обрела полную уверенность в том, что они окончательно заблудились. Затея с поиском арки уже не казалась такой замечательной. Девочка остановилась. Слёзы душили, но она не давала себе воли заплакать.

– Лайт, ну что же делать? ― прошептала она и, глубоко вздохнув, погладила коня.

Эмили мучилась вопросами: вдруг она прошла это место? Или вообще ошиблась в направлении? Ещё немного поколебавшись, девочка все же решила вернуться назад. «Попробую завтра», ― подумала она и взяла поводья.

– Придётся вернуться домой, Лайт… ― расстроенно сообщила Эмили спутнику.

Она попыталась развернуть коня, натянув поводья, но он не поддавался, а лишь фыркал и недовольно перетаптывался.

– Ну же! Домой! ― строго приказывала хозяйка, но Лайт сопротивлялся всё упорнее, недовольно вскидывая голову, что было на самом деле очень странно, ведь он всегда был очень послушным.

– Лайт! Да что с тобой! ― возмущённо прикрикнула на него девушка и с силой потащила за собой, но конь, стойко сопротивляясь ей, так и не сдвинулся с места. ― Да что же мне с тобой делать… ― вздохнула Эмили, убирая волосы с лица, и стоило ей это произнести, как наконец из-за облаков выглянула луна, наполнив лес сумрачным сиянием.

Уже не было так темно и страшно, и надежда снова вернулась к отчаявшейся девушке. Вдруг Лайт ткнул её носом и сделал несколько шагов вперёд, ведя за собой. Она в недоумении последовала за ним и только сейчас заметила прямо перед ними те самые деревья!

Сердце Эмили бешено заколотилось. В этот же самый момент лунный свет пал на них, и они принялись оживать прямо на глазах! Листья на самых макушках начали испускать приятное серебристое сияние, затем остальные листья, словно по цепочке, передавали свой свет, пока не зажглись все. И тут девушка увидела нечто ещё более невероятное: ветви стали тянуться друг к другу, переплетаясь, издавая ласковый шелест, а прямо из коры начали вырастать красивые мерцающие цветы. Постепенно их переплетение создало ту самую арку. Вот она! Прямо перед ними! От восторга у Эмили закружилась голова, и она облокотилась на Лайта. Значит, появление арки зависит от лунного света. А если так, то она может снова исчезнуть. Надо действовать, пока тучи опять не закрыли луну.

Сердце колотилось, ноги подкашивались, волнение поглотило всю девушку без остатка. На ватных ногах она подошла вплотную к арке, Лайт послушно двигался за ней. Посмотрев по ту сторону арки, Эмили увидела тот же белый туман, что и тогда. Он был настолько плотный, что не было видно абсолютно ничего, что он скрывает. Но сегодня девочка не боялась. Эта неизвестность манила, но не пугала. Она совершенно не представляла, что с ней будет по ту сторону арки. Может, там нет ничего, а может, там она найдёт счастье… или смерть. Но Эмили была уверена в том, что здесь её уже ничего не удержит. Она собрала всю храбрость в кулак и, крепко держа поводья, чтобы не потерять своего верного коня, сделала решающий шаг вперёд ― шаг в неизвестность.

Друзья прошли в арку одновременно. Внезапно все звуки леса исчезли, и холодный белый туман поглотил одиноких путников. Мёртвая тишина постепенно начинала давить на уши и сводить с ума. Девушке стало не по себе, и она прижалась к Лайту. Эмили старалась хоть что-то разглядеть, но это было просто бесполезно. Даже от фонарика не было абсолютно никакого толку. Она попыталась посмотреть на руки, но не смогла увидеть даже их. Словно ослепла. Лайт, почувствовав её страх, пошёл вперёд, будто зная, куда надо идти, и теперь уже она следовала за ним.

Неизвестно, как долго они шли, Эмили уже давно потеряла счёт времени и начинала думать, что здесь нет ничего, кроме тумана. И только она отчаялась, как вдруг кто-то схватил её за руку.

– Кто здесь?! Отпустите! ― вскрикнула девочка от неожиданности, но чей-то еле слышный навязчивый шёпот тут же перебил её:

– Я вам не причиню зла, скорее следуйте за мной, только прошу вас, тише!

И что-то в этом шёпоте внушило Эмили спокойствие, и она покорно подчинилась.

Путники ускорились. Прошло пару минут полной тишины, лишь глухое цоканье копыт Лайта нарушало тишину. Девушка просто сгорала от любопытства: кто же её сопровождает? Но ещё интереснее ей было узнать, куда же всё-таки их с Лайтом ведут и есть ли здесь ещё что-либо, кроме тумана. Тёплая ладошка, которая сжимала вечно холодную ладонь Эмили, была такого же размера, как и её, не больше: узкая, изящная, из чего она могла заключить, что её спутник либо ребёнок, либо молодая девушка.

Вдруг туман начал рассеиваться. Это было сравнимо с тем, как слепец вновь обрёл бы зрение. Эмили увидела Лайта и наконец свою спутницу. Та с нескрываемым любопытством уже вовсю разглядывала её изумрудно-зелёными глазами, разрез которых был слегка раскос. Чуть ниже Эмили ростом, миниатюрная девушка необычной, но довольно милой внешности лет шестнадцати, с утончёнными чертами лица. В свободной руке она держала лучину, свет которой освещал их и рассеивал туман в радиусе пары метров. Взгляд тут же привлекли уши: противоестественной формы, заострённые к верху. Если бы существовали сверхъестественные существа, Эмили бы сказала, что это эльфийка. Но эльфы ― это же просто сказочные персонажи! Хотя она уже не могла быть ни в чём уверенной на сто процентов. Черные волосы необычной особы заплетены в причудливые косички, а некоторые свободные пряди красиво обрамляли лицо. Одежда была не менее удивительна, чем сама девушка: длинное, свободное одеяние, напоминающее платье с капюшоном из невиданной лёгкой ткани. Оно струилось и развевалось, поблёскивая и переливаясь, словно жидкое серебро.

– Теперь можно говорить! ― радостно сообщила необычная девочка. ― Итак, твоё имя ― Эмили. Так ведь? ― улыбаясь, спросила она тонким голоском, таким звонким и чистым, словно родниковый ручеёк.

Было видно, что девушка-альбинос ей очень любопытна.

– Да, а откуда ты знаешь?

– Я слышала, как тебя звали, когда ты была здесь в тот раз. Могу ли я называть тебя Эми?

– Эмм… ― замялась девушка, ведь так её называла только бабушка, но всё же ответила: ― Конечно.

– А вот спутника с тобой тогда не было! Как его зовут? Замечательный конь!

– Лайт… его зовут Лайт, ― медленно проговорила Эмили в недоумении. ― Постой. Ты слышала, как меня звали?

– Да. Прости, но мы не могли открыть врата утром. Всю ночь ждали, что ты пройдёшь через них.

– Ждали? ― Мозг девушки просто атаковали вопросы, а загадочная незнакомка, не замечая вопросительного взгляда, начала быстро тараторить:

– Я и мой отец так надеялись, что ты всё-таки перейдёшь к нам! И каждую ночь я караулила тебя, зная, что ты вернёшься, хоть отец и не верил в это. Я даже своровала у него ключ от врат в ваш мир! Ведь уже завтра вы должны начать учёбу! А опаздывать нельзя!

Эмили ничего не поняла из того, что прощебетала девочка, но та всё продолжала говорить и говорить. Девушке нравилось её слушать, она так увлечённо и эмоционально рассказывала, и только сейчас Эмили обратила внимание на то, что спутница говорит с интересным акцентом.

– Подожди, ― всё-таки она решилась остановить бесконечный словесный поток. ― Кто ты?

– Ах, да! Совсем забыла о манерах! ― засмеялась девочка звонким переливающимся голоском и гордо ответила: ― Моё имя ― Риэ́ль! Я ― эльф!

– Ты… эльф? ― с сомнением переспросила альбиноска, приподняв одну бровь. На мгновение ей показалось, что это всего лишь сон. Но уж очень реалистичный.

– Разумеется, я эльф. Интересно, а кого ты хотела встретить, пройдя в туманные врата? Кстати, я не слишком странно разговариваю? Может, нужно быть немного развязнее? Как там у вас сейчас говорят… ― моментально Риэль преобразилась в крутую девчонку, ― типа как жизнь, подруга, что почём?! Так лучше?

– Н-нет… ― сконфуженно улыбнулась Эмили, боясь обидеть новую знакомую. ― Не думаю…

– Эх, прости, ― разочарованно выдохнула спутница. ― Просто я впервые сама лично встречаю прихожан… И жутко нервничаю!

– Всё хорошо. На самом деле, даже не знаю, кто из нас нервничает больше. Так что просто будь собой.

– А ты неплохо держишься и на редкость спокойно ко всему относишься!

– Не обижайся, но мне кажется, что я сплю.

– О, вовсе нет! Какой же это сон?! Ты, можно сказать, только сейчас проснулась!

– Значит, не сон. И значит, ты ― эльф, ― скептически проговорила она. Никак это понятие не укладывалось в сознании девушки. ― И, наверное, гномы здесь где-то поблизости бегают?

– Знаю, всё это для тебя звучит невероятно, у вас же, кроме людей да обычных зверей, совсем никого нет. А здесь ― да, гномы тоже есть! Правда, живут они очень далеко…

– И ты эльф. Фантастика! А тролли? ― по-прежнему недоверчиво спрашивала Эмили.

– Конечно! И тролли, и орки, и великаны, и русалки, и феи, и многие-многие другие расы, о которых ты даже никогда и не слышала!

– И даже вампиры?..

– О нет, последние вампиры вымерли несколько тысяч лет назад. Вернее, их уничтожили.

– Кто их уничтожил?

– Люди.

– Ну конечно, кто же ещё… ― тихо произнесла девушка. ― А снежный человек? Существует?

– Нет, ты что! ― засмеялась Риэль переливистым смехом. ― Снежный человек ― это же просто сказки! В вашем мире все любят верить в сказки. Хотя кое-что правильно и очень точно описывается в некоторых ваших книгах. Это из-за тех существ, которые тайно проникали в ваш мир из нашего. Поэтому так много известно о некоторых наших расах и особенно об эльфах. Даже я частенько к вам наведывалась. Да-да, я очень много знаю о вашем мире! Мне очень нравится за ним наблюдать.

– О нашем мире? Где мы вообще находимся?

– Ну… Это Рэ́тхим, что в переводе означает Новый мир. А то, откуда пришла ты, называется Старым миром ― Ви́рхимом. В вашем понимании можно назвать это параллельными мирами.

– А вот это меня почему-то совершенно не удивляет. Я как раз предполагала нечто подобное.

– Но на самом деле это не совсем параллельные миры. Наш мир является частью вашего. Ведь Рэтхим не что иное, как остров, исчезнувший из вашего мира. Между прочим, он считался самым большим на Земле, даже больше Гренландии! ― хвастливо воскликнула девочка. ― Но этот остров был необитаем, и более того, ничто не могло прорасти в его навечно замёрзшей почве, и именно поэтому он носил название «Мёртвый остров». И никто даже не мог подумать, что именно этот остров станет обителью всех магических существ. В те далёкие времена эльфы мирно сосуществовали с людьми, пока люди не прогнали нашу расу и другие, которые не были подобны им, призвав себе в помощь очень сильную магию… Ох, это очень длинная история, лучше я расскажу её потом, когда доберёмся до дома. Тем более мы уже почти пришли!

– Прогнали… Да, это похоже на людей, ― с грустью проговорила Эмили.

– Но ты не такая, как они! Я вижу это по твоим глазам! ― Девочка-эльф внезапно толкнула её локтем в бок, отчего та поёжилась, и улыбнулась так открыто и лучезарно, как никто, кроме бабушки, никогда не улыбался Эмили.

От этого девушке-альбиноске стало так хорошо и спокойно, что она, несмотря на боль в рёбрах, куда пришёлся удар, тоже улыбнулась в ответ. В этот момент она с удивлением осознала, что уже разучилась улыбаться.

Внезапно всё пространство наполнили звуки живой природы. Шелест листьев, стрекот сверчков, уханье совы и другие лесные звуки были для девушки сейчас музыкой, которой она наслаждалась после долгой тишины. За разговорами Эмили не заметила, как они вышли из тумана и теперь шли по довольно протоптанной тропинке, которая вела через лес к силуэту, напоминающему небольшой двухэтажный дом. Растительность здесь была гораздо спокойнее, деревья были выше, но встречались уже реже, и ничего не мешало передвигаться. А такую яркую и большую луну девушка совершенно точно не видела никогда. Эмили оглянулась назад и с удивлением обнаружила густой лес и совершенно такую же арку, в которую они входили несколько часов назад, только была она сейчас всего в нескольких шагах от них.

– Это был коридор, ― словно прочитав мысли девушки, пояснила Риэль, но почему-то уже шёпотом. ― Чтобы перейти на другую сторону мира, надо преодолеть Белый коридор.

Она говорила все тише и начала оглядываться. От этого Эмили стало не по себе.

– Что случилось? Ты боишься встретить отца? ― догадалась она.

– Да! ― поразилась эльфийка догадке. ― Ох, что мне сейчас будет…

Риэль совсем поникла. Видимо, только сейчас она осознала, что совершила ошибку, приведя сюда Эмили. Девушке стало очень жалко её, и хоть она и относилась ко всему происходящему с опаской и недоверием, но всё же ей захотелось крепко сжать руку этого беззащитного и доброго существа, чтобы хоть как-то поддержать. Но её ладонь так и не сделала этого. Эмили вспомнила о своём неизменном и самом главном жизненном правиле №1: «Никого не впускать в свою жизнь». Лишь тогда можно избежать боли предательства или потери.

– Прости, не надо было мне сюда приходить… ― тихо проговорила она, опустив голову.

– Нет-нет! Ты не понимаешь, я знаю, что это твой мир, ты должна быть здесь… О! Вот мы и пришли! ― громко сообщила эльфийка, очевидно полностью смирившись с тем, что наказания ей уже всё равно не избежать.

Они вышли из леса и наконец подошли к дому, во всех окнах которого горел свет. За дом вела ещё одна тропинка, как раз по ней Риэль повела девушку с её конём дальше, и Эмили заметила, что у этого сооружения есть… корни? Присмотревшись внимательнее, она обнаружила, что дом сделан не из деревянных досок или брёвен, а из живых деревьев! Они росли рядом ровно вверх, аккуратным рядком, прямые, будто солдаты в строю. Путники пришли на задний двор, и здесь оказалось ещё одно строение очень внушительного размера.

– Это наша конюшня, ― пояснила Риэль, отпирая ворота. ― Давай мне поводья и не переживай, Лайту здесь будет хорошо! Пусть отдыхает.

Эльфийка отворила ворота, но в темноте не было видно абсолютно ничего. Эмили попрощалась с другом, пожелав спокойной ночи и поцеловав в нос. Риэль взяла поводья и отвела Лайта в конюшню, и тот спокойно подчинился ей, что очень удивило девушку, ведь он всегда с опаской относился к посторонним. Значит, этой новой знакомой и правда стоит доверять.

Риэль ушла в конюшню, и у Эмили наконец появилась возможность осмотреться. Царила бархатная, тихая ночь, накрывая просторы звёздным покрывалом цвета тёмного индиго с изумрудными и малиновыми переливами. Сами же звезды казались ярче и ближе, напоминая россыпь сверкающих бриллиантов различных размеров. Впереди, под этим волшебным ночным небом простирались поля и возвышались холмы, между которыми извивались крохотные речушки. А на горизонте виднелись далёкие огоньки… Глядя на них, Эмили задумалась о своём прошлом, полном тоски и одиночества, которое безвозвратно ушло, и в её сердце впервые за много лет поселилось нечто новое и приятное ― это была надежда на светлое будущее.

– Эми, ― вырвал девушку из мечтаний тоненький голосок эльфийки, ― теперь Лайт отдыхает. И нам пора!

– Да, ты права! ― Только сейчас Эмили осознала, как сильно она устала. ― На самом деле я просто валюсь с ног…

– Ну что, пойдём в дом? ― с воодушевляющей улыбкой Риэль взяла девушку за руку и повела за собой.

– Пойдём… А твой папа очень злой?

– Ну-у-у… ― потянула девочка, ― он бывает разным.

– Эх, не очень обнадеживающе звучит…

– Не переживай! Все будет хорошо, я уверена! Его имя ― Эненди́л. Только обращайся к нему, называя Хранителем! Он это просто обожает! И не забудь при встрече отдать ему низкий поклон, сжав правую ладонь в кулак и прижав к груди. Это знак учтивости в нашем мире.

С этими словами девочки подошли к двери. Только это не было обыкновенной дверью, скорее это был занавес из лиан и неизвестных простому человеку вьющихся растений. Риэль сняла свои сапожки на крыльце, и Эмили последовала ее примеру. Когда эльфийка приблизилась к входу, занавес начал оживать: растения зашевелились и начали расступаться перед ней. И тут Эмили поняла ― сам дом живой. Это её просто ошарашило, и она остановилась перед волшебной дверью как вкопанная.

– Эми, идём! Всё будет хорошо! ― Изо всех сил потянула её Риэль, успокаивая, и через несколько секунд эльфийке всё-таки удалось втянуть девушку в дом.

– Что-то слишком она трусливая, ― таинственно проговорил тихий мужской голос.

Этот голос принадлежал очень высокому мужчине с длинными седыми волосами, который величественно стоял перед входной дверью, скрестив руки на груди. На вид ему можно было дать лет сорок, несмотря на седину. И хоть взгляд его был строг, красивое гладкое лицо источало доброту. Он протянул руку Риэль и раскрыл ладонь, словно ожидая рукопожатия.

– Отец, прости меня… ― опустив глаза, проговорила раскаявшимся тоном его дочь и полезла во внутренний карман своего одеяния, достав оттуда какой-то светящийся камушек. ― Но, поверь, она должна быть здесь! Я сама буду нести за неё ответственность, только разреши ей остаться!

– Ох, Риэль, ― мужчина глубоко вздохнул и забрал камень. ― Если моя дочь что-то вбила себе в голову, ― мягко проговорил он Эмили и улыбнулся, ― то спорить с этим бесполезно. Как тебя зовут, дитя?

– Э… Эмили, в смысле Эмили, Хранитель, ― заикаясь, проговорила она, отдав неловкий поклон, и посмотрела на эльфийку.

Та широко улыбалась: похоже, её это забавляло.

– Рад встрече, Эмили. ― Мужчина буравил девушку серьёзным взглядом, от которого очень хотелось спрятаться, и складывалось ощущение, что он всё время пытался что-то разглядеть и понять. ― Я, как ты уже знаешь от дочери, Хранитель врат в твой мир, имя моё ― Энендил. Риэль, а ты хотя бы задала нашей гостье самый главный вопрос?

– Отец, ну это же необязательно…

– Обязательно. Запомни, ответственность за неё лежит на тебе. Прошло слишком много времени, и на вводный курс нет ни минуты. Соглашается ― остаётся. Не соглашается ― уходит и более не тратит наше время.

– Эх… ― испуганно начала Риэль и сделала глубокий вздох. ― Согласна ли ты покинуть Старый мир, учиться и жить в Рэтхиме, чтить народы, обычаи и законы Нового мира и стать его частью, начав новую жизнь без возврата?

– Без возврата?

– О, только не говори «нет»! У тебя есть целая ночь для раздумий, а мой отец уговорит тебя остаться! Вот если бы ты прошла во врата ещё той ночью, проблем бы не было, и ты уж точно решила бы здесь остаться…

– Риэль, я согласна здесь остаться. Без уговоров. Навсегда, ― уверенно ответила девушка, и глаза эльфийки загорелись счастьем.

– Ты так решительно отвечаешь на этот вопрос, даже не представляя, на что идёшь… ― загадочно проговорил эльф, слегка улыбнувшись.

– Это неважно. Туда, откуда я пришла, я больше не вернусь. Ни за что.

– Любопытно… Ну что ж. Добро пожаловать, Эмили из Вирхима, в наш мир ― в Рэтхим, ― тепло поприветствовал седовласый мужчина девушку и положил ладонь ей на плечо. ― Тебе сейчас предстоит долгий путь…

– Пожалуйста, только не сейчас! ― перебила его дочь. ― Позволь ей остаться и отдохнуть, а завтра рано утром я её отведу! Ну пожа-а-алуйста!

– Риэль, ну что с тобой делать… Ладно, так и быть.

– Спасибо! Спасибо! Спасибо! ― Риэль радостно запрыгала вокруг отца, но тот не обращал на её выходки ни малейшего внимания.

– Эмили из Старого мира, тебе надо хорошо отдохнуть, завтра вас с моей дочерью ждёт долгий путь в деревню. В дороге ты узнаешь всё, что тебе нужно знать. Риэль, проводи её в комнату и возвращайся ко мне. А я пока отправлю письмо в Санд-Гри о новой неперерождённой…

– С радостью! ― Эльфийка тут же подхватила под руку Эмили и повела на второй этаж.

Только сейчас девушка почувствовала нежное благоухание цветов. Прямо напротив входа находилась винтовая лестница, ведущая наверх. Эта лестница была обвита живыми цветами и делила первый этаж на две небольшие комнаты, но Эмили, ведомая эльфийкой, так и не успела ничего рассмотреть, уже оказавшись в крошечном и очень тесном помещении на втором этаже. На противоположных сторонах находились такие же живые двери из растений, как и на входе. Здесь, прямо над головами девушек, горела одна-единственная шарообразная лампа, испуская слабое серебристое сияние. Эмили, задрав голову, принялась рассматривать её и увидела множество светящихся и беспорядочно двигающихся огоньков, наполняющих стеклянный шар.

– Что это? ― прошептала изумлённая девушка, раскрыв рот.

– А-а, это? Это марци́ллы, такие насекомые. У вас тоже есть жучки наподобие этих. Кажется, светлячки называются. Дикие марциллы живут только одну ночь, потому что дневной свет их убивает. Но если их защищать от солнечных лучей, они могут прожить очень долго. Чем старше марциллы, тем сильнее и ярче их сияние! ― объяснила Риэль и повернулась к одной из дверей. ― А вот таких дверей в вашем мире точно нет! ― похвасталась Риэль. ― Слушаются только своего хозяина!

Затем эльфийка погладила переплетающиеся растения, и они мгновенно начали расползаться в стороны, освободив проход.

– Да-а-а, ― протянула Эмили, широко раскрыв глаза, ― такого точно у нас нет…

Риэль прошла в проход и объявила, раскинув руки:

– Добро пожаловать в мою комнату!

Эмили осторожно зашла, и стоило ей только переступить порог, как за спиной что-то зашуршало. Девушка вздрогнула и оглянулась. Подобно змеям, извиваясь, потянулись друг к другу лианы, и даже шелест, который они издавали, напоминал шипение змей. Загадочные растения быстро забаррикадировали проход, и Эмили принялась разглядывать комнату: древесные стены украшали красивые стеклянные светильники в форме колокольчиков, наполненные марциллами, только эти сияли гораздо ярче, чем те, которые были в коридоре. «Видимо эти старше», ― заключила Эмили. Пол устилал мягкий ворсистый ковёр. По левую стену стояли шкаф и письменный стол, на котором красовался парад невиданных цветов. Над столом висела узорчатая кованая полочка, на которой были аккуратно расставлены различные изящные фигурки из металла или камня, отливающего перламутром. К правой же стене прилегала длинная кровать, у изголовья которой висело зеркало, обрамлённое красивой рамой из ветвистых узоров. Напротив двери располагалось единственное окно: как раз через него в комнату пробивался лунный свет и делал комнату ещё более сказочной.

Эмили словно на самом деле очутилась в сказке. Всё, что она увидела за эту ночь, напрочь отказывалось подчиняться разуму. Вдруг голова закружилась, и в глазах потемнело. Девушка пошатнулась, и Риэль тут же подскочила, придерживая её за плечи.

– Вот, присядь. ― Эльфийка подвела Эмили к стулу, задвинутому под стол. ― Всё хорошо?

– Это… это просто восхитительно… Здесь так красиво! И твоё гостеприимство ― в жизни не встречала людей гостеприимнее! Ой, в смысле эльфов…

– Спасибо! ― заулыбалась Риэль. ― Сегодня ты поспишь здесь, а я буду спать внизу.

– Я не хочу вас стеснять…

– Нет-нет! Какое стеснение, что ты! ― перебила эльфийка.

– Но…

– И не спорь! Тебе надо отдохнуть, а то зелёный цвет твоего лица начинает настораживать. Так, ― продолжала говорить эльфийка, не оставляя Эмили возможности ответить, ― вот кровать и чистая одежда. А если тебе что-нибудь понадобится, зови. Я буду внизу, если что: вниз по лестнице и направо, ― пояснила Риэль.

– Хорошо. А как… ― девушка замялась, подбирая слова, ― как выключается свет?

– Ах, да! Вот, смотри. ― Эльфийка подошла к одному из «светильников» и надавила на небольшой рычажок, находящийся на металлическом блестящем стебле, к которому крепился стеклянный колокольчик с мелькающими в нём марциллами.

Из стебля спиралью вылезли листья из отражающего, словно зеркало, металла и полостью закрыли стеклянный шар. Эмили заметила, что на всех светильниках есть подобные рычажки.

– Теперь, кажется, всё. Я пошла. Ну, спокойной ночи!

Риэль развернулась и направилась к выходу.

– Подожди! ― остановила её гостья. ― Спасибо тебе…

Эльфийка улыбнулась в ответ и ушла, оставив девушку наедине со своими мыслями. Эмили тут же торопливо переоделась в любопытное эльфийское одеяние, напоминающее полупрозрачную длинную сорочку, местами расшитую красивыми серебристыми узорами, и мельком окинула себя взглядом в зеркале. Затем она осторожно выключила все светильники и с улыбкой улеглась в сказочную постель жемчужного цвета, сразу же ощутив все прелести невероятно мягкого и нежного материала. Надо признать, даже просто прикасаться к нему было одно наслаждение, а уж лежать в таком ложе действительно непередаваемое удовольствие!

Переваривая недавние события, появлялось всё больше и больше вопросов и ей всё больше не верилось в происходящее. Правильный ли выбор она сделала, пройдя во врата и покинув имение? Одобрила бы это бабушка? Что же будет дальше? Прорва вопросов без единого ответа вывалилась на голову Эмили, и со временем чувство вины и угрызения совести перемешались с чувством надежды и радости, образуя очень странный коктейль. Но всё же желание спать взяло своё, хоть и очень нескоро…

## Часть II. Школа нового мира

### Глава 5. Первые шаги по новой жизни

Проснулась Эмили от яркого солнечного света, заливающего небольшую спальню. Ясное утро полностью преобразило всё пространство комнаты, окрашивая его в тёплые золотистые цвета, отчего комната казалась ещё уютнее. Ночное серебро превратилось в ослепляющее золото. «Неужели это всё не снилось мне?! ― думала счастливая девушка, подтягиваясь в постели и испытывая настоящий прилив энергии. ― Неужели всё и правда происходило наяву!»

Не переставая улыбаться, она неспешно встала, аккуратно заправила постель и переоделась обратно в свою одежду, аккуратно сложив сорочку. Затем она принялась рассматривать фигурки тончайшей ручной работы, расставленные на полочке. Все они были выполнены из какого-то тёмного металла или камня, отливающего перламутром, и изображали разных фантастических существ. Среди них девушка узнала только дракона, кентавра и русалку, остальные же не поддавались ни одной известной ей классификации.

Впервые за долгое время Эмили чувствовала себя отдохнувшей и полной сил. Но она понятия не имела, что ждёт её дальше. Раньше жизнь её была спокойна, размерена, каждый день предсказуем до минуты. Девушка привыкла к такому ритму, и теперь полная неизвестность заставляла её волноваться. Ей не верилось, что ещё вчера она попрощалась с прошлой жизнью, полной беспросветной тоски и печали. Но она просто не представляла, как ей жить в этом, новом мире, ведь она не знала ни здешних обычаев, ни порядков, в общем, ровным счётом ничего.

И, конечно, понятия не имела, сколько сейчас времени, поскольку её часы остановились. На стене Эмили обнаружила круглый предмет, напоминающий часы, с кучей циферблатов и стрелок с непонятными символами, но она не имела представления, как высчитать по ним время.

Собравшись спуститься вниз, девушка подошла к двери из растений и поняла, что Риэль забыла сказать ей самое главное: как открывается этот живой занавес. Эмили вспомнила, что перед тем как дверь открылась, эльфийка погладила растения. Несколько секунд Эмили просто стояла, растерянно смотря на дверь и разминая руки. Затем медленно и нерешительно поднесла ладонь к лианам, и стоило ей только чуть прикоснуться к ним, как они тут же обвили её руку, всё сильнее и сильнее сдавливая, словно удавы свою жертву. Испуганная девушка попыталась отдёрнуть растения свободной рукой, но они сразу сковали и её.

– Помогите! Риэль! ― закричала девушка в панике. ― Кто-нибудь, НА ПОМОЩЬ!

Незамедлительно послышались глухие шаги и неразборчивый голос эльфийки за хищной дверью. И вдруг лианы ослабили свою хватку и начали расползаться в стороны, освобождая онемевшие руки девушки. Эмили увидела в проходе лицо Риэль, отражающее не то страх, не то раскаяние, и с облегчением принялась разминать дрожащие руки.

– Прости меня! ― сокрушалась эльфийка. ― Это я виновата, это я забыла привить к тебе наше Живое Древо! Понимаешь, у меня просто очень редко бывают гости… вернее, вообще не бывают. Всех прихожан мы обязаны провожать сразу в деревню, просто с тобой иной случай… Ещё бы чуть-чуть и могло произойти непоправимое…

Эмили с лёгкостью могла представить, как эти растения безжалостно раздавили бы её.

– Но всё хорошо же, ― улыбнулась она эльфийке, ― не переживай об этом. Подожди, а что за иной случай со мной?

– Это не имеет значения… Так, нельзя с этим медлить, дай мне руку.

Эмили послушно повиновалась.

– Теперь возьми в руку змеели́ст и крепко-крепко сожми, ― Риэль взяла одну из лиан и вложила в ладонь девушки.

Эмили с недоверием посмотрела на эльфийку, но всё же сжала растение в руке.

– Хорошо. А сейчас будет немного больно, ― сразу после этих слов девочка почувствовала, как растение укололо её в ладонь, и она резко одёрнула руку, а растение, словно испугавшись, стремительно убралось восвояси.

– Больно! ― Эмили посмотрела на ранку, из которой выступала кровь.

– Уж лучше так, чем быть полностью раздавленной змеелистом, ― утешила Риэль, а затем спокойно взяла ещё одну лиану и сорвала с неё маленький листочек. ― Вот, держи, ― она протянула ей листок, ― приложи его к ранке, и она скоро затянется.

Девушка следовала указаниям, прижав лист к кровоточащей ране, и сразу почувствовала прохладное покалывание. Листик начал растворяться при соприкосновении с кровью, превращаясь в густую жидкость, которая собиралась на поражённом участке, постепенно затягивая рану.

– Здорово! ― не сдержалась от восхищения Эмили. ― Невероятно! Просто незаменимое растение!

– Да, но сорванный лист Живого Древа умирает очень быстро. Ох, ты опять переоделась в вирхимовские лохмотья! ― укоризненно сказала эльфийка. ― Так, я быстро тебе подберу одежду из моего гардероба, ― быстро протараторила Риэль, проскользнув мимо Эмили, которая по-прежнему стояла с вытянутой ладонью и только сейчас заметила, что рана полностью стянулась, не оставив и следа.

Эльфийка тем временем принялась переворачивать всё содержимое её шкафа.

– А как долго может жить лист Живого древа? ― поинтересовалась девушка, потирая ладонь.

Тем временем дверь за спинами девушек снова замуровалась.

– Не успеешь сделать и пары шагов, как он завянет и будет негодным, ― сообщила Риэль, с энтузиазмом перебирая одежду. ― Да и исцеляет он только раны, а против болезней бессилен… Но есть некоторые цветы, лепестки которых способны творить настоящие чудеса спустя многие земные циклы! Например, цветок Алирмира ― его свойства не ослабевают никогда, и даже спустя века он способен исцелить любую болезнь, любой недуг! Только его лепесток ни в коем случае нельзя срывать силой, цветок должен сам его сбросить, и использовать его можно лишь один раз.

Только Эмили раскрыла рот, чтобы рассказать про случай с цветком у арки в их мир, но Риэль уже стояла перед ней, протягивая ей одежду.

– В этом ты сойдёшь за обычного странника из наших мест. Пожалуй, лучше переодеться после завтрака. Все свои вещи из Старого мира ты должна будешь отдать мне. Со Старого мира запрещено теперь что-либо проносить. – Эльфийка положила одежду на стул и подошла к выходу. ― Кажется, у вас это контрабандой называется.

– Абсолютно ВСЕ вещи запрещено проносить? ― испуганно переспросила Эмили, доставая бабушкино письмо. ― А можно я оставлю вот это?

– Ну, думаю, одна бумажка, как у вас говорится, погоды не сделает, ― подмигнула эльфийка, ― только это будет наш маленький секрет! Не проболтайся никому! Ну что, попробуешь сама? ― Риэль указала на дверь.

– Я?! Сама? Ох… ну, думаю, рискну, ― уверенно сказала девушка после секундных сомнений.

– Умница! ― расплылась в улыбке лучезарная девочка-эльф. ― Просто проведи ладонью по стеблям, и они отворят проход.

– Так, просто провести ладонью, ― проговорила Эмили под нос, глядя на смертельно опасные растения. ― Просто провести… А любой ладонью?

– Да-да, любой, любой, ― быстро ответила Риэль в нетерпении.

– Хорошо… ― медлила девушка, колеблясь.

И наконец она всё же протянула руку к лианам… но остановилась в нескольких миллиметрах и убрала руку назад. Риэль закатила глаза.

– Отец был прав: ты редкая трусиха, ― вздохнула она, покачав головой.

Уязвлённая девушка посмотрела на эльфийку: та прикусила губу и вопросительно подняла брови. Не говоря ни слова, Эмили крепко зажмурилась и всё же прикоснулась к растениям, очень медленно и аккуратно погладив их. Лианы послушно расползлись, открывая проход, и девушка восторженно ахнула.

– У меня получилось! Получилось, Риэль! ― ликовала она, словно ребёнок.

– Радуешься так, будто дракона сокрушила, ― засмеялась Риэль.

Надо признать, Эмили вообще не было свойственно так радоваться, но этот мир открыл в ней новое дыхание, и она чувствовала, что сейчас может даже горы свернуть! Так, радуясь маленькой победе, девушки спустились на первый этаж.

Эльфийка пропустила Эмили вперёд, предоставив ей возможность осмотреться, а сама принялась суетиться по дому, аккуратно расставляя некоторые вещи и протирая их тряпочкой из листьев. Если обратить внимание, то можно заметить, что Риэль суетится и двигается абсолютно всё время, словно не может стоять или сидеть на одном месте спокойно. Энергичнее неё Эмили никогда никого ещё не видела. Девушка с любопытством проводила её взглядом и принялась осматриваться. Справа от лестницы располагалась гостиная, обставленная резной тёмной мебелью, вазами и всевозможными глиняными горшками с растениями. Вдоль дальней стены красовались величественные высокие книжные шкафы, сверху донизу уставленные книгами. Девушка подошла к ним и принялась изучать домашнюю библиотеку.

– Риэль, здесь большинство книг на английском! ― удивлённо воскликнула она.

– Моя мама была человеком из твоего мира, ― тихо произнесла девушка-эльф, и Эмили, шокированная этой новостью, посмотрела на неё.

Риэль отрешённо уставилась в окно, и девушка поняла, что задела больные раны.

– Раньше, до запрета на переход через врата, я часто ходила тайком в ваш мир, ― продолжила эльфийка, глядя в окно. ― Так я чувствовала себя ближе к ней, чувствовала, что она рядом. Большинство книг ― её наследие, именно поэтому мы с отцом так хорошо говорим на современном английском и знаем современные для твоего мира понятия. И это несмотря на то, что мы эльфы. ― Риэль посмотрела на Эмили потухшими глазами. В уголках глаз эльфийки блеснули слёзы, которые она смахнула лёгким движением. ― Вряд ли ты сможешь найти во всём Рэтхиме ещё эльфов, которые так же хорошо знали бы ваш современный английский. Но ты с остальными прихожанами из Вирхима будете изучать языки и других рас, населяющих Новый мир.

– Остальными прихожанами? ― поразилась девушка. ― Есть ещё люди из моего мира?

– Да, двое юношей и ещё одна девушка.

– Три человека… ― задумчиво проговорила Эмили, она поняла, что это именно те люди, которые пропали без вести. ― И мы будем изучать ваш язык? Зачем?

– Как это «зачем»?! ― Наконец в потухших глазах эльфийки опять зажёгся огонёк. ― А как же ты собираешься общаться с эльфами после Перерождения? Ты же не случайно сюда попала! Раз в двести лет в течение шестидесяти лун врата блуждают по лесам Старого мира и пробуждают магическое начало в людях Вирхима, призывая к себе. Зов Белой Крови ― так зовётся этот период.

– Белой Крови? ― переспросила девушка.

– Ну конечно не в прямом смысле. «Белой» ― значит чистой Рэтхимской.

– Это значит, что у меня… Белая Кровь?

– Безусловно! Правда, впервые так много людей перешло в Вирхим. Но многие вернулись назад, поскольку не захотели здесь оставаться. И их можно понять, никто не хочет терять свой родной дом, а силой мы никого не держим.

– И когда они возвращаются, у них стирается память, ― догадалась девушка, вспомнив сообщения о массовой амнезии.

– Конечно! О Рэтхиме не должен знать никто из вашего мира для соблюдения баланса. Обычно на Зов Белой Крови приходят по одному человеку, а иногда вообще ни одного. А за эти шестьдесят лун было настоящее нашествие, несмотря на то, что многие не решились остаться. Видимо, назревает что-то серьёзное. Ты была последней перешедшей, но… ― Тут Риэль открыла рот, чтобы сказать что-то ещё, но пресекла себя, так и не договорив. Эмили показалось, что эльфийка утаила от неё что-то очень важное, но Риэль бодро перевела тему: ― Целый год люди Вирхима проходят обучение. Эх, вам ещё столько предстоит узнать, многому предстоит научиться! ― мечтательно произнесла девушка-эльф. ― Основы магического искусства, боевого искусства, история мира, география острова, законы и языки Рэтхима… Это всё так интересно! Целый год, изучая всё это, вы будете жить в деревне Санд-Гри, что с недавних пор входит в состав южного королевства Санд-Йэр и находится совсем недалеко от самой столицы ― Санд-Ланарима! Запомни, Санд-Гри ― это эльфийская деревня, и там практически никто в совершенстве не говорит на вашем языке, кроме учителей. Но тем быстрее вы освоите эльфийское наречие!

Эмили переваривала полученную информацию, и постепенно у неё начало появляться плохое предчувствие.

– А что будет по истечению года? Экзамены? ― осторожно спросила она.

– Нет, ― захихикала Риэль. ― Хотя некоторые магистры вполне могут устроить итоговые экзамены, но это не страшно, если будешь хорошо учиться, ― весело отмахнулась эльфийка, но Эмили явно занервничала после её слов. ― А спустя триста лун после закрытия врат, наступит День перерождения… Пойдём на кухню, и я тебе всё расскажу за завтраком, умираю с голоду!

И девушки переместились на очень уютную кухню, которая мельком напомнила Эмили кухню её родного дома: такой же круглый стол из тёмного дерева посреди комнаты, даже стулья с высокой спинкой были похожи. Но девушка тут же прогнала тоску, накрывшую её лёгкой вуалью воспоминаний. К тому же во всём остальном это помещение сильно отличалась от привычной человеческому взгляду кухни. Шкафчики разной формы с перламутровыми извилистыми ручками, странные непонятные кухонные приборы, необычная посуда, множество марцилловых светильников повсюду и даже холодильник! Хотя это был скорее просто шкаф, внутри которого волшебным образом поддерживался холод. Как раз из него эльфийка что-то достала, выпустив клубы голубоватого мерцающего пара, и направилась к столу.

– Ты чего так напряглась? ― спросила Риэль, глядя на скованную девушку.

– Да нет, ничего, не обращай внимания. Что у нас сегодня на завтрак? ― наигранно деловито спросила Эмили, глядя на глубокие расписные чаши в руках эльфийки, заполненные какими-то фиолетовыми шариками.

– Мои любимые печёные ри́динги! ― блаженно объявила Риэль, расставляя блюда на стол. ― Моё коронное блюдо! Тебе должно понравиться, скорее садись за стол! Только разогрею сначала… ― Она посыпала шарики белым порошком, и они на мгновение вспыхнули ярким огнём. ― Готово!

Девушки расселись по разные стороны стола и принялись завтракать. Вилок или ложек поблизости не было. Взяв один шарик в руку, Эмили удивилась тому, какой он горячий, и начала разглядывать. Долго размышляя над тем, с какой стороны к нему подступиться, она посмотрела на соседку: та с большим аппетитом уплетала один шарик за другим, быстро опустошая свою чашу. Эмили откусила маленький кусочек и стала медленно разжёвывать его.

– М-м-м, вкусно! ― не удержалась она от восторженного комплимента.

Начинка, состоящая из печёного рассыпчатого теста и мягких зёрнышек, отдалённо напоминающих по консистенции рис, была обёрнута фиолетовыми сладкими хрустящими листьями. Это было странно, ни на что не похоже, но действительно вкусно.

– Я же говорила, что тебе понравится, ― самодовольно пробубнила Риэль с набитым ртом.

Быстро доев свои завтраки, Риэль угостила Эмили необычайно ароматным чаем из местных трав.

– Теперь я отведу тебя в Купальный сад, ― сообщила эльфийка, убирая всё со стола.

– Сад? Купальный? Ох, как тяжело, когда ничего не знаешь и не понимаешь…

– Ты быстро освоишься, не переживай! Сходи пока за одеждой, которую я тебе подготовила. Я буду ждать тебя у выхода.

Эмили бегом поднялась на второй этаж и, теперь без малейшего страха открыв живую дверь, быстро прихватила одежду и уже спускалась к выходу.

– Вот это скорость! ― удивилась Риэль.

– Мне просто не терпится всё здесь осмотреть! Этот мир совершенно другой, и хочется поскорее всё разузнать о нём. Понимаешь, Риэль… Несмотря на то, что всё здесь чужое и новое, у меня такое ощущение, будто я дома.

– Так и есть! Это и есть твой дом, Эми! Ты была рождена, чтобы жить здесь, иначе Врата тебя не призвали бы.

– Тогда это всё объясняет… ― тихо произнесла Эмили, вспоминая, как тяжело ей было жить в её жестоком мире.

Они покинули дом и вышли на порог. Девушка посмотрела на то место, где она вчера оставила свои сапоги, но там не было и намёка на обувь. Эмили вопросительно взглянула на Риэль: та коротко свистнула и начала оглядываться по сторонам. Незамедлительно к ним подкатились четверо невероятных шарообразных зверьков, напоминающие енотов, только с панцирем, как у броненосца.

– Это грено́шки-чистильщики, ― коротко объяснила эльфийка, доставая из рюкзака четыре спелых яблока.

Неведомые зверьки развернулись, и Эмили с удивлением увидела в их маленьких ручонках ботинки. Свои ботинки! Только невероятно чистые. Каждый из греношек принёс по одному ботинку. Они аккуратно поставили их у порога и стали жалобно выпрашивать яблоки. Риэль незамедлительно их угостила, и зверьки, что-то радостно пропищав, вновь свернулись и укатились прочь.

– Невероятно! ― восторженно воскликнула Эмили, глядя вслед греношкам-чистильщикам.

– То ли ещё будет! ― Эльфийка ткнула новую знакомую локтем в бок и принялась обувать свои изящные сапожки.

Обувшись, девушки вышли на тропинку, и Эмили сразу же увидела по меньшей мере пятьдесят лошадей, резвящихся на пастбище позади дома. Она была удивлена увидеть такое огромное количество прекрасных животных, где один конь краше и статнее другого, но своего Лайта узнала сразу и, не удержавшись, тут же бросилась его обнимать. Лайт, который, кстати, по своим размерам немного уступал своим сородичам, судя по игривому настроению, тоже радовался встрече.

– Я скоро приду к тебе, малыш. ― Девушка потрепала его за ухо и вернулась к Риэль.

– Обычно мы выдаём прихожанам одного из наших коней, ― сообщила эльфийка, ― но поскольку у тебя уже есть верный спутник, другой, думаю, тебе ни к чему! Но если захочешь, можешь выбрать себе любого понравившегося скакуна.

– Нет уж, я Лайта ни на кого не променяю!

– Ну и хорошо! ― улыбнулась Риэль. ― Мне нравится твоё отношение к друзьям.

Девушки кинули последний взгляд на пастбище и пошли в глубь леса по обложенной камнями тропинке в место, которое Риэль называла Купальным садом. Эмили оглядывалась по сторонам, радуясь утреннему солнцу, веером рассеивающему свои лучи сквозь крону многовековых деревьев. Многое в этом Новом мире отличалось от Старого. На первый взгляд всё было таким же, но при ближайшем рассмотрении можно заметить разницу. Например, деревья: листья чуть длиннее и острее, не говоря уже о размерах самих стволов, могучих, высоких, мощные корни которых ломали земную твердь, будто лапа неведомого монстра, а сама девушка чувствовала себя крошечным лилипутом среди деревьев-гигантов. У подножья этих самых древесных великанов, обвивая корни, ютились всевозможные растения, пестря своим разнообразием.

Эмили было очень интересно разглядывать окружающую флору, но некоторые вопросы назойливо лезли в голову, не давая покоя.

– Риэль, ― не выдержала она, ― ты остановилась на Дне перерождения. Что это?

– Ах, да! ― оживилась эльфийка. ― Все первые триста лун жизни после закрытия Врат в Рэтхиме люди накапливают энергию, которая находит выход по истечении трёхсот ночей. На триста первый день новой жизни наступает День перерождения ― великий праздник. На теле людей проявляются магические руны Судьбы ― знаки принадлежности к миру Рэтхима. У рождённых здесь этот знак появляется в первый же день жизни. С момента проявления этих рун, человек официально считается жителем нашего мира ― рождённым заново.

– А бывало ли так, что эти знаки не проявлялись?

– Нет, ― улыбнулась Риэль, ― ведь эти руны обозначают и принадлежность к какому-либо делу, в чём перерождённый будет особо силён. Таким образом ему предписывается род занятий и соответствующее обучение. Также руны показывают магическую силу своего носителя. Если таковая имеется. Чем больше сила, тем больше рун на теле. ― Эльфийка задрала рукав и показала свою руку, всю кожу которой занимало множество загогулистых иероглифов, похожих на татуировки.

– Ого! И что это означает? ― девушку просто распирало от любопытства!

– Я ― будущий Хранитель, Страж Земли, как и мой отец, ― без энтузиазма ответила Риэль.

– Ого… Значит, ты обладаешь большой силой?

– Пока не очень большой. До посвящения в Хранители я способна только на самую элементарную магию, как и большинство эльфов.

– Ты, кажется, не очень рада этому? ― осторожно спросила Эмили.

– Быть Хранителем ― значит быть навечно прикованным к вратам. Отец не может отойти дальше нашего дома и постоянно должен следить за вратами. Никакой свободы. Что в этом хорошего?

– Ну, думаю, это благородное дело. Разве нет?

Риэль лишь неопределённо пожала плечами, затем улыбнулась и посмотрела на задумавшуюся девушку:

– Вот и они! ― остановившись, объявила эльфийка. ― Купальные сады!

Эмили невольно раскрыла рот от изумления. Она даже не заметила, как мягкий солнечный свет сменился приятным сиянием марциллов, мелькающих повсюду, а земля сменилась мхом. Они пришли в место, куда не пробивались солнечные лучи, настолько раскидистая была крона необъятных деревьев, смыкающих ветви высоко над головами девушек. С веток на разной удалённости от земли свисали огромнейшие листья, свёрнутые в трубочку. Издалека они напоминали громадные и довольно толстые коконы бабочек. Откуда-то доносилось тихое журчание воды.

– Эти деревья так и называются ― купальные, ― объяснила Риэль, танцующе перепрыгивая по камням и уходя дальше. Эмили пошла следом за ней по мху, даже не рискуя прыгать по камням, предвидя, чем это может закончиться для неё из-за своей врождённой неуклюжести. ― Их листья накапливают влагу и чистейшую дождевую воду, под которой можно купаться или пить её.

Эльфийка подошла к одному из лиственных бутонов, дотянулась до закрученного усика, свисающего с самого кончика, и слегка потянула за него. Из появившегося отверстия тут же побежала искрящаяся струйка воды. После краткого инструктажа Риэль ушла, оставив Эмили одну. Девушка быстро сообразила, как пользоваться «природным душем»: от того, как сильно потянуть, меняется и «напор». Она купалась под прохладной освежающей водой, наслаждаясь каждой каплей, и в итоге израсходовала три больших водяных листа, которые потом скрутились обратно и принялись снова накапливать влагу.

Немного обсохнув, девушка впервые переоделась в повседневную одежду Рэтхима, долго разбираясь, где в ней перед, а где зад. Одежда оказалась лёгкой и довольно удобной. Эмили немного покрутилась, разглядывая себя в новом образе, и пожалела, что нигде поблизости нет зеркала. Серые льняные штаны, светлая длинная рубаха с поясом и широкими рукавами, ворсистый плащ с капюшоном и кожаные короткие сапоги ― всё было словно сшито по ней. Она и вправду теперь вполне могла сойти за жителя Рэтхима, только лишь очки выдавали её происхождение. Затем девушка окликнула Риэль, и они отправились обратно домой.

В дороге эльфийка рассказывала о здешних растениях и животных, обитающих в лесу, а одного зверька удалось даже встретить. Это был так называемый лесной лолун, меленький пузатый зверёк, похожий на весьма толстого хомяка с невероятно большими печальными глазами. Несмотря на свою упитанность, он довольно резво упрыгал в кусты, окончательно скрывшись от незваных любопытных гостей. Затем девушки наткнулись на белые цветы, напоминающие ромашки, только здесь они назывались сантиллами. Риэль, не упуская случая, нарвала целый букет и посоветовала делать из них отвар и закапывать его в глаза перед сном на протяжении семи дней ― это должно было чудесным образом исцелить зрение Эмили, хотя ей с трудом в это верилось.

Солнце уже находилось высоко в зените, когда они пришли домой и расселись в большие мягкие кресла гостиной с чашками горячего травяного чая.

– Ты хорошо отдохнула? ― заботливо поинтересовалась Риэль.

– О да! ― Девушка сделала ещё глоток чая, прикрыв от удовольствия глаза. ― Я будто заново родилась!

– Тогда сейчас мы отправимся в деревню, ехать туда около двух часов. Как раз к вечеру доберёмся. Вообще, отец мне приказал отвезти тебя сегодня рано утром, но я просто не могла тебе не дать отдохнуть… А это ещё кто? ― эльфийка пристально посмотрела в окно, вглядываясь вдаль.

Эмили тоже туда посмотрела, но никого не увидела.

– Кто там?

– Сейчас выясним. ― Риэль поставила кружку на столик, стоящий между креслами, и пошла к выходу. Эмили последовала её примеру. Ей не терпелось увидеть ещё одного жителя этого фантастического мира.

Девушки вышли на крыльцо, и Эмили только сейчас заметила на горизонте точку, приближающуюся к ним.

– Хм, это Оуэн, твой земляк, ― удивлённо сказала Риэль. ― Что это он здесь делает…

Лицо Эмили вытянулось от удивления. Только она начала привыкать к тому, что всё здесь абсолютно иное, и воспринимать это как данность, как появляется человек из её мира. Это вернуло её из мечтаний на землю. Более того, девушка вспомнила, как в новостях говорили про некого пропавшего добровольца Оуэна Харпера, который так и не вернулся. Наверняка это именно он!

А тем временем путник совсем близко подъехал верхом на крупной гнедой лошади, и Эмили наконец смогла его рассмотреть. Это был молодой крепкий парень с взъерошенными каштановыми волосами. Судя по его виду, он был не в духе. Цепкий выразительный взгляд, широкие челюсть и скулы придавали воинственности его образу.

– Всё, я не могу больше здесь находиться! ― выпалил он, вплотную подъехав к девушкам.

– Как тебе удалось покинуть границы Санд-Гри? ― вежливо поинтересовалась Риэль. ― Неперерождённым ведь строго запрещено покидать деревню.

– Не особо трудно было. Посты никто не охраняет. Как там тебя… А в общем, неважно… Где твой отец? Мне нужно, чтобы он вернул меня обратно, домой.

– Но поче…

– Да достало меня здесь всё! ― вспыхнул он, грубо перебив её. ― Эльфы, волшебство… Всё это глупости из детских сказок! ― Парень дерзко сорвал с себя плащ с капюшоном и выкинул его на землю. ― Не собираюсь здесь больше оставаться. Мой дом там!

– Ну, как желаешь, ― спокойно проговорила Риэль и указала ему на тропинку, ведущую в лес. Наглый парень сразу же развернул коня и удалился, не говоря ни слова.

– Можно вернуться? ― поразилась Эмили.

– Конечно, можно, пока есть время на раздумья… А что? Ты хочешь вернуться? ― испуганно спросила эльфийка.

– Ой, нет! Только не это, ― твёрдо сказала девушка.

– Ну и отлично! ― Риэль широко улыбнулась и подняла плащ, небрежно лежащий на траве. ― А теперь давай собираться в путь!

### Глава 6. Первое путешествие

Девочка-эльф отдала Эмили искусно сшитый тряпичный рюкзак, который она предусмотрительно наполнила самым необходимым, и быстро приготовила отвар из сантиллов. Маленький стеклянный флакончик с целебным отваром она вручила девушке, когда та изучала содержимое рюкзака. А что касательно тех вещей, с которыми девушка пришла в новый для неё мир, то она оставила из них только прощальное письмо бабушки и на всякий случай тот лепесток, который упал перед ней у древесной арки два месяца назад. Их Эмили положила для надёжности в нагрудный карман рубашки.

Собравшись и приготовившись к путешествию в деревню, девушки немедля пошли на пастбище за лошадьми и отправились в добрый путь. Эмили так понравилось это место, что её сердце сжалось, когда они удалялись всё дальше и дальше от живого дома, уже успевшего стать ей таким родным.

Первые минуты девушки ехали в полной тишине, каждой было о чём подумать. Риэль ехала впереди на грациозной лошади изабелловой масти, которую она называла Га́йя. Вдруг Эмили заметила свёрнутый плащ, привязанный к седлу эльфийки.

– Риэль, это случайно не плащ того…

– Да-да! ― звонко сказала Риэль через плечо. ― Это плащ Оуэна.

– А зачем ты…

– Затем, что он вернётся, ― в очередной раз перебила её эльфийка, поравнявшись с ней. ― Они всегда возвращаются. Те, кто провёл здесь хотя бы несколько дней, сродняются с этим местом, хоть и отрицают это. К тому же у моего отца настоящий дар переубеждения. И не только! Его слово может внушить надежду, принять важное решение или заставить бояться. Но отнюдь не каждого он будет убеждать, а лишь того, кого действительно сочтёт достойным. Отец видит всех насквозь! Кстати, тебя одну не пришлось переубеждать.

– Жаль мне не представилась возможность с ним пообщаться…

– Ну, с ним мало кому вообще удаётся поговорить, включая меня. Если он того сам не захочет. К сожалению, отец очень редко бывает дома: ему постоянно приходится сторожить врата.

– Он что, совсем не спит? ― поразилась Эмили.

– Конечно, нет! Хранители никогда не спят: сон им совершенно не нужен.

– Хранители? Значит, твой отец не единственный Хранитель?

– Да, есть ещё другие Хранители. Помнишь, я тебе говорила про то, что когда-то очень давно миры были одним целым? Так вот, эта история очень длинная. Ты никуда не спешишь? ― Риэль иронически посмотрела на девушку, и та хихикнула в ответ. ― Ну и хорошо! Эта история своими корнями уходит в далёкое-далёкое прошлое, давно забытое, давно утерянное, во времена, когда все расы существовали в союзе, а миру не угрожало ничего. Осталось очень мало тех, кто помнит те прекрасные времена… Но одна из легенд гласит, что в том едином мире тысячелетие назад процветала магия, и люди сосуществовали в союзе с другими расами. В самом начале времён эльфам была дана магия, а людям власть ― очень опасное сочетание, как потом оказалось. Изначально люди уважали эльфов и относились к ним на равных. И всё бы было хорошо, но однажды, во времена строительства Большого города, на новой земле люди нашли светящуюся ослепительным светом, будто звезда, сферу, размером с орех ― источник чистой первозданной энергии, самой древней и мощной. И теперь у них в руках была самая сильная магия…

– Но ведь люди не какие-то магические создания, ― в недоумении перебила Эмили. ― Они же не могли использовать магию…

– Да, ты размышляешь в верном направлении! И хотя люди лишены магической силы, у них был её источник, и им осталось только научиться его использовать. Верховный король Дамру́д решил призвать на помощь специалистов по чёрной магии, и через них он получил силу этого камня и могущество. Он стал первым человеком, обладающим магическими способностями, а вместе с камнем его силе не было границ! Назвали этот энергетический камень Ламестра́ллом, что означает ― «первозданный». Его безграничная энергия могла созидать и разрушать. Людям больше не нужны были ни эльфы, ни их магия, а другие расы и подавно. Власть над миром затмила разум Дамруда, и он начал уничтожать великанов, эльфов, гномов, и всех, кого он считал ничтожными и недостойными существования. Началось массовое гонение последних оставшихся в живых эльфов. К сожалению, их магии было недостаточно, чтобы противостоять первозданной энергии, и мой народ был вынужден бежать. Тогда Дамруда прозвали Чёрным Королём…

В поисках помощи, гонимые существа решили обратиться к самому сильному волшебнику древнего мира ― магу-отшельнику Алирми́ру. Эльфы долго искали его, но всё же нашли: в дремучих непроходимых лесах южных земель. Услышав всю эту историю, Алирмир пришёл в бешенство. Он обратился в филина и разыскал Дамруда. Выждав момент, чтобы остаться с ним наедине, он выхватил клювом Ламестралл прямо у него из рук и вернулся в человеческое обличие. На крик Дамруда тут же сбежалась вся стража и все, кто обитал в замке, но никто не смог и близко подступиться к Магу, ведь через Ламестралл тот обрёл невообразимую силу, ещё большую, чем Дамруд! Алирмир обратился к Чёрному Королю, его голос был полон ярости и гнева: «Ты хочешь истребить все расы, кроме людской, так пусть же люди останутся одни, пока сами друг друга не уничтожат! Отныне я делю этот мир на две стороны: стороны Старого и Нового мира ― Вирхим и Рэтхим. И только те, кто по праву достоин, смогут пройти в Новый мир». Затем при помощи Ламестралла он отправил Дамруда в мир Тьмы, а сам обратился обратно в филина и упорхал в дремучий лес, который являлся его домом.

Вскоре Алирмир собрал представителей всех рас и рассказал им, что отныне им никто и ничто не будет угрожать, о том, что при помощи Ламестралла он создаст новый, лучший мир. Гномы и тролли сразу запротестовали. Они не хотели покидать родные земли из-за каких-то людей и предложили при помощи силы камня уничтожить человечество. Но Алирмир напрочь отверг это предложение. «Не уподобляйтесь людям, ибо они сами друг друга уничтожат. А энергия Ламестралла должна быть использована лишь во благо и созидание». Он поведал им о большом, расположенном в самых северных водах Земли, Мёртвом острове, в который он вдохнёт жизнь и свой собственный климат, наполнит его густыми лесами, бурными реками и плодородной почвой и который навсегда скроет от людских глаз. Также он рассказал о том, что это будет Новым миром, но отнюдь не единственным. Мало кто знает, но уже тогда было четыре мира, существующих с начала зарождения вселенной: Ла́тенхим ― мир Света, Та́йтенхим ― мир Тьмы, Мэ́йнхим ― Морское царство, Вирхим ― Старый мир. Теперь же их будет пять, и Новый мир, Рэтхим, будет пятым и последним миром, миром магии.

Волшебник сказал, что пожертвует собой, ради создания Нового мира. Он разобьёт Ламестралл на четыре части, и это отнимет у него жизнь. Осколки будут центри́ллами ― ключами к вратам в другие миры, и в каждом из них будет сконцентрирована часть силы Ламестралла. Но использовать её сможет только Хранитель ключа, он же и будет Стражем прохода в другой мир… Ой, я, наверное, очень быстро говорю! ― внезапно воскликнула Риэль, глядя на загруженное лицо своей спутницы. ― Прости, просто медленнее говорить не умею! Ты хоть что-то поняла из того, что я сказала?

– Да-а… ― медленно протянула Эмили, раскладывая полученную информацию по полочкам у себя в голове. ―Всего есть пять миров, в четыре из которых можно попасть из Нового мира через соответствующие врата, охраняемые Хранителями. А у каждого Хранителя есть ключ от своих врат.

– Молодец! Чувствую, учёба тебе будет даваться легко! Так, на чём я остановилась? Ах, да! Собрание Алирмира! Затем маг объяснил, что в этот Новый мир попасть сможет не каждый, а лишь тот, кто отмечен особыми рунами. Он произвёл обряд перерождения, и на телах всех, кто предназначен для Нового мира, проявились знаки. Алирмир предупредил, что врата в Новый мир должны открываться по всему Старому миру и притягивать достойных людей с Белой Кровью, на телах которых спустя триста лун тоже будут проявляться руны перерождения – знаки причастности к Новому миру. Этих людей волшебник попросил встречать с особым почётом, ибо они рождены для великих свершений. Прочтя проявившиеся символы присутствующих, он выбрал четырёх Хранителей ключей, прошептал длинное заклинание на известном только ему языке и прямо перед ними расколол Ламестралл на четыре осколка. Яркая вспышка света поглотила весь лес, и, когда она погасла, все увидели четыре камня, лежащих у арки из деревьев. Камни были ключами…

– А древесная арка вратами, в которые я прошла… ― закончила Эмили.

– Совершенно верно! Это и были те самые врата, с которых всё началось, самые первые, самые главные. А сам Мёртвый остров навечно исчез с поверхности людского мира. Позже, после колонизации, врата в Старый мир открыли и туда стали водить экскурсии. Конечно, всё это было под покровом магии, и ваши люди совершенно не замечали наших… как это у вас говорится… туристов! Жаль я ещё не родилась в те свободные времена… Со временем стали случаться инциденты с упрямыми троллями, которые хотели проходить в ваш мир под своим обличием, а не зачарованным. Начались беспорядки, и Высший Совет Рэтхима ввёл пошлину и персональное разрешение на проход через врата, которое можно было приобрести с большим трудом. Но с каждым днём пошлина росла всё больше, а разрешение вскоре просто невозможно было получить. Но самое интересное началось тогда, когда население Рэтхима захотело заимствовать новшества прогресса Вирхима! Отец говорил, что это очень взбесило Совет, ведь все советники ненавидят всё, что связано со Старым миром. В итоге даже мысли о похождении в Вирхим стали наказуемы, а проход и вовсе закрыли. С этого момента два мира пошли разными путями, и каждый развивался по-своему. Теперь врата открываются раз в двести лет исключительно для того, чтобы впустить избранных ― будущих перерождённых вирхимовцев. Они появляются в любой точке земного шара, где есть деревья и достойные люди, а мой отец всё видит и за всем внимательно следит. Странно, но в самые первые главные врата после великой колонизации входили лишь два неперерождённых вирхимовца. Ты была второй.

– А кто был первым человеком?

– Моя мать. Вы даже с ней чем-то похожи. Только никак не могу понять чем.

– Лестно слышать! Интересно… А бывали ли случаи, когда ваши жители убивали людей из моего мира?

– Нет! ― испуганно воскликнула Риэль. ― Уверена, такого никогда не было и быть не могло! Иначе бы моего отца, как Хранителя Вирхима, казнили бы тотчас! А с чего такой вопрос?

– Нет-нет, не обращай внимания. Просто интересно… Помнится, ты говорила о том, что в вашем мире есть орки. В наших книгах иногда упоминаются орки, но они описываются как ужасные твари… А раз здесь обитают только мирные создания, как могут существовать орки?

– Вполне спокойно, ― хихикнув, ответила девочка. ― Да, они, конечно, довольно глупы и ярые любители подраться, но тем не менее живут спокойно в горах, никого не трогая. По крайней мере, пока никто не трогает их. Многие считают орков самой низшей расой, но это совершенно не значит, что они не имеют права на существование.

– Понимаю. Но одного я понять не могу. Если все эти события произошли почти тысячелетие назад в моём мире, как так получилась, что ни в одном учебнике истории нет ни одного упоминания ни о них, ни об исчезнувшем острове, ни об эльфах?

– Хороший вопрос! Когда Алирмир разбил Ламестралл, из сознания всех людей стёрлись воспоминания и о Ламестралле, и об эльфах, и обо всём, что связывало человечество с магией. А со всех книг и карт Вирхима были стёрты все обозначения и отметки о Мёртвом острове. Думаю, он сделал это специально, чтобы люди больше никогда не искали источник первозданной энергии и Новый мир.

– Похоже, он всё предусмотрел… И создал целый прекрасный мир! ― Эмили восторженно оглядывала незнакомые горизонты, и в её голове просто не укладывалось столь масштабное событие.

– Для нас, для всех живущих в этом мире, Алирмир ― великий создатель и спаситель. Мы почитаем его подвиг и чтим память о нём.

Эмили медленно переваривала полученную информацию и постепенно проникалась огромным уважением к этому волшебнику, отдавшему свою жизнь за спасение вымирающих народов. Внезапно девушка начала воспринимать всё не как сказку, а как реальность. Теперь она легко могла представить те суровые времена, гонение и истребление целых народов… и последующую колонизацию в Новый мир. В Рэтхим. Эмили почувствовала нечто родное и приятное в этом названии.

Тем временем начинало смеркаться. Девушкам понадобилось больше времени, чтобы добраться до деревни, слабые огни которой замерцали уже совсем близко.

– Давай прибавим шагу? ― спросила эльфийка, азартно прищурив глаза.

– Почему бы и нет, ― улыбнулась Эмили. ― Риэль, у тебя быстрая лошадь?

– Однозначно быстрее твоего Лайта, ― хихикнула девочка-эльф и резко рванула вперёд.

– Эй, так нечестно! ― крикнула вслед оторопевшая девушка и карьером понеслась вдогонку.

Ей хотелось хохотать от счастья, которое она ощущала даже на кончиках пальцев! Оно было материально и осязаемо. Эмили ещё никогда не было так весело и спокойно одновременно.

– Ну-ка, Лайт, давай покажем, кто здесь самый быстрый! ― подбадривала она своего друга, постепенно догоняя Риэль.

Они стремительно неслись вперёд, всё быстрее приближаясь к деревне. Очень скоро Эмили поравнялась с эльфийкой, и та не поверила своим глазам, глядя на то, как Лайт вырывается вперёд.

– Как?! ― не поверила своим глазам Риэль и начала сбавлять темп.

Эмили обернулась и, полностью удовлетворённая, притормозила Лайта, похлопывая его по могучей шее и ожидая эльфийку.

– Вот так! ― довольно воскликнула девушка.

– Ну ничего, мы ещё сразимся, ― лукаво улыбнулась Риэль.

– Без проблем. Если тебе так нравится проигрывать, то ничего не имею против. ― И девочки весело захохотали, подъезжая к въездным воротам деревни, на которых была вырезана надпись, гласившая: «Санд-Гри».

### Глава 7. Деревня Санд-Гри

Ворота отперли тут же, не успели путники даже постучаться, словно жители деревни уже ожидали гостей. И взору Эмили предстала небольшая, но очень аккуратная и ухоженная деревушка с простыми деревянными домами. Девушки слезли с коней и вошли во владения Санд-Гри. Везде вдоль мощёных каменных дорожек мерцали фонарики, а на самом входе располагалась небольшая площадь с белым каменным изваянием по центру, обложенным камнями по кругу. Статуя была несколько угловатой и грубо высеченной, но по очертаниям можно было угадать, что она изображала высокого старца с длинной бородой, а на руке его сидел филин.

Пока Эмили разглядывала изваяние, к ним подошёл очень высокий, богато одетый эльф с золотистыми волосами, собранными в три длинные косы. Риэль тут же поклонилась, и девушка последовала её примеру.

– Добро пожаловать, Риэль, и добро пожаловать тебе, неперерождённая юная дева, ― начал он тёплым голосом. ― Я ― глава деревни Санд-Гри, лорд Лайле́сс. Очень скоро к вам подойдёт Ке́лерай и поможет вам с обустройством. Мы ожидали вас днём ранее, но моя деревня всегда открыта для вас, как для самых почётных гостей. Прошу простить, у меня сегодня очень много дел, и я лично не смогу вам уделить достаточно времени и сейчас, к сожалению, вынужден вас покинуть.

Лорд Лайлесс поклонился и ушёл, а на его смену практически сразу же пришёл довольно робкий юный эльф с зажжённой лучиной в серой мантии и с чёрными волосами до плеч. Риэль радостно кинулась обнимать эльфа, а тот неловко улыбался в ответ и что-то пытался сказать. Потом они заговорили на незнакомом Эмили, но невероятно красивом языке, и она могла только догадываться, что они здоровались друг с другом, будто старые друзья, которые давно не виделись. Мальчик сильно заикался, и девушке стало жаль его. Вдруг она услышала своё имя в их разговоре, и это привлекло её внимание. Риэль показывала на неё, что-то объясняя, и эльф с благоговением посмотрел на Эмили, низко поклонившись ей. Девушка не ожидала такого и, чуть помявшись, тоже поклонилась остроухому юноше, предположив, что это их обычай. Эльфийка хихикнула и объяснила ей, что людей Вирхима почитают здесь и для этого эльфа по имени Келерай большая честь встречать её.

– До-до-доброе п-пожаловат в Санд-Гри! ― старательно выговорил эльф на ломаном английском.

– Спасибо, Келерай! ― от души поблагодарила его Эмили, поражённая его учтивости.

Затем они опять продолжили говорить на эльфийском языке, и Келерай куда-то их повёл. Они прошли площадь и вышли на освещённую главную дорогу. Сразу за площадью с левой стороны находилось множество загонов для лошадей, где Эмили и Риэль оставили своих верных спутников. Дальше дорогу окружали домики, большие и маленькие, некоторые из них были каменные и богато украшенные, а другие скромные деревянные. Они шли всё дальше и дальше, пока последние лучи ушедшего солнца окончательно не погасли, скрывшись за горизонтом, и уличные фонарики зажглись в полную силу.

– Я объяснила Келераю, что ты последняя из четырёх людей Старого мира, и он тебя сейчас ведёт в твои покои, которые отныне на триста лун станут твоим родным домом.

– А ты?

– Я, конечно, провожу тебя вместе с ним. Иначе вы до утра будете знаками друг с другом изъясняться.

– Ты не останешься? ― испуганно спросила Эмили.

Как же она не хотела больше ни к кому привязываться, но Риэль удалось растопить лёд её сердца. И теперь девушке было страшно остаться снова одной.

– Нет, к сожалению… Но я обязательно буду навещать тебя!

Эмили стало не по себе от слова «навещать». Будто она отправляется в тюрьму на целый год и будет жить взаперти всё это время.

– Тебе здесь понравится! ― скорее принялась утешать девушку Риэль, завидев панику в её глазах. ― Чуть позже я перееду сюда. Я хотела сделать это раньше, но отец не разрешал. Я его уже почти уговорила!

– Ох, Риэль… Странно, но… я к тебе так привыкла…

– И у меня тоже такое чувство! Словно мы были знакомы друг с другом всю жизнь, ― эльфийка тепло посмотрела на Эмили и крепко сжала её руку. И девушки поняли, что с этого момента между ними крепко-накрепко завязалась нерушимая и прочная дружба.

Эльф привёл девушку к крошечному деревянному домику, больше похожему на сарай, и открыл дверь.

– Это твой нынешний дом! ― объявила Риэль, проходя внутрь и зажигая лучинные фонарики на стене.

Эмили зашла следом и увидела маленькую комнатку, в которой стояли лишь кровать и небольшой шкаф. Больше никакой мебели и никаких предметов здесь не было. Деревянные стены украшало два светильника и единственное узкое окно, а дальний угол ограждён тонкими стенами, больше напоминающими ширмы ― это было место крошечной уборной. Скептически оглядевшись, девушка вздохнула.

– В принципе, мне большего и не надо, ― недолго поразмыслив, констатировала она.

– Со временем всё здесь обживёшь, и, думаю, будет замечательно! ― Риэль, словно дизайнер, стояла в центре комнаты, уперев руки в бока, и с воодушевлением оглядывала пространство.

– Ага. ― Эмили положила рюкзак на кровать и посмотрела в окно. ― Что будет дальше, Риэль? Я не знаю ровным счётом ничего и не имею ни малейшего понятия, как здесь жить, что мне делать…

– Пока просто учись. ― Эльфийка положила руку на плечо девушки и успокаивающим тоном советовала: ― Следуй наставлениям своих учителей, добросовестно выполняй, что они говорят, и всё будет хорошо. Келерай, когда начнутся занятия? ― обратилась она к эльфу на английском, по-видимому, даже не заметив этого.

Эльф растерянно похлопал глазами.

– Ой, я что, на английском спросила? ― засмеялась Риэль, ударив себя по лбу. ― Всё время забываюсь. А ты, Келерай, учи уже, наконец, английский!

Затем Риэль расспросила обо всём юношу и сообщила Эмили, что занятия начнутся завтра в девять часов утра на заднем дворе деревни.

– А как мне узнать, что уже девять часов? У меня же нет часов. Ты их отобрала. Хотя они всё равно сломались…

– Ах, да! Я положила часы в рюкзак, который я тебе собрала. ― Эльфийка подошла к рюкзаку Эмили и достала оттуда изящный блестящий металлический шарик с цепочкой.

– Это очень точные часы ― работа лучших эльфийских мастеров! Они не подведут тебя и через многие века. ― Риэль торжественно вручила их девушке, повесив на её тонкую лебединую шею.

– О… Спасибо, Риэль… ― Эмили была по-настоящему тронута таким подарком, ведь ей никто никогда ничего не дарил.

Она взяла шарик в руку и, покрутив немного, обнаружила на нём маленькую кнопочку. Нажав на неё, шарик раскрылся, и девушка увидела на одной стороне полусферы красивый циферблат с изящными стрелками тончайшей ручной работы и римскими цифрами.

– О! Знакомые цифры! ― обрадовалась она. ― Хоть что-то такое же, как и в моём мире.

– Ну, теперь привыкай к тому, что ЭТО, ― эльфийка обвела руками всё вокруг, ― твой мир.

После краткого инструктажа по дому эльфы провели Эмили по окрестностям. Оказалось, что её соседями как раз являются люди из Вирхима, но поприветствовать их сегодня не удалось. Один из них, как теперь известно, уехал, чтобы попасть обратно в свой мир, а остальные двое, брат и сестра, судя по погасшему свету, уже легли спать. Пока Эмили с сопровождающими бродили по деревне, все эльфы, встречающиеся им на пути, улыбались девушке и низко кланялись, а она им в ответ. Затем Келерай проводил её на задний двор, в место, где у неё завтра должна начаться учёба. Это был конец деревни. Они вышли за забор и очутились на поляне, размером с целый стадион. За поляной сразу начинался лес, кажущийся чёрным и устрашающим в ночных потёмках. Теперь, когда Эмили начала здесь относительно хорошо ориентироваться, она убедила Риэль, что сама сможет найти это место завтра утром. После обзора деревни они вернулись в новый дом девушки, и Келерай ушёл, попрощавшись с ней на её языке и пожелав спокойной ночи.

– Ну что ж, теперь и я пойду, ― вздохнула эльфийка. ― Мне нужно домой, поговорить с отцом. Эми… и тебе мне тоже нужно кое-что сказать… ― Риэль немного помялась в сомнениях, но всё же сказала: ― Если кто-нибудь будет спрашивать у тебя, когда ты пришла в Рэтхим, говори, что это было на ночь раньше, чем на самом деле. Поняла?

– Не совсем, ― нахмурилась девушка. ― Поче…

– Так надо. Просто не вникай в детали и доверься мне.

– Ну, хорошо. А когда ты…

– Постараюсь завтра вернуться! Мне тоже хочется учиться, это так интересно! ― Риэль ей подмигнула, и они попрощались, крепко обнявшись. ― Не забудь про сантилловую настойку! ― крикнула эльфийка напоследок и скрылась из виду.

### Глава 8. Рэтхимская школа

Давно Эмили так не нервничала, как этим утром ― утром первого учебного дня в Рэтхиме. Именно поэтому она проснулась ещё задолго до рассвета. Даже не собираясь пытаться уснуть дальше, девушка на ощупь зажгла настенные лучинные фонарики и интуитивно потянулась за очками. Надев их, она обнаружила, что видит всё так мутно, словно и не надевала очки вовсе, и когда их сняла, чтобы протереть линзы, то в шоке заметила перемену. Её зрение заметно улучшилось! Она всё видела гораздо чётче и яснее, чем вчера. Неужели эта сантилловая настойка, которую она приняла вчера вечером, возымела настолько сильное действие! Девушка села и с восторгом разглядывала окружающее пространство. Ей так приятно было смотреть на всё по-новому, но тут она вспомнила, что сегодня её первый учебный день, и решила основательно к нему подготовиться.

Умывшись, Эмили застелила постель, и, когда навела порядок в шкафу, её комнатушка озарилась первыми рассветными лучами. Оглядевшись, она села на кровать и поняла, что ей очень не хватает стола, да, впрочем, ничего, кроме стола да стула, здесь и не поместится. В доме не было также ни единого зеркала, ни штор, ни украшений, но размышлять о том, где взять недостающие предметы, ей пока совсем не хотелось. Все мысли были заняты переживаниями по поводу первого учебного дня, какие из себя учителя и ученики, да и вообще, что будет представлять собой эта новая школа…

Ожидая назначенного часа, Эмили чуть ли не каждую минуту нервно поглядывала на свои часы. Но время шло как никогда мучительно медленно. Так невыносимо долго тянулись минуты за минутами, и когда девушка в очередной раз посмотрела на часы, они показали без четверти восемь. И тут её внимание привлекла полая левая сторона часов. Её можно чем-нибудь заполнить, чтобы не было так пусто. Но никаких фотографий у девушки не было, а письмо бабушки не поместилось бы сюда, как ни складывай. И вдруг она вспомнила о лепестке того таинственного цветка, который она продолжала хранить у себя и который теперь считала талисманом. Достав из нагрудного кармана лепесток, она аккуратно поместила его в пустую полусферу. Теперь всё было идеально: перламутровый лепесток замечательно вписывался туда. Эмили захлопнула часы и глубоко вздохнула, нервно забарабанив пальцами по коленке. Не в силах больше терпеть это мучительное ожидание, она решительно встала и вышла на улицу.

Стоя на крыльце, девушка медленно вдохнула прохладный утренний воздух и неспешно направилась на задний двор. Вся деревня была окутана нежным розовым светом, а где-то неподалёку переливисто распевались птички. В соседнем, таком же, как и у Эмили, домике громко ссорились на португальском брат и сестра. «А вот и пропавшие бразильцы, ― догадалась она. ― Ладно, не буду им мешать», ― подумала Эмили и тихо прошла мимо их дома.

Жители деревни тоже начали просыпаться и потихоньку высыпали на улицу, занимаясь своими делами. Эльфы, которых она встречала, улыбались и кланялись ей, и она им в ответ. Все проявляли большой интерес к девушке, а некоторые, особенно дети, с любопытством разглядывали её, прилипнув к окнам своих домов. Но для Эмили это было не в новинку. Она привыкла к такому пристальному вниманию за свои шестнадцать лет жизни в Старом мире, благодаря своей неординарной внешности. Но здесь она была всем так любопытна только лишь из-за того, что пришла из другого мира; Эмили это прекрасно осознавала и относилась к этому спокойно. Уж что-что, а внешность местных остроухих жителей поражала даже девушку-альбиноску. Разнообразие и необычность сквозили везде: и в странноватой, но изящной одежде, и в нестандартных чертах лиц, и в волосах чуть ли не всех цветов радуги, собранных в разные интересные косички и хвосты (хотя некоторые всё же предпочитали просто прямые, несобранные волосы).

Неспешно прогуливаясь по мощёной дорожке, Эмили обнаружила, что вчера в ночных потёмках она многого не заметила. Например, красивые ухоженные сады с невиданными цветами и кустарниками, примыкающие к аккуратненьким домикам. Многие домишки буквально утопали в цветочной зелени, словно прячась от всех и показывая прохожим лишь верхушки остроконечных крыш. Везде, на всех улочках росли плодовые деревца, вот только плодов таких девушка никогда раньше не встречала. Попадались даже деревья с фиолетовыми листьями, на ветвях которых сидели ярко жёлтые маленькие птички с огромными горбатыми клювами. Впритык с одним белокаменным домиком росло огромное дерево, которое своей кроной вытесняло крышу, и это смотрелось очень забавно. Ещё чуть-чуть и дерево пододвинет сам дом, но, видимо, хозяину было жалко срубать мешающие ветки, как и само дерево. Чем дальше Эмили шла, тем больше ей нравилась эта сказочная деревушка, где с такой любовью и уважением относились к природе. Сама того не замечая, девушка постепенно избавлялась от старой привычки смотреть только под ноги, и лишь лёгкая сутулость напоминала о ней.

Не спеша, наслаждаясь утренней прогулкой, она подошла к забору и остановилась у двери, ведущей на задний двор деревни. Сердце начало биться сильнее, страх перед неизвестностью парализовал её тело на мгновение, но она выдохнула и всё же повернула ручку.

Выйдя на поляну, первым делом она огляделась. Кроме неё, здесь не было никого. И ничего. Ни малейшего намёка на то, что здесь должны будут проводиться хоть какие-либо занятия. Эмили посмотрела на часы ― полдевятого. В мыслях девушки поселились сомнения: вдруг она пришла не туда.

– Да нет… ― сказала она сама себе, ― не может быть, чтобы я не туда пришла!

Внезапно за её спиной скрипнула заборная дверь. Она оглянулась и с облегчением увидела молодых, довольно смуглых и на редкость красивых парня и девушку, идущих друг за другом. Одеты они были так же, в местную рэтхимскую одежду. Первой уверенно шла девушка, которая, по-видимому, была гораздо старше Эмили, да и внешне полная противоположность девушки-альбиноски. Она увидела Эмили и, не мешкая, направилась прямо к ней. Следом шёл высокий темноволосый парень, тоже смуглый и смазливый, можно даже сказать, что он был по-настоящему красив. Судя по всему, он был из тех, кто, не задумываясь, разбивает многочисленные женские сердца. При виде этой пары отпали все сомнения об их происхождении. «Да, похоже, они и есть те самые пропавшие бразильцы», ― подытожила девушка.

– Здравствуйте! ― воскликнула «амазонка». ― Мы люди из Старого мира, Джованна и Николас Коста да Сантос. Меня можно звать просто Джо, а моего младшего брата ― Ник, ― она небрежно махнула в сторону парня, который как-то злобно смотрел на свою сестру. ― А вы, я так поняла, наш учитель?

– Здравствуйте, но я… Я тоже из Старого мира, и я тоже пришла на занятия.

– Правда? ― Бразильянка оценивающе оглядела Эмили, скрестив руки на груди. ― Прости, просто по твоему виду этого никак не скажешь, ― с недоверием произнесла она, и парень толкнул её.

– Прости мою сестру, она никогда не думает, что говорит. ― Ник кинул яростный взгляд в её сторону.

– Да ничего, я и правда в нашем мире была словно пришельцем. Меня зовут Эмили, ― робко улыбнулась девушка и протянула парню свою руку, чтобы поздороваться.

Обменявшись рукопожатиями, Эмили посмотрела на Джо: та буравила её тяжёлым взглядом, от которого девушке захотелось провалиться под землю. «Зачем я только протянула руку её брату… похоже, я разбудила зверя», ― подумала она и посмотрела по сторонам в поисках спасительного учителя. Но никто по-прежнему к ним не подошёл.

– А вы знаете Оуэна? ― попыталась разрядить обстановку Эмили. ― Он тоже из Вирхима. Он так и не вернулся назад?

– Из Вирхима… терминов уже успела понахвататься, ― буркнула Джо. ― И вообще, откуда нам знать, где он, мы за ним не следим… Пойду лучше, прогуляюсь.

– Джо, ты невыносима. ― Ник закатил глаза, и его сестра ушла, сделав вид, что не заметила его высказывания. ― Не обращай на неё внимания, она встала не с той ноги, впрочем, как всегда. У неё обе ноги ― не те. А что касательно Оуэна, то мы его не видели со вчерашнего утра. Кажется, он был настроен решительно, когда покидал деревню. Ты так свободно владеешь английским, ты англичанка? ― его голос был мягок, а глаза тёплые и добрые ― в этом было главное отличие от его сестры, взгляд которой испепелял на месте.

– Да, англичанка… ― Эмили поёжилась под его взглядом, ей было непривычно разговаривать с молодым симпатичным парнем так близко, и ещё непривычнее было его добродушие и интерес, проявляемые к ней. ― А вы из Бразилии?

– В точку! Решили с сестрой попутешествовать по миру и вот, ― он раскинул руки, ― допутешествовались! Сестре тяжело даётся привыкание к Новому миру. Мы уже здесь больше месяца, и она просто с ума сходит от недостатка цивилизации и своих ненаглядных гаджетов. Наша семья довольно обеспечена: родители оставили нам поистине богатое наследство. Поэтому, думаю, ты понимаешь, что Джо привыкла к достатку, роскошным отелям, праздному образу жизни. Ей нужно время. С ней уже даже беседовал тот эльф, Страж. И вроде бы каким-то чудом убедил её остаться! Вот уж не знаю, что он ей наговорил, но это подействовало.

– А с тобой он тоже разговаривал?

– О, нет. Меня переубеждать не надо! Ну, а ты? Что-то не видел тебя раньше. Ты уже давно здесь?

– Нет, я перешла в этот мир позавчера. ― Эмили задумалась на пару секунд, вспомнив слова Риэль, и быстро поправилась: ― Вернее, пару дней назад. А в деревню попала только вчера вечером. Но мне здесь пока очень нравится. Я выросла на ферме, и те условия, в которых я росла, меня совсем не избаловали.

– Ясно, значит, тебе повезло больше! ― Ник широко улыбнулся и похлопал её по плечу, но девушка тут же отстранилась. Он удивлённо посмотрел на неё.

Эмили сделала это неосознанно и прекрасно понимала, что выглядит очень глупо. «Парень всего лишь проявлял учтивость, а я испугалась непонятно чего, ― подумала она. ― Нет, общение с людьми ― не для меня. Надо срочно как-то спасать положение».

Девушка судорожно думала, как исправить ситуацию, но тут, как по мановению волшебной палочки, калитка распахнулась, и в проёме показался Оуэн с высоким эльфом, облачённым во всё белое. Эмили с облегчением вздохнула. Эльф увидел людей и сразу направился к ним. Каждое его движение веяло величием. Очень высокий, статный, изящный, он производил впечатление очень важной персоны. В длинные чёрные, как смоль, волосы были вплетены серебряные листья, образуя подобие короны. Оуэн мрачно и как-то обречённо брёл следом.

– Здравствуйте, люди Вирхима! ― громко поприветствовал эльф на чистом английском, подойдя к ним и окидывая всех внимательным взглядом. ― Для начала назовите мне свои имена, пожалуйста.

Люди по очереди называли себя, а его пронзительные голубые глаза пытливо наблюдали за ними, всматриваясь в каждого из присутствующих. Когда очередь дошла до Эмили, Оуэн удивлённо посмотрел на неё, и она в расстройстве подумала, что и здесь люди не оставят её в покое.

– Кажется, все в сборе. Я ― магистр Танталии́л, ваш лингвист. Отныне вы будете находиться под моим шефством, поскольку именно я возглавляю Рэтхимскую школу. Прошу, пройдёмте со мной.

Он направился прямо в лес, и все в полной тишине последовали за ним. Они недолго шли по еле заметной лесной тропинке, пролегающей по неровной, гористой местности, и очень скоро очутились в красивом, живописном месте. Это была небольшая круглая полянка, окружённая могучими старыми деревьями, чуть дальше виднелась небольшая извивающаяся водопадами речушка, а с правой стороны одиноко стояла хижина. Посередине самой полянки лежало огромное бревно, сточенное по краям таким образом, что по форме оно напоминало очень длинный стол, а с обоих концов, как ни странно, врастало корнями в землю. По центру этого странного стола стояло четыре серебряных кубка.

– Присаживайтесь, ― сказал эльф, указывая на пеньки, рядком растущие практически вплотную с бревном и напоминающие стулья со спинкой. Всего их было пять.

Шедшие впереди бразильцы выбрали первые два левых импровизированных стула, Оуэн сел на третий, Эмили же выбрала место на самом крайнем пятом пне, так что от ближайшего человека её отделял один пустой «стул». Девушка в нерешительности смотрела на него, раздумывая, пересесть ли или нет, как вдруг как раз на этот пенёк плюхнулась внезапно появившаяся из ниоткуда Риэль.

– Риэль! ― радостно воскликнула Эмили, у неё будто камень упал с души.

– Спасибо, что заняла мне место! ― улыбаясь, обратилась она к девушке и достала из свёртка плащ.

Эльфийка протянула его сидящему рядом Оуэну, и тот глубоко вздохнул, но всё же принял его.

– Риэль? ― удивился учитель. ― Твой отец знает, что ты здесь? ― Он внимательно смотрел на неё, нахмурив свои чёрные густые брови.

– Да, конечно! Он сам меня сюда отправил. Сказал, это пойдёт мне на пользу.

– Ну что ж… ― Эльф пытливо всматривался в лицо Риэль и через несколько секунд произнёс: ― Так и быть, можешь остаться. Возможно, это даже к лучшему, ―он мельком глянул на Эмили и громко объявил: ― Итак! Добро пожаловать в Рэтхимскую школу! Вам, наверное, сообщили, для чего вы здесь и чему будете учиться. Основные занятия будут проходить здесь. Обучение будет происходить по следующим дисциплинам: «Устройство и быт Нового мира», «Языковедение», «История и законы Рэтхима», «Картоведение», «Флора и фауна всех миров», «Боевое искусство» и «Письмо рун». Первые двадцать дней у вас будут только занятия по «Устройству и быту Нового мира» и «Лингвистике». Сначала я научу вас основам жизни в Рэтхиме и эльфийскому языку, чтобы вам было легче изъясняться с жителями деревни, затем вы будете изучать его более углубленно, а также приступите к освоению латенхимского, тайтенхимского и мэйнхимирского наречия. Постепенно будут начинаться и другие предметы. По вечерам у вас будет несколько часов для самостоятельной работы и тренировки ваших лошадей. Прошу, познакомьтесь с Тото́ и разберите учебники.

Он указал в сторону, и Эмили вздрогнула и чуть не упала со своего пня от неожиданности, увидев, как к ней уже почти подползло существо, похожее на огромную черепаху с плоским, тарелкообразным панцирем, на котором аккуратной стопкой лежали четыре книги. Существо остановилось у пенька Эмили и принялось щипать траву. Не только Эмили была удивлена появлением необычного животного ― вся четвёрка учеников сидела как вкопанная. Кроме Риэль. Она сразу вскочила со своего места и подбежала к нему, что-то промурлыкав на эльфийском.

– Это торто́гу ― подвид вашей черепахи, её зовут Тото. Ей около двадцати веков! ― сказала эльфийка, щекоча длинную морщинистую шею животного. Черепаха вся вытянулась от удовольствия и прикрыла свои большие чёрные глаза. ― Ну? Чего вы прилипли к пенькам? Разбирайте учебники!

И все ученики окружили черепаху, разбирая по книге. Все, кроме Джованны, проявили интерес к необычному существу. Бразильянка же держалась холодно и высокомерно: не глядя, она схватила учебник и быстро направилась на своё место. А вот её брат, напротив, не мог оторваться от животного.

– Риэль, а можно её погладить? ― Он присел, любопытно разглядывая забавное существо.

– О, конечно! Она это обожает! ― Эльфийка блаженно улыбнулась, не отводя взгляда от парня, но всё его внимание было поглощено чудо-черепахой.

Эмили заметила взгляд Риэль и пошла с книгой на своё место, пытаясь скрыть улыбку.

– Магистр Танталиил, а мне учебник? ― возмущённо спросила эльфийка.

– Риэль, ты и так знаешь все языки на таком уровне, что можешь сама преподавать их вместо меня.

– Эх, что правда, то правда, ― сказала она и поплелась на своё место.

Когда все расселись по своим местам, учитель рассказал об аспектах обучения, о том, что с ними будет после трёхсот дней обучения. И, похоже, кроме Эмили, это никому не было интересно.

– А мы можем отказаться от обучения? ― перебила эльфа Джованна.

– Конечно, можете, ― тон учителя быстро переменился. ― Но учтите, что вы сюда попали не просто так. Каждый, кто проходит школу, готовится стать достойным членом Нового мира. И каждому из вас предстоит свершить великие дела в свой час. И представьте только, что из-за невежества и неосведомлённости в этот час вы не скажете нужного слова, не зная языка, или же попадёте в ужасную ситуацию из-за незнания простейшего закона Рэтхима. И тогда за вас никто не будет нести ответственности. Уверяю вас, без определённых знаний долго вы не протянете в этом мире. Но если не желаете учиться, у вас есть выбор вернуться в Вирхим. Выбирайте сейчас: либо остаётесь здесь и пользуетесь почётным положением в Рэтхиме, либо возвращаетесь в старый мир, но в этом случае вы никогда не узнаете своих возможностей, ― учитель замолк и многозначительно посмотрел на бразильянку.

Джо открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же передумала и просто откинулась на спинку «стула». Теперь она молча смотрела в пол. Этот разговор переменил мировоззрение всех присутствующих людей, и они стали более серьёзно относиться к происходящему.

– То, кем вы были и что делали до попадания в Новый мир, больше не имеет никакого значения. Теперь важно лишь то, кем вы будете и сколько стараний вы приложите для того, чтобы стать достойными жителями Нового мира, ― голос эльфа потеплел, как и его взгляд. Он почувствовал, что его слова проникли в сердце каждого. Учитель завёл руки за спину, развернулся на каблуках и продолжил: ― В кубках, что стоят перед вами, разлита Живая вода. Эта вода разбудит в каждом из вас магическое начало, если оно, конечно, у вас есть. И по истечении трёхсот лун магическое начало достигнет наивысшего пика, и тогда на вашем теле появятся знаки принадлежности к Рэтхиму. Прошу, возьмите каждый по кубку. ― Ребята тут же подчинились. ― Итак, если вы согласны начать новую жизнь, выпейте всё до дна. Но знайте ― в тот момент, когда вы выпьете живую воду, назад дороги уже не будет.

Учитель умолк, и все сосредоточенно посмотрели на кубки, которые держали в руках. Эмили без сомнения выпила всё первой, и ребята посмотрели на неё. На вкус жидкость не отличить от обычной воды. Девушка всё ждала каких-нибудь особых ощущений, но ничего не было. Словно она выпила просто обыкновенной воды. Увидев вопросительные взгляды, Эмили пожала плечами. Мгновение колеблясь, остальные всё же последовали её примеру.

– Вот и молодцы! А теперь открываем учебники…

### Глава 9. Неожиданное приобретение

И вот прошёл первый учебный месяц, который полностью вымотал Эмили. В принципе, как и остальных учеников. С первых и до последних солнечных лучей каждого несоизмеримо длинного дня магистр Танталиил учил их эльфийскому языку, который поначалу показался юной девушке невероятно сложным и давался с большим трудом, но постепенно ей было всё легче и легче. Теперь она могла бы достаточно свободно общаться с эльфами на основные темы, хотя на общение с жителями деревни совсем не оставалось свободного времени.

Но не всем так легко давался новый язык. Оуэн и Ник называли занятия эльфийскому сплошным мучением, и у них никак не получалось его освоить. Риэль вызвалась помочь парням с эльфийским, и они к всеобщему удивлению согласились. И вот, в последний вечер первого учебного месяца все ребята, как и всегда, после учёбы и тренировки на лошадях, собрались в учебной хижине, которая являлась довольно большой и уютной библиотекой. Здесь было несколько деревянных письменных столов со стульями, старинные книжные шкафы, мягкий диван и два кресла, стоящие рядом с угловым каменным камином, и даже чайник, нагревающийся сам собой волшебным образом. Под уютное потрескивание дров Риэль натаскивала парней в знаниях эльфийского, работая над произношением. Эмили, чьё зрение полностью восстановилось благодаря сантилловой настойке, тренировалась в чтении и понимании эльфийских книг, а Джо, откинувшись в своём любимом кресле у камина, читала книгу о растениях, обладающих лекарственными свойствами. Удивительно, но даже она нашла здесь занятие по душе: её заинтересовало целительство.

– Vien mou te naselan, ― громко и членораздельно проговорила Риэль и ждала, пока парни переведут фразу.

– Это что-то типа… э-э-э. ― Оуэн изо всех сил напрягал мозг, чтобы вспомнить перевод, и это его постепенно начинало выводить из себя. ― Чёрт, я же знаю!

– Да-да! Мы же это проходили… ― согласился Ник, почёсывая подбородок.

– Ну же! ― не выдержала Риэль.

– Да подожди! Вот вертится на языке, а ты сбиваешь! ― вспылил Оуэн. ― Там что-то про звезду… Что-то типа… павшая звезда не… не…

– Не вернётся, кажется, да? ― Ник посмотрел на эльфийку, приподняв одну бровь, в ожидании приговора.

– Точно! Молодец, Ник! ― засияв, воскликнула Риэль.

Его сосед по столу фыркнул и недовольно скрестил руки на груди.

– Вот так всегда, все похвалы тебе… ― пробубнил он под нос. ― А меня хоть бы взглядом наградили.

– Как думаете, о чём сегодня говорил учитель? ― задумчиво произнесла Эмили.

– Ты про что? ― Джо наконец оторвалась от книги.

– Ну, помните, он говорил, что завтра для нас будет какой-то сюрприз? Интересно, что он имел в виду…

– Хоть бы выходной, ― в один голос сказали парни.

– Да, было бы здорово! ― Джо откинулась в кресле, разминая шею. ― За весь месяц ни одного выходного! Мой мозг скоро взорвётся. Пойду-ка сделаю себе чай, ― с этими словами она захлопнула книгу и пошла к чайнику.

– Сестрёнка, сделай и мне, –―жалобно проскулил её брат.

– И мне! ― не тушуясь, подхватил Оуэн.

– Сами вставайте и сами делайте! ― отрезала девушка.

– Ну, ладно-ладно… ― Оуэн тихо встал и на цыпочках прошёл за её спиной, знаком попросив всех не выдавать его.

– Да, выходной это хорошо, ― согласилась Эмили, проводив взглядом крадущегося парня, который подошёл к креслу Джо и бесшумно сел на него, ― но скорее всего, нам просто разрешат пройти дальше по лесу, устроят образовательный поход. А то столько запретов. Мы просто привязаны к этой деревне. Может, хоть экскурсию устроят.

– Кажется, учёба на сегодня закончена, ― прошептал Ник девушкам так, чтобы Джо не услышала, ― скандала не избежать!

Девушки молчаливо переглянулись, улыбнувшись, и начали собирать книги.

– Может, конечно, устроят и выходной и прогулку по лесу… Но мне кажется, ― предположила Риэль, ― начнётся новый предмет. Я слышала, приезжает наш летописец, старейшина Фандур. Кажется, именно он будет вести историю Рэтхима.

– Но лучше всё-таки выходной! ― мечтательно сказал бразилец и закинул ноги на стол.

В этот момент все затаили дыхание и приготовились затыкать уши, поскольку Джо сделала чай и увидела, что Оуэн сидит на её любимом кресле.

– ТЫ ОПЯТЬ СЕЛ НА МОЁ МЕСТО!!! ― во весь голос проорала она и направилась прямо к нему, угрожающе неся впереди себя кружку с горячим напитком.

– Здесь разве написано твоё имя? ― спросил Оуэн, делая вид, будто ищет надпись на кресле.

Почуяв надвигающуюся грозу, ребята быстро схватили свои рюкзаки и вышли на улицу.

Несмотря на то, что они успели сдружиться за этот месяц, конечно, не обходилось и без ссор. Вся пятёрка подобралась очень разная, и они должны были находиться вместе чуть ли не двадцать четыре часа в сутки, каким-то образом уживаясь друг с другом. Поначалу им было совсем тяжело. Эмили постоянно приходилось терпеть колкости от Джо, но после того, как однажды она выручила бразильянку на одном из занятий, незаметно подкинув ей записку с правильным ответом, та заметно потеплела к ней. Но только не к Оуэну, который постоянно подливает масло в огонь. Джо и Оуэн, в силу особенностей своих буйных непокорных характеров, просто не выносили друг друга, постоянно ругались, не желая уступать: будь то место у камина или любая другая мелочь. Даже во время занятий они умудрялись устраивать тихие перепалки. Сначала горячую парочку пытались разнимать, но все, кто попадался им под горячую руку, потом жалели об этом. Вскоре их перебранки старались не замечать, и, почуяв очередной скандал, ребята просто выходили на улицу.

– Думал, что таких людей, как моя сестра, не существует, ― сказал Ник, стоя возле хижины и глядя в окно на то, как Джо невероятной силой стащила Оуэна на пол. В очередной раз они извергали ругательства в сторону друг друга, словно гром и молния. ― Или, по крайней мере, надеялся, что никогда не встречу такого же человека. А тут они вместе! Как кошка с собакой…

– Или как два разъярённых тигра, которых пустили в одну клетку, ― продолжила его мысль эльфийка.

– Точное сравнение! ― согласился Ник.

– Да, но лично у меня Джо всегда ассоциировалась со строптивой дикой лошадью, ― возразила Эмили, ― которую невозможно усмирить.

– А Оуэн? ― поинтересовался парень. ― С кем ты сравниваешь его?

– Оуэна? Думаю, это очевидно. Посмотрите ― он же вылитый баран! ― сказала она, и все разразились хохотом.

– А точно ведь! ― в один голос сказали ребята, посмотрев, в какой позе он стоит, загородив дорогу Джо и не пропуская к её любимому креслу у камина.

– Но, может быть, они скоро примирятся друг с другом? ― с надеждой спросила эльфийка.

– Скорее наступит конец света, Риэль! ― ответил парень, рассмеявшись и слегка приобняв эльфийку за плечо, отчего та буквально растаяла.

Эмили уже давно заметила, как Риэль смотрит на Ника. Только вот Ник этого и в упор не видит.

– Думаю, можно идти домой. Судя по всему, это надолго, ― подытожила Эмили, и они медленно пошли к своим лошадям, пасущимся на том самом поле, где все ребята собирались в свой самый первый учебный день, чтобы забрать их и пойти домой.

Именно в этот тихий вечер, пока они шли домой, Эмили поняла, что её сознание полностью переменилось. Она начала открываться людям, стала общительнее. Изменился взгляд и даже осанка девушки! Она стала ходить прямее, и привычка смотреть только под нос испарилась. Теперь она с лёгкостью шла, гордо смотря вперёд. А та всепоглощающая пустота, которую она ощущала раньше, почти заполнилась. Вот оно то, чего ей так не хватало раньше, ― друзья. Рэтхим, деревня Санд-Гри ― первое место, где её воспринимают не как альбиноса или инопланетянина, а как человека. Как личность. Эмили даже предположить не могла, что найдёт в Новом мире не только дом, но и друзей! Людей, которым она может раскрыться и доверять. Она посмотрела вперёд на Риэль и Ника, которые заметили, что Эмили отстала от них, и остановились в ожидании.

«Друзья… Они меня ждут… Неужели я и правда им нужна?» ― подумала она, и на душе её стало так тепло и светло, что она не удержалась и расплылась в счастливой улыбке.

### Глава 10. Выходные или настоящее испытание

Утром следующего дня все ребята, как всегда, собрались на школьной полянке и с нетерпением ожидали учителя, который вскоре появился с таинственной улыбкой на лице.

– Mires, tua delie nandis! ― громко произнёс магистр Танталиил фразу на эльфийском, означающую «Здравствуйте, мои дорогие ученики!»

– Mires magistro Tantaliil, ― хором ответили ребята.

– Ну что ж… Вы, наверное, гадаете, что за сюрприз вас сегодня ожидает. ― Учитель сложил руки за спиной и принялся расхаживать медленным шагом из стороны в сторону перед учениками. ― И, наверное, многие предположения возникают у вас в мыслях. Интересно, кто-нибудь предполагал, что сегодня может быть в качестве сюрприза экзамен? ― он посмотрел на них и улыбнулся, увидев бледные испуганные лица. ― Да, мои дорогие ученики! Сегодня и завтра у вас будет экзамен по знанию эльфийского языка, ― он остановился перед ними и скрестил руки на груди.

Ребята в растерянности переглянулись. На лицах парней застыла гримаса ужаса. Казалось, магистра Танталиила забавляло поведение учеников, и поэтому он медленно продолжил:

– В качестве экзамена, ― он сделал небольшую паузу, ― вы должны будете прожить два полноценных дня в деревне без моего сопровождения.

Ребята не верили своему счастью. Это же выходные!

– Вы пойдёте на торговую площадь Санд-Гри, ― продолжил учитель, ― сами купите всё необходимое и будете общаться исключительно на эльфийском. Так же и с вашим питанием. На этот раз вы будете обедать, ужинать не здесь, а в деревенской таверне, и сами закажете себе еду. Риэль, с тебя требуется лишь проводить их в таверну и на рынок. Далее сопровождать можешь, но не подсказывай с эльфийским! Посмотрим, как они сами справятся. Вообще-то было бы даже неплохо, если бы ты проследила за ними. А на рынке пусть разделятся.

– О, можете рассчитывать на меня, магистр! ― тут же откликнулась девушка-эльф, чуть ли не подпрыгивая от радости.

– И ещё… Ты, кажется, собиралась отсылать письмо отцу?

– Да, магистр!

– Вот и отлично, заодно покажешь, как работает наша почта.

– О, я только с радостью!

– Подождите-ка, а как же покупать вещи и еду? ― поинтересовался Ник. ― У нас же совершенно нет денег.

– Как раз хотел вас обрадовать. Каждому из вас определено равное количество монет. Пока вы учитесь, вам будет начисляться стипендия Старшим советом Рэтхима. Но после окончания школы каждый из вас будет обеспечивать себя сам. В День перерождения решится, кем вы станете и чем будете заниматься в дальнейшем ― именно руны, которые проявятся на вашем теле, определят ваше предназначение для Нового мира. Чтобы вам было понятнее, я объясню на конкретном примере. Двести лет назад во время открытия врат из Старого мира пришла лишь одна женщина. Звали её Анна. Я присутствовал при её перерождении. ― Магистр как-то печально улыбнулся и на мгновение задумался. Видимо, приятные воспоминания унесли его в далёкое прошлое. ― На её теле появились руны, означающие, что она найдёт развитие в ботанике. Лес Алирмира богат неизученными образцами флоры, поэтому её поселили в доме Стража Земли…

Вдруг до Эмили дошло, что учитель говорит о матери Риэль, и она украдкой взглянула на эльфийку. Та, глубоко задумавшись, явно была где-то не здесь.

– Её вклад в развитие Нового мира был поистине велик! ― продолжал учитель. ― Она открыла множество растений, из которых изобрела лекарства, целебные припарки и отвары, благодаря которым были спасены многие жизни и облегчена смерть заболевших Тайтенхимской чумой, унёсшей в мир теней так много людей, что, собрав их вместе, можно было создать огромный город. По иронии судьбы именно от неё Анна и умерла десять лет назад. Это была несоизмеримая утрата для нашего народа.

– Как это «десять лет назад»? ― поразилась Джо. ― Вы хотите сказать, что ей было не меньше 190 лет на момент смерти?

Риэль, по-видимому, не выдержав наплыва воспоминаний, вскочила с места и убежала в сторону деревни. Эмили хотела пойти за ней, хоть как-то утешить, но магистр знаком дал понять девушке, чтобы она осталась на месте.

– Оставь её, Эмили, ― сказал он, ― Риэль никак не может смириться с гибелью своей матери. Она должна сама отпустить её.

– Матери? ― начали перешёптываться ребята.

– Время здесь идёт иначе, чем в Старом мире, ― продолжил учитель, делая вид, что не заметил удивления учеников. ― Жизнь рэтхимовца может длиться очень долго, а старость наступить спустя многие века. Вы, наверное, не поверите, узнав, что мне уже 367 лет.

– Хорошо сохранился, ― прошептал Оуэн на ухо Нику, думая, что учитель его не слышит.

– Спасибо, Оуэн, ― улыбнулся магистр, и лицо парня вспыхнуло красным. ― Но за долгую жизнь мы расплачиваемся тем, что дети в Рэтхиме появляются крайне редко. Исключение составляют лишь наследники короля А́рланда ― правителя северного королевства Адрама́са. У него четыре сына, что является уникальнейшим случаем для нашего мира. Их мать, королева Мели́на, скончалась во время рождения последнего, четвёртого ребёнка. К сожалению, гибель матерей во время родов является слишком частым явлением, но таков круговорот жизни на острове. В одном из старинных писаний были такие пророческие строки: «Тот, кто Рэтхиму дарит жизнь новую, свою жизнь отдаёт в дар миру Света». Поэтому мы так радуемся переселенцам со старого мира. Итак, думаю, на сегодня хватит рассказов. Возьмите мешочки с деньгами и можете быть свободны. В каждом мешочке по две золотых монеты, пятнадцать серебряных и сорок медных. В одной золотой монете десять серебряных, а в одной серебряной десять медяков. Всё очень просто и запутаться невозможно. И вот ваше главное задание. Когда пойдёте на рынок, вы должны будете разойтись по разным палаткам, не имеет значения к каким, и на эльфийском языке спросить, по какой цене товар. И, конечно, можете купить еду, одежду и всё, что считаете нужным. Только прошу, тратьте ваши монеты с умом, вам ещё месяц на них жить. Можете свободно перемещаться по всей территории деревни Санд-Гри, но покидать её границы категорически запрещается! И не забудьте! Послезавтра встречаемся, как обычно. Явиться всем без опозданий. ― Учитель многозначительно посмотрел на парней, и те опустили глаза. ― Ну что ж! Не смею вас более задерживать, проведите эти дни с пользой.

Они попрощались на эльфийском и быстро расхватали маленькие, но довольно увесистые мешочки с панциря Тото, которая уже давно терпеливо ждала позади.

– Знал бы я, что сегодня выходной, лучше поспал бы часок-другой, ― зевая, протянул Оуэн, уходя с друзьями с учебной полянки.

– Да ладно тебе, вечно ты найдёшь что-то плохое в любой ситуации. Выходной же, друг! ― Ник потряс Оуэна за плечи. ― ВЫХОДНОЙ!

– Как планируете его провести? ― спросила Эмили.

– Лично я ― спать! ― уверенно сказал Оуэн, и Ник с укором посмотрел на него.

– Кто б сомневался… ― фыркнула Джо, идущая впереди всех. ― Не забудьте, Риэль должна провести нам экскурсию по здешней почте.

– Риэль куда-то умотала, сестрёнка, так что прости, но у меня другие планы. Ну, а тебе, Оуэн, я не дам так поступить в наш единственный выходной! И, я уверен, тебе мои планы тоже придутся по душе. Интересно, как здесь обстоят дела с девчонками? – Бразилец потёр руки в ожидании любовных приключений.

– У нас порядки совершенно другие, чем в Старом мире, ― строго проговорила внезапно появившаяся неизвестно откуда Риэль.

Эмили с облегчением вздохнула, увидев, что с ней всё в порядке.

– И какие же это у вас порядки? ― улыбнулся бразилец своей ослепительной улыбкой.

– Чтобы добиться всего лишь скромного поцелуя, тебе придётся очень долго ухаживать за дамой всевозможными способами, всячески доказывать свою любовь, даже достать с морских глубин, полных опасностей, Обручальную жемчужину, жениться, в конце концо…

– Риэль, не будь занудой…― перебил он эльфийку. ― Погоди, что ещё за Обручальная жемчужина?

– На дне моря, океана или реки иногда можно найти очень редкие лунные жемчужины, которые светятся в темноте. Но достать их очень сложно, поскольку их охраняют очень опасные существа ― сирены. И добыча такого жемчуга гласит об истинных намерениях юноши. Но даже это не гарантирует согласия избранницы…

– Да-да-да, ― парень снова нетерпеливо перебил Риэль, ― но ваши дамы ещё не встречали Николаса Неотразимого! Перед моими чарами рухнет любая оборона, ― он картинно тряхнул волосами. ― Тем более эти жемчужины наверняка продаются на рынке, что делает задачу ещё проще.

«Вот слепой идиот», ― подумала Эмили, качая головой, и посмотрела на свою подругу. Ещё чуть-чуть и из ушей эльфийки повалит дым. Если это не ревность, то Эмили просто не знала, что тогда.

– А у вас какие планы, девчонки? ― спросил Ник.

– Пока мы не разбрелись, пусть Риэль покажет нам почту, как просил магистр Танталиил, ― быстро ответила Эмили. ― А потом на торговую площадь! Не забывайте, это не просто выходные, а экзамен! Риэль, покажешь, где находится рынок?

Но Риэль не отвечала. Она засмотрелась на идущего впереди неё бразильца и не замечала больше ничего вокруг. «Хорошо хоть парни этого не замечают», ― подумала Эмили и тихонько толкнула эльфийку. Та в недоумении уставилась на девушку.

– Рынок, Риэль! Покажешь, где он?

– А, да, конечно! ― тут же ответила она и виновато прикусила губу. ― Я надеюсь, всех сразу нужно будет туда вести?

– Почему бы и нет, ― скучающе произнесла Джо, ― всё равно делать нечего. Экзамен, так экзамен…

– Отлично! Но первым делом на почту. ― Риэль жестом поманила ребят, и все пошли за ней по ещё не изведанным ими дорожкам.

Деревня оказалась больше, чем думала Эмили, а домики не переставали поражать разнообразием. В очередной раз девушка убедилась, что это было действительно сказочное место. Жители с подлинной любовью заботились здесь о природе, о каждом кустике, листике, о каждой мелочи. Уличные фонари были обвиты зелёными растениями, то тут, то там встречались красивые садовые скульптурки. Жизнь деревни протекала мирно и размеренно, и Эмили невольно подумала, что неплохо было бы встретить здесь старость.

– Вот почта! ― внезапно объявила Риэль, подходя к ничем не примечательному деревянному домику, распахнутые двери которого были обвиты фиолетовой лозой. Судя по всему, эти двери всегда открыты.

Ребята дружно вошли в здание, и в нос тут же ударил едкий запах животины.

– Боже, чем так воняет? ― с отвращением проговорил Оуэн, скривившись и заткнув нос.

– Почтовыми землеройками, ― спокойно ответила Риэль.

– Кем? ― хором переспросили друзья, и эльфийка кивнула на небольшие пустые загончики, расположенные по обе стороны помещения.

– Сейчас всё покажу. Начнём с самого главного! Подходим к любому отделению и звоним в колокольчик. ― Девушка подошла к одному из загонов и позвонила по привязанному рядом колокольчику. Через несколько секунд из отверстия появился маленький, почти лысый и очень длинноносый зверёк, кожу которого покрывает роговица. ― Теперь показываем ей письмо. Но не просто письмо, а герб, указанный на письме.

– Герб чего? ― спросила Джо, с отвращением глядя на лысое создание.

– Герб королевства, а также города или деревни, куда вы хотите отправить письмо. Если письмо отправляется в столицу, то достаточно герба королевства. Если вы хотите отправить письмо Стражу, то нужен герб врат. В общем, пункта, куда нужно доставить письмо. Кстати, очень скоро вы должны будете их все заучить на уроках по картоведению до такой степени, что сможете нарисовать с закрытыми глазами… Лично я всегда сама рисую гербы. Но если вам лень выводить их, то всегда можно поставить печать нужного герба на почте, ― Риэль кивнула на дальнюю стену, где располагался агрегат с многочисленными штампами. ― Итак, показываете письмо землеройке…

– Погоди, они что, умеют читать? ― с иронией спросил Оуэн.

– Землеройки очень умные, в отличие от некоторых людей. ― Эльфийка многозначительно покосилась на Оуэна. ― Они хорошо разбираются в знаках, гербах и географии.

– И как они туда добираются? ― не унимался парень.

– По подземным ходам, разумеется! За века ими была построена целая система многочисленных ходов глубоко под землёй, ведущая к любому королевству, городу… в общем, к любой точке Рэтхима, где имеется почтовое отделение. У землероек есть специальные пазухи, куда они помещают письмо, и оно приходит в целости и сохранности. Но чтобы она приняла письмо, её нужно хорошенько накормить. Чем дальше дорога, тем больше еды потребуется. Она набирает столько еды, чтобы хватило до цели. Затем она убегает и очень быстро доставляет письмо в нужное почтовое отделение, в его сейф, ― Риэль указала на большой ящик у входа. ― Пробраться в него могут только землеройки и только через подземные ходы. Ну и, разумеется, только гонец может открыть его с помощью своего ключа. Каждые шесть часов он проверяет, есть ли там новые письма, и, если есть, доставляет их к адресатам.

– Вот это я понимаю, «почта», ― одобрительно кивнул Ник. ― Но всё же, почему не почтовые голуби, к примеру?

– Раньше как раз и использовали голубей, ворон и других птиц, но это очень ненадёжно. Письма терялись из-за непогоды, как и сами птицы. А эти ребята очень верны своему делу, как никто другой, да и плата небольшая.

Риэль достала из своего рюкзака мешочек, отсыпала из него немного сине-зелёных горошин и опустила их в мисочку, а рядом положила письмо.

– Это плоды серуха, их землеройки любят больше всего! ― объяснила эльфийка, пока зверёк быстро лопал свой корм. И когда последняя горошина исчезла из миски, маленький почтальон сложил своими когтистыми лапками письмо в пазуху и удрал восвояси.

– А как узнать, сколько еды нужно землеройке? ― задумчиво спросила Эмили.

– В основном на вес. У входа на почтовом ящике стоят весы, и лежит книга, в которой приведена довольно точная таблица, обозначающая, сколько корма нужно землеройке в любую точку Рэтхима, и в течение какого времени должно прийти письмо. Ну и на саму землеройку нужно смотреть: если вы её накормили, но она не уходит, значит, этого недостаточно и нужно докормить. Только так письмо будет отправлено.

– Ты так долго говоришь о еде, что мне и самому захотелось есть… ― вздохнул Оуэн, и урчание его живота явилось доказательством этого.

– Нет уж, сначала я вас отведу на рынок! Только до обеда там можно найти самые лучшие вещи!

– Ладно, только если быстро… ― недовольно пробурчал парень. ― Ну, чего стоим? Вперёд на рынок! Чем раньше пойдём, тем раньше обед!

– Все мысли только о еде… ― Джо смерила его презрительным взглядом и покачала головой.

– Я сейчас слишком голоден, чтобы спорить… Ну же! Вперёд! Вперёд!

И ребята, подгоняемые Оуэном, быстрым шагом, чуть ли не бегом, отправились на рынок. Но на этот раз идти пришлось недолго. Очень скоро, как раз в том направлении, куда они шли, послышалась интересная весёлая мелодия. Она становилась всё громче и громче.

– О! Отлично! ― воодушевилась Риэль. ― Сегодня выступают санд-ланаримские музыканты!

Вскоре ученики дошли до небольшого фонтанчика, по центру которого располагалась белоснежная статуя прекрасной русалки, выливающей воду из бездонного кувшина.

– Очень красиво исполнена статуя! ― восхитился Ник. ― Просто шикарно!

– С-спасибо, ― оторопела эльфийка.

– Это ты делала?! ― спросил парень в изумлении.

– Да, практически все статуи в деревне делала я. У меня большая коллекция статуэток дома.

– Так это были твои статуэтки? ― поразилась Эмили. ― Они и правда очень красивы. У тебя талант!

– Спасибо…

– Нет, я однозначно в шоке, ― продолжил бразилец. ― Не поверишь, ведь я тоже любитель делать фигурки из различных материалов, в основном из дерева. Но до тебя мне далеко!

– Да, это правда, ― подтвердила Джо. ― Весь дом уставил своими «творениями». Ступить некуда…

Ребята разглядывали каменную русалку, как вдруг она на мгновение ожила и поправила свои волосы! И тут все, кроме Риэль, бросились врассыпную.

– Она что, пошевелилась?! ― пропищал Оуэн, спрятавшись за Джо.

– Естественно! ― ответила Риэль, словно это было само собой разумеющееся. ― В этом нет абсолютно ничего невероятного. Правда, зачаровать статую, чтобы она двигалась, на самом деле очень сложно…

– А ты научишь меня? ― умоляющим тоном вопрошал Ник. ― И покажешь мне свои статуэтки? Я сгораю от любопытства!

Риэль явно не ожидала такого услышать. Её лицо буквально засветилось от счастья.

– К… к… конечно! С радостью!

– Да-да, но ты хотя бы до рынка нас сначала доведи, ― с улыбкой проговорил Оуэн.

– Да мы, собственно, уже пришли, ― ответила она.

За фонтаном находилась площадь, по центру которой на различных инструментах играли заводную музыку музыканты, забавно приплясывая в такт, а по кругу были расставлены бесчисленные торговые лавки. Между некоторыми из них виднелись проходы в следующие торговые площади, представляющие собой другие отсеки рынка, а с высоты птичьего полёта всё это пространство напоминало многочисленные соты огромного пчелиного улья, в котором роилось бесчисленное количество всевозможных существ.

Эмили ещё никогда не видела такого большого скопления народа в одном месте. Кто-то слушал музыкантов, хлопая им и чудаковато пританцовывая, а кто-то ходил из лавки в лавку, выбирая товар. А товар здесь продавался самый невероятный и разнообразный: от цветочных горшков до магических зелий. Среди покупателей встречались не только эльфы, но и люди, и другие представители различных рас. К примеру, у одной из торговых лавок ребята заметили коренастых длиннобородых коротышек, облачённых в богатые одежды и увешанных золотыми и серебряными изделиями с дорогими драгоценными камнями. Они громко торговались с продавцом.

– Не пяльтесь так, вы что, гномов никогда не видели?! ― с укором проговорила Риэль, заметив, как её спутники их разглядывают, а затем закатила глаза, поняв, что так оно и есть. ― Да, это гномы, они живут в Восточных горах и добывают драгоценные металлы и камни. И не любят, когда на них так пялятся! Кстати, им нет равных в огранке камней и приручении драконов…

– «Драконов»?! ― воскликнули ребята в один голос, и все окружающие испуганно обернулись.

Риэль истерически засмеялась и быстро объяснила прохожим, что они пошутили.

– Нельзя о драконах так громко говорить! ― строго объяснила эльфийка наказывающим тоном. ― Это можно сравнить с тем… ну например, как у вас громко будут говорить о… террористах или о бомбе.

– Прости, мы не знали! ― прошептал Ник. ― О таких вещах заранее нужно предупреждать!

– Больше нам ни о чем знать не следует? ― спросила Джо.

– Дайте-ка подумать… Кажется, нет. Всё остальное вам сообщил магистр Танталиил на лекциях. Вы наверняка всё запомнили. Если слушали. Просто вежливо общайтесь с торговцами, при удачном стечении обстоятельств можете даже сторговаться. И ещё. Нам нужно разделиться.

– Да брось! ― возразил Оуэн.

– Нет, так будет всё честно, ― отрезала Риэль. ― Я обещала магистру Танталиилу, что прослежу за тем, чтобы вы сами попробовали купить вещи. Да и мне нужно отлучиться по делам. Встречаемся у фонтана в двенадцать часов. И постарайтесь не заблудиться, этот рынок один из самых больших в Рэтхиме!

– Вот блин, ― в один голос простонали парни.

Похоже, их разочарованию не было предела, но ребята всё же разделились и разбрелись по торговой площади кто куда.

Эмили долго размышляла, куда пойти сначала, и, увидев палатку с золотистым навесом, направилась прямо туда. Здесь продавались различные амулеты и обереги. У девушки разбегались глаза от их множества и разнообразия. Торговец-эльф забавной наружности с косыми глазами, весь увешанный своими товарами, заметил Эмили и принялся быстро и эмоционально что-то рассказывать и показывать, но для неё это казалось каким-то белым шумом. Она посмотрела по сторонам и не увидела ни одного знакомого лица. Это действительно оказалось настоящей проверкой. Одно дело разговаривать на эльфийском с учителем, в тихой, спокойной обстановке, где можно переспросить или подсмотреть перевод в учебнике. Но здесь… Здесь было так шумно и всё происходило настолько быстро, что чтобы понять речь торговца, Эмили приходилось напрягать всё своё внимание и память и рассчитывать приходилось только на себя. Взяв себя в руки, она сосредоточилась и пыталась хоть что-нибудь понять, но торговец внезапно замолчал и взял её руку.

– А-а-а, так вы из Старого мира! ― сказал он на английском, с интересом рассматривая запястье. ― Ещё неперерождённая! Невероятная редкость! Как ваше имя? Чем могу помочь?

Он бережно сжал руку девушки и открыто улыбнулся ей.

– Я… я… меня зовут Эмили, ― ответила она на своём родном языке, опустив руки. ― А вы хорошо говорите на английском.

– О, все торговцы хорошо знают все языки, ведь публика-то разная бывает! Меня зовут Мали́л. Очень приятно познакомиться с вами, Эмили из Старого мира. Вы знаете, что означает ваше имя на нашем языке?

– Да, это означает «солнечная».

– Совершенно верно! А вы здесь недавно, насколько мне известно?

– Да. Сегодня у нас экзамен по лингвистике, и, кажется, я его провалила…

– А-а! Так вот в чём дело. Не переживайте! Давайте забудем о том, что мы говорили на английском и начнём сначала ― на эльфийском.

Торговец был очень мил по отношению к Эмили, не спеша рассказывал ей, какие амулеты у него есть, объясняя их предназначение, стараясь говорить медленнее и доходчивее, и теперь она всё понимала, и общаться было гораздо легче. Но девушку всё равно мучили угрызения совести по отношению к магистру Танталиилу. Было ощущение, что она «играла не по правилам». Эмили старалась как можно больше вопросов задавать на эльфийском, тренируя себя, и постепенно ей было всё легче и легче понимать этот красивый язык и говорить на нём. И далее они уже говорили исключительно на эльфийском.

– Так вы будете брать что-нибудь?

– Простите, но, наверное, нет. У вас всё очень красивое и интересное, но, к сожалению, мне это не по карману. ― Девушка показала маленький мешочек монет. ― На это мне ещё месяц жить.

– О, не носите монеты на виду! Это же рынок, здесь рыскает много воров.

– Ясно, спасибо… я об этом не подумала, ― сконфуженно проговорила девушка и быстро спрятала монеты. ― Правда, огромное спасибо вам за помощь. Ну что ж… мне пора! Не подскажете, где здесь продаются зеркала?

– О, через пару палаток. Очень приятно было с вами пообщаться, Эмили со Старого мира!

– И мне! Спасибо ещё раз. ― Она на самом деле испытывала чувство глубокой благодарности к этому торговцу, но время уходило.

Она попрощалась, быстро поклонившись, и пошла искать палатку с зеркалами.

– Эмили! ― окликнул девушку Малил за её спиной и протянул браслет из неровных камней тёмного цвета, отливающего изумрудным перламутром. На каждом камешке были выгравированы сложные символы. ― Вот, возьмите этот браслет.

– Но я же сказала, у меня совсем немного денег…

– Примите это как дар.

– Ой, нет-нет, не надо!

– И всё же примите его, ― настаивал торговец. ― Вы ― очень хороший человек. Я смотрю в ваши глаза… и вижу поиск. Вы будто что-то потеряли и не можете найти. Этот амулет как раз помогает найти его обладателю то, что он ищет. Быть может, он поможет найти и вам то, что ищете, ― он вручил ей его и улыбнулся.