Катрина Кадмор
Навсегда вдвоем

Глава 1

– Здравствуйте! Кто-нибудь здесь есть?

Эйдин Райан пыталась отдышаться, пока ждала, когда кто-нибудь ответит на ее стук в дверь. Она прибежала ночью под дождем и нещадным ветром к особняку «Ашбрук» – единственному месту, где можно укрыться от шторма, разразившегося по всему Атлантическому побережью Ирландии.

«Ашбрук» принадлежал миллиардеру Патрику Фитцсаймону. Мужчина, который окружил свое поместье высокими стенами, вряд ли благосклонно отреагирует на ее вторжение.

Эйдин расправила плащ и пробежалась рукой по промокшим спутанным волосам. Она надеялась, что дверь откроет не сам хозяин дома – шикарный мужчина, чьи фотографии попадались ей на глаза в бесчисленных журналах.

Местные жители видели его вживую, только когда он прилетал и улетал на вертолете из поместья. Однажды в приступе любопытства Эйдин решила почитать о нем в Интернете. Как оказалось, ее сосед входил в список десяти самых завидных холостяков-миллиардеров. Но то, что она навела о нем справки, ничего не меняло. Ее жизнь по-прежнему оставалась территорией, запретной для сильного пола.

Поблизости под натиском мощного порыва ветра треснула ветка дерева. Выдержит ли ее коттедж непогоду? И что будет с мастерской?

Пытаясь подавить нарастающую панику, Эйдин обхватила дверное кольцо из меди и снова постучала в дверь внушительных размеров.

– Эй! Пожалуйста… Мне нужна помощь.

Но из дома не доносилось ни звука, пока дождь продолжал хлестать вовсю.

А затем к ней пришло запоздалое осознание. Страх не позволил ей заметить этого раньше. Несмотря на то что на крыльце и на дорожке, ведущей к нему, горели фонари, которые подчеркивали идеальные линии палладианского особняка, в окнах света не было.

Что, если дома вообще никого нет?

Хотя здесь должна обитать целая армия обслуживающего персонала. Классическая вилла состояла из трехэтажного центрального здания, по обе стороны которого располагались два просторных крыла. Вблизи «Ашбрук» выглядел еще больше, чем на фотографиях.

Наверное, просто они не слышат ее из-за рева шторма.

Ее пальцы взметнулись вверх к дверному кольцу, чтобы постучать снова как можно громче. Но именно в этот момент дверь перед ней распахнулась. Эйдин тут же метнулась за порог и неожиданно натолкнулась на широкую мускулистую грудь, запрятанную под наспех накинутой серой футболкой. До нее донеслось недовольное ворчанье. Крепкие руки схватили ее за плечи, предотвратив падение.

Несколько мгновений никто не двигался, и у Эйдин закружилась голова от тепла, исходившего от незнакомца. Его мужественный терпкий запах окутывал ее, словно невидимая паутина.

Она не поняла, кто из них двоих отпрянул первым, но ее сразу же сковало чувство стыда. Ее взгляд впился в пол, заметив босые ноги и темно-серые пижамные штаны, а затем несмело заскользил вверх к накачанному торсу. Темная щетина подчеркивала волевой подбородок. Медленно сглотнув, Эйдин заглянула в глаза светло-голубого цвета, напоминавшего небо Ирландии весной. Сколько раз она тщетно пыталась воспроизвести этот оттенок на тканях?

Патрик Фитцсаймон.

Он прищурился:

– Что за?..

– Простите, что разбудила вас, но мой дом затопило, и сейчас все мои вещи, наверное, плывут в сторону Америки. Я пыталась выехать в Мункойн, но дорогу размыло. Моя машина увязла в грязи. Я так рада, что ваши ворота оказались открыты, иначе не знаю, что бы я делала, – затараторила Эйдин.

Он выставил руку вперед, пытаясь остановить поток ее сбивчивой речи.

– Хорошо. Давайте помедленнее. Объясните мне, кто вы.

Черт побери, почему ее голос дрожал, а щеки горели румянцем так ярко?!

Протянув руку, она произнесла:

– Я – Эйдин Райан, ваша соседка, живу в коттедже «Фуксия» на берегу мыса.

Патрик машинально кивнул и скрестил руки на груди. Его глаза сузились еще больше.

– И что именно вам надо?

Унижение жгло ее грудь, но девушка без запинки выпалила:

– Мне надо где-то переночевать.

Уголки его губ разочарованно поползли вниз. На миг ей показалось, что дверь сейчас захлопнется прямо перед ее носом.

Но вместо этого Патрик отступил назад и сказал:

– Проходите.

Позади них послышался глухой звук закрывающейся двери. Не произнеся ни слова, хозяин оставил ее одну в огромном холле. Ее тело начало дрожать от прилипшей к коже мокрой одежды, а зубы так сильно стучали, что ей чудилось, будто этот стук разносился эхом по помещению, потолок которого украшала роскошная люстра.

Ну почему ее сосед не какой-нибудь среднестатистический человек, а миллиардер, живущий в замке с подъездной дорожкой длиною в милю? Ей и так претила мысль просить о помощи, но то, что ей приходилось просить ее у сказочно богатого красавца, – настоящая насмешка судьбы.

Патрик вернулся и, молча, протянул ей белое в желтую полоску полотенце. Взяв его, Эйдин промокнула руки и лицо. На миг их взгляды встретились.

Ее сердце замерло, пока он оценивающим взглядом изучал ее. Ей стало не по себе от пристального взгляда, поэтому Эйдин опустила глаза, начав просушивать полотенцем волосы. Но ее все равно охватило безотчетное волнение.

– Так где же ваша машина?

– Я пыталась выехать в Мункойн, но река вышла из берегов, и по мосту теперь невозможно проехать.

Он покачал головой в недоумении.

– Как же вы в таком случае добрались сюда?

– Я забралась на мостовой парапет и ползла вдоль него… Моя машина все еще на другой стороне.

Замечательно. Мало того что его разбудили, не дав выспаться после длительного перелета, так теперь ему еще придется иметь дело с сумасшедшей женщиной. Этого только ему не хватало.

– Вы серьезно? Вы действительно проползли над половодной рекой во время шторма? Как вам такое в голову взбрело?

На долю секунды в ее карих глазах мелькнула обида, но затем Эйдин гордо вздернула подбородок.

– Мой коттедж с минуты на минуту должно было затопить. Я звонила в службу спасения, но все их силы брошены на спасение людей в Мункойне. Там тоже потоп. Тем более людям бы не удалось доехать сюда, потому что единственная дорога пролегает через затопленный мост. Вы – мой единственный сосед. Мне больше негде искать укрытие. – Эйдин перевела дух и продолжила неровным голосом: – Я думала над тем, чтобы переночевать в машине, но меня больше пугала возможность заболеть от переохлаждения, чем необходимость пойти на риск.

Хорошо, ее объяснение имеет некий смысл. Но все-таки поступок чересчур опасен.

Патрик сделал глубокий вдох и впервые пожалел, что обслуживающий персонал не живет в особняке. Его экономка Маурин с радостью занялась бы нежданной гостьей. А ему бы удалось поспать как следует.

Патрик проснулся от ее стука в дверь, не понимая, как кому-то удалось пробраться через систему охраны. Тысячи акров парковой зоны «Ашбрука» были окружены стеной высотой двадцать футов, возведенной в то же время, когда построили дом, – в XVIII веке. Стена и электрические ворота надежно защищали имение от проникновения.

По крайней мере, до сегодняшней ночи.

Утром ему стоит поговорить с управляющим и выяснить, почему ворота не заперли. Но сейчас перед ним стояла незнакомка, промокшая до нитки. Меньше чем через четыре часа его ожидала важная видеоконференция с Гонконгом. А затем еще несколько раундов переговоров, связанных с его крупнейшим приобретением, сделка по которому имела определенные юридические трудности. Появление соседки совсем не вписывалось в его планы.

Патрик снова посмотрел на нее. Эйдин несмело улыбнулась. Присмотревшись, он заметил, что за копной спутанных волос скрывается красавица.

Чувственные губы, чистая кожа, густые брови с изящным изгибом и невероятно выразительные глаза, обрамленные длинными ресницами. Ее красота не вызывающая, не навязчивая, как у его бывших пассий-супермоделей.

Вдруг он спохватился, увидев, как она дрожит.

– Вам надо снять мокрую одежду и принять душ. Ее щеки запылали.

– У меня нет с собой одежды. Я ничего не собрала из своих вещей, кроме кое-какого оборудования и папок из моей мастерской.

Отлично. Что ж, в его доме не найдется никакой женской одежды. Никто из женщин не удостаивался чести быть приглашенной в «Ашбрук». Это имение стало для него единственным местом для уединения, где он мог отдохнуть немного от изнуряющей работы, которая отнимала все его внимание и время.

В глубине души Патрик знал, что должен как-то утешить женщину, приободрить. Но он никогда не знал, как следует вести себя и что именно говорить в подобных ситуациях. История с его сестрой Орлой служила тому ярким примером. Его талант – зарабатывать деньги. А вот человеческие отношения не его конек.

Мысль о том, как он разочаровал не только Орлу, но и мать с отцом, оставила привкус горечи во рту.

Тем временем глаза цвета шоколада продолжали смотреть на него с опаской.

– Давайте мне ваш плащ, а затем я провожу вас в спальню для гостей. Пока вы будете принимать душ, я подыщу вам одежду.

Ее дрожащие пальцы сняли розовый плащ с цветочным принтом. Под ним были белый хлопковый топ, джинсовая мини-юбка, черные шерстяные колготки, а на ногах – белые кеды. Такой наряд явно не подходит для вынужденных прогулок во время шторма.

Мокрая ткань прилипла к ее коже, и его взгляд невольно заскользил по изгибам тела – от пышной груди к тонкой талии, и ниже – к длинным стройным ногам.

Когда Патрик опять посмотрел ей в лицо, то Эйдин лишь пожала плечами:

– У меня не хватило времени переодеться во что-то более подходящее.

Она, должно быть, приняла его восхищенный взгляд за удивление. Но так даже лучше. Ему совершенно не хотелось, чтобы девушка неверно истолковала подобное внимание.

Патрик взял ее плащ, и они вдвоем направились к лестнице. Он мельком взглянул на часы. Надо побыстрее показать ей ее комнату, а потом отправиться спать. Завтра ему пригодятся силы, чтобы разобраться с проблемами, которые не удалось решить его помощникам.

* * *

Эйдин покорно следовала за ним по мраморной лестнице. Несмотря на то что ей не терпелось снять с себя мокрую одежду, а особенно кеды, которые хлюпали при каждом шаге, она не могла не восхититься удивительной лепниной в стиле рококо на стенах. Ей хотелось прикоснуться к изящным маскам, похожим на ангельские лица, которые будто следили за ней с многозначительной улыбкой.

Это была самая потрясающая комната, которую ей когда-либо приходилось видеть. Если можно так назвать коридор. Господи, как же выглядел тогда остальной дом? Как уж тут не почувствовать себя не в своей тарелке.

Впереди нее двигалась большая и высокая фигура. Красота особняка оказалась под стать красоте хозяина. Но не надо быть Шерлоком Холмсом, чтобы догадаться – ее появление не обрадовало его.

Что ж, ее тоже не радовала перспектива остаться здесь на ночь. Эйдин предпочла бы быть сейчас дома и зарыться в собственную постель. Компания недовольного миллиардера, которому удалось сколотить состояние в таком молодом возрасте, наверное, благодаря расчетливости и хладнокровию, не вдохновляла ее.

Ее вдруг охватило непреодолимое желание заговорить с ним, чтобы хоть как-то устранить напряжение, сгустившееся между ними.

– Ваш вертолет часто пролетает над моим коттеджем. Вы много путешествуете?

– Когда придется.

Хорошо, пусть ее вопрос довольно банален и не очень содержателен, но зачем же так сухо отвечать? Попытка поддержать с ней беседу не убила бы его.

Патрик остановился и, открыв дверь, указал ей жестом войти первой. Когда Эйдин проходила мимо него, Патрик окинул женщину взглядом, который ничего не выражал. Она невольно улыбнулась, но его лицо по-прежнему оставалось беспристрастным.

Его холодное отношение раздражало. В его дом ее привела необходимость. Зачем он заставляет ее чувствовать себя неловко? Эйдин гордо подняла голову и смело вошла в комнату. Первый пункт в ее списке дел на завтра – убраться отсюда как можно раньше.

Но, сделав всего несколько шагов, она невольно воскликнула:

– Ух ты! Спальня просто невероятная. И такая огромная. На постели вполне могли бы уместиться человек шесть.

Широкая кровать стояла посреди комнаты, окруженная несколькими пуфиками и креслами различных оттенков зеленого. Антикварный стол находился справа от камина из белого мрамора.

Патрик никак не отреагировал на ее слова и вышел из спальни, бросив ей через плечо:

– Пойду поищу для вас одежду, чтобы вы могли переодеться.

Эйдин скривила личико, пожурив себя за излишнюю восторженность, вызванную обстановкой дома. Отныне надо держать себя в руках.

Одна из дверей в комнате вела в ванную, другая – в гардеробную. Скорее всего, он не сильно удивится, если по возвращении увидит, что она уже заперлась в ванной.

До чего же неловкая ситуация, однако. Ворваться вот так к не особо гостеприимному хозяину поздно ночью…

Эйдин вдруг рассмеялась, представив его выражение лица, если Патрик услышит, как она весело напевает под душем. Но ее смех стих, как только он снова вошел. Ее щеки залились румянцем.

– Что-то не так? – Его брови насупились.

– Нет… Просто моя обувь пищит, как утка, при каждом шаге.

Мужчина посмотрел на нее так, будто сомневался в ее здравомыслии, а затем положил на кресло ворох одежды.

– Примите душ и переоденьтесь. Вам надо будет постирать и высушить ваши вещи потом. Прачечная комната в конце коридора. Воспользуйтесь ею, пожалуйста.

После этого мужчина отвернулся к двери, направляясь к выходу, и пожелал спокойной ночи.

– Вы не возражаете, если я чего-нибудь выпью после душа?

Ее вопрос заставил его повернуться к ней. Эйдин пожала плечами, и на ее губах появилась извиняющаяся улыбка.

– Хотелось бы согреться. Если вы скажете мне, где располагается кухня, то я загляну туда попозже.

Выражение его лица стало еще суровее. «Даже хмурая гримаса не скрывает его красоты. Наверное, он неотразим, когда улыбается. Если вообще когда-нибудь улыбается», – пронеслось у нее в голове.

– Поверните налево в конце коридора, и вы увидите лестницу, ведущую в восточное крыло. Кухня – пятая дверь налево.

Не успела Эйдин поблагодарить мужчину, как Патрика уже и след простыл.

Она устало вздохнула. Он со всеми такой неприветливый или только с ней?

Ей часто приходилось иметь дело с резкими людьми по работе, но что-то в Фитцсаймоне ее полностью обескураживало. Их будто разделяла невидимая стена. Хотя ей обычно не составляло труда найти общий язык с новыми знакомыми благодаря врожденной непринужденности.

Эйдин принялась рассматривать принесенную им одежду: серые пижамные штаны из мягкого хлопка и бледно-голубая рубашка, в которую были завернуты зубная щетка и паста.

Мысль о том, что ей придется надеть его вещи, заставила ее сердце биться чаще. Поддавшись порыву, она закрыла глаза и поднесла рубашку к лицу, чтобы вдохнуть ее запах. Но ее ожидало разочарование. От нее пахло только свежестью, и никакого намека на тот аромат, который Эйдин уловила, когда они столкнулись на пороге, – соль и сочная трава с нотками мужского тепла. Тогда ей хотелось обвить руки вокруг его талии, прижаться к нему, ощутив его силу.

Ее веки резко распахнулись. Что она делает? Этот мужчина холоднее айсберга.

Хотя какая разница? После завтрашнего утра они, наверное, больше никогда не увидятся. Тем более мужчины ее сейчас вовсе не интересовали. Независимость досталась ей нелегко, и Эйдин ею очень дорожила. Ей нравилось самой распоряжаться своей судьбой и принимать решения.

Всего одна ночь, и она возвратится к привычной жизни, основная часть которой была посвящена работе. А вечера Эйдин обычно коротала за просмотром фильмов в одиночку. Что ее более чем устраивало.

Глава 2

Шестнадцать спален, восемь гостиных. Бальный зал на триста гостей. Две библиотеки и еще куча комнат, в которых Патрик редко бывал. И все же ему претила мысль делить с кем-то дом. Хотя уже наступила полночь, и всего через несколько часов она уйдет.

Но последние несколько лет он посвятил исключительно работе и настолько свыкся с уединением, что ему стало не по себе от присутствия другого человека.

Два года назад, после очередного бессмысленного спора с сестрой, Патрик пришел к выводу, что должен сосредоточиться на том, что у него лучше всего получалось. Его отношения с Орлой превратились в бесконечную борьбу характеров. И для него стало облегчением избавиться от необходимости постигать тонкости человеческого общения и погрузиться в простой и понятный мир работы, где все предельно ясно.

Патрик до сих пор не понимал, что пошло не так и где он оступился. Ведь раньше они с Орлой были так близки. Одиночество и страх после смерти матери убивали его. Но улыбающаяся и болтающая без умолку сестренка спасла его.

А потом скончался их отец. Сестре тогда исполнилось шестнадцать, и практически за одну ночь из веселой и беззаботной она превратилась в угрюмую и молчаливую девочку.

Стук ветки в оконную решетку вернул его к реальности.

Патрик поставил баночку с чаем рядом с уже закипевшим чайником и написал короткую записку, предлагая гостье угощаться всем, чем пожелает. Тем временем в его голове звучал недоумевающий голос отца, который отчитывал его за негостеприимность.

Надо уходить, пока сюда не спустилась Эйдин. Но в его сознании всплыл ее образ – она стоит посреди холла, и капелька дождя свисает с ее нижней губы. Ему вдруг захотелось попробовать на вкус ее чувственные губы…

Может быть, мгновенное влечение к ней можно списать на то, что у него давно никого не было.

Что очень странно для мужчины, которому с трудом давалось раньше устоять перед красивой женщиной. Но два года назад его пристрастие к коротким бурным романам исчезло. А серьезные отношения – совсем не для него.

Послышался мягкий стук в дверь. На пороге стояла Эйдин.

Ну почему он не ушел раньше? Теперь ему придется о чем-то с ней говорить.

Она закатала рукава рубашки и штанины до колен. Ее все еще влажные волосы теперь приведены в порядок и напоминают блестящий темный шелк, рассыпанный по плечам. Патрик заметил, что две верхние пуговицы рубашки не застегнуты. И хотя обнаженным оказался всего лишь маленький треугольник кожи, его пульс молниеносно отреагировал на это ускорением.

Патрик смял написанную им записку, призывая на помощь самообладание.

– Чайник вскипел. Пожалуйста, выпейте чаю и поешьте что-нибудь. В холодильнике полно всего.

– Спасибо. – Когда Патрик уже приближался к двери, Эйдин добавила: – Я вам очень благодарна за то, что вы приютили меня на ночь. И извините, если я вас разбудила.

Договорив, она покраснела и обхватила талию руками, выжидающе поглядывая на него. Ее смущение почему-то очаровало его.

– Утром я отдам распоряжение, чтобы управляющий имением отвез вас домой.

Эйдин упрямо покачала головой:

– Нет, я пойду пешком. До моста недалеко.

– Хорошо.

Самое время отправиться спать. Но что-то держало его. Наверное, все дело в Орле и в том, как Патрик хотел бы, чтобы обошлись с его сестрой, попади она в подобную ситуацию.

– Давайте начнем сначала? – предложил он. А затем подошел ближе и протянул ей руку: – Добро пожаловать в «Ашбрук».

Его широкая ладонь обвила ее тонкую изящную руку.

– Вы еще не согрелись, – заметил Патрик, ощутив холод ее кожи.

Эйдин ответила ему слегка подрагивающим голосом:

– Да. Душ помог немного, но я промокла до нитки. Я еще никогда не видела такого шторма.

Патрик тут же подошел к кладовой и, достав пару пледов, которые использовал во время верховой езды, протянул их ей.

– Спасибо. Я… – Ее голос вдруг стих, а затем ее лицо расплылось в очаровательной улыбке: – О, привет, красавчики.

Патрик обернулся и увидел объект ее восхищения. Двое золотистых лабрадоров покинули спальные места в кладовой и, виляя хвостами, с радостью шли к ней. Собаки ласково принялись тереться о ее ноги. Эйдин наклонилась, чтобы погладить их, и на долю секунды он мельком увидел соблазнительную округлость ее груди. Бюстгальтера на ней не было. Кровь застучала в его висках.

– Они замечательные. Как их зовут?

– Перец и Соль.

Вздернув бровь, она ухмыльнулась:

– Довольно необычно.

Дразнящие нотки в ее голосе ласкали его слух. Ему вдруг захотелось продлить этот момент легкости и непринужденности между ними. Но Патрик лишь сухо произнес:

– Напомните, пожалуйста, мне ваше имя.

Огорченно вздохнув, Эйдин всплеснула руками:

– Я так и знала. Я вас все-таки разбудила, не так ли?

– Может быть, я плохо запоминаю имена?

Ее глаза прищурились.

– Что-то я сомневаюсь. А вы всегда так рано отправляетесь в постель?

Как только слова слетели с ее уст, она прикусила нижнюю губу и потупила взгляд.

Кровь ударила ему в голову.

– Только когда у меня для этого хорошая причина.

Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга. Воздух потрескивал от внезапно появившегося напряжения.

Двое незнакомцев, одни в целом доме. На ней его одежда. Возможность того, что между ними может что-то произойти, сводила Патрика с ума. Впервые за несколько лет его охватило неистовое желание.

Но тут же в его голове раздался тревожный звоночек.

Патрик не должен поддаваться внезапно нахлынувшему порыву чувств.

По ее венам будто разлился жар.

Откинувшись на антикварный стул на кухне с приглушенным освещением, Патрик посмотрел на нее тяжелым взглядом. Эйдин стояла неподалеку, прислонившись к столу. Она присмотрелась к маленьким цветочкам на ткани, которой был обит стул, и сразу же узнала фирменный узор престижной французской текстильной фабрики. Все в этом доме не ее уровня. В том числе и сам хозяин.

Ей стоило что-то сказать, чтобы прервать затянувшееся молчание, но учащенное сердцебиение мешало собраться с мыслями.

Патрик неожиданно встал, и Эйдин тут же выпалила:

– Меня зовут Эйдин Райан.

С явной неохотой он протянул ей руку:

– А я Патрик Фитцсаймон.

Ее сердце дрогнуло от прикосновения к его руке.

– Я знаю, – пробормотала она, не задумавшись над тем, что говорит.

– Неужели?

Несколько секунд Эйдин размышляла, сможет ли найти какое-нибудь оправдание своему нелепому признанию, но, заметив его пристальный взгляд, решила не тратить на это время.

– Я часто проезжаю мимо «Ашбрука». И однажды мне стало интересно, кто тут живет, поэтому я воспользовалась Интернетом, чтобы узнать. – Черт, наверное, он подумает, что она какая-то охотница за богачами. – Просто наши дома – единственные на всем мысе. Я хотела узнать, кто мой сосед. Вот и все.

– Я попрошу моего управляющего наведаться к вам завтра. Вы можете обменяться с ним телефонами. Чтобы вы могли без труда связаться с ним в случае необходимости.

Патрик будто стремился отстраниться от нее, поставив между ними посредника. Хотя что тут удивительного? Этот человек принадлежал к совершенно другому миру, и ему некогда было любезничать с соседями.

– Спасибо, но я сама могу о себе позаботиться. Он расправил плечи и бросил на нее недовольный взгляд.

– Я и не утверждал обратное.

Эйдин ухмыльнулась, вспомнив издевки своего бывшего парня.

– Тогда вы не такой, как большинство мужчин…

Его глаза потемнели.

– Вы не думаете, что это довольно поспешное заявление?

Он почти прорычал фразу. Кажется, она сболтнула что-то лишнее и рассердила его.

– Простите… Просто жизнь однажды преподнесла мне горький урок. – Молясь, чтобы Патрик не спросил ее, что именно Эйдин имеет в виду, она поспешно добавила: – Чайник остывает. Выпьем по чашечке чая?

Неужели ей действительно хотелось провести еще время с неразговорчивым хозяином дома? Правда заключалась в том, что после трех месяцев в одиночестве девушка соскучилась по компании.

Он взглянул на часы и, нахмурившись, ответил:

– Я задержусь на пять минут. – Патрик выглядел раздраженным, будто хотел сбежать от нее. – Садитесь за стол, я все приготовлю.

Но вместо того, чтобы сесть за стол, Эйдин подошла к широкому окну. Только слабый свет маяка прорезал темноту штормовой ночи.

– Как думаете, с моим коттеджем все в порядке?

Он ответил не сразу и тоже подошел к окну, вглядываясь вдаль. В отражении стекла она видела его крупную фигуру, возвышающуюся над ней на четыре или пять дюймов.

– Я звонил в службу спасения, когда вы принимали душ. Я правда не знаю, что будет с вашим коттеджем. Шторм начался в самый неблагоприятный момент – во время прилива. Я думал, что сезон штормовой погоды окончился, но апрель – непредсказуемый месяц. Я понимаю, что вы переживаете за свой дом. Но сейчас вы в безопасности. Это самое главное.

Его слова удивили Эйдин. Патрик не притворялся, что беспокоиться не о чем, не стал лгать, чтобы успокоить ее, но и не отмахнулся от ее переживаний.

Затем он подошел к столу и произнес сдержанным тоном:

– Чай готов.

Эйдин повернулась к нему, взглянув на чашки, от которых шел пар. С одной стороны, ей не стоило навязываться, но с другой – ей не хватало поддержки.

Желание поделиться с ним своими опасениями одержало вверх.

– Дело не только в моем коттедже. Моя мастерская тоже там. Сегодня я пропустила крайний срок сдачи заказа, а к следующей неделе мне надо закончить еще один.

Его молчание заставило ее устыдиться собственной откровенности. Патрик Фитцсаймон – миллиардер. Ее проблемы, наверное, кажутся ему мелкими и несерьезными.

– Мне жаль, что так вышло. А чем вы занимаетесь?

– Я дизайнер текстиля.

Он кивнул, а затем их взгляды встретились на мгновение.

– Постарайтесь не думать об этом до завтра. Возможно, причин для беспокойства нет. А при самом худшем развитии событий всегда можно найти какой-нибудь выход.

– Надеюсь, вы правы.

– Вам может кто-то помочь завтра?

Эйдин покачала головой:

– Я еще не успела завести знакомства здесь. Моя семья живет в Дублине, а большинство друзей – в Лондоне.

Вспомнив о чае, она сделала несколько глотков, а потом облизнула губы, поймав языком капельку напитка. Заметив, что его глаза прикованы к ее рту, Эйдин почувствовала, будто ее сердце сделало сальто.

– Я слышал, что коттедж «Фуксия» купили в начале этого года. Почему вы переехали в Мункойн?

Патрик произнес вопрос почти обвиняющим тоном.

– Я увидела фотографии коттеджа с мастерской в Интернете и сразу же влюбилась. Домик просто очарователен, и теперь у меня есть достаточно места для работы. – Эйдин выдавила из себя улыбку: – Хотя, конечно, я не рассчитывала на потоп. Риелтор уверял меня, что этого не произойдет.

– А вам не хочется вернуться в Дублин, к своей семье?

– Вы видели, сколько сейчас стоит недвижимость там? Конечно, цены не сравнятся с лондонскими, но все равно они неоправданно завышены. – Эйдин спохватилась и замолчала, вспомнив, с кем разговаривает. Откашлявшись, она спросила: – «Ашбрук» всегда принадлежал вашей семье?

Он взглянул на нее удивленно, будто ее вопрос нелеп.

– Нет, что вы. Я вырос в скромной семье. Мои родители не были богаты.

Эйдин не сдержалась и выпалила:

– Как же вам удалось разбогатеть?

Патрик кинул на нее сердитый взгляд, поджав губы. А потом все-таки ответил сухим тоном:

– Мне повезло. Я раньше других заметил потенциал мобильных приложений для мобильных телефонов. Я запустил приложение, которое позволяло слушать музыку без подключения к Интернету. Оно стало популярным. Так у меня появился первый капитал, который я вложил в финансирование начинающих компаний, занимающихся разработкой различного программного обеспечения.

Эйдин покачала головой и недоверчиво посмотрела на него:

– Ну перестаньте. При чем тут везение?

– Что вы хотите сказать?

– В течение пяти лет я руководила собственной компанией. Я знаю, что залог успеха – упорный труд. А также умение принимать смелые решения, не боясь рисковать. Удача сама по себе бесполезна.

– Вы правы. Но иногда выпадает козырная карта. Или преследует черная полоса. Когда все идет не так, важно не сдаваться и помнить, что безвыходных ситуаций не бывает.

Уверенность, с которой Патрик произнес эти слова, произвела на нее большое впечатление.

Несколько минут Эйдин молча вертела в руках чашку. Желание поговорить с ним о том, что ее волновало, возрастало. Ей становилось все труднее сдерживаться. Часть ее считала, что рассказывать о своих неудачах миллиардеру довольно глупо. Но, возможно, ее привлекала свобода, которую чувствуешь в разговоре с незнакомцем? Человеком, который не является частью твоей жизни? Или дело в том, что она не могла поговорить об этом с семьей или друзьями, потому что ей стыдно признаться им в своем фиаско.

– В прошлом году я потеряла свою компанию, – чуть ли не скороговоркой произнесла она.

Глаза, в которых не было ни намека на осуждение, посмотрели на нее.

– Что случилось? – Его голос звучал почти… дружелюбно.

Смутившись тем, что Патрик смягчился, Эйдин начала сомневаться, стоит ли заводить этот разговор. У нее вдруг пересохло в горле.

– О, это длинная история, но я приняла несколько неправильных решений.

– Но вы по-прежнему занимаетесь своим делом? Пытаетесь снова встать на ноги?

Твердость его тона будто подчеркивала, что самое главное – идти вперед, несмотря ни на что. Эйдин невольно улыбнулась. А ведь Патрик прав, и она действительно очень усердно трудилась ради достижения своей цели.

– Да, конечно.

Он не сводил с нее своих серьезных умных глаз.

– Какие у вас планы на будущее?

Эйдин заерзала на стуле и крепче обхватила чашку ладонями. Для нее вдруг стало важным его одобрение.

– Создать новый бренд и опять завоевать популярность. – Дрожь в собственном голосе заставила ее поморщиться. Просто больше всего на свете ей хотелось преуспеть в деле, которое она любила всей душой.

Патрик поставил локти на стол и наклонился к ней. Плен его взгляда выводил ее из состояния душевного равновесия.

– Нет ничего постыдного в неудачах, Эйдин.

К ее горлу подкатил комок, и она откинулась на спинку стула, лишь бы быть подальше от него.

– Неужели? Разве вам знаком провал?

Патрик стиснул зубы, а затем заговорил тихим голосом с металлическими нотками:

– Поверьте, мне это знакомо. В моей жизни было достаточно ошибок. Я вовсе не идеален.

Она с недоверием окинула его взглядом. Богатый состоявшийся мужчина с внешностью кинозвезды, живущий в прекрасном доме. Чем не воплощение совершенства? Даже кухня у него идеальная – нигде ни пятнышка.

Он встал и, взяв обе чашки, поставил их в раковину.

– Я думаю, нам пора отправляться спать.

Эйдин, похоже, снова рассердила его. Лучше и вправду разойтись по комнатам. Но ее терзало любопытство.

– Почему вы здесь, в Мункойне, а не где-нибудь в Нью-Йорке или Лондоне?

Патрик скрестил руки на своей широкой груди, отчего мускулы заиграли под футболкой.

– Я познакомился с предыдущим владельцем «Ашбрука», лордом Балфом, на приеме в Лондоне, и мы стали друзьями. Он пригласил меня погостить здесь, и имение очаровало меня с первого взгляда. Балф больше не мог содержать его и решил выставить на продажу, но хотел, чтобы новый хозяин сохранил и приумножил красоту «Ашбрука». Поэтому я его купил. Мой бизнес набирал обороты, и мне нужно было тихое укромное место, где бы я мог отдохнуть от всего. К тому же Мункойн напоминал мне о рыбацкой деревушке в графстве Антрим, где я вырос.

Так вот откуда у него легкий говор, присущий жителям Северной Ирландии.

– Ваша семья по-прежнему живет там?

Патрик снова мельком взглянул на часы, а затем перевел глаза на нее:

– Нет, моя мама умерла, когда я был еще мальчиком, а мой отец скончался несколько лет назад.

Эйдин неожиданно почувствовала, как слезы подступают к горлу.

– Мне очень жаль.

Она продолжала смотреть в прекрасные голубые глаза незнакомца, не в состоянии отвести взгляд, не желая этого делать.

Патрик первый прервал затянувшийся зрительный контакт, опустив голову.

– Я смирился с их уходом… У меня есть младшая сестра, Орла, которая живет в Мадриде.

– Вы часто с ней видитесь?

Уголки его губ поползли вниз.

– Когда выпадает случай.

Его тон подсказал ей, что не стоит больше расспрашивать об этом. Эйдин искренне сожалела, что затронула неприятную для него тему и расстроила его. В надежде разрядить обстановку, она произнесла то, о чем думала весь вечер:

– Ваш дом поражает своей красотой.

Патрик кивнул в знак согласия.

– Спасибо. Я очень горжусь работой, проделанной здесь за пару последних лет.

– Сколько человек составляют обслуживающий персонал?

– Несколько человек приходят каждый день, чтобы поддерживать чистоту в доме. А Уильям, мой управляющий, нанял двадцать два человека для работы на конюшне и ферме.

– Значит, у вас нет экономки или хотя бы дворецкого?

На долю секунды ей показалось, что Патрик ухмыльнулся.

– Извините, что разочаровал вас, но я ценю уединение. Я сам готовлю, застегиваю пуговицы и завязываю шнурки.

– А подруга? – не удержалась Эйдин от нескромного вопроса и тут же ощутила легкий укол ревности при мысли о том, что в его жизни есть особенная женщина.

Что-то мрачное мелькнуло в его глазах, и он тихо ответил:

– Нет, подруги нет.

– Так здесь живете только вы? – попыталась она заполнить чем-то появившуюся тишину.

– Да. Я думаю, нам пора отправиться спать.

Получается, кроме них двоих – ни души. От этой мысли ее почему-то бросило в жар.

Эйдин встала, чтобы выйти из кухни, но так и не отошла от стола.

– Надо же. А вам не бывает одиноко?

– Мне нравится жить одному. У меня нет времени на отношения. – Патрик бросил на нее прожигающий взгляд: – А что? Вам бывает одиноко?

Огорошенная его проницательностью, она пробормотала:

– Я тоже очень занята. Я…

Тяжесть в груди не дала ей договорить. Возможно, ей действительно было одиноко последние три месяца, но Эйдин старалась не замечать этого, чтобы ничего не отвлекало ее от работы.

Она пожала хрупкими плечами и смущенно улыбнулась.

– Должна признать, что приятно поговорить с кем-нибудь лицом к лицу, а не по телефону или Интернету. Большую часть своего времени я провожу с телефоном в руках, обзванивая возможных клиентов. – Эйдин раздосадованно вздохнула. – Лучше бы я отправилась к ним и провела встречу лично. Так бы я сэкономила кучу времени и не висела бы целую вечность на проводе, ожидая, пока меня соединят с нужным человеком.

– Почему же вы так не поступите?

Эйдин покраснела.

– Большая часть моих клиентов в Париже, и позже я все-таки отправлюсь к ним. – Ей не хотелось признаваться ему, что сейчас она просто не располагала нужными средствами, чтобы путешествовать. – Но, честно говоря, отчасти мне неловко. Я не виделась с ними с тех пор, как потеряла свою компанию. Наверное, моя гордость и уверенность сильно пострадали.

– Отправляйтесь к ним с гордо поднятой головой. Ведь вы же не сдались. Я лечу в Париж на следующей неделе… – Патрик не закончил фразу, и его лицо приняло суровый облик. Через мгновение он все же добавил более формальным тоном: – Завтра вас ждет длинный день. Я провожу вас в вашу спальню.

Когда они подошли к лестнице, Эйдин застенчиво улыбнулась.

– Спасибо вам. – Вдруг к ее горлу подступил ком, и ее голос стал немного хрипловат, когда она нашла в себе силы договорить: – Спасибо, что приняли меня. Я собираюсь отправиться домой рано утром. Так что если я не увижу вас завтра… Мне было приятно с вами познакомиться.

– Я просыпаюсь обычно на рассвете, так что сигнализация будет отключена к этому времени. Спокойной ночи. Надеюсь, вам удастся отдохнуть.

Патрик отошел, направляясь к центральному холлу.

Эйдин медленно взбиралась по лестнице, держась за перила. У нее кружилась голова. Зачем она разоткровенничалась? И почему мысль о том, что они больше не увидятся, огорчила ее?

Но воспоминания о его прекрасных глазах преследовали ее всю ночь. Девушка крутилась в постели, мечтая, чтобы утро пришло быстрее, и она могла возвратиться домой и с головой погрузиться в работу.

И когда сон наконец стал понемногу одолевать Эйдин, в ее сознании на повторе крутился его глубокий голос, произносивший: «Вы в безопасности. Это самое главное». Наверное, Патрик сказал бы так любому, оказавшемуся на ее месте. Но все же эти слова оставили след в ее сердце.

Глава 3

Патрик мчался на коне сквозь лес, натягивая поводья все сильнее. Мягкая земля отскакивала от копыт, перед его глазами мелькали ветки деревьев и лужайки, усеянные колокольчиками. Прохладный воздух овевал лицо.

Когда они достигли кромки леса, то поскакали дальше по полю зеленой травы. Конь с легкостью перескакивал канавки, разделявшие поле. Мужчина ощутил всплеск адреналина в теле.

Его путь, пролегающий по побережью, повторял дорогу средневековых паломников, которые пешком добирались до монастыря в Мункойне.

Лучи рассветного солнца отражались в витражных окнах. Патрик остановил коня у входа, и, спустившись с него, зашел в старинный храм.

Прошлой ночью ему так и не удалось уснуть. Всю ночь он лежал и размышлял над тем, почему беседа с Эйдин Райан получилась такой откровенной. На него это совсем не похоже. Патрик никогда никому не открывался.

Боже мой, он ведь чуть ли не пригласил ее отправиться вместе с ним в Париж, предположив, что ее останавливает от поездки не только уязвленное самолюбие, но и финансовые трудности. Когда она наконец поднялась в спальню, Патрик вздохнул с облегчением, потому что удовольствие от ее компании сбивало его с толку. С каких пор ему нравилось общаться с людьми?

И все же его влекло к ней. Это чувство настораживало и пугало Патрика, потому что оно таило в себе опасность.

Разве его прошлое не доказательство того, что он раз за разом терпел неудачи, когда дело касалось отношений? У него были бывшие подруги, которые отличались привлекательной внешностью и легкомыслием. Сестра, которая не желала разговаривать с ним. И племянник или племянница, чья жизнь пройдет без него.

Ребенок родится в следующем месяце. По крайней мере, Орла принимала от него деньги. Если бы она отказалась от них, тогда бы Патрик просто сошел с ума от волнения, переживая за нее.

Его видеоконференция с Гонконгом прошла успешно. Если он не будет расслабляться и продолжит в том же духе, то сделку удастся подписать уже сегодня. Странная пустота поселилась в его груди. Чем же ему заняться, когда проект закончится?

Несмелые ростки идеи появились в его сознании. И пока он бродил между руин храма, эта мысль становилась все сильнее и настойчивее.

Ему под силу помочь Эйдин. Так бы поступил любой хороший сосед. Так бы поступил его отец.

Но не опрометчиво ли его решение? Прошлым вечером Патрик позволил ей заглянуть за привычную стену, которая отделяла его от внешнего мира. В следующий раз надо оставаться начеку. Он поможет ей в бизнесе, посоветует что-нибудь и поделится своим опытом.

Но их общение не выйдет за определенные рамки. Никакого сближения, никаких разговоров по душам.

Глубокий голос снова яркой вспышкой воспоминания появился в ее сознании. Эйдин невольно улыбнулась и потянулась в постели.

Но когда ее глаза распахнулись и она осмотрелась вокруг, то сначала не могла понять, где находится. Лучики солнца пытались пробраться сквозь плотно задернутые шторы.

Ей понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя и собраться с мыслями.

Мечтать о Патрике Фитцсаймоне – последнее, чем она должна заниматься.

Неизвестно, что с ее коттеджем. Сроки сдачи заказа прошли.

Эйдин зарылась под одеяло с головой. Как жаль, что нельзя провести несколько дней в этом теплом и уютном коконе.

Простонав, она решительно отбросила одеяло. Пора встать и смело встретить новый день. Какие бы неприятные сюрпризы он для нее ни готовил.

В любом случае если удалось пережить потерю собственной компании, то ей все по плечу.

Эйдин раздвинула шторы и прищурила глаза от яркого света, залившего комнату. От вида из окна у нее перехватило дыхание. Пышные клумбы с разноцветными цветами окружали гигантский фонтан, который извергал струи воды с такой силой, будто бросал вызов закону притяжения. Позади фонтана росли розовые кусты, а еще дальше раскинулся пологий луг с изумрудной сочной травой, который убегал вдаль, к морю.

На небе – ни облачка. Как после вчерашнего безжалостного шторма мог наступить такой прекрасный день?

Возможно, это хороший знак и с ее домом все в порядке. Но нет, она видела, как бушевало вчера море. Вряд ли ее коттедж устоял перед его яростью.

Как только Эйдин впервые увидела «Фуксию», милый коттедж, обвитый плющом, с внутренним двориком и садом сразу же пришелся ей по душе. Его покупка казалась ей тогда идеальным решением.

Но доход Эйдин сократился и был таким нестабильным, что девушку начало одолевать чувство страха: справится ли она? Шаткость положения постоянно заставляла ее сомневаться в себе.

Однако увлеченность творческой работой и некая доля азарта помогали ей в минуты отчаяния. Эйдин готова была справиться с любыми трудностями ради будущего успеха.

К сожалению, от краха собственного бизнеса пострадала не только ее профессиональная самооценка. Ее сердце тоже не избежало ран. Когда-то она верила в то, что бывший парень искренне ее любит…

Прижав ладони к закрытым векам, Эйдин сделала глубокий вдох.

Надо быстренько принять душ, выпить чашечку кофе и отправиться наконец домой, чтобы начать разбираться с тем, что ее ожидало там.

Возможно, они с Патриком даже не пересекутся. И это хорошо, верно?

«Кого ты хочешь обмануть?» – спросил ее с издевкой внутренний голос.

Правда заключалась в том, что ей не терпелось снова увидеть его высокую мужественную фигуру, его удивительные голубые глаза, чью прозрачность подчеркивала бронзовая кожа.

Приняв душ, Эйдин направилась к двери и, обнаружив записку, засунутую под нее, подняла ее: «Доброе утро, Эйдин. Я отвезу вас в коттедж. Приготовьте себе завтрак на кухне. Встретимся в центральном холле в девять».

Ее глаза пробежались по строчкам еще раз. И вдруг ее осенила неприятная мысль. А вдруг он предлагал отвезти гостью, чтобы убедиться в том, что она убралась из его имения? Мучительное чувство унижения захлестнуло девушку.

Эйдин посмотрела на часы – ровно восемь. Сейчас она сходит в прачечную комнату, чтобы переодеться в свои вещи, и убедит его, что вовсе не нуждается в услугах водителя.

Спустя полчаса девушка обошла весь дом в поисках хозяина, но нигде так и не нашла его. Зато ей удалось полюбоваться восхитительным бальным залом с потолками, украшенными фресками, зеркалами и золотыми люстрами. Вынужденное путешествие по роскошным комнатам еще раз напомнило ей, что они жили в совершенно разных мирах.

Эйдин писала ему записку на кухне, как вдруг дверь кладовой открылась.

На Патрике были белые бриджи, черные ботинки для верховой езды и свободная зеленая рубашка с тремя незастегнутыми верхними пуговицами. На груди виднелись черные завитки волосков. Его лоб поблескивал от пота.

Заметив ее, он подошел к столу.

– Доброе утро. Позавтракайте, а я пока быстро приму душ. И мы можем отправляться.

Его тон показался Эйдин резким, поэтому у нее не осталось сомнений в том, что ему не терпелось вывезти ее за пределы «Ашбрука». У нее внутри все сжалось от стыда.

– Спасибо, но в этом нет необходимости, – на ее лице появилась наигранная широкая улыбка. – Я и так отняла у вас много времени. К тому же мне надо забрать мою машину у моста. Поэтому я пойду пешком.

– Я пойду с вами.

Неужели он не верил ей? Зачем проявлял такую настойчивость?

– Правда, не стоит. Вы и так сделали для меня достаточно.

Патрик прислонился к кухонному островку.

– Эйдин, нет смысла спорить. Я уже решил. Его невозмутимость раздражала ее.

– Я хочу пойти сама.

– Почему?

– Потому что коттедж – моя забота. К тому же я уверена, что вы очень занятой человек. Мне неловко из-за того, что вы тратите на меня время.

– Я отвезу вас. И точка.

Она ухмыльнулась и произнесла шутливым тоном:

– Вам нет никакой нужды лично выпроваживать меня из имения.

Патрик явно не оценил ее шутку, потому что в его взгляде мелькнуло возмущение.

– Вы действительно думаете, что я поэтому решил отвезти вас? Чтобы убедиться, что вы покинули имение?

Его злость не испугала ее, и Эйдин смело кинула ему:

– А какая причина может скрываться за этим?

Его небесные глаза задержались на ней несколько мгновений, а затем он спросил тихим спокойным голосом:

– Почему вы не можете поверить в то, что я просто хочу помочь?

Патрик подошел к ней ближе, возвышаясь над ней. По ее венам будто разлилась огненная река от близости его крепкого тела. Тонкая ткань бриджей едва скрывала работу стальных мышц его бедер. Красота его загорелых сильных рук завораживала ее.

Он стоял молча, пока Эйдин опять не встретилась с его взглядом, полным решимости.

– Позвольте мне помочь вам.

Почему он не слышал ее? Она вполне способна позаботиться о себе и не нуждается в его помощи.

– Благодарю вас за предложение, но я справлюсь сама.

У него едва заметно дрогнула щека.

– Как пожелаете.

С этими словами Патрик широкими шагами вышел из кухни, не оглянувшись назад.

Второй раз за последние сутки Эйдин стучала во входную дверь Патрика. Если ей было неприятно просить о помощи в первый раз, то сейчас и подавно.

Она оглянулась на свою машину, пока ждала, когда ей откроют. К счастью, автомобиль завелся сразу, и, хотя пол салона немного промок, папки и оборудование из ее мастерской уцелели.

В отличие от ее коттеджа.

Она должна успокоиться, но мысли волчком крутились в голове – работа, сроки сдачи заказа, заявление в страховую компанию… Эйдин даже не представляла, с чего стоит начать и где найти надежного подрядчика для выполнения ремонтных работ.

Дверь наконец открылась, и женщина средних лет удивленно смотрела, будто появление гостьи казалось ей совсем невероятным.

– Здравствуйте. Вам что-нибудь нужно?

– Могу я поговорить с Патриком, пожалуйста?

Ее удивление лишь еще больше усилилось. Чтобы женщина не подумала, будто Эйдин какая-то незнакомка с улицы, она быстро добавила:

– Меня зовут Эйдин Райан. Я живу в коттедже «Фуксия» неподалеку отсюда. Управляющий имением чинил ворота после вчерашнего шторма. Патрик рассказал ему, что мой дом затопило прошлой ночью, и он впустил меня, когда я попросила поговорить с мистером Фитцсаймоном.

– Ах вы, бедняжка. Конечно-конечно, проходите. Да, полдеревни затопило. Я такого не видела за всю жизнь.

Женщина провела ее в гостиную, без умолку болтая по дороге.

– Вы сбили меня с толку, откровенно говоря. Гости здесь большая редкость. Располагайтесь, а я сообщу Патрику о вашем приходе.

Ей пришлось так долго его ждать, что Эйдин в какой-то момент забеспокоилась: может быть, он отказался встретиться с ней?

Но вот мужчина все-таки появился. Но был мрачнее тучи. На нем были светлая классическая рубашка, темно-синие брюки и бежевые туфли. Одежда дорогих итальянских дизайнеров, достойная успешного миллиардера, кем он и являлся.

– Я вернулась. – Ее губы сложились в неловкую улыбку.

– Я заметил. – Вертикальные морщинки на его переносице углубились.

Эйдин сделала глубокий вдох. Унижение еще никого не убивало.

– В моем коттедже нельзя жить. Завтра страховая компания пришлет оценщика. Я пыталась добраться до Мункойна, но по мосту по-прежнему нельзя проехать. – Пытаясь не обращать внимания на его хмурый взгляд, она выпалила: – Я пришла узнать, можно ли мне поработать здесь, пока не ликвидируют последствия потопа. Сегодня надо закончить заказ, и мне необходим доступ в Интернет.

– В каком состоянии коттедж?

У нее внутри все сжалось, но Эйдин сцепила руки в кулаки и заставила себя говорить:

– И в коттедже, и в студии много воды. Большую часть моей мебели придется заменить. Я не смогу там жить по меньшей мере месяц.

Она явно всего лишь притворялась, что спокойна. Его предположение о том, что коттедж сильно пострадал, оправдалось. Патрик стиснул зубы от досады. Почему Эйдин так заупрямилась утром и не позволила ему поехать с ней? Тогда у него было немного свободного времени, а теперь он занят переговорами до конца дня.

У него есть всего пятнадцать минут, чтобы убедить ее в разумности его плана. А затем Патрик вернется к своим делам.

– А что с вашими личными вещами? Они уцелели?

– Моя одежда – да, а вот обувь, к сожалению, – нет. – Эйдин грустно улыбнулась, а затем воскликнула: – Обувь! Разве можно сейчас об этом переживать? Хотя она мне очень нравилась…

– Где вы собираетесь жить?

– Еще не знаю… Я звонила в гостиницу «Вид на залив», но у них заняты все номера. Похоже, все гостиницы и отели в радиусе десяти миль забиты до отказа из-за потопа. Наверное, мне придется остановиться где-нибудь в Баллиморе.

Баллимор находился в двадцати милях отсюда. Ей не удастся следить за проведением ремонтных работ в коттедже и работать, мотаясь туда-сюда.

– Это слишком далеко. Давайте мой управляющий Уильям будет руководить ремонтом коттеджа.

Эйдин уставилась на него непонимающим взглядом.

– Но зачем?

– Затем, что вам надо сконцентрироваться на выполнении заказа, а не проводить весь день в дороге и искать подрядчиков.

– Спасибо, но лучше я сама со всем разберусь.

– Почему?

Она устало провела ладонью по лбу и посмотрела на него почти умоляюще:

– Позвольте мне задать тот же вопрос. Почему вы делаете это?

– Я просто хочу вам помочь.

– Я не могу принять вашу помощь.

– Почему нет?

– Потому что…

Господи, она сведет его с ума. Такая же упрямая, как Орла. Патрик сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться.

– Эйдин, перестаньте перечить и позвольте Уильяму заняться этим. Не знаю, как насчет вас, но у меня есть дела поважнее, чем стоять здесь с вами и спорить о моих мотивах.

Ему, наверное, казалось, что его предложение всего лишь пустяковое одолжение. Но Эйдин следует решать свои проблемы самостоятельно.

– Но вы даже не знаете меня, – возразила она.

– И что? Вы – моя соседка. Соседи выручают друг друга.

Для Патрика все было так просто. И на долю секунды ей захотелось ему поверить. Но в ее голове тут же зазвенела предупредительная сирена. Нельзя быть беспомощной и полагаться на других.

– Я надеюсь, вы не посчитаете меня неблагодарной. Но я предпочту лично следить за ходом ремонтных работ.

– Даже если это скажется на вашем бизнесе?

Ее всю передернуло от его меткого замечания.

Пытаться совместить выполнение заказов с перестройкой коттеджа – задача не из легких. Отчаяние и досада душили ее.

– Ничего страшного. Я справлюсь.

Патрик поджал губы, услышав гневные нотки в ее голосе.

– Вы очень упрямая, не так ли?

– Да, мне такое уже говорили.

Его ноздри раздулись, и он медленно скрестил руки на груди.

– Вы должны думать в первую очередь о своем бизнесе. Уильям найдет хорошего подрядчика, который отстроит ваш коттедж. Вы переедете сюда, пока ваш дом не будет готов, а в воскресенье вы полетите со мной в Париж.

Патрик закрыл рот и, до боли стиснув зубы, удивился, с какой легкостью он произнес эти слова. Его живот скрутило судорогой. Не усложняет ли он себе жизнь? Не вступает ли на опасное минное поле? Но в ту же секунду его сомнения рассеялись. Патрик должен поступить правильно и помочь ей.

Пораженная, Эйдин не сводила с него глаз, ожидая, когда мужчина скажет, что пошутил. Но твердое выражение его лица не менялось.

– Вы серьезно? – из ее груди вырвался истерический смешок.

– Да, всю следующую неделю я проведу в Париже. Вы сами сказали, что вам надо общаться с клиентами лично. Вот вам подходящая возможность. У меня есть загородный дом в Париже. Там мы и остановимся.

– Но я вам помешаю!

– Послушайте, вы видели размеры «Ашбрука». Дом в Париже тоже далеко не маленький. Там хватит места для вашей временной мастерской. Мы не будем друг другу мешать.

Она покачала головой.

– Вы вчера упомянули, что любите жить один. Я тоже. Значит, это плохая идея.

– Каждый из нас будет занят собственными делами. Я всего лишь предлагаю вам место, где вы сможете спокойно работать, – здесь и в Париже. Мой шофер будет к вашим услугам в любое время.

– Но почему? – не унималась Эйдин.

– Почему вам так нравится задавать один и тот же вопрос? Неужели так сложно поверить в то, что я просто веду себя как хороший сосед? Я восхищаюсь вашим упорством и хочу оказать вам некую поддержку в восстановлении вашего бизнеса.

Искренность и мягкость его тона огорошили ее, заставив сдать свои позиции.

– Я заплачу вам за проживание и перелет.

– Мне не нужны ваши деньги, – воспротивился Патрик.

– Я буду платить за проживание, – твердо настаивала она.

Он поднял руки вверх в знак того, что сдается.

– Хорошо. Вы можете заплатить мне, когда получите страховку. А теперь мне надо возвращаться к работе. Но сначала я покажу вам библиотеку, которую вы можете использовать как мастерскую. Спать вы будете в той же спальне, что и вчера. – Проходя по коридору, Патрик добавил: – Вы уже встречали мою экономку, Маурин. Обратитесь к ней, если вам что-нибудь понадобится. Я попрошу Уильяма зайти к вам, чтобы вы могли обсудить все, что касается коттеджа.

Эйдин покорно следовала за ним. Может, она лишилась рассудка, если согласилась? Но ведь успех в бизнесе для нее превыше всего, не так ли? У нее появятся место для работы и возможность встретиться с клиентами в Париже.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что принятое ею решение – единственно правильное. Однако кое-что ее все-таки смущало. Как они уживутся под одной крышей, если их так неудержимо тянет друг к другу, когда они находятся рядом?

Хотя каждый его день расписан по минутам. Скорее всего, Эйдин будет встречаться с ним очень редко, пока гостит у него.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.