# Профессионал. Не ради мести

Виктор Тюрин

Майклу Валентайну надоело сидеть на одном месте. Профессионалу его уровня нужен риск, кипение адреналина в крови и непередаваемое ощущение победы над сильным противником, без которого жизнь кажется пустой. Узнав, что в Майами открывается выставка драгоценных камней, он сразу вспоминает о «желтом австрийском» бриллианте. С этого момента начинается новый этап жизни. Продажа бриллианта представляла собой определенный риск, вот только Майкл никак не мог ожидать, что его затянет в круговерть смертельных приключений, заставивших оперативника вспомнить свои профессиональные навыки.

© Виктор Тюрин, 2021

© ООО «Издательство АСТ», 2021

* * *

## Пролог

Из дверей филиала банка «Wells Fargo» в Майами вышли четыре человека. Первой вышла женщина, Ева Нельсон, владелица юридической конторы в Лас-Вегасе. Светло-коричневое платье с поясом и белой отделкой на карманах и отложном воротником отлично подчеркивало ее высокую грудь и талию. Двухцветная сумочка и такие же туфли коричневых оттенков отлично дополняли ее наряд. Тот, кто очень хорошо ее знал, сразу заметил бы на ее лице плотно сжатые губы, говорившие о том, что она чем-то сильно недовольна и озабочена.

Следом за женщиной вышел довольный, это было видно по его лицу, мужчина, в сопровождении телохранителя. Его прекрасно сшитый тропический костюм, белоснежная рубашка с высоким воротником, ручной работы галстук, индивидуального пошива туфли – стоимость всего этого составляла полугодовой заработок рабочего на конвейере автомобильного завода в Детройте. По одежде можно было предположить о нем как о преуспевающем банкире с Уолл-стрит, вот только его загорелое и обветренное лицо явно указывало на то, что он – человек, привыкший больше бывать на свежем воздухе, чем корпеть над бумагами в офисе. Смелый взгляд уверенного в себе мужчины и шляпа «стетсон» довершали облик одного из богатейших людей юга Америки – миллионера Роберта Райана, заработавшего свое громадное состояние на военных контрактах во время Второй мировой войны.

Последним из дверей банка вышел я. Пятнадцатилетний подросток, который мало чем отличался от обычного юноши его возраста, если не считать широких, налитых силой плеч, мозолей на костяшках рук и взгляда, который мог меняться в зависимости от сложившейся ситуации. Скучающий взгляд отметил прохожих, парочку клерков с портфелями в руках, полицейского, стоящего на тротуаре. Закончился осмотр двумя машинами, стоящими у тротуара. Интуиция промолчала: опасности не было.

Выйдя, все остановились и прищурились. Яркое солнце с непривычки резало глаза, привыкшие за четыре часа к мягкому свету банковских люстр.

– Ну что, мисс Нельсон, дело завершено? – повернувшись к женщине, спросил Роберт Райан.

Женщина в ответ, мягко улыбнувшись, чуть кивнула головой.

– Вот и отлично! Пользуясь случаем, хочу выразить свое восхищение вашей красотой и деловым складом ума. Извините за прямоту, но это редкое сочетание для женщины. К тому же вы еще и заботливая тетя. Племянник вон какой у вас вымахал, с годовалого бычка.

Услышав эти слова, я опустил глаза, чтобы скрыть невольную улыбку. Кому как не мне было известно, насколько Ева не любит, когда ее называли «тетей». За время совершения сделки мне пришлось ее несколько раз так называть, поэтому новое напоминание не доставило ей ни малейшего удовольствия. Ева Нельсон никогда бы не достигла своего положения, если бы не умела скрывать свои чувства, именно поэтому на ее лице осталось такое же безмятежное выражение.

– У вас и ранчо есть, мистер Райан?

– Есть. Нефтью я зарабатываю на жизнь, а ранчо у меня для души. Вы бы только знали, как у нас хорошо! Воздух! Дышишь – и надышаться не можешь! А закаты у нас какие! Клянусь чем хотите, мисс Нельсон, вы таких закатов никогда в жизни не видели! Стоит вам один раз увидеть, и вы уезжать не захотите! Ну как? Принимаете приглашение?

– Я бы с радостью, – тут женщина бросила взгляд на меня, – вот только, к сожалению, у меня, как у любой деловой женщины, есть свои дела и обязательства.

– Очень-очень жаль. Тогда как вы смотрите на то, чтобы сходить сегодня вечером в ресторан? Любой, на ваш выбор, – при этом миллионер с удовольствием оглядел статную фигуру спутницы.

– Извините, мистер Райан, но никак не получится. И поверьте мне, к моему большому сожалению… – при этом Ева подарила обольстительную улыбку техасцу.

– Нет так нет. Я пробуду здесь еще четыре дня. Вот моя визитка… – он протянул женщине бумажный квадратик. – В любое время. Днем и ночью. Только позвоните, и я у ваших ног.

– Спасибо, – Ева взяла визитку, открыла сумочку и аккуратно ее туда положила. – Только вряд ли мне удастся воспользоваться вашим предложением. Скорее всего, я улечу уже завтра.

– Да. Вы мне говорили, что живете в Лас-Вегасе. Кстати, там мне еще не приходилось бывать. Все времени нет. Даже сюда, бросив все, приехал только из-за выставки. Мне было приятно иметь с вами дело, – техасец коснулся пальцами края шляпы. – До свидания, мисс Нельсон. Пока, парень.

– До свидания, мистер Райан, – в голосе женщины чувствовалось легкое сожаление.

– До свидания, мистер Райан, – как эхо, повторил я вслед за Евой.

Миллионер кивнул нам головой в знак прощания и стал быстро спускаться по ступеням в сопровождении телохранителя. Мы вместе с Евой наблюдали, как мужчина легко несет свое жилистое и мускулистое тело, перескакивая со ступени на ступеньку. Вот он сел в машину. Хлопнула дверца за севшим впереди телохранителем, после чего мощный и дорогой автомобиль, оторвавшись от тротуара, плавно влился в поток машин.

Ева резко повернулась ко мне:

– Откуда он тебя знает?!

– Познакомились как-то. Кстати, неплохой парень этот техасец. А?.. Тетя Ева, ты ему явно приглянулась.

Глаза женщины недобро сверкнули.

– Я тебе не тетя! Понял, Майкл Валентайн! Не зли меня больше! Не хочешь говорить правду, черт с тобой!

Встреча с Робертом Райаном, процедура долгой экспертизы бриллианта, длительный расчет наличными – все это заставляло ее волноваться и нервничать. Я это прекрасно понимал, поэтому ничего говорить не стал, только ожег Еву злым взглядом. Женщина на пустом месте заработала кучу денег и еще чем-то недовольна. Да, риск был, так и процент от сделки она получила солидный. Впрочем, одного моего взгляда хватило, чтобы она пришла в чувство. Извиняться не стала, просто приняла вид, который говорил, что она женщина слабая, импульсивная, а это всего лишь нер вы, поэтому такие вспышки мужчины должны просто прощать.

– Ты пойми, Майкл, так серьезные дела не делаются. Если клиент легко согласился заплатить…

– Понял. Запомню на будущее, – оборвал я ее. – Только еще раз напомню: Максу об этом не стоит знать.

– Не надо – значит, не будет знать, – уже легко, без всяких вопросов, согласилась Ева и вдруг счастливо улыбнулась. Только сейчас женщина полностью осознала, что за свое разовое посредничество она получила столько денег, сколько бы не заработала за четыре года. Теперь она другими глазами смотрела на окружающий ее мир. Не выдержав рвущейся из нее радости, она спросила:

– Майкл, ты как?

– Не понял… – я посмотрел на светившуюся от радости женщину.

– Ты же только что заработал кучу денег! Я бы, получив такую сумму, наверно, прыгала, как девчонка, и орала от восторга.

Я лукаво усмехнулся:

– Хорошая идея, Ева.

Стоило ей услышать эти слова, как улыбка женщины стала гаснуть, ведь кому как не ей знать, что собой представляет этот сумасшедший подросток. Так оно и случилось.

Неожиданно парень сорвался с места, пройдясь колесом сначала в одну, потом в другую сторону, после чего стал прыгать и махать руками, при этом дико крича. Случайные прохожие, клиенты банка, клерки останавливались и искали глазами нарушителя спокойствия, но стоило каждому из них понять, что это просто дурачится какой-то мальчишка, отворачивались и шли дальше. Исключение составил полицейский, стоявший у подножия широкой лестницы. Крутанув в руке пару раз дубинку, он нахмурился, выразив тем самым свое отношение к нарушению порядка на вверенном ему участке, после чего стал неторопливо подниматься по лестнице, давая время расшалившемуся подростку убраться куда подальше.

Ева Нельсон сначала растерялась, глядя на мое представление, потом все же не выдержала и весело рассмеялась.

– Все, Майкл, все! Верю, верю, что ты доволен! Пошли отсюда.

Перестав прыгать и кричать, я придал своему лицу такое важное и напыщенное выражение, что Еве пришлось прикусить губу, чтобы снова не рассмеяться. Полицейский, удивленный мгновенным преображением подростка, замер на месте, не зная, как на это реагировать. Так он и остался стоять, провожая нас недоуменным взглядом до тех пор, пока мы спускались по лестнице.

## Глава 1

Утро каждого дня у меня начиналось со специального комплекса упражнений в номере, потом был душ, затем я одевался в соответствии с тем, чем собирался заниматься: тир, частный спортивный зал или бассейн, после чего спускался вниз. На тренировки у меня обычно уходило пять-шесть часов в день. Ближе к обеду я обычно встречался с Максом, если у того не было срочных дел, и тогда мы вместе обедали или просто обменивались новостями.

Бывший детектив полностью погрузился в свою работу и с таким усердием осваивал основы новой профессии, перенимая опыт у своего заместителя, настоящего профессионала, что я решил: еще полгода, и он переплюнет своего учителя. Впрочем, ничего удивительного в этом не было, так как Макс проводил в казино по десять-двенадцать часов в день, не давая спуску ни себе, ни своим подчиненным. Глядя со стороны, как он несет свою службу, я понял, что Макс Ругер своей принципиальностью и жесткостью вряд ли заслужит любовь персонала отеля и казино, а вот уважать и бояться его будут. Сильный и волевой человек, умеющий разбираться в людях, бывший коп сумел сколотить из своих сотрудников за короткое время вполне сплоченную команду. Двух человек он привез с собой из Лос-Анджелеса, остальных ему помог подобрать уже здесь его заместитель, работавший в сфере безопасности более десяти лет. Его взяли по совету лейтенанта Макензи, и пока, насколько я мог видеть, Ругер был им доволен. Макс не только изучал тонкости своего ремесла, но и налаживал дружеские отношения с отделами финансов и персонала, которые находились в ведомстве управляющего отелем Льюиса Стинга, назначенного на эту должность нашим компаньоном. Тот показал себя опытным администратором и неплохим психологом, сумевшим подобрать нужных людей на ключевые посты, вот только как человек он был самым настоящим дерьмом, общаясь по-хамски со своим персоналом.

Еще при заключении партнерского договора я отметил этот стандартный пункт. Если владельцев двое, то один из них назначает управляющего, второй – начальника службы безопасности. Управляющий отелем имел больше власти, так как все отделы и службы, за исключением казино, находились под его рукой. Мне удалось бы пробить это место для Макса, вот только тот наотрез отказался от этой должности.

Стинг почему-то решил, что он здесь всем управляет, хотя в казино есть свой администратор, он все же попытался влезть в его дела, вот только после столкновения с Максом, пообещавшим сломать ему челюсть в двух местах, быстренько отступил. Вопрос был закрыт, но о нормальных отношениях можно было забыть. Положение надо было исправлять, и я поставил перед собой задачу: со временем убрать этого упыря. Вот только для этого надо было сначала найти такого же профессионала, только без дурных замашек, да и сделать все нужно было аккуратно, чтобы Макс даже не посмотрел в мою сторону, когда все это произойдет.

С переездом в Лас-Вегас наши пути с Максом разошлись в разные стороны, чего, впрочем, и следовало ожидать. Был отдельный промежуток времени, когда мы нуждались друг в друге, но теперь Ругер стал жить своей жизнью. Я временно поселился в отеле, а бывший детектив снял квартиру, но насколько мне было известно, жил по большей части у своей возлюбленной Евы Нельсон. Правда, официально сходиться они не торопились, но, судя по довольному виду Макса, им вместе было хорошо.

Мне, как человеку, совершенно незнакомому с работой отеля и казино, одно время было интересно наблюдать за функционированием этих заведений как бы изнутри. Я ведь мальчишка, а значит, мне обязательно надо совать везде свой нос. Изображая веселого и добродушного паренька, спустя какое-то время я завел себе кучу друзей из обслуживающего персонала отеля и казино. Правда, люди все же относились ко мне с определенной долей настороженности, так как я считался «племянником» начальника службы безопасности (такова была официальная версия наших с Максом отношений), а значит, старались не откровенничать, говоря со мной только на нейтральные темы. Впрочем, это им не мешало жаловаться друг на друга, изливать свои обиды, а также просить меня выполнить несложные поручения. Когда служащие убедились, что паренек не задирает нос, несмотря на то, что является родственником второго по величине босса в здешней иерархии рангов, то мужчины стали относиться ко мне по-дружески, а женщины, в зависимости от возраста, кто по-матерински, а кто шутливо с примесью кокетства. В последних случаях, так как краснеть у меня не получалось, я застенчиво опускал глаза, что приводило в восторг молоденьких девушек.

Наблюдая за жизнью отеля и казино, мне только оставалось радоваться, что все мои нововведения, которые я в свое время предложил, отлично сработали, приводя гостей в восторг. Наш отель на данный момент считался самым комфортабельным отелем Лас-Вегаса. Казино, отличная кухня, телевизоры и кондиционеры в номерах, концертный зал, два бассейна с вышками и баром, парикмахерская и массажный кабинет являли собой замкнутый цикл для гостей, приехавших сюда за удачей и развлечениями. Все это было создано для того, чтобы гостям отеля не хотелось тратить деньги в других заведениях. Когда наступал вечер и гости отеля желали развлекаться, на сцене, предназначенной для выступления звезд эстрады, начинали вращаться зеркальные шары, на которые были направлены с различных сторон цветные прожекторы. Мужчины и женщины, сидящие за столиками, как и танцующие пары, каждый раз были в восторге, когда начиналось радужное шоу. В ресторане, тоже с моей подачи, время от времени стали устраивать ужины, посвященные кухне различных стран мира. Если была турецкая кухня, то официанты носили фески, а в вечерние выступления вставляли музыкальные и танцевальные номера, традиционные для этой страны. Все это вносило новую, живую и оригинальную струю в жизнь гостей отеля, заставляя их крутиться в круге наслаждений. Днем – ресторан, бассейн, телевизор, массажный кабинет, а вечером гостей отеля ждало выступление артистов, изысканный ужин в ресторане, игра в казино. Несмотря на высокие цены, отель был забит полностью. Впрочем, что для миллионера стоимость номера в сто долларов, если за вечер он проигрывал тысячи долларов в казино.

Несколько вечеров, ради удовлетворения своего любопытства, я наблюдал за игроками, глядя на их раскрасневшиеся лица и блестящие от азарта глаза. Большинство из них не скрывало своих эмоций, когда выигрывали или проигрывали. Выигрыш здесь отмечался традиционным заказом шампанского, а крупный проигрыш запивался бесплатным виски.

Проявления эмоций у людей были самые разные, причем здесь немало зависело от самой игры. По моим наблюдениям, самые шумные и зрелищные столы были там, где играли в кости. Я нередко наблюдал, как игроки, приходя в крайнее волнение при выбрасывании костей, начинали визжать, хлопать в ладоши и кричать в зависимости от удачи. В отличие от них, люди, часами самозабвенно дергающие рычаг игровых автоматов, не видели вокруг себя ничего, кроме быстро вращающихся барабанов, отвлекаясь только на то, чтобы кинуть монеты для продолжения игры.

Даже за то короткое время, что я прожил в отеле, мне пришлось столкнуться с нестандартными «развлечениями» богачей. Прошла неделя после открытия отеля, как один богатый тип из Канзаса, много выпив, решил искупать своих подружек в шампанском. Ванны в номере ему показалось мало, и он заказал самую большую ванну в магазине, торгующем сантехническим оборудованием, которую должны были доставить в отель и установить посреди гостиной. Грузчики с ванной, пытавшиеся пройти в отель, сначала были переправлены к черному ходу и оставались там до тех пор, пока миллионер не заплатил отелю две тысячи долларов за установку ванны в его номере, как за дополнительную услугу. После того, как он дал согласие, ванна была доставлена в его номер. О том, как канзасец мыл в шампанском своих подруг, долго ходили легенды среди обслуживающего персонала. Другой миллионер, напившись, заявил, что выкупает один из бассейнов отеля в свое личное пользование на все время своего проживания. Ему сказали: ваше желание – закон, после чего ему было предложено заплатить сто тысяч долларов. Он неожиданно обиделся на предложение и съехал из номера. Были и оригинальные развлечения. Компания богатых молодых людей, в меру упившись, решила устроить соревнование под названием «мамочкино молоко». Своеобразное шоу началось около шести часов вечера, рядом с одним из бассейнов, собрав немало народа. Суть состязания была проста: кто останется стоять на ногах после выпитой бутылки виски. Казалось бы, что тут интересного, вот только само исполнение оказалось довольно оригинальным. Четверо парней полулежали на шезлонгах, запрокинув головы, а над ними стояли девушки с обнаженной грудью, по которым они лили виски прямо в рот «спортсменам». Отсюда и название: «мамочкино молоко». Девушки сами были прилично пьяны, постоянно и беспричинно смеялись, визжали и кричали, что им щекотно. От этих дерганий струйка алкоголя не только попадала в рот, но и растекалась по всему лицу. Стоило виски попасть в глаз одному из парней, как тот завизжал, подскочил и с разгона, расталкивая столпившихся вокруг них зрителей, кинулся в бассейн. Следом за ним под смех и шутки зрителей остальные «спортсмены», а за ними девушки прыгнули в воду.

Веселье закончилось, и народ стал медленно расходиться. К этому моменту появился Макс с одним из охранников, который прочитал молодым балбесам короткую лекцию о правилах поведения в общественных местах. Все бы так и закончилось, но кто-то вызвал полицейский патруль, заявив, что в отеле происходит сексуальная оргия при большом скоплении народа. После того, как приехавшие полицейские узнали от Ругера причину вызова, они громко смеялись и жалели, что им не удалось посмотреть на столь необычное шоу.

Мои попытки проникнуться местной жизнью, прочувствовать азарт и жгущее сердце желание игрока победить казино провалились с треском, впрочем, это не стало для меня открытием. Здесь не было разыгранной противником смертельно опасной комбинации, не было того чувства риска, от которого закипает в крови адреналин и холодеет под сердцем, – всего того, что мне нередко приходилось испытывать втой жизни. А как тонко начинаешь чувствовать все прелести жизни, когда выходишь победителем над хитроумным противником…

Пытаясь хоть как-то заполнить свою жизнь, я решил помочь людям Ругера. За две недели сумел выявить горничную-воровку и бармена, который довольно вольно обращался с запасами спиртного, наливая подвыпившим клиентам дешевый алкоголь, разлитый в бутылки из-под дорогого виски. Сэкономленные таким образом элитные марки виски он отдавал за полцены своему приятелю, работавшему в винном магазине.

Когда воры были схвачены за руку на месте преступления, им было предложено на выбор: тюрьма, большой штраф или они становятся личными информаторами Ругера.

Нетрудно было догадаться, что они выбрали, так как жители Лас-Вегаса почти на восемьдесят процентов составляли обслуживающий персонал отелей, казино и ресторанов. Зато с вором, которого поймали в казино, начальник службы безопасности поступил намного жестче. Взяли его аккуратно, ведь недаром два приятеля Макса, которые приехали с ним из Лос-Анджелеса, были настоящими профессионалами. Жилистые, подтянутые, с невыразительными лицами, бывшие полицейские, никак не афишируя себя, скользили серыми тенями между гостей, вылавливая жуликов, воров и мошенников, а для прикрытия их работы Ругер нанял несколько массивных качков, которые толкались в зале казино, изображая службу безопасности.

Вора привели в комнату охраны, где его ждал Макс с «палачом». В этой должности у Ругера состоял Стив Маккартур, бывший полицейский, которого принял на работу «дядька» по рекомендации своего приятеля-лейтенанта. Судя по некоторым слухам, именно за жестокое обращение с людьми его убрали из полиции. Макс сказал вору пару слов о том, что воровать нехорошо, после чего Маккартур сломал ему один за другим пальцы правой руки, а затем охрана вышвырнула его вон. Делать из этого тайну Ругер не стал, считая, что эта проявленная жестокость должна была стать своеобразным предупреждением всем, кто попробует покуситься на какую-либо собственность отеля-казино или его гостей.


Вернувшись в номер после очередной тренировки в тире, я сходил в душ, затем вышел на балкон, сел в легкое кресло, стоявшее в тени, и в очередной раз задумался над тем, как дальше жить. Я сумел выжить в этом, чужом для меня, времени. Теперь у меня были официальные документы на имя Майкла Валентайна, а у Макса Ругера – оформленная по всем правилам бумага на мое опекунство. Эта бумага появилась на свет благодаря связям Ругера в полиции, а также его репутации, но даже в этом случае на взятки ушло две с половиной тысячи долларов. Обо мне, как о человеке из другого времени, знал только Макс Ругер. Частично догадывался о том, кем я являюсь, старый китаец Ли Вонг, возглавляющий филиал триады в Лос-Анджелесе, но у него было свое, мистическое, представление о мальчике, в которого вселился дух воина. Возможно, что он поделился своими мыслями со своим сыном, но судя по тому, что я видел, у Вэя было практическое мышление американца, так что, скорее всего, он посчитал его откровение за стариковские бредни. Еще обо мне знали Ева Нельсон и Стив, друг детства Ругера, но в их глазах я выглядел довольно странным подростком с повадками взрослого мужчины. Все остальные люди, с которыми мне пришлось столкнуться в начале моего появления в этом времени, обо мне ничего не знали, да и связи у меня с ними сейчас были оборваны. На данный момент я являлся владельцем половины акций отеля-казино «Оазис». В банковской ячейке, в Лос-Анджелесе, у меня оставалась приличная сумма наличных денег, так что я, по американским меркам, считался богатым человеком. Вот все это было хорошо для человека другого склада, так как эта «сиропная жизнь» меня абсолютно не устраивала.

Я не знал точно даты открытия военных действий, но при этом мне был известен год начала войны в Корее. Самое время искать подходы к военным, а затем заняться поставками военного снаряжения и оружия. Мне также было известно, что в Америке еще нет сети «Макдоналдс», как и нет парка развлечений «Диснейленда». Это тоже были хорошие направления для вложения денег. Но! Мой возраст отметал мое участие в этих и других подобным им проектах. Я был лишь пятнадцатилетним подростком! Кто поверит ему на слово, да и кто будет делать бизнес с мальчишкой?! Даже если выйти на таких людей с помощью Евы Нельсон, как я смогу контролировать больший бизнес? Меня просто обманут, а потом выкинут из дела. К тому же я не разбирался в бухгалтерии, у меня не было экономических знаний, а главное… не было желания всем этим заниматься. Работать по своему профилю? Конечно, можно пойти к дедушке Вонгу, который с радостью примет меня, но мне претила работа наемного убийцы в чистом виде.

На данный момент у меня отличное прикрытие и официальный статус, но только стоит мне выйти из-за него, как я окажусь на виду у многих людей, большинству из которых буду казаться легкой добычей. Конечно, это не так, но я человек и в любой момент могу совершить ошибку, которая приведет к трагическим последствиям. Я никому не говорил, что параноик? Так вот теперь знайте: я параноик в квадрате. У меня привычка подозревать всех и вся, автоматически проверяться по пути следования, постоянно оценивая обстановку и возможную степень опасности, исходящую от окружающих меня людей.

Например, входя в кафе, я оцениваю сидящих там людей, затем сажусь так, чтобы контролировать вход и большинство посетителей. Для обычного человека это сложно и неудобно, но для подготовленного профессионала является таким естественным действием, как человеческий вдох-выдох.

Мне была нужна моя прежняя работа, и пока в ином качестве я себя не видел. Уехать в Россию и там легализоваться под чужим именем? Не пойдет. Ближайшие шесть-семь лет там появляться не стоит. Через три года умрет Сталин, и в России опять начнутся разборки. Подрасти и стать здесь полевым агентом? Вот только для этого надо иметь армейскую подготовку и закончить специальную учебку. Убить столько лет на то, что я и так знаю? Не хочу.

«Эх, вернуться бы обратно к той, моей прежней жизни, – подумал я, присовокупив к этому вздох сожаления. – Как было бы хорошо».

Посмотрел на часы. Мне пора было идти на встречу с Евой Нельсон, с которой мы уже больше недели не виделись. Отношения у нас с ней были прохладные: не враждовали, но и общаться друг с другом не стремились.

Эта встреча была ее инициативой. Насколько я мог судить со слов Макса, вчера утром в ее конторе появился клиент с интересным предложением, после чего Ева передала через него желание со мной встретиться. Ругер сразу ухватился за него, так как прекрасно видел, что мне здесь скучно. Он прекрасно знал, что я представляю собой бомбу замедленного действия, которая может взорваться в любой момент, и ему, конечно, очень этого не хотелось. Переехав в Лас-Вегас, бывший частный детектив, считал, что закончил прошлую главу своей жизни и начал новую. К тому же ему нравилась его нынешняя жизнь и совсем не хотелось никаких перемен.

Выйдя из номера, я вызвал лифт. Лифтер, совсем еще молодой парень в красно-черной униформе отеля, зная, что я родственник начальника службы безопасности и у меня свой номер в отеле, сразу подтянулся:

– Какой этаж, мистер Валентайн?

– Первый, – сказал я равнодушно, а про себя невольно усмехнулся.

«Совсем еще зеленый, а значит, пока полон почтения и служебного рвения».

В фойе отеля, благодаря кондиционерам, царила легкая прохлада, что позволяло богатым дамам направляться в казино или на концерт приглашенной знаменитости в вечерних нарядах, отороченных мехами. Быстро и привычно огляделся, оценивая обстановку и людей. Два портье, со служебными улыбками на лицах, пытались справиться с вопросами десятка гостей отеля, толпившихся у стойки. На мягких диванчиках сидели люди, которые разговаривали между собой, читали газеты или просматривали рекламные брошюры, курили. В левой части фойе, расположенный как можно дальше от служебной стойки, находился бар. Сегодня там было довольно шумно. Прислушавшись к голосам, понял, что в «Оазис» въехала какая-то большая компания, решившая сразу отметить свой приезд. Почти сразу мою догадку подтвердил донесшийся оттуда, громкий мужской голос, произнесший короткий тост:

– За отдых!

Направляясь к выходу, я неожиданно почувствовал какое-то легкое беспокойство. Что-то во всей этой картине было неправильно. Но что? Ответ пришел в ту же секунду, стоило мне снова оббежать взглядом фойе. Для этого времени здесь был явный излишек людей.

«В честь чего у нас такое столпотворение? – мысленно спросил я сам себя и тут же увидел спешившего куда-то мальчишку – посыльного, моего ровесника, с большим желтым конвертом в руке.

– Эй, парень! – окликнул я его.

Увидев меня, он замер на секунду, затем с фальшивым почтением на лице и завистью в глазах подошел ко мне. Он прекрасно знал, кто я, но судя по взгляду, считал, что на моем месте мог оказаться и он. Вот только не повезло ему с родителями или звезды не так сложились.

– Да, мистер Валентайн?

– Откуда здесь столько народа, Дон?

– Так сегодня первый день, как в нашем концертном зале выступает Ава Гарднер!

В его голосе прозвучали возмущенные нотки. Дескать. вот же тип! Совсем зажрался! Даже не знает, что сегодня выступает известная певица и актриса, обладательница «лица ангела и тела богини», как про нее писали в «Нью-Йорк Таймс»!

– Спасибо. Теперь все понятно.

Мальчишка побежал по своим делам, а я направился к двери. Большого роста усатый индус – швейцар с хитроумно закрученным тюрбаном на голове – распахнул передо мной дверь. После кондиционированной атмосферы отеля горячий воздух казался вдвойне неприятным, несмотря на то, что было около семи часов вечера.

У нас было два швейцара и оба индусы. Васу и Виджай. Один из них, Васу, своим красивым и смуглым лицом, ростом и широкими плечами привлекал взгляды, а может и не только, дамочек бальзаковского и выше возраста. Виджай был чуть поменьше ростом своего коллеги, при этом имел такие же широкие плечи, правда, в отличие от своего напарника, кроме усов имел густую черную бороду, что придавало его лицу разбойничье выражение.

«Ему бы кистень в руки и на большую дорогу», – подумал я сразу, стоило мне в первый раз увидеть индийца.

С Васу, стоявшим сейчас у двери, мы уже сегодня виделись, поэтому тот только улыбнулся и подмигнул мне в ответ на короткий кивок головой, но стоило ему перевести взгляд на улицу, как улыбка сразу сбежала с его лица. Я сразу проследил за его взглядом. В этот момент длинный лимузин, шурша шинами, остановился у входа. Швейцар кинулся к машине, поспешил открыть заднюю дверцу и помог выбраться пожилой даме в вечернем платье, с ожерельем из натурального жемчуга, и мужчине во фраке. Дама была пьяна, а ее попытки выглядеть трезвой и манерной слегка позабавили меня. Сделав шаг, женщина пошатнулась и, возможно, упала бы, не поддержи ее швейцар, но при этом она громогласно заявила, что не нуждается ни в чьей помощи. Мужчина во фраке с одной стороны и швейцар с другой подхватили даму под руки и почти волоком втащили ее в отель. Не успела машина отъехать, как подъехал другой автомобиль. Такси. Из машины вылезло семейство. Отец, мать и девочка-подросток. За то время, что глава семейства рассчитывался с таксистом, через дверь выбежал бой в красно-черной форме отеля, сбежал по ступенькам. Забрав из открытого багажника два чемодана, он пошел в отель, а вслед за ним двинулась семья, с восторгом глядя на «Оазис».

Я довольно ухмыльнулся. Мне понравились их восхищенные взгляды. При этом я шутливо подумал, что это, наверно, во мне просыпается чувство собственника.

Стоило мне подойти к краю тротуара, как сразу подъехало такси. Таксисты старались ладить с персоналом отелей, понимая свою выгоду, а также и то, что если на них придет жалоба, здесь они больше не получат заказа. Обо мне водители знали из разговоров со служащими отеля, которые не преминули рассказать о пятнадцатилетнем парне, имеющем свой номер в шикарном отеле, а также дядю – начальника службы безопасности, а это, считай, второй по величине босс в заведениях подобного типа.

Только я сел на заднее сиденье автомобиля, как шофер поздоровался со мной, из чего можно было сделать вывод, что он обо мне уже знает. Я назвал ему адрес конторы Евы Нельсон, и мы поехали. Большая часть пути пролегала по Лас-Вегас-стрит, главной улице города, где выстроились отели и казино с фантастическими башнями и куполами, светящиеся неоновым огнем торговые центры, кафе и рестораны, свадебные часовни.

Яркая навязчивая реклама, слепящая глаза, уличный шум, рвущаяся из ресторанов и концертных залов музыка, бьющая по ушам, все это не должно отвлекать клиентов казино от игры. Именно поэтому в казино нет ни окон, ни часов. Странно, но об этом я узнал, только оказавшись в этом времени. Здесь можно выиграть тысячи долларов в игровом автомате или мгновенно разбогатеть, раскрутив рулетку или бросив кости, вот только такое бывает очень редко. В отличие от счастливчиков, проигравших игроков здесь намного-намного больше, именно поэтому в этом городе нередко можно встретить табличку, подобную этой, которую я пару дней назад увидел на бензоколонке: «Аспирин и сочувствие – бесплатно».

Таксист довез меня до места и сразу поинтересовался, не подождать ли ему здесь?

– Спасибо. Нет. Сдачи не надо, – и я вручил ему два доллара, на что он ответил довольной улыбкой.

– Удачи, парень, – и шофер кивнул в сторону вывески юридической фирмы. Я улыбнулся в ответ. Мне было известно отношение простых американцев к таким конторам. В своем большинстве они считали, что все юристы – это жулики и мошенники, которые так и стараются вытащить как можно больше денег из своего клиента.

Войдя, я сразу оказался в приемной. Секретарша, молодая девушка, стоило ей увидеть меня, улыбнулась:

– Хелло, Майкл.

– Хелло, Ада. Когда свадьба?

– Какая свадьба? У меня и парня нет.

– Обижаешь. А я? Такой видный и красивый жених.

Секретарша засмеялась:

– Иди, жених. Мисс Нельсон тебя уже ждет.

Ева для меня существовала в двух ипостасях.

Глядя на довольное лицо Макса, когда речь заходила о его подруге, мне сразу становилось понятно, что он нашел в ней то, что искал в женщинах. С другой стороны, мне прекрасно была известна ее жесткая деловая хватка и циничное умение манипулировать клиентом, раскручивая его на деньги.

Приятная внешность, хорошая, чуть полноватая, фигура, умение вести беседу на любую тему, а главное, неплохое знание человеческой психологии, являлось отличным подспорьем в ее бизнесе. Вот и пойми: какая она настоящая?

В отношении меня она держалась настороженно, но так как была женщиной, а значит, очень любопытна, то не удивительно, что пыталась узнать обо мне как можно больше, сначала у меня, а когда не получилось, у Макса.

В отличие от других людей, она, к моему сожалению, знала обо мне намного больше, чем это нужно, вот только благодаря Еве, владелице юридической фирмы, мне удалось остаться в тени, при этом являясь вторым владельцем отеля-казино «Оазис». Было видно невооруженным глазом, что ей непонятны наши отношения с Максом, которые не вписывались в рамку «дядя» – «племянник», не говоря уже о самом поведении этого самого «племянника», поступки и действия которого никак не походили на поведение подростка его возраста. Когда она сошлась с Ругером, то решила поставить на место, как ей показалось, слишком зарвавшегося его племянника, но тот быстро поставил ее на место, жестко и лаконично объяснив ей, куда не надо совать свой любопытный нос. Сначала она обиделась, списала на обычное мальчишеское хамство, а затем пожаловалась Максу, чтобы тот приструнил своего малолетнего родственника, вот только тот довольно неожиданно отреагировал на ее слова:

– Не лезь к Майклу, и все будет хорошо.

Ева Нельсон умела просчитывать желания, интересы и действия своих клиентов, что немало помогало ей в бизнесе, вот только этот мальчишка был закрыт для нее, к тому же от него веяло опасностью. И чем больше она общалась с ним, тем сильнее это чувствовала.

Была еще одна тайна, которую ей очень хотелось открыть. Почему не у Макса, а у этого подростка столько денег? Она осторожно попробовала узнать об этом у своего любовника, но снова наткнулась на жесткий ответ: не задавай лишних вопросов. Именно поэтому ей пришлось ограничиться только тем, что она видела, а вот понять, что она видит, уже была не в силах.

За все время нашего общения мы с Евой пришли к негласному соглашению, состоящему из двух пунктов: не надоедать друг другу с какими-либо вопросами, если те не касаются рабочего момента, и перейти на нейтрально-приятельские отношения.

– Хелло, Майкл, – женщина улыбнулась.

– Хелло, Ева, – ответил я ей встречной улыбкой.

– Загорел-то как! Прямо негр! Наверно, все время в бассейне проводишь? Как я тебе завидую! Молодость! Никаких забот! А главное, совсем не думаешь ни о возрасте, ни о весе, который начинает тебя… Впрочем, тебе об этом еще рано думать.

– Еще лет двадцать, и я стану как все – взрослым и озабоченным жизнью, – недовольно буркнул я, так как свой возраст считал самой большой помехой в своей нынешней жизни.

Ева покачала головой.

– По-моему, ты уже сейчас достаточно взрослый. Иногда даже слишком.

Женщина взяла паузу в ожидании моей реакции, но, не дождавшись, окинула меня взглядом, но стоило ей увидеть мои руки, как она воскликнула:

– Что с твоими кулаками?! Майкл, ты что, дрался?

Неожиданно для себя я уловил в ее голосе тревожную нотку. Никогда не проявляла обо мне заботу и даже сторонилась, а тут проявила какое-то непонятное волнение.

– Я же боксом занимаюсь. На тренировках и не так приходилось кулаки разбивать.

– Зачем тебе этот бокс? Этот жесткий вид спорта только уродует человека. Другое дело теннис или гольф.

– Мне нравится бокс. На этом все, – ответил я довольно жестко, дав понять, что не собираюсь обсуждать свои личные предпочтения. – Давай лучше перейдем к сути дела, из-за которого я здесь оказался.

Лицо владелицы юридической фирмы уже в следующую секунду стало деловым и серьезным.

– Что тебе сказал Макс об этом деле?

– Ничего толком не сказал, кроме того, что у Евы есть интересное предложение.

– Тогда начну с самого начала. Один бизнесмен, Фрэнк Магон, построил ресторан под названием «LaRue» на выгодном месте, но спустя четыре месяца понял, что неверно оценил ситуацию. Люди, приезжавшие сюда отдыхать, предпочитают получать все удовольствия в одном месте. Да ты и сам это понимаешь.

– Понимаю, – согласился я с ней. – Сегодня в «Оазисе» только первый вечер будет выступать Ава Гарднер, а уже сейчас народу – не протолкнешься.

– Эй, я тоже хочу ее послушать, – сразу заинтересовалась женщина. – Макс обещал меня сводить. Ты ее уже видел? Она действительно настолько красива?

– Еще не видел, но надеюсь, что рекламные плакаты не врут.

– Майкл, ты мне скажи, а правда, что скоро в ваш отель приедет Фрэнк Синатра?

– Правда. Вот только когда точно – не скажу.

– Я его так люблю! Его голос так сексуален! Мне… – но стоило ей наткнуться на мой иронический взгляд, как Ева сразу сменила тон и тему: – Извини, я немного отвлеклась. Так вот, когда Магон понял, что ресторан сам по себе не принесет прибыли, то решил сделать себе игровую лицензию. Не знаю почему, но ему в ней отказали, причем наотрез, после чего он решил продать ресторан, а для этого обратился ко мне. Об этой продаже мало кто знает, но еще день-два и появятся многочисленные желающие купить, причем не ресторан, а именно этот участок земли. Рядом с ним расположен большой торговый центр и самый большой концертный зал Лас-Вегаса.

– Предлагаешь построить еще один отель?

– Майкл, это даже не смешно. Откуда у меня такие деньги! А вот купить прямо сейчас эту землю, а затем спустя какое-то время перепродать, вполне возможно. Думаю, что на перепродаже можно будет заработать от двадцати до тридцати процентов вложенных денег.

– Сколько нужно?

– Он хочет за участок и ресторан двести тысяч. Можно, конечно, попробовать сбить цену на пять-десять тысяч… Но я, честно говоря, в этом не уверена, – в его голосе чувствовалось сомнение.

– Я не разбираюсь в подобных делах, поэтому мне придется полагаться только на твое знание этого вопроса. У тебя есть возможность проверить этого человека?

Женщина в который раз поразилась деловой хватке этого подростка. Взвешенные фразы, спокойный тон и цепкий, внимательный взгляд взрослого, опытного мужчины.

Еще в нем была какая-то жесткая уверенность в себе, в своих силах. Она, как женщина, очень хорошо это чувствовала в мужчинах. Если для Макса, взрослого и опытного мужчины, это было естественно, то появление таких чувств в отношении подростка вызвало у нее новый приступ настороженности.

– Его уже проверяют, но даже те бумаги и рекомендации, которые он предоставил, вполне внушают доверие. Да, я понимаю, что эта торопливость вызывает подозрение, поэтому сама решила участвовать в этой сделке. Хочу вложить свои личные сорок пять тысяч. Ты не против иметь меня в компаньонах?

– Как я могу отказать столь очаровательной женщине. Когда мы сможем получить прибыль?

– Тут трудно что-то сказать. Может, через неделю, может, через месяц. Главное, не спешить и дождаться выгодного предложения. И еще… – она задумчиво посмотрела на меня, не решаясь продолжать. – Я скажу тебе кое-что, только ты Максу не говори. Хорошо?

– Раз так, то и слышать не хочу. Вы тут друг с другом сами разбирайтесь.

– Да я ему уже говорила, а он даже слышать об этом не хочет! – недовольно воскликнула владелица юридической фирмы. – У меня есть еще одно предложение, Майкл. Рядом с рестораном можно построить казино. Земельный участок это позволяет. Думаю, что мне удастся получить игровую лицензию. Как тебе такое предложение?

– Ева, ты и так неплохо зарабатываешь. Ты создала себе имя, у тебя есть клиенты и уважение. Зачем тебе еще это ярмо на шею?

– Разве непонятно?! За год казино принесет мне столько денег, сколько я не заработаю, сидя на этом стуле, за пять лет! Я даже название ему придумала: «Волшебная лампа Аладдина». В детстве это была моя самая любимая сказка.

– Единственное, что мне здесь нравится, то это название, все остальное – нет.

– Нет так нет, – сейчас на ее лице было написано откровенное огорчение. – Но покупку ресторана одобряешь?

– Купим, но только перед сделкой я хочу предварительно ознакомиться с бумагами, а затем лично присутствовать при заключении договора.

– Майкл, ты что, мне не доверяешь?

– Отвечать не буду, лучше расскажу анекдот. Стоит мужчина в ванной, стирает свои обосранные трусы и грустно размышляет: никому верить нельзя. Никому. Даже себе. Я же только пукнуть хотел.

Несколько секунд она удивленно смотрела на меня, а затем, закинув голову назад, начала весело хохотать, причем явно от всей души.

– Ой! Не могу! Ха-ха-ха! Я только… ха-ха-ха! Пукнуть хотел! Ха-ха-ха! Насмешил!

Успокоившись, уже серьезно сказала:

– Я тебя поняла, Майкл. Приходи завтра, к десяти утра. Придет клиент, с ним мы все и обсудим.


Я вернулся в отель, когда концерт Авы Гарднер уже начался.

«Посмотреть на этого ангела одним глазком, или не стоит? – я задумался на пару секунд, а потом решил, что еще успею. – Впереди целая неделя, успею насмотреться».

Пройдя к лифтам, поднялся к себе. Войдя в номер, переоделся, вышел на балкон и подумал о том, что сейчас весь народ на концерте или в казино, а значит, в бассейне должно быть свободно. Сказано – сделано. Спустившись вниз, прошел к бассейнам. Фонари, расположенные по периметру, позволили рассмотреть полтора десятка человек, плавающих или лежащих на шезлонгах возле воды. Раздевшись, прыгнул в воду. Пятьдесят раз проплыв двадцатипятиметровую дистанцию, я вылез из воды и сел на бортике, наслаждаясь минутами тишины и спокойствия, которые так редко бывают в большом отеле.

Прошло несколько минут, как я заметил идущих от отеля в мою сторону двух мужчин. Пиджаки они держали в руках, рукава их белых рубашек были закатаны, а галстуки торчали из карманов брюк. Судя по слегка качающейся походке, оба были хорошо выпивши. Дойдя до выстроенных в ряд шезлонгов, они сели друг напротив друга, кинув пиджаки рядом.

– Как ты, Джеймс? – поинтересовался один из них самочувствием приятеля.

– Все отлично, дружище. За исключением одного.

– Чего?

– Наш отпуск кончается через два дня.

– Брось, Майкл. Когда отъезжать будем, тогда и будем грустить.

– Тоже верно.

– Кстати, сегодня читал в газете, что через неделю в Майами открывается выставка-продажа драгоценных камней и ювелирных изделий. Страховые акулы со всей страны туда обязательно сплывутся. Представляешь, какие сделки там будут проворачивать! Не то что мы с тобой!

– Ты это правильно сказал, дружище: акулы. В точку попал. А почему?!

– Почему? – поинтересовался его приятель.

– Потому что мы с тобой знаешь кто? – продолжать нагнетать интерес его собеседник.

– Кто?

– Кильки! По сравнению с ними мы кильки!

– Килька Майкл Смитсон и килька Джеймс Болларди! Ха-ха-ха! – пьяно и заливисто засмеялся один из мужчин, как я уже понял, страховой агент.

– Ха-ха-ха! – подхватил смех его приятель. – Мы, кильки, слишком мелко плаваем! Ха-ха-ха!

Стоило мне услышать пьяный разговор служащих страховой компании, как сразу пришел на память желтый бриллиант, хранящийся в банке Лос-Анджелеса, после чего я сразу решил, что еду в Майами.

«Чем не причина? К тому же меня здесь ничего не держит. Барбара и та вчера уехала. Решу вопрос с рестораном, и в путь».

## Глава 2

Вокруг отеля собралась громадная толпа, глядя на красавиц в причудливых нарядах, актеров, переодетых в костюмы зверей и сказочных животных, и большой оркестр, который играл марши один за другим. У входа вместе со швейцаром стояла пара охранников. Чуть дальше, на углу отеля, стояла патрульная машина, с двумя одетыми в форму копами. Сейчас оба полицейских, вместо того, чтобы стоять на страже порядка, с таким жадным вниманием разглядывали полураздетых красоток, что только слюни не роняли. Все ждали, когда из парадной двери выйдут несколько человек, затем один из них, заместитель мэра, скажет несколько приветственных слов, после чего начнется парад, который станет началом торжественного открытия отеля-казино «Оазис».

Я только что подошел и, сейчас стоя в толпе, не знал, что мне делать. Дело в том, что я собирался приехать на полчаса раньше, чтобы спокойно проскочить в отель до того момента, когда соберется толпа, но на тренировке забыл про время – и вот вам результат: забитая народом улица. Конечно, можно было пройти через центральный вход, но мешала вбитая в меня привычка изтой