Монологи о животных
Светлана Шестернева

© Светлана Шестернева, 2021

ISBN 978-5-0055-5420-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

«Монологи о животных» я начала писать 1 июля 2020 года.

Здесь вы прочтёте много удивительных историй о главных героях Алматинского зоопарка. Двуногие и четвероногие, крылатые и хвостатые, носатые и рогатые, ползучие и пернатые – все его обитатели прекрасны.

День чудес

Прелесть моей профессии в том, что она открывает самые желанные двери.

Семилетней девочкой в Алматинском зоопарке я кормила из бутылочки молочком маленького тигрёнка. 1 июля 2020 года, в возрасте неполных 44 лет, я кормила хлебом носорожек Самал и Сезым. Угощала морковкой и картошкой супругов-бегемотов Джамбу и Лотти. Гладила слонов Лао и Ару и кормила их бананами. А ещё меня таскал за волосы девятимесячный ребёнок белорукого гиббона по имени Джим.

Всё это счастье подарили мне представитель администрации зоопарка Агыбай Жомартович Ажибаев и его прекрасные, доброжелательные коллеги.

Когда был объявлен карантин по коронавирусу, эти самоотверженные люди не покидали свои посты 58 дней. Они спали вместе с жирафами, обезьянами и слонами. Где найти человека, который, например, знает и умеет ухаживать за слоном, если главный смотритель заболеет? Нигде. А Григорий*, так его зовут, занимается этим благородным делом более четверти века.

Удивительный день. Впрочем, обо всём по порядку.

Для меня, прожившей огромную, наполненную невероятными впечатлениями жизнь, давно ничему не удивляющейся, открылся совершенно новый мир. Проводником в жизнь животным стал Агыбай Жомартович Ажибаев. Представитель администрации в своём заполненном гораздо более важными, нежели я, делами, нашёл время, чтобы познакомить журналиста с обитателями Алматинского зоопарка.

– Интересная у вас работа, – позавидовала я, едва поспевая за его широкими шагами.

– Да, – кивает Агыбай Жомартович, улыбаясь.

Его улыбка добрая и искренняя. Видно, что человек занимается очень любимым делом.

– Правильно говорят, – добавляет он, – найди себе работу по душе – и ты никогда не будешь работать.

Это разумно, как толковый словарь.

Он оставляет меня на попечение Саши. Саша заведует отделением экзотариума. С 1997 года.

– Саша, почему именно змеи и пауки?

– Это у меня с детства. Однажды отец принёс семитомник о животных. Я увидел змей и залип.

– Эмоции? – догадываюсь.

– Да откуда ж я помню, – машет рукой Саша. – Я совсем ребёнком был. Потом стал юннатом, потом закончил биофак КазГУ.

Должно быть, Саша был очень добросовестным учеником, а затем и студентом. За проведённые вместе полчаса я узнала столько, что хватило бы на добрую докторскую диссертацию о змеях, крокодилах, а также трёхпоясных броненосцах и египетских собаках. Кто ж знал, например, о том, что сетчатый питон – самая длинная змея в мире? Протяженность питона достигает 13,5 метров.

– Даже анаконда короче, – добавляет Саша. – Но она самая тяжелая. До ста килограммов может весить.

– Ого! И насколько она мобильна при таких габаритах?

– Вполне. Она же в воде живёт. А сетчатый питон – на деревьях.

Впрочем, место дислокации не мешает ему нападать на людей. Именно эта змея делает это гораздо чаще остальных. Три года назад, поведал мне Саша, питон съел женщину. Причём ладно бы в условиях дикой природы. Нет, он проглотил её в огороде.

В этот момент питон, у которого мы были «в гостях», задвигался и начал пристально разглядывать меня своими никогда не мигающими глазами. Признаюсь, насторожилась.

– Он чаще всего с головы начинает есть. Доходит до уровня плеч, и там застревает. Но иногда питон ошибается, и начинает поедать человека с ног. Тогда проблем нет, – доброжелательно рассказывает Саша, и становится понятно, что он на стороне питона, а не человека. И это правильно. Он ведь смотритель экзотариума, а не общества неосмотрительных женщин.

– Кого они ещё едят?

– Оленей, обезьян, людей. Змеи едят всё.

В любимой вотчине у Саши есть фаворитка – индийская кобра.

– Обычно змеи растут спокойно. А с ней было много хлопот, – объясняет он.

Что было ещё? Трёхпоясный броненосец – единственный броненосец, который способен полностью свернуться в шар. На родине такими шарами аборигены играли в футбол. Египетские летучие собаки. В одном помещении с ними живут перепёлки.

– Это их еда?

– Нет, это очень удачное соседство. Собаки питаются фруктами. Если не убирать объедки, то заведутся тараканы. Травить их мы не можем, поскольку это опасно для обитателей экзотариума. А так получается, что перепёлки едят тараканов.

Летучие лисы – крупнее. Для меня все эти виды удивительно напоминают летучих мышей. О, сколько мне открытий чудных!..

Черепаха – одно из моих тотемных животных. Сейшельские живут по 200—300 лет. Одна из них жила в нашем зоопарке.

– Её звали Катя. Умерла в возрасте около 190 лет. Начались проблемы с почками, – рассказывает Саша.

Катя была не просто черепахой, а местной знаменитостью. Её видели и помнят все, включая тех, кому уже под 70. Кати уже нет, а память осталась.

Дальше меня знакомят с тайрой. Симпатичная с виду зверушка, но ей, оказывается, палец в пасть не клади. Это типа медоеда, только размером поскромнее. У себя на родине тайра доставляет массу хлопот местному населению, разоряя курятники. В Алматинском зоопарке она ограничивается тем, что разносит в хлам, например, осветительные приборы в своём жилище. Мне показывают обрывки проводов. Я уважительно киваю. У меня появился ещё один кумир.

А вот и сиамский крокодил по имени Цербер. Крестили его так за характер, из-за которого вначале вышла путаница. Думали, что таким нравом может обладать только самец. Но однажды Цербер отложил яйца. Хоть и пустые, но всё-таки знак. И с этого момента стал Церберихой. Нраву своему крокодилица не изменила. Ловит момент, когда человек, что пришёл для уборки, зазевается, и норовит сломать сачок или ещё выдумать какую-нибудь каверзу.

Кубинский крокодил Фидель (да-да, именно потому, что кубинский) отличается спокойным нравом. У него можно спокойно наводить порядок, и если вести себя достойно, то получишь адекватный приём. Чего не скажешь про каймана Зинку. Она не агрессивна, но любит попугать. Подплывёт к краю своего бассейна, потом резко развернётся, махнёт хвостом и окатит человека водой.

Красноухие черепахи. Группа товарищей весело плещется в воде. Этих черепах часто заводят дома, но вот беда: мало кто знает, как правильно их кормить. Красноухим нужен сбалансированный рацион – с мясом, рыбой и растительной пищей. Если не соблюдать, черепаха зачахнет. Как только хозяева замечают признаки недомогания, то избавляются от несчастных, перебрасывая их через забор зоопарка. Здесь их спасают.

Знакомимся с харзой по имени Харитон. История его грустная. Когда-то в Хабаровске, откуда он родом, Харитон угодил в капкан. Пришлось отнять ему фаланги на правой передней лапке. Та же история с его подругой Тосей. Бедняжка и вовсе попалась беременной. К счастью, харзу-девочку тоже спасли.

Мы прощаемся с Сашей и встречаемся с Назгуль – главной по хищным птицам. Назгуль работает в Алматинском зоопарке с 2001 года. Она рассказала, что наш зоопарк является разводчиком хищных птиц. Например, недавно на ПМЖ в Америку отправились один бородач и три стервятника. А ещё поголовье редких птиц пополнили два птенца японского журавля.

Амурский тигр Урман оставил о себе неизгладимое впечатление. Когда нас знакомили, Урман возлежал на возвышении. А накануне он играл как маленький котёнок. И на стекле вольера остались следы от лапок.

Григорий отвечает за слонов, носорогов и бегемотов уже около четверти века. Я думаю, что Григорий – самый счастливый человек в мире. И вот почему:

– Слоны – третьи в мире существа по уровню сообразительности. Первыми идут киты, на втором месте – шимпанзе, – сообщает мне главный друг этих крупных копытных.

– Люди камни в них кидают, – делится Григорий.

– Зачем?!

– А чтобы, например, разбудить. Я, говорит, пришёл, деньги заплатил, а слон спит. Иногда палку колбасы кинут.

Отправляемся в вольер с бегемотами. Выходцу из Израиля, самцу Джамбе, 13 лет. Он более коммуникабелен, нежели его подруга Лотти, десятилетняя француженка.

– Бегемот – самое агрессивное животное в мире, – комментирует Григорий.

– Он ест людей?

– Нет. Но он их гоняет. Защищает свою территорию.

Мне великодушно разрешают покормить Джамбу и Лотти. Помощник Григория приносит ведро с морковкой и картошкой. Что-то говорит Джамбе по-казахски. Бегемот раскрывает пасть.

– Они знают казахский язык? – уважительно спрашиваю я.

– Да, – спокойно кивает помощник. – Они двуязычные.

Ловкий бросок – и корнеплоды исчезают между мощных клыков. Меня захлёстывает вихрь невероятных эмоций. Влажный коричневый нос, покрытый коротенькими смешными усами, так близко, что хочется пощекотать его и расцеловать. Кормить бегемотов овощами – одно из самых милых занятий.

Далее переходим к слонам Лао и Ару. Оба они приехали в Алматы из Лаоса. Самцу 22 года, самочке – 20. Айман Кизатовна Едгебаева, старший специалист международного отдела Алматинского зоопарка, рассказала, что из Лаоса в наш зелёный город путь маленьких слонят был очень непростым. Однажды самолёт даже пропадал с радаров. Директор зоосада пережил немало страшных минут, не говоря уже о слонах. У себя на родине их используют в качестве дармовой рабочей силы. Стоит ли говорить, что в зоопарке слонам намного комфортнее.

Очень доброжелательные и общительные. Радостно машут Григорию хоботами, которые он пожимает, словно большие шершавые руки. Им можно предложить бананы и морковь. Увидев лакомство, слоны задорно машут хоботами, но теперь уже мне. Осторожно глажу толстую кожу. Как можно прийти в зоопарк и не погладить слона? В благодарность за угощение Ару грациозно кланяется. Это невероятный спектакль.

Другие подробности из жизни этих чудесных лопоухих поражают. В дикой природе у слонов царит матриархат. Слонёнок, которого мама в течение двух лет вынашивает в утробе, может жить в стаде только первые два года. После этого мальчика выгоняют. А девочку пестуют сколько её душе угодно. Причём независимо от обстоятельств. Например, если она потеряла маму, то маленькую слониху бережно охраняют все старшие. Чужих слонят не бывает.

Носорогов у нас трое – девочки Самал и Сезым, и мальчик Куат. Куат суров, поэтому его мне покормить хлебом не разрешили. А вот девчонкам я с удовольствием совала большие ломти между шершавыми губками. Одну из них даже почесала за ушком. А вы когда последний чесали ухо носорогу?

Следующим в мои объятия попал десятимесячный белорукий гиббон по имени Джим. Он играл с Шолпан – это главный специалист по обезьянам. Джим тоже прекрасно понимает казахский, и хотя по факту является гиббоном, по сути – уже вполне человек. Я пытаюсь схватить его на руки, но пацан не даётся.

– Вы не обращайте на него внимания, – советует Шолпан. – Он тогда сам придёт.

Так и оказалось. Не прошло и минуты, как Джим отобрал у меня зонт, исследовал сумочку, пиджак, а потом забрался на колени. Он держал меня в своих цепких лапках 15 минут: обнимал за шею, прижимался сухим носиком и мохнатой щёчкой к лицу и от всей своей обезьяньей души таскал за волосы. Я узнала, что папа Джима Нюсик с мамой Джулией, 15-летняя супружеская пара, живут в соседнем вольере. Оба они местные. А вот дедушка Джима, Табин, приехал в Казахстан из Нидерландов.

– Джим – папина копия, – с гордостью говорит Шолпан. Она рассказала, что Джулия родилась 25 августа 2005 года, а сына подарила супругу 27 августа 2019-го. Настоящий плод любви, с уважением подумала я об обезьяньей паре.

Ерболат отвечает за кенгуру с 2017 года. Их в Алматинском зоопарке два вида – валлаби и серые. Первые приехали в Алматы из Красноярска, а серые – из Новосибирска.

– Марату четыре года, его жене Ларе столько же, – представляет мне серых Ерболат. У пары двое малышей, родившихся в 2019-ом и 2020 годах. Детёныш кенгуру – одно из самых милых существ на планете.

– В сумке новорожденный кенгурёнок проводит до восьми месяцев. Потом до полутора лет мама кормит его молоком. Вообще серые кенгуру живут до 18 лет, а валлаби – всего десять, – резюмирует свой рассказ Ерболат.

Мы идём к енотам. По дороге он рассказывает, как им в бассейн бросают тряпки, которые еноты любят полоскать.

– Они как дети, – взахлёб повествует мой спутник. По-видимому, полоскуны вызывают у него особый восторг, а у меня этот факт вызывает новый приступ умиления. Когда вы последний раз видели молодого человека, который восторгается енотами, а не айфоном?

– Если им что-то положить, сразу изломают. Что думают, то и делают, – перечисляет полоскуновы шалости Ерболат. Их двое – Джерри, 15 лет, и семилетняя Маша. Живут полоскуны до 15 лет.

Агыбай Жомартович познакомил меня с обыкновенным леопардом – одним из самых опасных животных на земле, потому что он очень стремительный и бесстрашный. Пумы-близнецы Шеба и Томас, шакалы Шакир и Линда, жирафы Хан, Сулу и Керим. Последние весьма активно размножаются в нашем зоопарке, откуда эмигрируют потом в Актобе, Ташкент, Фергану, Красноярск и Москву. А ещё мы единственные в мире заводчики сайгаков. Больше эти копытные не приживаются нигде. Всего у нас восемь очаровательных головок сайгаков.

Я пишу эти строки, а с моего лица уже четвёртый час не сходит улыбка. Это был один из лучших дней в году.

Уроки кокетства

Люди, чья жизнь проходит на ежедневную пользу животным, без всякого пафоса представляются мне сродни божествам. Вроде созданы вы оба по одному образу и подобию, но тебе никогда таким не стать. Поэтому тянет к ним, к невероятной положительной энергетике. Хоть недолго рядом побыть, пару капель кожей впитать. Послушать, повосторгаться. Позавидовать.

Прошла неделя со дня моего знакомства с четвероногими и двуногими обитателями Алматинского зоопарка, а ноги уже несли назад. Я ждала этого дня как первого свидания. В чём и призналась Григорию – командиру слонов, бегемотов и носорогов.

– Вы первый мужчина в моей жизни, жене которого я завидую.

– Правда? – смеётся.

Этот мужчина улыбается практически не переставая. Улыбка у смотрителя крупных копытных искренняя, добрая. О своих питомцах он рассказывает с особой нежностью. С нежностью – о слоне? Я слушаю и понимаю, что иначе никак.

– Слониха Ару, будучи слонёнком, в 2000 году удрала из своего вольера. Прихожу утром на работу – охраны нет, слона на месте нет.

Тотчас вспомнился эпизод с моего места работы на радиостанции. На прямой эфир пригласили цирковых артистов с медведем. Гости дали интервью и отправились восвояси. Косолапый, повинуясь привычному сценарию, спускался по лестнице на задних лапах. Навстречу мишке шёл человек, измученный накануне не нарзаном. Вы можете представить себе ощущения человека с глубокого похмелья в сложившейся ситуации? А я могу наверняка. После этого человек бросил пить спиртное.

Если медведь вряд ли имел какие-либо серьёзные намерения, то Ару просто озорничала. Маленькая слоновья лапка вполне умещалась между острыми колышками, которыми обнесён загон. Девчонка и проявила чудеса ловкости. Я думаю, что это один из лучших способов заставить человека самоизолироваться. Побегала слониха по зоопарковым дорожкам, пока не встретила Григория. Она бросилась ему навстречу (я бы очень дорого дала за то, чтобы полюбоваться слоном, бросающимся в объятия человека), хоботом взяла под руку и вместе с ним степенно вернулась домой.

Сегодня мы пришли с фотографом. Григорий ведёт нас на лужайку перед загоном, захватив с собой ящик лакомств. Бананы, яблоки, буханки хлеба и сладкие вафли. В масштабах слона несколько вафель лишним весом не грозят.

Ару привычно бежит за своим кормильцем. Лао что-то замешкался.

– Лао! – командным голосом кличет его Григорий. Тот спохватывается и спешит на зов.

Это круче, чем вау-эффект. Слониха бросается навстречу и ходит под ручку. Слон, словно большая собачка, бежит на зов. Животные общаются друг с другом. Кланяются. Отзываются на команду «Хобот!» (Григорий рекомендует, взяв слона за длинный нос, загадать желание). Шалят.

В ящике ещё остались вафли. А в вольере – голодные слоны. Разве это порядок? Ару тихонько дотягивается до крупного песка возле наших ног, зачерпывает пригоршню хоботом и швыряет его в нас. Требует внимания и лакомства, объясняет Григорий. Мы спохватываемся и начинаем совать в требовательные хоботы остатки слоновьей радости.

Продолжаем разговор. Однажды к слонам разрешили практически открытый доступ. Хоботатые приветливо общались с детьми, инвалидами, как вдруг зашла индуска. Оба животных словно окаменели. Женщина, сложив ладони, прочитала молитву и ушла. Священные животные Индии долго трубили ей вслед. Григорий рассказал, что в этой стране, если человека убил слон, считается, что он автоматически попал в рай. Тем временем Ару продолжает шалости с песком. Должно быть, слониху очень забавляют хаотично прыгающие при этом люди.

– Ару! – грозно кричит на неё Григорий.

Её ответный жест способен разжалобить памятник. Совсем по-детски девочка-слон мотнула головой и усиленно захлопала ресничками. Они у неё длинные и чёрные. У слона ресницы короче. Мы хором завизжали от умиления. Трогательный слон – это же так мило.

Впрочем, такие отношения между Григорием и Ару сложились отнюдь не сразу. Однажды она играючи врезала ему по шее. Человек не остался в долгу, отшлёпав слониху по хоботу железной указкой.

– Кнут и пряник, – объясняет методы воспитания смотритель слонов. – Они должны признать в человеке лидера.

– Почему вы выбрали эту профессию?

– Я вообще-то до этого был инженером-строителем, – рассказывает Григорий. – Когда в 1998 году перестали платить зарплату, я пришёл сюда. Да так и остался. В 2000 году учился обращению со слонами в Москве у Натальи Дуровой. Брал уроки у Олега Грищенко из Харьковского зоопарка. И научился.

Я думаю, это один из трёх лучших шагов в жизни Григория. Два остальных он сделал к бегемотам и носорогам. Но это уже отдельная история.

Прыжок бегемота

В день знакомства брутальный еврейский парень Джамба и француженка Лотти встретили меня в бассейне. Во второй раз я застала сладкую бегемотью парочку за обедом. Помощник Григория, распорядитель по бегемотам Ермухамет Нургазиев, тот самый, который командовал этими справными милахами в прошлый раз, раздавал им овощи.

К тем, кто питается растениями и сохраняет прекрасную физическую форму, я отношусь с особым уважением. Мало кто верит, что это возможно. А между тем, бегемоты – лучший тому пример.

– Что они едят?

– Морковь, капусту, картошку, свёклу, – перечисляет кормилец Джамбы с Лотти. Я в самом искреннем порыве прижимаю руки к сердцу.

– По рациону я практически бегемот, – вырывается у меня восторженный вопль. – Я только картошку не ем.

– А ещё, – добавляет Ермухамет, кивая на борта загона, – кашу им варим. Горох, перловка, овсянка. Сено даём, свежее и сухое.

Так вот почему бегемоты прекрасно выглядят. Водные процедуры. Побольше свежих овощей и зелени. Каши красоты и помощи пищеварению. И так день за днём. Всё просто.

Между тем, я нашла для себя ещё одну профессию мечты. Повар для бегемотов. Это же счастье – на вопрос о том, чем занимаешься, ответить: «Варю кашу для бегемота».

Ермухамет знает о своих питомцах столько, что я всерьёз подозреваю, что он окончил бегемотоведческую академию. Он рассказал, что самцы могут весить пять тонн, а самки – три. Джамба при этом – мальчик некрупный. Всего-то пару тысяч килограммов. Лотти тоже изящна – она весит около полутора тонн. Кстати, о Лотти. Когда я пишу эти сроки, она вроде бы ждёт бегемотика. Если позволит великий бегемотий бог, в марте 2021 года Алматинский зоопарк ждёт приплод.

Другие особенности и подробности жизни бегемотов наполнили меня самыми разнообразными эмоциями. Например, они способны, вдохнув побольше воздуха, 20 минут провести под водой. Маленькие ушки закрывают, при этом глаза остаются открытыми. Разумно? Ещё как. Воду, к слову, в их бассейне меняют всего два раза в неделю: как и положено порядочным бегемотам, Джамба и Лотти любят естественную среду погрязнее. Если рождается девочка, самка воспитывает её в стаде до трёх лет. Мальчика тотчас стараются изолировать: самец бегемота способен узреть противника даже в собственном ребёнке и без сожаления убить. А ещё, рассказал учитель бегемотов казахскому языку, самцы обычно розового цвета, тогда как самки – однотонные.

Но больше всего поразил тот факт, что при достаточно глубокой воде бегемот способен выпрыгнуть из неё, как дельфин, на высоту одного метра. Чем он и занимается в условиях дикой природы, устраивая незабываемые шоу для экстремалов-туристов. Днём дремлет в своём болоте, а пастись выбирается уже ночью. Устраивает лабиринты для особо одарённых любителей острых ощущений. Если человек попал в эти катакомбы, с человеком можно попрощаться навсегда. Бегемот его не выпустит. Не съест, конечно, но закусает или запугает насмерть.

К слову об отношениях с человеком. Джамба приехал к нам диким двухлетним бегемотиком, и сразу попал в заботливые руки Ермухамета. Тот, не мудрствуя лукаво, говорил с животным на родном языке. Бегемот, в свою очередь, не русский язык учить сюда приехал. Поэтому на протяжении полутора месяцев у Джамбы с русскоговорящим Григорием доходило до физического непонимания. Бегемот гонял человека, кусал за ногу. Потом подружились. Опять же к слову, бегает бегемот со скоростью 30 километров в час.

Ермухамет Нургазиев – из когорты незаменимых людей. Ему бы уже на пенсию, а заменить его некем. Вот и ходит он вокруг вольера с тачкой овощей.

– Джамба, ашып бер («открой» в переводе с казахского – Авт.), – зовёт он самца. Бегемот устремляется к нам и многозначительно открывает пасть. Я кидаю ему несколько корнеплодов, а Ермухамет аккуратно кладёт морковку на широкий язычок, запуская руку едва ли не по локоть. Чешет волосатый носик. Человек улыбается. И бегемоту хорошо.

Как мало нам надо для счастья.

Диалоги с носорогом

Когда вы последний раз говорили по душам с самцом носорога?

В прошлый, он же первый раз Куат из Алматинского зоопарка даже не соизволил подойти ко мне. Девчонки, Самал и Сезым, с удовольствием разрешали себя кормить, чесать за ушком и даже трогать рог. А мальчик стоял поодаль и пристально наблюдал. Сегодня же Куат расположился у самого борта вольера.

Я уже не робким жестом принялась совать носорожихам хлеб, трепать ушки и загривки. Тискать носорога – это всегда занятно для человека. Судя по тому, что животные не уклоняются от такого панибратства, наше удовольствие обоюдно. С особенной нежностью глажу рог, который на чёрном рынке стоит десять тысяч долларов за килограмм. Имея в своём активе такую драгоценность, несчастные звери подвергаются смертельному риску. Люди охотятся за ними, чтобы спилить нарост на носу. Между тем, за всю жизнь я не слышала и даже не читала истории о том, что кому-либо помог спиленный рог носорога.

Григорий тем временем довольно сурово тискает ухо и рог Куата. Тот стоит как вкопанный, словно так и надо. А мне завидно. Ну как это – носорог, лояльный не ко мне? Осторожно протягиваю руку.

– Лучше не надо, – качает головой Григорий. На ум тотчас приходит совет Черчилля: если держишь слона за заднюю ногу, а он вырывается, то самое лучшее – отпустить. Думаю, данная рекомендация не менее актуальна и для носорога.

– Можно, я тоже загадаю желание? – спросила я у Григория.

– Можно, – снисходительно улыбнулся он.

Я присела на корточки у носорогова жилища. Куат склонил ко мне голову. Тихонько гладя его по рогу, я доверительным шёпотом рассказала носорогу о том, чего давно хочу. Он внимательно слушал, разглядывая человека в серых, под цвет его кожи, штанах. Я смотрела Куату прямо в глаза. Сейчас не уверена, что это был вполне благоразумный поступок, но тогда я действовала интуитивно. И, судя по тому, что не вызвала у носорога агрессии, правильно. Куат не отводил взгляда. Совершенно уверена, что он меня понял.

В благодарность я сунула своему большому покровителю приличный кусок хлеба. Куат принял его из моих рук. И это был добрый знак.

Тем временем Самал и Сезым, посчитав свою миссию гостеприимства выполненной, отправились принимать грязевые ванны. В центре вольера образовалась небольшая уютная лужица, куда вполне умещалась пара носорожек. Чистота – залог здоровья. Животные этот тезис соблюдают неукоснительно. Пообщался с человеком – вымой/вычисти лапки. Я не раз замечала, как тщательно вылизывала шёрстку в том месте, которого коснулась рука человека (и я здесь не исключение), моя кошечка Бэлль. Хорошо помню, как красноречиво шарахнулась в сторону серая арабская кобыла, на которой я решила поправить съехавшую попону. Три случая – это уже не случайность и даже не совпадение. Это тенденция.

Вначале девочки-носороги стояли к нам хвостами, а потом, как по команде, развернулись рогами вперёд, переминаясь в густой глиняной грязи. Я умилялась до замирания сердца.

Впрочем, это длилось ненадолго. Григорий рассказал невероятную историю о том, как развлекался с людьми живший в этом вольере прежде чёрный носорог. Посетителей у него было немало. И в тот момент, когда плотность людей на квадратный метр казалась ему недопустимой, он разворачивался и выпускал в кучу народа мощную струю мочи. Посетители, визжа, мчались к пруду. Троллинг – уровень Бог, уважительно подумала я.

Впрочем, «троллинг – уровень носорог» – это будет точнее.

Хм, птичка!

Любой день будет добрым, если начать его в объятиях японского журавля. Так считает Назгуль – главный в Алматинском зоопарке специалист по хищным птицам. Журавлик (потому что ещё очень юн, всего два года) по имени Джонни, заметив из угла своего вольера свою человеческую подругу с раскинутыми в стороны руками, несётся навстречу, растопырив белоснежные крылья. На красивом лице Назгуль вспыхивает ослепительная улыбка. Она освещает, кажется, не только нашу казахстанскую землю, а всю планету. Вот так объятия журавля способны затмить солнце.

Джонни пользуется популярностью у посетителей. Коммуникабельный журавлик с удовольствием танцует перед публикой. Разумеется, не безвозмездно, а за угощение. Назгуль просит Джонни станцевать для нас, мы все хлопаем в ладошки, но не на того напали. Джонни замечает, что люди явились с пустыми руками, и его доброжелательности как не бывало. Суёт изящный клюв сквозь сетку Рабица. Разве можно удержаться от желания погладить? Но опыта общения с журавлями у меня никакого. Джонни ловко хватает меня за палец. Не смертельно, но ощутимо и весьма поучительно. Хорошо, что не догадалась подставить нос.

Его сосед – венценосный журавль. Это красавец, каких поискать. Настоящее творение природы. Его внешность столь безукоризненна, что птица кажется ненастоящей. Хохолок будто бы соткан из драгоценных нитей, а опушка на крутом лобике – из искусственного меха. Его страшно даже погладить – до чего же всё же он хорош.

Далее знакомимся с кормящим отцом. Страус эму воспитывает страусёнка, пока самка находится в изоляции. Может, она плохая мать? Да нет, объясняет Назгуль. Она всего лишь женщина, а самец – мужчина. Она привлекательна, он – чертовски привлекателен, так что зря время терять не будет. А страусёнок ещё слишком мал.

Полярные совы приехали к нам из России. Пока они ещё почти совята, им максимум от роду три года. Но впереди их ждёт большое и светлое чувство, а зоопарк – приплод.

Филины у нас отечественные. Они тоже невероятно хорошенькие и к тому же коммуникабельные: с удовольствием позируют перед камерой мобильного телефона, вертясь то в профиль, то в анфас. Идеальны для любой фотосессии: с выразительной мимикой, кругленькие. Чем круглее филин, тем он симпатичнее.

Сов-сипух у нас 11 головок, но они, по словам Назгуль, очень пугливые. Оффлайн мы видим только особо отчаянную парочку птиц. Но я всё же считаю, что здесь дело не только и не столько в характере сипух, сколько в здравом смысле. Как правило, большинство посетителей ведут себя полярно противоположно разумному поведению. И если журавль, например, может атаковать тупого человека клювом, то что может здесь кроха-сипуха? Словом, у неё есть чему поучиться.

Нас знакомят с симпатичнейшей ушастой совой, флегматичной неясытью. Рассказывают о рационе пернатых. Оказывается, кормят птиц не только зерном, а мышатами, однодневными цыплятами и иногда говядиной. Достойное меню. В следующей жизни я решила быть дикой птицей. Это позволит жить на свежем воздухе и вполне прилично питаться.

А в этой жизни у меня проявился дар лечения животных биотоками, о чём я не преминула рассказать Назгуль. В отличие от очень многих скептиков, главная птичница нашего зоопарка воодушевилась. Сразу предложила сменить профессию. Признаться, я давно бы поступила именно так, если бы верила в качество отечественного образования. Но, к счастью, отсутствие ветеринарного и даже зоотехнического диплома на мой дар никак не влияет.

Назгуль предложила мне осмотреть сокола-балобана. Попал он к нам из дикой природы. Жил как все балобаны, пока вдруг не перестал летать. Ещё у него болел глаз: подёрнулся белой плёнкой. Видимо, за своими соколиными делами балобан занёс в око инфекцию. Здесь же, в вольерных условиях, всё быстро прошло: во всяком случае, с места моего осмотра оба глаза выглядят вполне прилично. Аппетит прекрасный (наш визит пришёлся на обеденный перерыв, во время которого сокол воодушевленно рвал на части кусок мяса), походка бодрая. Запрыгивает на небольшой пенёк, служащий ему для приёма пищи. А летать отказывается. Возможно, рассуждаю я, просто не считает нужным. Как в анекдоте про мальчика, который не произнёс ни слова ровно до того момента, пока мать не пересолила суп. На вопрос, почему он раньше молчал, мудрый ребёнок ответил: так раньше всё нормально было.

Наш разговор с Назгуль не окончен. Очень скоро мы вернёмся, чтобы поговорить о том, почему она выбрала эту профессию. Мы также встретимся с главным змееведом Сашей, который в этот раз не располагал своим временем, потому что нужно было кормить подопечных. А пока мы прекрасно провели время, беседуя с кайманом Зинкой, что раскрывала на камеру (или на меня?) свой зубастый, но очень славный рот. Навестили полярного мишку, который прятался в прохладном вольере от жары. Наблюдали, как ныряют тапиры. Это был очень славный день.

Вернувшись домой, я инстинктивно прижалась лицом к майке. Солнце пекло, не жалея лучей. Но странно: хотя спина не раз оказывалась мокрой, потом она не пахла. В этой майке я кормила слонов и бегемотов. Делилась сокровенным с носорогом. Любовалась растопыренными крыльями японского журавля. И впитала в себя все запахи счастья.

Тор, тапир и тёща

Можно привыкнуть к счастью? Нет.

Не успеешь подумать, что у тебя всё на свете есть, как появляется вдруг возможность понянчить трёхпоясного броненосца. Посмотреть, как в обнимку с мягкой игрушкой спит после обеда белорукий гиббон. Погладить горного козла – единственного козла, который достоин восхищения во всём, включая рога. Снова покормить фруктами и хлебом слонов и носорогов. К этому привыкнуть нельзя.

Броненосца я сосватала ещё неделю назад. Сегодня в полдень мне вручили чешуйчатый шарик. Природа позаботилась о броненосцах. Когда они сворачиваются, то хвост идеально прилегает к «шляпке», которую животное носит на голове. Наружу торчат только волосы с животика: очевидно, броненосец ими не дорожит.

Я держу в руках увесистый для столь скромного размера комочек, и чувствую, как под пальцами беспокойно стучит маленькое сердечко. Надо бы загадать желание, но чего ещё желать? У меня что, полный дом ручных броненосцев? Постепенно зверёк успокаивается. Я ласково глажу чешуйчатую спинку, головку и хвостик. Охватывает даже не восторг, а какая-то детская радость. Но потехе – недолгое время. Мы выпускаем броненосца обратно в вольер экзотариума. Он тотчас принимается суетливо бегать, цокая лапками. Предпочитает передвигаться на четырёх, но иногда позирует на фотокамеру и встаёт свечой. Маленький, а такой эффектный.

Время обеда. Мой крошечный знакомый белорукий гиббон Джим спит. У обезьянёнка тихий час. Вы когда-нибудь видели, как спит детёныш обезьяны? В обнимку с плюшевыми медведями. Рядом на полке замечания детские смеси и памперсы. Глаза лезут на лоб. Да, кивает мне обезьяний нянь – симпатичный молодой человек с невероятно обаятельной улыбкой. Это всё его вещи. Если кому-то в данной ситуации и нужны памперсы, то это мне.

На цыпочках выходим из обезьяньей спальни. Рядом стоит диван. Заведующая отделением приматов Шолпан провела на нём многие месяцы, пока рос Джим. Человек не покидал зоопарка, выращивая ребёнка обезьяны. Вы слышали что-нибудь более трогательное? Впрочем, сила обаяния Джима такова, что за свою долгую и счастливую жизнь он покорит ещё не одно человеческое сердце.

Самец шимпанзе Паша развлекает одиноких посетителей прыжками на стены и решётку вольера. Поднимает и с силой швыряет бревно об пол. Вопит. Словом, настоящий мужик. Знает, как привлечь к себе внимание. Агыбай Жомартович рассказал нам, как Паша развлекался тем, что швырял в посетителей калом. Они смеялись, когда видели, что шимпанзе собирает свои испражнения, а он смеялся в ответ. Ещё эти умные животные хватают посетителей за руки, окатывают мочой – словом, принимают в деле воспитания людей самое непосредственное участие. Человек, которому в лицо прилетели обезьяньи фекалии, мгновенно обретает ясное представление о личной территории. Кстати, теперь вы знаете, что нужно делать. Не благодарите.

Не менее действенный способ, по словам моего проводника, практикует казуар. Мы проходили мимо его просторной обители, по которой вышагивала гордая птица. Живёт она у себя на родине в лесу. При довольно скромных габаритах в холке, внушительность казуар добирает за счёт роста около 150 см и 80 килограммов живого веса. Это без двадцати килограммов вдвое больше меня. В России есть понятие «медвежья болезнь». То есть если случайно встретить в лесу медведя, то можно сразу ею заболеть. Я не удивлюсь, если на родине казуара это называется казуаровой болезнью. Ну, представьте: вышел в лес, скажем, по кокосы – вдруг, откуда ни возьмись, появился казуар. Хм, птичка.

Но вернёмся к методам воспитания людей. Однажды супруги-казуары никак не могли решить семейный вопрос. Причём преимущество было явно на стороне самки. Мимо шёл специально обученный человек. Заметил разногласия и решил вступиться за самца. Проявить мужскую солидарность. Никогда, вы слышите, никогда не играйте в чехарду с носорогом и не вмешивайтесь в чужие отношения. Едва человек ступил на чужую территорию, супруг прекратил укрощение строптивой, и мощным клювом врезал постороннему от всей своей казуарьей души. А когда тот упал, принялся топтать его ногами. Человеку просто повезло, что он упал на живот. Однако его разодранную спину пришлось штопать в больнице. Между прочим, работу свою он не бросил, но выводы сделал.

Пора идти к Назгуль. Вы обещали посмотреть птичку, напоминает она. Бородач не летает, а передвигается по вольеру, помахивая роскошными крыльями. Когда он раскидывает их в стороны, у меня появляется непреодолимое желание упасть в объятия бородача. Но сейчас не время любви. Осматриваю пернатого пациента, который вначале грозно раскрывает клюв. Ни одному бородачу не по вкусу фамильярное отношение. По моим ощущениям, всё в порядке. Птицу аккуратно кладут в траву, где она не вскакивает и пугливо убегает, и даже не начинает брезгливо чистить пёрышки, а продолжает лежать. Спокойствие, только спокойствие. Для меня это добрый знак.

– Почему вы выбрали птиц?

– Я не выбирала, это они выбрали меня, – отвечает главный птицевед Алматинского зоопарка. – Я ЖенПИ заканчивала, биофак. Потом сюда устроилась. Где место было, туда и пошла. А вообще-то да, птичек я с детства любила. Подбирала, приносила домой.