Танец с саблями
Елена Нагибина

© Елена Нагибина, 2021

ISBN 978-5-0055-5278-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Е Л Е Н А Н А Г И Б И Н А
Т А Н Е Ц
С
С А Б Л Я М И

ЧАСТЬ 1

1

С каждым человеком, хоть раз, случаются приключения, заставляющие переосмыслить прожитую жизнь. Приключения, пережив которые, расставляешь приоритеты в жизни по-новому.

Тот, кто принимает связанные с этим перемены, получает возможность жить интереснее и ярче. Тот, кто не решается изменить свою жизнь, сожалеет об этом, считая, что упустили свой шанс на удачу.

…Последний рабочий день Наины тянулся утомительно долго. И всё же в 18 -00 часов он должен закончиться. А дальше – желанный отпуск! И автобус, который за ночь доставит Наину к сказочному морю.

Конечно, хотелось бы поехать к морю с комфортом. Например, на поезде. В мягком вагоне. В приятной компании. А ещё лучше поплыть на яхте по зеркальной глади и по кудрявым волнам. Останавливаться в больших и малых городах и сёлах. По-своему собственному выбору.

Приветствовать восходящее над волнами солнце, а по вечерам провожать его. Ловить рыбу, варить уху в закопчённом котелке на колченогой треноге и восхищаться прибрежным пейзажем.

Но всё это – мечты и желания, которым не суждено сбыться. А в жизни – плывущий к исходу жаркий день, сломанная сплит-система, до смерти надоевший офис, ворох бумаг, вечно недовольное начальство и сосед по кабинету, болтающий часами по телефону всякую чушь.

Однако в этот день подобный дискомфорт не портил настроения Наине. Ведь с 18—00 часов начинался её долгожданный отпуск и ожидание чего-то таинственно прекрасного, что должно с ней обязательно приключиться.

Отпуск с поездкой на море Наина ждала целый год. Десять дней на море! Правда, из десяти дней минус сутки – дорога к морю и назад. Собираясь в отпуск, Наина позволила себе обновить свой гардероб. Купила пару недорогих новых платьев и костюмов, и даже сшила красивое вечернее платье.

Наина – 45-летняя, ничем не приметная внешне и не очень успешная в жизни брюнетка. Был муж, но ушёл к более эффектной и более успешной в жизни блондинке. От брака осталась 25-летняя дочь, у которой была своя жизнь, а Наине в ней отводилось место кошелёчка.

Отношения с дочерью складывались по принципу – нет у дочери денег, вспоминает о маме, которая «кредитует» свою единственную дочь без отдачи и процентов. Во всём остальном и мать, и дочь жили каждая своей жизнью.

На море Наина собиралась поехать со своей давней подругой – Ангелиной, с которой дружила уже лет тридцать. Она была на десять лет старше Наины. И у неё, как и у Наины, не было мужа. Правда, покинувший Наину муж был жив, а муж Ангелины умер пятнадцать лет назад.

Имея привлекательную внешность, Ангелина могла выйти замуж ещё раз. Но, как она сама говорила, не встретила мужчину, с которым хотела бы встретить свою старость.

2

Итак, день, с которого начинается повествование, приходился на 25

июля 2016 года. Лето было в самом разгаре. Тёплые дни и томные ночи. Температура воды в море, если верить метеоцентру, выше 20 градусов. Закончив работу и выйдя из офиса, Наина мысленно уже купалась в чудных водах Чёрного моря.

Путь домой занял меньше времени, чем обычно. Приняв душ и забрав сумку с заранее сложенными вещами, Наина заехала на такси за своей подругой, с которой вместе добралась из своего небольшого заволжского городка до автовокзала города Волгоград.

До отъезда оставалось два часа. К платформам для посадки пассажиров подавались автобусы. Новые и старые. Большие и маленькие. Комфортабельные и устаревшие. Лениво наблюдая за пассажирами и изнемогая от жары, подруги молча сидели под навесом в тени.

– Интересно, а какой автобус подадут нам. Комфортабельный или нет? Всё -таки целую ночь ехать до Краснодара, – усевшись поудобней, обратилась Наина к своей подруге.

– Какая разница – новый или старый. Не важно. Главное, мы едем к морю. На целых девять дней! – ответила Ангелина.– Я ведь нигде, кроме своего забытого богом городка, не была целых три года. Дом. Дети. Внуки. Проблемы. Пенсия, на которую невозможно прожить. А впереди…

– А впереди тоже самое, – перебила подругу Наина, – до самой смерти. А ты еще не старая. Можешь реально изменить свою жизни. А то так и помрёшь в путах семейных забот.

– У детей и внуков своя жизнь, – помолчав, продолжила Наина. – Дети выросли и выпорхнули из родительского гнезда. У них своя семья. Ты им нужна, чтобы нянчить внуков. Но и внуки уже большие. Не сегодня, завтра и они покинут родительский дом. А ты? С кем встретишь ты свою старость? Посмотри на себя в зеркало. По-прежнему всё еще привлекательная и можешь позволить себе познакомиться с мужчиной. Глядишь, сойдётесь и будете вместе жить и, вполне возможно, путешествовать. Мир посмотрите. Себя покажите. Всё веселее, чем одной. Не смотри на меня зверем. Я добра тебе желаю. Может, эта поездка на море кардинально изменит твою жизнь.

– Познакомлюсь. Изменю свою жизнь, – с иронией передразнила подругу Ангелина.– Это твои мечты, столичная ты наша штучка из того же забытого богом городка. Хочешь изменить свою жизнь, измени. На какую захочешь. А мне и так хорошо. Ты ведь одна живёшь уже лет пять, не меньше. Работа, работа и ещё раз работа. Это тебе пора изменить свою жизнь Ты моложе меня. Для женщины каждый год жизни, с которым она становится старше, это много. Посмотри, сколько молодых и красивых женщин вокруг. И они тоже хотят изменить свою жизнь. А сколько мужчин на тебя или на меня, двух старых перечниц, обращает внимание? Ты можешь себе представить, хотя бы теоретически, что кто-то из них

3

в тебя или в меня влюбится. Очереди из желающих я не замечаю. А ты? Тоже не замечаешь? Не представляю, чтобы кто-то кинулся к твоим, или к моим ногам. Или что судьба предоставит нам возможность выбора мужчины, которого полюбим и пожелаем мы. А что впереди? Представь себе, твой избранник пожилой мужчина. Ты бегаешь с ним по больницам. Лечишь его. Ублажаешь его самого, его детей и внуков. А если что с ним случится, то его чада выкинут тебя на улицу. Без выходного пособия и благодарных слов. Молодые же люди или мужчины средних лет сами ищут, кто бы их содержал. Самим -то работать не хочется. А хочется иметь всё и сразу, не утруждая себя обязательствами или работой. Это он захочет за твой счёт странствий по свету: мир посмотреть, себя показать. Но к твоим ногам он ничего не бросит. Хотя нет, бросит. Неприятности. А напоследок, когда у тебя закончатся деньги, объяснит тебе, что ты не женщина его мечты. И что в твоём бальзаковском возрасте нужно дома сидеть, а не шляться по миру. Что ты не красавица. Моложе, поинтересней есть женщины.

– Так что, где они эти жаждущие быть с нами мужчины? – спросила Ангелина, не дождавшись ответа подруги. – Их нет. Наши, родные, ушли. А чужих не надо. Помни, первая жена- от бога, вторая – от черта.

– Благодетельница. Жизнь свою она мне советует изменить. А мне и так хорошо, – пробурчала напоследок Ангелина и замолчала.

– Ладно, Ангелина, не злись. Я не хотела тебя обидеть, тем более поссориться. Но, давай договоримся. Если с нами кто-нибудь будет знакомиться, отказываться не будем. Отдыхать, так отдыхать. Мир?

– Мир. Конечно, мир, – ответила, рассмеявшись, Ангелина. – Делим шкуру неубитого зверя. Отдыхать, так отдыхать. Мужики, так мужики. Всех покорим. И старых. И молодых. Столичная ты наша штучка из дремучего уголка России.

Помирившись, подруги стали ожидать прихода автобуса.

Автобус подали старый. Часть мест была со сломанными, не откладывающимися назад сиденьями. Но и это не испортило настроение женщин. Всё пересилило ожидание долгожданного отдыха на море и желание отвлечься от повседневных забот.

Места в автобусе достались подругам рядом с водителем, напротив лобового стекла, что их порадовало. Усевшись, путешественницы с удовольствием наблюдали, как за окнами автобуса, набиравшего скорость, замелькали многоэтажные дома, окружённые зелёными деревьями.

Впереди бесконечной полосой бежала серая лента дороги, мимо пролетали большие и малые машины. Заканчивался один город, а через какое -то время начинался другой. Степь с огромными полями ковыля сменялась густыми зелёными лесами.

Ночь постепенно опустилась на землю, закрыв от глаз мелькавший за окнами пейзаж. Была видна только чёрная лента дороги, бегущей впереди,

4 которую выхватывал из темноты свет фар автобуса, да свет фар пролетавших навстречу, или обгонявших автобус машин.

Под звуки музыки, которая лилась по салону, и мерное покачивание двигающегося по дороге автобуса подруги уснули.

Проснулись они утром. За окном проплывали ухоженные поля с наливавшимися колосьями, отделённые друг от друга изумрудными посадками деревьев. Стройные стайки домов, построенных вдоль дороги, радовали глаз своей ухоженностью, красотой и разнообразием. С лучами восходившего на небосклоне солнца подруги приехали в Краснодар. Пересели на старенький автобус, который и доставил их, без приключений, в небольшой приморский городок Джубгу.

Джубга встретила подруг палящим солнцем и множеством местных жителей, наперебой предлагавших прибывшим на отдых комнаты и квартиры для проживания. К подругам, вышедшим из автобуса и растерянно оглядывающихся по сторонам, подошел пожилой мужчина.

– Куда, красавицы, доставить? Старый дядя Саша, это я, – картинно расшаркавшись, представился их неожиданный собеседник, – доставит вас на своем танке куда прикажите, – и жестом руки показал на старенькую Волгу, припаркованную недалеко от автобуса.

– За наши бабки любой каприз, – засмеялась Наина.

– Точно! Так куда прикажите? У вас есть где остановиться? Если нет, то могу предложить отличное место в двух шагах моря. Недорого. Со всеми удобствами. Его сдаёт мой добрый знакомый дядя Миша. Вам там будет удобно и комфортно.

Переглянувшись, подруги, понимавшие друг друга с полуслова, согласились и пошли следом за дядей Сашей, который шёл впереди, неся отобранные у них сумки с плотно набитыми вещами.

За окнами такси, начавшего свой бег, поплыли частные дома, большие и маленькие гостиницы с объявлениями на дверях о сдаче для проживания квартир и комнат.

Большие дома и маленькие домики разных конфигураций, утопавшие в зелени, радовали глаз своим разнообразием и изяществом. Ни один из домов не был похож на другой. Вокруг домов и перед ними – зелёные лужайки цветов, пальм и разнообразных деревьев.

Воздух был насквозь пропитан морской влагой. Подруги с удовольствием вдыхали её всей грудью и она казалась им манной небесной после раскалённой сухости степного воздуха.

Глаза очарованных женщин светились радостью и ожиданием приятного и веселого отдыха.

Водитель свернул с дороги в узкую улочку и, проехав вдоль оград плотно построенных жилых домов, остановился около одного из них.

– Ну вот мы и приехали. Пойдёмте, я познакомлю вас с хозяином, -сказал дядя Саша и открыл багажник автомашины.

Покуда подруги доставали свои сумки, таксист прошёл во двор

5

к сидевшему под навесом пожилому, черноволосому мужчине

кавказской национальности.

– Здравствуй, Миша. Вот, привёз к тебе на постой отдыхающих.

– Вижу, вижу. Проходите, – ответил Миша, цепким взглядом оценивая подруг.

– Маша, – обратился он к сновавшей по двору девушке, – покажи женщинам комнаты.

– Сколько мы должны вам за такси? – спросили подруги у дяди Саши.

– Ничего не должны. Вы гости, а мы гостеприимные хозяева, -отмахнулся он и стал разговаривать с хозяином дома.

А подруги, поглядывая по сторонам, пошли следом за шедшей впереди них девушкой. Большой двор был плотно застроен с трёх сторон двухэтажными и одноэтажными домами, больше похожими на скворечники, под одной крышей, со множеством дверей.

Подведя подруг к длинному, одноэтажному дому- скворечнику, Маша открыла одну из дверей и пригласила женщин войти внутрь.

Открывшаяся взору комната удивила подруг своей мрачностью, отсутствием окон и скудностью обстановки. В крохотной комнатке стояла двуспальная кровать, застеленная старым одеялом К ней прилепилась тумбочка, а вдоль стен стояли колченогий стул и перекосившийся шкаф. При этом кровать была плотно придвинута к стене и чтобы лечь на неё, или встать, нужно обязательно побеспокоить соседа.

– А где кухня? Туалет и душ? – спросили поражённые увиденным подруги.

– Кухня у нас общая. Она вон в том здании, – Маша рукой указала на небольшое одноэтажное здание, стоявшее посреди двора, – душ там же. Он тоже общий. А туалет во дворе.

– И он тоже общий, – рассмеявшись, в один голос досказали подруги.

– Точно, – улыбнувшись, ответила Маша.

– И сколько стоит эта роскошь?

– Триста пятьдесят за сутки. С каждой.

– Долларов, или евро? – с ехидством спросила Наина, к которой вернулось чувство юмора.

– Конечно, рублей, – ответила не понявшая юмора Маша.

– Все комнаты такие? – поинтересовалась Ангелина.

Показав рукой на двухэтажный дом- скворечник, Маша пояснила, что в его комнатах есть и душ, и туалет. И если женщины желают, то она покажет им и комнаты с удобствами.

Идя впереди, Маша провела подруг на второй этаж дома. Но и здесь комнаты оказались очень маленькими, а межкомнатные стены тонкими. И тем не менее, судя по количеству людей, лежавших в комнатах на кроватях и сидевших на стульях даже напротив входных дверей, дом был плотно заселён отдыхающими.

Обстановка в комнате, куда зашли подруги, мало чем отличалась от той,

6

которую они уже видели. Но, кроме колченогой мебели, здесь ещё стоял и старенький телевизор с видеомагнитофоном и большим количеством кассет.

Поймав удивленный взгляд Наины, Маша пояснила, что антенна не ловит программы центрального телевидения, поэтому желающие посмотреть телевизор пользуются видеомагнитофоном и кассетами. Благо, их много.

– Туалет и душ вон там, – сообщила Маша, показав рукой на дверь, ранее незамеченную подругами.

Заглянув за указанную дверь, подруги увидели маленькое помещение со встроенным в углу душем и с грязно- коричневым унитазом.

– И сколько стоит это сокровище? – спросила Ангелина у Маши.

– Тысяча двести. Рублей. За сутки. С обеих. Соглашайтесь. Дешевле вряд ли найдете.

– Нет, -дружно ответили подруги, переглянувшись.

– Мы приехали отдыхать, а не сидеть на жердочке, как куры в курятнике, на всеобщем обозрении. Туда не ходи, нельзя. То не ешь, подавишься. Громко не разговаривай, мешаешь соседям. Да и слушать их секреты, как и ночные ахи и охи влюбленных под скрип стареньких кроватей у нас совершенно нет никакого желания. Мы поищем что-нибудь попроще. И не в таком людном месте, – объяснила Наина отказ, обняв Машу за плечи.

– Понимаю, – согласилась с доводами Маша и посоветовала пройти вдоль домов. – Комнаты отдыхающим в городке сдают повсюду.

Поблагодарив Машу за совет, под неодобрительным взглядом хозяина, подруги, вежливо попрощавшись с ним, пошли вдоль оград, отделявших дорогу от дворов с такими же, как у Миши, плотно застроенными одноэтажными и двухэтажными домами- скворечниками.

На улице стояла удушающая жара. Сумки становились все тяжелее, а надежда найти подходящее жилье все призрачней.

– Неужели мы не найдем простое человеческое жилье? —прервала молчание Наина. – Неужели тут везде одни скворечники?

– Не знаю. Но и в гостиницу идти не хочется. Такой же скворечник. С такими же правилами проживания, обязательными для всех, – ответила Ангелина.

– Не расстраивайся, – успокоила подругу Наина. – Не найдем подходящее жильё здесь, сядем на автобус и поедем дальше. В другой приморский городок. Нас тут, в Джубге, ничего не держит.

Пройдя длинный ряд однотипных домов- скворечников, которые разительно отличались от домов вдоль дороги, по которой они проезжали от автовокзала, подруги свернули за угол, надеясь найти что-нибудь отличное от увиденного.

Но надежда подруг не оправдалась. За углом они увидели такой же длинный ряд однотипных одно- и двухэтажных домов-скворечников, объединённых одной крышей.

7

Изрядно устав, подруги прошли ещё метров сто и остановились под старым деревом с раскидистыми ветвями, решив отдохнуть.

– А вы, случайно, не жилье ищите? – неожиданно обратился к женщинам симпатичный юноша.

Он стоял в трёх-четырёх шагах и продавал с лотка отдыхающим в Джубге билеты на экскурсии.

– Да, ищем. У Вас есть что нам предложить? – спросила Наина.

– Есть, – ответил молодой человек. – За моей спиной вы видите неказистый домик. В нём живёт русская бабушка. Сдаёт комнаты. Море рядом. Правил проживания не существует. Отдыхайте, как хотите. Делайте, что хотите.

Переглянувшись, подруги решили заглянуть во двор и узнать у хозяйки, не сдаст ли она им комнату, если она им понравиться. Зайдя во двор дома, подруги внимательно осмотрелись вокруг. Первое, что им бросилось в глаза, это разительное отличие этого двора от тех, которые они видели ранее.

Небольшой одноэтажный домик с цокольным этажом, не отличающийся роскошью, стоял посреди двора. Напротив жилого домика – крытый навес под одной крышей с длинным помещением, судя по трём дверям, разделенным на три комнаты с небольшими окошками. Под каждым окошком – круглые пластмассовые столы разных цветов с пластмассовыми креслами. Напротив дома – небольшой, одноэтажный летний домик с двумя входами. В конце участка два кирпичных туалета, сложенных из красного и белого кирпича, и пустая территория для стоянки автомашин, засыпанная мелкой галькой.

Увидев вошедших во двор подруг, навстречу им, из- под навеса, вышла женщина лет пятидесяти. Полноватая, небольшого роста, черноволосая, в простеньком ситцевом сарафане, она внимательно осмотрела вошедших.

– Вы сдаёте жильё? – обратилась к женщине Наина.

– Сдаю. Показать? Да, кстати, меня зовут Анной.

– А меня – Наиной, мою спутницу – Ангелиной. Много комнат Вы сдаете?

– Нет. Здесь, – и Анна показала рукой на длинное помещение, соединённое с навесом, – три комнаты каждое на двух отдыхающих. Две – напротив, в цокольном этаже хозяйского дома, одна из них на трёх человек, а другая – на двоих. И ещё три комнаты в летнем домике. Но там живут те, кто снял жилье на весь сезон. А вы надолго?

– На недельку. А сейчас много жильцов снимают комнаты, кроме тех, кто снял жильё на весь сезон?

– Нет, мало. Пять комнат свободны. Если хотите, можете выбрать любую из расположенных в один ряд с навесом.

Подруги заглянули во все предложенные им комнаты. Все они были однотипными. Небольшие, светлые, обставлены старой, но добротной мебелью, необходимой для отдыха: кровати, тумбочки, стол, стулья,

8

небольшой диван, вешалка, зеркало.

– А где вы моетесь? – по-хозяйски осмотрев всё вокруг, спросила Ангелина.

– Летний душ за домом. Когда нужна горячая вода, предупреждайте. Нагреем. Там же туалет. А умываться утром тут, – ответила Анна и подвела подруг к металлическому рукомойнику, стоявшему под раскидистым зеленым деревом.

– А со всеми удобствами – с туалетом и кухней – такие комнаты есть? – поинтересовалась Наина.

– С кухней и туалетом в комнатах ни у кого в первом ряду домов у моря нет. У всех, кто сдаёт комнаты, кухни общие, – ответила Анна. – У меня кухня вон там, под навесом. Там же холодильники и плита. С туалетами и душем – в гостиницу, или к армянам. А у нас нет.

– Понятно. И сколько стоит свобода?

– Двести пятьдесят рублей сутки. С каждой. Думайте.

– Давай останемся здесь, – предложила Наина. – В скворечник, к армянам, под их наблюдающий за всеми, днем и ночью, глаз не хочется. В цивильную гостиницу, с ее правилами проживания, тоже нет желания. Тут – свобода. Что захотим, то и будем делать. Представь – по утрам, по нужде – на улицу. Мыться – на улицу, к дедовскому рукомойнику. Есть что хотим и когда захотим. Не нужно ни перед кем отчитываться и придерживаться правил поведения. Пойми. Главное – свобода. Желающих жить в таких условиях немного. Все хотят сортир, душ и комнату с телевизором. А мы приехали отдыхать, а не лежать сутками около телевизора, набивая свой желудок разными сладостями. Ну что. Остаёмся, или идём искать дальше?

– А может, ещё поищем? – робко предложила Ангелина.

– Как скажешь. Но везде всё одинаковое. Мы с тобой прошли не один ряд домов- скворечников. Повсюду одно и тоже. Комнаты для отдыхающих с хозяином, который сутками следит, чтобы не нарушали его порядок. Строем на море, кушать – только на кухню. Спиртное- нельзя. При этом он не разрешит тебе готовую пищу отнести в комнату и скушать её там. Не дай бог что-то запачкаешь, или прожжёшь. И ещё, через каждые три метра

масса народа. Шум, гам. Тебе это нужно? Такого, – Наина обвела рукой вокруг, – мы уже не найдём.

– Ну, хорошо, – неохотно согласилась с подругой Ангелина. -Остановимся здесь.

Выбрав среднюю комнату, оклеенную сиреневыми обоями, расплатившись с хозяйкой за девять дней будущего проживания, подруги, бросив вещи и одев купальники, пошли к морю.

2

Выйдя из дома, подруги остановились около лотка молодого человека,

9

торговавшего билетами на экскурсии, который помог им найти жилье.

– Спасибо за помощь. Меня зовут Наиной, а мою подругу – Ангелиной. Куда экскурсии и какие из них самые интересные? Сколько стоят поездки, что посоветуете?

– Как много вопросов, – засмеялся в ответ собеседник подруг. —

Меня зовут Михаил. Обращайтесь, если возникнут проблемы. Помогу чем смогу. Экскурсии по черноморскому побережью. Цены – от 500 до 5 000 рублей. Да вот. Посмотрите, – и Михаил передал каждой из подруг стопку бумажных буклетов с информацией об экскурсиях, которые предлагались отдыхающим, и их стоимости.

Пробежав глазами по перечню экскурсий Наина, как и Ангелина, вернули буклеты владельцу.

– Возьмите их себе. Изучите на досуге. Если что-то понравится, тогда я вновь к вашим услугам, – предложил Михаил.

– На обратном пути заберём и подробно изучим. На море с ними идти неудобно.

– Хорошо. Я вас жду, – напомнил подругам Михаил.

Анна не обманула. Море было в ста шагах от дома, а по времени – в трёх минутах ходьбы. Пройдя первую линию домов, миновав двухэтажную гостиницу и стихийный рынок на берегу, подруги вышли на пляж, узкой полосой протянувшийся вдоль моря.

Первое, что удивило и обрадовало подруг, это мелкая разноцветная галька вперемежку с белым песком, по которой можно было ходить без обуви, не опасаясь поранить ноги. Пляж полукругом опоясывал берег и был похож на огромную подкову. Располагался он в низине, а с двух сторон его, словно исполины, окружали невысокие горы, покрытые сочной зеленью деревьев, растущих на их склонах.

С одной из сторон пляжа пресноводная речушка несла свои воды в море. И наоборот. Море, борясь с водами речушки, заносило свои соленые воды в нее. На склонах гор с обеих сторон, утопая в зелени, стояли белоснежные пансионаты.

– Вот бы где пожить и отдохнуть. В пансионатах. На склонах этих красивых гор, – мечтательно произнесла Наина.

– Кому хорошо, а кому плохо. Ты толстокожая. Тебя хоть рой комаров искусает, не почувствуешь. Меня же один комар укусит и сразу на месте

укуса – шишка. А потом все тело чешется. Посмотри, сколько там зелени. А уж комаров не сосчитать, – возразила Ангелина.

Внимательно, с детским любопытством, осматривая всё вокруг и разговаривая друг с другом, подруги подошли к морю.

Море. Заветная цель каждого, без исключения, россиянина, ежегодно мечтающего, хоть на недельку, попасть на море. Покупаться в его тёплых водах. Покушать шашлыков. Отдохнуть без обременения правилами поведения. Пофлиртовать.. Всё равно с кем, хоть с гориллой.

10

Отвлечься от проблем с детьми, внуками, с постоянной нехваткой денег, и наконец, от начальства, не признающего твоей гениальности.

Пожить на море так, как будто наступил последний день жизни. А дальше – будь что будет. При этом, проблем в поедании шашлыков нет ни у кого. Но кушать их на море – праздник, дома – будни. А душа просит праздника!

Море встретило подруг тихим шелестом набегавших друг на друг голубых волн. Лениво, одна за другой, играя в догонялки, они бились о берег, а затем, шипя и оставляя белую пену, отползали назад, в море. Людей на пляже было много. Человеческие тела в беспорядке лежали и на белом песочке, и на белых шезлонгах.

Выбрав свободное место, подруги скинули халаты и осторожно зашли в воду. Сначала она показалась им прохладной, но тело быстро привыкло к его температуре и, окунувшись в море, подруги плавали, не заплывая далеко от берега.

Набрав желающих, от берега в море, буксируемые лодками, отплывали надувные длинные резиновые конструкции (в простонародье —«бананы») с сидящими на них, будто на коне, людьми, чувствующими себя в эти минуты покорителями необозримых морских просторов.

В небе, над морем, парили под куполами разноцветных парашютов, которые также тянули моторные лодки, отдыхающие.

По пляжу ходили загорелые мужчины и женщины с сумками и вёдрами и громким голосом предлагали отдыхающим купить вареную кукурузу, пирожки, сладкую вату, вареных раков, холодное пиво.

В общем -привычная картина любого российского курортного городка, которую наблюдает каждый отдыхающий россиянин. И каждый из них с удовольствием покупает предлагаемые ему продукты, не задумываясь об их качестве и не боясь поймать какую-нибудь заразу.

Вряд ли можно представить себе иностранца, лежавшего на мелкой гальке у моря, безбожно жарившего в полдень, под палящими лучами солнца своё тело и кушавшего продаваемые на пляже продукты сомнительного качества и приготовления.

Поплавав в тёплой морской воде не более сорока минут, подруги вышли на берег и присели на песок.

– Удивительное дно. Песчаное. Без гальки. Очень приятно плавать и становится ногами на такое, – произнесла Наина.

– Дно прекрасное, – согласилась с ней Ангелина. – Что будем делать? Загорать опасно. Обгорим. Полдень. Солнце печёт. И кушать хочется. Давай искупаемся еще раз и пойдём домой. А вечером опять придём к морю.

Погревшись на солнце минут двадцать и еще раз искупавшись в соленых водах приветливо встретившего их моря, подруги пошли домой.

Дорога домой заняла те же три-четыре минуты. Бросив взгляд на ряд

домов-скворечников, куда их привёз таксист дядя Саша, мимо которых

11

они проходили, Ангелина произнесла:

– Как хорошо, что мы не согласились жить в этих скворечниках.

– Оценила? – улыбнулась Наина, разглядывая дома, попадавшиеся им по пути. – Обрати внимание на плотность застройки. Не дома, а кирпичи в кладке. Один на другом. Нет ни одного участка земли, который бы хозяева не использовали для извлечения прибыли. С одной стороны – двухэтажные дома-скворечники для отдыхающих с комнатами через каждые три метра, с другой – такие же. Всё однотипно. Как под копирку. И в каждом дворе- небольшой ларёк, в котором хозяин, или хозяйка торгует мороженым, водой, фруктами, овощами, или столовая с вывеской о недорогом обеде.

– И заметь, в каждом дворе сидит хозяин или хозяйка в тенёчке и следит за порядком. И русских тут, действительно, нет. Везде – лица кавказской национальности, – заметила Ангелина.

– И как нашу русскую хозяйку ещё не вытеснили из этого бизнеса? Двор у неё большой. Если построить такие же двухэтажные дома- скворечники, открыть ларёк, то бизнес получиться доходный. А Анна сдаёт только восемь комнат. И дешевле, чем все. Да и удобств в них нет.

– Да, – согласилась Ангелина. – Участок у Анны большой, в трёх минутах ходьбы от моря. Угловой. Удобное место для парковки автомашин. Мы идём минуты три, а машины с отдыхающими нескончаемым потоком едут к морю. Двор Анны – лакомый кусочек. А акул, желающих его получить, по- видимому, много. Но надеюсь, за девять тёплых южных дней нашего отдыха войны за участок Анны не случится. А дальше – трын-трава. Не наша проблема. Лучше подумаем об обеде. В столовую – не хочется. Не люблю их кухню. Люблю домашнюю.

– В таком случае предлагаю следующее, – прервала монолог подруги Наина, – доедим то, что осталось у нас из домашних припасов, которые брали в дорогу. А вечером что-нибудь приготовим. Вернее, приготовишь ты. Я уже давно разучилась готовить. На работе перекусы. Утром и вечером – кофе с бутербродами. Готовить для себя одной лень.

– Желудок не боишься испортишь таким питанием? – спросила Ангелина.

За разговорами подруги не заметили, как пришли домой. Михаила возле пустого деревянного лотка, стоявшего рядом с домом, не было и подруги решили, что с экскурсиями они определятся завтра.

– Как водичка? – спросила встретившая во дворе подруг Анна.

– Парное молоко, – ответили они в один голос. Посмотрели друг на друга и засмеялись.

– Идите под душ и обмойте соленую воду с тела, – посоветовала им хозяйка…

Последовав её совету, подруги по очереди искупались в душе и

12

вернулись в свою комнату. Разобрали содержимое сумок – повесили на вешалку платья, положили в тумбочку полотенца, разложили парфюмерию.

Выкладывая на стол оставшиеся продукты, Ангелина предложила Наине отметить приезд на море и начало отдыха.

– Хорошее предложение, – обрадовалась Наина, -поступим так: ты

разогреваешь остатки пищи, сервируешь стол, а я сбегаю за бутылочкой спиртного местного производства. Судя по количеству торговых мест, его здесь много и продаваться оно будет через каждый метр.

– Спроси у хозяйки, у кого лучше купить, – напутствовала Ангелина подругу.

Взяв пакет и кошелёк, Наина вышла из комнаты и направилась под навес, где в холодке сидела Анна.

– Прошу прощения, но у меня к вам вопрос. У кого можно купить местного вина или коньячку? Не хочется иметь проблемы с пищеварением, купив разбавленный спирт с красящим порошком и усилителем вкуса. Неприятно, когда тебя имеют за твои же деньги.

– Это правда. Тогда слушайте, – сказала Анна и стала объяснять, -выйдя на улицу, пройдёте метров сто по дороге вверх, в сторону моста, и увидите столовую, а рядом с ней, в воротах – окошко для торговли. Там торгуют нормальным вином и самодельным коньяком. Сама там иногда покупаю. Если же вам не срочно, то могу купить для вас у своей соседки все, что пожелаете. У неё и вино хорошее, и коньяк знатный. Я сегодня ночую дома. Утром и то и другое принесу на пробу. Понравится – закажете. Я с удовольствием выполню ваш заказ.

– Хорошо. А разве это не ваш дом? – удивлённо спросила Наина, указав на стоящий посреди участка жилой дом.

– Нет. Это дом моей матери. Она старенькая, поэтому в жару не выходит на улицу. Днём во дворе – я. Утром и вечером- она. А сама я живу в квартире, на горе. Вон там, – и Анна протянула руку в сторону жилых домов на горе.

Поблагодарив хозяйку за отзывчивость, Наина вышла на улицу и пошла в указанном направлении. Она без труда нашла описанную Анной столовую с прорезанным в воротах для торговли окошком, за которым были видны три холодильника с бутылками и бутылочками с разноцветной жидкостью.

Около окошка Наина увидела кнопку для вызова. Пришедшая на вызов продавец оказалась миловидной девушкой. На вид ей было лет 15. Не дожидаясь вопроса, она сообщила Наине, что в настоящее время в продаже есть вино прошлого года в полуторалитровых и литровых бутылках. И

коньяк. Тоже прошлого года. Из косточек миндаля и чисто виноградный. Есть из киви и шоколадный.

Заметив, что Наина рассматривает коньяк, продавец достала из холодильника и показала ей разлитые и запечатанные по 400-граммовым

13

бутылкам жидкости темного цвета с разными оттенками.

– Названья разные, только налиты из одной бочки, – рассмеялась Наина.

– Нет. И коньяк, и вино разные. И вкусные.

– Сама пробовала?

– Мне нельзя.

– Почему? Болеешь?

– По вере не положено.

– Мусульманка?

– Почему обязательно мусульманка. Почему все считают, что только они не употребляют спиртных напитков? Я христианка, но спиртного не употребляю. Не хочу. Не верите? – спросила девушка.

– Верю каждому зверю, а тебе и ежу – погожу, – пробурчала, выслушав девушку, Наина. – Продай мне две бутылочки коньяку. Какой покупают чаще всего?

– Из косточек миндаля и виноградный.

– Хорошо. Покупаю. Положи в пакет две бутылочки, одну с коньяком из косточек миндаля, а другую – из винограда. Сколько с меня?

– По триста пятьдесят рублей каждая. Всего 700 рублей.

Сказав продавцу «спасибо» и забрав купленный товар, Наина медленным шагом, разглядывая все вокруг, пошла домой.

Когда она вошла в комнату, Ангелина уже заканчивала сервировать стол.

– Я решила накрыть стол в комнате. На улице жарко. Да и не хочется расслабляться под надзором чужих глаз, – увидев вошедшую подругу, пробурчала Ангелина, и, покосившись на пакет, спросила: -Что купила?

– Коньяк. Были и вино, и чача. Но от вина изжога. Чача и жаркий день не совместимы. А вот коньячок и душу греет, и вкус гарантировали приятный, – отчиталась Наина.

– Ну и хорошо. Освобождай место в центре стола. Несу кур. Вернее то, что от них осталось. Вместе со сковородкой. Так вкуснее, – сказала Ангелина и пошла на кухню, а Наина стала освобождать место в центре стола, напевая себе под нос незадачливую мелодию.

Вместе с Ангелиной в комнату ворвался вкусный запах жареной курицы. Поставив сковородку на стол, Ангелина придвинула стул к столу,

уселась на него и заявила, что больше ее никто не заставит подняться и идти за чем бы то ни было.

– Каким напитком будем отмечать начало отдыха? – спросила Наина.

– Как каким? Ты же сказала, что купила коньяк, – удивилась Ангелина.

– Коньяк. Но он разный. Один из винограда, другой из косточек миндаля.

– Ну и недотёпа. Сколько ты отдала за коньяк?

– Триста пятьдесят рублей за каждую бутылку.

– Кто же за такую цену будет тебе разные коньяки делать? Все они из одной бочки. Только этикетки на бутылки наклеили разные. Лишь бы это

14

был коньяк, а не разбавленный спирт. Ладно. Попробуем, чем травят отдыхающих местные жители. Наливай любой.

– Тогда из винограда. За отпуск, отдых и приключения. Пусть они доставят нам удовольствие.

– Хорошо сказано, – отметила Ангелина.

На удивление, напиток на вкус оказался приятным и подруги, выпив его грамм по тридцать, с аппетитом стали поглощать еду, в беспорядке разложенную на столе.

– Я всегда поражаюсь тому, как ты из ничего готовишь так быстро и вкусно, – призналась Наина подруге.

– Когда у тебя будут внуки, ты будешь делать тоже самое. Готовить быстро и вкусно, а то внуки не будут к тебе ходить. Даже в гости.

– Тогда расскажи, как за десять минут из кусков курицы, пожаренной сутки назад и отвалявшейся в полиэтиленовом пакете, при отсутствии специй, ты приготовила эту вкуснятину.

– Ничего особенного. Пока тебя не было, зашла в магазин. Кстати, ты проходила мимо него. Он расположен рядом с домом. Через дорогу. Купила головку чеснока и сливочное масло. Под шкурку каждого куска курицы, с помощью ножа, положила кусочек сливочного масла и раздавленные дольки

чеснока. Посолила. Поперчила. И пожарила в разогретом подсолнечном масле на сковородке.

– Вкусно. Опять не похудею, – вздохнув, сказала Наина, беря очередной кусочек курицы.

Утолив голод, подруги, потягивая коньяк, растянулись на кроватях и стали рассуждать о жизни.

– Как мало человеку для счастья нужно. Вкусная еда. Крыша над головой. Мягкая постель. Удобная одежда, – начала Наина.

– И все? А как же счастье и любовь к мужчине – единственному в твоей жизни, твоей второй половинке? Где же место для детей?

– Не знаю, Ангелина. Был в моей жизни мужчина. Встретив его, я думала, что он моя судьба. Была свадьба. Была любовь. Есть дочь. Все было. Но где всё это сейчас? Мужчина, которого я считала своей судьбой, бросил меня и ушел к более молодой и успешной в жизни женщине, которая, кстати, очень любит себя. В отличие от меня. Она, не стесняясь, тратит на себя кучу денег. Салоны, причёски, маникюр, педикюр. Модная и красивая одежда. Походы в рестораны. И мужу это нравится. В общем, молодец. Это я только тогда поняла, когда муж меня бросил. Поняла, что нужно уважать и любить себя самой, и только тогда, когда ты полюбишь себя, тебя будут любить и уважать другие.

– Когда муж бросил меня, я сначала ненавидела его новую пассию, – помолчав, продолжила Наина. – А сейчас, поразмыслив, я стала понимать её и уважать за урок, который она мне преподнесла.

15

Когда мы жили с мужем и у нас родилась дочь, денег в семье катастрофически не хватало. Муж молодец. Он работал всегда. В семью приносил свою зарплату, но не более. Его не сильно волновал вопрос, есть в семье деньги или нет. Я же, как ненормальная, нахватала кучу подработок. Работала по 15—18 часов. Спала мало. Ела, когда придется и где придется. Старалась сама оплатить все счета. Тогда я не задумывалась о принципе своей жизни. А он был один: я и лошадь, я и бык. Я и баба, и мужик. Вспоминать тошно, да и нечего: работа, сон, платежи. Какой уж там внешний вид. Я была не женщиной, а чучелом гороховым. Результат тот, который и должен быть. Дочь выросла и ушла от меня. У нее своя жизнь. Муж тоже ушел. Они уверены, что если им потребуется моя помощь, я помогу им во всем. Если же помощь потребуется мне, то я сильно сомневаюсь, что получу её от своих родных и близких. Вот тебе и жизнь. И слезы. И любовь. И, конечно, дети. Жаль, что нельзя свою жизнь начать сначала. Может, я бы ее прожила по- другому. Для себя. Чтобы не было так тошно. А может, и не захотела что- либо менять.

– Может быть, ты права. А может быть, и нет, – выслушав подругу, тихо произнесла Ангелина. – Каждый живет той жизнью, которую он выбрал для себя сам. Ладно, хватит о грустном. Как тебе понравилась Джубга?

– Я пока не знаю, что мне нравится. Но уже могу сказать, что мне не нравится. Мне не нравится, что в частных домах, сдаваемых отдыхающим,

отсутствуют отдельные квартиры со всеми удобствами: с кухней, туалетом, душем и отдельным входом.

– Согласна. Я бы на участке Анны построила квартирки в виде бунгало, как в Алуште. Помнишь? Отдельные комнаты с кухней, прихожей, туалетом и душем. И с парковкой для машин. Уверена, и тут такие бунгало пользовались бы спросом. Правда, для этого деньги нужны. И немалые. Но и их можно заработать. Отдыхающих много. Деньги платят все. И если вложить их в такой проект, то желающих жить в таких квартирах было бы много. Да и окупятся затраты быстро. Но это не мой дом и не мои проблемы.

– Ладно. Давай отдыхать. Поспим до вечера. Вечером сходим на море. Искупаемся. Поужинаем где-нибудь. Посмотрим мир. Себя покажем. Может и узнаем, что нам понравится.

3

Назойливый звук сигнала мобильного телефона, запрограммированного на 17 часов, разбудил подруг. Солнце клонилось к закату. Жара спала и женщины с неохотой, сонные, пошли к морю. Летний день, улыбки окружающих, мир веселья и беззаботности, паривший в воздухе,

захватил и подруг. Вода была теплой, как парное молоко, и, раздевшись, женщины с удовольствием купались в море до тех пор, пока тело не покрылось мурашками. Замерзнув, они вышли на берег.

16

– Как хорошо! Так и жила бы здесь, на берегу синего моря, – мечтательно произнесла Наина.

– Кому ты здесь нужна? Да и все должно быть порционно. Сначала порция плохого, а затем порция хорошего. Порция проблем, а затем порция удовольствий Тогда все хорошее в жизни оценишь правильно.

– А просто много хорошего нельзя? – спросила Наина.

– Нет. Жизнь медом покажется, – категорично ответила Ангелина.

Пробыв на пляже около часа, подруги вернулись домой. Во дворе их встретила женщина преклонных лет – старушка. Она ходила по двору и мела мусор веником. Услышав стук хлопнувшей калитки, обернулась, и, оглядев вошедших цепким глазом, пробурчала :

– Это вы новые жильцы?

– Мы, бабушка. Давайте знакомиться. Я Ангелина. Это Наина. Мы к вам на недельку.

– Знаю, – перебила старушка Ангелину. – Столовую закрою в 20 часов. Если что-то нужно, приготовьте, и отвернувшись от подруг снова бойко заработала веником, поднимая в воздух клубы пыли.

Была она небольшого роста, с копной коротко остриженных седых волос, прижатых к голове лентой. Особо в её облике выделялось лицо. Худое, удлиненное, с тонким, с горбинкой носом и огромными голубыми глазами. Его можно было бы назвать красивым, если бы не тонкая лента плотно сжатых губ и высокомерный, презрительно оценивающий всех взгляд холодных глаз. Хищница, сказал бы каждый, кто впервые увидел и пообщался со старушкой. Старуха -процентщица, перенесшаяся через призму далеких лет в наш неспокойный век, сказали бы другие.

– Вот и первые ограничения, – пробурчала Наина.

– Да, неприятная бабушка. Столовую закрою в 20 часов, – передразнила старушку Ангелина. – Давай приготовим что-нибудь вкусненькое. Поедим и прогуляемся по Джубге. Переодевайся и пошли в магазин.

– Слушаюсь и повинуюсь, мой господин.

Подруги скинули мокрые купальники, смыли с тела соль струей теплой воды в душе и, быстро одев топики и шорты, пошли в магазин. Благо, он находился через дорогу во дворе, огороженном металлическим забором.

Помещение магазина было небольшим, со стандартным набором витрин, холодильных камер, полок и продуктов. Кроме магазина во дворе, вдоль забора, по всей его длине, были построены двухэтажные дома- скворечники для отдыхающих.

С продавцом в магазине находился невысокого роста черноволосый мужчина- кавказец, скорее всего, хозяин.

– Что показать? – обратилась к подругам женщина-продавец.

– Спасибо Всё на витринах, – поблагодарила её за внимание Наина.

– Что будем готовить? – спросила она у подруги, осматривавшей набор продуктов.

17

– Готовить? Что я буду готовить, – поправила подругу Ангелина. – Тут выбор небольшой.

Осмотрев весь товар, имеющийся в магазине, она решительно подошла к кассе и стала заказывать продукты: 500 грамм нежирной баранины, 150 грамм соленых огурцов, килограмм репчатого лука, бутылку растительного масла, 100 грамм моркови, пачку соли, пачку черного молотого перца, 250 граммовую банку сметаны, банку томатной пасты, пачку красного молотого перца и пачку молотых семян кориандра.

– Похоже, ты собираешься целую ночь провести у плиты, – заметила Наина, выслушав заказ подруги. – Мы отдыхать приехали, а не стоять сутками у плиты. За этим не нужно было ехать за тридевять земель. Кухней можно заниматься и дома.

– Глупая. Нужно совмещать полезное с приятным. Я сейчас научу тебя готовить азу быстро и вкусно. А потом пойдем гулять. На сытый желудок гуляется лучше, чем на голодный.

– Может, в столовую пойдем? Там и покушаем, – осторожно предложила Наина.

– Нет. Дома приготовим и поедим, – возразила Ангелина.

Расплатившись за приобретенный товар подруги, поглядывая по сторонам, пошли домой. Благо, дом был через дорогу.

– Пойдем. Поможешь мне.– распорядилась Ангелина – Быстрее начнем. Быстрее закончим.

– Рабство запрещено, – огрызнулась Наина.

– А жрать не запрещено? Пошли.

Подруги пошли на кухню. Ангелина, привыкшая готовить на большую семью, по- хозяйски выбрала из кучи посуды необходимую ей.

– Бери две луковицы и очищай их. И одну морковку почисть, – приказала Ангелина. – Смотрю на тебя и удивляюсь, как твой муж и дочь терпели тебя так долго. Ты ведь готовить не умеешь. Если заведешь себе мужичка, то и он от тебя сбежит. Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Это знают все. Поэтому смотри, как готовлю я. И учись. Это вкусно, быстро и несложно. За неделю нашего отдыха я научу тебя готовить вкусные и несложные блюда.

– Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Это, мой ангел, было давно и стало былью. Все зависит от содержимого твоего кошелька. И чем он больше, тем сильнее любовь к тебе окружающих. Но сейчас не об этом. Что готовим на ужин?

– Я же сказала, азу. При этом мы будем покупать недорогие продукты, доступные для кошелька таких как я пенсионеров, – поучала Ангелина. Моя пенсия маленькая, кот наплакал. Заплатишь коммунальные платежи – третья часть пенсии. Еще треть пенсии – на лекарства. И только треть пенсии

на продукты питания. Впрочем, довольно о грустном. Лучше о вкусном. Обрати внимание, мы не покупали орешек, грибов и других дорогостоящих продуктов. Все продукты простые и доступные каждому пенсионеру.

18

Смотри и учись. Первое блюдо. Я буду тебе объяснять и одновременно готовить.

– Баранину промываем, отделяем от костей. Режем тонкими небольшими пластинками. Перемешиваем с имеющимися пряностями и резаным полукольцами луком. Даем постоять под прессом около часа.

За это время делаем соус. Сметану слегка разбавляем кипяченой водой в кастрюле, смешиваем с томатной пастой, перчим и всю эту массу доводим до кипения на малом огне.

Затем вливаем, для загустения, в соус одну чайную ложку пшеничной муки и рюмочку кипяченой воды. При этом нужно следить, чтобы в соусе не оказалось комочков. Когда соус будет почти готов, добавляем в него порезанные маленькие кубики соленых огурцов. Штуки три -четыре

Теперь займемся мясом. Ломтики мяса обжариваем с кусочками

моркови на подсолнечном масле. Лучше в бараньем жиру, но его у нас нет. Жарим на сильном огне так, чтобы мясо слегка подрумянилось. Теперь перекладываем азу в кастрюлю с соусом и тушим на слабом огне до готовности., – поучала подругу Ангелина.

– Как вкусно пахнет, – прошептала Наина в предчувствии аппетитного наслаждения.

– Конечно, вкусно. Но не стой, как грех над душой. Иди накрывай на стол. Порежь огурцы, хлеб, поставь бутылочку коньяка. Хорошо бы подать азу с картофельным пюре, или с рассыпчатым рисом. Но это уже будет обжираловка, после которой вряд ли мы пойдем гулят. Ограничимся азу с огурцами и кусочками хлеба.

Поужинав, подруги оделись и пошли осматривать достопримечательности Джубги.

Дом, в котором остановились подруги, стоял на первой линии домов у моря. Пройдя по дороге, змейкой поднимавшейся в гору, подруги дошли до моста, где остановились, чтобы осмотреть окрестности. Создавалось впечатление, что мост и дорога разделяют городок на две части.

С одной стороны моста – жилые дома. Одноэтажные и многоэтажные. Окруженные яркой зеленью деревьев, которые поднимались в гору и заканчивались полукруглым зданием обсерватории.

С другой – бесконечное синее море, которое сливалось с небом; заходящее за горизонт солнце, бликами игравшее с волной, пьянящий голову морской воздух и уродливые дома- скворечники, выросшие около моря, как грибы после дождя.

По мосту пролетали, не останавливаясь, машины. Проходили парами и в одиночку отдыхающие. Порой они останавливались и любовались открывавшимся видом заходящего за горизонт солнца.

В больших и маленьких кафе, расположенных за дорогой, прямо на улице, стояли столики. Воздух был наполнен пьянящими ароматами пищи.

19

За столиками, в одиночку и компанией, сидели отдыхающие. Они ужинали, пили вино, смеялись и веселились. Приятно было видеть лица счастливых, беззаботно отдыхающих людей.

Осмотрев открывшийся взору вид с моста, подруги перешли через дорогу и оказались на пятачке, в окружении кафе и столовых, расположенных вдоль улицы.

Работники кафе призывно зазывали зайти именно к ним, обещая вкусный ужин и приятный отдых. Ароматы пищи заполнили воздух и, поневоле, во рту появлялась слюна и возникало желание зайти в каждое кафе и отведать предлагаемые блюда.

– Может, зайдем? Посидим? Скушаем что-нибудь вкусненькое? – предложила Наина.

– Не будем деньги тратить. Я готовлю лучше и полезнее. И вообще, сколько жрать можно, – рассердилась Ангелина. – Мы только поужинали и идём смотреть город. Не прошло и получаса, а ты – давай покушаем. Смотри, как бы потом тебе не пришлось сменить гардероб в связи с тем, что он усох.

Прогулка по вечерней Джубге доставила подругам удовольствие. Солнце медленно зашло за горизонт. Вдоль дороги, около домов, зажглись

разноцветные фонари. Дороги этого небольшого приморского городка были ровными. Вдоль дорог, у дворов, стояли скамейки. Из кафе неслись зажигательные кавказские ритмы, мелодичные танго и современные песни.

Медленно пройдя мимо нескончаемой череды кафе, подруги вернулись домой. После прогулки по такому томному в лучах заходившего солнца городку, и такому мечтательному под осветившей его луной, комната показалась им тюремной камерой. Обеих охватило желание поскорее уйти из этой камеры. Уйти туда, где свет и музыка, где отдыхающие и приветливые люди. Туда, где праздник. Пусть и короткий – всего на девять дней. Но праздник!

– Такой чудесный вечер. Пойдём снова в кафе. в любое. По- твоему выбору. В такой вечер быть дома – преступление, – тихо предложила Наина, посмотрев на подругу умоляющим взором.

– Ты права, – согласилась с ней Ангелина. – Мы ведь приехали отдыхать. Только, чур, без вечерних платьев. Просто отдыхать. В пределах разумного. И главное, помни, секс – не повод для знакомства.

– Хорошо, – обрадовалась Наина. – Пусть будет все так, как ты хочешь. Бои без правил, так бои без правил

Засмеявшись, подруги выключили свет в комнате и пошли, не договариваясь, в сторону моря, где в ряд, одно за другим, стояли разнообразные кафе и рестораны, приветливо распахнувшие свои двери для

отдыхающих. Отовсюду неслась музыка. В едином порыве смешались

ритмы мелодичных песен и танцевальных мотивов. Живой звук и

фонограмма. И везде сидели веселые, красиво одетые посетители. Пили вина, кушали мясо с зеленью.

20

– Предлагаю посетить сегодня вот это кафе, – предложила Ангелина и показала рукой на открытое, расположенное рядом с морем кафе.– Мне оно

нравится. Живая музыка. Полумрак. Все располагает к отдыху. Народу немного. Запах хорошо прожаренного мяса. Может быть, именно здесь моя судьба сделает крутой поворот к лучшему.

– Если судьба, да в таком красивом месте. Не возражаю, – согласилась Наина.

И подруги решительно зашли в кафе и направились к столику, стоявшему в дальнем углу. Усевшись в удобные кресла, стали осматриваться.

Первое, что бросилось в глаза и что им понравилось, это то, что на открытую веранду кафе доносился шум волн, набегавших на берег одна за другой, и сползавших назад, в открытое море. Воздух был наполнен свежим запахом морской воды, а по волнам, насколько хватало взгляда, играя в догонялки, бежали, один за другим, лунные блики. Казалось, что им нет начала и нет конца.

– Господи! Красота какая! – прошептала Ангелина. – Если рай такой, как это море и это кафе, то я согласна попасть туда даже сейчас. Вне очереди.

– Не болтай ерунды. Но то, что это рай, ты права. Что будем пить и есть, что твоя душенька пожелает? – с улыбкой спросила Наина, подав подруге меню, лежавшее на столе

Пока Ангелина изучала меню, Наина рассматривала помещение. Удобные, подобранные со вкусом кресла и диванчики, которые обволакивали тело, когда на них садишься. Полукруглые столы. Оббитые искусно вырезанными деревянными фресками стены, по которым, под звуки музыки, бегали разноцветные огоньки, вырывая из полумрака обрывки картин. И музыка. Мелодичная и живая, она проникала в душу и располагала к отдыху.

Посетителей в кафе было немного. В основном за столиками сидели парами мужчины и женщины, да несколько веселых кампаний, шумно отмечающих какие-то события. В центре кафе несколько пар, тесно прижавшись друг к другу, медленно двигались в такт музыки.

– Мы попали не в салон ли космической связи? – оторвавшись от изучения меню проворчала Ангелина. – Тут такие цены, от которых перехватывает дыхание. Не знаешь, то ли выживешь, то ли сдохнешь.

– Не дороже, чем в других местах. Ты приехала отдыхать, так отдыхай. Не ворчи. А то сначала рай, теперь ад. Ты уж определись, мой ангел, и, главное – не мотай себе нервы из-за пустяков. Вдыхай свободу полной грудью. Домой приедешь, тебе свободу дети и внуки сразу урежут, – засмеявшись, ответила Наина.

– Если мы будем каждый вечер ходить в кафе, то денег – и твоих, и моих – не хватит больше ни на что, – пробурчала Ангелина.

– Как говорила Скарлет О Хара: я об этом подумаю завтра, а сегодня что?

21

– Что?

– Сегодня будем отдыхать. И на это у нас денег хватит. Так что ты будешь есть и что ты будешь пить, мой ангел?

– Есть мясо. Пить водку. От души и по полной программе, моя дорогая, – улыбнувшись ответила Ангелина. – Все как всегда.

– Как прикажешь, душа моя.

Наина подозвала официанта. Сделала заказ и, вытянув ноги, с удовольствием стала слушать песни, которые пела симпатичная девушка, стоявшая на импровизированной сцене.

Голос у певицы был приятным и сильным. Слова и музыка песен незнакомы, но, проникая в душу, они нравились и запоминались. Особенно под водочку с кусками хорошо прожаренного, мягкого и сочного мяса.

– И жизнь хороша, и жить хорошо! А хорошо жить – еще лучше, – произнесла бессмертную фразу Наина, оторвавшись от поглощения мяса. – Я всегда удивляюсь прожорливости человеческого организма. Плотно поужинали. Прогулялись под луной. Прошёл какой -то час – и организм снова готов к употреблению пищи. И чем вкуснее пища, тем прожорливей человек.

– Представь себе. Нас сейчас пригласят посетить шведский стол. Ешь что угодно, пей что угодно и главное – сколько угодно. Одно условие – как только вышел из зала, назад тебя уже не пустят. Ты бы пошла?

– Сейчас нет. Уж больно тут хорошо. А завтра? Завтра будет новый день. И если честно, то почему бы и не пойти, не попробовать блюда шведского стола. Поучиться готовить. Я ведь готовлю по старинке, как готовили моя мама, бабушка. По их рецептам. А хотелось бы поучиться готовить что- то новенькое.

– Не расстраивайся, мой ангел. Я подарю тебе поваренную книгу и программу «Триколор ТВ» в придачу. Научишься готовить гуся с апельсинами. Заведешь себе кучу поклонников. Ведь это ты решила, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Но заметь, даже в рекламе программы «Триколор ТВ» говорят, что еда – не главное.

Если верить тому, что они рекламируют, то твоим коронным блюдом будет телевизор с программой «Триколор ТВ». Мужиков кормить не надо. Им телевизор подавай. Верь рекламе, Ангелина. Поступай так, как она советует и удача у тебя в кармане. И чем настойчивей реклама, тем больше шансов на успех. Если ты будешь следовать их советам.

Представляешь, зовёшь ухажёра на ужин. Он приходит. Голодный. Предвкушает вкусный ужин – гуся в апельсинах. Покупает цветы. Летит на крыльях надежды…

– Хорошо поесть, – усмехнулась Ангелина.

– Вот именно. А ты ему: дорогой, у меня коронное блюдо – телевизор с программой «Триколор ТВ». Представляешь?

– Представляю. Своего умершего мужа. Не знаю, с чем бы был приготовлен гусь, но я бы, точно, поужинала его словами любви и

22

благодарности за хороший ужин. С программой или без программы, но цветы, вместо ужина, я съела бы сама, – засмеялась Ангелина.

– Знаешь, я своего мужа любила, – с грустью в голосе сказала Наина.– Замуж по любви вышла. Когда молодой была, его не понимала. Ревновала. Часто устраивала скандалы по поводу и без повода. А сейчас, вспоминая о том времени, понимаю, какой дурой была. Ведь все те скандалы выеденного яйца не стоили. А тогда казались такими нужными и важными. В конце концов мы расстались. И кому от этого лучше? Мне, моему бывшему или нашей дочери? Все живут сами по себе. А могли бы жить одной семьёй. Ведь правильно говорят, первая жена – от бога, а вторая – от черта.

– Что имеем, не ценим. Потерявши, плачем. Это было вчера. А что бы ты хотела иметь сегодня?

– Мешок денег, чтобы исполнить все свои желания и хоть чуть-чуть пожить в свое удовольствие. Чтобы не нужно было запекать гуся в апельсинах и жить, как в рекламе программы «Триколор ТВ». Чтобы можно было просто делать то, что ты хочешь. Говорить то, о чем думаешь. Общаться с теми, с кем хочешь. И не общаться с теми, с кем не хочешь. А вообще, давай поднимем рюмки за то, чтобы наш отпуск принёс нам кота в мешке. И чтобы этот мешок был нам по силам.

– Унести или получить удовольствие?

– И то, и другое. Помнишь, как в сказке « Кот в сапогах» Шарля Перо? Чтобы изменить жизнь своего хозяина и друга, кот решил женить его на принцессе. Достал карету, посадил в неё своего друга и царя и повёз их к замку. Блефовал по пути, показывал бескрайние поля, деревни и замки, договорившись с работниками, чтобы они на вопрос царя «Чьи это владения?» отвечали: – маркиза Карабаса, то есть -друга и хозяина кота. А всё началось с чего? С кота в мешке.

– Убедила. Тогда за мешок с котом или без кота. А если только за кота, то за симпатичного.

Вечер продолжался и с каждой выпитой рюмкой водки казался всё интереснее и занимательнее. Вскоре подруги познакомились с отдыхавшими за соседним столиком жителями Санкт-Петербурга.

Они отмечали свой последний день отдыха в Джубге. Рассказали о том, куда ездили на экскурсии. Какие из них им понравились, а какие нет. Где за время отдыха побывали. Какие кухни в Джубге, где готовят вкусно и недорого, а где дорого и невкусно.

Расходились по домам далеко за полночь, когда официант предупредил их о том, что кафе закрывается. Расцеловались, обменялись адресами и

телефонами и договорились вместе отдохнуть на следующий год. Всё равно где. Даже в Джубге. Обнявшись, подруги побрели домой.

– Давай споём, – предложила Ангелина.

– Не нужно. Люди не поймут, и многие уже спят. Лучше посмотри, какая луна большая и красивая. Домой нас ведёт.

23

Засмеявшись, подруги тихонько замурлыкали одну им известную песню и, заплетаясь, тихо побрели домой.

Путь домой занял минут десять. Во дворе, где находилась комната, которую сняли подруги, никого не было. Только окно в хозяйском доме

было распахнуто. В комнате горел свет и громко работал телевизор. Со стороны соседнего дома доносилась громкая музыка

– Тихо. Не пой и не шуми, а то нас выгонят. Откажут от места. Куда тогда пойдём? – пьяно засмеялась Наина.

– Сама не шуми. Выгонят. Вон видишь. Люди ещё гуляют, а мы уже пришли домой, – проворчала Ангелина.

– На сегодня и этого хватит, – ответила Наина, возившаяся с замком. – Вот не открою, спать будем на улице, или у наших новых друзей.

– Жаль, что они завтра уедут. Нет, уже сегодня. Мне они понравились. А тебе? А может, пойдём к ним в гости? – предложила Ангелина.

– И мне они понравились, но в гости к ним не пойдём, – возразила Наина.

С трудом открыв замок, подруги зашли в комнату, переоделись в ночные сорочки, сходили в дворовый туалет и легли в постели.

Сон не заставил себя долго ждать. Едва головы женщин коснулись подушек, глаза закрылись, и они уснули, тихо посапывая во сне.

4

Второй день отпуска подруг начался с резкого стука в дверь.

– Господи! Кого там ещё принесло? – проворчала Наина, еще не пришедшая в себя после вечернего застолья.

Накинув халат, она открыла дверь и с удивлением увидела перед собой сотрудников полиции.

– Лейтенант Касимов, – представился один из них.

– Сержант Иванов, – назвал себя другой.

– Вы проживаете в комнате одна? – спросил сотрудник полиции, представившийся лейтенантом Касимовым.

– А почему вы, собственно говоря, интересуетесь этим?

– Поверьте, не из праздного любопытства. Так Вы живёте в комнате одна, или с Вами проживает ещё кто-то?

– Нет, не одна. Со мной проживает моя подруга. А что всё-таки случилось?

– Пожалуйста, оденьтесь и пройдите вместе с Вашей подругой с нами.

– Нет. Для начала я прошу Вас объяснить, что случилось. Почему мы должны идти с Вами и куда? – продолжала упорствовать в своих расспросах Наина.

– Женщина! Не устраивайте базар!. Не хотите идти добровольно, пойдёте принудительно, – предупредил лейтенант Касимов.

24

В это время мимо спорившей с сотрудниками полиции Наины прошла ещё одна жилица. Ее подруги видели вечером, когда пришли с моря. Она шла с сотрудником полиции в направлении хозяйского дома. Проводив её

взглядом, Наина догадалась, что собирают всех жильцов дома, и что произошло что-то неординарное.

– Хорошо. Нам на сборы нужно минут двадцать.

– Не забудьте паспорта, – напомнил сержант Иванов..

Кивнув головой, Наина зашла в комнату и закрыла за собой дверь.

– Ангел мой, вставай! За нами пришло гестапо. Нас будут пытать и, может быть, сильно, – принялась будить крепко спавшую подругу Наина, разглядывая себя в зеркало.

– Господи! На кого я похожа. Правду говорят – когда ты молод, можешь пить и гулять сутками. Всё равно будешь свежа как роза. С возрастом лицо выдаёт, что ты пил и гулял вечером.

– Не расстраивайся, моя дорогая. Ты в том чудесном возрасте, когда пей не пей, гуляй не гуляй, всё одно: страшна как обезьяна, – с ехидством заметила Ангелина, открывшая глаза и наблюдавшая за своей подругой.

– Собирайся. Нас вызывают на свидание, – передразнила она Наину. – Где ж ты такого смельчака нашла?

– Я правду говорю. Нас вызывает на свидание гестаповский офицер.

– И что нужно ему? Мы кого-то убили и не помним? Ограбили и забыли?

– Ангелина! Вставай и одевайся. Нас, действительно, приглашают сотрудники полиции. Что случилось, не знаю. Причину вызова не объяснили. Может быть, проверка паспортного режима, или кто-то что-то у кого-то украл. И, возможно, даже что-то дорогостоящее. Не хотелось бы, чтобы кто-то кого- то убил. Вещи купить можно, а вот жизнь – невозможно.

– Раз вызывают, значит, пойдём, – прервала Ангелина философские размышления подруги. – Вот только что одеть? Платье? Юбку? Или бриджи?

– Мы с тобой идём не на показ мод. Одевай что попроще. На одежду внимания не обратят.

– Не согласна. Встречают по одёжке, а провожают по уму. Куда бы ты не пошла -тем более к тем, кто тебя не знает – первое впечатление о тебе

складывается из оценки твоего внешнего вида. Если ты одета прилично, внимательна, скромна, тактична и приветлива, то и к тебе будут относиться так же: внимательно и приветливо.

– Конечно. Особенно в полиции. Мило побеседуют и по-твоему желанию вызовут тебе адвоката. А если им что-то не понравится в твоих ответах или в поведении, то мило улыбнутся и засунут тебя в камеру, пожелав приятно провести в ней 48 часов. Главное – мило, приветливо, внимательно и тактично. Давай, мой ангел, одевайся побыстрее. Не будем заставлять себя долго ждать. Не забывай, мы на чужом поле и

25

неизвестно, какую партию с нами хотят разыграть. Не хочется быть козлом отпущения в чужой игре.

Приведя себя в порядок, подруги оделись и вышли на улицу, к ожидавшим их сотрудникам полиции.

– Извините, а всё-таки что произошло? – обратилась к ним с вопросом Наина.

– Вам всё объяснят в отделении. Я не уполномочен обсуждать с Вами причину вызова.

Проходя мимо открытого навеса, расположенного напротив хозяйского дома, Наина обратила внимание, что за столом сидит заплаканная Анна – дочь хозяйки дома. А рядом с ней – сотрудник полиции и о чем-то её расспрашивает. На столе лежали какие-то бумаги, куда заносились какие-то сведения. По двору ходили незнакомые люди.

Около калитки стоял милицейский УАЗ, на котором подруг повезли в отделение полиции.

– Знаешь, Ангелина, судя по происходящему, в доме случилось что-то серьезное. И наверняка, в том, что произошло, собираются обвинить нас, – негромко произнесла Наина. – Поэтому я хочу чтобы ты знала несколько прописных истин, а именно: как себя вести, когда тебя начнут допрашивать в полиции.

– Хватит меня учить. Не маленькая. Я ничего не совершила, чтобы чего- то бояться, – перебила подругу Ангелина.

– Не дури, Ангелина. Мы с тобой в чужом городе. Тебя собираются допрашивать чужие люди. Для них не важно, виновата ты или нет. Для них главное – раскрыть преступление. При этом кто будет виноват, кто нет – для них не важно. Преступление должно быть раскрыто Преступник должен сидеть в тюрьме. А статистика должна быть на высоте.

– Ты что, думаешь, в тюрьме сидят только те, кто действительно совершил преступление? – помолчав, продолжила убеждать подругу Наина. – Ан, нет. Попадают туда и невиновные. Просто они оказались не в то время, не в том месте. Попались под горячую руку. И только поэтому стали виноватыми. Я не хочу, чтобы нас сделали виноватыми только из-за того, что мы оказались не в то время не в том месте.

Милицейский УАЗ резко затормозил около 5-этажного здания с вывеской – Отделение полиции п. Джубга.

Подруг провели мимо дежурной части в конец коридора, где попросили ожидать вызова в кабинет следователя Агабиева.

Осмотревшись, женщины присели на стулья около двери кабинета и, помолчав несколько минут, продолжили обсуждение сложившейся

ситуации

– Объективно, не зная, что произошло, можно сделать только один вывод: это произошло сегодня ночь. Поэтому нас будут допрашивать о том, что мы делали в течении дня, вечера и ночи. Главное, чтобы наши

26

ответы совпадали во всём. Даже в мелочах. Тогда мы сможем отвести от себя подозрение.

– Подозрение не зная в чём, – с горечью произнесла Ангелина. – И чёрт нас надоумил остановиться именно в этом городке. В этом доме. Тут

Хорошо! Свобода! Это твоя идея, моя дорогая. Еще неизвестно, чем закончится наше путешествие.

– Не переживай. Прорвёмся. И не в таких переделках бывали, – стала успокаивать подругу Наина. – Выйдем отсюда, посидим где-нибудь.

– Посидели уже! Хватит! – прервала подругу Ангелина. – Давай помолчим. И нужно позвонить домой. Сказать, где мы и что с нами произошло.

– А что с нами произошло? Пока ничего. Давай не будем волновать своих, – предложила Наина.

– Как бы потом поздно не было. Ладно. Может быть, ты и права.

В течении двух часов подруги просидели около кабинета следователя. Их никто не вызывал. Никто ни о чём не спрашивал. Время медленно подходило к обеду и подруги, у которых с утра не было и маковой росинки во рту, проголодались.

Спиртное, выпитое накануне, испарилось и подруги ясно отдавали себе отчёт в том, что происходило.

Подойдя к дежурной части, Наина попросила разрешения сходить пообедать, но, получив отказ, вернулась на своё место.

– Господи! И когда этот следователь придёт? – негодовала Наина, но, к счастью, недолго…

К двери кабинета подошёл молодой человек в гражданской одежде. Открыл дверь ключом и предложил подругам по очереди зайти к нему в кабинет

Первой зашла Наина. Присев на предложенный ей напротив стола стул, стала рассматривать следователя и кабинет.

Следователь понравился Наине. Внешне он был похож на Яшку- цыгана из знаменитого российского фильма « Приключения неуловимых мстителей». Невысокого роста, хорошо сложенный, спортивного телосложения с умными, чёрными глазами, которые внимательно смотрели на собеседника, он располагал к беседе.

– Следователь Агабиев. Андрей Юрьевич, – представился он. – Вы допрашиваетесь в рамках уголовного дела, возбужденного по факту убийства Перепеляк Глафиры Федоровны.

– Кого? – переспросила Наина.

– Перепеляк Глафиры Федоровны, – спокойно повторил Агабиев.

– А кто это? – удивленно спросила Наина. – Я не знаю такой.

– Знаете. Это хозяйка дома, у которой Вы и Ваша подруга снимаете комнату.

– Её убили? Когда? Вчера днём и вечером, когда мы уходили из дома, она была живой и невредимой. А кто её убил? – не унималась Наина.

27

– Если бы мы знали, кто убил старушку, то сейчас бы не допрашивали Вас.

– Понимаю, – пробормотала Наина. – А как ее убили? Задушили? Зарезали? Застрелили, или отравили?

– А Вы с какой целью интересуетесь? – вопросом на вопрос ответил Агабиев.

– Ну не из праздного любопытства. Вы вызвали меня и мою подругу на допрос. Убийство – вещь серьезная. И срок за это суд дает немалый.

– Это, конечно, справедливо, но вопросы в этом кабинете задаю я. А Вы отвечаете.

– Правильно. Но всё-таки, – попыталась задать свой очередной вопрос Наина.

– Быстрее начнем. Быстрее закончим, – перебил Агабиев.

Допрос подруг, рассказавших по очереди о том, как они приехали в Джубгу, как и с кем провели день, вечер и когда пришли домой после ночной прогулки, занял несколько часов. Не договариваясь, женщины подробно, дополняя друг друга, рассказали о первом дне своего отдыха в Джубге. После этого следователь, невзирая на протесты подруг, отобрал у них подписки о невыезде и откатал их пальчики.

Измученные, с плохо отмытыми от черной краски руками, подруги вышли из отделения полиции и медленно побрели в сторону дома. Было около четырнадцати часов. Солнце нещадно палило. В желудке – пусто, а в голове – никаких мыслей. Настроение было паршивым.

Не разговаривая друг с другом, женщины кое-как добрели до своей комнаты. Во дворе дома сотрудников полиции не было. Только под навесом сидела заплаканная Анна, да еще какой-то мужчина сновал по двору.

Не сговариваясь, подруги, взяв полотенца и одев халаты, ушли на море. Искупались в теплой воде и, не разговаривая, вернулись домой. После купанья обе почувствовали облегчение. Как будто груз, который они тащили на себе, вместе с морской водой смылся, оставив приятное ощущение легкости во всем теле.

– Поедим дома, или сходим в кафе? – спросила Наина.

– Лучше дома, – решительно заявила Ангелина. – Но сначала пойдём купим всё необходимое и приготовим на обед что-нибудь вкусное. На голодный желудок плохо думается. А пообедаем, тогда и решим, как жить и что делать дальше будем.

Подруги оделись и пошли на рынок. Российские рынки, как и рынки во всем мире, славятся своим многообразием. На них посетители могут

купить всё, что душе угодно. Продукты. Вещи. Украшения. Поделки из дерева, обитателей морских глубин – маленькая толика того, что можно найти на прилавках.

Дразнящий и возбуждающий аппетит запах продуктов, разносолов

и пряностей приятно щекотал нос, разливаясь волнами по всему рынку. Продавцы зазывали посетителей зайти именно к ним, попробовать, причем

28

совершенно бесплатно, их продукты. Гам, смех, улыбающиеся лица создавали атмосферу праздника.

– Красавицы! Не проходите мимо! Только для вас! Кавказские вина! Коньяки! Чача! На выбор! Какой на вас смотрит! Таких вин вы не найдете нигде!

– Что покупаем. Рыбу, или мясо? – спросила Ангелина. – Если тебе всё равно, тогда мясо. Оно сытнее. С коньяком. Сегодня я буду кормить тебя бефстроганов из свинины. Кстати, а ты знаешь, почему это блюдо называют бефстроганов?

– Нет, не знаю. Главное, и ты это знаешь, я люблю кушать. Много и сытно. Но если ты, кроме того, что будешь готовить разнообразные блюда и кормить меня, ещё и расскажешь историю возникновения этих блюд, то я буду тебе очень благодарна. Расширю свой кругозор.

– Тогда слушай. Бефстроганов – блюдо, которое было названо в честь графа Григория Александровича Строганова. Он был русским дипломатом и большим гурманом. Именно для него повар изобрел это блюдо. Продуктов, в общем-то, немного. На его приготовление уходит мало времени, но вкус – пальчики оближешь. Очень вкусно. Нужно купить грамм 600 мякоти свинины, грамм 70 сливочного масла. Для приготовления потребуются одна столовая ложка пшеничной муки, один стакан сметаны, полтора стакана бульона. Две средних луковицы, одна чайная ложка тмина, соль, черный душистый перец. В общем, немного продуктов. И любовь, которую вкладывают, готовя это блюдо.

Пройдя по торговым рядам и приобретя все необходимые продукты, подруги пошли домой, а Ангелина, позабыв о злоключениях, продолжала рассказ о том, как правильно приготовить это блюдо:

– Свинину нарезают тонкими полосками. Солят. Перчат и жарят в прокаленном жире около 10 минут. Шинкованный лук пассируют с мукой. Добавляют мясной бульон, пряности, заливают этой смесью бефстроганов. Солят и кипятят.

– Стоп, повар. Остановись, – прервала подругу Наина. – Коньяк? Вино? Чача? Наша торговая точка. Что купим к мясу?

– Конечно, коньяк. Желательно из косточек миндаля. Он мне понравился.

– Я это заметила, – съязвила Наина.

– Ты, никак, пришла в себя, – заметила Ангелина. – Судя по настроению, к тебе начинает возвращаться чувство юмора. С утра у тебя с ним было плохо.

– Ладно. Помолчу. А то у тебя хватит ума лишить меня обеда. А есть то хочется.

Посмеиваясь и подтрунивая друг над другом, подруги дружно приготовили обед. Накрыли стол и с удовольствием стали поглощать приготовленную ими пищу.

29

Утолив голод, они, как по команде, положили вилки на стол, откинулись на спинки стульев, и, взяв в руки фужеры с коньяком, подняли их.

– За удачу! – предложила Ангелина.

– За нее, за неверную. Она нам сейчас очень нужна, – поддержала подругу Наина.

Отпив по глотку коньяка, подруги поставили фужеры на стол и повели разговор о том, что их по-прежнему тревожило.

– Самое плохое в этой ситуации то, что у нас отобрали подписки о невыезде и заставили указать адрес, где мы сейчас живем, – заметила Наина. – Следствие может идти и два месяца, и два года. Насколько я понимаю, все снимающие комнаты в этом доме на день смерти хозяйки находятся под подозрением, в том числе и мы. Если убийцу не найдут в ближайшее время, нас могут задержать здесь надолго.

– Задержать? Повернемся и уедем.

– Уедешь, вернут – быстро и за казенный счет. Попробуй потом, докажи, что ты не скрылась от следствия и суда, а просто уехала домой.

– И докажу. Скажу, что у меня нет денег здесь проживать.

– Господи! Кого это интересует? У следствия своя задача – найти убийцу. А на что ты будешь здесь жить, их не интересует.

– И что ты предлагаешь? – расстроено спросила Ангелина.

– Я ничего не хочу предлагать. Но знаю точно одно. Если мы не попытаемся помочь себе сами, доказать свою непричастность к этому убийству, то нам придется задержаться тут надолго.

– И как ты представляешь наши действия? Чтобы что-то узнать, нам потребуется аппаратура для прослушивания, подглядывания. А на это нужны деньги, которых у нас нет. И где мы будем брать на это деньги?

– Сразу видно, что дальше телевизионных программ ты ничего не видишь и мыслишь, как киношные сыщики. Зачем нам с тобой аппаратура? Наша аппаратура – глаза: смотри и запоминай, язык: расспрашивай и думай. В этом деле, насколько я понимаю, нет мелочей. Нужно докапываться, кому выгодна смерть старушки. Если раскопаем, снимем с себя подозрение в убийстве и уедем домой.

– А знаешь, жалко старушку, – произнесла Ангелина. – Давай помянем ее. Добром. Царство небесное ее душе. Пусть земля ей будет пухом.

Допив коньяк, подруги, измученные неожиданными событиями дня и неизвестностью того, что будет впереди, мгновенно уснули, не обращая внимания на разговоры и шум, доносившиеся с улицы.

5

Около 17 часов подруги проснулись. Сходили на море, искупались и вернулись домой. Во дворе, под навесом, собрались родственники умершей старушки. Они тихо разговаривали друг с другом и пили пиво.

30

Приняв душ, подруги зашли в комнату. Переоделись в сухую одежду и, выйдя на улицу, сели за столик, стоявший около их комнаты.

– Знаешь, сидеть за столиком и глазеть на всех неудобно, – прошептала Ангелина.

– В этом ты права. Но мы должны знать, кто, кроме нас, находился в комнатах для отдыхающих в день смерти старушки. Понаблюдать за всеми. Увидеть, кто во сколько приходит, где живет, каждого оценить по внешнему виду. Поэтому пойдём сходим за пивом и за рыбкой. В магазине, рядом с домом, я видела волжскую краснопёрку. Совместим полезное с приятным Хотя я пиво и не люблю, но выпью, раз для дела нужно. Заодно рыбку поем с удовольствием – ответила Наина.

– Это точно. Тут не до выбора. Если потребуется, и пиво попьешь, и в рыло дашь. А если надо, и кое-что покруче, – съязвила Ангелина.

– Ну и язва ты, Ангелина. И как тебя твои родственники терпят? А вообще, ты права. Если найдутся желающие получить за информацию то, что у меня есть, дам. Для дела чего только не сделаешь.

Подруги закрыли комнату на ключ и медленным шагом прошли мимо навеса в магазин.

– Ты заметила, на веранде семь человек, – прошептала Наина. – Одну из семи мы знаем – Анна. Дочь убитой хозяйки. Пожилой мужчина, судя по всему, – муж Анны. Молодые люди – или внуки, или внучки убитой. Кто они, нам придется узнать. Необходимо познакомиться со всеми членами семьи убитой. Стать подушкой, которой родственники открывают свои секреты, рассказывают о скелетах в шкафу, о которых не рассказывали никому. Стать вторым я, без советов которого невозможно обойтись.. Нужно понять, причастны они к убийству старушки, или нет.

– Ну да. Агата Кристи отдыхает, когда ты рассуждаешь, – в очередной раз съязвила Ангелина. – Пуаро ты наш. В юбке.

Купив пиво и рыбу, подруги вернулись к своей комнате. Вынеся на улицу кружки, они разлили по ним пиво и стали чистить рыбу, как оказалась, жирную и очень вкусную.

– Что-что, а в еде ты понимаешь. Хотела похудеть, но с такой пищей это вряд ли получится. Теперь главное – не набрать вес.

– Не расстраивайся, дорогая. Кушай с удовольствием. В тюрьме такой пищи нет. На тюремной баланде люди не толстеют, – съязвила Ангелина.

Лениво перекидываясь словами, подруги просидели во дворе дома допоздна и увидели всех его жильцов. Их оказалось трое. Жили они в одноэтажном летнем домике, имеющим два отдельных входа. Один – напротив окна убитой старушки, которое в ночь ее смерти, как заметила

Наина, было открыто, и откуда доносились звуки громко работавшего телевизора. В эту часть дома зашли симпатичная девушка славянской внешности и молодой человек азиатской наружности. На его голове красовалась тюбетейка, а в руках были четки, которые он то и дело перебирал.

31

Второй вход в домик был с противоположной стороны. Он выходил на стоянку для автомашин и соседний участок, тесно застроенный двухэтажными скворечниками. В эту половину дома зашла пожилая женщина, которую Наина заметила еще утром, когда та проходила мимо нее с сотрудником полиции.

Никто из жильцов дома не изъявил желания познакомиться друг с другом. Все, не перекинувшись ни единым словом, бросив сквозь зубы приветствие сидевшим за столом подругам, разошлись по своим комнатам, плотно закрыв за собой двери.

– Долго еще мы будем тут сидеть? – обратилась к Наине Ангелина.

– Нет. Первое задание мы выполнили. Подслушивать же, подсматривать и за хозяевами, и жильцами и при свете дня, и вечером, и тем более ночью неприлично. Пойдем, мой ангел, в комнату.

Переодевшись, подруги решили прогуляться по вечернему городку. Обсудить события прошедшего дня и заодно осмотреть все вокруг дома убитой старушки

Проходя мимо навеса, подруги обратили внимание, что все семь человек, которых они посчитали родственниками убитой старушки, не разошлись по домам и по-прежнему, сидя за столом, что-то вяло обсуждали.

– Интересно, о чем идет разговор у родственничков? По их виду не скажешь, что они переживают большое горе. Наверно, обсуждают, кому что достанется после смерти старушки, – выйдя за ворота, констатировала Наина.

– Знаешь, в тебе всегда говорят какие-то меркантильные интересы. Кому что достанется. Только о том, чем поживиться и думаешь. У людей горе. Убита их родственница. И неважно, каким человеком она была. Мы ее не знали. Может, для нас она была бабой-ягой, старухой-процентщицей. А для них она была единственным родным и самым близким человеком. И для них это настоящее горе. Ты хоть и пьяной еще утром была, но не могла не

заметить заплаканные глаза Анны. Для нее смерть матери – настоящее горе. И знаешь, если в смерти старушки, причем, в насильственной смерти, подозревают даже нас с тобой, абсолютно посторонних людей, то и все они находятся под подозрением.

– Да. Ты права. Все мы – под подозрением. Но родственники находятся в более выигрышном положении. Они местные жители. Городок тут небольшой. Все друг друга знают. И в полиции, я уверена, работают если

не их родственники, то как минимум хорошие знакомые. Мы же с тобой тут белые вороны. Приехали на несколько дней искупаться в море, отдохнуть и назад. Домой.

– Если отпустят, – уточнила Ангелина.

– Отпустят. Куда денутся.

– Твои слова, да богу в уши.

Молча пройдя по дорожке, ведущей вдоль домов, до моря, Наина продолжила свои рассуждения:

32

– Обидно быть без вины виноватой. Взять нашу ситуацию. Как я смогу объяснить своей дочери, почему меня подозревают в убийстве? Почему у меня отобрали подписку о невыезде? Почему я пока не могу вернуться домой? Почему решила на месяц, а может и больше, задержаться на море? При этом нам надо подумать, на какие деньги мы будем жить. Я взяла денег для отдыха на десять дней. Больше не брала. А ты?

– Милая моя! Ты о чём? Размер моей пенсии для тебя не секрет. Сама мне помогала перейти на пенсию мужа после его смерти. Лишних денег у меня не было и никогда не будет. Перспективы разбогатеть равны нулю, если только не найду клад. Богатых родственников нет. Просить денег не у кого. Дети сами еле-еле сводят концы с концами. Да и сообщать им о сложившейся ситуации я не хочу. Зачем понапрасну волновать? Помочь мне они не смогут, а волноваться будут. Придется самой выкручиваться из этой ситуации. Но ты права в том, что прежде всего нам нужно решить вопрос с деньгами. Проживание и питание нужно оплачивать.

– Ты не совсем права, мой ангел. Вопрос с деньгами, это не первоочередная наша проблема. Если потребуется, оформим кредит. Я работаю и по паспорту смогу его оформить. Задача номер один – найти убийцу. Если он будет установлен, разрешатся и все остальные проблемы. Понимаешь? Меня настораживает, что у нас отобрали подписки о невыезде и объяснили, что нас тоже подозревают в убийстве старушки, хотя очевидно, что ни ты, ни я не имеем мотива для ее убийства. Её смерть ни тебе, ни мне никакой выгоды не несет. Ладно. Остановимся на этом. Лучше, мой ангел, пойдем покушаем. Смотри, какое красивое кафе по пути. На сытый желудок лучше думается.

– Денег нет, а ты по кафе и ресторанам ходить собираешься.

– Не просто по кафе и ресторанам. А в кафе, расположенное рядом с домом убитой бабушки. Может, что-нибудь услышим, или что-нибудь узнаем.

Кафе, в которое зашли подруги, было расположено на одной линии с домом убитой старушки. Между домом и кафе был еще один довольно старый дом. И что удивительно, в его дворе не были построены скворечники для отдыхающих.

Сам дом был ветхим и с виду не жилым, что наводило на мысль о том, что его хозяева в нем не проживают. И это было странно, так как вокруг кипела жизнь.

Жители Джубги – этого небольшого приморского городка, зарабатывали немало денег на отдыхающих, приезжавших со всей России покупаться в водах Черного моря.

– Что кушать будем? – спросила Наина у подруги, внимательно изучавшей меню. – И не смотри на цены. Выбери блюдо, какое хочешь попробовать.

33

– Девушка, – обратилась она к официантке, подошедшей к ним, -подскажите, какое блюдо вы бы выбрали себе на ужин? Что-нибудь вкусное и не очень дорогое. И не мясо.

– А Вы закажите рыбу. Рыба свежая. Вечером привезли. Наш повар очень вкусно ее готовит. С овощами. Не дорого и вкусно.

– Несите. Рыба так рыба. И бутылочку белого вина.

– А может, вина не надо7- спросила Ангелина.

– Ты опять хочешь водку пить?

– Думаю, что нам спиртное вообще употреблять не нужно. Я смутно помню вчерашний вечер. Не хотелось бы, чтобы я точно также помнила и сегодняшний.

– Будем надеяться, что сегодня никого не убьют и ничего плохого не случится. А до вчерашнего состояния мы не дойдем. Друзья из Питера уехали. Новых заводить не будем. Так что не с кем будет набраться до поросячьего визга, а расслабиться нужно. Да и в комнатку папы Карло возвращаться не хочется.

– Убедила. Девушка! Несите рыбу и вино!

Когда официантка ушла, Ангелина упрекнула Наину:

– Почему ты не спросила у нее, не знает ли она что-нибудь про убийство нашей старушки?

– Рано. Когда будем уходить, тогда и спросим. Если она вечером заступила на смену, она еще ничего об убийстве не знает. А вот поработав, и поболтав со сменщиками узнает, что произошло. И если мы найдем с ней общий язык, то она и с нами поделиться полученной информацией.

Принесенная рыба была, действительно, свежей и хорошо приготовленной. Утолив голод и выпив по бокалу вина, подруги удобно расположились на диванчиках и, не обращая внимания на окружающих, стали обсуждать события дня.

– Ты как думаешь, кто убил старушку? – начала разговор Ангелина.

– Наконец-то и ты поинтересовалась тем, чем должна была поинтересоваться еще утром. Я знаю точно только одно: убили не мы. А вот кто – вопрос.

Отпив еще один глоток вина и помолчав, Наина продолжила цепь своих размышлений:

– Самая естественная версия, которая идет на ум, это убийство старушки ее родственниками. Из-за наследства. Но что можно унаследовать после смерти старушки? Избушку на курьих ножках, из всех щелей которой выглядывает нищета? Стоило ли рисковать своей свободой ради такого наследства. Что там еще можно унаследовать. Судя по тому, что мы с тобой видели, больше нечего. Больших денег у старушки не водилось. Наверно, все ее родственники жили на те небольшие деньги, которые она получала, собирая дань с отдыхающих. Да и судя по тому, что в разгар лета желающих снимать каморки папы Карлы нет, доходы были мизерными. Комнат для отдыхающих у старушки мало. А с другой стороны – соседи, имеющие в

34

своих дворах плотные застройки и комнаты, где через каждые 3 метра снимают жилье отдыхающие. Слишком большая разница между комнатками убитой и комнатами армян, от которых мы отказались. Они не конкуренты между собой. Восемь комнат старушки не создадут конкуренции огромному количеству комнат в каждом дворе, которые сдаются отдыхающим. Да и пансионаты около моря. Со всеми удобствами. Для тех, у кого есть деньги. И для семей, и для тех, у кого нет семьи, но есть желание хорошо отдохнуть. Не думаю, что старушку убили из-за конкуренции соседи.

– А почему нет? Вспомни, что пришло тебе в голову в первый день нашего отдыха. Первое, что ты сделала, осмотрев окрестности, посчитала, сколько бы ты денег смогла получать, если бы снесла коморки папы Карлы и построила во дворе этого дома бунгало наподобие тех, в которых мы отдыхали в Алуште. И ты права. От отдыхающих не было бы отбоя.

Подумай сама. Дом на первой линии. У самого синего моря. Приезжающих на море отдыхать на машинах много, но я не видела тут домов, где бы были стоянки для машин во дворе домов. Во всех дворах только комнаты для отдыхающих. Второе, чему мы неприятно удивились, приехав сюда, это тому, что посреди всех дворов, где сдают комнаты, отдельно стоят общие кухни. Живи в комнате, а кушать готовь во дворе на общей кухне. Кому это понравиться7 И ты, и я хотели бы проживать, готовить еду и кушать отдельно от всех. На сегодняшний день всем отдыхать хочется с комфортом. Вот взять меня. Я не отдыхала уже три года. Пусть у меня денег мало, но я хочу потратить их на полноценный отдых, а не на толкание около плиты, как в коммуналке: « Соседка, Вы сготовили? Уступите место у плиты следующему». И так каждый день. Отдыхать не захочешь. А теперь представь себе. На месте, где стоит домик убитой старушки все сносится под ноль. На месте каморок папы Карло строятся современные бунгало со стоянками для машин. И будет их явно не восемь. Двор-то большой. Желающих снять такие бунгало будет много. И это хорошая конкуренция тем скворечникам, которые сдаются в Джубге в каждом дворе. Разумно?

– Разумно-то разумно. Но если это так, мы не найдем тех, кто это убийство заказал и кто его исполнил.

– Где твоя логика, моя дорогая? Подумай, кто будет вступать в наследство после смерти старушки? Наследники. Кто сможет продать этот дом заказавшему его? Наследники, вступившие в наследство.

– Но прими во внимание, что если родственников несколько, нужно, чтобы все согласились продать свои доли. По-другому никто не согласится купить этот дом. Особенно для бизнеса. А сколько наследников, неизвестно. Да и трудно себе представить, чтобы дочь могла убить свою мать из-за денег. Ты видела своими глазами неподдельное горе дочери.

– Все стоит своих денег. Что нельзя взять бесплатно, покупают. Если не дешево, то подороже. Если необходимо, то очень дорого. Нет ничего, что невозможно купить за очень большие деньги.

35

– Больше положенного за этот дом никто не даст. Жизнь научила нас считать деньги. И никто не заплатит за него больше, чем он того стоит.

– Вот в чем ты права, моя дорогая, так это в том, что и эту версию нельзя исключать. Может, для этой семьи пара миллионов – манна небесная.

– Может и манна небесная, но, сдавая комнаты отдыхающим, они получают свои деньги каждый год. Пусть небольшие, но получают. Голодными не сидят. А если продадут дом, то лишатся дохода. И какого? Круглосуточного. Всё. Денег не будет. Но все это наши предположения. И вообще, мы делим шкуру неубитого зверя.

– А если честно, то я не могу себе представить, что кто-то из квартирантов причастен к убийству старушки. Они, как и мы, приехали отдыхать. Мы на девять дней. Они – на сезон. Хотя та парочка, которую мы видели – девушка с молодым человеком, азиатом, мне показалась подозрительной.

– Это чем? Тем, что он не православный? Тем, что носит тюбетейку и перебирает четки? Или ты, насмотревшись телевизионных программ, решила, что если он мусульманин, значит, убийца или террорист?

– Ты меня не убедила. Что-то в их облике настораживает. Не могу объяснить, что. Но это где то на уровне подсознания. Объяснить не можешь, но что-то настораживает. Хотя, быстрее всего, ты права. Это просто реакция на всякую телевизионную чушь.

От разговора подруг отвлек мужчина, который, улыбаясь, подошел к ним с предложением продолжить ужин вместе. Переглянувшись, подруги дружно отказались и решили уйти из кафе. Подойдя к официантке, обслуживавшей из столик, подруги попросили счет. Получив его и отсчитывая деньги, Наина спросила:

– У Вас всегда так немного посетителей? Кстати, как вас зовут?

– Чуть позже посетителей будет намного больше, а зовут меня Дашей. Как вам понравились рыба? Вино?

– Очень вкусно. Передайте повару наше «спасибо» за хорошую кухню.

– Приходите ещё. Наш повар готовит очень много разнообразных и очень вкусных блюд.

– Спасибо, Дашенька. Вы работаете до утра?

– Нет. До последнего посетителя.

– Как наберется до чертиков, можно закрывать, – улыбнулась Ангелина. – Наверное, устаете. Работаете как пчелка с утра до утра. Платят-то хорошо?

– Нет, не устаю. Работаю я в вечернюю смену. А платит хозяин хорошо. Я у него уже третий сезон работаю.

– А вы местная, как говорят в простонародье, или приезжая? – вновь вступила в разговор Наина.

– Приезжая. Я из Ставрополья. Студентка. Для меня все очень удобно. Летом приезжаю после учебы в Джубгу. Работаю по вечерам. Днем отдыхаю на море.

– А родители не против?

36

– Против. Но я уже выросла. Сама зарабатываю и на учебу, и на жизнь.

– Молодец, Дашенька. Скажите, а хозяин не хочет расширяться? Кафе небольшое, а отдыхающих много.

– Не знаю. Вроде собирался.

– Скажите, а Вы соседей близлежащих домов не знаете? Они не приходили к вашему хозяину или в Ваше заведение? Может, между ними скандалы были.

– Скандалы7 Соседи7 Вам-то зачем это нужно? Вы покушали? Довольны едой и кухней? До свидания. Зачем Вам знать, кто сюда приходит, кто уходит и что тут происходит? – посмотрев осуждающе на подруг, спросила Даша.

– А Вы разве не знаете, что прошлой ночью старушку из соседнего дома убили? – выпалила Ангелина.

– И что?

– Дашенька. Не сердитесь, – стала объяснять Наина, – всё очень просто. Мы сняли комнату у той старушки. А ее убили. и теперь всех, кто там проживал, и нас в том числе, подозревают в ее убийстве.

– Я Вам, конечно, сочувствую, но ничем помочь не могу, – и Даша отвернулась от подруг, своим поведением показывая, что разговор окончен.

– Даша, девочка, – позвала ее Наина, – мы можем обратиться к Вам, если у нас возникнет в этом необходимость?

– Думаю, не стоит, – ответила Даша.

– Девочка. В три кулака щелочка, – передразнила Наину Ангелина, выходя из кафе.

Ночь была очаровательной. Огромная полная луна на черном небосводе, в окружении россыпи ярких звезд, как алмаз в обрамлении драгоценных камней, сияла на небе и светилась разными цветами.

– Господи! Красота-то какая! – восхищенно прошептала Ангелина. – Как будто ты попал в сказку. Не хватает только богатырей, которые из вод выходят ясных и дозором землю обходят.

– Богатыри. Сказка. Не расстраивайся, мой ангел Сейчас появятся богатыри. Лишь бы после их обхода мы остались живыми.

– Вот так всегда. Все изгадишь! Не дашь помечтать и расслабиться, – пробурчала Ангелина.

Все дороги, которые были проложены между домами, были ярко освещены светом стоявших вдоль дорог фонарей. И Наина предложила

обойти вокруг дом старушки, рассчитывая получить какие-либо сведения о её соседях.

– Пойдем, – согласилась Ангелина. – Ночь такая чудесная. Домой не хочется совсем.. Да и страшно туда идти. Убийца не найден. И где есть гарантия, что мы не будем его следующими жертвами.

– Не болтай ерунду. Кому мы нужны?

– Не болтай, – передразнила Наину Ангелина. – Подумай сама. Убийца не найден, а козел отпущения нужен. Кто захочет отвечать за свои

37

Преступления? Получить, этак, лет 10—15? Лучше подставить кого-то другого. Постороннего, которого не жалко. Пусть сидит, или в гробу лежит. А убийца будет жить дальше. В свое удовольствие.

– В любом случае, для убийства нужен мотив. Какой мотив может быть у нас?

– Пьянство, например. Нажрались до поросячьего визга и отравили старушку. Не понравилась она нам. Сказала что-нибудь обидное. Посмотрела на нас косо. Свидетели найдутся.

– Да не скандалили мы со старушкой. И видели ее один раз в жизни, когда вернулись с моря. И говорили со старушкой одну минуту, когда она предупредила нас о том, что кухню закроет в 20 часов. И свидетелей нашего разговора не было.

– А ты докажи это. Докажешь? Никто не захочет быть козлом отпущения. Каждый, обладая чувством самосохранения, оттолкнет от себя подозрение в совершении тяжкого преступления и переложит это подозрение на другого. Вспомни, мы с тобой просидели во дворе дома вечером часа два. Увидели всех жильцов. И что? Все были любезны? Общались с нами? Горели желанием помочь друг другу? Нет. Все смотрели друг на друга волком. И если потребуется, без угрызений совести подтвердят все, что угодно. Лишь бы их не трогали.

– А мы были в таком состоянии, что не можем вспомнить, что делали тем вечером, – помолчав, продолжила Ангелина. – Все помним какими-то отрывками: то помню, это не помню. Черт нас побери, лучше бы мы сняли комнату у армян. Не было бы этих проблем. А всё ты. Свободы захотела. Получила?

– Ладно, извини. Знала бы где упасть, соломку бы подстелила. Кто мог предвидеть подобное? Хотя, если бы люди знали все наперёд, скучно было бы жить.

– А теперь весело? Обхохочешься.

Наина обняла подругу за плечи и они, не спеша, пошли по дороге вокруг дома убитой старушки, внимательно рассматривая всё, что было подвластно взору их глаз.

Дом старушки был угловым. С двух сторон дома проходила дорога, по которой днем бесконечным потоком к морю двигались люди и машины. Ночью дорога освещалась ярко горевшими фонарями, поэтому все, что попадало под свет фонаря, было видно, как днем.

С двух других сторон были жилые дома, один из них заброшенный, в нём никто не жил. А в другом – построенные буквой Г, под одной крышей, двухэтажные помещения, поделенные на комнаты для отдыхающих. Там же

располагался небольшой магазинчик с выходом на улицу. Судя по вывеске, магазинчик работал до 23 часов.

Обойдя дом со всех сторон, подруги подошли в воротам дома, в котором проживали. Зайдя во двор, они увидели на открытой веранде только Анну с пожилым мужчиной.

38

– Анна, – обратилась к ней Наина, – Вы не против, если я задам Вам несколько вопросов?

– Против. Я устала и хочу отдохнуть. Желания разговаривать с кем бы то ни было, у меня нет, – и, пройдя мимо подруг, Анна зашла в дом.

– Вы извините её. Она мать сильно любила. Переживает ее смерть, – обратился к подругам замеченный ими ранее пожилой мужчина. – Я муж Анны. Моё имя – Адам.

– Знаменитое имя. Библейское. Адам и Ева.

– Обычное. Я по национальности адыгеец. Адам -самое распространенное имя. Как Иван у русских.

– Адам, а можно с Вами поговорить? – попросила Наина. – Из-за смерти Вашей тещи я и моя подруга оказались в весьма щекотливом положении. Полиция подозревает нас в убийстве старушки. У нас отобрали подписку о невыезде. Поэтому мы заинтересованы в скорейшем раскрытии преступления. Но без Вашей помощи мы вряд ли сможем это сделать.

– Наверное, Вы правы. Если я смогу Вам хоть чем-то помочь, то сделаю это с удовольствием. Спрашивайте, отвечу.

– Скажите, Вы кого-то подозреваете в убийстве тещи?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.