Эрин Либреро, Пелагея Либреро
Частотный сбой

Пролог

Огни большого города Калифорнии постепенно гасли с приходом первых лучей солнца. Слегка розоватый, a затем и вовсе ярко-оранжевый свет пролился на город, освещая высокие здания, заставляя крыши ярко блестеть. Зеркальные окна высоток покрылись бело-желтым светом, что, казалось, будто город получил двойную его дозу и теперь сиял, точно солнце.

Послышался первый рев моторов автомобилей, снующих по автостраде или, как ее называют в Америке, развязке Гарри Преджерсона; первые сигналы клаксонов – город проснулся и теперь снова возвращается к своей рутинной жизни. Люди, как и всегда, поспешили на работу: кто-то завтракает в кафе, кто-то бежит сломя голову на автобус, боясь опоздать в колледж, кто-то нервно смотрит на часы, дожидаясь своего вечно опаздывающего друга или коллегу, a кто-то блуждает по только-только проснувшемуся городу и заглядывает в еще не заполненные людьми магазины.

Раздался звон маленьких колокольчиков, со скрипом открылась деревянная с облупившейся краской дверь. Небольшой магазинчик только-только открылся: стеллажи были набиты продуктами, в углу стояли два холодильника с напитками, рядом с которыми стоял небольшой автомат со снеками. Касса пустовала. Это и ясно, ведь в столь ранний час почти никто не заходит, а если и заходит, то только для того, чтобы купить свежую прессу.

Кто-то не спеша подошел к прилавку и, отогнув несколько газет, быстро пролистнул их. Палец невольно остановился на одном из экземпляров, и незнакомец ловко вытащил ее из стопки. Пробежав глазами по заголовкам, его взгляд остановился на одном из них. На серой бумаге жирным шрифтом гласила надпись:

ЛОС-АНДЖЕЛЕС ТАЙМС

14.05.2020

“В СЕНЧУРИ СИТИ ПРОПАЛИ БЕЗ ВЕСТИ ДВА ЧЕЛОВЕКА”

Глава 1

7 дней спустя. Карсон, пригород Лос-Анджелеса

Прозвенел долгожданный звонок, и все коридоры колледжа заполнились суетливыми студентами. Учебный день только начался, но каждый хотел, чтобы он побыстрее закончился. Всем уже хотелось отправиться на летние каникулы, поэтому со всех уголков коридора только и слышались шушуканье, смех да разговоры про то, как они проведут свои долгожданные летние дни. Казалось, что лето – это какой-то огромный трехмесячный праздник, но только не для Кайла.

Кайл Ли, девятнадцатилетний парнишка, был родом из Кореи, и помимо учебы подрабатывал в местной библиотеке, зарабатывая тем самым на жизнь себе и своей матери. Он еще в двенадцать лет переехал со своей матерью в Карсон налаживать личную жизнь. Здесь он продолжил учиться в местной школе, успел обзавестись лучшим другом и девушкой, правда с которой он вскоре расстался. Начиная со старшей школы, он стал пользоваться популярностью у девчонок. Брюнет со смуглой кожей, спортивным телосложением, с глубокими темно-карими глазами и белозубой широкой улыбкой, он расхаживал по школе, а уже потом и по колледжу, в черной майке под джинсовкой и в рваных темно-коричневых брюках. Сказать, что девушки всегда оборачивались в его сторону – это ничего не сказать. Кайл был очень веселым парнем, всегда искал плюсы в любой ситуации, был таким оптимистом, что окружающие поражались этому качеству. Кайл – лучик солнца, как часто называли его одногруппницы да и все девчонки колледжа. Но несмотря на такое всепоглощающее внимание, он не забывал про своего лучшего друга Томаса.

Томми Эриксон – еще один заводила колледжа. Том был старше своего лучшего друга всего на один год и учился с ним в одной группе. Но в отличие от Кайла, Томас прожил в Америке всю свою интересную и веселую жизнь, которую он по непонятным причинам не любит рассказывать людям. В школе и колледже он никогда не был отличником, но преподаватели все равно видели в нем смекалку и некий потенциал, не обращая внимания на его безудержное веселье. Такой же оптимист, как и Кайл, но у него бывали депрессивные времена, которые он предпочитал проводить со своим лучшим другом. Томас и Кайл были своего рода бандой, только один из них был до ужаса популярный, а другой – зачинателем дебильных идей и предложений. Томми был обычным парнем, которого замечали только в присутствии Кайла, хотя по своей внешности, телосложению и уму он никак не уступал. Парнишка был довольно симпатичным: брюнет с вечно взъерошенными волосами, с карими глазами, которые выражали либо радость, либо безупречный сарказм, без которого он не мог жить. Его гладкое лицо, усеянное веснушками, вздернутый носик и острые скулы делали его более милым, когда он улыбался. Его широкая улыбка была такой светлой, такой оптимистичной, что в нее мог влюбиться каждый, но, к сожалению, ее никто не замечал.

– Чувак, а ты что собираешься делать летом? – спросил Томми Кайла, когда они подходили к аудитории.

– Буду работать в библиотеке, ты же знаешь. А ты?

Томас сел на банкетку напротив аудитории, снизу-вверх посмотрел на лучшего друга и улыбнулся.

– Поедем с отцом в Санта-Монику, потом, может быть, в Нью-Йорк. Всегда мечтал там побывать, – он вздохнул. – Мама останется здесь из-за работы, поэтому будет получать только фотографии в Фейсбуке.

Кайл понимающе кивнул и поджал губы. Ему тоже хотелось отдохнуть этим последним летом. Остался год учебы, а дальше предстоял поиск работы, поэтому это лето стало бы решающим периодом в его суетливой жизни.

– Хочешь с нами, Кайл? – задорный голос Тома прервал его раздумья.

– Я бы с радостью, но мне нужно работать, – он сложил руки на груди. – Но, если я чудом получу отпуск, я тебе звякну, – он секунду помолчал. – Чуть не забыл, ты же помнишь, что должен забежать ко мне в библиотеку сегодня вечером?

Томас кивнул, многозначительно посмотрев на своего собеседника.

– Зачем? Ты мне так и не рассказал.

– Я кое-что нашел, – глаза Кайла загорелись. – Я знаю, твоя мама обожает антиквариат. А еще я знаю, что через две недели ее день рождения.

– И что это за вещица?

Томасу было все равно на антиквариат, его это старье не цепляло, но на день рождения матери хотел сделать бесподобный подарок.

– Это не вещь, Томми, – Кайл опустился до шепота, будто не хотел, чтобы его услышали посторонние. – Это книга Оскара Уайльда “Кентервильское привидение”. Первое издание.

Томас равнодушно поднял брови, будто хотел услышать что-то сверхъестественное, а не слова про какую-то старую, пыльную книгу, которую Кайл нашел в своей библиотеке.

– Да ладно тебе, чувак, – развел руками Кайл. – Я тебе ее отдам, и, поверь мне, твоя мама будет в восторге.

– Заметано, – Том многообещающе подмигнул другу и встал с банкетки, направляясь в сторону только что открывшейся двери в аудиторию. – Встретимся в шесть вечера.

Наконец, все занятия в этот жаркий день закончились. Толпа студентов с радостными криками ломанулась на улицу навстречу свежему воздуху и теплым лучам солнца. Кайл, как только закончилось последнее занятие по экономике, сразу же поспешил в свою библиотеку. А Томас тем временем не спеша брел до своего дома, который был в тридцати минутах от колледжа.

Брюнет открыл ключом входную дверь, вдыхая душный воздух помещения. Небрежно скинув рюкзак и заглянул в кухню – никого, кроме широкой тарелки с пирогом. Мама была на работе, как и отец. Родители всегда работали допоздна, только иногда в перерывах приходили домой. Карсон – небольшой городок, поэтому от работы до дома затрачивалось не больше часа.

Томас взял себе большой кусок яблочного пирога и направился на второй этаж, в свою комнату. Его комната была маленькой, но уютной. А что ему еще нужно, кроме заваленного хламом письменного стола, кровати, комода и террариума с пауками?

Парнишка положил тарелку на кровать и схватил со стола ноутбук. До встречи с Кайлом остался час, поэтому он решил провести его с “пользой”. Куски пирога исчезали на глазах, пока он искал что-то интересное в Интернете. Свернув пару страниц, он зашел на свою почту, проглядел новые сообщения, которые оказались сплошной рекламой и нажал на стрелочку в левом верхнем углу. Вновь показалась главная страница почты, в середине которой было несколько строчек под заголовком “Новости”. Томас прокрутил вниз, бегло читая каждую строчку, пока не наткнулся на один интересный случай, а, может, даже не один. Он кликнул на ссылку, и перед ним высветилась газета Лос-Анджелеса.

ЛОС-АНДЖЕЛЕС ТАЙМС

21.05.2020

“ПРОПАВШИЕ БЕЗ ВЕСТИ ЧУДОМ ВЕРНУЛИСЬ В СВОИ СЕМЬИ”

Если они вернулись, значит, когда-то эти люди пропали, – подумал парень и сразу же забыл про эту новость, уплетая остатки своего пирога. Заскучав за ярким экраном монитора, он выключил ноутбук и потянулся к комоду, достав оттуда черную футболку и серую спортивную кофту. Том еще раз взглянул на часы – оставалось пятнадцать минут – и вприпрыжку направился к входной двери.

Солнце еще ярко освещало город, теплые лучи согревали, а свежий ветерок взлохмачивал волосы. Томас не спеша блуждал по улочкам, любовался небольшими домиками у дороги. Они были совсем новые, только-только построенные. Возможно, туда еще никто не заселился. Новая краска так сильно блестела в лучах солнца, что резало глаза. Карсон – это город без высоких зданий в отличие от Лос-Анджелеса. Что уж там говорить о Башне Банка? Такого и вовсе в Карсоне не было, лишь небольшие домики, построенные в ряд, городская библиотека, местный банк, парочка крупных торговых центров, школы и колледж. Если уж и говорить про Лос-Анджелес, то он находился всего-то в шестнадцати милях от Карсона, но даже несмотря на такое, казалось бы, небольшое расстояние, Томас там никогда не бывал.

Городская библиотека, где работал Кайл, находилась в самом центре города. По вечерам там собиралось много любителей книг, поэтому Томас мог зачастую видеть своего друга за столом регистрации, на котором он выполнял свою домашнюю работу. У самого же парня работы не было, да и времени на нее вовсе не оставалось, потому что он любил свободное время посвящать присутствию либо на работе отца, который был адвокатом, либо на работе матери, обожающей антиквариат.

С усилием открыв широкую деревянную двойную дверь, Томас вошел в жаркое помещение, лишенное кондиционера, где пахло пылью и книжными страницами. Он осмотрелся: вдоль стен и посередине стояли высокие стеллажи с книгами разных размеров и жанров, рядом со входом была стойка регистрации, за которой, как и всегда, сидел Кайл и что-то вычитывал из большой тяжелой старой книги.

– Кайл! – позвал его Том и поднял руку. Брюнет оторвался от книги и посмотрел в сторону входной двери. – Привет, чувак. Снова зарылся в книгах? Что это у нас? – Том изучающе взглянул на книгу, одним ловким движением придвинув ее к себе.

– Ты не поймешь, – отмахнулся Кайл. – Это история.

– Ах, история, – Томас одобрительно кивнул, хотя понимал, что история для него – это совершенно другая вселенная, и с разочарованием громко захлопнул книгу. – Ну да… Так, ты мне хотел что-то показать.

– Точно, – Кайл вышел из-за стойки и жестом позвал за собой друга. – Иди за мной.

Кайл повел Томаса по книжным лабиринтам, через стеллажи и прилавки ко второму помещению, которое соединялось с первым с помощью короткого коридора. Во втором помещении было всего несколько человек, в особенности старики, которые что-то искали в огромных справочниках и атласах. Томас обвел взглядом все помещение и осознал, что ни разу здесь не был.

– Здесь, я так понимаю, сидят настоящие ценители книг, – пробормотал Томас, задумчиво смотря куда-то в потолок.

– Книги – это кладезь знаний, – послышалось откуда-то эхо Кайла.

Тот уже стоял у последнего стеллажа и искал нужную книгу. Томас подошел к нему.

– Не умничай, – хмыкнул он, и Кайл кинул ему многозначительный взгляд. – Слушай, а где здесь архивы с газетами?

Кайл вытащил нужную книгу и бегло пролистал ее.

– У регистрации в стопках, – он протянул старую пыльную книгу. – Вот, бери ее. А зачем тебе газеты? Интернет дома кончился?

– Нет, Кайли, просто пока я здесь, хотел бы взглянуть на выпуски газет “Лос-Анджелес Таймс” за прошлые две недели.

Кайл ничего не понял, хотя по одному лишь взгляду Томми можно было догадаться, что тому были нужны эти газеты.

Брюнет взял книгу и направился к стойке регистрации. Газеты действительно лежали в стопках по номерам выпусков. Том взял пятерку газет и сел за стол, окружив себя бумажными статьями. Кайл сел рядом.

– Что ты собираешься найти? – с интересом спросил Кайл.

Он всегда знал, что если у Тома на что-то загорятся глаза, то его не остановить. А, как правило, он умел находить интересные вещи. Томас брал одну газету за другой, тщательно вычитывал каждый заголовок, проводя по ним пальцем, будто впитывал каждое слово.

– Слышал что-нибудь о пропавших без вести? – спросил Том, не отрываясь от газет. Кайл отрицательно покачал головой. – А я слышал, что они вернулись.

– И что? – не понял Кайл.

Томас взял еще одну газету, датированную неделей назад, и пролистал, невольно остановившись на второй странице, где сбоку гласила надпись о пропавших без вести в Сенчури Сити.

– Нашел, – проговорил Томас и показал другу короткую статью. – Видишь?

Кайл забрал у него газету и внимательно вчитался в слова.

– “… Хелен Джаспер и Патрик Фейн пропали без вести…” – пробормотал он. – И что?

– А теперь взгляни на сегодняшний выпуск.

Кайл взял газету и нашел статью с нужным заголовком.

– “Пропавшие без вести Хелен Джаспер и Патрик Фейн благополучно вернулись домой…”

– Одни и те же люди, поиск длился неделю, а они невредимые вернулись домой. Так просто в городе не пропадают, – Том приподнял брови и поджал губы.

– Но это же… – Кайл не успел договорить, как его перебил Томас.

– Даже слушать не хочу. Ты хоть видел, что написано в конце?

Томас показал на последние строчки статьи.

– Женщина утверждает, что на время попала в ад и чуть не сошла с ума, а мужчина божится, что видел что ни на есть самый настоящий рай.

– К чему ты клонишь, Томми? – Кайл отложил газету и серьезно посмотрел на своего друга.

– А ты сам как думаешь? – он развел руками. – Я не утверждаю, что эти люди воскресли, но с ними явно что-то за эту неделю случилось. Это повод немного запаниковать.

– Да брось, чувак. В жизни все бывает, не стоит из-за этого пустяка так себя накручивать. Не строй из себя следопыта, – Кайл улыбнулся.

– Возможно, ты и прав.

Томас встал из-за стола, собрал газеты по порядку и взял книгу.

– Когда заканчиваешь? Могу подождать, – сказал Том и, подойдя к прилавку, разложил газеты.

Кайл тем временем прислонился к стойке, наблюдая за своим другом.

– Не стоит. Я сегодня допоздна, но если твоя мама не против моего ночного визита, я могу прийти.

– Ага, – хмыкнул брюнет. – Только лезь через окно, чтобы наверняка.

Томас подмигнул другу и вышел из библиотеки.

На улице все еще было светло, по дорогам сновали автомобили, а люди только возвращались с работы домой. Томас, схватив покрепче книгу, направился в сторону дома. Пройдя к автобусной остановке, он остановился у светофора, дожидаясь зеленого света, но как только красный переключился на зеленый, все вокруг изменилось. Свет пропал, и теперь город окутала кромешная тьма. Небо затянулось плотной черной пленкой, в воздухе стоял тошнотворный запах, туда-сюда сновали хлопья пыли. Наступила полная тишина. Звенящая тишина…

Глава 2

Томас с ужасом осмотрелся: ни одного человека, только сломанные, помятые автомобили у обочин. Все здания с облупившейся краской были замызганы грязью, автобусная остановка с порванными плакатами стояла у пустой дороги. Брюнет повернулся в сторону библиотеки, из которой вышел минуту назад, но здание было уже не узнать. Такое старое, полуразрушенное, одинокое, оно давало понять, что внутри никого нет, даже Кайла. Он вытащил из кармана мобильник, но на экране высветилось только: “Нет сигнала”

Где я? Что это за место? – прошептал Том и оглядел улицу, осознав, что весь город поглощен во мрак, будто его и вовсе не существовало. Где все люди? Где Кайл? Мысли о нем заставили вернуться в библиотеку. Брюнет подбежал к старому зданию и с силой открыл нараспашку дверь. Его взгляд сразу же устремился на стойку регистрации, за которой никого не было. Библиотека пустовала.

– Кто-нибудь есть?! – закричал во все горло Том.

Через секунду за дальними стеллажами что-то застрекотало, но этого было достаточно для того, чтобы Томас понял, что в дальнейшем так делать больше не стоит. Он ломанулся к дверям и, закрыв глаза в надежде, что все это один сплошной глюк, выбежал на улицу. Но его с распростертыми руками встретили только жуткий мрак и тишина.

Он как вкопанный встал у входа в библиотеку. Где все? – прошептал он и почувствовал, как дрожит его голос. По его щеке пробежала слеза, но он не дал волю эмоциям, только сильно сжал кулаки и начал думать. Я должен отсюда выбраться, но для этого нужно понять, где я, – лихорадочно раздумывал брюнет. Может, это сон? Или я умер, потому что меня сбила машина? Что это за место?

Нужно было двигаться, идти куда глаза глядят, но идти. Томас решил вернуться домой. За пятнадцать минут он добежал до своего дома и ввалился в помещение, осматривая все вокруг, но внутри никого не было, кроме заплесневелого пирога и старых вещей. Все вокруг выглядело так, будто город закрыли в банке с плотной крышкой и оставили гнить. Облезлые дома, пустота, разреженный пыльный воздух, звенящая тишина так и давили на молодой разум парня, который просто-напросто не знал, что ему делать дальше и как выйти из этой темноты. Электричества не было, только где-то красным светом горели аварийные лампы. Единственное, что осталось, – это ржавая вода, но Томас все равно боялся, что и она вскоре закончится. Брюнет поднялся на второй этаж. Комната родителей также безмолвно пустовала, внутри больше не пахло мамиными духами, только пылью и гнилью. Парень осторожно прошел по скрипучему полу к тумбочке рядом с кроватью, начал открывать ящики один за другим. Все вещи родителей лежали на местах, но выглядели так изжеванно, так грязно, что желание что-то из этого взять с собой тут же улетучилось. Брюнет яростно задвинул ящики и вышел из их комнаты. Осталась только его комната, но Томас уже заранее знал, что и в ней такой же бардак, как и везде. Он открыл скрипучую облезлую дверь, пошарил ладонью по стене в поисках переключателя, но тот не работал. Когда глаза привыкли к полумраку, Том подошел к комоду и достал оттуда все свои вещи. На ощупь они были совершенно обычными, но вид оставлял желать лучшего. Парень снял свою рубашку и надел выцветшую толстовку, затем достал из-под кровати коробку с обувью и выбрал непромокаемые ботинки вместо повседневных кед. Надо отсюда выбираться! – говорил себе Томас, пока одевался. В один миг его переполнила такая ярость, что он был готов разнести пол комнаты ко всем чертям, лишь бы вернуться в реальность, где нет этой тишины и мрака. Он вспомнил, что перед уходом к Кайлу кинул рюкзак в прихожей. Рюкзак все еще лежал у двери. Томас вернулся в комнату и начал собирать вещи, потому что в этом доме он оставаться не хотел, да и не было смысла сидеть здесь и ждать чуда. Брюнет кинул рюкзак на кровать, а сам подбежал к письменному столу. На столе, как и тогда, лежали его тетради, учебники, разбросанные карандаши, какие-то нелепые рисунки и ноутбук. Том попробовал его включить, но он безжизненно молчал, даже зарядка не помогла. Тогда он выдвинул ящики, в которых он хранил все самое необходимое. Порывшись в бардаке, он выложил на стол изоленту, складной нож и блокнот, схватил пару карандашей и побросал все это в рюкзак. Парень снова открыл комод, взял немного одежды на всякий случай, открыл последний ящик и выудил оттуда моток веревки и небольшой пенал, где лежали отвертки. Собрав рюкзак, он еще раз оглядел всю комнату и наткнулся на фотографии, висящие на стене. Там был изображен Томми со своими родителями. Они стояли на заднем дворе и улыбались заходящим лучам солнца. Томас снял фотографию и сел на кровать. Столько воспоминаний сразу пришло в голову, столько мыслей, что он не успевал их удержать. Брюнет провел пальцем по пыльному стеклу, снова взглянул в эти радостные глаза и осознал, как сильно скучает по своей семье, которая сейчас, наверное, ищет его, волнуется. Он облизнул губы и всхлипнул, утирая слезы. Сейчас он чувствовал себя таким маленьким, беспомощным мальчиком, который не знает, что делать дальше. Ему стало так тошно, что он не мог сдвинуться с места. Где вы? – всхлипывал он, проводя пальцем по стеклу. Тяжело вздохнув, парень встал с кровати и бережно уложил фотографию в рюкзак.

На кухне Томас нашел старую аптечку, которую также забрал с собой. Он открыл холодильник, но тут же его закрыл, ибо оттуда вырвался тошнотворный смрад гнилья. Брюнет подавил рвотный рефлекс, проморгался и отошел к столовым ящикам, где лежали ножи и ложки. Он взял один из них и засунул за пояс, а пару ложек закинул в рюкзак. Теперь этот дом его больше не удерживал. Том взял от него все, что было необходимо. Парень вновь оглядел кухню и побрел к выходу. Снаружи его всё так же ждали мрак и тишина.

Идей, куда идти, вовсе не было, Томас знал только то, что без запасов еды ему не выжить. Стоило бы найти магазинчик и надеяться, что хоть чипсы не просрочились. Все магазины находились ближе к центру, почти там же, где библиотека. Вокруг не было ни души. Томас не спеша шел по пустым грязным улицам, ориентируясь во мраке, и провожал взглядом заброшенные здания и дома. На душе было так же гадко, как и на улице, будто это место в один миг высосало всю душу. Он шел по дороге, только изредка поднимая с асфальта непритоптанную пыль. Дома по сторонам дороги выглядели до ужаса жуткими: грязные, пыльные окна с паутиной, разбитые стекла, выцветшая, облезлая краска, погнутая крыша, торчащие по сторонам балки и едва заметные кирпичи. И так было повсюду. Но это было не самым страшным. Страшным было то, что вокруг царила полная тишина. Даже ветерка не было. С неба, если его можно было так назвать, что-то медленно падало на асфальт, не было ни жарко, ни холодно. Воздух был разреженным, и Томасу каждый раз казалось, что кислорода станет еще меньше, и в конце концов он погибнет от недостатка кислорода в легких. Нелепая смерть особенно в таком адском местечке.

Что-то заскрипело. Томас рефлекторно повернулся в сторону звука, но там никого не было, кроме железных вывесок на крыше ресторанов. Парень посчитал, что скрипели они, не задумываясь, что вокруг не было ветра. Лучше не думать, не придумывать другое объяснение, чтобы себя не пугать и не накручивать. Его гулкие шаги отдавались слабым эхом в этой поразительно безмолвной тишине. Постепенно этот звук стал его успокаивать, Томас приходил в себя, и теперь его мозг начал потихоньку соображать.

Наконец, брюнет дошел до крупного торгового центра под названием МегаШоп, где раньше по выходным собиралось много детей и родителей. Но теперь Томас знал, что там никого нет. МегаШоп стоял особняком среди маленьких жилых домов, как грязный каменный гигант. Когда-то красивые рекламные вывески, теперь они стали рваными кусками ткани, свисающей с торцов. Идти туда не было никакого желания, но Томас надеялся, что именно там он найдет запасы еды и, может, еще кое-что. Он вошел внутрь и осмотрелся: все было на своих местах – ни бардака, ни даже трупов. Все на месте, кроме людей. Томас прошел по первому этажу, высматривая каждый уголочек, заходя в каждый магазин, но так ничего не нашел, кроме упаковок с батарейками. Он не знал, помогут они ему в выживании или нет, но на всякий случай решил взять. В рюкзаке осталось немного места для еды. Томас решил больше ничего не искать. Впереди он увидел вывеску продуктового отдела и поспешил туда. В руках он все еще сжимал нож, потому что боялся подвоха со стороны этого мрака и тишины. Конечно, нельзя было сказать, что в МегаШопе не было света, он был, а точнее исходил красным свечением от аварийных ламп. В продуктовом магазине все полки были переполнены всякой всячиной. Томас схватил одну упаковку, внимательно ее рассмотрел, открыл, понюхал – не испортилось. Так он ходил среди стеллажей с продуктами, пока не услышал какой-то шорох. Томас остановился и притаился за стеллажом. Шорох не прекращался, а только усиливался. Сжав покрепче нож, он двинулся в сторону звука, стараясь не издавать никакого шума. По ходу шорох все усиливался. Как Томас понял, он исходил со стороны холодильников, где лежала вся заморозка. Завернув за стеллаж, он с ужасом понял, что прятаться больше негде – впереди открытое пространство. Тогда он пригнулся и перебежал за последний стеллаж, чтобы посмотреть, кто шуршит на той стороне. Он выглянул из-за угла и увидел двух девушек, которые быстро складывали заморозку в рюкзаки. Томас внимательно следил за их движениями, одновременно продумывая план действий. Сидеть за стеллажом стало неудобно, ноги вмиг затекли, и парень ухватился за полку, но в этот момент нечаянно смахнул упаковку с печеньями. Та гулко шмякнулась на пол. От неожиданности Томас шумно вздохнул и смачно выругался. Этот внезапный звук уловили две незнакомки. Они тут же прекратили складывать заморозку в рюкзаки и обернулись, рыща глазами источник звука. Одна из них, что была блондинкой, посмотрела куда-то в сторону, а другая медленно оглядывала все помещение, пока не наткнулась на нечто, выглядывающее из-за стеллажа. Она прищурилась, чтобы лучше рассмотреть, кто там притаился. В этот самый момент Томас понял, что девчонка его заметила, и решил выйти. Брюнет встал в полный рост и для уверенности крепко сжал нож. Как только он сделал шаг вперед, черноволосая девушка его окликнула.

– Ты кто такой? Откуда взялся?!

В руках она также держала нож. Томас подошел ближе, девушка попятилась. Блондинка пропала с поля его зрения.

– Что так недружелюбно? – саркастически спросил парень, не выпуская нож из рук.

Томас начал подходить еще ближе. Он старался действовать аккуратно, без резких движений, потому что видел, что брюнетка сама его боится. Он сделал еще пару шагов, уловил мимолетный взгляд девушки куда-то в сторону, но не успел он ничего сказать, как почувствовал резкую боль в затылке. В один миг стало темно, все тело ослабло. Томас не удержался на ногах и рухнул на пол.

Прошло около пятнадцати минут. Томас приоткрыл глаза, смотря на смазанные лица девушек, которые, как два коршуна, окружили его с двух сторон. Зрение потихоньку начало возвращаться, и Томас, вспомнив, что у одной из девушек был нож, подорвался с места, но угодил головой прямо в стекло морозильника.

– Успокойся, проныра, – сказала блондинка, которая, видимо, его и вырубила.

Брюнет придвинулся к стеклу и притянул к себе рюкзак, но блондинка ловко отшвырнула его ногой.

– Не рыпаться, – предупредила она. – Как зовут?

Парень понял, что резких движений делать не стоит. Он также понял, что его пальцы больше ничего не сжимали. Его нож был там же, где и рюкзак.

– Томас… Эриксон, – сказал он и потер затылок. – Ты чем это меня огрела?

Блондинка коротко улыбнулась и показала бутылку вина.

– Меня зовут Тереза Флорес, а ее Алекс Чейз, – начала брюнетка и показала на подружку с черным макияжем. – Откуда ты, Томми?

Том размял шею и посмотрел на Терезу. Ее лицо выглядело спокойным, добрым, в отличие от ее подруги.

– Отсюда, если это тебя устроит, – девушка в ответ приподняла брови. – Я из Карсона. Живу недалеко отсюда. А ты?

Тереза поправила волосы и уселась напротив парня. Алекс же зря время не теряла. Она схватила его рюкзак и стала в нем рыться.

– Алекс! – шикнула на нее Тереза, и девчонка недовольно бросила рюкзак парню и уселась рядом, подперев руками подбородок. – Я недавно сюда приехала. Дней пять назад. А потом, как видишь, оказалась здесь.

Она обвела взглядом темное помещение.

– А Алекс? Вы сестры? – спросил брюнет, рассматривая девушек.

– Не-а, – улыбнулась Тереза. – Мы сами толком не познакомились.

– Встретились вчера, – добавила Алекс, и Томас повернул голову в ее сторону.

– Где мы вообще? – спросил Томас.

Но Тереза только пожала плечами.

– У черта на куличках, – резко ответила блондинка. – И как мы сюда попали, тоже не знаем. Лучше бы не приезжала в этот сраный город, а осталась в своем Вашингтоне. Но мой любимый папочка сказал ехать в Карсон, в самый лучший колледж бизнеса.

– Я учусь там, – хмыкнул парень. – Он и правда лучший колледж для учебы и отдыха. Тебе в самый раз, Алекси, – с сарказмом проговорил он, оглядывая с ног до головы блондинку.

– Тебе лучше? – спросила его Тереза и достала из морозилки замороженную курицу. – Если хочешь, приложи.

Такой неженка, – прозвучало рядом, но Томас решил не обращать внимания на Алекс.

– Нет, спасибо, – он улыбнулся. – Мне гораздо лучше, не считая звона в ушах.

Брюнет широко улыбнулся и еще раз оглядел девчонок. Тереза была намного приятнее хамоватой Алекс. Он не знал, сколько ей лет, но посчитал, что около девятнадцати. Тереза была невысокого роста, обычного телосложения, с приятным добрым лицом и красивыми карими глазами, как у него. Да и по характеру она оказалась приятным человеком, Томас сразу проникся к ней доверием. Но Алекс, в отличие от Терезы, была куда хуже. Ужасный характер так и сказывался на ее лице, перепачканном темным макияжем. Бледное лицо, светлые волосы и черный макияж напускали страх на Томаса. Она была низкого роста, такая худенькая, словно щепка, с осунувшимся лицом, выраженными скулами и маленьким остреньким носиком. Да, для Томаса Тереза со своим округлым личиком и красивыми чертами лица была куда приятнее ее подружки. Но, как говорят, в выживании чем больше людей, тем лучше. Может, в конце концов, Алекс не такая уж и плохая девчонка.

Томас встал с холодного пола, схватил свой рюкзак, повесив на плечо, и обратился к девушкам.

– Вы нашли, где можно перекантоваться?

– Не-а, сами в поисках. Вот соберем припасы и продолжим искать, – сказала Алекс и открыла рюкзак. – Ты давай не зевай, помогай нам.

Блондинка протянула ему его нож, Томас улыбнулся, но Алекс только закатила глаза и продолжила укладывать продукты в рюкзаки.

Глава 3

Когда рюкзаки были собраны, ребята направились к выходу из продуктового отдела. По дороге они шли молча, просто-напросто не знали, о чем разговаривать. Им нужно было найти убежище, хотя убежищем мог послужить любой дом или здание, но девчонкам вечно что-то не нравилось.

– Я не пойду в этот дом, – протестовала Алекс.

– Почему же? Какая разница, где мы будем, если все вокруг выглядит таким ужасным? Ты знаешь место лучше?

Девчонки остановились. Алекс уставилась на свою попутчицу и, насупившись, сложила руки на груди.

– Алекс, погляди вокруг, – Тереза развела руками. – Ты видишь здесь бункер? Я вижу только обшарпанные домики.

– Надо найти что-нибудь безопасное, – не успокаивалась блондинка.

К ним подошел Томас.

– Что вы поделить не можете?

Тереза сложила руки на груди и уставилась на парня.

– Алекс хочет найти безопасное место. Томми, ты лучше всех знаешь этот город, предложи ей что-нибудь, – она с укором поглядела на Алекс.

Томас подумал пару секунд, вспоминая планировку пригорода, но ничего, кроме домиков, в голову ему не пришло.

– Здесь такого нет. Это пригород, – он пожал плечами. – Только маленькие домики.

– Вот видишь, Алекс, – приговаривала брюнетка, обращаясь к ней, как к ребенку.

Блондинка снова закатила глаза. Тереза не выдержала. Она по несколько раз за день смотрит, как эта девица закатывает глаза и ничего путного не предлагает.

– Когда ты перестанешь так делать?!

– Как “так”? – встрепенулась блондинка.

– Закатывать глаза. Перестань это делать! Мы сейчас не в том положении, чтобы спорить.

– А ты думаешь, мне нравится, что ты относишься ко мне, как к ребенку?! – взбесилась Алекс.

– Девчонки! – в спор влез Томас.

– А ты не веди себя, как ребенок, – возразила ей Тереза, и Алекс замолкла.

– Вижу, отношения у вас не фонтан, – начал Томас. – Но я знаю более-менее безопасное место. Пойдемте.

Тереза еще раз одарила свою напарницу серьезным взглядом и последовала за Томасом.

Брюнет уверенно вел их к домику на окраине Карсона. От него шла неширокая дорожка, где он с Кайлом любил кататься на велосипедах. Свернув на противоположную улицу, ребята обошли мусорные баки и уперлись в небольшие дома. Там, где жил Кайл, было всего три дома. Можно сказать, это как огромный карман посреди Карсона. Зато уютно, и никто не беспокоит.

Томас прошел ко второму дому и позвал за собой девушек. Те внимательно осматривали дома, будто ни разу таких не видели. Парень хотел уже по старой привычке постучаться, но тут же осекся, осознав, что внутри никого нет. Он осторожно открыл дверь и вошел внутрь, осмотрев прихожую. Она была такой знакомой, что Томас просто-напросто не мог успокоиться. Ему будто сдавило горло, а ноги не могли пошевелиться. Он вспомнил Кайла, его маму, их детство. Том ужасно скучал по своему другу.

– Том? – Алекс перебила его раздумья. – Ты в порядке?

Брюнет поспешно вытер слезу и, обернувшись к девушкам, улыбнулся.

– Проходите на кухню.

Он запустил девушек в дом, а сам осмотрелся. Томас только недавно ночевал здесь, но сейчас было такое чувство, что он не бывал тут много лет. Он даже не хотел пускать девчонок на второй этаж в комнату Кайла, решил сам все осмотреть, а только потом их приглашать.

Томас закрыл дверь на защелку и зашел в знакомую кухню, погруженную во мрак. Тереза и Алекс уже сидели за столом и осматривали помещение. Брюнет коротко им улыбнулся и поднялся на второй этаж.

– Мне здесь нравится, – услышал он голос Алекс и улыбнулся.

Наверху было грязно: слои пыли, подтеки краски, что-то размазанное по стенам, слизь на полу – все выглядело так, будто вместо комнаты Кайла решили соорудить самый настоящий свинарник. И запах. Ужасный, тошнотворный, спертый запах гнилья и плесени. Куда ни глянь, все было в плесневых грибах и каких-то причудливых наростах.

Томас прошел вглубь комнаты, ориентируясь в полумраке. Такого одиночества он еще никогда не ощущал. Сразу стало так пусто, так безнадежно, что Томас рухнул на скрипучую кровать Кайла и закрыл лицо руками. Просидев в таком положении несколько минут, привыкнув к темноте, брюнет еще раз осмотрелся. На маленьком письменном столе стоял компьютер, стопка папок и тетрадей, а в углу – небольшого размера фотография. Томас схватил ее и снова сел на кровать. В полумраке он не мог достаточно хорошо рассмотреть фотографию, но понимал, что на ней были изображены Кайл и Томас. Это фото Том подарил своему другу на его день рождения еще в старшей школе.

Послышался слабый скрип половиц, затем кто-то приоткрыл дверь, и Томас увидел через щель Терезу, а за ней – низенькую Алекс.

– Тебя долго не было, – сказала Тереза. – Мы начали волноваться.

Томас чуть помолчал и, наконец, слабо улыбнулся.

– Проходите.

Алекс подскочила к парню и уселась рядом, согнув под себя ногу.

– Что ты делаешь? – спросила его блондинка и взглянула на фото. – Кто это?

– Это я и мой друг Кайл, – он выдохнул.

– Милый паренек.

– Мы в его доме? – тихо спросила Тереза.

Томас кивнул и поставил фотографию на стол.

– Для меня это безопасное место.

Тереза села по другую сторону от брюнета и обняла за плечи.

– Сочувствую, мы все кого-то разом потеряли. Нам нужно во всем разобраться и вернуться в наш мир, если это можно так назвать.

– Придумать бы как, – хмыкнула Алекс. – Мы здесь торчим два дня с хреном, не считая тебя, проныра, а так ничего и не придумали. Сайлент-Хилл недоделанный.

– Алекс, – шикнула на нее Тереза. – Ты лучше не делаешь. Прекращай хандрить и принимать все в штыки. Пока мы вместе в этом адском месте, все будет хорошо.

– Знаешь что? Оставь эти сказки детям! – возразила блондинка. – Мы в жопе, так что смирись с этим.

Алекс резко встала с кровати и, хлопнув дверью, вышла из комнаты.

– Буйная девчушка, – улыбнулась Тереза. – Но не стоит ее винить за это. Я понимаю ее.

Томас взглянул в добрые глаза девушки.

– Ты на удивление спокойна.

– Каждый воспринимает ситуацию по-разному. Алекс, например, бунтует, а ты депрессуешь. Ты всегда такой апатичный?

Томас улыбнулся краем губ.

– К счастью, нет. Я был веселым парнем, пока не попал сюда. Мы не знаем, чего ждать от этого места.

– Ты прав, как и Алекс. Мы в жопе, – она прикусила губу и еле заметно помотала головой, как бы пытаясь смириться с этим положением.

– В полной, – он чмокнул губами и еще раз взглянул на брюнетку. – Хрен поймешь, ночь сейчас или здесь вечный мрак. Который час?

– Недавно было пятнадцать минут двенадцатого, когда мы сидели на кухне.

– Откуда ты знаешь?

– У Алекс есть огромный плюс, – она засмеялась, и Том улыбнулся. – Наручные часы.

– Нам стоит отдохнуть. Завтра выложим все вещи и обустроим наше убежище.

Тереза согласилась и встала с кровати.

– Тогда ты, как я поняла, спишь здесь. Я буду в гостиной, а Алекс – в комнате родителей Кайла.

– Можно, но в первую ночь лучше спать вместе, – Тереза кинула ему вопросительный взгляд. – Мы еще не до конца поняли, что здесь происходит. Да и Алекс снова взбунтуется, ты же ее знаешь.

Девушка снова согласилась и вышла из комнаты за Алекс и вещами.

Алекс сидела за кухонным столом и крутила в руке нож. Тереза замедлила шаг и осторожно села рядом. Осунувшееся личико блондинки и темный макияж выглядели жутко во мраке. Она молчала и была явно обижена на Терезу, которая не могла смириться с тем, что дела у них плохи. Тереза была не из тех, кто паникует из-за мелочей. Она, наоборот, всем давала надежду, даже если казалось, что ее не осталось. И сейчас она хотела дать ее Алекс. Она искренне считала, что девчушка скрывает свою доброту под маской бунтарки, но нельзя было сказать, что она из робкого десятка. Ей просто не хватало веры и поддержки.

– Алекс? – прошептала Тереза. – Как ты?

Блондинка со стуком положила нож и взглянула в круглое личико своей подруге по несчастью.

– В порядке. Полном, – сухо ответила девушка. – Как ты можешь так спокойно к этому относиться? Неужели ты не чувствуешь, как давит это место?

– Чувствую, – по-доброму ответила она. – Алекс, если мы перестанем верить во спасение, мы пропадем. Ты не веришь, я знаю. Так позволь мне верить за нас обоих, – она взяла ее за руку. – Пожалуйста.

– А Томас? Что он думает?

– Он умен. Я вижу, как он старается не опускать руки. Вместе мы выберемся. Я верю, что Томас что-нибудь придумает… мы что-нибудь придумаем.

Алекс вздохнула и теперь уже глядела на собеседницу совершенно по-другому.

– Тесса, что мы будем делать?

– Для начала нам нужно отдохнуть.

Тереза погладила ее по руке и улыбнулась, как мама улыбается своему ребенку, когда тот грустит.

– Ляжем в комнате Кайла. Бери вещи и пойдем наверх.

Алекс взяла свой рюкзак, Тереза – свой. Томас уже был готов ко сну: он расстелил грязную постель девушкам, а сам вытащил вонючий плед и бросил в кресло. Девушки положили свои рюкзаки у входа и забрались в кровать, укрывшись одеялами.

– Вы спите в кровати, а я в кресле, – сказал Том и завернулся в плед.

Алекс ничего не сказала, только приобняла Терезу и крепко заснула.

Сон никак не шел. Тереза лежала в кровати и смотрела в потолок, о чем-то раздумывая. Справа слышалось мирное сопение Алекс, но даже это ее не успокаивало. Она много ворочалась, закрывала глаза, пыталась ни о чем не думать, но сон так и не приходил. Сколько прошло времени, девушка не знала. Тереза приподнялась на локте, осторожно, боясь разбудить Алекс, поправила одеяло и поглядела на кресло, на котором задумчиво, неподвижно сидел Томас. Девушка не могла разглядеть, спит он или нет, поэтому решила его окликнуть.

– Томми?

– Чего не спишь? – послышалось оттуда.

– Что-то не спится. А ты? Тебе удобно в кресле?

Томас чем-то зашуршал.

– Я привык. Много раз в нем спал, – ответил парень.

– Может, все же с нами ляжешь? Кровать большая – поместимся.

Томас немного помолчал. Снова послышалось шуршание, затем скрип, и Тереза увидела еле заметный силуэт приближающегося к ней парня.

– Ложись между нами, – шепнула ему Тереза. – Осторожно, здесь волосы Алекс. Не наступи, – она подавила смешок.

Томас залез на кровать, перешагнул через сладко спящую Алекс и лег рядом с Терезой, попутно убрав длинные волосы блондинки.

– В нашем мире я был бы рад, что лежу в одной кровати с двумя девчонками сразу, – он ухмыльнулся.

– Такой ходок? – улыбнулась Тереза.

– Если бы, – он вздохнул. – Ходок у нас Кайл, а я так, милый паренек с придурковатым характером.

– Это Кайл тебя так называет? Если да, то он тебе явно не друг.

– Нет, я так себя называю, а Кайл уверяет меня в обратном, – он накрыл Терезу одеялом и уставился в потолок.

– Что ты делал до того, как попал в это место?

– Ходил в библиотеку, где работает Кайл. Он отдал мне книгу, чтобы я подарил ее на день рождения маме. Но книга куда-то пропала, да и значения она никакого теперь не имеет. А ты?

Тереза перевернулась на бок, в сторону Томаса.

– Я сидела в кафе, ждала своего парня, но, как видишь, не дождалась.

У нее есть парень, – промелькнуло в голове у Тома. – Везунчик. Томас еще больше проникся к девушке доверием. Он видел в ней надежду в то время, как сам ее почти растерял по кусочкам.

Алекс сопела, и брюнет ей завидовал. Спать в такой ситуации было страшно, но, видимо, не для девчушки. Она эмоционально иссякла за этот день, поэтому полностью заслуживает здоровый сон.

– Попытайся заснуть, – сказала Тереза и перевернулась на другой бок. – Доброй ночи, Томми.

Томас ответил ей тем же и повернулся лицом к Алекс. Задней мыслью он думал, как бы девчонка не испугалась его с утра и не втащила по морде. Он представил это, улыбнулся своей глупости и тут же заснул.

***

Посетителей становилось все меньше. Вскоре библиотека опустела, и Кайл начал собираться домой. Убрав учебники и тетради в рюкзак, он положил книгу по истории на нужный стеллаж, затем не спеша погасил свет в библиотеке, схватил тяжелый рюкзак и закрыл за собой дверь. Кайл взглянул на часы – без двадцати двенадцать. Довольно поздно, и завтра еще на учебу, поэтому парень поспешил домой.

По дороге все еще сновали автомобили, периодически менялись цвета светофоров, люди подходили к автобусной остановке, дожидаясь последнего позднего автобуса. Луна ярко освещала город, повсюду горели огни. Свежий ночной ветерок развевал волосы. Было тепло, от не успевшего остыть асфальта все еще исходил жар дневного солнца.

Выйдя из здания, Кайл обошел автобусную остановку, подходя к светофору. Пока он ждал зеленый сигнал, он шарил взглядом по окрестностям, глядел на людей, как вдруг заметил что-то лежащее рядом с автобусной остановкой. Он подошел ближе и узнал книгу “Кентервильское привидение” Оскара Уайльда. Ничего не понимая, он тут же разозлился. Да, может, Томас не любил все это старье, но просто выбросить дорогущую книгу у дороги – это перебор. Кайл поднял ее, отряхнул и засунул в рюкзак. Его недовольству не было предела. Он позвонил Томасу, но на том конце провода монотонным голосом ему ответил автоответчик.

– Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети…

– Черт, – выругался Кайл. – Ведь же знает, сучонок, что достану его с этим.

Кайл написал ему еще пару сообщений и направился к дому.

Миссис Ли уже давно легла спать, поэтому не слышала, как ее сын пришел домой. Кайл осторожно закрыл за собой дверь и поднялся к себе на второй этаж. Стараясь не разбудить мать скрипучими половицами, он все же добрался до комнаты и тут же остановился. Дверь была настежь открыта, хотя Кайл ее всегда закрывает. Он даже маму приучил к этому, но в этот раз дверь почему-то была открыта. Посчитав, что мама забегалась и забыла ее закрыть, он вошел в комнату и кинул рюкзак в кресло, накрытое коричневым пледом. Кайл снял с себя одежду и плюхнулся на кровать, заложив руки за голову. Он все еще негодовал из-за поступка Томаса.

– Завтра тебе точно влетит, – проговорил Кайл и сел на кровать, раздумывая над тем, стоит ему включать компьютер или нет.

Пока он думал, его взгляд уставился на фотографию, которая теперь стояла в совершенно другом месте. Брюнет подошел к столу, взял фото, разглядывая двух парней, изображенных на глянце. Внезапно раздался звонок телефона. Кайл от неожиданности вздрогнул и вытащил из кармана рюкзака мобильник. Звонила мать Томаса.

– Здравствуйте, миссис Эриксон, – удивленно произнес Кайл.

Она никогда не звонила ему так поздно.

– Привет, Кайл, – ее голос был слегка беспокойным. – Томми с тобой? Извини за беспокойство, но он даже не предупредил, где будет сегодня вечером.

Кайл секунду помолчал.

– Кайл?

– Нет, он не со мной, – неуверенно ответил он.

Теперь пришла очередь молчать миссис Эриксон.

– Тогда где он? – спросила она, явно застигнутая врасплох. – Его телефон не отвечает.

– Да, я недавно ему звонил, он не ответил ни на звонок, ни на сообщения. Думаете, с ним что-то стряслось?

– Не знаю, он ветреный парнишка, вечно исчезает, но чаще всего предупреждает об этом.

– Не волнуйтесь, миссис Эриксон. Если хотите, я буду ему звонить, а как ответит, я скажу вам.

– Спасибо, Кайл, но не стоит, – мягко сказал она. – Тебе завтра в колледж. Мы сами справимся.

Они обменялись еще парочкой фраз, и Кайл отключился. Через десять минут он снова набрал Томасу, но тот не ответил. Оставалось только одно – ждать завтрашнего дня в надежде, что с другом ничего не случилось.

Кайл лег в кровать и, не переставая думать о Томе, заснул.

Глава 4

Тереза открыла глаза. Было такое ощущение, будто она вовсе их не открывала. В комнате по прежнему было темно и грязно. Она повернула голову, но рядом с собой увидела только спящего с открытым ртом Томаса, который так ловко откинул одеяло и теперь лежал на спине по всей ширине кровати. Брюнетка привстала на локте и заметила, что они в кровати одни. Алекс не было. Закрадывающиеся в сонный разум сомнения тут же взбодрили девушку, и она подскочила на месте, перепрыгнула через Тома, чуть ли не споткнувшись о ногу. Тереза заметила, что у двери лежит только один рюкзак. Ее рюкзак.

Неужели ушла? – испугалась брюнетка. Она подскочила к Томасу и начала трясти его за плечи, но тот только сонно мычал.

– Томас! – она трясла его за плечи. – Проснись!

Парень сонно вздохнул и, наконец, открыл глаза, пытаясь отыскать лицо девушки в темноте.

– Что стряслось, Тереза? – сонно спросил он.

– Алекс пропала, – отрывисто ответила девушка. – Ее рюкзака нет.

– Чего? – не понял он, недоверчиво глядя на нее.

– Алекс здесь нет. Я проснулась, а ее нет и рюкзака тоже.

Томас тут же взбодрился. Он вскочил с кровати и, стуча ботинками, побежал вниз по лестнице, девушка побежала за ним.

– Алекс! – звал он блондинку.

На кухне никого не было, кроме валявшегося рядом с плитой рюкзака.

– Боже мой, – ахнула Тереза. – Алекс!

Томас хотел уже рвануть в гостиную, как оттуда послышался чей-то голос.

– Чего разорались?

Из гостиной вышла недовольная Алекс.

– Мы думали, с тобой что-то случилось! – грозно сказала Тереза, пытаясь различить в гнетущей темноте силуэт девушки.

– Ага. Не дождетесь, – хихикнула Алекс и прошла на кухню.

– Ты хотя бы предупредила, что ли, – сказал Томас и сел за стол.

– Да что со мной могло случиться, в конце концов? Я просто решила осмотреть дом – только и всего.

Кухня погрузилась в молчание, которое нарушил вопрос Терезы, вброшенный как будто между делом, чтобы просто заполнить пустоту:

– Который вообще час? – спросила Тереза.

– Почти одиннадцать, – ответила блондинка, взглянув на часы. – Ах да…

Томас вопросительно посмотрел на девчушку, ожидая какой-нибудь выходки или колкости, но та неожиданно посерьезнела.

– М? Алекс? – прищурившись, спросил он.

– Я нашла свечу на подоконнике и спички в коридоре, зажгла свечу, чтобы лучше видно было, и через какое-то время, пока я стояла и возилась с этой восковой хренью, через какое-то время услышала странное стрекотание, потом какой-то едва различимый гул. Стало не по себе, и я решила затушить свечку. Думаю, что не стоит пользоваться источниками света.

– Да брось, – махнула рукой брюнетка. – Тебе показалось. В темноте что только не привидится.

Тереза посмотрела на Томаса, но тот сидел неподвижно и о чем-то думал. Она поняла, что слова Алекс его задели.

– Нет, нет, нет, – быстро проговорил он. – Девчушка права. Я тоже слышал стрекот. Тогда… в библиотеке, но… – он помолчал. – Не зажигал свет, я крикнул, а потом услышал его.

– Допустим, – проговорила Тереза. – Что бы это ни было, зажигать огонь и кричать мы не будем.

Томас не стал задумываться о происхождении странного стрекотания.

Алекс в голову пришла мысль кое-что проверить, она резко встала и подошла к раковине, открывая кран. Ржавая вода тоненькой струйкой побежала вниз.

– О, хоть один плюс, – констатировала она. – Вонючая ржавая вода. Тесса, у нас есть бутылки с водой?

– А то, – ответила брюнетка. – Мы же вчера всю лавочку обанкротили.

Томас в это время убрал все с кухонного стола и положил рюкзаки.

– Надо бы разобрать их, посмотреть, что у нас есть. У Кайла много чего осталось в подсобке.

Алекс подошла к парню и начала выгребать все вещи из своего рюкзака, пока Тереза набирала в таз ржавую воду.

Томас даже не думал, что Алекс будет помогать ему разбирать вещи. С ней он чувствовал себя гораздо старше, будто ему не двадцать, а целых сорок. Видимо, так же себя чувствовала и Тереза.

– Ты называешь ее Тессой? – спросил он, выгребая из своего рюкзака вещи.

– Только я могу ее так называть, – ответила блондинка и откинула свой рюкзак. – Чувак, тебе с ней не светит.

Томас это знал и был не против. Тереза стала ему другом, как и Алекс, хотя он знал, что девчушка его недолюбливает.

– Что у тебя? – спросил он.

– Еда… так, еще еда, – она показала ему замороженные пельмени. – О, смотри, еще еда!

Томас досадно чмокнул губами.

– Тебе не надоедает вредничать?

– Когда ты рядом, нет, – она коротко улыбнулась и уложила еду в отдельную коробку, которую принесла Тереза.

– За что ты так меня ненавидишь? Ты же меня даже не знаешь, – возмутился Том.

Алекс остановилась и подошла вплотную к парню. Она была такой низкой, что Том ощутил неловкость ситуации. Он ожидал, что она осыплет его гадостями, проклятиями, может даже набросится, но она стояла и смотрела ему в глаза. В темноте было не различить, но он это знал, чувствовал.

– Ты прав, – сказала она, и Томас опешил.

– Чего сказала?

– Я говорю, ты прав, балда.

Алекс села на стул, а Томас – напротив.

– Ничего не понял из того, что ты сейчас сказала.

Алекс шумно вздохнула. Брюнет внимательно следил за ней и задней мыслью ожидал подвоха, но его не было. Сказывалась его недоверчивость. Будучи веселым и забавным парнишкой с милой мордашкой, он был крайне недоверчив.

– Говори, – он опустился до шепота. – Я готов тебя выслушать.

– Я не говорила это Тессе, но скажу тебе. Она очень классная девушка, такая добрая, нежная, что, бывает, бесит. И ты такой же. Веселый, красивый парень и очень умный. А я? Хамка с Комптона? Да уж… – она улыбнулась. – Извини, что вечно издеваюсь над тобой, ты этого не заслуживаешь, как и все мы.

Томас внимательно ее слушал. Эти откровения поменяли его мнение насчет нее. Теперь он был уверен, что она просто-напросто жертва ситуации, в той настоящей жизни она совершенно другая.

– Я тоже долго грустил с того момента, как попал сюда. Хотя я не такой, отнюдь не такой, – он приятно засмеялся.

Его смех понравился Алекс, и она улыбнулась ему.

– И зачем отец отправил меня в Карсон? Провели бы все дни вместе. Только вчера мне было семнадцать…

Алекс задумалась, и Томас все понял. Сегодня ее день рождения, а она здесь. Не с родителями, а с какими-то незнакомыми студентами.

– Погоди, – он неловко провел языком по губе. – У тебя день рождения? Сегодня?

– Да, но теперь это не имеет значения, – грустно ответила она.

– Эй, мелочь, как это не имеет значения? А ну-ка подожди здесь, – Томас ей подмигнул.

Брюнет убежал в гостиную, оставив Алекс в темной грязной кухне наедине с его вещами.

В гостиной хозяйничала Тереза. Она нашла ненужные коробки и теперь раскладывала вещи первой необходимости.

– Что это ты делаешь? – с ноткой издёвки спросил Том.

– Раскладываю свои вещи. Похоже, что мои вещи бесполезны, – она хлопнула себя по коленям и уселась на заплесневелый диван.

В темноте она не могла различить лица брюнета, но всем телом чувствовала, что он навеселе.

– Ты чего такой веселый? – смутилась она.

– У нас есть повод, – он широко улыбнулся и провел ладонью по своим взъерошенным волосам. – Наша мелочь больше не мелочь.

Тереза нахмурилась и отрицательно замотала головой, не понимая его слов. Томас подсел к ней и тихо на ухо прошептал.

– Да ладно?! – воскликнула она, и Томас тут же поднес палец к губам. – Бедняжка.

– Вот чтобы она не была бедняжкой, давай устроим ей семейный праздник.

Даже в темноте Тереза увидела, как загорелись его глаза.

– На столе лежат мои вещи: изоленты, отвертки, веревки. Ты пока разложи все это по коробкам, а я забегу в ближайший магазин и возьму всякой всячины.

Брюнетка смотрела на него с явным недоверием.

– Да не бойся ты, я быстро.

– Ладно, только будь осторожен и нож захвати.

Томас ей подмигнул и побежал к выходу, по пути схватив нож и рюкзак.

Девушка, наконец, закончила раскладывать свои вещи, поэтому принялась разбирать рюкзак Томаса, который валялся на кухонном столе.

– Вкуса у него явно нет, – сказала Алекс, взяв двумя пальцами его когда-то зеленую толстовку. – Этот парень со смекалкой, взял все самое нужное. И куда он ушлепал?

Брюнетка зашла на кухню и, споткнувшись о порог, чуть ли не полетела в стол, однако успела удержаться за косяк двери.

– Скоро вернется, – Тереза начала рассматривать вещи и бережно укладывать в коробку. – Пока выкладывай еду на обед и ужин. Заморозка долго не протянет, пора готовить.

Девушка тщательно уложила вещи Тома в коробку. Последнее, что осталось положить, – фотография его семьи. Во мраке нельзя было точно разглядеть, но что-то она все же смогла увидеть. Незаметно к ней сзади подкралась Алекс и посмотрела через плечо, опершись подбородком. Тереза от неожиданности вздрогнула.

– Милые, – только и проговорила Алекс. – Скучает по ним, бедолага.

Брюнетка не стала отвечать. Она аккуратно положила фотографию в коробку, ближе к краю, чтобы в экстренном случае или споткнувшись в темноте ее не разбили.

Спустя полчаса в комнату вошел радостный Томас. Он держал в руках картонный пакет и придурковато улыбался.

– Чего это он? – подавила смешок Алекс, наблюдая за действиями парня.

Брюнет поставил пакет на стол, выложил бутылку вина, свечи, просроченный торт, парочку на удивление свежих десертов и кое-что еще, что он ловко спрятал за спину.

– Алекс, подойди сюда, – сказал он весело.

В один миг девушка ощутила такое знакомое чувство, такую нежность, что не могла не улыбаться. Она сразу стала маленьким ребенком, который ждет долгожданного подарка на день рождения. Да, в этот день она не с родителями, но зато она с теми, кто действительно старается сделать для нее все. Алекс подошла к Томасу, и парень, крепко обняв девчушку, вручил ей маленького милого плюшевого медвежонка. Вроде такая незначительная мелочь, всего лишь игрушка, но Алекс прижала ее к груди так, будто это была самая дорогая вещь на планете. Она без слов еще раз обняла парня, затем Терезу, которая все это время умиротворенно улыбалась со слезами на глазах.

– Что ты понабрал? – спросила Тереза, пытаясь прочесть в темноте этикетку от вина.

– Зато бесплатно, – улыбнулся он и сел за стол.

Алекс порылась в коробках.

– Из еды есть пельмени и курица. Что приготовим?

– Пельмени, – ответила Тереза. – Они варятся быстро, а долго пользоваться огнем нельзя.

Томас кивнул и полез на верхнюю полку за бокалами. Во мраке он пошарил ладонью по полке и нечаянно смахнул стакан, который тут же разбился вдребезги. Кое-как он схватил три бокала и поставил на стол.

– Налью-ка я винца, – сказал он и пошарил в ящиках в поисках штопора.

– Ну, попробуй, – усмехнулась Алекс. – В темноте не так-то просто это сделать.

– Тащи спички и посвети немного, – сказал брюнет, и Алекс тут же чиркнула спичкой.

Слабый огонек осветил их лица. Томас секунду поглядел на девчонок и только сейчас осознал, что они выглядят чуть по-другому. В вечном мраке разглядеть их было сложно, а свет от аварийных ламп, наоборот, все исказил, придавая их лицам лишний красный оттенок. Сейчас они выглядели более правдоподобно. По выражению их лиц можно было догадаться, что они думают о том же.

– Чувствую себя кротом, – усмехнулся он и наполнил вином бокалы.

– Смотри не промахнись, – издевалась Алекс, но уже как-то по-другому.

Тереза достала с полок тарелки, взяла спички, пару дров и пачку пельменей. Через минуту из гостиной полился мерцающий оранжевый свет. Пока Алекс возилась с пакетами, Томас прошел в гостиную. Там, перед постепенно угасающим огнем, стояла Тереза. Ее худенькое тело освещалось слабым оранжевым светом, отбрасывая небольшую тень. Она стояла, скрестив руки на груди, и о чем-то думала.

– Ты в порядке? – спросил Томас, подходя к девушке.

Она молча кивнула и взглянула в обеспокоенное лицо брюнета. Огонь постепенно начал угасать, комната снова погружалась во мрак, черные угольки начали искриться, и Тереза, наконец, сдвинулась с места. Она осторожно ухватила кастрюльку двумя полотенцами и понесла на кухню. Алекс тем временем занималась просроченным тортом.

– А посвежее не было, Томми? – крикнула она ему с кухни.

Блондинка воткнула туда свечки, которые принес им парень и, посветив себе спичкой, зажгла их.

– Торт и не нужен, – улыбнулся парень. – Свечи задуешь, загадаешь желание, а поешь пельмени.

Ребята уселись за стол и, пока была возможность пользоваться светом, исходящим от свечей, принялись обедать.

– В конце задуешь, – сказала Тереза. – Хотя бы немного со светом посидеть. Только сейчас смогла вас получше разглядеть.

– Завтра начнем разбирать дом, а вечером я схожу за продуктами. Пока есть что-то свежее, нужно брать, – сказал Томас.

– Ты один не пойдешь, – отрезала Алекс. – Сдурел, что ли?

– Она права, – Тереза вытерла губы салфеткой. – Ты сам сказал, что мы не знаем, чего ждать от этого места. Пока все подозрительно спокойно.

Томас отпил немного вина.

– Если ты боишься за убежище, – продолжила она. – Я могу остаться, а Алекс пойдет с тобой.

– Вот уж нетушки, – возмутился брюнет. – Одну я тебя не оставлю.

Тереза кивнула и отпила вино. Ребята еще какое-то время сидели молча, наслаждаясь уютной обстановкой, ярким светом, тишиной, только изредка прерываемой звоном бокалов и тихим смехом.

Свечи почти догорели. Еще немного – и Алекс их задует. Задует их последний источник света. Вдруг послышался странный звук. Он был таким тихим, что сливался с тишиной. Был ли он до этого, они не знали. Звук был похож на легкое стрекотание, которое со временем становилось громче. Ребята не придали этому особого значения, пока не уловили еще один звук. Это был не стрекот, а слабый гул, переходящий в вой. Ребята замерли и прислушались, пытаясь найти источник звука, но он исходил отовсюду, будто что-то выло не в помещении, а в голове. С каждой минутой вой становился громче, как и стрекот. Затем Томас уловил еле-еле заметные нотки далекого рева.

– Что это? – испугалась Тереза.

Томас пошарил глазами по кухне, пока это еще можно было сделать при свете, забежал в комнату, но там было пусто. Странные звуки перерывами становились то монотонными, то скачкообразными.

– Откуда этот звук? Томас! – испуганно говорила Алекс.

Томас не знал, кто или что издавало этот звук, но знал, что причина в огне. Он поглядел на обезумевшие лица девчонок, затем на свечи.

– Задувай, – строго сказал он. – Живо!

Алекс кое-как задула все свечи. Кухня тут же погрузилась в кромешную тьму. Ребята прислушались – гул ослабевал, остался только стрекот, который вскоре также исчез.

– Что это за херня, мать вашу?! – выругался он впервые за все это время.

Девчонки молчали. Они стояли как статуи и все еще прислушивались, но звуков больше не было. Повисла звенящая тишина.

– Что-то очень не любит свет, – прошептала Алекс.

– И крики, – добавила брюнетка.

Она обратилась к Томасу, который с застывшим от страха лицом глядел на нее. Тереза чувствовала исходящий от ребят страх.

– Не кричите, – прошептала брюнетка.

Томас решил проверить это. Он узнал, что что-то здесь нетерпимо к свету, но к крику? До всего этого теория, что после крика будет стрекот, была всего лишь гипотезой. Томас хотел ее проверить, чтобы точно не было сомнений.

– Почему?! – крикнул он, и девушки вздрогнули.

– Тсс… – шикнула на него Алекс. – Ты что творишь?

– Эй! Здесь есть кто-нибудь? А?! – кричал он. – Сволочи!

Томас ходил по кухне и что-то несвязное выкрикивал в пустоту. Боясь, что парень навлечет на них беду, Алекс подскочила к нему сзади и закрыла рот рукой.

– Угомонись! – шикнула она, зажимая ему рот.

Томас протестующе промычал и вырвался из хватки.

– Это ты успокойся, – тихо проговорил он, уставившись на светловолосую девчонку в темноте. – И слушай.

Томас прислушался и уловил слабый стрекот. Он не становился громче, как в прошлый раз, но явно возник тогда, когда Томас начал громко кричать. Он закрыл глаза и попытался сосредоточиться на звуке, как вдруг осознал, что он перемещается. Слабо, но перемещается. Томас еще раз сосредоточился и вновь уловил это слабое перемещение. Он еще секунду послушал, а потом звук бесследно пропал.

– Он перемещается, – заключил брюнет, обращаясь к девушкам. – Его кто-то издает.

– Легче не стало, – сухо сказала Тереза. – Что это?

– Я не знаю, – парень немного помолчал. – Но понял только то, что звук появляется в двух случаях. Первый, когда мы зажигаем свет, а второй, когда кричим.

От этого заключения стало жутко. Все спокойствие разом пропало, хотя и до этого его не было, но сейчас и подавно. В темноте что-то таилось, и это что-то ненавидит громкие звуки и свет.

– Да где это мы?! – возмутилась Алекс.

Томас нервно провел рукой по и так взлохмаченным волосам.

– В адовом месте, – сказал он, будто плюнул. – Из дома лучше не выходить, только по необходимости. Это всем ясно? – строго спросил брюнет, и девчонки кивнули.

– Хоть бы инструкцию дали, как пользоваться адом, – проворчала Алекс и закатила глаза.

– Мы и есть инструкция, – задумчиво пробормотал Том и сел на стул.

– Что? В каком это смысле? – не поняла Тереза.

– Мы инструкция, – начал брюнет. – Только недоделанная.

– Поясни, – влезла в разговор Алекс. – Хочешь сказать, что… А что ты хочешь сказать?

Томас чуть помолчал и продолжил.

– Если никто нам ее не дал, значит, мы ее дадим. Мы соберем всю информацию об этом месте, какую сможем, – он потер подбородок. – Мы станем ходячей инструкцией, пока не выберемся отсюда.

– Инструкцией для кого? – спросила Тереза.

– Для других людей, – он посмотрел ей в глаза.

– Думаешь, кто-то еще остался? – спросила блондинка.

Томас повернул голову в ее сторону.

– Именно, – он помолчал. – Я в это верю. Вы же как-то здесь оказались, значит, неподалеку могут скрываться другие люди.

– Томми, это полный бред, – Алекс сделала театральную паузу. – Но выбираться отсюда надо, а для этого нам необходима информация.

Глава 5

Весь следующий день ребята посвятили блужданию по дому в поисках необходимых для выживания вещей. Информации никакой не было, только грязь, запах тухлятины и полный мрак. Как выбираться, они не знали, как и не знали, кто издавал те жуткие звуки. Неизвестность их пугала больше, чем нечто в темноте. Ребята привыкли, что дом Кайла стал для них убежищем, но они также понимали, что долго оставаться здесь не смогут. Если они хотят узнать об этом аде больше, то нужно выдвигаться и искать хоть какие-то зацепки. И верить. Верить в то, что они все же выберутся из этой помойки, облепленной со всех сторон черными пакетами.

Тереза все утро провела в комнате матери Кайла. Она рылась в ящиках, перебрала весь шкаф, покрытый снаружи неизвестной скользкой субстанцией. У миссис Ли был полный гардероб удобных повседневных вещей. Белая рубашка и джинсы, в которых ходила Тереза, стали грязными, поэтому она решила переодеться во что-нибудь более свободное. Она взяла голубую спортивную кофту и черную майку, которая оказалась ей по размеру. Джинсы она решила оставить. Когда с комнатой миссис Ли было покончено, Тереза спустилась на первый этаж к Алекс, которая разбирала гостиную.

– Клёвый прикид, – сказала Алекс, повернувшись к подруге.

– Не нравится мне все это. Я даже не знаю этого Кайла, не знаю его мать, а беру вещи, будто… – она потерла переносицу. – У тебя что?

– Пока по нулям, – отмахнулась блондинка. – Кроме настольных игр а-ля Монополия для нищих и старых дисков с музыкой, больше ничего нет. На кухне нашла пару зажигалок и еще несколько коробков спичек.

Тереза одобрительно кивнула.

– Думаю, паренек найдет больше полезного, – закончила Алекс.

– А где он?

– В гараже, – блондинка показала на дверь в конце коридора.

Тем временем Томас рылся в гараже в полной темноте, нащупывая руками инструменты, которые, к сожалению, валялись как попало. Он пару раз даже натыкался на ручную пилу и спотыкался о машину, по нескольку раз ударялся головой о низкие стеллажи и уже успел возненавидеть это место и все, что было с ним связано.

Заскрипела входная дверь.

– Не споткнись! – громко предупредил Томас. – Здесь высокий порог, а рядом ручная пила.

– Спасибо, – сказала девушка, и Томас узнал голос Терезы.

В кромешной тьме она прошмыгнула к нему, шаря ладонями по стене, стараясь удержать равновесие.

– Будь осторожна, – сказал он совсем рядом. – Здесь маленький проход. В пяти дюймах справа от тебя стоит машина. А там, где стою я, низкие стеллажи. Побереги голову.

– Откуда ты это знаешь? – удивилась девушка, пытаясь найти брюнета. – Здесь еще темнее, чем в гостиной.

Томас по звуку определил местоположение девушки и прошел к ней.

– Тебе кажется, – ответил он рядом с ее ухом. – Повсюду темнота. Что там, что здесь – разницы никакой.

– У меня с собой спички, – сказала она. – Последний коробок. Все остальные Алекс бросила в коробку. Ты нашел что-нибудь?

– А то, – усмехнулся он. Тереза не видела его ухмылки, но чувствовала, как он улыбается. – Парочка фонарей и… мачете.

– Мачете? – переспросила она, пытаясь высмотреть в темноте рядом стоящего парня.

– Это Кайла, – печально вздохнул брюнет. – От отца осталась.

Томас чем-то зашуршал, заскрипел, и через секунду гараж осветился белым светом от фонаря. Тереза, наконец, увидела, что все это время стояла с Томасом плечом к плечу. И действительно, справа от нее стоял черный автомобиль. Парень уловил ее взгляд и сразу понял ее мысли.

– Ключей нет, – сообщил он.

Парень выключил фонарь, и чернота снова поглотила гараж.

– Оставил бы.

– Слишком ярко. Не стоит рисковать, – Том снова чем-то зашуршал. – Пора уходить.

Тереза сделала шаг вперед, придерживаясь за стеллажи и верстак. Забыв про высокий порог, она споткнулась, но Томас успел схватить ее за руку и придержать.

– Темно как в жопе, – выругалась брюнетка и перешагнула через порог. Томас только хихикнул, поддерживая ее за руку.

Алекс уже ждала их в гостиной. Окруженная коробками, она, как царь, сидела на диване в позе лотоса.

– Что надыбали?

– Фонари и мачете, – сказал Томас.

– Круть, – восхищенно проговорила Алекс.

Тереза подошла к коробкам и взглянула на содержимое.

– И правда, Алекс, – улыбнулся Том. – Теперь у нас есть мачете.

Томас восхищенно провел пальцем по острому лезвию.

– Я про фонари, дурень, – с ноткой пафоса сказала Алекс. – От твоей зубочистки толку никакого.

– Ничего ты не понимаешь, – обиженно ответил ей брюнет и положил “зубочистку” в коробку.

– Все, что нашли, – заключила Тереза. – Который час?

Алекс поднесла к лицу наручные часы, чтобы лучше разглядеть циферблат.

– Половина шестого.

– Отлично, тогда собираемся.

Девушки взяли пустые рюкзаки, а Томас все же решил положить в свою сумку фонари, складной нож и фотографию. Он бы взял все вещи, только девчонки не поняли бы его поступок. Что-то во всем этом его настораживало, противное предчувствие беспокоило, поэтому он взял то, считал необходимым. Нож и фонари – вещи необходимые, но, лишись он фотографии, Томас потерял бы часть себя, часть своей реальности. Поэтому он не мог ее оставить здесь, потому что знал, что за ней он больше никогда не вернется.

Ребята тихо вышли из домашней темноты в чуждый, дикий мрак, окутавший улицы города. Вокруг все оставалось таким же неподвижным, пустым, грязным и погруженным в тишину. Выйдя из “кармана”, ребята направились по главной дороге с рюкзаками наперевес. Вооруженные ножами, они шли по пыльному асфальту в сторону ближайшего торгового центра, который, в отличие от МегаШопа, стоял позади городского банка. Этот райончик Карсона был заставлен высокими зданиями в десять этажей. Там никто не жил, только работали сотрудники компаний. Этот район можно было назвать корпоративным островом посреди низеньких домиков. В ту сторону ребята и направлялись.

Торговый центр выглядел, как заброшенный химический завод: серый, обшарпанный, покрытый мхом, водорослями и плесенью. Открытые двери здания стояли враскоряку, повсюду валялись осколки, что-то противно хрустело под ногами. Ребята зашли внутрь. Не церемонясь, они прошли в продуктовый отдел и разбрелись кто куда. Томас пошел в сторону стеллажей с консервами, Тереза побрела в кондитерский отдел, а Алекс – к морозильникам. Они работали молча и быстро.

Прошло около пятнадцати минут поисков более-менее свежих продуктов, как вдруг Тереза уловила слабый стрекот. Она обернулась и обвела взглядом все помещение, но кроме роящихся в мешках ребят, никого не увидела. Звук не прекращался, только становился громче. Он шел, будто отовсюду. Засунув в рюкзак пару сухих булочек, она побежала к Алекс, которая тем временем лихорадочно набивала сумку заморозкой.

– Ты слышишь? – спросила Тереза шепотом.

Алекс остановилась и прислушалась. Звук стал намного громче.

– Вы зажгли свет?

– В том-то и дело, что мы ничего не делали, – она помолчала. – По крайней мере я.

Девушки посмотрели в сторону Томаса, который уже бежал им навстречу. Звук сменился воем, смешанным с гулом.

– Томас, что происходит? – спросили девушки в унисон.

Парень даже опешил. Вокруг что-то происходило. Звук все приближался, но ребята не могли даже пошевелиться.

– Так, – рассуждал брюнет. – Нам пора сматываться.

Как только он это произнес, звук мгновенно прекратился, будто его и вовсе не было. Томас поднес палец к губам и указал на выход, надеясь, что девушки без слов поймут, что нужно делать. Брюнет повесил рюкзак на плечо, собрался уже двигаться в сторону выхода, как услышал шлепок. Что-то шмякнулось со стеллажа.

– Это вы? – спросил он девушек.

– Мы думали, это ты, – зашептала Алекс.

В помещении было так темно, что красное освещение аварийных ламп особо не помогало.

– Ничего не трогайте, – командовал парень. – Двигайтесь к выходу.

Послышался еще один шлепок. Томас подумал, снова что-то упало со стеллажа. За ним последовало еще несколько шлепков, и тут брюнета осенило: все это время со стеллажей ничего не падало, это были шаги. Кто-то был с ними рядом. Ничего не говоря девушкам, парень сделал несколько шагов назад, прислушиваясь к далеким звукам.

– Я ничего не вижу, – шепнула Алекс.

Ребята пятились назад, пока не наткнулись на тележку, которая со скрипом отъехала в сторону. Томас неслышно выругался и прислушался к звукам, которые теперь доносились откуда-то спереди, там, где выход. Тереза задержала дыхание и, взяв за руку Алекс, осмотрелась, но в темноте ничего не могла разобрать. Шлепки медленно приближались в их сторону. Ребята стояли, точно мишени, посреди открытого пространства. По звуку ориентироваться было довольно тяжело, поэтому Томас решил рискнуть. Он осторожно достал из рюкзака фонарь.

– Ты что делаешь? – возмутилась Тереза.

Брюнет ее не слушал. Звуки были где-то рядом, они эхом отдавались в пустом помещении.

– Оно спереди, – пискнула Алекс и пальцем показала в ту сторону.

Да, по звукам нечто было именно спереди, но далеко от них. Томас включил фонарь, но прежде закрыл его ладонью, а затем направил на дальнюю дверь. Ребята стояли маленькой кучкой, а у двери, где был выход, что-то копошилось. Алекс истошно закричала. Нечто, что сидело у двери, резко встало и повернуло голову в сторону ребят. Это было что-то двуногое, коричнево-серого цвета, похожее на рептилию. Сзади торчали шипы и что-то наподобие хвоста. Его движения были резкими и быстрыми. Оно сразу же отреагировало на свет и уже направлялось в сторону ребят.

– Твою мать! – Томас подскочил с места, чуть ли не уронив фонарь. – Врассыпную!

Ребята разбрелись по сторонам, дезориентируя монстра. Алекс села за стеллажами и через щель наблюдала за происходящим. Томас скрылся за отделом моющих средств. А Тереза юркнула за холодильник с мороженым и притаилась. Противные шлепки остановились рядом с кассой, у холодильников. Нечто приближалось, и Тереза это ощущала. Она зажала рот рукой и попыталась не дышать. Шаги приближались и, наконец, остановились рядом с холодильником, где сидела девушка. Справа от нее раздался гортанный рык, и Тереза, не выдержав, вскочила с места и побежала вглубь стеллажей. Монстр оказался неимоверно быстрым, к тому же он прекрасно ориентировался в темноте. Тереза слышала и ощущала всем телом, как звонкие шлепки догоняли ее. Она свернула за стеллаж с алкогольными напитками, но по пути нечаянно смахнула пару бутылок. Те вдребезги разбились, и она тут же услышала, как монстр погнался за ней по этому пути. Адреналин бушевал в жилах, Тереза не разбирала дороги, бежала куда глаза глядят, пытаясь запутать монстра. Она петляла между кассами, стеллажами и холодильниками, но нечто все равно догоняло ее. Обессилев, девушка выбежала на середину и прислушалась: монстр был справа и теперь крался к ней. Еще немного – и он накинется на нее, но в этот момент чья-то рука крепко схватила ее за талию, другая зажала рот. Кто-то со всей силы прижимал девушку к себе. Она начала вырываться, кусаться, но вдруг услышала знакомый голос.

– Тереза, угомонись!

Брюнетка узнала голос Томаса. Он все еще прижимал ее к себе и вслушивался в шаги. Тереза ощущала, как сильно бьется его сердце и как нервно поднимается его грудь. Она чувствовала его напряжение. Понимая, что она теперь не одна, слезы градом полились по щекам, падая на запястье парня. Она всеми силами старалась не всхлипывать, но это давалось очень тяжело. Шлепки возобновились и теперь были где-то рядом, точно за стеллажом. Томас зажал девушке рот. Вдруг он заметил мимолетное движение слева от себя. Он рефлекторно повернулся в ту сторону, уже был готов вместе с Терезой бежать в другую сторону, как увидел Алекс. Она поднесла палец к губам и указала на монстра, который блуждал в это время у касс.

– Что будем делать? – одними губами проговорила Алекс.

– Бежать, – ответил брюнет и показал на выход.

Выход был совсем рядом. Ждать, пока монстр перейдет в другое место, смысла не было. Это могло бы стать ошибкой. Томас показал Алекс поочередно три пальца и рванул с места, схватив за руку Терезу. Алекс побежала за ними. Резкий звук спровоцировал монстра. Он прыжками, с диким рыком направился к дальним кассам, откуда выбежали ребята.

– Бегите!

Томас пропустил Терезу и Алекс вперед, а сам с силой закрыл турникет-калитку, чтобы на секунду остановить монстра. Ребята выбежали из магазина и направились в сторону дома. За пять минут они добежали до знакомого “кармана”, забежали в дом и плотно закрыли дверь.

– Оторвались, – Алекс не могла отдышаться. – Что это было, мне кто-нибудь скажет?

– Нам бы кто сказал, – Томас переводил дыхание.

Ребята все еще стояли у двери и прислушивались к звукам.

– Слушайте, – сказала Тереза и сконцентрировалась на тишине.

Откуда-то все еще исходил слабый стрекот, только иногда он сменялся на рев. Снаружи явно что-то происходило.

Вдруг сзади скрипнула половица. Ребята прислушались, но в темноте никого не увидели.

– Похоже, кто-то вышел на охоту, – сказал басистый мужской голос в темноте.

Ребята резко обернулись и выставили перед собой ножи, пытаясь найти источник звука. Алекс прищурилась, чтобы различить, кто стоит перед ними, но увидела лишь смазанный силуэт мужчины.

– А это что еще за перец?

Глава 6

Мужчина выставил перед собой обе руки, как бы уверяя ребят, что он не причинит никакого вреда.

– Бен Флетчер, – ответил он и сделал шаг вперед.

– Ты что здесь забыл? – с презрением спросил Томас.

Бен сел за стол, Томас сел напротив. В темноте он плохо видел мужчину, как и он ребят, поэтому парень решил зажечь спичку. Он чиркнул спичкой, и его лицо озарилось оранжевым светом. Вот тогда он и увидел, как выглядел мужчина: брюнет, как и Томас, тощий, в замызганной футболке и потертых штанах. На вид ему было около тридцати, но осунувшееся лицо и черные очки делали его старше.

Бен же, пока горела спичка, успел рассмотреть сидящего впереди него молодого брюнета, совсем еще студента. Он с серьезным лицом и презирающим взглядом глядел на Бена. Лицо было слегка грязноватым, черные густые брови были нахмурены, а темно-карие глаза блестели в оранжевом свете. Бен заметил, как он был напряжен. Он сразу понял, что здесь именно парнишка был главарем. Позади него стояли, скрестив руки на груди, девушки. Одна была брюнеткой, а другая – блондинкой с черным макияжем, который уже давно размазался по худому лицу. Они все еще не выпускали из рук ножи и внимательно следили за движениями Бена.

– Искал убежище, – сухо ответил Бен. – Я живу неподалеку, на окраине Карсона.

– Сколько ты уже здесь? – спросила Тереза.

– И как ты сюда попал? – добавила Алекс.

– Девчонки, притормозите, – он хитро улыбнулся. – Так много вопросов.

– Говори, – потребовал Томас.

Бен еще секунду помолчал, оглядывая в темноте ребят, а затем продолжил.

– Я здесь всего-то два дня. Что-то напало на меня в моем доме, – он потер грязный лоб. – В темноте было не разобрать, но драпанул я знатно, – он хихикнул. – Только и успел схватить рюкзак с вещами. Дом я не выбирал, побежал как можно дальше.

Томас все еще с презрением глядел на новичка.

– Но я же не знал, что здесь живете вы, – Бен развел руками.

Тереза села рядом с Беном, а Алекс подошла сзади к парню.

– В любом случае, – начала Тереза. – Нас теперь четверо. А это означает…

– Означает, что могут быть еще люди, – закончил за нее Томас. – Ты знаешь, что здесь происходит? Кто эти твари?

Бен задумался.

– Как я понял, это они издают звук.

– Мы тоже это поняли, кэп, – с издевкой сказала Алекс.

Бен посмотрел на парня, который был уже не таким напряженным, а затем на светловолосую девушку, которая нависла над Томасом.

– Чего вы от меня хотите?! – вдруг взбесился Бен. – Я такой же новичок, как и вы. Я ни хрена не знаю про это место и про этих ублюдков. Черт возьми, я даже вас не знаю!

Бен повысил тон, и Тереза, схватив его за руку, поднесла палец к губам.

– Не кричи. Они не любят громкие звуки и свет, – предупредила она. – Меня зовут Тереза, а это, – она показала на брюнета и блондинку. – Томас и Алекс.

Бен кивнул и сказал уже тише:

– Значит, вы тоже не в курсе, что здесь творится, – выдохнул он. – В гостиной лежит мой рюкзак. Там остались кое-какие вещи.

Тереза кивнула Алекс, чтобы та принесла рюкзак. Блондинка повиновалась и принесла черную походную сумку, в которой что-то постоянно брякало. Сумка оказалась довольно тяжелой. Девушка положила ее на стул и начала разбирать.

– Что ты туда напихал? – возмущалась блондинка, вынимая оттуда бутылки.

– Пиво? – удивился Томас. – Ты серьезно?

Бен засмеялся.

– Зато свежее. Еды нет, вся покрыта плесенью.

Алекс достала пять бутылок пива и положила их в тумбочку. Одежду Бена она сложила в отдельную коробку, которую Тереза нашла в гараже. Кроме пива и одежды, в рюкзаке лежали фонари и какие-то запчасти с батарейками. В отдельном кармашке лежал его телефон, а во внутреннем хранился нетбук. Алекс переложила технику в коробки и принялась за запчасти и детальки.

– Что это за мусор? – спросил Томас, пытаясь разглядеть в темноте пластинки с диодами.

– Я программист, а это системные платы для нетбука.

– Не хочу тебя расстраивать, но здесь нет сигнала, что уж там говорить про интернет, – сказал Том.

Тереза положила детали в коробку Бена.

Часы уже показывали половину одиннадцатого. Только сейчас они поняли, что стрекот все это время никуда не пропадал. Воя не было, слышался только далекий рев. Томас примерно определил, что звуки исходят из центра города. Возможно, что на окраинах они особо не водятся, а, может, просто еще не дошли. Он чувствовал, что скоро эти твари придут и сюда, это лишь вопрос времени. Иногда стрекот приближался, порой был так близко, что ребята разговаривали только шепотом. Снаружи явно что-то происходило, там было крайне опасно. Девчонкам было страшно, Томас хоть и держался, но понимал, что нервничает не меньше них. Перед глазами все еще стоял тот дикий, жуткий образ того двуногого существа противно коричнево-серого цвета, издающего странные вопли и рычания. Там, в магазине, Томас не на шутку испугался. Существо было настолько быстрым, что в один миг бы добралось до них. Парень не помнил себя, не помнил, как схватил Терезу и утащил за собой за стеллаж, не помнил, как пытался зажать ей рот рукой, чтобы та не всхлипывала. Все было, как в тумане, он действовал по интуиции, по инстинктам самосохранения. Возможно, именно благодаря ему Тереза не попалась в лапы этого монстра.

Девчонки поднялись на второй этаж и легли в комнате Кайла. В эту ночь они решили снова спать вместе. За окном происходило что-то страшное, и девушки просто-напросто не хотели разбредаться по комнатам. Томас решил спать в кресле, а Бен поплелся в соседнюю комнату, потому что, как он сказал, хотел побыть один.

Тереза и Алекс уже давно уснули, а вот к Томасу сон никак не приходил. Он ворочался в кресле, но так и не смог заснуть. За окном все еще слышались шуршание и стрекот, а из головы никак не выходил тот ужасный образ, освещенный ярким светом фонаря, испуганные лица девушек и крик Алекс. Куда мы попали? – спрашивал брюнет, обращаясь к темноте. Наконец, он решил немного пройтись. Он еще раз поглядел на девушек и вышел из комнаты. Придерживаясь за перила, он осторожно спустился по ступеням и прошел на кухню. В кромешной тьме он различил смазанный силуэт мужчины. Бен пил пиво. Томас сел напротив, и мужчина протянул ему вторую бутылку.

– Мне все равно, что тебе не двадцать один, – тихо сказал Бен. – Слышишь? Снаружи какая-то возня.

Томас открыл бутылку и отпил немного пива.

– Ты оказался храбрецом, Том, – Бен хмыкнул. – Девушки тебя слушаются, не впадают в панику, не истерят.

Томас хохотнул.

– Все не так, – он отпил пиво. – Ирония в том, что именно Тереза помогает справиться с нашими эмоциями и с этой ситуацией в целом. А я так… просто физическая сила.

– Даже если и так, вы команда.

Томас поставил бутылку на стол.

– Знаешь, Бен, – начал брюнет. – Мы не знаем друг друга так хорошо, как ты думаешь. Мы здесь от силы три-четыре дня. На нас столько навалилось, что времени узнать друг друга почти не было.

– Почему ты выбрал этот дом? – Бен перевел тему.

Услышав вопрос, брюнет вдруг сразу вспомнил Кайла, по которому скучал все эти дни. Он не знал, жив он или нет, ничего не знал о родителях, и от этого ему становилось тошно. Апатия, как вакуум, забирала его в свои вязкие объятия. С одной стороны он не хотел отвечать на этот вопрос, предпочитая молчание, но с другой – Бену стоило знать причину.

– Это дом моего друга Кайла, – его глаза заслезились, а голос слегка задрожал.

Сейчас он был благодарен темноте, ибо Бен не смог бы увидеть, как слезы градинами полились по его щекам.

– Сожалею, – Бен поднял бутылку и допил остатки пива. – У меня, к сожалению, нет такого чувства. Все это время жил один, а когда попал сюда, только удивился, но не больше.

Томас вытер слезы и спросил:

– Как вышло, что на тебя напали? – его голос был хриплым. Томас отпил еще немного горького пива.

– Вы сказали, что эти твари не любят свет и громкие звуки, – он демонстративно цокнул. – Так вот, я пользовался светом. Сначала слышал отдаленный гул, потом стрекотание. Я не придавал этому никакого значения. Потом звук стал стремительно приближаться, и вот тогда я выключил фонари, но было уже поздно.

– Что произошло?

– Кто-то выломал дверь, – Бен почесал руки. – В темноте я их не видел, но прекрасно слышал. Они издавали что-то наподобие… шлепков. Ну… я и драпанул, а дальше ты знаешь.

Томас ошарашенно глядел на своего собеседника. Бен вывел его из состояния ступора.

– Хотел спросить, – он начал говорить шепотом. – От них вы бежали?

Томас вспомнил, как они втроем стремглав бежали к дому, боясь, что тварь их догонит. Он никогда еще не чувствовал такого животного страха, как в тот раз.

– Чувак, это жуткая тварь.

– Ты ее видел? – удивился Бен.

– Мы втроем ее видели, – начал свой рассказ брюнет. – Тварь чем-то смахивала на рептилию с шипами. И передвигается она на двух ногах, издает противные вопли. Но не это самое страшное, Бенни, – его голос опустился до шепота. – Оно очень быстрое и ловкое, хорошо ориентируется в темноте.

Томас вздохнул и провел рукой по грязному лицу.

– Лучше бы я не светил туда… Не могу забыть эту жуть и крики девчонок.

Бен молчал. Мужчина внимательно слушал своего собеседника, все больше и больше удивляясь этому месту. Все это время он просидел в своем доме, пил пиво и спал. Еда вся испортилась, и он только один раз за это время сходил в магазин, но и там полки были полны просрочкой. Будучи и так худым, он стал похож на вешалку для грязных футболок, которые теперь были ему слегка велики.

Бен был по жизни одиночкой. Не любил компании, работал на дому, только изредка выходил на улицу, чтобы подышать свежим воздухом, хотя предпочитал улице открытые форточки. Бен был из числа серьезных, непоколебимых людей, но сейчас влияние этого ада его изменило. Не кардинально, конечно, но изменило. Ему понравился Томас, как только он его увидел. Этот парень мог быть одновременно и придурком, и серьезным человеком, который сделает все для своих друзей, а это Бену в людях нравилось.

Оставшееся время парни сидели молча и вслушивались в звуки, которые издавали снаружи монстры. Бен не знал, сколько прошло времени, поэтому решил пойти спать. Через минут десять за ним пошел Томас. Парень осторожно, как мышка, пробрался в комнату, сел в свое вонючее влажное кресло и, вспомнив Кайла, с некой тревогой заснул.

***

По всему Карсону были разосланы ориентировки на пропавшего три дня назад Томаса Эриксона. Полиция прочесывала весь город от начала до конца, но зацепок никаких не было. Парень будто испарился. Кайл никак не мог дозвониться своему другу, он звонил не переставая два дня, а на третий перестал, ибо в этом не было никакого смысла. Книга, которую Томас бросил у автобусной остановки, теперь лежала на столе Кайла. Брюнет по нескольку раз ее просматривал в надежде, что Том оставил в ней какие-то подсказки или его местоположение, но в книге ничего не было.

С тех пор, как пропал Томас, родители не находили себе места. Чуть ли не по несколько раз за день они ходили в полицейский участок и узнавали, нашли их сына или нет, но полицейские только отрицательно качали головой. В конце концов, миссис Эриксон добилась того, что ориентировки распространили по всему Лос-Анджелесу и его пригородам. В глубине души она боялась, что их сын застрял где-то в Комптоне. А, как все знали, этот пригород имел дурную славу. Полиция искала и в пригородах, но и там никого похожего на Томаса Эриксона не было.

Кайл не находил себе места. Он нехотя ходил в колледж, постоянно думал о своем друге. Ведь он был с ним тогда в библиотеке, Томас, как ни в чем не бывало, вышел из здания, а ночью ему звонит его мать и спрашивает, где ее сын. Он даже не знал, что будет делать, когда найдет своего друга: то ли ударить его по лицу, то ли крепко обнять. A его родители? Старики и вовсе сходили с ума с этими похождениями в полицейский участок. Но как бы ни было, Кайл и родители Томаса надеялись, что парнишка чудом вернется домой.

Глава 7

Весь следующий день ребята разбирали коробки, что-то пытались смастерить, но в темноте это не особо получалось, и, в конце концов, устав от гнетущего мрака и постепенно усиливающегося шума, каждый побрел в свою комнату спать до второго пришествия.

На второй день Терезе пришла идея разобрать сарай, который стоял позади дома. Наутро все звуки пропали, снова повисла тишина, но брюнетка все еще боялась выходить из дома. Еще тогда Томас строго сказал, чтобы никто не выходил наружу без надобности, но сейчас Терезе захотелось выйти и осмотреть что-нибудь новое.

Остальные всё ещё спали: Томас в комнате Кайла, а Алекс в комнате родителей. Бен уступил ей место, ибо девчонка хотела спать с Терезой. В эту ночь они легли раздельно: ребятам выпал весь второй этаж, а новичку Бену – гостиная.

Тереза поднялась на второй этаж и тихо зашла в к Томасу. Алекс она будить не стала, посчитав, что та устала за вчерашний день и ей нужен полноценный отдых. Томас крепко спал, раскинувшись на середине кровати, как звезда. Он неслышно посапывал и что-то бормотал во сне. Терезе это показалось забавным, поэтому она еле-еле сдерживала смех. Брюнетка села на край кровати и легонько толкнула парня в плечо, тот что-то промычал и повернулся на другой бок, уткнувшись носом в подушку.

– Томас, – прошептала девушка и снова толкнула его в плечо.

– Че? – послышался сонный голос, а следом легкое сопение.

Томас так сладко спал, что ей тут же перехотелось его будить, но идти в сарай одной она не хотела. Брюнетка повторила попытку разбудить парня, на что тот неразборчиво пробормотал:

– Который час?

– Около десяти, – шепнула она.

Повисла минутная тишина.

– Ага, – сказал Томас и укутался в одеяло с головой.

Девушка поняла, что парень не встанет – слишком вымотался за прошлый день. Просыпать день, тратить время таким образом она не хотела. Для нее это бездействие было убийственным. Если они хотят выбраться отсюда, значит, надо работать, искать зацепки, а не спать целыми днями в кровати, заросшей плесенью.

Тереза оставила Томаса и направилась в гостиную, где уже вовсю бодрствовал Бен. Мужчина не был “мистером ранняя пташка” и мог бы спокойно продрыхнуть до вечера, но не сегодня и не в этом мире, где не знаешь, чего и ждать.

– Пять минут назад ты спал как убитый, – сказала Тереза и подошла к сидящему на диване Бену.

– И тебе доброго утра, – прохрипел мужчина. – Молодежь еще дрыхнет?

Тереза, хмыкнув, кивнула. Немного размявшись, Бен встал со скрипучего дивана и побрел на кухню.

– Ни хера не видно, – ворчал он.

Тереза взяла пустой рюкзак, который стоял рядом с коробками, и прошла в прихожую. Она постеснялась просить Бена пойти с ней в сарай, поэтому решила схитрить.

– Куда это ты собралась? – спросил Бен, выглядывая из кухни.

– За домом стоит сарай. Схожу проверю, может быть, что-то еще найду. Хочешь со мной?

Бен почесал затылок и взъерошил свои грязные волосы.

– Так начальник же приказал, чтобы мы не выходили из дома.

Тереза махнула рукой.

– Он спит как младенец, – улыбнулась девушка. – Снаружи тишина, Бен. Там никого нет. Мы сходим и проверим, если ничего не найдем, то сразу уйдем.

Бен потер подбородок, уставившись в темноте на брюнетку.

– Только очки захвачу, – улыбнулся он.

Снаружи, как и говорила Тереза, было тихо, даже слишком. Ни ветра, ни шума, ни души – вообще ничего, кроме тьмы. Маленький сарай, если можно назвать эту развалюху сараем, стоял за домом. Перекошенный домик с разбитыми окнами стоял, как груда балок с дырой посередине, которую закрывала похожая на картонку дверь. Казалось, дыхнешь, и вся конструкция развалится, как карточный домик.

– Ты точно хочешь туда пойти? – с недоверием спросил Бен. – Сарай на ладан дышит.

– У нас разве есть выбор?

Бен кинул девушке вопросительный взгляд.

– Да, – нахмурился он. – Вернуться обратно в дом и…

– И? – Тереза повысила тон. – Спать? Ждать ночи? Бездействовать? Бен, мы застряли здесь! Чтобы выбраться, нам необходимо что-то делать!

Как только она это сказала, в кустах послышался шорох, а затем слабый стрекот. Бен оглянулся: в темноте он увидел слабое шевеление листьев. Скинуть это явление на ветер было бы глупо, ибо ветра здесь не было вообще. Полный штиль.

– Что это? – прошептала Тереза и посмотрела в ту же сторону.

– Пошли в сарай, – он показал на домик и попятился назад. – И не шуми.

Ребята зашли в домик и прикрыли за собой дверь. Внутри было еще темнее, чем снаружи. Тереза захватила с собой фонарик, но зажигать не стала. Еще не хватало, чтобы тварь из кустов напала на сарай. Ребята шли на ощупь, боялись споткнуться обо что-либо.

– Ты что-нибудь видишь? – спросил Бен.

– Не-а.

Бен чем-то зашуршал, а через секунду помещение осветилось слабым оранжевым светом.

– За секунд десять найдешь то, что тебе нужно?

Тереза закатила глаза и начала просматривать содержимое сарая, рылась в коробках, открывала ящики, но сарай оказался полупустым. Бен зажег вторую спичку и прислушался. За дверью никого не было, стрекота тоже, а значит, что он мог рассчитывать и на третью спичку.

– Ну, что?

Тереза прошла вглубь сарая, в дальнюю его часть. Бен поплелся за ней.

– Там что-то блестит, – она присела рядом с ящиками и глянула за коробки. – Посвети мне.

Томас проснулся в темной комнате и уставился в потолок, точно в бездну. Больше всего он хотел, чтобы это все оказалось одним большим кошмаром, но он уже который день просыпается в темноте, несколько дней не видел ни солнечного света, ни обычного, поэтому надежды на то, что он проснется в своей комнате, пойдет в колледж и встретится с Кайлом, уже не было. Справа от него, в соседней комнате маячила Алекс. Брюнет еще раз сонно потянулся и прошел в соседнюю комнату. Опершись о косяк двери, скрестив руки на груди, он стал наблюдать за блондинкой, которая, похоже, его не видела.

– Который час? – спросил Том, и Алекс от неожиданности вздрогнула.

– Ты чего подкрадываешься? – девушка недовольно глянула на парня. – Два часа дня.

– Что ты делаешь?

Алекс что-то с силой запихивала в рюкзак.

– Собираю вещи. Не хочу больше здесь оставаться.

Томас изменился в лице. Он не понимал причины уходить от них.

– Алекс? – его голос прозвучал обеспокоенно. – Что случилось? Почему ты решила уйти?

Блондинка прекратила укладывать вещи в рюкзак и повернула голову в сторону парня.

– Мне надоело наше бездействие, – раздраженно проговорила она. – Мы так и будем здесь сидеть и ждать чуда? Томми, никакого чуда нет! И не будет!

– Алекс, – он приблизился к девушке и посмотрел на нее сверху-вниз.

– Если вы ничего не можете найти, тогда, может, найду я!

Девушка была напряжена. Алекс была в полном отчаянии, и Томас это понимал. Брюнет взял ее за плечи и успокаивающе приобнял.

– Мы не ждем чуда, – сказал он шепотом. – Мы не знаем, что нам с этим делать, а зацепок нет.

Парень посмотрел в ее блестящие от слез глаза.

– Глупо одной блуждать по городу, кишащему тварями. Если ты уйдешь, тебе придется выживать в одиночку, а так ты с нами. Мы же команда, слышишь меня, мелочь? – он улыбнулся и смахнул слезу с ее щеки.

Блондинка крепко обняла парня, что тот даже опешил.

– Где Тереза? – спросил он, не выпуская из объятий миниатюрную Алекс.

– Ее нет… Как и Бена, – она отстранилась. – Я не знаю, где они.

Томас встрепенулся и запаниковал. Он же ясно дал понять, что наружу выходить без надобности запрещено. Если и собрались по делам, значит, необходимо предупреждать.

– Они, что, ушли, ничего не сказав? – разозлился Томас.

– Видимо. Том, – парень посмотрел на нее обеспокоенным взглядом. – А если с Тессой что-то случилось?

Сейчас он даже думать об этом не хотел. Пока они спали, могло приключиться все что угодно.

– Их нужно найти, – сказал Томас и вышел из комнаты.

В гостиной, в кухне и гараже было пусто. Томас зажег пару спичек, чтобы лучше все осмотреть и, может быть, найти записку, но и той даже не было. Он смутно помнил, как будила его Тереза. Для чего? Вдруг что-то и правда случилось? – лихорадочно размышлял Томас, бегая по всему дому в поисках ребят. Со стороны лестницы раздался топот. Это была Алекс.

– Ничего? – спросила она.

– Абсолютно.

Если в доме их нет, значит, они где-то на улице, – подумал парень и уже собрался выбегать наружу, как вдруг услышал скрип, а затем характерный хлопок двери. Звук шел снаружи, за домом. Томас приказал Алекс оставаться на месте, а сам выбежал на улицу. Забежав за дом, он увидел два силуэта около старого сарая.

– Бен? – негромко позвал он мужчину.

Силуэты приблизились, и Томас, наконец, узнал в них Терезу и Бена.

– Начальник пришел, – с издевкой сказал Бен, но брюнет его не услышал.

Томас был в ярости, но не из-за того, что они вышли без спроса, а из-за своего же беспокойства.

– Я же сказал сидеть дома и лишний раз не выходить, – прошипел он. – Твоя идея?!

Парень раздраженно обратился к Бену. Бен – новичок, а доверие к новичкам у него еще не выработалось. Тереза послушалась бы его и не вышла, а это означает, что Бен повел ее за собой. Томас угрожающе поравнялся с мужчиной и хотел было снова задать тот же вопрос, как Тереза встала между ними.

– Это была моя идея, Томми, – спокойно сказала Тереза.

– Что? – прищурился он и нервно провел языком по пересохшим губам. – Ты же знаешь, как здесь опасно. Мы пока ничего не придумали, чтобы выходить наружу.

– Знаю, – виновато сказала брюнетка.

– Мы не знаем, что здесь творится по ночам и почему.

В разговор влез Бен.

– Об этом я и хотел с тобой поговорить.

Томас гневно посмотрел на мужчину поверх Терезы.

– Ты вообще заткнись! Лучше бы отговорил ее, но нет, ты же с ней поперся! – он указал на него пальцем.

– Успокойся, – Тереза взяла его за запястье. – Послушай, мы кое-что нашли в том сарае. Нам стоит все обсудить.

Томас посмотрел на девушку, затем перевел быстрый взгляд на Бена и, развернувшись, пошел в сторону дома.

На кухне сидела Алекс и ждала Томаса. Открылась входная дверь, и внутрь зашел сначала парень, а за ним Тереза и Бен.

– Где вы были? Тесса? – встрепенулась блондинка.

Тереза положила тяжелый рюкзак на стол, в котором что-то брякало.

– В сарае. Тот, что за домом, – ответил за нее Бен.

Алекс уже было открыла рот, чтобы сказать, насколько они напугали ее с Томасом, как подло они поступили, но Бен ее опередил.

– Не читай нам мораль… пожалуйста.

В кухню зашел Томас и увидел на столе связку карабинов, ружье и штук десять патронов.

– Все, что нашли, – заключила брюнетка.

Парень подошел к столу, взял ружье, осмотрел его со всех сторон. Затем набрал горсть патронов и пересыпал их в коробочку, найденную в кухонном столе.

– Патронов больше нет, – сказал Бен. – Из всего этого у нас есть ружье, мачете и ножи.

Брюнет положил оружие на стол.

– Ружьем будем пользоваться только в крайних случаях, – серьезно сказал парень. – Не знаю, нужны ли нам веревки, но ножи, фонари и спички необходимы. Сложите это временно в коробки.

Томас зажал двумя пальцами переносицу и неуклюже рухнул на стул.

– Все в порядке? – забеспокоилась Алекс.

– Да, – он вытер грязное лицо и проморгался. – Просто устал от этой неизвестности. Я так и не понял, почему эта тварь появилась тогда в магазине, если никто из нас не шумел и не включал свет.

– Мы пошли туда вечером, – сказала Алекс. – А, как ты знаешь, ближе к ночи что-то происходит.

Томас оглядел всех и перевел взгляд на Алекс.

– Да, знаю, но почему этого не было в самый первый день?

– Может мы просто не заметили? – предположила Тереза.

– Да какая уже разница, Томас? – влез Бен. – Теперь мы знаем, что эти твари и по ночам шастают.

Брюнет потер подбородок.

– Значит, они не любят шум, яркий свет и активны в определенные часы. Может, мы в компьютерной игре? – он истерично засмеялся.

– Если и так, – совершенно серьезно ответил на его шутку Бен. – В каждой игре есть финал. Плохой он или хороший зависит от нас.

В оставшееся время до сна Тереза взяла из коробки пару булочек, которые успела схватить тогда в магазине, порезала их на четное количество кусков и принесла в гостиную, где сидели Томас, Бен и Алекс. Парни чистили ружье, а Алекс сортировала содержимое коробок. Тереза молча поставила тарелку на стол, затем легла на диван, наблюдая за ловкими движениями парней и за одинокой Алекс.

На часах уже было восемь часов. Постепенно каждый начал улавливать слабый гул, затем стрекот, рычание. В этот раз звуки были куда ближе, чем в прошлые ночи. Тереза закрыла глаза и сконцентрировалась на звуке. Он блуждал из стороны в сторону, приближаясь к домам, к “карману”.

– Вы это слышите? – шепотом спросила Тереза.

Она открыла глаза и заметила дремлющую Алекс. Парни все еще возились с оружием и о чем-то шептались.

– Мы его слышим каждую ночь, Тереза, – ответил Бен.

Брюнетка заметила, что звук стал намного ближе, будто стрекотали почти у самого уха. Затем раздался шелест, потом еще и еще. Снаружи что-то гулко прорычало.

– Народ, – забеспокоилась брюнетка. – Звук стал еще громче. Они где-то здесь.

Парни подняли головы и заметили мимолетное движение. Что-то прошмыгнуло за окном.

Глава 8

Откуда-то снаружи, будто со всех сторон, донеслось рычание. Гул внезапно пропал, а стрекот периодически то возвышался, то угасал. В тишине, прерываемой рычанием, слышался достаточно различимый шелест.

– Что это такое? – спросил Бен, оглядывая комнату.

– Двери закрыты? – спросила Тереза, и Томас, кинув взгляд на входную дверь, кивнул.

За окном раз за разом кто-то пробегал. Тереза разбудила Алекс и приложила палец к губам, блондинка тут же замолчала и стала с чувством беспокойства оглядывать комнату. За окном еще раз кто-то пробежал, а затем раздался скрип с еле различимыми постукиваниями. Ребята обернулись и глянули на входную дверь. Кто-то еще раз постучал.

– Какие вежливые, – с сарказмом отметил Томас и приготовился.

Парень схватил мачете, девчонки и Бен – ножи. Они стояли кучкой посреди темной комнаты и вглядывались в темноту коридорчика, в конце которого что-то царапало дверь.

– Что будем делать? – спросила Алекс.

– Может уйдут? – неуверенно спросила Тереза.

Что-то не переставая стучало и царапало дверь. За окном все еще кто-то шнырял по кустам, периодически кто-то рычал, иногда стрекотал. Стук стал сильнее и яростнее, будто хотели проломить дверь. Она ходила ходуном, а за ней кто-то неистово рычал.

– Они точно не уйдут, – сказал Томас. – А нам валить надо.

– Но как? – верещала Тереза.

– И куда? Они повсюду, – Алекс оглядывала гостиную.

Томас тщательно разрабатывал у себя в голове план побега, но зверские удары в дверь мешали рационально отнестись к ситуации.

– Томас?! – кричала Тереза, но он не слышал. – Томас! Быстрее думай!

Удары стали оглушительными. Дверь чудом их сдерживала, но в какой-то момент поддалась и с грохотом, поднимая столб пыли, рухнула на грязный, трухлявый пол.

– Томас!

Ребята скучковались и вооружились ножами. В темноте никого не было видно, но они узнали знакомые шлепки. Они приближались. Сколько зашло монстров внутрь, они не знали. Томас думал: либо выбежать через входную дверь, но это зависит от количества монстров, либо выбежать через дверь в гараже, но он не знал, открыта она или нет. Чтобы выбрать лучший способ, Тому нужен был фонарь. Брюнет кинулся к коробке, достал оттуда фонарик и включил его. Вся гостиная озарилась ярким белым светом. Томас дрожащими руками водил им по комнате, пока не наткнулся на что-то коричнево-серое, стоящее в дальнем конце коридора. Завидев яркий свет фонаря, чудовище тут же среагировало и побежало в гостиную, шлепая по деревянному полу. Еще чуть-чуть – и оно прыгнуло бы на брюнета, но Томас за долю секунды схватил нож и воткнул его в брюхо скользкого монстра, обдав себя черной вонючей жижей. Тот заревел, дергаясь на полу, зарычал, завыл так громко, что ребята рефлекторно зажали уши руками.

– Собирайте рюкзаки! – крикнул всем Бен.

Тереза и Алекс бросились к рюкзакам, светя себе фонарями. Бен подбежал к обезумевшему от страха и своего поступка парню.

– Ты в порядке?!

Томас заикался и небрежно вытирал черную слизь со своего лица.

– Я его убил? – спросил он, глядя невидящим и ничего не понимающим взглядом на мужчину.

Раздался слабый рык где-то рядом. Бен посветил фонарем на лежащего и истекающего непонятного происхождения жижей монстра и ужаснулся. Монстр как ни в чем не бывало медленно вставал с пола и принюхивался.

– Ты его не убил, Томас, – Бен завороженно глядел на страшную тварь, что напала тогда на его дом. – Вставай! Сейчас же!

Он помог встать еще не отошедшему от шока парню, дал ему в руки нож и второй фонарь. Активность монстра восстановилась, и он тут же бросился к девушкам.

– Тереза, Алекс! Наверх!

Тереза уловила позади себя мимолетное движение и, обернувшись, увидела того самого монстра, которого только что ранил Томас. Закричав от ужаса, она взяла в охапку рюкзак, Алекс и помчалась на второй этаж. Девушки бежали по ступеням, освещая себе дорогу. Они ощущали всем телом, как тварь бежала за ними, слышали ее шлепки. Добравшись до комнаты Кайла, они как ошпаренные забежали внутрь и закрыли за собой дверь, придвинув комод.

– Тварь наверху, – сказал Бен. – Скоро выломает дверь и доберется до девчонок.

– А ты придумал, чем ее убить? – раздражался Томас.

Внезапно отовсюду послышалось рычание. Бен крутился и освещал все комнаты. Томас схватил мачете. Вдруг со стороны входной двери послышались шлепки, а затем в коридоре появилось три коричнево-серых силуэта. Как только Бен попал на них лучом света, твари ломанулись в сторону парней. Томас не знал, убил он кого-то или нет – в темноте, освещенной всего-то одним лучиком яркого света, было не разобрать. Он махал мачете из стороны в сторону, изредка ощущая на себе ошметки и черную слизь.

– Посвети мне, Бен! – кричал Томас, плохо ориентируясь в темноте.

Через секунду лицо брюнета осветилось. Он озадаченно глядел на Бена, который обеспокоенно осматривал всю комнату, покрытую ошметками, слизью и конечностями этих тварей.

– Где они? – изумился Томас, как вдруг почувствовал позади себя смрадное дыхание и скользкую влажную кожу.

– Пригнись! – крикнул ему Бен.

Томас повиновался. Он тут же пригнулся, и Бен, сверкая ножом в свете фонаря, отрубил монстру голову, обдав бедного парнишку новой порцией черной жижи. Томас рефлекторно закрыл глаза и провел рукой по грязному, липкому лицу, убирая ошметки и сгустки слизи.

– Скотство, – прошипел сквозь зубы парень и медленно, чтобы слизь не попала на слизистую, открыл глаза.

Бен в это время шарил глазами по комнате, но в ней никого не оказалось. Только снаружи кто-то рычал и тихо бился в окно.

– Пора сваливать, – он глянул на брюнета и хохотнул. – Черномазый.

Томас его передразнил и встал с пола, отняв фонарь.

– Надо убить того ублюдка, – сказал Томас и показал на тварь, что билась в дверь комнаты Кайла. – Там девчонки.

– Нет, – сухо сказал Бен и, взяв рюкзак, который успел собрать накануне, пошел к выходу.

– Чего сказал?! – Томас подскочил к мужчине. – Мы должны их вытащить!

– Вытащим, – Бен поправил очки и приподнял брови. – Убьем его, вытащим девчонок, потеряем время. К этому моменту придет вторая волна этих упырей. У меня есть другой план.

Томас с недоверием взглянул на Бена.

– Перестань думать! Время на исходе!

Бен подскочил к выходу, но брюнет его остановил.

– Чувак, а если не сработает твой план?

– Этот сработает, – улыбнулся мужчина.

Томас одобрительно кивнул и вышел за ним.

Повсюду раздавался шорох, рычание и вопли этих тварей. Они скрывались за кустами, мусорными баками и ждали, пока жертва сама попадет к ним в лапы. Парни забежали за дом, держа в руках ножи и фонари. Томас встал под окном комнаты Кайла.

– Это и есть твой план? – брюнет с прищуром взглянул на тощего мужчину в очках.

– Это лучший план, парень, – Бен схватил камень и метко бросил в окно.

– Где они? Давай я попробую.

Томас схватил камень и бросил в окно. Через секунду окно открылось, и оттуда высунулась Алекс.

– Ребят! Он скоро проберется внутрь! – кричала девчонка.

– Где Тереза? – спросил Бен.

– Удерживает комодом дверь! Поторопитесь, парни!

– Сделайте веревку из простыней! – крикнул Томас.

Алекс кивнула и исчезла. Через минут пять ее светлая голова снова показалась в окне. Она перебросила через раму короткую самодельную веревку.

– Слезай!

Томас встал точно под окном, чтобы в крайнем случае поймать девушку. Алекс юрко перебросила одну ногу, зацепилась второй и, как обезьянка, добралась до конца веревки. Парень ухватился за ее бедра и спустил на землю. Следующей была Тереза.

– Слезай! Не бойся! – успокаивал девушку Бен, но та категорически отказывалась слезать.

– Тереза, времени нет! – кричал Том. – Не волнуйся, я тебя поймаю!

Вдруг послышался оглушительный удар. Тереза рефлекторно обернулась и закричала.

– Тереза?!

Но девушка уже пропала с поля его зрения.

– Черт! Твою мать! – выругался парень. – Оставайтесь здесь, я за ней.

– Нет, нет, нет, – остановил его Бен. – Ты туда не попадешь.

Томас оттолкнул его в сторону.

– Почему это?!

– Сам посмотри.

Брюнет обернулся и увидел, как стая тварей забежала в дом. Бен был прав: он не проберется к ней. Вдруг из окна снова выглянула Тереза. Она неуклюже, со слезами на глазах, ухватилась за веревку. Парень подбежал к девушке, и как только она оказалась на расстоянии вытянутой руки, он ухватил ее, придерживая руками, и спустил на землю.

– Все хорошо? – он взял ее за плечи и бегло осмотрел.

Тереза кивнула, утирая слезы.

– Тогда сматываемся, – сказал Бен.

Ребята схватили рюкзаки и побежали на главную дорогу. По сторонам от нее повсюду рыскали твари. Ребята старались не шуметь. Они бежали по дороге, косясь на тварей, которые то пересекали дорогу, то прятались в кустах, то рылись в мусорных баках.

Ребятам необходимо было найти безопасное место, что было почти невозможно сделать в такой экстренной ситуации. Неожиданно позади ребят послышался душераздирающий вопль. Ребята обернулись и увидели, как три твари с большой скоростью бежали за ними.

– Поднажмите! – крикнула Алекс.

По краям от дороги, поравнявшись с ребятами, бежала свора голодных существ. Ребята бежали по главной дороге, приближаясь к центру города, где тварей было намного больше, чем в периферии.

– Не разбредаемся! К краям не подходить! Держимся вместе! – командовал Томас.

Ребята чувствовали всем телом их смрадное дыхание, ощущали, каким липким и тяжелым стал воздух. Томас, Алекс и Тереза бежали впереди. Бен явно отставал.

– Поднажми, Бен! – кричала ему Тереза.

Но вместо слов, она слышала только шумное дыхание. У Бена не осталось больше сил бежать. Монстры едва не наступали на пятки. Вдруг раздался приглушенный крик, затем звон металла. Томас обернулся: Бен упал на землю, а монстры, как коршуны, столпились вокруг него. Один из них схватил бедолагу за ногу и с силой поволок в обратную сторону. Бен вырывался, брыкался, но ранить существо было нечем – когда его повалили, Бен выронил нож из рук.

– Бегите! – прокричал он девушкам, а сам побежал к Бену. – Найдите убежище и ждите нас там!

Алекс и Тереза еще немного потоптались на месте, не решаясь бросать Томаса, а затем побежали дальше по дороге в сторону городской библиотеки.

Томас смог догнать тварей. Бен кричал и брыкался, но только делал себе хуже. Часть его лица, руки стерлись о жесткий асфальт, на котором отпечатались кровавые дорожки. Томас, обгоняя монстра, что схватил Бена за ногу, в два счета перескочил через него и перегородил ему путь. После интенсивного бега у него чудом еще остались силы бороться. Он разом воткнул нож монстру в грудь, а затем, перехватив мачете в правую руку, отрубил ему лапу, в которой он сжимал ногу Бена. Мужчина свалился на землю. Остальные две твари начали медленно окружать Томаса и свою жертву, но парень ловко выскользнул в прореху между ними и, схватив Бена за руку, побежал в обратную сторону.

Монстры долго ждать не стали. Они тут же, как свора бешеных собак, помчались за ребятами, которые уже подбегали к библиотеке. Томас искал глазами Терезу и Алекс, но их нигде не было. Неожиданно со скрипом открылась дверь в библиотеку, и оттуда показался незнакомый силуэт человека. Томас, удерживая Бена, подбежал ближе и увидел девушку, которая неистово махала им рукой.

– Сюда! Бегите сюда!

Глава 9

Томас покрепче ухватил Бена за талию и в последнюю секунду до того, как его бы схватили, успел забежать внутрь. Дверь с грохотом захлопнулась, и ребята оказались в безопасности. Брюнет поспешно усадил Бена на стул, приподнял край футболки, чтобы проверить раны, но их, к счастью, не было, кроме маленьких царапин. В основном пострадало лицо.

Девушка поначалу слегка замешкалась, но уже через минуту принесла парню влажную тряпку. Тот, даже не посмотрев на нее, выхватил из рук тряпку и принялся бережно оттирать запекшуюся кровь.

– Перестань, – выставил руку Бен. – Я сам.

Бен забрал у него тряпку и приложил к обожженному, разодранному лицу.

Томас суетливо повернулся к девушке, которая тем временем стояла у стойки регистрации, за которой раньше сидел Кайл. Она была примерно такого же возраста, что и Бен. У нее были короткие каштановые волосы, яркие зеленые глаза, миловидное лицо с большим количеством родинок, а на носу сидели очки с большой черной оправой, которые она время от времени поправляла. Томас оглядел ее с ног до головы и заметил, что ее строгая юбка-карандаш и блузка совершенно не подходят для выживания.

Но сейчас он не хотел ничего о ней узнавать, ибо ему нужны были только Алекс и Тереза.

– Где девушки? – спросил он грубовато, на что девушка кинула ему вопросительный взгляд.

– Алекс и Тереза, – он приподнял брови. – Где они?

– Я не знаю, про кого ты говоришь, – смутилась она. – Здесь, кроме нас, никого нет.

От этих слов у Томаса внутри будто все сжалось. Если их здесь нет, то где они? – всплыло в голове парня. Его охватила паника, полное безрассудство, безумие. Я должен был это предвидеть. Вдруг с ними что-то случилось?! – мысленно кричал он.

– Ты… – он суматошно показал на нее рукой, намекая, чтобы та назвала свое имя.

– Джессика Райт, – невозмутимо ответила она.

– Джесс, останься с Беном, а я пойду искать девчонок.

Томас кивнул Бену и собрался уже бежать к двери, как Джессика его схватила за запястье. Парень рефлекторно, даже с некой грубостью освободился из ее хватки и грозно глянул ей в глаза.

– Ты никуда не пойдешь, – строго сказала она. – Там сейчас опасно: везде шныряют эти твари. Если ты выйдешь, можешь привлечь внимание к этому месту.

– И что ты предлагаешь?! Сидеть здесь и ждать, пока их сожрут?

– Нет. Мы дождемся утра, а потом пойдем искать твоих подруг.

Томасу идея не нравилась. Он не знал, куда убежали девчонки и что с ними случилось. И теперь он, как дурак, должен сидеть в библиотеке и дожидаться утра, которого, возможно, для Алекс и Терезы не наступит. Но пристальный и грозный взгляд девушки в строгом прикиде заставил его передумать. Брюнет, закрыв глаза, тяжело вздохнул и протянул ей руку.

– Томас, – он устало глянул на Джесс, а потом показал на мужчину. – А это Бен.

– Вот и прекрасно, – она мило улыбнулась. – А теперь сядь и расскажи мне, откуда вы, что делали и кого потеряли.

Томас сел рядом с Беном, напротив Джессики и, устало потерев переносицу, начал рассказывать про то, как попал в это место, как познакомился сначала с Алекс и Терезой, а потом с Беном; как бежали от тварей, напавших на дом его друга и как потеряли девчонок.

Джессика внимательно слушала занимательный рассказ парнишки и только изредка поправляла свои очки. Томас же, как и Бен, чувствовал себя как на приеме у психолога, который время от времени поправляет очки, внимая своим клиентам.

– Сожалею вам, ребята, – выдохнула она, когда Томас закончил свой рассказ.

– Это всего лишь слова, – влез Бен. – Что нам от твоего сожаления? Девчонок мы так не найдем.

Джессика перевела невозмутимый взгляд на друга Томаса.

– А ты? Что приключилось с тобой?

– Не твое дело, – зло выплюнул Бен и получил за это осуждающий взгляд от Томаса.

– Ты можешь ей не говорить, Бен, но будь повежливее. Она спасла нас.

– Спасибо, – раздраженно сказал Бен. – В аду я видел это место и это спасение.

Бен кряхтя встал со стула и поплелся к дальним столам, где лег на стульях в попытках задремать. Томас проводил взглядом своего друга и повернулся к Джессике, коротко улыбнувшись.

– Извини. Я и сам едва держусь, чтобы не встать с места и не помчаться искать девчонок.

– Сколько вы уже здесь?

Томас закинул ногу на ногу.

– А хрен его знает. Может, дней пять. А ты?

– Сегодня третий день. Как думаешь, что здесь происходит и что это за твари?

Брюнет не особо хотел снова отвечать на этот вопрос. Он надеялся, что Джессика знает больше об этом, но по ее взгляду он понял, что девушка сама находится в неведении.

– Я не знаю, что это за место и как мы сюда попали, – нехотя ответил он. – А насчет этих ублюдков… Как бы тебе объяснить, – он почесал затылок. – Они ненавидят свет, громкие звуки и активничают в определенное время.

Лицо девушки даже не изменилось, и это навело парня на мысль, что она в курсе этих особенностей.

– Ага, я догадалась, – она насмешливо хмыкнула. – На своем же опыте. Теперь и книги без света не почитаешь.

Джессика показала рукой на стеллажи, заполненные книгами от начала до конца.

– Как ты сюда попала?

Джессика села рядом с брюнетом и уставилась в гнетущую темноту помещения, пропахшего старыми книгами, пылью и плесенью.

– Хотела забрать книгу, чтобы показать студентам, но, – она досадно чмокнула губами. – Уже не покажу.

– Так ты, оказывается, препод? – усмехнулся парень. – По тебе и не скажешь. Хотя твой прикид… – он скривился. – Не подходит для выживания.

– В юбке не побегаешь.

– В моем рюкзаке есть одежда, – Том достал из рюкзака мятые брюки и толстовку. – Возьми.

Джессика изумленно посмотрела на нового друга, который в темноте протягивал ей свою мятую вонючую одежду. Сначала ей показалось, что паренек шутит, но тот был серьезен как никогда. Наконец, она взяла в охапку его одежду и прошла за дальние стеллажи.

За дверями все еще стояли шум и суматоха. Твари беспрерывно вопили и кричали так, что Томас иногда принимал эти крики за крики Алекс и Терезы. В глубине души он чувствовал себя предателем за то, что не отправился их искать сразу, но Джесс была права: выходить наружу, когда улица полна монстров – значит пойти на самоубийство. Он всем сердцем надеялся, что вот-вот – и дверь откроется, а из щели появится светлая голова малявки Алекс, а за ней радостная Тереза. Но время шло, звуки не проходили, а дверь так и не открывалась. Томас боялся потерять своих подруг, с которыми так упорно, с таким трудом побеждая эмоции и стресс, выживал эти дни. Он отчасти был рад, что к ним примкнула новая девушка, но она не заменила бы Алекс и Терезу.

– Джесс, когда звуки более-менее прекратятся, я выйду наружу и найду их, – решил Томас, невзирая на ее уговоры и отказы.

– Я думаю, они где-то рядом, – успокаивающе сказала она перед тем, как все-таки отпустить парня наружу. – Не могли они вас бросить и далеко убежать.

– Это ты так думаешь, – он перевел на нее быстрый обеспокоенный взгляд. – А я нет. Эти твари очень быстрые и ловкие.

Через полчаса, когда звуки стали едва различимыми в этой округе, Томас подошел к двери и прислонился к ней ухом, пытаясь вслушаться в звуки снаружи. Было относительно тихо. Брюнет сам для себя решил, что пойдет и найдет их, не взирая на обстоятельства и тварей, обитающих в темноте. Он мельком проверил спящего на стульях Бена, взял рюкзак, бросил туда фонари и мачете, а сам схватил со стола нож.

– Я пойду с тобой, – послышалось в темноте, и Томас обернулся. – Я четко сказала, что один ты не пойдешь.

Если бы Джесс видела его лицо в темноте после сказанных слов, она бы приняла его за человека, лишенных всяких манер.

– Ладушки, – он демонстративно повернулся на пятках и направился к выходу, Джесс поторопилась за ним.

Как же он не хотел, чтобы девчонка, хотя для него она была уже женщиной, тащилась за ним. Однако ее стремление помочь и защитить крайне удивляло.

Перед выходом Томас еще раз удостоверился, что снаружи все тихо, и, отстранив любопытную девушку, с силой открыл здоровенную дверь. Выйдя, он даже не предполагал, куда идти, в какую сторону. Было бы, конечно, хорошо разделиться, но, с другой стороны, он боялся за новенькую. Томас прислонил палец к губам и показал двигаться в левую сторону. Он посчитал, что девчонки убежали как можно дальше, чтобы спастись от кровожадных бестий.

Томас и Джессика шли молча. Она не знала, что спрашивать, а он просто хотел побыть в давящей звенящей тишине опустошенного города. Грубое отношение к новенькой он оправдывал тем, что волнуется за Терезу и Алекс, хотя сам задней мыслью понимал, что Джессика такого не заслужила.

Джессика же видела в парне только настороженность и бескрайнюю недоверчивость. Он был так напряжен и сосредоточен, что она боялась задать ему всего лишь один вопрос. По его суровому и даже безжалостному выражению лица можно было сразу догадаться, что брюнет был в отчаянии и ярости одновременно.

– Томас, – рискнула она, но голос предательски получился писклявым.

– Что? – сухо ответил он.

Джессика ощутила, с каким недовольством он выплюнул это “что”.

– Не волнуйся, – мягко сказала она, чтобы сгладить его суровость на лице. – Мы найдем их.

Томас будто ее не услышал. Он, как робот, шел по пыльному асфальту, ориентируясь в кромешной тьме, и только думал о своих подругах. Был ли он когда-нибудь таким бесчувственным? Он и сам не знал. Возможно, как он считал, этот мир изменил его: из парня с придурковатым характером он за пять дней превратился в бдительного и сурового мужчину. Он знал, что если речь идет о жизни его друзей, то он ни перед чем не остановится.

Неожиданно раздался резкий шорох с правой стороны от дороги. Ребята рефлекторно обернулись на источник звука и прислушались, но вокруг ничего не было видно.

– Тсс… – приказал он девушке и неслышно подошел к краю дороги.

Джесс стояла на месте и тревожно озиралась по сторонам.

– Томас? – шепнула шатенка. – Стой, не ходи туда.

Но брюнет даже слушать ее не хотел. Он, тихо передвигая ногами, крепко сжал в руке нож и уже приблизился к недавно шевелящимся кустам, как вдруг краем глаза уловил слабый свет, а через секунду – выраженный шорох совсем рядом, прямо перед носом. Брюнет отскочил и оглядел всю местность: участок, на котором стоял дом, сзади гараж и сарай – ничего примечательного, особенно в темноте, но через секунду он снова уловил слабый лучик света в пыльных, покрытых вонючей субстанцией окнах.

Томас глянул на Джесс и жестом показал ей выдвигаться в сторону дома. Перекошенный, трухлявый домишко был как и все дома в этом протухшем мире. Ребята, стараясь неслышно пройти к двери по скрипучим развалившимся порогам, вооружившись, зашли внутрь и первым делом начали осматривать перемазанную чем-то липким прихожую, затем плавно перешли на пустую кухню.

– Может, тебе показалось? – неуверенно спросила Джесс, брезгливо осматривая кухню.

Едва брюнет успел ответить, как почувствовал спиной чье-то присутствие. Он рефлекторно сжал нож в руке и резко обернулся, чуть ли не задев острым лезвием бледное личико девчонки.

– Чувак, ты совсем озверел? – послышался знакомый недовольный голос Алекс.

– Мелочь? – Томас проворно убрал нож в ботинок и вгляделся в темноту, но в одно мгновение из нее выпрыгнула Алекс и кинулась в крепкие объятия брюнета. – Где Тереза?

Из темноты вышла целая и невредимая брюнетка и, не говоря ни слова, радостно обняла Томаса.

– Что стряслось, Томми? Где Бен? – она посмотрела ему за спину, выискивая Бена, но увидела только незнакомую девушку. – Кто это?

– Я о вас наслышана, – улыбнулась шатенка.

Томас подвел Джессику к девчонкам.

– Это Джессика Райт. Она впустила меня и Бена в библиотеку. Я думал, и вы там, но…

– С ним все хорошо? – перебила его Алекс.

– А то, – широко улыбнулся Томас и с усмешкой покачал головой. – Он еще легко отделался: пара царапинок и… – он лукаво прищурился. – И слегка разодранное лицо.

– Слегка разодранное? – удивилась Тереза.

– Ну… – Томас стыдливо почесал затылок. – Очень разодранное. Но он справляется.

Джессика заметила, как резко поменялось настроение и поведение Томаса, как изменилась его речь. Он несказанно радовался встрече со своими подругами, будто месяцами с ними не виделся. Секунду назад он был суровым и грубым, а сейчас стал таким, каким был всю жизнь – саркастичным, веселым парнишкой-заводилой. Такой Томас, хоть она его почти не знала, был ей по душе.

– Вы нашли здесь что-нибудь? – спросила Джессика.

Алекс и Тереза отрицательно покачали головой.

– Мы прятались от надоедливых монстров. У нас не нашлось лишней минутки порыться в чужом доме, – съязвила Алекс.

– Раз вы ничего не нашли, надо возвращаться в библиотеку. Место не очень безопасное, но безопаснее этой трухлявой дыры.

Алекс и Тереза согласились и уже через мгновение были готовы идти в новое убежище, где сейчас, кроме Бена, никого не было.

Глава 10

Дорога до библиотеки была свободна. Звуков и странных шорохов уже не было слышно, поэтому ребята достаточно быстро добрались до громадного старого бетонного здания, где, кроме Бена и вечной темноты, никого не было. Когда они вошли, Томас закрыл за собой дверь и закинул рюкзак за стойку. В первый день, когда он сюда зашел и заорал во всю глотку, где-то в дальних углах под слоем многовековой пыли что-то застрекотало. Тогда парень подумал, что не стоит больше заходить в это здание. Так он думал и сейчас. В тот раз он был твердо уверен, что стрекот шел из недр библиотеки. Возможно, что в дальнем коридоре, где он пять дней назад получал от Кайла книгу, таится что-то ужасное и ждет своего часа, когда кто-то из ребят пойдет во вторую часть здания. По непонятным причинам он был в этом уверен, поэтому считал это место не совсем безопасным и предпочитал найти что-нибудь получше. Девчонки чувствовали себя в полной безопасности в отличие от Томаса, который время от времени вглядывался в поглощающую темноту коридора.

Бен проснулся от грохота тяжелой двери. Мужчина маялся: лицо болезненно жгло, тело ломило, голова кружилась, а перед глазами возникали несуществующие проблески. Покряхтывая, он слабо опустился на стул и обхватил голову руками, взъерошивая грязные волосы. Бен поочередно то открывал, то закрывал глаза в попытках убрать навязчивые проблески и смазанные точки, которые вскоре прошли сами по себе. Кто-то подошел сзади и обнял его за плечи, брюнет от неожиданности вздрогнул и встрепенулся, положив свою руку на мягкую ручку незнакомки из темноты.

– Как ты, Бенни? – он узнал ласковый голос Терезы.

– Как будто рожей асфальт вспахал,– слабо проговорил он. – Я рад, что вас нашли. Парнишка всех на уши поднял, чтобы найти вас.

Бен услышал, как девушка отодвинула стул и села рядом.

– Где вы были?

– Заскочили в ближайший дом через дорогу. Мы сами не надеялись, что вы придете за нами.

Бен поднял голову и стал вглядываться в темноту, но впереди себя различил только слабо очерченные силуэты маячивших из стороны в сторону ребят.

– Томас сказал, что делать дальше? – спросил Бен с надеждой в голосе.

– Сказал, чтобы мы все отдохнули, а завтра будем думать.

Из темноты показался приближающийся к ребятам силуэт Алекс.

– Рада тебя видеть, Бен, – будничным голосом сказала она мужчине и обратилась к Терезе. – Тесс, тебя Томас требует.

Брюнетка коротко кивнула Бену, оставив его одного, и последовала за Алекс.

Томас в это время шепотом обсуждал с Джесс, где кому лечь спать. Он понимал, что в городской библиотеке спальных мешков не сыщешь, но на грязном липком полу спать он не хотел. Жилые дома были через дорогу, поэтому он намеревался заскочить в один из них и забрать парочку широких одеял, на котором бы поместились все ребята.

– Я не собираюсь прислоняться своим лицом к этому заблеванному полу, – взбунтовалась Алекс.

– О чем это ты? – не поняла Тереза.

Томас повернулся к только что подошедшей брюнетке.

– Нам придется найти пару одеялок, – пояснил он. – От пола так несет тухлятиной, что противно на него ложиться.

– Хорошо, – она довольно быстро согласилась с парнем. – Пойдем в дом, захватим одеяла, подушки и притащим сюда. Джессика пусть останется с Алекс и Беном, а мы смотаемся в ближайший дом.

– Если удастся, найдите аптечку или пластыри, хоть что-то, чтобы залепить лицо Бена, – сказала Джессика.

Томас угукнул и, пройдя к выходу, открыл Терезе дверь, затем схватил фонарь и вышел вслед за девушкой.

Ребята не стали выбирать дом получше, решили не рисковать. Они перешли перпендикулярно дороге и вошли в первый попавшийся дом. Тереза сразу прошла в гостиную, переполненную старым хламом. Видимо, хозяева устраивали переезд или кардинальный ремонт. Она осмотрелась, прислушалась – в доме они были одни. Спотыкаясь о разбросанные игрушки, коробки и сломанную мебель, она, наконец, дошла до дивана и подняла сиденье, высматривая уцелевшие комплекты постельного белья, но внутри лежали только удлинители, сумки и парочка пакетов. Тереза, удерживая одной рукой сиденье, вытащила пакеты и одну вместительную сумку. В темноте она порылась в мешках, но, кроме обуви, ничего не нашла.

Тем временем Томас не спеша поднялся на второй этаж и зашел в первую комнату. Он на ощупь нашел кровать, похлопал по ней ладонью, а затем на секунду включил фонарь, чтобы собрать в охапку одеяло и две подушки. Погасив фонарь, он прошел в следующую комнату. Это была детская. Весь пол был усеян игрушками, детальками от Лего, поэтому Томасу пришлось нелегко. Чем дальше он проходил вглубь комнаты, тем чаще наступал на мелкие игрушки и рельефные, острые детальки. Наконец, пройдя “минное поле”, он снова включил фонарь и забрал оставшиеся подушку и одеяло.

– Томас, – шепнула ему Тереза, когда он спустился. – Посвети мне на секунду.

Брюнет положил на диван собранное в кучу постельное белье и подошел к брюнетке, по пути споткнувшись об угол низкой тумбочки.

– Бл… Твою ж налево, – вырвалось у него. – Понаставили всякого дерьма посреди комнаты, чуть не полетел. На втором этаже вообще испытания в стиле Индианы Джонса. Здесь не монстров бояться надо, а вот таких людей, – ворчал он, а Тереза еле сдерживала смех.

Томас встал рядом с девушкой и включил фонарь, который сразу же направил на кучу хлама. Луч яркого света, хоть и на секунду, осветил сломанные игрушечные машинки, кучку ненужной одежды, старый покрытый прилипшими остатками еды тостер, ржавую микроволновку и еще горку неузнаваемого дерьма. Рядом с этим, на столе, лежал коробок с двумя использованными спичками.

– Они хотели это сжечь? В доме? – разинула рот девушка.

– В любом случае уже ничего не сделают, а спички мы заберем, – он хищно улыбнулся и спрятал коробок в карман. – Ты-то нашла что-нибудь?

– Сумки, – она показала на большую сумку. – А в ящике под телевизором пачку пластырей.

– Отличненько.

Томас расстегнул сумку и положил туда небольшие подушки, кинул коробку с пластырями. Закинув сумку на плечо, он взял в охапку два одеяла и двинулся к выходу.

Тереза с силой потянула на себя дверь библиотеки, придержав ее, чтобы зашел Томас. К нему сразу же подбежали девчонки. Джессика приняла у него одеяла, которые тут же расстелила на полу, а Алекс помогла ему разобрать сумку.

– Джесс, – позвал он шатенку. – Обработай Бена как следует.

Брюнет отдал ей упаковку пластырей, а сам принялся раскидывать подушки.

– Который час? – спросила Тереза.

– Зажги спичку. Ни хрена не видно, – сказала Алекс, и брюнетка зажгла спичку, освещая оранжевым огоньком циферблат. – Восемь утра.

– Черт. Снова проснемся к вечеру.

Сзади подошел Томас.

– Это ничего не меняет, – его голос прозвучал решительно. – Мы обязаны отдохнуть. Я только что от Бена. Чуваку хреново, ему нужен отдых. И вы, девчонки, устали от всей этой беготни.

– Но, Томас… – возмутилась Тереза. – Мы так ничего и не сделали.

– Не сделали сейчас, сделаем завтра, как проснемся. На трезвую голову лучше думается, тебе ли не знать.

Тереза не могла не согласиться. Конечно, такой расклад ей отнюдь не нравился, как и их бездействие, но Томас был прав. Она и сама не заметила, как усталость взяла вверх над ее телом, как веки разом отяжелели, как дыхание стало таким глубоким, равномерным, будто организм уже давно спал, а мозг, перебарывая усталость, продолжал думать.

Джессика соорудила широкую мягкую постель: места бы всем хватило. Алекс легла с краю, рядом с Беном, хотя изначально она вовсе не хотела лежать рядом с едва знакомым мужчиной. По другую сторону от Бена легла Джессика, затем – Томас, а замыкающей стала Тереза. Тепло, исходящее от тесно лежащих рядом тел, мягкость одеял и подушек мгновенно сморили ребят, проспавших до самого вечера.

Вечером, к часам шести, первой раскрыла глаза Алекс. Блондинка явно поспала бы еще, если бы не ворочания Бена. После того, как он во сне пнул ее в спину, Алекс больше не захотела спать. Девушка встала с пола и, косясь на спящих ребят, прошла к одиноко лежащим в кучке рюкзакам. Открыв свой рюкзак, она выудила оттуда еще не совсем заплесневелую булочку и села за стол. Тщательно пережевывая уже слегка кисловатое тесто, Алекс загляделась на ребят. Спящими, они казались такими беспомощными, такими нежными и милыми, словно пушистые комочки. Блондинка оглядела всех: Бен спал, подложив руку под голову, Джессика лежала на животе и обнимала подушку. В одежде Тома, в его толстовке, не подходящей ей по размеру, и брюках, она выглядела, как мешок с волосами. Но если Томас поделился с ней одеждой, то на это были причины. Блондинка перевела свой еще сонный взгляд с Джессики на сопящего Томаса. Он был единственным, кто прерывал тишину своим надоедливым сопением. Алекс пригляделась и в темноте заметила, что брюнет обнимал во сне Терезу, что не очень-то ей понравилось. По рассказам самой Тессы, она знала, что у брюнетки был парень, с каким она хотела встретиться накануне. Она также слышала, что девушка думает о Томасе, считая его другом. Но знал ли это Том?

Алекс не видела будущего этого парня с Тессой. Том был для нее не больше, чем просто друг, которого они встретили в магазине. Блондинка не отрицала, что парень был симпатичным, но она считала, что он совершенно не пара ее подруге. Тереза кардинально отличалась от него, даже выглядела старше по разуму. Ее рассудительный характер никак не сочетался с характером Тома. Сперва, когда Алекс только заметила брюнета, она буквально возненавидела его, посчитав полным придурком, каких надо еще поискать. Но потом, когда он спас Терезу от монстра, когда вычислил все их особенности, она увидела в нем, как бы она сейчас выразилась, умственные способности и смекалку. Это и заставило ее думать о нем совершенно иначе. А когда парень устроил ей праздник в ее день рождения, она и вовсе полюбила его, приняла как своего, но это все равно ничего не меняет в отношении Тессы, каким бы он ни был.

Ее раздумья прервал чей-то бубнеж и едва различимые обрывки фраз. Алекс прислушалась, но звуки уже исчезли, а из темноты показался силуэт, затем послышался тихий хруст костей, и из мглы вышел Томас.

– Только о тебе думала, – проговорила Алекс, косясь на брюнета.

– Я знал, что твои мысли только обо мне, – зевнул он. – Размышляла о том, насколько я хорош?

– Облезешь, – хитро сощурилась блондинка. – Ты не умеешь общаться с девушками.

– Это ты к чему? – не понял Томас.

– Думаешь, я не вижу, как ты подкатываешь к Тессе? – она широко улыбнулась. – Красавец, почти герой, но, к сожалению, полный ноль в отношениях, девственник в двадцать лет… Я могу долго перечислять.

Эти слова сильно задели его. Наверное, он ничего обиднее в этой жизни не слышал. Раньше он как-то не обращал на это внимания, не вникал, но сейчас, когда ему говорят это в лицо, его жизнь полностью перевернулась.

– Эй, притормози, – он слегка толкнул ее в плечо. – Не выливай сразу столько негатива. Да и с чего ты решила, что я к ней подкатываю? – он с подозрительным прищуром глянул на блондинку.

– Хохлишься перед ней, пытаешься обнять…

Алекс попыталась привести еще примеры, но неожиданно Томас рассмеялся.

– Нет, нет, нет, Алекс, все не так. Тереза мне друг, как и ты. Если ты думаешь, что она мне нравится, то ошибаешься, – он хмыкнул. – Не обижайся, но вы обе не в моем вкусе.

Алекс искренне улыбнулась ему.

– Ты клевый парень, – блондинка приобняла его за плечи. – Временами становишься полным идиотом, но это даже и к лучшему. В этот момент ты… – она тщательно подбирала слово. – Смелый.

– Спасибо, – он благодарно улыбнулся и приобнял девчонку в ответ. – Так что же ты? Что тебе нравится во мне, помимо моей природной придурковатости?

Алекс немного подумала и вспомнила, как минуту назад слышала его заливистый, звонкий смех.

– Смех, – улыбнулась она. – Мне нравится твой смех.

– И мне тоже, – раздался мужской голос за спиной. – Такой бодрящий, что я даже вскочил с места, до конца не проснувшись. Я вам не помешал?

Бен подошел к ребятам, прервав тишину своим шарканьем.

– Видно, что сон пошел тебе на пользу, – с издевкой ответил Том. – Сарказм зарядился на сто процентов?

Но Бен вместо ответа передразнил парнишку и сел напротив.

Почти сразу после Бена проснулись девчонки. Время уже приближалось к ночи. За дверями снова послышались нотки поднимающегося шума.

– Что будем делать? Мы так ничего и не придумали, – сказал Бен.

– Пора бы подытожить то, что мы узнали за все эти дни, – задумчиво сказал Томас.

– Ты так говоришь, будто мы разгадали тайну Вселенной и теперь пытаемся разобраться, что к чему, – добавила Алекс, но брюнет никак не отреагировал.

Томас начал собирать всю информацию в кучу, стал строить у себя в голове некоторые незамысловатые теории, пытался все грамотно сформулировать, чтобы коротко и ясно объяснить это ребятам. Но порой его глубокие раздумья прерывал один вопрос: “Почему думаю только я?” Ответ пришел сразу же, как только он задал себе этот вопрос. Он увидел его в глазах друзей: они надеялись, что брюнет во всем разберется и все им расскажет.

– Ну? – не вытерпела Алекс. – Что надумал?

Ее излишняя навязчивость в трудные моменты раздражала и сбивала с толку. Томас нахмурился и поднял палец, как бы намекая, чтобы девчонка замолчала и дождалась нужного момента, но в ответ услышал только недовольное цоканье. Остальные же внимательно следили за каждым движением парня, за каждым изменением его лица. Они смотрели на него как на восьмое чудо света, которое вот-вот родит что-то умное, то, что помогло бы им спастись и выйти из этой темной помойки с обитающими в ней тварями.

– Так, – начал парень, собираясь с мыслями. – Мы четко знаем, что в этой глуши нет ничего и никого, кроме жутких тварей, которые реагируют на свет, звуки и… на определенное время, выразимся так.

Томас говорил очень медленно, пережевывая каждое слово и сопровождая свою речь жестикуляцией. Ребята молчали и старались переварить все сказанное, хотя сами были в курсе всего этого.

– Кто они, мы не знаем, – продолжил брюнет. – Как не знаем, что это за место. Каждый из нас попал сюда по-разному, вне зависимости от обстоятельств, в любое время суток из любого места.

– Погоди, Томми. Ты излагаешь факты, – перебил его Бен. – Но что ты сам об этом думаешь?

Томас замолчал, ибо этот вопрос застал его врасплох. Он много дней думал, в какое зловещее место их засунула судьба и что на самом деле случилось, но к точному ответу так и не пришел.

– Может, мы умерли? – предложила Джессика, прерывая его раздумья.

– Поначалу я думал также, но это вовсе не так. Почему-то я в этом уверен, – он снова задумался.

– Большой ужасный кошмар? – предположила Тереза.

– Если бы, – мрачно хмыкнула Алекс. – Я думаю, мы в аду. Это типо испытание такое.

– О чем это ты? – не поняла Джессика.

Алекс повернулась к девушке.

– Мы в чем-то провинились, и за это нас отправили в это место искуплять свои грехи. А для этого необходимо пройти испытание: выйдут из этой жопы только те, кто справится со своим грехом. Поэтому… – она оскалилась. – Выкладываем, у кого что за душой.

Ребята испугались, что Алекс окажется права. Она говорила настолько правдоподобно, что ребята инстинктивно начали искать в себе изъяны. В их глазах стояла паника и в то же время надежда на спасение. Ее слова повлияли почти на всех, кроме Томаса. Он, как только услышал первую фразу, сразу же не согласился с девушкой. Если это, как она выразилась, испытание или игра, значит изначально должна быть инструкция. Здесь же ничего не было, только тьма и пустой город, забитый ночными адскими бестиями.

– Я воровал, – сознался Бен. – Курил травку, взламывал сервера, базу данных ФБР…

– Тормози, – остановил его Томас. – Это не то, Алекс.

– С чего ты так уверен?

Томас секунду подумал, и мысль сама по себе пришла ему в голову, но он не знал, с чего начать.

– В седьмом классе, когда у нас была физика, – начал парень, но недовольная реакцией Томаса Алекс перебила его.

– Чувак, сейчас не время вспоминать, что ты делал в детстве.

Томас наградил ее осуждающим взглядом и продолжил:

– Дослушай, – раздраженно сказал брюнет. – Тогда мы проходили частоты и импульсы. Я даже доклад писал, пытался найти что-то такое, что сделало бы его уникальным.

– Думаешь, дело в физике? – уточнила Джесс. – Если ты думаешь, что это импульсы и частоты, то вряд ли. Каждый человек имеет свою частоту, но на этом все. Это максимум, что можно выжать из этого предположения.

Томас широко улыбнулся.

– Именно, Джесс. В Интернете я вычитал, что люди общаются на одной частоте, но порой они могут улавливать некие другие частоты, которые обычно не слышат.

– И? – развела руками Тереза. – Можно по-английски? Ты слишком сложно объясняешь.

– Это немного связано с религией, – он пытался собрать всю информацию и тщательно подбирал слова, чтобы на простом языке объяснить им свою теорию. – Почему мы не видим сверхъестественное?

Томас задал наводящий вопрос, и ребята задумались.

– Хочешь сказать, что они общаются на другой частоте? – предположил Бен.

– Точно, – победно улыбнулся парень и продолжил. – Разница в частотах и дает такой эффект невидимки. Если бы мы смогли настроить их частоту, то есть перенестись из нашей обычной в высокую, то мы смогли бы увидеть все сверхъестественное.

– Из обычной в высокую? – переспросила Тереза. – Почему в высокую?

– Высокочастотные люди, – пробормотала про себя Алекс, задумавшись над сказанным. – Похоже я начала сечь фишку, Томми. Высокочастотные люди, как, например, медиумы и вся эта оккультная шайка, могут видеть духов, проходя через астрал. То есть астрал – это переход между обычной частотой и высокой.

– Да! – лицо Тома расплылось в широкой улыбке. – Если коротко, то мы попали в другую, высокую частоту нашего мира, а потому стали невидимками для людей, которые находятся сейчас здесь, в том же месте и в то же время.

– Охереть! – изумился Бен. – Вот это ты зажег! Объединил все, что можно и все, что нельзя в одну кучу.

– Но звучит правдоподобно, – сказала Джесс. – Мы не узнаем, насколько эта гипотеза верна, но это хотя бы что-то, чем ничего.

Томас снова переварил свою теорию у себя в голове, разложил все по полочкам и пришел к выводу, что не ошибся, а если даже и допустил ошибку, то не везде.

– Допустим, – Алекс недоверчиво взглянула в чумазое лицо брюнета. – Тогда как нам устроить побег из Шоушенка и одолеть гадов?

– Не знаю, – признался Томас. – На этот счет у меня идей нет.

Алекс, хоть и прослушала всю занимательную и очень мистическую гипотезу Томаса, но все же придерживалась своей и каждую секунду улучшала и подкрепляла доказательствами свое предположение, ставя под сомнение теорию парнишки.

– Хорошо, – не унималась она. – А если…

– Тихо! – резко шепнула Тереза, и Алекс умолкла, развернувшись к брюнетке.

Девушка еще раз прислушалась и снова уловила слабый стрекот. Он был тихим и шел явно не со стороны улицы. Он был внутри. Кто-то находился в здании.

– Слышите? – шепотом поинтересовалась она у друзей. – Оттуда, из той части здания.

Томас угукнул и вновь вспомнил, как в первый день услышал здесь стрекотание. Он обещал себе больше не возвращаться в это место, потом, конечно, забыл об этом, но сейчас снова ощутил то самое знакомое чувство. Теперь уже и остальные поняли, что звук был в самом здании, а это означало только одно – оставаться было опасно. Им придется выйти в эту же ночь.

Глава 11

– Так, – протянул Томас. – Пора сваливать. Хватайте рюкзаки и уходим!

Брюнет ломанулся к стойке, рядом с которой лежали все рюкзаки. Он закинул туда недавно выгруженные вещи, уложил свою фотографию, которой дорожил с начала всего этого приключения по адским мукам. Громко застегнув рюкзак, он прислушался, но кроме шорохов, исходящих от ребят, ничего нового не слышал. Парень проверил нож, удостоверившись, что тот находится в ботинке. В правую руку он схватил мачете, мельком осмотрел себя, нервно взъерошил волосы, нечаянно задев щеку, которая показалась ему на ощупь странной и неестественной. Томас снова провел тыльной стороной ладони по щеке и ощутил, как сильно выделяются его скулы. Он даже и не заметил, как сильно осунулось его лицо, как похудело его тело. Почему-то именно сейчас ему жутко захотелось включить свет и посмотреть на себя в зеркало. Если бы он взглянул на себя, то явно бы не узнал. Осунувшееся лицо, перепачканное грязью, липкое от пота, дурно пахнущее тело, требующее душа, и больные потянутые мышцы – вот, что он знал о себе, не смотря в зеркало. Томас снова взъерошил грязные волосы и вгляделся в темноту, вспоминая подходящую для этого места фразу: “Если долго смотришь в бездну, бездна начинает смотреть в тебя”. Из темноты показались мелькающие силуэты, которые судорожно собирали свои вещи, стараясь не издавать звуков, чтобы не провоцировать то, что таилось в дальнем крыле здания.

Наконец, когда девчонки и Бен были собраны, ребята беззвучно вышли из библиотеки. В этой части улицы никого не было. Как бы тщательно они не высматривали склизких ублюдков, здесь их и след простыл. Возвращаться в сторону “кармана” смысла не имело, поэтому Томас сразу же повел свой отряд вглубь города, в самый его эпицентр, где обитало большое количество тварей.

Ребята обогнули автобусную остановку и, стараясь двигаться бесшумно, шли в сторону высоких зданий, в сторону того самого корпоративного островка, который находился в пяти кварталах от библиотеки.

Ребята шли кучкой, не рисковали подходить к краям дороги. Томас шел впереди вместе с Терезой. Парень смотрел только вперед, следил за дорогой, просчитывая в уме более оптимальный маршрут. Из-за этого у Алекс возникла ассоциация с навигатором с большой погрешностью. Если Томас отвечал за маршрут, то дело Терезы заключалось в мониторинге обстановки. Позади них шли Алекс и Джессика, которые почти все время озирались по сторонам и были готовы в любую секунду пырнуть кого-нибудь ножом. Замыкающим стал Бен. Его задачей стало прослушивание местности и контроль монстров, которые могли напасть сзади.

Ребята организованно продвигались вглубь города, внимательно осматривая все переулки и закоулки, заглядывая за мусорные баки, в пустые разбитые автомобили у дороги. В дома они уже не заходили – там было крайне опасно. Поэтому Томас решил найти что-нибудь более безопасное, и в голову ему пришла одна мысль – заявиться в банк Карсона и спрятаться там. Но чтобы дойти до этого когда-то находящегося под охраной здания, нужно было пройти за угол десятиэтажек и пропустить парочку закоулков.

Впереди показалась первая заброшенная десятиэтажка с напрочь выбитыми окнами. Ребята сбавили темп и бесшумно прошли до конца здания. Решив проверить обстановку, Томас подкрался к углу и выглянул в проулок. В проулке между двумя заброшенными зданиями стоял автомобиль и несколько мусорных контейнеров. В темноте нельзя было рассмотреть, что там еще было, как бы Томас не вглядывался. Он старался вслушаться в звуки, окружающие ребят, но уловил только далекий шелест. Спиной брюнет почувствовал, как сзади кто-то подошел, но оборачиваться не стал, просто выставил руку и оттолкнул человека за спиной. Сейчас Том хотел вслушаться в звук и вглядеться в темноту.

– Чего мы ждем? – шепотом спросила Алекс.

– Томас хочет удостовериться, что путь безопасен, – также шепотом ответила ей Джессика.

– Не проще пройти через центр? – не унималась блондинка.

Шептание и шорохи за спиной парня не давали сосредоточиться, только раздражали.

– Заткнитесь! – прошипел брюнет, поворачиваясь к девчонкам.

Томас проморгался, протер уставшие, напряженные глаза и снова вгляделся в темноту и вдруг уловил слабое постукивание, затем, как ему показалось, шелест. Сначала он подумал, что ему это почудилось, но вскоре убедился, что звук действительно настоящий и исходит со стороны проулка. Томас спешно повернулся к ребятам и проговорил одними губами:

– Там кто-то есть. Не знаю, сколько, но мало. Нам нужно пройти через них.

– Чего? – возмутилась Алекс, нахмурив свои светлые бровки. – Ты с ума сошел?

Томас перевел на нее сверлящий, укоризненный взгляд, и девчонка поневоле замолкла.

– Это лучше, чем проходить через весь центр, где тварей в три раза больше, чем здесь.

– Парнишка прав, – сказал Бен. – Тем более есть, где скрыться. Открытая местность нам ни к чему.

– Тогда идем, – сказал Томас и скрылся за углом.

– Держитесь вместе, – сказал Бен впереди идущим девушкам.

Томас бесшумно шел по переулку, косясь на автомобиль, в котором, к счастью никого не было, на мусорные баки, в которых что-то копошилось, и этот надоедливый звук становился все громче и громче. Томас обогнул баки, жестом подозвал отстающих ребят и прошел концу переулка. Впереди проходила узкая дорога, соединяющая главную дорогу позади библиотеки и перекресток центра города. Брюнет остановился и выглянул за угол, осматривая перекресток, затем перевел изучающий взгляд на балконы, выступающие наружу и смотрящие в сторону противоположно стоящих аналогичных балконов. Ребята вплотную подошли к парню и также осмотрели дорогу.

Позади продолжался надоедливый шелест, Бен невольно обернулся и увидел, как что-то темное бегает из стороны в сторону, запрыгивает в мусорный бак и выпрыгивает из него, точно попрыгунчик, и все это сопровождается тем самым постукиванием и шелестом. Бену стало не по себе от увиденного. Жутко было стоять самым последним и наблюдать что-то по-настоящему ужасное, то, что совсем недавно напало на их дом и не прочь напасть сейчас. Мужчина рефлекторно прижался к Алекс, но девушка только недовольно оттолкнула его, наградив осуждающим взглядом.

– Чего пристал? – зашипела блондинка.

Бен снова повернулся к девушке, и она заметила, как его лицо изменилось, будто он чего-то очень сильно испугался, да так, что готов был сорваться с места и убежать прочь.

– Передай Томасу, – его шепот срывался. – Что нам пора отсюда уходить.

Алекс заглянула через плечо Бена и сама увидела то, чего так сильно испугался брюнет. В трех метрах от них нечто коричнево-серого цвета как-то неестественно двигалось. Это были резкие, грубоватые движения, будто монстр был вовсе не монстром, а роботом. Порой эти движения были настолько быстрыми, что девушка не могла понять, куда делся монстр и что теперь делает. В такие моменты мурашки ходили табуном по ее нежной бледной коже, а мозг начинал придумывать разные жуткие образы, поэтому каждый раз Алекс думала, что вот-вот – и тварь окажется точно перед ее лицом.

– Том, – прошептала блондинка, прорываясь через ребят. – Шевелись. Тут что-то неладно.

Ее слова прервали его наблюдение, и парень повернулся к испуганной девушке.

– Что случилось? – нахмурился он.

Алекс подошла к нему вплотную и, поднявшись на носочки, примкнула к его уху.

– Посмотри назад. Нам стоит поторопиться.

Томас сразу же выглянул из-за толпы и прищурился. Теперь он и сам увидел то, что так встревожило ребят. Еще раз осмотрев дорогу, он кивнул Алекс и жестом показал двигаться вперед. Брюнет бесшумно перебежал дорогу и скрылся в темном проулке, в котором, по его наблюдениям, никого не было. Ребята по очереди перескочили через дорогу и подошли вплотную к Тому. Из-за стыка крыш соседних домов сверху образовался навес, поэтому в этом переулке оказалось куда темнее, чем в том. На расстоянии вытянутой руки ничего не было видно, поэтому приходилось идти в два раза медленнее, чтобы не споткнуться и не нарушить тишину.

– Блин, – выпалила Джесс, споткнувшись о впереди идущую Терезу. – Извини.

– Зажгите фонарь, но закройте рукой так, чтобы оставался маленький лучик света, – потребовал Томас.

– Это не опасно? – спросила Тереза, достав фонарь из рюкзака.

– Еще как опасно, – он широко улыбнулся, и через секунду дорога была освещена слабым пучком света.

– Ого… – протянул брюнет. – Переулок длинный.

Как только он это сказал, впереди что-то перебежало от одного мусорного бака к другому. Томас вгляделся в кромешную тьму и увидел, как что-то очень огромное двигается, как желе. Мне кажется, или это… – подумал он, но мысли сами по себе оборвались.

– Оксид твою медь… – шепотом воскликнул он, и Тереза тут же навела луч вперед.

– Что там? Что там?! – выглянула из-за плеч парня Джессика. – Это что еще за… хрень?

Там, куда Тереза направила луч света, копошились семь, а то и все десять существ. В узком переулке они выглядели как коричнево-серое кишащее месиво. Их лапки карабкались по покрытым плесенью стенам, будто они застряли и хотели выбраться, но узкое пространство не давало им это сделать. Томас, вспомнив, что Тереза все еще светит на “желе”, поспешно опустил ее руку.

– Что будем делать? – выйдя из шока, поинтересовалась Тереза.

– Вернемся назад, конечно же.

Томас уже собирался повернуться и пойти обратно, как его вовремя перебил в конце стоящий Бен.

– Чувак, – прописклявил он. – Идти назад не вариант. Сам посмотри.

Томас вышел из толпы и посмотрел туда, куда показывал ему Бен. Там, посреди дороги, собралась толпа тварей, которые тщательно что-то или кого-то искали. Одна их часть что-то вынюхивала, остальные стояли на середине дороги и смотрели в проулок, точно на ребят. Томас понял, что твари их не видят, хотя должны были, ибо они хорошо ориентировались в темноте. А если твари их не видят, значит…

– Народ, – позвал он ребят. – Они нас не видят. Тереза, – он обратился к девушке. – Помнишь, в магазине на нас напали? Тогда он двигался точно по твоему маршруту, ориентировался в темноте, а сейчас они никого из нас не видят.

– Хочешь сказать, что дело не в темноте? – уточнила она.

– Ну конечно, – осенило его. – Они не видят. Совершенно. Эти твари ориентируются только на звук.

– Но мы же сейчас разговариваем, – не поняла Джессика. – Как они нас не слышат?

– Не та частота, – заключил Томас. – Я все еще думаю, что дело в частотах. Для них наш шепот ничего не значит, но если я…

Томас провел мачете по кирпичам, издав противный громкий скрежет.

– Смотрите.

Он указал на тварей, и ребята увидели, как группка, что стояла на середине дороги, зашевелилась и начала судорожно искать источник звука, исходящий из глубины переулка.

– Тогда в магазине ты издавала звуки, роняя товар на пол, поэтому он тебя преследовал, – он повернулся к Терезе.

– Что это значит? – спросила Алекс.

– Ты так и не расчухала? – разочарованно выдохнул брюнет, потирая уставшие глаза. – Мы можем через них пройти, главное – не издавать звуков на определенной для них частоте.

Томас прошел вперед, но его остановила Тереза.

– Погоди, а как же свет? Если ты говоришь, что они слепые, тогда почему реагируют на свет?

– Я думаю, дело в рецепторах на их коже. Тереза, я не спец по этим тварям, у них может быть чувствительность на все что угодно.

Томас снова двинулся вперед, зазывая за собой ребят.

– А парнишка-то сообразительный, – восхищался Бен, но Джесс в ответ шикнула на него, чтобы тот замолк.

Брюнет потихоньку проходил вглубь, приближаясь к теперь еще более подвижному “желе”. Он понял, что они стали медленно разбредаться, освобождая узкий проход. Томас сбавил темп и подождал еще минуту и, как только проход более-менее стал просторным, пошел дальше. Первый монстр был так близко к нему, что Томас невольно боялся за свое ошибочное представление об их зрении и рецепторах. Он боялся, что монстр учует его запах, и тогда погибнут все. Но парень без проблем обошел существо и двинулся дальше. Ребята, стараясь не шуметь, шли за ним. На очереди стояло еще несколько вонючих скользких существ. Первым через них прошел Томас, он увиливал и пытался не задеть кишащее месиво руками или телом. Ребята шли за ним, пока Джессика случайно не споткнулась о впереди идущую Алекс. Послышался стук, а затем Алекс почувствовала, как ладонью коснулась чего-то очень мокрого, противно мокрого. Тварь тут же встрепенулась, толкнув остальных. Томас обернулся на звук и увидел, как узкий проход закрылся под их движущимися телами, не оставив даже задоринки. Затем он услышал, как коротко вскрикнула Джессика, а затем увидел, как всполошились монстры.

– Томас! – он услышал шепот, но не понял, кто говорил. – Помоги нам!

Парень даже не знал, что делать. Перед ним стояла живая стена, через которую невозможно было пройти. А в голову, как назло, ничего не приходило. Он только и видел, как твари начали копошиться еще быстрее, и тогда ему пришла одна единственная рискованная идея – отвлечь их. Томас достал свой фонарь и включил его. Месиво тут же всколыхнулось, твари разом повернулись в сторону брюнета. Послышался вопль, рев; их тела с выделяющейся слизью терлись друг о друга, пытаясь вырваться из этого комка. Томас сделал шаг назад, и толпа, шевеля несколькими парами ног, двинулась за ним, протискиваясь через узкий проход. Внезапно один монстр все-таки смог выбраться, за ним последовал второй, третий. Комок начал распадаться, и образовалось некое пространство. Томас увидел ребят и жестом показал им двигаться как можно быстрее, пока расщелина из тел не захлопнулась. Три монстра, которые чудом выбрались из толпы, тут же поскакали в сторону брюнета, который в это время пятился назад, чтобы раздробить ком и выгадать необходимые минуты для ребят. Но как только он заметил, что ушел на достаточно большое расстояние, оставив друзей впереди, и увидел ловко движущихся тварей, парень выключил фонарь, вооружившись мачете. Прошло около двух минут, и Томас увидел впереди слабый лучик света. Существа, что стояли чуть ли не вплотную к брюнету, обдавая смрадным дыханием, мгновенно обернулись. Томас шумно выдохнул и увидел, как Тереза потихоньку выводит ребят из ловушки. Сначала вышла Алекс, потом Бен, а затем самая последняя вышла Тереза, прикрывая рукой фонарь. Проследив взглядом за ребятами, брюнет с ужасом осознал, что кого-то не хватает. Где Джессика? – подумал он и тут же ощутил, как кто-то положил ему руку на плечо. Он резко обернулся и, посветив фонарем, увидел Джессику. Та поморщилась от яркого света, закрывая рукой глаза.

– Выключи, – попросила его шатенка, и он убрал фонарь в рюкзак.

– Ты в порядке? – беспокоился Том.

– Да, если не считать, что я погрязла в их слизи.

Сзади к ним подошли Бен, Алекс и Тереза. Она все еще держала фонарь включенным и слушала звуки позади себя, как вдруг что-то схватило ее за руку и потащило вниз. Тереза негромко вскрикнула и ощутила, как ее схватили за ногу. Чьи-то лапы обхватили ее за талию. Не успела она закричать, как почувствовала соленый привкус на языке – кто-то зажал ей рот.

– Тереза?! – позвал ее Бен.

Мужчина заметил, как в темноте из стороны в сторону маячил фонарь, пока с треском не упал на землю.

– Томас! – он подскочил к парню. – Тереза пропала.

– Как пропала? Куда? – запаниковал брюнет и достал фонарь.

Он, расталкивая ребят, на бегу включил фонарь, осветив весь переулок ярким светом, и увидел, как несколько существ прижали Терезу к стене. Один из них высунул длинный язык и прикоснулся к ее лицу, все приближаясь и приближаясь, будто присасывался к ее коже. Другая тварь закрыла ей рот лапой, а третья проводила большим острым ногтем по шее, оставляя кровавую дорожку. Томас, схватив мачете, не теряя ни минуты, побежал к девушке, но его тут же остановила стена, оживленная светом, исходящим от фонаря. Брюнет, не сбавляя темп, прыгнул на эту кучку, прорубая себе путь. Послышались дикие крики, Томас невольно зажмурился, обхватил голову руками, пытаясь заглушить громкие вопли, отдающие эхом в пустом переулке. Существа извивались, вопили, обдавали парня фонтанирующей из отрубленных конечностей черной субстанцией. Томас не останавливался. Сейчас он думал только о спасении Терезы, поэтому каждая секунда была на счету. Вдруг он ощутил, как новая волна жижи покрыла его с ног до головы. Он обернулся, вытирая лицо, и увидел Бена, пробирающегося сквозь извивающиеся, израненные тела монстров.

– Проберись к Терезе! – заорал Бен, пытаясь перекричать высокочастотные крики существ. – Я разберусь с этими ублюдками!

Томас, не говоря ни слова, отбежал в сторону, предоставив монстров Бену, который на удивление прекрасно справлялся со своей задачей. Наконец, между стеной и месивом образовалась узкая, но подходящая для Томаса, расщелина. Побежав ей навстречу, он поскользнулся на растекающейся черной жиже и влетел в одно из существ, по пути отрубив ему лапу. Нечто взвизгнуло и убрало длинный язык с лица Терезы. Том двинулся на следующего монстра, начал размахивать мачете, как вдруг кто-то отбросил его в стену. Мачете с характерным звоном отскочило в сторону, а Томас рухнул на липкий асфальт. Спину и затылок прожгла насквозь резкая боль, перед глазами все поплыло, голова закружилась. Брюнет попытался встать, но что-то вновь пригвоздило его к стене. Чья-то морда опустилась перед его лицом, и он тут же почувствовал тухлый запах, от которого его затошнило. Ничего перед собой не видя, он замахнулся и ударил по чему-то скользкому, но в ответ существо подняло его высоко над землей и с силой толкнуло в стену, расцарапав парнишке лицо. Жгучая, пульсирующая боль распространилась по всему лицу. Томас почувствовал, как что-то теплое течет по его щеке. Он замахнулся и еще раз с диким криком, в который он вложил весь свой гнев, ударил по морде монстра. Существо пошатнулось и, взревев, с силой бросило Томаса на асфальт. Ударившись головой о землю, брюнет ощутил адскую боль, будто череп раскололся, но перед тем, как, обессилев, потерять сознание, он почувствовал, как существо длинными когтями разорвало ему бедро.

Глава 12

Тереза визжала от страха и боли. Она видела все: как существо отбросило Томаса в стену, как порезало ему лицо, как ловко, словно игрушку, бросило на землю. Ее взгляд был направлен на истекающего кровью брюнета, над которым склонилось существо и теперь пыталось разорвать его на части. Еще чуть-чуть – и монстр вспорол бы ему живот, как вдруг существо взвизгнуло и рухнуло на землю. Тереза подняла свой немигающий взгляд выше и увидела Бена, который чудом прорвался через стену, которой уже как таковой и не было. Брюнетка, как в замедленной съемке, увидела, как к ней бежит мужчина, как одним ударом отрубает существам голову взятым у Томаса мачете.

– Ты как?! – кричал он, но она будто не слышала.

– Томас… – проговорила она. – Что с ним?

Ее отсутствующий взгляд был направлен только в сторону, где бездыханно лежал Томас. Затем она слабо ощутила, как крепкие руки Бена подняли ее с земли, услышала истерический крик Алекс, ощутила ее прикосновения. Она не заметила, как оказалась уже стоящей на ногах, не заметила, как ребята вывели ее с поля, усеянного трупами. По пути она не удержалась на ногах и упала. Она будто ничего не чувствовала. Все ощущения разом пропали, как только она встала с земли.

– Томас, – шептала она. – Заберите его.

Бен поднял ее с земли и взял на руки.

– Нет, – решительно сказал он. – Тереза, он мертв. Нам самим нужно спасаться.

Брюнетка перевела на него свой немигающий взгляд, который совершенно ничего не выражал, хотя внутри все жгло от гнева.

– Ты должен, – слабо проговорила она.

– Тесса, – Алекс взяла ее за руку, но девушка даже не почувствовала. – Его не спасти. Он умер.

Он умер, – крутилось в голове. От бессилия она ничего не могла сделать. В любой другой ситуации она сама бы подняла его тело с земли и потащила на себе, но не сейчас, когда она сама лежит на руках Бена. Ей стало настолько больно, что захотелось закричать, но тело будто парализовало от увиденного. Она смогла выдавить из себя только слезу, одиноко катящуюся по бледной щеке.

– Что будем делать дальше? – спросила Джессика.

– Сваливать отсюда к чертовой матери, – гневно выплюнул Бен.

Пока они шли по бесконечному переулку, ведущему на другую сторону от центра города, позади них снова что-то застрекотало. Алекс посветила в сторону звука.

– Что за…? – Бен обернулся и увидел, как со стен начали сползать твари и собираться в кучу. – Бежим!

Бен сорвался с места, удерживая Терезу. За ним побежали Алекс и Джессика. Блондинка прикрыла рукой свет от фонаря, чтобы осветить только часть пути. Она всем телом ощущала, как твари приближались к ней, дыша в спину.

– Джесс, ускорься!

Обогнать было невозможно в таком узком пространстве, поэтому Алекс чуть ли не выталкивала Джессику. Наконец, когда бесконечный коридор закончился, ребята пулей вылетели на перекресток. По левой стороне тянулась вверх дорога, а по правой была развилка, ведущая на перекресток центра города. Бен побежал к развилке, зазывая девчонок, но как только они выбежали на перекресток, то увидели десяток, а может даже сотню тварей, блуждающих по центру.

– Их здесь туева хуча, – вслух сказал Бен, и монстры, как по команде, обернулись в его сторону.

Ребята попятились назад. Алекс хотела было побежать в обратном направлении, как увидела бредущих в их сторону тварей из переулка.

– Ребята, у нас проблемы, – протянула Алекс.

Она наткнулась на Бена, и мужчина сразу же повернулся и посмотрел в ту сторону, куда, не отрывая взгляд, смотрела блондинка.

– Черт побери, – выругался брюнет. – Мы в ловушке.

Ребята и не заметили, как кольцо из монстров начало сужаться. Они так и напирали на них, будто хотели раздавить. Бен мельком бросил взгляд на Терезу – та была без сознания – сказалось эмоциональное перенапряжение и шок. Он ухватил ее покрепче и попятился назад, споткнувшись о девушек. Они стояли спина к спине и смотрели на медленно сужающееся кольцо.

– Мы погибнем… – всхлипнула Алекс. – Мы все здесь умрем.

– Заткнись! – гаркнул Бен.

Вдруг тишину прервал звук ревущего мотора. Он приближался, но ребята не могли уловить, с какой стороны исходил этот звук. Рев стал еще ближе, и Алекс увидела за спинами существ, со стороны дороги, тянущейся вверх, яркий свет фар, ослепляющий глаза. Алекс и Джессика прищурились и увидели, как нечто большое и ревущее с большой скоростью направлялось к ним, разбрасывая по сторонам монстров, словно кегли. Девушки присмотрелись: это был огромный джип с бронированной крышей, с ржавыми решетками на окнах и железным щитом на капоте. Этот зверь, расчистив себе дорогу от монстров, подъехал к ребятам, освещая полукруг яркими фарами.

– Томас? – вырвалось у Бена.

Но вместо Томаса из люка на крыше джипа высунулся незнакомый им парень.

– Особого приглашения ждете?! – крикнул он басистым голосом. – Долго ждать не буду!

Его тон вырвал ребят из состояния ступора. Девчонки ловко юркнули в машину.

– Что с девчонкой? – спросил незнакомец, вылезая из джипа.

– Без сознания, – ответил Бен.

– В багажник ее, – скомандовал парень. – И пошевеливайся!

Бен даже оторопел от такого командирского тона. Он, как и было велено, бережно уложил Терезу в багажник, а сам залез к девчонкам. Как только он захлопнул бронированную дверь, джип взревел и полетел прочь от перекрестка, сшибая с дороги несущихся на автомобиль существ.

Джип выехал из центра города и направился в периферию, ближе к выезду из города.

– Кто ты такой?! – встрепенулась Алекс.

Парень сбавил скорость, удостоверившись, что дорога чиста.

– Меня зовут ЭсПи, – сдержанно сказал он.

Теперь в разговор влез Бен.

– Как ты нашел нас?

– Колесил по городу в поисках развлечений и, к своему счастью, нашел, – он повернулся к ребятам, сверкнув своими хитрыми зелеными глазами. – Как вам мое выступление? Никогда еще столько не сбивал. Страйк!

– Ты что – псих?! – возмутилась Алекс.

ЭсПи снова повернулся к блондинке, посмотрел на нее изучающим взглядом и расплылся в широкой улыбке.

– Для тебя я кто угодно, детка.

– Да иди ты к черту! – выпалила Алекс.

– Да мы уже здесь, – он задорно хохотнул.

– Все! Заткнись, – она отвернулась к окну. – Заткнись и крути баранку.

ЭсПи ничего не ответил.

Джип ехал на небольшой скорости по гладкой дороге, чем сморил изможденных Алекс, Джессику и Бена. Они даже не знали, куда везет их этот парень, но были ему мысленно благодарны за то, что вообще вытащил их из западни.

Как только показался дорожный знак выезда из Карсона, ЭсПи свернул направо и поехал по узкой дороге вдоль периферии, где, по его меркам, не было монстров. Он резко притормозил у полицейского участка, разбудив толчком ребят.

Парень вышел из машины и направился к багажнику, где лежала Тереза. Он бережно вытащил девчонку и, позвав ребят, направился в полицейский участок.

– Полиция? Там еще кто-то есть? – спросила Джесс.

– Не-а, – ответил ЭсПи. – Там только я… ну и вы… теперь.

Ребята зашли внутрь. ЭсПи прошел в архив, где стояли широкие столы, и уложил Терезу, затем закрыл на ключ входную дверь и направился к ребятам. Они стояли перед камерами, в которых на полу была разложена постель и поставлен стол с лежащим на нем оружием.

– Это моя комната, – сообщил ЭсПи, подойдя к ребятам. – Ваши соседние. Вы, наверное, проголодались. В дежурной стоит пакет с более-менее свежей едой.

Ребята молча прошли в дежурную и сели за стол. Бен порылся в пакете и выудил для себя шоколадный батончик, а для девчонок достал булочку, которые они разделили пополам.

– Вот это круто, – жуя шоколадный батончик, приговаривал Бен. – А вы чего такие грустные?

Услышав этот вопрос, Алекс сердито взглянула на брюнета и бросила ему обертку от шоколадного батончика прямо в лицо.

– Ты, – прошипела она, перегибаясь через стол. – Томас погиб, а тебе круто?! Твою мать, Бен, какая же ты сволочь! Бесчувственная сволочь!

В эту секунду она была готова ударить его головой об стол, но вместо этого встала со своего места и ушла прочь, ненавистным взглядом посмотрев на мужчину.

– Куда это ты? – крикнул он ей вслед.

– Спасаю тебя от себя, идиот! – послышалось за углом.

Бен только пожал плечами и продолжил доедать свой батончик.

– Ты не прав, – спокойно сказала Джесс. – Прояви хоть толику уважения к Томасу.

Ее спокойный тон заставил брюнета задуматься. Он предпочитал истерики Алекс, чем спокойный, но такой осуждающий тон Джессики. Он хотел ей что-то ответить в свое оправдание, но его перебил вошедший в помещение ЭсПи. Парень сел рядом с Джессикой и, ловко порывшись в пакете, достал пудинг. Девушка покосилась на шатена, который быстро поглощал сладкое.

– Ваши имена, – сказал он, поедая десерт.

– Джессика Райт, – отозвалась девушка. – А это Бен.

– Бен Флетчер, – уточнил парень, доедая батончик.

– Ясно. А кто блондинка и та потерявшая сознание красивая брюнетка?

– Алекс и Тереза, – коротко ответил Бен.

ЭсПи выкинул упаковку на пол и принялся за второй пудинг.

– Рассказывайте, что с вами произошло.

Джессика переглянулась с Беном, и мужчина, поняв, что знает почти всю историю от начала до конца, начал рассказывать, слушая редкое чавканье незнакомца.

На первый взгляд ничего хорошего нельзя было сказать об этом человеке. Он за это время ничего про себя не рассказал и похоже, что не хотел. Бен, пока делился с ним историей их выживания, заметил, что шатен был младше его, хотя до этого в машине он думал, что парню лет тридцать пять – не меньше.

– То есть с вами был еще один парнишка, – заключил он. – Томас, да?

– Да, но он… – Джессика не хотела говорить это слово. – Погиб.

– Печально, – сказал он сухо.

– ЭсПи, – отвлек его Бен, и парень приподнял брови в ожидании вопроса. – Ты-то знаешь что-нибудь про этих тварей и это место?

Шатен доел пудинг и снова кинул упаковку на пол. Затем перевел совершенно ничего не значащий взгляд на Бена.

– Это морки, – сказал он.

– Кто-кто? – послышалось со стороны двери.

ЭсПи перевел взгляд на девчонок у двери. Алекс придерживала еще не совсем отошедшую от бессознательного состояния Терезу.

– Морки, – он встал из-за стола, чтобы помочь Терезе сесть на его место. – Те твари, что вас так хотели сожрать, морки.

ЭсПи усадил Терезу и достал ей бутылку с водой. Та благодарно взяла ее и осушила почти наполовину.

– Погодите, – слабо прохрипела она, держась за голову. – С морками, как ты их называешь, мы разберемся позже, – она оглядела по очереди Бена, Алекс и Джессику. – Где Томас?

Ребята замолчали. Всем было непонятно: то ли она все напрочь забыла, то ли хотела еще раз услышать, что парень мертв. Наконец, Джессика спросила:

– Ты разве не помнишь?

В ответ она увидела ее вопросительное выражение лица.

– Все как в тумане.

– Он погиб, – всхлипнув, с грустью в голосе сказала Алекс.

Тереза вдруг все вспомнила. Слезы крупными каплями покатились по ее щекам, тело охватила нервная дрожь, и она, всхлипывая, обхватила голову руками. Алекс подсела рядом и обняла свою подругу, гладя ее по волосам. Блондинка что-то шептала ей на ухо, успокаивала, но Тереза никак не могла перестать рыдать. Все те чувства, которые пропали в тот момент, как вулкан, теперь извергнулись на ребят.

***

В темном переулке, там, где стыки крыш представляли собой навес, на земле, усеянной трупами монстров, тяжело дышал парень. Он никак не мог открыть глаза из-за боязни снова впасть в небытие, вновь потерять сознание. Тело жгло от боли, лицо пульсировало, бедро ныло. Наконец, Томас приоткрыл глаза, осмотрев место, но кроме жижи и трупов, никого не увидел. Где Тереза? Где все? – он вспомнил все, что было до потери сознания. Томас пошевелил раненой ногой, но тут же заорал от жгучей боли, будто ему не разорвали бедро, а чем-то прижгли. Он похлопал ладонью по асфальту в поисках мачете, но рядом ничего не было. Томас попробовал встать: сначала он оперся на одну руку, затем неуклюже на вторую, пытаясь не задеть поврежденной ногой асфальт. Придерживаясь за стену, брюнет кое-как встал с земли. Голова закружилась, как на карусели, его затошнило. Томас сделал глубокий вдох, что сказалось болью в его измученном теле, закрыл глаза и перевел дух. Успокоив свою пульсирующую от боли голову, он, придерживаясь за стену, поплелся к выходу из переулка. Измученный, израненный, он исподлобья смотрел, куда ему идти, потому что боялся поднять голову. Переступив через горку трупов, Томас еле-еле вышел из переулка и пошел, не выбирая путь, в сторону перекрестка. Ноги подкашивались, к горлу подкатывала тошнота, тело ломило. Сотрясение, – подумал Томас и с прищуром оглядел весь пустой перекресток. По краям лежали сотни трупов монстров, будто их переехали трактором. Томас пошел в ту сторону и увидел на асфальте хорошо различимые следы от шин, которые вели в левую сторону от перекрестка. Кто-то их увез, – подумал брюнет и направился точно по следам.

Глава 13

После шумной вечеринки в честь дня рождения одного из многих друзей он пришел в нетрезвом состоянии домой около полуночи. Шатаясь, парень доковылял до своей комнаты в квартире, расположенной недалеко от центра Карсона, параллельно набирая сообщение другу о том, что он частично живой.

На том конце провода Роберт получает СМС с загоревшимися на экране двумя английскими буквами «SP» и пьяно хихикает, печатая короткий ответ, который ЭсПи благополучно игнорирует, провалившись в сон, даже не удосужившись стянуть кроссовки с ног, не то что раздеться.

ЭсПи проснулся рано утром, ещё ничего не соображая, и с полузакрытыми сонными глазами встал с кровати и пошел по направлению к кухне, чтобы налить себе воды, ибо сушняк уже дерёт горло. По пути парень спотыкнулся несколько раз о какие-то вещи в темноте, хотя обычно в его квартире никогда ничего не разбросано, но до ещё заспанного и незагруженного мозга ЭсПи пока не дошел этот очевидный и всем его близким людям известный факт.

Он, всё так же спотыкаясь обо что-то, дошел до комнаты и сел на кровать, держа в руке полупустой стакан с водой и тупо пялясь глазами в выключенный телевизор напротив него. ЭсПи сидел так около пяти минут, пытаясь заставить свой мозг, наконец, работать. Парень медленно опустил полупустой взгляд на часы, стоящие ровно посередине плазменного телевизора, и теперь пялился на горящие в темноте цифры.

ЭсПи про себя проговорил несколько раз время.

09.16

09.16

09.16

09.16

09.16

– Девять шестнадцать? Какого хера? Они же новые, а уже сбивается время!

ЭсПи поднялся, отставив стакан на прикроватную тумбу, подошёл к электронным часам и, достав телефон, протянул руку к кнопкам, чтобы настроить время, но остановился, так и не нажав ничего.

– Чего б..?

Он резко обернулся к окну и заметил, что ещё темно.

– Неужели белочку словил? Что за чёрт? – ЭсПи пошёл к окну и снова обо что-то споткнулся. – Да что за на..!? – Парень опешил, посмотрел себе под ноги, потом в окно, снова под ноги и снова в окно.

Тут он резко проснулся окончательно, шестерёнки в мозгах начали спешно заводиться и, скрипя, крутиться, пытаясь найти хоть одно логическое объяснение происходящему.

Парень заметил, что его всегда идеально вымытый до блеска линолеум теперь не то что просто грязный, будто его засыпали землёй и всяким дерьмом и ещё пустили каких-нибудь свиней вдоволь поваляться в этой адовой смеси, а местами отодранный, валяющийся кусками, открывающими вид на мрачный бетон под ним. Об эти дырки и куски он запинался.

– Я чё – сплю? – в пустоту спрашивал ЭсПи.

Постояв секунду на месте, наблюдая ещё раз этот отвратительный и противный ему беспорядок в его же квартире, он всё-таки подобрался к окну, выглядывая на улицу с третьего этажа.

– Да вашу налево… Что за херь?

Перед шатеном предстала такая картина: темень, но не кромешная – что-то видно; фонари, светящие тусклым светом, оттенком ближе к красному спектру; осыпавшиеся листья деревьев, хотя на дворе чуть ли не без пяти минут лето; асфальт отдавал странным блеском – похоже, будто прошёл дождь, но когда ЭсПи возвращался домой, никаких осадков не было и их и не обещали; вокруг настолько тихо, что режет слух. Всё это навевает какое-то странное и неуместное чувство тревоги, беспокойства и страха.

ЭсПи резко развернулся и, подойдя к шкафу с одеждой, достал пару чистых вещичек, чтобы переодеться, – на удивление, такие присутствовали. Парень скинул пропахнувшую алкоголем рубашку и сменил её свитшотом цвета графита, зауженные под низ тёмно-синие джинсы были заменены чёрными джоггерами, ну а кроссовки пришлось оставить те же, ибо было обнаружено, что вся обувь, стоявшая в прихожей, была слишком сильно испачкана.

Шатен нашёл там же, в прихожей, рюкзак, закинув туда небольшую видеокамеру, отрытую в нижнем ящике прикроватной тумбы, острый нож, взятый с кухни, и он уже было собрался выходить, как, остановившись около обшарпанной двери, вернулся в комнату и прихватил пистолет, не забыв и про пули.

***

Прошло уже больше часа, а ребята, как зачарованные, сидели в дежурной и молча смотрели в пустоту. В голове возникло столько вопросов, но каждый из них не знал, с чего начать. Для начала они хотели узнать больше про шатена, который, как партизан, не рассказывал о себе, а только потом рыскать информацию об этом месте. У Бена была полная каша в голове, он не мог самостоятельно разобраться и навести у себя порядок. Был бы Томас… – с горечью подумал про себя брюнет, но все понимали, что Томаса уже не вернешь.

Тереза пустым взглядом буравила темноту. Она не двигалась, ни о чем старалась не думать, ибо боялась, что любая мысль, будь-то о Томе или об увиденном, сведет ее с ума, а слезы ручьями польются по ее щекам. Алекс время от времени подносила к ее рту бутылку с водой, но брюнетка молча отказывалась. Джессика о чем-то шепталась с ЭсПи, но тот отвечал так лаконично, что у девушки полностью пропал интерес к беседе.

– Чувак, – Бен, наконец, обратился к ЭсПи. – Надо бы во всем разобраться.

Шатен, оставив позади себя заскучавшую Джесс, подошел к Бену и сел напротив, небрежно отодвинув Алекс.

– В чем ты хочешь разобраться? Я не знаток этого места.

Бен опустил взгляд, собираясь с мыслями.

– Расскажи то, что знаешь, – предложил ему брюнет. – Мы думаем… точнее Томас думал, – он оглядел девчонок. – Что мы находимся в другой частоте, более высокой.

– Возможно, – шатен пожал плечами. – Я не сторонник теорий заговора. Лучше размышлять, чем в панике деградировать.

– Что ты обо всем этом думаешь? – спросила его Тереза.

ЭсПи выглянул из-за рядом сидящей Алекс и посмотрел на Терезу, пытаясь понять, как выглядит лицо брюнетки в темноте.

– Ну, – он почесал затылок. – Морки – те еще ушлепки. Как я знаю, в этой части Карсона их очень мало. Пока мало, но скоро они скучкуются и здесь. Весь центр кишит ими, как и восточная часть периферии.

– Что еще? – спросила Алекс. – Томас говорил нам, что они реагируют на свет и звуки на определенной частоте.

– Есть такое, – угрюмо хмыкнул шатен. – Они ж слепые, так что ваш мертвый дружок был прав.

Мертвый дружок, – эти два слова, сказанные с некой насмешкой, разозлили Терезу. Сказать она ничего не могла, но как только услышала это, повернулась к шатену и пронизывающе взглянула на него. В воздухе повисло некоторое напряжение, ЭсПи будто уловил эти нотки негатива со стороны Терезы и повернулся к брюнетке, которая не спускала с него свой затравленный взгляд.

– То, что вы видели, эту свору, – это еще не так ужасно по сравнению с другими, – его глаза сверкнули.

– Другими? – заинтересовалась Джессика.

– Ага. Двуногие – это один вид, основной вид, – сообщил шатен. – Есть несколько подвидов, но я больше одного не видел.

– И как они выглядят? – спросил Бен.

– О, – протянул ЭсПи. – Обосрешься только так. Такого же цвета, такого же размера, но не двуногие, а четвероногие. И не думай, Бенни, что они двигаются как собаки. Нет!

Бен ничего не понял из того, что сказал ему парень, но по его тону он ясно осознал, что таким тварям лучше не попадаться.

– Делал когда-нибудь мостик? – спросил его ЭсПи, и Бен медленно, в предвкушении, кивнул. – Вот так они двигаются.

ЭсПи подвигал бровями и тут же расхохотался, глядя в испуганные мраморные лица ребят.

– Ты… че? – озадаченно спросила Алекс. – Ты нас объегорил, что ли?

– Нет, – иронично усмехнулся он. – Эти твари действительно есть.

Бен представил, как нечто, передвигающееся на четырех лапах с длинными когтями, с шипами на спине и длинным языком, с большой скоростью перебегает дорогу и прячется в кустах, дожидаясь свою добычу. Жуть какая.

– И где?

– В западной части Карсона, – он сделал театральную паузу. – То есть здесь.

– Ты шутишь? – спросила его Тереза.

– Ты видишь улыбку на моем лице, Тесса? – с издевкой произнес он.

– Тогда зачем ты привез нас сюда?! – возмутилась Джессика.

Шатенка испугалась, что парень привез их на съедение этим тварям, ибо по-другому его реакцию она понять не могла.

– Это самое безопасное место в Карсоне, – убедил ее ЭсПи. – Там бы вас давно сожрали.

Тереза встала из-за стола, слегка толкнув Алекс, чтобы та дала пройти. Девушке совершенно не хотелось сидеть рядом с этим нахальным парнем, который, кроме сарказма, ничем больше не руководствовался. ЭсПи был для нее хуже Тома и Бена вместе взятых. Шатен, как она подумала, оказался черствым, бесчувственным человеком. Хотя, в глубине души она надеялась, что это не так – первое мнение всегда обманчиво.

Девушка молча вышла из дежурной и поплелась сначала в архив, в котором, кроме стеллажей с лежащими на них папками, стояли нерабочие компьютеры. Тереза вышла из архива и прошла в кабинет шерифа. Ключ-карта не понадобилась – дверь была открыта нараспашку, будто ее пнули ногой с такой силой, что она накренилась в сторону. Брюнетка зашла внутрь. Кабинет как кабинет – ничего необычного: письменный стол, на котором царил шерифский бардак, кожаный темно-зеленый диван, а на стене – пробковая доска, на которой висели портреты пропавших без вести людей. Тереза прошла за письменный стол к ящикам, три из которых были закрыты на ключ. Она открыла самый верхний, но он неожиданно соскочил с рельс и с характерным треском рухнул на пол. Бумаги, перепачканные чем-то наподобие рвоты, слипшиеся скрепки, записная книжка разом вывалились наружу. Из всего этого она брезгливо, двумя пальцами подцепила ежедневник и кинула на стол. Обернув палец более-менее чистой бумагой, Тереза открыла его на первой странице. Вся страница от начала до конца была исписана непонятным быстрым врачебным почерком, будто не писали вовсе, а старательно выводили каракули. Девушка перевернула следующую страницу, на которой оказалось все то же самое, что и на первой. Перелистнув весь ежедневник, в котором изредка встречались фотографии подозреваемых, брюнетка кинула его на пол. Следующим желанием стал поиск ключей от оставшихся ящиков, но тех нигде не было. Возможно, как подумала она, их забрал ЭсПи. Тереза с досадой хлопнула по столу и прошла к дивану. Она села на скрипучее сиденье и уставилась в темноту. Со стороны коридора слышался едва различимый бубнеж – они что-то обсуждали, но Терезе это стало неинтересно. Она узнала все, что хотела знать. Темнота окутывала кабинет, окутывала и ее саму, поэтому она чувствовала себя в относительной безопасности. Ее взгляд невольно остановился на пробковой доске, увешанной портретами. Она прищурилась, пригляделась, осматривая каждый портрет по очереди, как вдруг заметила что-то знакомое. Покажется же… или нет, – неуверенно пробормотала брюнетка и медленно встала с дивана, бесшумно подошла к стенду. Еще раз изучив одну за другой все фотографии, она наткнулась на знакомое улыбающиеся лицо с карими глазами, острыми скулами и взъерошенными волосами. Томас? – промелькнуло у нее в голове, и тоненькая ручка невольно коснулась запачканной фотографии. Тереза перевела взгляд ниже и увидела широкую надпись: “Разыскивается Томас Эриксон…”

– Что ты тут делаешь? – раздался басистый голос откуда-то сзади.

Девушка вздрогнула и обернулась, встретившись взглядом с высоким шатеном. Тот стоял, опершись о косяк двери, и изучающе глядел на девчонку, которая, как загнанное животное, прижалась к стене.

– Да не бойся ты так, – сказал он ласково, проходя вглубь кабинета.

Его тон, с одной стороны, был добрым, но, с другой, – с неким подвохом. Высокая фигура подошла к девушке вплотную, и крепкая рука ухватила ее за запястье. ЭсПи поднял голову, посмотрев на стенд.

– Это он?

– Да, – рвано ответила Тереза.

– Скучаешь по нему? – неожиданно спросил шатен.

Конечно она скучала по нему. Они вместе выживали все эти дни, она к нему так привязалась, что его смерть что-то сломала внутри нее. Тереза кивнула.

– Сочувствую, – выдохнул он. – Симпатичный паренек. Ты-то как?

ЭсПи вновь обратился к Терезе. Он все еще не отпускал ее, крепко держал за запястье, но брюнетка этого уже не замечала.

– Неважно, – прохрипела она.

Слова ей давались очень тяжело, будто из-за подходящего комка немело все горло. Она боялась, что если скажет еще хоть что-то, то вмиг разрыдается прямо перед парнем.

– Он был твоим парнем? – ЭсПи снова задал вопрос касательно Томаса, и Тереза подумала, что парень пытается ее эмоционально добить.

Брюнетка подняла голову и, судорожно выдохнув, четко, со злостью в голосе, сказала:

– Он был моим лучшим другом, – всхлипнула она. – Я никак не могу выкинуть это из головы… Почему Бен не забрал его?

Ее слова стали менее понятными из-за всхлипываний и интенсивных рыданий; она будто бы задыхалась. ЭсПи прижал девчонку к себе и крепко обхватил руками, шепча что-то на ухо.

– Тварь собиралась разорвать его на части, – ее голос срывался. – Это все из-за меня…

Тереза была уверена, что если бы она не стояла в самом конце, то ее бы и не схватили, тогда и Томасу не пришлось ее спасать. А сейчас ей приходится мириться с его смертью и глядеть в улыбающуюся фотографию, висящую на стенде в кабинете шерифа.

– Фотография… – сказала она и резко выскользнула из объятий шатена.

– Какая фотография? – он сразу обратил внимание на стенд. – Эта?

– Нет-нет…

Тереза вспомнила, что Алекс захватила рюкзак Тома после того, как они спасли ее. И, по идее, он должен быть сейчас здесь.

Брюнетка сорвалась с места и, оттолкнув ничего не понимающего ЭсПи, выбежала из кабинета шерифа. Залетев в дежурную, она заметила горкой лежащие рюкзаки. Алекс, Бен и Джессика глядели на нее, как на сумасшедшую. Брюнетка копошилась в рюкзаках, то и дело раскидывала их по сторонам, пока не добралась до рюкзака Томаса. Расстегнув заедающую молнию, она пошарила рукой и наткнулась на что-то острое, почувствовав ноющую боль в пальце.

– Черт! – выругалась брюнетка, облизнув раненый палец.

– Что ты ищешь? – встревожилась Джессика.

Но Тереза не ответила. Она вновь суетливо полезла в рюкзак, подцепила уцелевшую рамку и достала то, что от нее осталось. Тереза вытащила фотографию, на которую успели попасть капельки ее крови, и секунду внимательно изучила каждый ее фрагментик, вспоминая, как дорожил ей Томас.

Глава 14

Томас шел точно по следам, которые на резких поворотах оставлял автомобиль. Когда следы кончались, брюнету приходилось самому додумываться, в каком направлении поехал автомобиль. Томас шел тяжело, все тело ломило и требовало отдыха, но парень не мог позволить себе такого удовольствия. В животе урчало так громко, что, казалось, это звук разнесся по всему Карсону. Неуклюже передвигая ногами, чуть ли не падая на пыльный асфальт, парень проходил мимо высоких зданий центра города. Однотипные высокие здания стояли особняком, и Томасу казалось, что он ходит кругами. Изредка, израненный, обессиленный парень вслушивался в тишину. Часов у него не было, но по отсутствию звуков он смог понять, что сейчас день.

Томас завернул за угол, прошел через пустую парковку; дальше, чтобы пройти к главной дороге, ведущей в периферию Карсона, ему нужно было подняться по лестнице, что было трудно сделать с травмированной ногой. Бедро жгло, но кровь уже не текла, она запеклась, превратившись в огромную болячку, которая при каждом движении болезненно трескалась. Томас хотел заорать от боли во все горло, но понимал, что сделает только хуже. В голове все еще пульсировало, а навязчивая тошнота не проходила. Несколько раз его рвало, и это напряжение отдавало в поврежденную голову. Томас был готов лезть на стенку от ноющей и одновременно жгучей боли, был готов упасть на голую землю и зарыдать, но что-то не давало ему это сделать, поэтому он целеустремленно шел вперед. Медленно поднимаясь по ступенькам, Том стонал от разрывающей кожу боли. Он снова почувствовал, как теплая кровь просочилась через его штанину. Обессилев от боли, брюнет упал на ступени и в темноте постарался осмотреть себя. Под рукой не было ничего, из чего можно было сделать жгут, поэтому он решил, что двигаться нужно крайне медленно, чтобы не усиливать кровотечение. Томас выпрямил поврежденную ногу и увидел, что кожа бедра вперемешку с лоскутами ткани превратилась в страшное кровавое месиво. Томас не выдержал и заорал, но не от страха, а от боли и бессилия. Просидев так еще минут пять, он твердо решил продолжить путь. Не вставая, Томас развернулся к ступеням и, ухватившись за край, подтянул тело вперед. Наконец, выбравшись наверх с парковки, Томас неповоротливо встал с земли и захромал по главной дороге, заглядывая в каждые повороты в поисках следов.

Еще одни четкие следы были на третьем повороте, который вел в западную часть Карсона. Томас заковылял в ту сторону, но как только он повернул, голова, как волчок, закружилось, в глазах стало еще темнее, чем на улице, и брюнет, не помня себя, рухнул на асфальт.

Прошел час или два, а может и вовсе полдня – никто не знал. Томас широко открыл глаза, слабо повернул голову, но тут же получил новую порцию противных ощущений тошноты. Его снова стошнило. Вытерев рукавом грязной толстовки рот, Томас огляделся. Зрение и слух начали потихоньку возвращаться, и парнишка заметил стрекотание, затем хрип, причем так близко, будто кто-то хрипел над самым его ухом. Сощурившись, он попытался встать, но в этот самый момент макушка головы уперлась во что-то очень мягкое. Томас оторопел и тут же осел на землю. Это что-то слегка двинулось вперед, выставляя перед лежащим парнем две лапы. Томас перевернулся на спину и обомлел: оказалось, что он лежал точно под стоящим над ним морком. Этот морк не выглядел, как все остальные, он передвигался на четырех лапах, которые были похожи на большие человеческие ладони с длинными когтями. То, что Томас посчитал мягким животом, на самом деле было спиной. Брюнет прижался к земле и увидел, как это нечто выгибает свою странной формы голову с длинным шипастым языком в его сторону. Черные, как угольки, невидящие глаза смотрели точно на него, а широкий рот от уха до уха будто улыбался. Томас напрочь забыл о своей боли, вместо этого его поглотил дикий страх. Губы тут же пересохли, а глаза заслезились. Вдруг морк выгнул голову обратно и, что-то учуяв, резковатыми, грубоватыми движениями засеменил в противоположную сторону, откуда пришел Томас.

Парень нервно облизнул губы и поспешно встал с земли, придерживаясь за угол здания.

– Что за черт? – спрашивал он себя. Его передернуло.

Он снова повернулся в ту сторону, куда побежал морк, но там уже никого не было. Томас поплелся дальше, ориентируясь в темноте, как вдруг вновь заметил какое-то движение впереди себя, будто что-то очень быстро перебежало через дорогу. Он присмотрелся и увидел, как четвероногое существо коричнево-серого цвета скачками пересекло дорогу. От увиденного стало дурно. Томас прошел вперед и оглянулся, но сзади, к счастью, никого не было. Брюнет продолжил свой путь и направился к магазинчику в конце дороги. Томас открыл дверь, и вверху неожиданно зазвенели колокольчики. Парень вздрогнул и перевел дух. В животе опять громко заурчало, будто это был не желудок, а голодный кит. Во рту стоял пресновато-кислый вкус, который усиливался при виде еды. Томас, словно хищник, напал на первый стеллаж и, найдя свежую пищу, целиком проглотил ее, частично утолив свой голод. Наевшись до отвала, он прошел в отдел с хозяйственными товарами. Оружия здесь не было, но Томас с пустыми руками выходить не хотел. Теперь не хотел. Он, спотыкаясь о разбросанные им товары, прошел в отдел и схватил баклажку с высококонцентрированной щелочью, которая послужила бы ему незаменимым оружием. Затем Томас отправился в поисках аптечки, которая была под кассой. Яростно вырвав ящик из стола, Томас раскидал все содержимое и нашел только один единственный бинт. Брюнет плюхнулся на грязный пол и небрежно замотал себе бедро. Все тело наполнилось адской болью, и Томас, стиснув зубы, громко промычал. Облитый потом, как водой из душа, он одним резким рывком разорвал бинт и выкинул подальше от себя. Парень тяжело дышал, пытался перевести дух, вытирал лицо грязным рукавом. Бессилие и утоление голода быстро сморили его, и Томас, предавшись дремоте, уснул на полу за кассой.

Прошло еще два часа. Томас, промычав, встал, но тупая резкая боль тут же заставила рухнуть на пол. Томас потер глаза, отдышался и снова встал, придерживаясь за угол стола. Наконец, поднявшись с пола, брюнет вышел к стеллажам, схватил пару упаковок с печеньем и направился к выходу, крепко держа в руке баклажку с щелочью.

Снаружи был ад. Как только Томас вышел из магазинчика, он увидел, как четвероногие морки, как кузнечики, скакали по всей дороге, издавая хрипы и вопли.

– Не бойся, – говорил он себе. – Они слепые. Главное – не кричи. Только не кричи…

Томас повернул в левую сторону и, косясь на страшных тварей, пошел вверх по дороге, как вдруг заметил различимые черные следы от шин. Он обрадовался, что идет в правильном направлении. Пытаясь не причинить себе большего вреда и не закричать от адской боли, парень шел медленно, не приближаясь к краям дороги, где в кустах и за мусорными баками таились морки. Они передвигались так быстро, что Томас не успевал за ними следить. Внезапно, когда Томас повернулся к очередному морку, что скакал по правую сторону от него, что-то задело его своим недохвостом. Брюнет повернулся и увидел, как морк, секунду стоящий в метре от него, со скоростью звука теперь стоял перед его лицом. Томас даже вскрикнуть не успел, как тварь скрылась за поворотом. Если бы он вскрикнул, то явно бы погиб на месте. Парень покрепче сжал упаковки и баклажку и захромал дальше, ища нужные следы, которых, на удивление, уже не было.

***

Выйдя на улицу, он оглянулся вокруг и, не обнаружив ни души, двинулся по направлению к центральной библиотеке. Было по-прежнему тихо. Хотелось крикнуть, чтобы проверить наличие в этом районе хотя бы кого-нибудь, но чутьё ЭсПи подсказывало, что лучше этого не делать, поэтому он молча и не спеша шёл в центр.

Проходя мимо магазина с наполовину стертой вывеской и запылёнными окнами, ЭсПи услышал непонятные звуки, похожие на те, что используют в фильмах ужасов – будто кто-то задыхается в приступе кашля, хрипит и рычит одновременно. Парень обернулся на шум и застыл на месте, будто вросший в землю: под тусклым фонарём вдалеке стояла непонятная скрюченная тёмная фигура с чем-то напоминающим шипы на спине. Затем ЭсПи заметил свисающую с того же фонаря подобную фигуру, потом ещё одну неподалёку, и ещё на противоположной стороне улицы. Получше рассмотреть ему их не удалось, потому что ничего не было видно в этой тьме, да и не особо хотелось. С другой стороны, они его будто бы не замечали, но от этого не было спокойнее. ЭсПи решил по-тихому дойти до какого-нибудь помещения, ибо возвращаться домой через этих существ не очень-то хотелось, а по направлению к библиотеке вроде бы было чисто. Шатен медленно ступил спиной по направлению к центру города, а затем так же медленно развернулся лицом по ходу движения, но споткнулся о ямку и случайно задел смятый кусок откуда-то взявшегося металла, и тот, соприкоснувшись с асфальтом, издал довольно громкий скрежет, который, казалось, было слышно чуть ли не во всём Карсоне. ЭсПи услышал полувзвизг-полурык за спиной и, на мгновение повернув голову назад, осознал, что те фигуры медленно, но с каждым шагом всё быстрее, надвигаются на него. Единственное решение, мгновенно посетившее его голову, было – бежать, бежать и не оглядываться.

Уже в следующую секунду ЭсПи нёсся сломя голову по мокрому и грязному асфальту через весь город, пытаясь оторваться от монстров и слыша за собой тяжелый топот и ужасные, отвратительные визги-рыки этих тварей, бежавших за ним.

На последнем издыхании парень смог скрыться от них, забежав на чей-то участок, спрятавшись в деревянном доме из потемневших от сырости досок и брёвен.

«Эта ночь однозначно заняла бы первое место в топе “самая кошмарная ночь 2020”», — подумал про себя ЭсПи, проходя на подрагивающих от длительного бега ногах вглубь дома.

ЭсПи понятия не имел, что ему делать в оставшееся время, как и не имел понятия сколько протянется это «оставшееся время», ибо устрашающие звуки за окном не прекращались.

Глава 15

– Зачем тебе это? – указав кивком головы на рамку, спросила Алекс, но не получила ответа на свой вопрос.

Девушка переглянулась с сидевшими за столом Беном и Джессикой, которые синхронно пожали плечами и негласно решили ничего не спрашивать у Терезы. Девушка, прижав к себе фото, тихо расположилась в углу на одинокостоящем стуле, о чём-то размышляя и не вникая в то, о чем говорили за столом.

– Не нравится мне этот псих, – шёпотом сказала Алекс, сложив руки на столе, – какой нормальный человек будет разъезжать на шумной машине один в городе, кишащем тварями.

– Слушай, даже если он нас убьёт, то радуйся, что это не сделают те твари, – как всегда на позитиве заявил Бен.

– Всё-то шуточки у тебя, – вздохнула Джессика, покачав из стороны в сторону головой.

– Тебе реально настолько фиолетово на происходящее вокруг и что тебя может убить псих на джипе? – звенящим шёпотом вопрошала Алекс.

– Прикинь? – сухо, но с улыбкой ответил мужчина.

Негодованию Алекс не было предела, она начала что-то яростно шептать про отсутствие инстинкта самосохранения и наплевательское отношение не только к себе, но и к окружающим – последнее вытекло из последних событий, из-за случая с Томасом. Её гневную тираду прервал внезапно подошедший со спины ЭсПи, который остановил этот поток слов, положив резко руки на плечи девушки и наклонившись почти к уху блондинки:

– О чём шепчетесь?

– Твою мать! – в полный голос воскликнула Алекс, вздрогнув всем телом и обернулась, чтобы дать смачного леща этому наглецу-психопату, но тот, улыбаясь, молниеносно отскочил в сторону, подняв руки вверх в примирительном жесте.

– Если это был заговор против меня, то продолжайте, не буду мешать, – саркастично сказал ЭсПи, засунув руки в карманы чёрных джоггеров.

Алекс вскочила со стула и встала напротив парня, смотря на него угрожающе снизу вверх, что было похоже на то, будто чихуахуа пытается создать впечатление огромной страшной псины, которую надо бояться всем и вся, одним словом – выглядело это не более, чем забавно.

– Ты вообще откуда взялся, герой-психопат? Зачем помог? Что тебе нужно? Как давно ты здесь? – начала сыпать вопросами Алекс, подходя к ЭсПи ближе.

– Эй, полегче, не всё сразу, детка, – он был непоколебим, продолжая улыбаться, чем заставлял Алекс беситься ещё больше.

– Отвечай! – вскрикнула девушка, резко выудив из-за пояса маленький ножик и приставила его к горлу парня, на самом деле еле дотянувшись до туда, но пытаясь сделать вид, что дотягивается с лёгкостью.

– Слушай, – начал ЭсПи, мягко и без особых усилий убирая лезвие двумя пальцами от своей шеи, – пока ты не натворила глупостей, ещё раз повторяю – ну, мало ли, ты плохо расслышала в первый раз: меня зовут ЭсПи, я колесил по городу в поисках приключений и от вас мне ничего не нужно, усекла? Я, если тебе так станет чуточку понятнее и ты перестанешь сверлить меня постоянно гневным взглядом без причины, – своего рода филантроп в данном месте и в данное время. Ага?

– Я всё равно не понимаю, почему ты нам помог. – Алекс со своей недоверчивостью, казалось, в упор не хотела воспринимать слово “филантроп”.

Шатен вскинул брови а-ля “дамочка, ты серьёзно?” и коротко ухмыльнулся:

– Понимаю, не твоя фишка, но поверь на слово, как поверила когда-то им, – парень кивнул в сторону сидевших за столом и наблюдавших за всей этой сценой ребят, – я представляю каково находиться на вашем месте, когда вокруг тебя морки и больше никого, кто бы мог помочь.

Девушка вроде угомонилась и вернулась за стол. ЭсПи прошествовал за ней, обошёл её и встал с торца, оперевшись на стол руками. Бен посмотрел на парня, думая, спросить или не спросить. Думы затянулись на несколько секунд, погрузив помещение в гробовую тишину на это время, и Флетчер всё же решился:

– И всё-таки, как давно ты здесь?

Шатен метнул на мужчину холодный взгляд исподлобья – и тому стало не по себе, но вопрос уже был задан, так что…

– Больше месяца, – так же холодно бросил ЭсПи, переступив с ноги на ногу. На удивлённые выражения лиц новых знакомых парень ухмыльнулся, довольный подобной реакцией и тем, что занял первое место в несуществующей номинации “Долгожитель Тёмного Карсона”. Возможно есть кто-то ещё, намного опытнее него в этом городе, но пока что таковых парень не встречал. – Мне кажется, что ваши челюсти скоро достанут этого грязного скользкого пола, так что я бы на вашем месте попридержал их и закрыл рот.

Все сидящие за столом переглянулись, будто бы проверяя, действительно ли у них так заметно отвисла челюсть от сказанного ЭсПи и в итоге поспешили закрыть удивлённые рты, вызывая усмешку со стороны шатена.

– Пошёл ты! – выплюнула Алекс, но уже без особой ненависти. Внешне она не показывала, да и вряд ли вообще когда-нибудь покажет, но в глубине души ей было жаль парня, потому что она с ума сходила уже на второй день и сейчас уже идёт – какой уже, блин, день? – шестой? седьмой? – без разницы, а этот псих на джипе живёт – нет, не так, – выживает здесь уже месяц.

– Единственное, что могу вам с точностью сказать, пробыв здесь херову тучу дней, график работы морков два через один.

– Что, прости? – кашлянула Джессика.

Алекс тоже недоумевающе посмотрела на парня и высыпала какой-то несвязный набор слов:

– Ты… типа… что?

ЭсПи закатил глаза, понимая, что ему попались люди без юморка и не оценили его странную, но остроумную шутку, поэтому он разъяснил:

– В общем, я сегодня добрый, поэтому разложу по полочкам: морки блуждают по улицам города два дня, а потом на день пропадают – будто их и не было вовсе.

– То есть завтра их не будет? – спросил Бен.

– Ну, по крайней мере все предыдущие дни так всё и работало, поэтому, да, завтра их не должно быть.

– Не знаю как вы, но я не хочу больше думать про, как ты их там называешь, морков и собираюсь поспать, – прикрывая ладонью вырвавшийся зевок, сказала Джессика.

– Дело говорит, – согласился ЭсПи и предложил всем проводить их до камер с койками, потом подошёл к Терезе, которая всё это время тихо сидела в углу, не шелохнувшись, словно восковая фигура, и помог ей встать, чтобы привести к Алекс, которой он дал честное скаутское слово доставить Терезу в целости и сохранности к ней в комнату.

После, парень вернулся к столу, сел на один из свободных стульев и, закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку, достал из кармана часы на цепочке, начав их крутить в руках, и в конце-концов задремал…

***

ЭсПи уже почти потерял счёт времени, но прикинул, что проторчал в этом доме около двух суток, ожидая, когда всё снаружи затихнет. Звуки сошли на нет, но спокойнее от этого не стало совершенно, ибо чувствовался какой-то подвох в этой гробовой тишине на улицах города. Порыскав в доме в поисках чего-нибудь полезного, что он не догадался взять из своей квартиры, потому как и не знал вовсе, что может понадобиться, а что нет, ЭсПи нашёл фонарик и батарейки к нему. Телефон пришлось отключить, потому что пользы от него теперь не было – сеть недоступна, а значит и выход в интернет тоже, да и кто знает, может он и будет нужен позже, а батарея не вечная, так что уж лучше отключить. Порывшись в кладовой, потолок в которой чудом не обвалился, он нашёл бронзовые затёртые часы на цепочке и прихватил их с собой. Недолго подумав, он вытащил аккуратно из найденных коробок пару каких-то отмычек и проволоку и, завернув всё это в грязную тряпку, чтобы не звенело, сложил в рюкзак.

– Жесть какая-то, – вполголоса сам себе проконстатировал факт парень и, включив-выключив механически фонарик и закинув рюкзак на плечи, осторожно вышел из дома, громко скрипнув дверью.

Он остановился, держась за скрипучую дверь, и судорожно осмотрелся, вглядываясь в тёмную улицу, кое-где еле освещённую жёлтым, почти коричневым, тусклым светом редких фонарей. Никого не обнаружив вблизи, ЭсПи рвано выдохнул и, продолжая периодически оглядываться, направился на поиски продуктового магазина. «Надо будет вернуться за машиной. Что-то мне подсказывает, она понадобится, – думал про себя парень, – и что за затупок! Надо было сразу её брать, а то прогуляться он решил», – в своей манере он ругался на свою же бестактность и несвойственную ему несообразительность, мысленно прикидывая относительно безопасный маршрут до своего дома. «Будет смешно, если машина не заведётся», – беззвучно усмехнулся ЭсПи, поражаясь своему позитивному настрою.

***

ЭсПи проснулся, услышав шаги, открыл глаза, но не шелохнулся, смотря прямо перед собой на стол. Через какое-то время послышался девичий голос, негромко звавший его:

– ЭсПи? – тихонько проговорила Тереза, боясь разбудить и напугать парня. – ЭсПи, ты спишь?

Парень не реагировал, вплоть до того момента, пока девушка не подошла совсем близко и не положила руку на его плечо, видимо, чтобы аккуратно растормошить его. Как только её рука коснулась его плеча, ЭсПи резко повернул голову и посмотрел на девушку:

– Не сплю.

Тереза от неожиданности вздрогнула и метнула на парня гневный взгляд, увидев, что тот ухмыляется.

– Ладно, ладно, прости, я не хотел пугать, – начал шатен, – вернее хотел, но…

– Не важно, просто замолкни, придурок, – сказала девушка и развернулась, чтобы уйти, – и какой чёрт вообще сподвиг её пойти к этому психу и зачем? – но парень схватил её за запястье и развернул к себе.

– Ну всё, хорош, я извинился, – сказал ЭсПи. – Ты, видимо, зачем-то пришла. Зачем? – переменил тему разговора он.

– Да не спится что-то.

– Да ладно мне заливать тут, – усмехнулся парень.

Девушка вздохнула и, подумав буквально секунду, отошла за стулом и поставила его рядом с шатеном, сев и закинув ногу на ногу.

– Почему морки? – спросила Тереза.

– Вот так сразу? – вскинул брови ЭсПи, усмехнувшись прямоте и резкости брюнетки.

– А почему нет?

– Резонно, – обезоруживающе сказал парень, глубоко вдохнул спертый воздух и прикрыл глаза…

***

– Вот как повымирали все. Вопили, вопили, копошились чё-то, скрипели, стрекотали, а сейчас – никого! – тихо шелестел себе под нос ЭсПи и, сидя в своём облезлом джипе и поедая открытую пачку чипсов, смотрел через слегка мутное лобовое стекло на улицу. – Ещё и сам с собой говорю, отлично, ЭсПи, смотри до чего докатились – а, ещё не докатились, даже мотор не завели, какой катились. Так, надо завязывать, утро вечера мудренее. Ага, как же, а шесть вечера ты не хочешь, ЭсПи? – он заметил на часах на цепочке время. – Долбанная, кромешная тьма! И как люди живут за полярным кругом? Это же… ад! Точно ад!

Несмотря на время, ЭсПи всё же решил вздремнуть часок-другой, а потом, возможно, если машина заведётся, объехать город – может повезёт, и он здесь не один застрял.

Парень подскочил от резкого звука, раздавшегося, по ощущениям, очень близко. Он открыл глаза и прямо перед его машиной разгуливала, не замечая молодого человека, тварь. ЭсПи настолько напугала эта картина, что он не в силах был даже закричать от страха, да и внутренне чувствовал, что если вскрикнет, то будет намного хуже. Повернув голову налево, он обнаружил вторую тварь, которая, казалось, смотрела прямо на него в упор, но не замечала.

Теперь ему удалось разглядеть этих ублюдков получше – хотя лучше б глаза его это не видели: перемещаясь на двух ногах, с когтистыми длинными руками, отчасти похожие на рептилий с шипами по спине, с чем-то напоминавшим хвост, с ужасающим лицом (если это можно вообще было так назвать), которое в анфас выглядело пугающе – круглый рот с маленькими и большими зубами-клыками в перемешку, вытянутые чёрные глаза, – и всё это коричнево-серое, местами в чёрных пятнах, с кожными складками. Первое слово, что пришло ЭсПи на ум – морк. Шведское подсознание быстро подкинуло ему именно это слово. В голове бегущей строкой читалось: морки, морки, морки, морки – ЭсПи, будучи неверующим, всё же про себя помолился всем Скандинавским Богам, которых его разум смог вспомнить, а потом на всякий случай мысленно принял буддизм – ну, чтоб уж точно конец был светлым, несмотря на всю тьму до этого. На свой страх и риск ЭсПи аккуратно вставил слегка заржавевший ключ в машину и, успешно сделав это, про себя посчитал до десяти, чтобы унять сердцебиение, а после на счёт три решил, что прокрутит ключ и, как только машина заведётся, как можно быстрее слиняет с этого места. Попытка была одна и только одна. Права на ошибку не было – ЭсПи это прекрасно понимал. На его удачу эти два морка отошли от его машины, выйдя на дорогу, – теперь у него шансы успешно улизнуть чуть возросли.

– Так, соберись, – почти не слышно дрожащим голосом произнёс он, – либо сейчас, либо никогда, чувак… Соберись, соберись, соберись. Самое сложное – это вовремя успеть нажать на газ и сорваться с места, остальное – раз плюнуть. Давай, ЭсПи, это же так легко, ну!

На счёт три, как и обещал себе парень, он завёл машину и – о чудо! – успел сделать всё так, как планировал, машина завелась, и ЭсПи уже ехал, нарушая все правила дорожного движения (а кому какая разница, если здесь только он один и эти морки) и иногда раскидывая по пути тварей.

***

– Э-эй? – Тереза пощёлкала пальцами у лица шатена, – Ты чего – уснул? Или это перезагрузка? Что в итоге с морками? Почему морки?

– Если хоть раз взглянуть и зависнуть на выражении их лица, первое слово, что придёт тебе на ум – “тёмный”.

– Тёмный? – вопросительно приподняв бровь, повторила Тереза.

– Морк. – Произнёс ЭсПи с английским акцентом, как и произносил это слово до этого при новых знакомых.

– А при чём тут тёмный? – всё ещё не понимая, спросила девушка.

– Mörk, – теперь парень произнёс слово с другим акцентом – Тереза не уловила с каким, да и не особо ей хотелось знать и, более того, теперь не хотелось погружаться в тему с морками, – означает тёмный.

***

Кто-то небрежно пнул Алекс в спину. Бен, б… – неразборчиво выругалась девушка, решив, что мужчина снова начал толкаться во сне.

– Не. Это не он, – раздался шепот точно над ухом блондинки.

Девушка со всем недовольством, которое она могла только выразить, развернулась к парню и сверкнула своими сонными, но злыми глазами.

– Чё надо?

Ее длинные растрепанные волосы закрыли часть лица, отчего создавалось такое ощущение, что девчонка всю ночь не спала, а тусовалась где-нибудь в клубе и теперь, умирая от похмелья, ничего не помнит.

– Ну и видок у тебя, – иронично хмыкнул шатен. – Вставай, пьянчужка. Для тебя есть работенка.

– Пошел к черту! – выплюнула она и уткнулась лицом во что-то наподобие подушки.

Шатен вскинул брови, наблюдая за ее поведением, а затем присел на корточки, пытаясь поднять худенькую девушку с матраца, но та в ответ только недовольно мычала, отбиваясь от цепких пальцев ЭсПи.

– Какую часть фразы “пошел к черту” ты не понял? – она кинула ему гневный взгляд.

– Время – двенадцать дня, – шатен глянул на часы. – Поэтому ты встаешь и идешь со мной к черту. Мы идём к нему вместе. И Терезу прихватим.

– Она тебе на кой черт сдалась?

ЭсПи закатил глаза и спокойно, даже как-то неестественно для своего голоса, ответил:

– Старушке пора проветриться, – шатен помолчал, а потом своим обычным голосом добавил. – Вставай! Второй раз повторять не буду!

ЭсПи будто пригвоздил девчонку взглядом, а затем пафосно развернулся и вышел из камеры. Алекс же, самодовольно хмыкнув, показала парню средний палец.

– Я все вижу! – ухмыльнулся шатен.

Повалявшись на пропахшем спиртом матраце, Алекс встала, взъерошила длинные светлые волосы и, зевнув, вышла из камеры. Оглядев коридорчик, она никого больше не увидела. Похоже, что ЭсПи успел поднять всех, кроме нее. От этой мысли она самодовольно хмыкнула и сонно поплелась в дежурную, которая теперь служила им кухней.

На “кухне” за столом сидели всеми обожаемый ЭсПи, вечно всех бьющий во сне Бен, Тереза и Джессика. Все в полном составе, кроме Томаса, в одежде которого так спокойно расхаживала Джесс. Так что можно было считать, что дух парня был с ними тоже.

– О! – воскликнул ЭсПи с невообразимым сарказмом. – Кого это сюда морк принес? Неужто это наша Алекси?

– Заткнись, – блондинка закатила глаза и схватила со стола бутылку с водой.

– Итак, – продолжил свою тираду шатен, не обращая внимания на слова Алекс. – Для спящих в бункере, – ЭсПи специально повысил голос, чтобы блондинка его услышала. – Еще раз повторяю: сегодня мы отправляемся на заправку, но не все. Бен и Джессика остаются здесь и караулят наше убежище, а Тереза и Алекс идут со мной.

– И зачем? – без интереса спросила Тереза.

ЭсПи перевел на нее взгляд.

– Джип сожрал весь бензин. Заначка закончилась, – пояснил парень. – Тем более, что за заправкой есть магазин амуниции.

Тереза промолчала. Она хотела остаться с Джессикой и Беном, ибо желания и интереса идти с этим психом вовсе не было, а оставлять с ним Алекс не позволяла совесть. Ей хотелось задать вопрос, почему она, а не Джессика, например, но сил на него не осталось. Жутко хотелось молчать и сверлить взглядом шатена.

За это время, пока ребята ничем не занимались, ЭсПи взял побольше по размеру рюкзак, подождал медленных девчонок, особенно Терезу, которая была в таком унынии, что ему самому хотелось заплакать.

Алекс оказалась той еще штучкой, размышлял про себя шатен. Ее поведение, гнев, истерические замашки казались ему забавными. Ходячий анекдот, – смеялся он. – Такая миниатюрная, такая визгливая – залюбуешься. А настроение поднимет – раз плюнуть.

Собравшись, парень и две девчонки вышли из полицейского участка и, удостоверившись, что Бен закрыл дверь изнутри, пошли по дороге в сторону заправки. Идти нужно было недолго. Заправка была буквально в двух кварталах от полицейского участка. Всю дорогу ребята шли молча, и на это были свои причины. Тереза, привыкшая воспринимать в таких походах только Томаса, одиноко шла рядом с Алекс и смотрела себе под ноги. Алекс даже не пыталась заговорить с парнем, который уверенно шел точно по нужному маршруту. А неразговорчивый ЭсПи был только рад, что никто из представительниц прекрасного пола не задавал ему вопросов.

Бензоколонки и закрытый, брошенный в этом адском месте магазинчик уже были близко. За ним, точно как и сказал ЭсПи, стоял магазин амуниции. Чтобы сократить время, нужно было разделиться, и теперь шатен раздумывал, как же разумно поделить девчонок.

– Алекс, – обратился он к блондинке. – Ты идешь в амуницию и забираешь все оружие. Я с Терезой наведаемся в магазинчик. Встретимся на этом же месте через десять минут.

Алекс кивнула и завернула направо, в сторону магазинчика с синей крышей и с вывеской “Магазин оружия”.

ЭсПи проводил блондинку взглядом и немного обеспокоенно поглядел на Терезу. Ее печальный вид вводил в неимоверную тоску. Шатен приобнял девушку и пошел в сторону магазина.

Забрав продукты посвежее, ЭсПи начал искать аптечку или что-то еще, что могло бы пригодиться для выживания. Тереза в это время копошилась в служебном помещении.

– Нашла что-нибудь? – поинтересовался шатен, рьяно пихая в рюкзак бутылки с водой.

К нему из темного помещения вышла Тереза.

– Да, нашла, – она сделала паузу, и парень вопросительно, с некоторой надеждой взглянул на нее. – Ничего.

– Чувство юмора – признак твоего выздоровления, детка, – хмыкнул он, слегка покачав головой. – Пора возвращаться.

ЭсПи и Тереза вышли из магазина с тяжелыми рюкзаками, набитыми бутылками с водой. Посередине дороги, там, где ребята должны были встретиться, стояла Алекс с тремя канистрами бензина.

– Бензин – это хорошо, – с шутки начал ЭсПи. – А где оружие? Дробовики там, пушки? – он выстрелил в воздух из невидимого оружия. – А?

Алекс поставила одну канистру на землю.

– Магазин закрыт, – сухо ответила она, сложив руки на груди.

ЭсПи ничего не ответил, только пристально глядел на девчонку. Оставив ее на дороге вместе с Терезой, шатен подошел к магазину и ловко выбил ногой дверь, та со скрежетом покосилась.

– Теперь открыто, – самодовольно ухмыльнулся ЭсПи.

Девушки переглянулись и, оставив канистры и рюкзаки, не боясь за то, что их кто-то украдет, ибо здесь они одни, подошли к шатену.

– Фонарик есть? – спросила Тереза. – Ничего же не видно.

Алекс чем-то пошуршала в карманах и выудила оттуда маленький фонарик, который взяла из участка. Включив фонарик и осветив дорожку (только на это и хватило неяркого света), Алекс посветила на стены, где висели оружия разных видов и моделей. ЭсПи, попросив девушку держать фонарь включенным, быстро подскочил к стене и, снимая один за другим оружие, укладывал его в рюкзак. Внезапно шатен уловил позади себя странный звук, похожий на шорох. ЭсПи был опытным, поэтому уже сразу замечал шумы, не путая их с шорохами, которые издавали девчонки. Шатен остановился и прислушался – снова кто-то зашуршал в углу. Парень кинул беглый взгляд в ту сторону, но в темноте так и не смог определить, кто издавал этот шорох.

– Алекс, а ну светани туда, – парень показал на угол, и через секунду он осветился слабым белым светом.

Как только свет попал в ту сторону, все заметили, как нечто, ослепнув от яркости, метнулось в сторону, но, к несчастью, врезалось в ящики с еще не распакованным товаром. ЭсПи присмотрелся и понял, что это нечто было человеком. Это оказался парнишка азиатской внешности. Он, как загнанное животное, забился в угол и щурился от яркого света, закрывая глаза рукой.

Алекс увела свет в сторону, чтобы не ослеплять мальчишку.

– Эй! – крикнул ему ЭсПи. – Чувак, ты кто такой?

Тереза подошла ближе, поравнявшись с Алекс, и присмотрелась, изучая парня с ног до головы: грязная белая футболка, черные зауженные брюки, кеды и порванная синяя ветровка. Брюнетка пригляделась, пытаясь высмотреть черты его чумазого лица. Что-то в нем показалось ей знакомым, будто она где-то его уже встречала, только не помнила, где… Мысли, образы, которые она хотела вспомнить, слились в кучу, и вдруг ее осенило.

– … Кайл?

Глава 16

Время длилось вечность. Томас, ослабевший, раненый Томас, шел по грязной дороге с баклажкой в руке и только одной упаковкой печенья. Он уже не помнил, сколько раз терял по дороге сознание, но прекрасно осознавал, что ему нужно в больницу, ибо долго он не протянет. Бледный, измученный, он рыскал глазами нужные следы на крутых поворотах. Вот вроде бы один слабый след, и Томас, как по зову, шел по его направлению. Иногда чуть ли не рядом с ним сновали четвероногие твари, но он уже не так боялся, как в первые разы. Как-то привык, хотя, все равно держал баклажку с едкой смесью наготове.

Выйдя на центральную улицу, именуемую Либера Авеню, брюнет шел точно прямо, не сворачивая. Вокруг потихоньку начался подниматься шум, какой-то писк, похожий на писк комара под ухом, затем послышался рев вперемешку с хрипами, и Томас понял, что время близится к вечеру. Ускориться возможности не было, ибо разорванное в клочья бедро сильно жгло и ныло. Брюнет пытался не издавать звуков, старался не стонать от боли, хотя все внутри кричало. Вдруг в темноте, впереди себя, он заметил тусклый силуэт, смахивающий на человека. Томас проморгался, снова сощурился, чтобы рассмотреть фигуру, но та стояла неподвижно точно напротив него, в метрах пяти. Постояв в исступлении еще минуты три, удостоверившись, что силуэт никуда не делся, у него появилась некая надежда на то, что перед ним стоял человек.

– Эй! – громко, из последних сил, прокричал парнишка, вглядываясь в тьму. – Кто здесь?!

Ответа не последовало. Вместо этого парень заметил, как этот силуэт начал медленно, как в фильмах ужасов, опускаться на землю, как понял брюнет, на четвереньки. Томас попятился назад, судорожно наблюдая за такой картиной: нечто, секунду назад опустившееся на четвереньки, резковатыми движениями, точно робот, поползло к нему. Оно все ускорялось и ускорялось, а парень, забыв обо всем от дикого страха, пятился назад, не смотря на режущую боль в ноге. Не заметив взявшийся откуда-то камень, Томас споткнулся и грохнулся на землю, рвано вскрикнув, чем ускорил приближение четвероногого морка. Тварь, быстро перебирая своими лапищами, как огромная ящерица приблизилась к лицу парня. Тот даже не успел моргнуть, как она уже была на уровне его лица и доставала свой длинный шипастый язык изо рта. Твою налево, – всплыло в голове. – Я не хочу умирать так… Только не так!

Вонючая черная слизь медленно стекала по языку, и вязкие капли, похожие на нефть, равномерно, издевательски, капали на его бледное, вспотевшее лицо, и Томас ничего не мог с этим поделать, хотя… В его больной голове зародилась одна идея, которой он почему-то не воспользовался сразу. Пока морк аппетитно глядел на юношу, парень осторожно двумя пальцами откручивал крышку баклажки с ядреной смесью. Когда крышка с легким стуком упала на землю, и тварь резко перевела взгляд в ту сторону, Томас одним резким движением брызнул щелочью в изжеванную, сморщенную морду морка. Тот, как побитая шавка, заскулил, заверещал, отскакивая от парня, словно от огня. Томас заметил, как высококонцентрированная щелочь быстро проедала кожу существа, как дымилась его склизкая оболочка, как прыгал из стороны в сторону морк, катясь по земле, словно хотел сбить пламя. Это выгадало несколько минут для того, чтобы Томас смог встать с земли и уйти прочь. Встав с асфальта, он, косясь на разъяренного монстра, захромал ближе к зданиям и завернул за угол, делая передышку. Вдруг он заметил, как рука, до того не болевшая, защипала. Томас и сам не заметил, как щелочь попала ему на руку, когда он прыснул ей в морду морка. Руку жгло, кожа чесалась. Вытерев о брюки запястье, что никак не помогло избавиться от мучительных ощущений, он побрел дальше по дороге, задней мыслью думая о том, что ему необходима хоть какая-то вода, будь-то ржавая из-под крана или позеленевшая из бутылки в магазине.

– Как же жжется, – стонал Томас, потряхивая рукой.

Поставив баклажку на землю, он не вытерпел и начал с яростью расчесывать руку, раздирая кожу до крови. Теперь уже не щипало и не чесалось, а адски жгло. Томас, увидев, в каком он состоянии: с порванным бедром, с сотрясением и с прожженной рукой, обхватил кровоточащими руками голову, взъерошивая слипшиеся от крови волосы, и заорал. Яростно бросив баклажку в стену так, что та лопнула по бокам, брюнет сполз по стене на землю и, вцепившись в свои волосы, громко зарыдал.

– Кайл… – лепетал он сквозь слезы. – Мама… Боженьки, кто-нибудь, вытащите меня отсюда… Тереза…

Соленые слезинки попадали на ранки на руках, отчего становилось еще больнее.

– Почему они ушли? – задавался вопросом брюнет. – Потому что подумали, что ты умер, чувак, – отвечал он себе. – Черт! Черт! Черт!

Томас яростно стучал кулаком по земле. Он готов был кричать и кричать, только бы убрать, стереть эту жгучую, адскую боль.

– Возьми себя в руки, парень, – говорил себе юноша сквозь слезы. – Ты должен идти. Ты должен, мать твою, сказать им, что ты жив!

Томас последний раз всхлипнул и, утерев слезы избитыми и обожженными руками, решительно встал с земли, схватил лопнутую, подтекающую баклажку и двинулся дальше, ориентируясь в темноте.

***

Томас был решительно настроен идти вперед к своим девчонкам. Забыв про боль в ноге, он с серьезным лицом хромал дальше, вверх по дороге, бдительно высматривая следы и голодных тварей. Пару раз по пути он поливал их щелочью еще до того, как они нападали. Лучше первым нападет он, чем они, думал брюнет, яростно выплескивая на них адовую смесь. Постепенно, когда центральная дорога сошла на нет, сливаясь с узенькой грунтовой, Томас заметил, что твари будто стали его бояться. Он думал: то ли боятся щелочи, то ли его убийственного взгляда, полного решительности. Том уже не боялся, он грезил надеждой вернуться к “своим” и продолжать защищать их, как делал это раньше. Время от времени он раздумывал над странным незнакомцем, что подцепил его друзей на автомобиле и увез черт знает куда. Был и второй вопрос, который не давал ему покоя: кто оставил его лежать там, в темном переулке, переполненным всяким дерьмом? Он и сейчас был бы рад набить тому человеку морду, если это, конечно, не Тереза, или Алекс, или Джессика. И все же все его подозрения падали на Флетчера, хотя он пытался об этом не думать, увиливая от этой мысли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.