Ромашковое поле
Анна Демиденко

Анатолий Александрович Демиденко Редактор

© Анна Демиденко, 2021

ISBN 978-5-0055-4937-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Гришин дневник

10 января

Я живу с бабушкой. Мои родители работают на арктической полярной станции Белый нос. Они учёные. Я вижу их раз в год во время отпуска. Мы обсуждаем успехи в школе (посредственные), ходим в кино и едим мороженое. Так проходят четыре недели. Затемк папа пожимает мне кисть и отворачивается, чтобы взять в руки чемоданы. Мама крепко обнимает меня и не отпускает очень долго. Когда она разжимает руки, я вижу ее мокрое, красное лицо. Она часто сморкается, садится на кожаное сидение такси и, они с папой уезжают, отчаянно махая руками сквозь стекло. Это повторяется из года в год уже несколько лет.

Меня назвали Гришей в честь дедушки – Королёва Григория Афанасьевича. У нас одинаковые имя и фамилия, только отчество отличается – у меня Александрович. Дедушка был капитаном экспедиционного судна. Про его арктические плавания я знаю всё! Точнее только то, что помнит моя бабушка.

Как же я люблю слушать её рассказы по вечерам! Лягу в кровать, укроюсь одеялом, закрою глаза. Бабушка долго рассказывает, затем неслышно плачет, целует меня, выключает свет и уходит. А я всё лежу с открытыми глазами и мечтаю о собственной экспедиции. Жаль, дедушка погиб, когда я был совсем маленький. Он бы обязательно взял меня в Арктику.

Бабушка считает, что я должен тренироваться, если хочу попасть в экспедицию. В Арктике – ух, как холодно! И ветер дует очень сильно.

Вчера я ходил в лыжный поход с моим одноклассником Егором. Он младше меня на полгода, но крупнее и шире в плечах. В последний момент с нами увязался его маленький брат Ефимка, а также их пёс Булка.

Мы привязали Булку к санкам с провизией, и он с восторженным лаем побежал впереди всех. Но радость Булки продлилась недолго. Ефимка почти сразу выбился из сил, снял лыжи и забрался в санки. И тогда Егору пришлось подбадривать Булку криками, и даже помогать тянуть санки с Ефимкой по сугробам. Из-за этого мне пришлось нести свой рюкзак, Ефимкин и сумку с провизией От усталости я не мог смотреть по сторонам и всё время видел перед собой коричневый подол куртки Егора и его лыжи, на которых он неуклюже барахтался, пробираясь по ломкому, хрустящему снегу.

Мне было очень обидно, поскольку я придумал отправиться в поход, а командиром вдруг оказался Егор. Он указывал нам с Ефимкой куда идти. Точнее, он указывал мне, а за Ефимкой присматривал, не давая тому вывалиться из санок.

Вернулись мы уставшие и в снегу, а Ефимка ещё и покрытый ледяной коркой. На привале он нечаянно опрокинул воду из котелка себе на куртку.

Что-то мне расхотелось брать Егора и Ефимку в следующий поход.

17 января

У меня прекрасный слух, и каждое утро я просыпаюсь ровно в 6 часов утра под звуки советского гимна. Это наш сосед, Петр Павлович, повесил на стену радио, которое служит ему будильником. Он пенсионер и работать ему не нужно, но без дела очень скучно жить. Петр Павлович привык рано вставать, затем весь день столярничать, слушая разные радиопередачи. Только иногда он выходит в сквер и отдыхает на любимой скамейке. Но это случается очень редко.

Все наши соседи очень хорошие. Напротив моей квартиры живёт настоящий математик и профессор Евгений Захарович. Его жена, Раиса Николаевна, обожает печь пирожки, торты и блины. Она постоянно угощает всех соседей.

Рядом с квартирой профессора коричневая дверь с выпуклым глазком. Сбоку болтается на проволоке черный звонок с белой пуговкой по центру. Это квартира тёти Наташи и дяди Вовы, единственная на этаже, где есть дети, если не считать нашей. Их сын, Коля, совсем взрослый и учится МГУ. Его брат, Серёжа, на два года старше меня, ему уже двенадцать. Серёжа мой единственный друг. Так получилось, что я ни с кем больше не дружу по-настоящему. Забавно, что Серёжина семья тоже родом из Казани.

21 января

По будням я хожу в школу со звучным названием – Земская гимназия. В ней нет ничего особенного, просто название такое, красивое. Это лучшая школа в городе Пыльном.

Сегодня после школы бабушка вручила мне список продуктов и попросила сходить в магазин. Завтра приедет её подруга – баба Люда. Они познакомились во время учёбы в Казанском университете. Вот это настоящая дружба! Ведь бабушке очень много лет. Кажется, шестьдесят три года.

Баба Люда замечательный человек, а вот её внучка, Катька, мне совсем не нравится. Она толстая и вредная. Я помню, как мы с бабушками и Катькой ходили в зоопарк. Катька хотела гулять на детской площадке и закатила грандиозную истерику. Поход в зоопарк был испорчен. Не девочка, а сплошное безобразие! Вспоминая этот и прочие случаи отвратительного поведения Катьки, я вернулся домой, волоча по ступенькам подъезда тяжеленную авоську.

26 января

Я не смог убедить бабушку взять меня на вокзал. Она считает, что я должен учиться на одни пятерки, как папа, и не должен пропускать уроки. После школы я зашел в наш подъезд и, отряхивая с себя снег, услышал громкие возгласы. Я сразу узнал раскатистый голос бабы Люды. Мы живём на третьем этаже, поэтому если стоять на лестничной клетке и громко разговаривать, слышно каждое слово на два этажа вниз и вверх. Я мигом взбежал по лестнице.

Бабушка, баба Люда и Катька ещё стояли перед открытой дверью. Я не видел Катьку два года, и за это время она располнела как свинья на убой, но даже не подросла. Мне родители всегда говорили, что я низкий для своих лет. Раньше мы с Катькой были одного роста, а теперь я на голову выше. Я усмехнулся.

Баба Люда обернулась, и её огромный рот растянулся в улыбке:

– Гриша, солнышко, как возмужал! Ой, да как вытянулся! А два года назад ещё совсем маленький был. До дверной ручки не доставал. Эх, время летит…

Похвала была очень приятна моей бабушке. Она едва заметно покраснела от удовольствия. И в свою очередь нахваливала Катьку, суетясь и помогая заносить в квартиру чемоданы гостей.

– А Катюшка твоя-то как повзрослела! Как учишься, Катенька?

Та посмотрела на бабушку и кивнув ответила:

– Замечательно. На одни пятерки.

Бабушка улыбнулась и сказала уже мне:

– Вот! А ты, Гринька, одни четвёрки носишь. Не стыдно?

Мне на помощь подоспела баба Люда. Она улыбнулась и сказала бабушке:

– Валюша, твой внук просто золотой мальчик! Ты посмотри на него! Ну что за ребенок!

Бабушка оглядела меня своим пристальным взглядом, которым она оглядывала в детстве моего папу и, пожав плечами, пригласила всех входить.

Дома восхитительно пахло приготовленной едой. В большой комнате виднелся угол праздничного стола, заставленный всякими вкусными блюдами. Мне сразу захотелось обедать.

Я оставил портфель в прихожей, щелкнул выключателем ванной комнаты, тщательно вымыл руки и лицо, намочил взъерошенные волосы, и пошел к столу. Подумать только! Катька уже сидела за столом и уплетала еду, даже не помыв руки!

Я поглядел на бабушек, но они, казалось, этого не заметили. Бабушки забрасывали друг друга вопросами, суетились возле стола, носили из кухни горячие блюда и дарили друг другу гостинцы, смеялись над шутками, понятными им одним, обсуждали новости.

Меня усадили рядом с Катькой. Мы покосились друг на друга, но так и не заговорили. Но бабушек это не интересовало. Они были совершенно счастливы, и никак не могли наговориться друг с другом.

Катька ела молча. Она брала своими пухлыми немытыми ручками буквально всё, что было съедобно: сыр, кружки колбасы, пирожки. Я ужаснулся. Нам в школе говорили, что каждый раз перед едой нужно мыть руки. Вот вам и Катька-отличница!

Я взял вилку и, сделав умное лицо, сказал:

– Может у вас, в Казани, принято есть без столовых приборов и не помыв руки, но у нас обедают по-другому. С вилкой и ножом. Неужели вас в школе не учили этому?

Катька расхохоталась:

– Учили в первом классе! Между прочим, мы уже сами ходим до столовой на большой перемене. А ты, четвероклашка, всё также с учителем? Стыдоба. Чистюли из города Пыльного! Ха-ха-ха.

Я покраснел от злости и обиды. Какая же наглая эта Катька! Но больше всего меня раздражало то, что она берет еду из общих тарелок своими грязными руками.

– Сходи в ванную и помой руки, свинья! – сердито прошипел я.

Это было ошибкой. Катька бросила жареную курицу и больно схватила меня за волосы. Несколько секунд мы молча боролись на диване, причем Катька натужно пыхтела, ее перекошенное лицо стало пунцовым. Наконец мне удалось отцепить ее жирные руки и отсесть от нее подальше. Как ни странно, бабушки снова ничего не заметили, а Катька продолжила кушать курицу, как ни в чем не бывало.

Жалко, что девчонок не бьют. Некоторым особам хочется дать заслуженную затрещину! Мне было особенно обидно из-за того, что я весь пропах жареной курицей.

Доев, я сказал спасибо и вышел из-за стола, окатив толстощекую Катьку презрительным взглядом.

Я взял портфель и пошел к Серёже. Мы часто делаем уроки вместе.

Из-за соседней двери слышалось бормотание радио Петра Ивановича. Следующая дверь, обитая дерматином с такими же пуговицами, была Сережина.

Я несколько раз постучался и, не услышав ответа, надавил на дверную ручку и толкнул дверь.

– Тетя Таня? Дядя Женя? Коля? Сережа?

Никто не ответил.

Из кухни вышел упитанный лабрадор по кличке Кельт. Он посмотрел на меня умными глазами, сделал два шага и уткнулся в руку.

– Мой замечательный Кельтик! Хороший пёс. Хороший!

Я обнял его, потрепал по голове и похлопал по правому боку. Мне очень хотелось получить такую же собаку на день рождения, но бабушка каждый раз возражала: «Кто будет ей заниматься? У тебя школа, домашние задания, математический кружок, походы. Мало мне дел по дому на старости лет?». Поэтому я присоединялся к Серёже, когда была его очередь гулять с Кельтом. И представлял, что это и мой пёс.

Довольный Кельт уселся, поскреб шею задней лапой. Затем он с легким стуком улегся в прихожей и, положил голову на лапы, стал следить за мной своими умными глазами.

Я разулся и прошел в Серёжину комнату. Тётя Таня всегда мне говорит: «Если Серёжи нет дома, то не стесняйся, заходи! Мы всегда рады тебе». Там я сел за письменный стол и достал тетрадки с учебниками. Сделав уроки, я уселся в кресло-качалку и стал разглядывать карандаши в старом стаканчике из папье-маше, затем цветные кнопки на карте СССР – это города, в которых мы с Серёжей мечтаем побывать, когда станем взрослыми.

Наконец, я наклонил голову и начал читать названия на корешках книг, аккуратно расставленных в шкафу из тёмного дерева с дребезжащими стеклянными створками. У Серёжи есть одна замечательная книжка об экспедиции Амундсена к Южному полюсу. Я перечитывал её раз восемь! Мне она очень, ну просто очень нравится! И сколько я ни разглядывал книги, мой взгляд как магнитом тянуло к оранжевой обложке с острыми черными буквами.

Я часто спрашиваю почитать эту книгу, и тогда Серёжа отодвигает дребезжащее стекло шкафа и вручает мне потрепанный «кирпич» с бородатым дядей на обложке.

– Скоро приедет дедушка, он привезёт мне точно такой же экземпляр, только новый. Подарю его тебе на день рождения.

Внезапно я проснулся. Я лежу в полумраке, головой на жёсткой ручке кресла-качалки. Сердце колошматит как пестик в ступе, поскольку только что нас окружили людоеды, черные как смоль, в набедренных повязках и закидывают горящими стрелами. Видимо я заснул, когда изучал корешки книг.

Неожиданно раздался громкий стук, затем долгое шумное покашливание и тишина. Это точно не Сережа, его родители или брат! Я испугался, что в квартиру прокрались воры. Внутри всё похолодело. От ужаса я подскочил в кресле и зачем-то бросился под кровать. Я совсем забыл о проклятой стеклянной дверце, и теперь она предательски звенела в полнейшей тишине. Меня прошиб холодный пот.

Тут же раздались шаркающие шаги, щелкнул выключатель и в ярком свете я увидел незнакомые ноги в серых штанах со штрипками, обутые в любимые темно-синие тапки дяди Жени. За тапками семенил Кельт, который сразу меня нашел. Он радостно взвизгнул, нырнул под кровать и лизнул меня дважды прямо в лицо. В ту же минуту раздался незнакомый трескучий голос:

– Русский язык, четвертый класс. А Серёжа в пятом. Интересно… Кхе-кхе. Вылезайте молодой человек.

Сгорая со стыда, я выполз из-под кровати, поднялся и взглянул на незнакомца. Я увидел перед собой доброе лицо, похожее Сережино, только всё в мелких морщинах и седые волосы.

– Ну, теперь рассказывайте, кто вы такой и что тут делаете.

Я стукнул себя по лбу и простонал.

– Вот я болван. Мне же Сережа рассказывал, что он с родителями уедет в Москву к Кольке! И что к ним из Казани приедет дедушка, это же вы, да? Я друг Серёжи. Мы вместе делаем уроки, а после гуляем с Кельтом. Я ждал Серёжу и случайно заснул. А потом испугался вас.

Сережин дедушка залился хохотом, а я, опустив глаза, стоял перед ним. Мне было ужасно стыдно. Насмеявшись, он присел в кресло-качалку и пристально стал смотреть прямо мне в глаза.

Я поспешно принялся лепетать слова прощения. Но он перебил меня и сказал с улыбкой:

– Да, я Серёжин дед, Сергей Семенович. Тебя как звать-то?

– Гришка.

– Григорий, значит. В детстве у меня был друг, тоже Гриша, кстати. Ну да ладно.

Сережин дедушка хлопнул ладонью по штанине и поднялся с кресла-качалки. Стеклянная дверца снова задребезжала.

– Пойдем, Григорий, поужинаем.

Мы пошли на кухню и Кельт тоже. На столе были разложены продукты: хлеб, консервы, помидоры, зелень и треугольник сыра.

– Ну что, будем бутерброды делать?

Я молча кивнул.

Сперва у меня ничего не получалось, я краснел и едва не плакал от обиды. Но Сергей Семенович показал мне как нужно делать бутерброды и у меня стало получаться. Потом было самое интересное. Мы поставили в духовку первую партию бутербродов и чайник на огонь. Пока они готовились, Сергей Семенович рассказал мне о своём друге.

– Гришка часто сидел дома с младшими братьями и сестрой. А я любил приходить к ним в гости. Фантазия у Гришки была поразительная, он всегда выдумывал интересные игры, в которые мы с удовольствием играли.

Засвистел чайник. Сережин дедушка прервал рассказ, достал готовые бутерброды и, загрузив вторую партию, хлопнул дверцей. Тем временем я налил в кружки сладкий чай. После мы снова сидели за столом, прихлёбывая чай и поглощая горячие, ароматные бутерброды.

– Весной таял снег, и ручьи бежали вдоль дорог. Тогда мы по целым дням пропадали на улице и пускали кораблики. Гриша их клеил из бумаги и картона и разрисовывал карандашами. Он мечтал стать капитаном корабля, путешествовать и совершать открытия. Гриша хорошо учился, увлекался физикой и математикой, читал книги о мореплавателях, а в старших классах даже писал стихи. После школы я стал врачом, а он окончил мореходное училище. А в 1941 году началась война, и мы больше не виделись. У меня осталось только стихотворение, которое он подарил мне на день рождения.

Сергей Семенович прервал рассказ и вытер лицо рукавом. А я сидел и думал, что мой тезка был славным мальчиком. И с такой же мечтой о путешествиях, как у меня. Я съел ещё один бутерброд и стал собираться домой.

Дома всё было по-прежнему. Бабушки весело болтали друг с другом, а Катька сидела за столом, только теперь она держала в одной руке стакан чая, а в другой огромный кусок торта. Ох, как же мне не нравится эта Катька!

Я сразу пошёл в свою комнату и поглядел на корабли. Они были совершенно разные и очень красивые. Мне так понравился этот Гриша из рассказа Сергея Семёновича! Он бы, наверное, понял меня как никто другой…

5 февраля

Сегодня меня осенило! Моего дедушку звали Григорием, как и друга Сергея Семеновича. Если бы дедушка не погиб, ему было бы, наверное, столько же лет, сколько сейчас Серёжиному дедушке! Я побежал на кухню, где бабушка готовила обед, и с разбегу выпалил:

– Мой дедушка писал стихи?

Бабушка посмотрела на меня удивленно:

– Конечно! Он писал замечательные стихи. К несчастью, они сгорели во время войны вместе с письмами…

На большой перемене я рассказал Серёже о своей догадке. Вечером Серёжа зашёл ко мне домой и протянул листок.

– Это адрес дедушки.

Я посмотрел на листок.

Казань, улица Юности, дом 27, квартира 4, Шапкин Сергей Семёнович.

После обеда мы с бабушкой пошли в фотоателье и нам сделали копию с большой фотографии дедушки, которая висела на стене. Вечером я нарисовал рисунок. На нём два мальчика пускают кораблики, одного зовут Гришка, а второго Семён.

Покончив с рисунком, я сел писать письмо.

«Здравствуйте, Сергей Семёнович! Пишет вам Григорий из города Пыльный. Как у вас дела? У меня отлично, я учусь на четверки и пятёрки. Мой дедушка, Григорий Афанасьевич Королёв, был морским офицером и полярником. Когда мне было полгода, он погиб в одном из сражений Великой Отечественной войны. Я думаю, что мой дедушка и есть ваш друг Гриша. Моя бабушка приглашает Вас в гости. Она вам расскажет о дедушке.

С уважением,

Григорий Королёв»

Я вложил письмо, рисунок и фотографию в конверт. Аккуратно наклеил марки. Одел пальто, шарф и натянул на голову шапку-ушанку. Уже поздно, но мне было всё равно. Я обязательно должен отправить письмо. Это очень важно.

На улице разбушевалась метель. Снежинки слепили глаза. Щурясь и защищая лицо руками, я дошёл до синего ящика с белыми буквами ПОЧТА, вынул из-за пазухи пузатый конверт и просунул его в чёрную щель.

По пути домой я думал о том, что потратил все свои деньги, которые копил, на конверт и фотографию. Но это не важно. Есть вещи важнее нового макета корабля. Если я угадал, Сережин дедушка будет счастлив. Он же так хотел узнать о судьбе своего друга.

3 марта

Сегодня пришло письмо от Сергея Семёновича. Я, как всегда, вынимал газету из почтового ящика. И вдруг из неё вывалился конверт. Я схватил его и прочитал: «Королёву Григорию Александровичу».

Я почувствовал себя самым счастливым человеком в мире и побежал изо всех сил вверх по лестнице. Бабушки не оказалось дома. Разорвав конверт, я стал читать.

«Здравствуй, Григорий!

Я очень обрадовался твоему письму. Я счастлив, что познакомился с внуком моего друга детства. Передавай привет бабушке. Летом я приеду в город Пыльный, и мы обязательно встретимся. Прикладываю к письму стих Гриши, который он подарил мне на выпускном.

Друг твоего дедушки,

Сергей Семёнович»

«Моему другу Сергею Шапкину.

Мы вчера, когда были детьми,

Подружились с тобой без причин,

Запускали в ручьях корабли

И ходили вдвоём в магазин.

Мы расстанемся завтра. Вдали

От Казани ты станешь врачом,

Ну а я поведу корабли

На серебряный полюс рулём.

Григорий Королёв»

Я всё понял, сел на стул и заплакал.

Ромашковое поле

Можно искать счастье где угодно,

но порой оно прячется там, где его никто не будет искать.

Незнакомка

– Пойдем к ней!

– Нет. Нужно подождать.

– Я ещё не видел эту девочку у нас в СНТ.

– Может она не местная?

В кустах сидела компания ребят. Спорщик Петя, молчаливый Белка и спокойный, рассудительный Колька.

Петьке десять лет. Он рыжеволосый. Веснушки на его лице похожи на крупу, рассыпавшуюся по загоревшей коже. За пазухой всегда лежит рогатка, а карманы набиты желудями.

Белка – поляк. На самом деле его зовут Влодзимеж. Когда он только приехал в деревню, все думали, что он Белорус. Поэтому его и прозвали Белка.

Белка был добродушный и кроткий мальчик. Он говорил по-русски с акцентом, поэтому всячески избегал сложных слов.

Колька был из бедной семьи. Мать и отец постоянно на работе, деньги даются им трудно. В их семье четверо детей, Колька старший. С друзьями он чувствовал себя гораздо комфортнее, чем дома.

Ребята сидели в засаде, внимательно наблюдая за незнакомкой. Та казалась им безобидной.

Но в их СНТ Алмаз была и другая компания детей. Эти ребята били всех, кто попадался на пути. Прямо сейчас они шли вдоль дороги. Заметил их только Колька. Он вскочил на ноги и сказал друзьям:

– Они сейчас её побьют!

Но те лишь пожали плечами и продолжали сидеть на траве. Между тем дело приняло скверный оборот.

Главарь банды уже направился к незнакомке. Та не видела его. Вдруг он схватил девочку и опрокинул на землю. Та вскочила и схватив с земли палку ударила вожака.

Теперь к ней надвигалась вся компания из шести человек. Ребята шли медленно и размахивали длинными палками. Колька не раз видел как избивали невинных. Он не любил такое. Поэтому тотчас мальчик высунулся из кустов.

– Не смей! – закричал он главному – Не смей бить!

Главный лишь усмехнулся и протянул:

– А это ты… Нищеброд! Сколько твои родители взяли в долг чтобы купить вам одежду? Нищий!

Нападавшие переглянулись, захохотали и вторили вожаку:

– Нищий! Нищий!

Колька рассвирепел и бросился на вожака. Тот не заставил ждать ответа. Но за Колей уже стояли друзья. Белка произнес клич:

– Не сметь обидеть мой друг!

Началась драка. Петя влез на забор и достал свою рогатку, Колька дрался с главарем, Белка в одиночку отбивался от трёх мальчиков, а Маринка била палкой всех хулиганов подряд.

Увидев, что дело принимает дурной оборот, главарь решил оставить врагов в покое и махнул рукой своим ребятам. Банда неспешно и с задранными к небу носами удалилась.

Петя плюнул на землю и спрыгнул с забора к Белке, который отряхивался от земли. А Колька протянул руку незнакомке и представился:

– Я Коля, а это мои друзья: Белка и Петя.

Девочка улыбнулась и пожала руку:

– Я Маринка.

– Вот что, Маринка. Ты из деревни, да?

– Да.

– Не ходи сюда одна. Эта свора изобьет любого до полусмерти.

Маринка кивнула и спросила:

– А правда что у вас есть озерцо с островком посредине?

Петя улыбнулся:

– Пойдем с нами! Мы покажем.

Через несколько минут Маринка увидела лесное озеро в центре которого и правда красовался остров. Она пришла в неописуемый восторг.

«Какая же она жизнерадостная девчонка, с ней можно дружить!» подумал Колька. Но перед тем, чтобы принимать её в компанию стоит присмотреться к ней. Как, это придумал Колька моментально:

– Пойдешь с нами вечером к костру? Там собираются деревенские и ребята из СНТ и у костра рассказывают истории.

Маринка вздохнула:

– Наверное, нет. Бабушка не разрешит мне идти по темноте одной.

Колька сказал:

– На этот счёт не переживай. Мы тебя проводим.

Маринка кивнула и спросила:

– Во сколько собираемся?

Петя поглядел на старые наручные часики, которые он нашел на чердаке, потер их пальцем и пробормотал:

– Сейчас шестнадцать тридцать, а сбор на поляне в шесть.

Коля подытожил:

– Будь у входа в СНТ в шесть вечера. Тебя встретит кто-нибудь из наших.

– Ну хорошо, я пойду!

И Маринка побежала домой.

Вечер у костра

Маринка решила не ужинать перед прогулкой, а перекусить. Вся их семья была дома: бабушка, дедушка, мама, папа, старшая сестра Яна и младший брат Витя. Маринка поскорее прошла на кухню.

У плиты крутилась бабушка. Маринка прошмыгнула к столу, взяла яблоко наспех налила кефир в стакан и на выходе из кухни крикнула:

– Сегодня вечером я иду гулять с моими друзьями!

Бабушка подошла к внучке с помидором в руках:

– С какими это друзьями? Неужели успела подружиться?

– Да, бабушка. Я познакомилась с Петькой, Белкой и с Колькой. Ты не представляешь! На меня напали хулиганы, а Колька спас. Подлетел к ним и кааак даст кулаком самому главному! А потом уже и остальные пришли на помощь. Знаешь, они показали мне озеро с островком, о котором ты говорила.

– А как ты пойдёшь домой одна? По темноте!

– Меня проводят друзья. Можно мне, бабушка? Пожалуйста!

Бабушка чуть подумала, кивнула, а Маринка побежала к себе в комнату. Там сидела за книжкой Яна, а Витя возил по полу машинки.

– Где тебя носит, Маринка? С раннего утра ушла, а вернулась под вечер.

– А я ещё уйду!

И с этими словами девочка встала на табуретку и достала с верхней полки любимую ярко-зеленую курточку. Затем она накинула её на плечи и выбежала из комнаты. Яна недовольно посмотрела ей вслед.

К СНТ Алмаз вела разбитая дорога через лес. Вдоль нее росли очень красивые полевые цветы, поэтому Маринка часто останавливалась, чтобы полюбоваться ими. Ближе к СНТ дорога терялась и нужно было идти по заросшей тропинке до старого ржавого шлагбаума.

Возле него на кучке кирпичей девочка увидела Кольку и махнула ему рукой. Он тоже заметил её и пошёл навстречу. Мальчик был на голову выше Маринки. Русые волосы чуть падали на зеленые глаза, сам он был худой. Подойдя к девочке, Колька улыбнулся:

– А ты всё-таки пришла!

– Я держу слово, – она засмеялась.

Коля посмотрел в небо.

– Погода хорошая.

– Да, – произнесла Маринка, – а где остальные?

– Ещё не пришли. Петька отпрашивается у матери, а Белка сейчас на рынке с отцом.

– А сколько тебе лет? – как бы невзначай спросила Маринка.

– Тринадцать. А тебе?

– Одиннадцать с половиной!

– Ты в пятом классе?

– Да.

– А я в седьмой иду.

Повисла неловкая пауза. Колька и Маринка в молчании прошлись вдоль шлагбаума, потом переглянулись и снова отвели взгляд. Исправил ситуацию Белка. Он появился с бородатым и улыбчивым мужчиной средних лет.

– Салют, Коля и Марина.

– Ну наконец-то! Привет, Белка. Идёшь к костру?

Белка кивнул головой. Он присоединился к ребятам и спас их от ненавистного неловкого молчания. Вскоре появился Петька. Мать рассердилась на него из-за недоеденного супа и поначалу не хотела отпускать его.

У костра по традиции собиралась толпа ребят, и они рассказывали друг другу разные истории. Каждому мальчику или девочке из СНТ довелось хоть раз побывать там. Некий Матвей, который давно не живет здесь, собирал на поляне друзей ещё пятьдесят лет назад. Поколения сменялись, и уже новые дети приходили тёплыми летними вечерами на заветную поляну, садились вокруг костра и жарили хлеб. У местных ребят это стало традицией.

Самыми старшими на поляне были ребята и девчонки пятнадцати-шестнадцати лет. Таких было мало, но они являлись главными. Их истории были самыми интересными. Все слушали рассказы старших ребят затаив дыхание.

Больше всего было детей от десяти до тринадцати лет. Они любили рассказывать легенды и сказки, а также всякую всячину, услышанную от взрослых, и ловить на себе восторженные взгляды остальной группы.

Были здесь и совсем маленькие. Обычно они приходили со старшими братьями или сестрами. Малышей все любили. Они были самыми доверчивыми и преданными слушателями, верящими в каждую историю.

Все расселись вокруг костра. Какой-то шустрый мальчуган жарил хлеб, а когда от ломтиков шел приятный аромат, он вставал на пенёк и кричал: «Жареный хлеб! Кому жареный хлеб». Какие-то девочки что-то бурно обсуждали, а после громко хохотали. Старшие ребята разговаривали друг с другом. Малыши бегали у костра с веселым смехом. Если старшему удавалось схватить за рубашку одного из них, остальные с визгом разбегались по сторонам и смотрели на пойманного дружка.

Через несколько минут все умолкли и начали слушать истории. Маринке всё было интересно – и истории и лица людей. Она разглядывала каждого, манеру общения, глаза, жесты рук. Вдруг какой-то мальчик стал рассказывать очень интересную легенду, и всё её внимание переключилось на него:

– Мой дед рассказал мне удивительную историю. Где-то в наших местах, в этих лесах затерялось ромашковое поле. Оно делает людей счастливыми. На поле есть озерцо с голубой водой, земляника, яблони и ромашки. Если выпить воды, съесть яблоки и землянику, заварить ромашковый чай, станешь счастливым. Этого поля нет на карте. До него добираются лишь достойные.

Мальчик замолчал, а Маринка представила огромное поле с голубым озерцом, а на поле ромашки. В густой траве можно найти землянику, а вокруг поля раскинули ветви деревья с алыми яблочками.

На старших ребят рассказ не произвел впечатления. Лишь малыши вдруг стали обсуждать это поле:

– Это старая легенда!

– А это правда?

– Нет! Мы все искали.

– Это правда. Я верю!

– Неправда!

– А вот и правда!

Все заспорили, а Колька спросил у друзей:

– А вы верите?

Белка не задумываясь ответил:

– Нет. Мои папа не вержит в ержунду. И я не веррю. Ржомашкового поля нет.

Петька тоже кивнул:

– Да! И я не верю. Это сказочки для малышей. Сколько раз искал, а всё без толку.

Колька опустил голову. Он поверил в Ромашковое поле, и ему захотелось его найти.

И Маринка поверила каждому слову. Она решительно заявила:

– Есть! Есть поле! Я уверена.

– С чего ты взяла?

– Верю.

Колька поднял лицо и с улыбкой посмотрел в глаза Маринке:

– И я верю! Оно есть.

Больше Маринка и Коля не слушали истории. Они взволнованно перешептывались и фантазировали.

Через час все стали расходиться. Друзья Маринки проводили её. Возле калитки Колька протянул руку и сказал:

– Пока, Маринка! Приходи завтра!

– До встречи.

Девочка махнула всем на прощание рукой и скрылась в саду, а мальчики медленно пошли к СНТ. Колька всё улыбался, вспоминая, как Маринка решила искать поле с ним и сказал друзьям:

– А она всё-таки хорошая!

Петя почесал затылок:

– Дружить можно.

Белка кивнул.

Ребята дошли до ржавого шлагбаума СНТ и разошлись.

Проблемы

На следующий день Маринка проснулась рано и первым делом вышла на террасу. Солнце заливало лучами беседку, огород, вишнёвое дерево. Она вспомнила о Ромашковом поле. Зачем оно ей? Но тут же Маринка поняла – ведь её близким живётся не очень счастливо.

Бабушка – учитель географии. Она работает в сельской школе. Всё время кого-то учит. Дома, например, заставляет Витю учить азбуку и счет. Дедушка – учёный. Он сутками сидит в своем кабинете и всё время пишет статьи о биологии. И Яна должна учить биологию – ей велит дедушка. Он считает, что его внучка должна быть самой лучшей в этом предмете. Но самой Яне не нравится биология. Она любит литературу.

Мама с папой учителя английского языка. И каждый раз твердят Яне и Маринке про профессию учителя. Яна вздыхает и кивает головой. Ей быть учителем биологии. А Маринка сердито отрицает – она решила, что будет путешественницей, совершит кругосветное плавание, заберется на Эльбрус и Эверест. Когда родители слышат это, то вздыхают и говорят, что Маринка ещё маленькая и мало что понимает в жизни.

Их семья вечно в делах, обязанностях, работе. Маринке даже стало казаться, что они разучились жить. Сама она в каждом дне видит новые приключения, а её родня не имеет приключений. Поэтому Маринка поняла для чего ей идти туда. На это Ромашковое поле.

Маринка спрыгнула с крыльца и бегом пересекла двор. Затем девочка открыла калитку и вышла на улицу.

Там гуляла соседка. За ней по пятам вышагивал её шестилетний сын Антоша, а за ним на веревочке волочился грузовик.

Эта соседка не нравилась Маринке. В её походке, костлявых руках, улыбочке, больше похожей на ухмылку, было что-то ядовито-противное.

Маринка поспешила уйти с улицы, а потом вприпрыжку пустилась к СНТ.

Колька был у себя во дворе. Возле него крутились маленькие дети – судя по всему, его младшие брат и сёстры. Когда Марина подошла к забору, чтобы поздороваться, он махнул рукой.

– Привет! Петя выйдет после обеда, Белка скоро придет.

– Хорошо. Коля, а давай пока сходим к этому чудесному озеру.

Коля с радостью согласился. Он шёл рядом с девочкой и показывал ей разные места:

– Тут у нас колодец. А здесь детская площадка! Видишь вдали холмик? Да, этот. За ним стоит столик, за которым каждый вечер собираются взрослые и играют в лото.

Колька довёл её до озера, а там остановился и вдруг сказал:

– А давай я покажу тебе мою берёзу? Она за озером. На ней можно сидеть и любоваться природой. Ещё этой березе можно рассказать, что тебя беспокоит, а она будет шуметь листьями. Петя с Белкой не верят и смеются, но ты ведь поймешь?

– Да, конечно!

Колька ничего не ответил, но улыбнулся. Маринка не посмеялась над ним, как Петя и Белка.

Дети дошли до дерева. Это была красивая высоченная береза.

Они сели под ней и стали смотреть на озеро.

– Коля, это место замечательное!

Хорошо было молча сидеть, слушать шелест листьев, думать о своем. Так прошло несколько минут, а потом Маринка спросила:

– Колька, зачем тебе надо на ромашковое поле?

Колька прислонился спиной к березовому стволу и вздохнул. Ему не совсем хотелось рассказывать, но, немного подумав, он начал рассказ.

– Мама с папой постоянно работают, но мало зарабатывают. Я редко их вижу. Поэтому я присматриваю за младшим братом и двумя маленькими сестрами. Каждое утро приходится вставать рано, кормить кур, готовить завтрак. Я хочу, чтобы маме и папе было легче.

Маринка ничего не ответила и тоже прислонилась к шершавой коре березы.

Она поняла почему Коле важно найти поле. И твердо решила помогать ему.

Следующий месяц

Весь июль Маринка и Колька всегда были вместе. Они постоянно говорили о Ромашковом поле.

У Маринки впервые появился такой друг, с которым можно поболтать на любые темы. Когда остальные присоединялись к ним, они умолкали.

Сегодня Маринка сидела под березой рядом с Колей. Они молчали, глядя на озеро. Колька окинул взглядом островок посередине озера и посмотрел на Маринку. Её рыжие волосы развевались на ветру, а голубые глаза казались особенно голубыми. Всё её лицо светилось от счастья. Коля сообщил:

– Мы сможем отправиться на эту поляну очень скоро! Я уверен, мы найдем её.

Маринка улыбнулась и спросила:

– Наше Ромашковое поле?

– Да, а ещё там будут прекрасные дикие яблони, чудесное прозрачное озеро и сладкая земляника…

Маринка мечтательно вздохнула и притихла. А Коля сжал в руке пучок травы и тоже замолк.

Через минуту Коля вдруг встрепенулся и с сожалением сказал:

– Мне пора домой! Нужно убраться дома и покормить детей до приезда родителей.

Маринка тоже поднялась.

– Коль, ты пообещай что не будешь приходить к нам в деревню… Моей маме не нравится моё времяпровождение. Она считает, что нужно побольше уделять время учебе.

– Ладно, но только ты не пропадай! Забегай к нам в СНТ.

Они двинулись по тропинке вокруг озера. Розовые облака отражались в озерной воде. Маринка шла рядом с Колей.

Возле СНТ Маринка хотела попрощаться с Колей, но тот лишь отмахнулся и сказал:

– Я провожу тебя до твоей Жеребьёвки. А оттуда сама.

– Колька, нет! Твои родители будут сердиться, если ты не выполнишь дела по дому.

– За меня не переживай.

И Коля пошёл вместе с Маринкой. Она уже не просила его остаться. Он никогда никого не слушает. К тому же в лесу начинало темнеть и ей становилось страшно. А вдруг хулиганы? Возле Жеребьёвки Колька остановился:

– Ну всё. Дальше сама, как хотела.

Маринка посмотрела в темноту и боязливо шагнула. Она мало чего боялась, но ходить в темноте по лесным тропинкам… А вдруг хулиганы? Но Коля догнал её и пошёл рядом.

– Надо было нам раньше возвращаться.

Колька довёл её до самого дома, простился и побежал домой. Ведь он и сам боялся встретить банду хулиганов, хоть и никому этого не рассказывал. Даже Маринке.

Неудачный день

Ночью стало душно, птицы перестали щебетать, всё затихло. Затем последовали раскаты грома.

Маринка проснулась и испуганно огляделась в темноте. У стены лежит Яна, на соседней кровати бабушка с дедушкой и Витя. Они все спят, будто ничего не происходит.

Маринка придвинулась к сестре и съёжилась под простыней. Вскоре она заснула под стук капель за окном и увидела прекрасный сон о ромашковом поле. Они с Колей играют в догонялки среди ромашек, набирают корзинки сладкой земляники, купаются в прохладной воде озерца…

Утром Маринка сразу побежала на террасу. С крыши на деревянный пол падали редкие дождевые капли. На маленьком столике лежала промокшая насквозь скатерть.

Маринка ступила босиком на траву. Трава была мокрая и скользкая, но её это не пугало. Вдруг она заметила что-то пёстрое на заборе. Это был букет полевых цветов. Маринка изумилась – откуда они взялись? Ведь вечером их не было! Она взяла букет и понюхала. Пахнет летом. Она радостно вздохнула и понюхала ещё раз. Её любимые полевые цветы! Она взяла букет и побежала в дом радостно смеясь. Ей было так хорошо и тепло на душе!

Оказалось, что мама уже проснулась. Она изумленно посмотрела на дочку.

– Марина, я не разрешаю тебе бегать по грязной земле босиком.

Маринка промолчала и опустила голову.

– А цветы откуда? Где нарвала?

– Они лежали у нас на заборе! Я не знаю, кто их нам принёс.

Мама внимательно поглядела на дочку, улыбнулась и достала вазу. В неё поставили цветы, и теперь они украшали стол. Маринке было очень любопытно – от кого этот подарок?

Вскоре проснулся Витя. Мама сразу усадила сына за стол. Но тому совсем не хотелось завтракать.

После завтрака Маринка надела красные сандалии и побежала на террасу. Яна уже сидела в саду и читала вчерашний журнал. Маринка легко спрыгнула с крыльца, взмахнув руками словно бабочка, летящая по полям и лугам в поисках цветков. Особенных цветков, самых красивых.

– Яна, это твои друзья нам букет принесли?

Сестра хмуро взглянула на Маринку

– С чего это сразу мои друзья? Может тебе, а может вообще маме. А знаешь что, лучше отойди.

И Яна углубилась в чтение.

– Ну Яна… А что ты читаешь? Лучше поиграем вместе!

И Маринка выхватила журнал и со смехом побежала по саду. Яна воскликнула и погналась за сестрой. Маринка бросила журнал назад, и он перелетел через забор прямиком в соседский огород.

Яна остановилась, со злостью посмотрела на младшую сестру, а потом вдруг заплакала и побежала в дом. Маринка догнала её и, схватив за рукав синей джинсовки, взмолилась:

– Прости меня, Яна… Я не хотела! Не говори маме! Я сейчас принесуууу…

Сделав пару шагов, Маринка оказалась у забора. Она уцепилась за краешек и вскарабкалась наверх. Яна снизу тихонько крикнула:

– Не смей! Нельзя! Слезай сейчас же! Надо попросить журнал у соседки, а не лезть без спросу.

Но Маринка уже спрыгнула прямо в грядку с морковью. Она осмотрелась вокруг, но журнала нигде не было. Яна что-то кричала, а Маринка стала раздвигать кусты садовой малины. Вдруг её кто-то схватил за плечо. Маринка вскрикнула от страха и обернулась. Позади стояла соседка.

– Ты перептоптала мне все грядки! Зачем ты полезла в огород? Отвечай!

У Маринки ёкнуло сердце:

– Я потеряла журнал… Вы не видели его?

– Да какой журнал? Антошка, поди сюда!

Антошка прибежал на зов матери. Он вёз за собой машинку на верёвочке, а в кузове лежал Янин журнал.

– Вот он! Вот журнал! – закричала Маринка.

Антоша вдруг хмыкнул и топнул ногой.

– Мама, это мой журнал! Я выменял его у Димки на жвачку! Она врёт!

Маринка опешила. Это был журнал ее сестры, но Антоша говорил обратное. Соседка зло сказала:

– Вон из сада, лживая девчонка! Я всё расскажу твоей маме!

Маринка со слезами на глазах вышла от соседей и за ней хлопнула калитка.

– Ты нашла журнал?

– Да, но у меня нет его…

– Отстань! Ты ужасная!

Она хотела рассказать Яне о том, что произошло. Но та уже побежала к маме, а Маринка заплакала и выбежала за калитку.

Она бежала долго. По лесным тропинкам, по просекам, перепрыгивая через лужи. Маринка остановилась только когда очутилась возле озера с островком. Она бросилась на холм под берёзой, на котором они сидели и мечтали с Колей. Девочка посмотрела на своё отражение в черной глади воды – оно показалось ей некрасивым. Тогда Маринка ударила кулаком по воде и залилась слезами. Тучи сгущались, потемнело, но ей было всё равно. Она уткнулась лицом в поцарапанные коленки и тихо плакала.

Вдруг где-то над головой сверкнула молния. Почти сразу бабахнул гром. Деревья закачались, а по воде пошли круги. Маринка встала на ноги и подставила ладошку – капли были крупными. Подул ветер и стало холодно. Она решила где-нибудь спрятаться и переждать грозу.

Маринка бегала очень быстро. Недаром в школе она выиграла забег среди девочек всех 4 классов. Сейчас она бежала так, словно соревнуется с одноклассниками на уроке физкультуры.

Она миновала поляну, на которой их семья устраивала пикники, перебежала через мостик, добежала до колодца. Далее надо было идти прямо, но Маринку заинтересовал холм в стороне от дороги. С холма деревенские катались на велосипедах, но Маринка ни разу на нем не была. Она карабкалась вверх по холму, поскальзываясь на мокрой траве, цепляясь пальцами за режущие руки пучки.

Забравшись на верх Маринка оглядела СНТ – в доме Коли горел свет. «Наверное он сейчас обедает…». И от этой мысли ей захотелось есть. Но надо было бежать – гроза расходилась. Её руки были в порезах от травы и было больно касаться чего-нибудь. Но Маринке пришлось. Её сандалии заскользили по траве, и она кубарем скатилась вниз.

За холмом было место, где взрослые играли в лото: деревянный стол и скамейки. Туда каждый вечер наведывался её дедушка. Маринка забралась под стол и свернулась в комочек. Она даже не заметила как уснула под шум дождя.

Она проснулась от детского смеха и капель, которые падали ей прямо на нос. И тут же в памяти всплыла ссора с Яной. Марина с досадой топнула каблучком сандали и вылезла из под стола. Её платье промокло и испачкалось, волосы растрепались. Вдруг послышался мальчишеский хохот, затем в неё полетели шишки. Маринка погрозила мальчикам кулаком, но они не успокоились. А напротив, выбежали к ней и подняли её на смех. Тогда она схватила палку и принялась отступать, но мальчики побежали за ней со свистом и противными воплями: «конопатая, рыжая, чумазая».

Они всё равно не догнали бы, но ей было до того обидно, что по щекам невольно покатились слёзы. Маринка бежала не останавливаясь, всё дальше и дальше без оглядки, а когда убедилась, что погони нет, села под куст и заплакала. Она давилась слезами. Столько нехорошего приключилось с ней сегодня.

Вдруг она заметила идущего по просеке деда и перестала плакать. Ей не хотелось, чтобы к ней подходили и спрашивали, но он всё равно подошёл.

– Девочка, я услышал, что ты плачешь… Я не люблю когда люди плачут, ведь мне самому хочется плакать, когда я понимаю что кому-то плохо. Что случилось?

– Ничего… – соврала Маринка и отвернулась.

– Я же вижу по глазам.

– Ну да. Я плакала. Подумаешь!

– А вот и нет. Когда взрослый человек плачет, случилось что-то печальное. Это младенцы плачут просто так. А ты уже большая.

И тогда Маринка всё рассказала этому старичку. Он слушал её серьезно. А не так, как обычно взрослые, с усмешкой. Когда она закончила говорить, дедушка улыбнулся и сказал:

– Не плачь, Марина! Посмотри на ясное небо, на птичек, на эту рощу. Жизнь не заканчивается ни на драке с мальчишками, ни на ссоре с сестрой. Беги домой и обязательно помирись с Яной, поговори с соседкой. Ну же!

Маринка вытерла слёзы и огляделась – всё вокруг излучало радость. Так зачем ей плакать? Она рассмеялась и подумала вслух:

– А я ведь и впрямь конопатая, рыжая, чумазая! Вот приду домой, мама и Янка с Витей будут хохотать!

И Маринка побежала домой по просеке, но вдруг остановилась, вспомнив о том, что не спросила старика. Она вернулась к деду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.