Александр Таёжный
Дальнобой

Глава 1

По трассе М-7 в сторону Нижнего Новгорода двигалась многотонная фура, за рулём которой сидел парень лет тридцати. Среднего роста, среднего телосложения, черты лица правильные, волосы русые. То есть – ничем не выделяющийся из толпы. Но всё же была в нём некая особенность. И этой особенностью были его глаза, описание которых я изложу немного позже. И звали этого парня Комиссаров Вадим Александрович.

Вадим не вылезал из-за руля уже около четырёх часов. Всё это время он любовался осенними пейзажами, проплывающими за панорамными окнами просторной кабины его тягача. Осень для него была особенным временем года, это самое его любимое время. Именно осенью открываться сезон охоты, с которым в своё время были связаны жизненные перемены в его судьбе. И это не считая того, что осень по праву являет собой самые плодородные месяца года. Когда у всех живущих в дикой природе – да и не только у неё – и у растений, и у животного мира, молодая поросль достигает созревания и самостоятельности.

Настроение в настоящий момент у водителя было прекрасное, хоть и смотрел он на скучную, серую ленту асфальта, разделённую белым пунктиром дорожной разметки. Время текло размеренно, секунды, как эти самые полосы, методично исчезали под брутальным широким бампером тягача. Размышляя о своём, водитель восхищённо наблюдал, как за каждым проезжающим автомобилем в воздух поднимаются смерчи, перекручивая и смешивая золото осенних листьев.

– Вадим! – неожиданно прозвучал голос напарника. Вадим вздрогнул. – Ты что, уснул? Я за тобой уже минут пять наблюдаю, ты даже не моргаешь.

Вадим покачал головой.

– Нет, я не сплю, просто задумался. Слушай, Дэн. – Водитель встрепенулся, прогоняя из себя излишнюю задумчивость. – А давай-ка мы с тобой кофейку забабахаем. Сейчас, буквально через пару километров, карман хороший будет.

– Конечно, давай, – с энтузиазмом согласился Денис и заёрзал в кресле. – Кофейку попьём, да и дела наши насущные обсудим. Денис всегда был за любой кипиш, кроме голодовки.

Фура, снизив скорость и мигнув правым поворотником, зашла на стоянку. Вадим посмотрел в зеркала, убедился, что никому не мешает, заглушил двигатель. После того как огромная голова тягача качнулась, Денис встал, без предисловий и проволочек полез по закромам широкой кабины. Открыл верхний бардачок, достал газовую плитку, в соседнем – кофе, сахар и, не прекращая шарить в многочисленных бардачках, продолжил свою мысль вслух. – Итак, задание от руководства мы получили, и в принципе там всё понятно, непонятно только одно. Как это всё осуществить? Тебе не кажться, что как-то слишком мало информации о самом объекте нашего поиска? Не находишь? – Денис поставил чайник на плитку.

– А что? Когда-то по-другому было? – Вадим присоединился к извлечению продуктов, полез в холодильник за колбасой. – Ты бутерброды будешь или круассаны?

– А-а… – протянул Денис, потирая руки в предвкушении трапезы, – доставай всё, а там поглядим.

– Насколько я понимаю, сбор информации мы начнём непосредственно на месте.

– Само собой, это без вариантов.

– Тогда по старой схеме, фуру оставляем на стоянке и уже на маленькой добираемся до места. Например, прикидываемся журналистами Итаким образом общаемся с местными. Ближе к вечеру ты на стоянку, а я на природу. Осматриваю окрестности, потом остаюсь на ночь у какого-нибудь аборигена. А утром встречаемся и составляем план дальнейших действий.

– Не-не, уж больно какой-то туманный у тебя план получаться. – Денис разлил кофе по кружкам и потянулся за бутербродами. – Я думаю, в деревне вместе останемся, ноутбук я всё равно с собой возьму. Так что доступ к общей информации у меня будет.

Уплетая бутерброд, Вадим промычал:

– Что?

– Хорошо, говорю же, на месте решим, – прихлебнув кофе, Денис продолжил. – Давай сейчас тогда пойдём в офис и соберём всё, что нам нужно, заодно и над планом покумекаем.

Офисом они называли полуприцеп, рефрижератор. Хотя он таковым и не являлся. Внешне отличить его от обычного рефрижератора, конечно, было невозможно. Но вот внутри… Внутри он собой представлял полноценный спецбокс, где находилась всё самое необходимое, начиная от узла спецсвязи с мощными компьютерами, мониторами, видеокамерами, как внутреннего, так и внешнего обзора. Также там размещалась мини-оружейная комната, со всеми вытекающими смыслами. В самом конце спецбокса стоял отечественный пикап, УАЗ «Patriot» с просторным люком в крыше, так как двери открыть в данном пространстве было затруднительно. Также вдоль стен располагались многочисленные шкафы с одеждой на все случаи жизни, от фраков до фуфаек. Многочисленные боксы с инструментом и оборудованием, от скалолазания до дайвинга, был там и медицинский уголок, как в реанимобиле.

Покончив с бутербродами и допив кофе, агенты вышли из кабины.

– Слушай, всё-таки сидение в одной позе довольно утомительно, – проговорил Дэн, одновременно потягиваясь до хруста в позвоночнике.

– Хорош болтать, раз мы с тобой журналисты, пошли в офис, пока нет лишних глаз на стоянке. Будешь новые ксивы стряпать.

– Да погоди ты, дай хоть косточки размять. Или тебе невтерпёж друга работать заставить?

– Не бухти. Не всё ж мне одному вкалывать. Надо и интеллигенции немного поработать.

– Интеллигенции… – протянул Денис. – Пошли, будешь у меня машину укомплектовывать. Плебей. – И тут же на всякий случай отскочил в сторону, чтобы не получить пинка от «плебея».

Они открыли боковую дверь рефрижератора, поднялись в офис. Дэн включил рубильник, всё пространство залил яркий неоновый свет. Вадим прикрыл за собой дверь и прошёл к уазику.

– Слушай, Дэн, я тут прикинул. Давай задействуем местную власть. Я имею в виду участкового, егеря.

– Поясни.

– Ну, во-первых, мы начинаем приставать к местным с расспросами, и обязательно кому-нибудь это не понравится. И этот кто-нибудь непременно стуканёт тому же участковому. Итак как участковому делать наверняка нечего, он обязательно припрётся и будет уже задавать неправильные вопросы.

– Убедил. Я тогда сейчас по базам МВД пробью, кто у них участковый, и созвонюсь с ним, типа от нашего канала. Хотя нет, это пока лишнее. Кстати, какой канал мы с тобой в этот раз представляем?

– Ну… – Вадим почесал подбородок, – пусть будет «Наша планета». Да кстати, сколько времени тебе нужно, чтобы корочки сотворить?

– Минут пятнадцать, – Денис подумал, добавил ещё пять. – Двадцать, если не торопясь. – Денис уже сидел за мониторами, извлекая информацию о местных властях, и тут же её озвучивал. – Итак, участкового зовут Анисимов Пётр Михайлович, звание – капитан. Так, присматривает за своей вотчиной уже пять лет. Переведён в Васино из Нижнего по семейным обстоятельствам. Также в его юрисдикции Ефимово, Ломы, Трефилино, Малое Жилино. Во как. Так что твоя версия, что ему нечего делать, не прокатила. Так, а вот и контакты. – Дэн начал выписывать номера телефонов.

В это время Вадим начал укомплектовывать машину. Таскал в неё скарб журналистов, камеру, штатив, аккумуляторы, зарядки и всякую всячину.

– Гуру, я вот ещё что подумал…

Гуру – это второе имя Дэна, полученное им за колоссальные знания истории, физики, химии, медицины. Денис был хорошим специалистом своего дела.

– Я ещё тебе задание придумал. Распечатай наклейки на борт уазика «Наша планета».

Вадим, поворачиваясь в кресле, с возмущённой миной заявил:

– Слушай, ты не слишком много от меня хочешь?

– Никто тебя не торопит, – невозмутимо заметил Денис. – Я думаю, с наклейками будет солиднее. А значит, это укрепляет нашу легенду.

– Ладно, уговорил. Ни фига себе, кофейку попили, – пробурчал Гуру, поворачиваясь обратно к мониторам.

Через пятнадцать минут из принтера поползла лента с буквами и рисунком на фоне земного шара.

– Иди наклеивай, и дам тебе бесплатный совет, на сырую мыльную поверхность приклеить ровно у тебя шансов больше, чем на сухую, – с видом профессора заявил Гуру.

– И как ты себе это представляешь? – Вадим ткнул пальцем в зазор между бортом машины и стеной бокса.

Не отрываясь от монитора, Денис невозмутимо добавил:

– Ладно, но наклеивать всё равно ты будешь. А пока давай ещё поработаем с легендой. Как я понимаю, мы приезжаем в деревню, встречаемся с капитаном, обрисовываем свою задачу, якобы поставленную руководством канала. Далее просим познакомить нас с местным егерем. Хотя я думаю, к нашему приезду он уже будет в кабинете шерифа. Так как я всё равно буду с ним предварительно связываться. Да, кстати, ещё нам надо распределить наши роли, кто оператор и кто будет брать интервью. – Гуру вопросительно посмотрел на напарника.

– Слушай, у тебя язык лучше работает, так что начальником будешь ты, а я, так и быть, с камерой потаскаюсь, – предложил Вадим. – Такой расклад тебя устроит? – Дэн кивнул. – Вот и ладушки. – Вадим в очередной раз ненадолго задумался. Затем озвучил свои мысли. – Так, ну а я ещё ствол прихвачу, чтобы сблизиться с егерем, путёвку там у него поклянчу, да и… – дальнобойщик вновь сделал паузу и переключил разговор на другую тему. – Неплохо бы коньячку прикупить, для налаживания отношений, ведь в нашем деле мелочей не бывает.

Вставая с кресла, Дэн утвердительно протянул:

– Это да. – Держа в руке свежеиспечённые корочки журналистов, он протянул их Вадиму, взглядом спрашивая «ну как?».

Вадим, не раскрывая рта, сжав губы, покивал.

– Итак, какие наши дальнейшие действия? – отрывая взгляд от корочек, спросил Шёпот. Шёпот – это второе имя нашего героя или, как говорят военные, позывной, который он получил за умение бесшумно двигаться, и неважно, в каких местах и условиях он находится, хоть в лесу, хоть в офисе, хоть в подземном переходе.

Но вместо ответа Шёпот услышал вопрос.

– Фотоловушки взял?

Вадим кивнул.

– С оборудованием я вроде как разобрался. Но и ты ещё сам глазами пробеги на всякий случай, лишним не будет. А я пока на карты гляну, место для выгрузки присмотрю. – И направился в сторону стола с мониторами.

Через некоторое время Денис, усаживаясь в соседнее кресло, спросил:

– Ну как, нашёл?

– Да, нашёл. Вот смотри, здесь есть карман. Со стороны дороги закрыт ельником. Если карман пуст, заезжаем, а въезд перекрываем блоком, – Шёпот пальцем ткнул в сторону двух пластиковых блоков, очень похожих на бетонные. – Выгоняем пикап, и дальше всё просто. Я на фуре до стоянки, а ты потом на УАЗе меня с неё заберёшь.

– Ну вроде пока всё обдумали. Я думаю, УАЗ тоже к бою готов. – Теперь Гуру ткнул пальцем в сторону УАЗа.

– Тогда пошли, что ли.

Денис погладил свой живот.

– Шёпот, давай-ка теперь в кафешку зарулим, а то на бутербродах далеко не уедешь, да и вредно всухомятку питаться, это я тебе как доктор говорю.

– Пошли, доктор. Когда ты только нажрёшься? – Вадим хлопнул его по неширокому плечу.

Гуру возрастом был примерно как его напарник. Только был выше ростом. На лице имел небольшой островатый нос. И голубые, глубоко посаженные глаза. Амбалом внешне он, конечно, не был. Неширок в плечах, можно даже сказать, суховат. Но несмотря на неказистость внешности, силой обижен не был. Про таких в народе говорят – жилистый.

Гуру погасил свет, захлопнул дверь офиса. Оглядевшись и смачно потянувшись, пошагал к дверям тягача. Вадим уже сидел за рулём.

– Ну что, погнали. – Гуру вытянул руку вперёд, усаживаясь в пассажирское-кресло. Двигатель заурчал, и двенадцать колёс одновременно сорвались с места.

Глава 2

Уже ближе к вечеру они добрались до места выгрузки. Снизив скорость и показав правый поворот, фура плавно зашла в небольшой карман. На их удачу, карман был пуст. Шёпот заглушил двигатель, Гуру в ту же секунду десантировался из кабины и пулей ввинтился в офис, не мешкая разблокировал колёса УАЗа. А Вадим в то же время открыл ворота рефрижератора, принял блоки у Дэна и оперативно выставил их на въезде, плюс ко всему приладил ещё и знак «Дорожные работы». Вернувшись к фуре, Вадим взял пульт управления, нажал на кнопку. Заурчал двигатель электропривода, и на уровне пола начали медленно выползать сходни. После того, как сходни упёрлись в асфальт, Шёпот махнул рукой, показывая Дэну, что можно съезжать. УАЗ задним ходом медленно, но верно начал движение. Когда все четыре колеса стояли на асфальте, Вадим привёл движение сходней в обратную сторону. Всё это действие у них заняло не более пяти минут. Сказывался опыт: загрузку-выгрузку машины, снегоходов, квадроциклов они отрабатывали не один раз.

– Фу… – Гуру облегчённо выдохнул. – Не первый раз мы с тобой этим занимаемся, – сказал он, обводя рукой стоящую технику, – И всё равно такое-чувство, как будто курей воровал.

– Ладно,тебе, хорош причитать, принимай блоки. – Вадим уже тащил волоком оба блока.

Закрыв ворота, проверили, что ничего не забыли, и с чувством выполненного долга уселись в УАЗ.

– Ну что, дальше проще, – Вадим повернулся к напарнику. – Сейчас я фуру угоняю на стоянку, заночую тоже там. Стоянка понял где?

– Да, деревня Новоликеево на объездной Кстово, да я и координаты уже в навигатор вбил. Не переживай, я тоже на этой стоянке заночую, там гостиница есть. А с утра ты грузишься ко мне в УАЗ, и, как говорится, вперёд и с песней. Ну что, давай, я поехал. Надо ещё номер снять, душ принять и спать. Во блин, аж стихами заговорил. – Он широко улыбнулся.

– Ладно, давай, стихоплёт. Завтра часов в семь подъем, а в восемь встречаемся.

Вадим вылез из машины, захлопнул дверь, поднял руку, и УАЗ, обогнув фуру по широкой дуге, зашуршал покрышками, удаляясь в наступающую ночь.

– Ну что, конь ты мой железный, и мы поехали, – обратился он к тягачу, забираясь в водительское-кресло. Привычным движением он запустил двигатель, включил передачу и плавно вывел автопоезд на широкую ленту асфальта трассы М-7.

Наблюдая в свете фар за бегущим пунктиром дорожной разметки, он размышлял о предстоящем задании. В ходе размышления немного отвлёкся, уходя мыслями в сторону дома, когда в начале сентября он помогал своим родителям убирать урожай. У дальнобойщика тогда зазвонил мобильник. Отец посмотрел на него и, почуяв неладное, покачал головой:

– Ну что сына, значит, нам с мамкой картошку вдвоём убирать, – вздохнул он с вопросом в глазах.

– Извини, батя, это на самом деле с работы, – извиняющимся голосом проговорил Шёпот и как бы в оправдание пожурил. – Картошка. Я сколько раз говорил. Давай всё травой засеем. Красивая поляна будет, и вам горбатится не надо. А картошку мы Итак купим.

Отец улыбнулся.

– Да ладно, я всё понимаю. Работа есть работа, людям тоже надо помогать, – с грустными, но понимающими глазами согласился Александр Михайлович, который не понаслышке знал о его работе. И как бы вдогонку добавил: – А огород, ты сам знаешь, из нас совков и калёным железом не выжечь.

Неожиданно эти мысли оборвал знак, предупреждающий о дорожных работах. И, после того как фура проскочила сужение дороги, мысли оказались в другом русле. То есть о предстоящем задании. Из разговора с начальством он вкратце знал, в чём на этот раз состоит их с Гуру помощь человечеству.

Итак, вот мы и добрались до момента, когда можно приоткрыть тайну специфики работы спецгруппы. Да, Вадим был агентом, в секретном и очень особом отделе. Занимался этот отдел паранормальными явлениями, с очень широким диапазоном влияния на всё, что с этим связано. На данный момент можно сообщить, что всё это хозяйство, то есть спецотдел, стоит на балансе и, соответственно, финансируться никем иным как государством. Итаких групп числится в отделе… Впрочем, это закрытая информация; в общем, больше, чем одна. Работа таких групп, как вы уже поняли, очень хорошо конспирируться, и в данный момент контора работает под официально зарегистрированную транспортную компанию. Которая, в свою очередь, на самом деле заниматься грузоперевозками. Но имеет небольшой филиал. И некие машины, имеющие знакомый логотип, свободно перемещаются по стране и выполняют свои задачи, никак не связанные с грузоперевозками.

Итак. Наблюдая в сете фар за бегущем пунктиром дорожной разметки, Вадим размышлял о предстоящем задании. Задание представляло собой несколько пунктов. Первое – прибыть в указанное место, координаты которого были указаны в файлах, находящихся в гаджетах Гуру. Второе – на месте выяснить проявление паранормальных явлений. Третье – если данные подтвердятся, приступить к отлову предполагаемого объекта; при невозможности отлова необходимо принять меры к устранению объекта. Вот так сухо, коротко и конкретно.

Примерно через час, может, полтора, он добрался до стоянки. Включив неизвестно в какой раз за эти сутки правый поворот, направил грузовик в сторону заезда, на стоянку. Остановившись возле вагончика охраны, опустил окно, чтобы пообщаться с охранником.

– Командир, ты тут главный? – Шёпот высунулся в окно.

Не отвечая на вопрос, охранник молча протянул руку с квитанцией на оплату стоянки.

– Командир, тормози, у нас тут вроде как безнал. – Вадим вопросительно смотрел на охранника.

Всё так же равнодушно охранник убрал руку с квитанцией, поднял глаза на машину, разглядывая логотип компании, и, соизволив разомкнуть уста, изрек первые слова.

– Дорожные сети. – Вадим промычал, одновременно кивая головой. – Вон, в правый ряд вставай, – он пальцем указал на ряд стоящих грузовиков справа от него. – Погоди, щас только номер запишу, да, ещё номер путёвки продиктуй.

Вадим протянул путевой лист.

– На, срисовывай.

Охранник накарябал в своём журнале номер и данные путевого листа.

– Понял, куда встать? – переспросил он, протягивая документ обратно.

– Понял, командир, – трогая машину с места, проговорил Шёпот, прикидывая, как лучше припарковать фуру.

Через минуту он ввинтил полуприцеп между грузовиком слева и мусорным баками справа. С таким расчётом, что фура простоит не одни сутки и никому не помешает. Заглушил двигатель, вылез из кресла на середину кабины, блаженно потянулся, смачно выдохнул, словно выгоняя усталость, накопившуюся за целый день. Оглядевшись, полез по бардачкам, извлекая мыльно-рыльные принадлежности, в предвкушении горячих водяных струй душевой кабинки, которая поможет избавится от усталости и вернёт чувство чистоты и блаженства.

Ровно в семь утра противный писк будильника выдернул Вадима из царства Морфея в реальный мир. Потягиваясь в спальнике, он почувствовал, как каждая мышца распрямилась и сигнализирует о том, что она готова к работе. Уже сидя на постели, он потряс головой, фыркая как конь, окончательно избавляясь от сна. Быстро одевшись, он почувствовал, что ему очень нужно в самое нужное место. Прихватив пасту, щётку, полотенце, лежавшие в отдельном пакете, отправился в здание с кричащими неоновыми буквами «БАНЯ», «ДУШ», «ТУАЛЕТ».

Вернувшись в кабину с чувством выполненного долга, Шёпот достал плитку, и произведя нехитрый ритуал, заварил ароматный кофе. Как раз в это время из грёз предвкушения пития бодрящего напитка агента выдернул телефонный звонок. В трубке зазвучал баритон Гуру: «Ну что, дальнобойщик готов к труду и обороне?»

– Готов, – немного с сожалением ответил Вадим. – Сейчас только кофе допью, короче через десять-пятнадцать минут буду, – прикинул он нужное ему время на сборы. Собираясь и уже без особого наслаждения на ходу прихлёбывая кофе, он также приводил свои мысли в порядок. Как говорится, утро вечера мудренее, и после недолгих умозаключений понял, что их план очень сырой и требует доработки.

Пройдя длинные ряды грузовиков, он вышел на площадку перед кафе, на которой мирно стоял УАЗ. Осеннее солнце играло своими бликами на крыше и боках внедорожника. От этой картинки у него немного поднялось настроение. Садясь в пассажирское-кресло, Вадим поздоровался с напарником и хотел уже рассказать о недостатках их легенды, как за него это сделал Гуру.

– Слушай, Вадим, в нашем мероприятии есть два момента, которые никуда не годятся, – начал он тоном, не терпящим возражений. – Первое. – Вадим хотел было встрять со своим мнением, что он тоже нашёл несколько недочётов в их плане. Но Гуру поднял палец, давая понять, чтобы его слушали и не перебивали. – Итак, первое: участковый – это, конечно, хорошо, но на первом этапе фигура не главная, а нужен нам глава администрации, чтобы получить аккредитацию. Соответственно, ему мы должны внятно объяснить, какая причина вообще сподвигла нас здесь оказаться. Второе: нам нужно прикрытие, на случай если нас вдруг захотят проверить, на самом ли деле мы те, за кого себя выдаём. – Он сделал многозначительную паузу, чем и воспользовался Шёпот.

– Ну наконец-то, – улыбаясь, согласился Шёпот. – Я уж думал, ты меня до кучи ещё и премии лишишь. Как будто у шефа в кабинете побывал. Между прочим, я тоже заметил прорехи в нашем деле и полностью с тобой согласен, и даже зуб даю, что ты уже эти задачи решил, ну или почти решил.

– Не льсти, тебе это не идёт. Хотя ты прав, я на самом деле решил эти задачки, но хочу, чтобы ты тоже их одобрил. Начну с конца, ибо это самое простое, и по этому поводу я даже начальство дёргать не хочу. У нас есть программка, которая может переадресовать звонки нужных абонентов на нужный нам телефон. Кстати, «Наша планета» – такой канал существует на самом деле. Это я к тому, если ты не знал и название придумал по наитию. Короче, я все контакты, предоставленные у них на сайте, внёс в нашу программу. Соответственно, и номера нужных нам абонентов. То есть главы администрации, плюс его секретарь, само собой, рабочий и мобильные. Также номера участкового, хотя я думаю, что по каналам МВД нас проверять не будут. Да, звонки будут приходить на твой мобильник. Надеюсь, не надо объяснять, почему?

Вадим кивнул. Он прекрасно понимал, что в их работе мелочей не бывает, и серьёзно ответил:

– Этот вопрос и в самом деле мог бы не озвучивать. А почему первый вопрос ты ставишь как более сложный? – Теперь уже Шёпот смотрел на напарника вопросительно.

– По-моему, это очевидно, с главой ещё надо встретиться, познакомиться, втереться в доверие. – Он резко замолчал, о чем-то задумавшись, и как бы отвечая самому себе, продолжил. – Да, согласен, коньяк этому поспособствует. Да, и ещё, по поводу нашего визита, объяснить ему, что в интернет кто-то – и скорее всего, кто-то из местных – слил информацию, что в этом районе якобы завелась зверюга или чудовище, которое пьёт кровь домашних животных. Кстати, такая инфа на самом деле уже есть во всемирной помойке. Итак, подводя черту под вышесказанным, констатирую. Второе уже сделано, а первое ещё предстоит сделать. – Последней фразой он как бы поставил точку в их дискуссии.

У Вадима настроение стало ещё лучше, он поднял большой палец вверх.

– Отлично, умеешь ты поднять настроение, всё-таки у тебя мозги что надо, а не просто след от фуражки, – с довольной миной съязвил Шёпот, хлопнул коллегу по плечу. – Ну, раз в целом план готов, тогда заводи машину и трогай, а мелочи обсудим по дороге.

– А ты здорово не радуйся, тебе ещё наклейки лепить придётся.

– Да я не против. Но надеюсь, что мой напарник не останться безучастным в страданиях и каторжном труде, не побоюсь этого слова, брата по оружию, и окажет помощь в этом нелёгком деле.

На эту тираду Гуру только покачал головой.

– Во блин, нагородил, – он укоризненно глянул на напарника. – Поехали.

Загорелись огни заднего хода, УАЗ развернулся, и через пару секунд выехал на асфальт, поднимая маленькие торнадо осенних листьев.

Глава 3

В этот прекрасный осенний солнечный день природа была как-то по-особенному живописна. Воздух после ночного дождя был необычайно свеж и прозрачен, на сосновых иглах капли росы искрились серебром осеннего солнца.

У бригадира лесозаготовительной артели было прекрасное настроение, можно сказать, поэтическое. Вся бригада собралась под дощатым навесом, оберегающим обеденный стол и лавки от непогоды и накрытым баннером с какой-то рекламой.

– Ну что, друг мой, – незатейливо начал бригадир. – Сегодня я никого песочить не буду, а ограничусь простой разнарядкой. Значит так, Степан, ты занимаешься валкой клеймёных стволов. И не дай бог свалишь не то, что нужно. Пётр, ты со своими стаскиваешь, раскряжуешь, оттычкуешь готовый пиловочник. Короче, чтобы на следующий рейс лес уже был готов. Ну а я отвезу уже готовый. Да, заказы, кому что нужно, приготовили? На обратном пути завезу. – Иван протянул Ольге свёрнутый тетрадный листок. – Вот и хорошо, – сказала она, убирая в нагрудный карман комбинезона список необходимых вещей.

Да, как бы это не абсурдно звучало, но бригадиром этой артели была девушка, и, как вы уже поняли, звали её Ольга. Была она относительно молода, двадцати пяти лет. Красива, стройна, про таких в народе говорят «кровь с молоком». Не худосочная модель, а настоящая русская баба.

Ольга запрыгнула в кабину «Урала», в открытое окно наставительно крикнула:

– Я надеюсь, что без меня тут будет порядок. – Двигатель Урала рявкнул, заурчал, выпуская сизые клубы дыма.

– Погоди, – к бригадиру подбежал молодой паренёк с пятилитровым ведёрком, накрытым белой тряпкой, перевязанной шнурком. – Погоди, Ольга Александровна, передай матери пожалуйста, я ей тут брусники насобирал. – Он протянул ей ведро.

– Конечно передам, какой разговор. – Она открыла дверь и широко улыбнулась. – Хороший ты парень, Евгений, хоть и балбес. Но всё же повезло твоей матери с сыном. – Ольга, принимая ведёрко, задумалась. – Иван! – крикнула она, обращаясь к своему помощнику по бригаде. – Иван, слушай, я Женьку с собой заберу, ты не против? Он мне в деревне поможет запчасти таскать, да и продуктов тоже немало набираться.

– Забирай. – Иван махнул рукой.

– Запрыгивай, сам матери бруснику передашь. – Жека, не веря своему счастью, оббежал бампер лесовоза и пулей ввинтился в кабину.

Лесовоз тяжело тронулся с места. Выпуская сизые клубы дыма, зачавкал широкими покрышками, переваливаясь на корнях и кочках, раскачивая своё бревенчатое тело, похожее издалека на огромное лесное чудовище, которое, урча двигателем, медленно скрывалось за поворотом лесной дороги.

А приблизительно в это же время и том же месте уазик, мерно шелестя покрышками, наматывал километры на электронный дисплей приборной доски.

– Судя по навигатору, нам осталось километров двадцать. – Гуру ткнул пальцем в дисплей.

– Да, но только сейчас хорошая дорога закончится, видишь, впереди дорожная техника стоит, значит, оставшиеся километры будем методично месить местную грязь.

– Можешь ты настроение поднять, – со вздохом согласился Гуру.

– Это нам вчерашний ночной дождь настроение подпортил, – согласился Вадим. – Дэн, но всё же не забывай, у природы нет плохой погоды, – с лицом мудреца и поднятым вверх указательным пальцем проговорил Шёпот.

Не доезжая до строительной техники с километр, по левой от внедорожника стороне Вадим рассмотрел покосившиеся старые кресты.

– Слушай, похоже, дорожники зацепили край старого кладбища. – Вадим кивком головы указал на левую обочину.

Гуру снизил скорость.

– Ну и глаза у тебя, если б не подсказал, я и не заметил.

УАЗ двигался уже со скоростью пешехода. Они вглядывались в заросшее густым подлеском кладбище. Вдруг Шёпот обратил внимание на припаркованный автомобиль, который стоял возле вагончика, обшитого оцинкованным железом, явно принадлежавший дорожникам.

– Ничего не замечаешь? – Шёпот снова кивком головы указал в сторону вагончика.

УАЗ уже поравнялся с припаркованным «Майбахом» чёрного цвета. Мужчина, сидевший за рулём иномарки, медленно проводил взглядом проезжающий пикап с наклейками «Наша планета».

– Слушай, Гуру, что-то не нравится мне эта машина, – задумчиво и как-то растянуто озвучил свои мысли Шёпот.

– Чем же? – с интересом спросил Гуру.

– Какой-то взгляд у мужика странный.

– У него же стекла тонированные, как ты взгляд рассмотрел? А, ну да, извини, запарился, – тут же поправился Гуру.

– Я к тому, что не слишком ли дорогой автомобильчик для проверяющего начальства?

– Да ладно, а то ты не знаешь, как у нас начальство живёт, какие они бюджеты осваивают, тем более дорожники, – не без злорадства вставил Гуру. – Да ну их, небожителей.

Машину тряхнуло, колёса спрыгнули с асфальта, уазик затрусил по влажному грунту будущей автодороги, раскидывая грязные брызги. Проехав километров пять, слева от них увидели большие кучи песка и щебня.

– Гляди, всё-таки не все деньги украли, хоть для людей что-то полезное делают. – Гуру кивком головы указал на кучи с песком.

– Ещё за порядком бы следили. Вон, смотри, какой-то знак валяться. Что, нельзя сделать так, чтобы всё по-человечески было?

Они оба уставились на валяющийся дорожный знак. В ту же секунду до их ушей долетел рёв двигателя. Синхронно поворачивая головы, они увидели, что перед капотом УАЗа вращалось огромное колесо лесовоза. Гуру резко крутнул руль вправо, уазик прыжком слетел в правую обочину, брюхом ложась на мягкий, ещё не укатанный грунт. Оба седока хорошо приложились, Шёпот – головой в лобовое стекло, а Гуру грудью о баранку. Несколько секунд они приходили в себя. Ещё через секунду распахнулась водительская дверь, и перед ними оказался человек в комбинезоне и белой бандане на голове, и сердитый женский голос сказал:

– Живые. – И через паузу, поняв, что они в порядке, просто чумные, продолжила незатейливый монолог. – Вы что, знаков не видите, я ведь сейчас вас вообще могла в блин раскатать! Вы что, бухие?! – не унималась бригадирша лесорубов.

– Стоп, стоп, стоп, – заговорил Шёпот, вылезая из машины и тряся головой. – Какой блин, какой знак?

Гуру тоже вылез из салона, потирая грудь, и ткнул пальцем в сторону валявшейся незатейливой конструкции.

– Знак, судя по всему, это вон та хреновина, которая валяться на обочине.

Все участники ДТП уставились на валяющейся дорожный знак.

– Интересно, какая сволочь это сделала, – подходя к упавшему знаку, произнёс Евгений.

– Так, ну и что будем делать? – обводя руками мизансцену, проговорила бригадирша.

Шёпоту с Гуру лишняя популярность, конечно, была не нужна, и появление экипажа ДПС в планы «журналистов» не входило. Парни переглянулись, и Гуру на правах старшего начал диалог.

– Дамы и господа, давайте мы все успокоимся и решим наш конфликт миром. Во-первых, мы с коллегой дико извиняемся за возникшую ситуацию. Во-вторых, пользуясь, опять же, сложившейся ситуацией, мы бы хотели попросить вас помочь нам извлечь нашего железного коня из дорожного плена. – Ольга нахмурилась. Но Дэн продолжал витиеватую речь. – И как гласят неписанные законы славянского мира, помогай ближнему своему, и тебе воздастся. – Ольга начала улыбаться, чего и добивался Гуру. – Тем более, наша благодарность не будет знать границ, но в разумных пределах.

– Ладно, машины всяко с дороги убрать надо, Жека, трос от роспуска отмотай. И лопату с площадки возьми, пусть господа пока знак вкопают получше, – по привычке скомандовала бригадирша своим обычным командирским голосом. – А я лесовоз разверну.

Корма лесовоза подкатывалась к наполовину ушедшему в обочину уазику. Женька держал в руке один конец троса, другой рукой махал Ольге, показывая, сколько ещё пятить до УАЗа. Парни уже установили знак на место. Гуру залез в уазик, Вадим встал напротив кабины лесовоза, показывая, что можно начинать спасательную операцию.

Лесовоз в очередной раз изрыгнул сизый дым, как бы нехотя натянул трос Итак же нехотя поволок пленника из обочины. Уазик, черпая грунт порогами, вновь оказался на дороге. Гуру вылез из машины, с благодарным видом направился к спасительнице, доставая из кармана портмоне дорогой кожи.

– Деньги убери, – голосом, не терпящим возражений, остановила она финансиста. – Вы, парни, вообще кто и зачем к нам направляетесь? – И, как бы сама отвечая на свой вопрос, продолжила. – Никак нашей Чупакаброй интересуетесь. – Она прищурила глаз.

– Как это вы догадались? – с удивлённым видом спросил Гуру.

– А что ещё телевизионщикам с питерскими номерами в наших местах делать, не за грибами же вы сюда приехали, – показала она изящной ладошкой на наклейки на бортах пикапа.

– Ну, раз мы разоблачены, не могли бы вы нам тогда подсказать, с чего нам можно начать свой репортаж – расследование, я имею в виду – с кем поговорить стоит? Кто что видел? Кто что слышал? – с журналистским напором начал Гуру.

– Да чушь всё это, какой-то дачник утку в интернет закинул, а дураки ведутся. Хотя, – она задумалась и уже внимательно осмотрела журналистов. – Давайте поступим так. Женька вам покажет хату нашего лесничего, всё равно лучше него здешних мест никто не знает. Аким Фёдорович у нас мужик что надо. С детства в местных лесах пропадал, потом учился в советские времена в лесохозяйственном техникуме, в общем, на своём месте наш Фёдорович, – говорила она и как-то между прочим рассматривала Вадима. – Значит так, Женька с вами поедет, а этот говорливый, – она указала на Шёпота, который за всё это время и пару слов не связал, – пусть со мной прокатится, я хоть про культурную сто лицу поспрошаю.

Вадим сначала хотел возразить, но Гуру опять оказался быстрей и изрёк:

– С большим удовольствием, – и толкнул в спину напарника.

В кабине «Урала» пахло соляркой, свежей древесиной и хвоей. «Да, давненько я такой запах не ощущал», – подумал Шёпот. Он сидел и вслушивался в натужный рёв мотора, не зная, как начать разговор. Словно подслушав его мысли, Ольга решила эту проблему сама.

– Тебя как звать то? Всё молчишь, – по-простому начала бригадирша. – Стесняешься, что ли?

– С чего ты взяла? – пожимая плечами, ответил Шёпот. – Вадимом родители нарекли.

– Вадим, значит, – как-то нараспев протянула она. – А меня Ольга. Сдаётся мне, Вадим, что вы какие-то неправильные журналисты, – опять с прищуром заявила она, глядя на попутчика.

– Почему это? – с удивлением глянул на неё Вадим.

– А ты знаешь, кто я?

– Водитель лесовоза, – без эмоций проговорил Шёпот.

Она улыбнулась, и официальным тоном заявила:

– Я ведьма.

Вадим, округляя глаза, медленно повернул голову. Его удивил не её статус, а ввёл в небольшой ступор тон, которым были сказаны эти слова. Он и раньше неоднократно встречался с представителями этого племени. Но никто из их сообщества так не представлялся. Прозвучало это как будто «Я токарь пятого разряда».

– Удивлён?

– Нет, – не стал кривить душой агент.

– Вот я и говорю, что ни фига вы не журналисты. Ну как минимум ты, мне не сразу, но всё же удалось разглядеть, кто ты. Хоть мне и мешал твой перстень, – всё так же с прищуром глядела она на собеседника.

– И кто же? – тоном экзаменатора спросил Вадим, одновременно крутя печатку с изображением солнца на расширенной части кольца и маленького крестика на узкой.

– Если бы не кольцо, я бы сразу распознала, что ты охотник. Да не простой, а, как сейчас говорят, с апгрейдом. Глазоньки-то у нас непростые, – то ли спросила, то ли констатировала факт она.

– Кто ремеслу обучал? – спросил в лоб охотник, не зная, как себя вести дальше. То ли нападать, то ли приобрести союзника. Решил пока не торопить события.

– Правильно решил. Не враг я тебе, а ремесло мне мой дед передал, – так же обыденно продолжила ведьма. – А он у меня великий ведун был.

Но дальше диалог на эту тему не пошёл: они добрались до деревни. Лесовоз остановился на небольшой площадке, возле магазина. Пикап встал в хвост лесовоза. Хлопнув дверцей, Гуру направился к напарнику. Женька затрусил к своему начальству. Через минуту четвёрка людей стояла возле доски объявлений. На правах хозяйки Ольга начала диалог.

– Ну что, люди добрые, вот наша обитель, Женька вас сейчас проводит и представит Фёдоровичу. А вы уж дальше сами, – она взглядом обратилась к Евгению. – Проводишь журналистов, – она улыбнулась. – И дуй к матери, да и привет тёте Зое от меня передай. А я пиловочник скину и сюда же приеду.

– Спасибо, добрая, лесная фея, – со всем своим обаянием, на которое только был способен, поблагодарил Ольгу Денис.

– Спасибо – неправильное слово, – с улыбкой ответила ведьма. – Нужно говорить «благодарю». Да и вечером я вас навещу, уж больно интересно на киношников поглядеть.

Всё так же с улыбкой она направилась к грузовику.

– Ну что, дядь Денис, поехали, что ли, – как-то по-детски позвал их Женька.

– Какой я тебе дядя, зови меня просто Денис или Дэн. Мы ведь не на балу. Да и вообще… – Дэн смутился.

– Женька, запрыгивай в машину. – Шёпот махнул в сторону пикапа.

Дождался, когда парень залезет в машину. Взял напарника за локоть и повернул спиной к машине.

– Гуру, по-моему, нас здесь ждёт немало сюрпризов. Эта милая леди, оказываться, ведьма. Она мне сама в этом призналась. – Гуру вопросительно уставился на напарника. – Не удивляйся, и похоже, я ей верю. – Он выдержал паузу. – Ладно, поехали.

Друзья развернулись и механически зашагали к машине, каждый обдумывая полученную информацию.

Глава 4

Дымя папиросой, на крыльце сидел пожилой, но ещё крепкий мужчина лет шестидесяти с окладистой бородой, в тапках-садовниках, штанах защитного цвета, в рубахе непонятного цвета и тёплой безрукавке. Услышав скрип тормозов и хлопанье дверей, он встал и направился к калитке.

– Аким Фёдорович! Дед Аким! – раздался звонкий Женькин голос.

– Что ты так орёшь? – демонстративно тряся пальцем в ухе, промолвил здешний лесничий. – Хоть я уже и не молодой, но пока вроде и не глухой. Здравствуйте, молодые люди.

– Дед Аким, я вот вам журналистов привёл, – как бы оправдываясь и шмыгая носом, затараторил Женька. – Меня тётя Оля попросила проводить гостей до вас, а сама на пилораму уехала, а мне надо домой, я мамке брусники насобирал, потом надо в магазин бежать, продукты в деляну прикупить.

Фёдорович жестом оборвал Женькину скороговорку.

– Стоп, стоп, стоп. Я понял, дальше не надо. Давай дуй по своим делам, как планировал. А я с добрыми людьми пообщаюсь, – с прищуром – то ли от дыма папиросы, то ли оценивая нежданных гостей – Аким вышел из калитки.

– Здравствуйте, – сделав шаг вперёд и протягивая руку, Гуру обратился к хозяину дома.

Аким, оглядев прибывших, пожал руку Денису потом Вадиму.

– И что привело людей такой редкой профессии к моей скромной персоне? – немного с пафосом продолжил лесничий.

– Да мы, собственно, ко всем вам, – Гуру обвёл рукой вокруг себя и невольно остановил её на удаляющемся силуэте Евгения, поднимающего пыль кирзовыми сапогами. – Да, шустрый малый. Да, о чём это я… Ну да, прибыли мы сюда по указанию главного редактора нашего канала, – поправив свои мысли, продолжил Гуру. – И милая девушка, чуть не переехавшая нас своим лесовозом, любезно посоветовала начать встречу с общественностью в вашем лице.

– Ольга, значит. Ну что ж, тогда проходите во двор. – Фёдорович жестом пригласил гостей вглубь своего двора. – Слушайте, гости дорогие, – неожиданно для прибывших начал Аким. – Что-то я давненько самовар не ставил, не желаете чайку отведать, молодые люди? – опять с прищуром оглянулся на гостей хозяин двора.

– Грех отказываться от такого предложения. – Теперь и Вадим вступил в переговоры с хозяином дома. – Да, меня Вадим зовут, – широко улыбнулся Шёпот.

– А меня Денис, – спохватился Гуру. – Только я хотел ещё к вашему главе заехать, наше присутствие обозначить, цели и задачи озвучить, чтобы всё было как положено, по закону. – Гуру сделал серьёзное лицо.

– Ну вот, значит, будем знакомы, меня все Аким Фёдоровичем кличут. – Аким улыбнулся, качнул головой. – По закону – это, конечно, хорошо. Да только до конца светового дня ты его на месте не застанешь. Он сейчас по полям на своём «Паджеро» скачет. Осень, горячее время в деревне, – с видом знающего человека констатировал Аким.

– И что тогда делать? У нас тоже со временем напряжённо, – с вопросом в глазах Денис посмотрел на хозяина дома.

– Да не переживайте вы так, я сейчас ему по ватсапу о вас сообщу, что вы у меня остановились. – У журналистов округлились глаза от такой продвинутости пожилого человека. – Что вы так смотрите, чай не в пещере живём, а всё новое меня никогда не пугало. Так что, молодые люди, я думаю, он сам вечером заглянет к нам на огонёк.

– С ваших слов получаться, мы разрешение на постой получили. Это, конечно, всё хорошо, но как-то неудобно вас стеснять, – для порядка попричитал Гуру. – Получаться, мы к вам на постой напросились, – искренне излагал Гуру.

– Получаться… Получаться, неудобно спать на потолке, одеяло спадает, – сострил Фёдорович. – Я человек одинокий, бабки моей уже на этом свете нет. – Он мелко перекрестился. – А дети в городе живут, так что мне гости даже в радость.

– Ну тогда мы обещаем хорошо себя вести, оплатить свой постой и обеспечить провизией вас и себя в местном супермаркете, – решительным голосом заявил Дэн, радуясь удачно решённой проблемой с жильём.

– Магазин – это сколько угодно, а насчёт денег – денег я не возьму, – тоже решительно заявил Фёдорович.

– Аким Фёдорович. Можно вас так называть? – обратился к хозяину Вадим.

– Меня, как я уже говорил, все так называют, стало быть, и теперь менять ничего не будем, – всё тем же твёрдым голосом заверил гостей Аким.

– Договорились, я тогда за провизией, где магазин, я уже знаю, так что не заблужусь. – Гуру повернулся к Вадиму. – Вадим, а ты обрисуй гостеприимному хозяину, зачем мы здесь вообще появились, то есть поработай немного. – И, повернувшись к калитке, зашагал в сторону машины.

Хозяин дома и его гость проводили Дениса взглядом, потом Аким обернулся к Вадиму, жестом показал «что стоишь, пойдём».

– Может, помочь? – уже в спину предложил Шёпот хозяину. – У моих родителей тоже самовар есть, от моей бабушки нам достался, пузатый такой, на ведро воды, – он попытался расположить к себе и наладить более доверительные отношения с хозяином дома.

Дойдя до дверей дома, Аким повернулся к гостю, бросил потухшую папиросу в ведро, стоявшее у крыльца.

– Помочь, это хорошо. – Он сделал паузу, как будто распределяя роли будущей нехитрой работы. Из сеней он достал эмалированное ведро. – Вот тогда тебе ведро. Через два дома колодец стоит, наберёшь холодненькой?

Вадим с энтузиазмом взял ведро и направился в сторону калитки.

Пока Вадим ходил по воду, Аким принёс самовар в шестиугольную беседку, стоявшую в глубине небольшого садика. Нехитрая постройка пряталась в тени яблонь и кустов вишни. Плюс ко всему, беседка была по кругу одета в рыбацкую сеть. Аким поставил самовар на массивный стол, срубленный из цельных брёвен, столешница тоже из брёвен, распущенных пополам и покрытых лаком, лавки вокруг стола тоже были выполнены в том же стиле. После того как самовар занял своё почётное место на разносе, расписанном под хохлому, Аким принёс горсть щепок и немного берёзовой коры.

Калитка хлопнула, Фёдорович повернулся на звук и окликнул Вадима.

– Проходи сюда, – он голосом обозначил своё местоположение. – Что-то ты долго, я вроде бы тебя по воду посылал, а не за водой. – И, как бы разъясняя свои слова, продолжил. – Это если идти за водой, то можно далеко уйти.

– Мой дед тоже так всегда говорил. А задержался я по уважительной причине, меня у колодца ваша соседка, тётя Маша, в плен взяла, она тоже воду набирала, и видит бог, она теперь знает о нас с Денисом больше, чем вы, Аким Фёдорович. – Шёпот поставил ведро с водой на край лавки.

– Да, она может. Мне порой кажться, она и из фонарного столба новости вытащить сумеет. – Он улыбнулся. – Ну вот, теперь о вашем визите к вечеру будет знать вся деревня, причём без применения радио, телевидения и интернета, – пошутил Аким, наливая воду в самовар. Закрыв крышку, он начал поджигать кору и бросать её в топку самовара. После, как кора разгорелась, он принялся за щепу. Набив утробу самовара щепой, он не стал раздувать его сапогом, а просто надел на него небольшую трубу, и в ту же секунду щепа весело затрещала, раздуваемая дополнительной тягой. Пространство беседки наполнил приятный, лёгкий запах дыма. Аким достал очередную папиросу, поднёс её к краю трубы, затянулся: папироса тут же вспыхнула ярким малиновым угольком.

– Ну вот, а теперь можно и послушать, какая нужда вас к нам привела. – Аким не без наслаждения выпустил струйку дыма.

– Ну, значит так, – с небольшой паузой начал Вадим. – Через непроверенные источники поступила информация, что у вас тут домашние животные пропадают, куры, козы, и виноват в этом новый, невиданный зверь, Чупакабра, и даже кто-то из местных её видел. Ещё пишут, что находили тушки кур обескровленные, короче говоря, и всё такое-в этом духе. – Вадим смотрел на Акима и наблюдал, как меняться его лицо по мере его рассказа. Сначала оно было спокойным, потом появилась улыбка, потом улыбку сменила серьёзность. – Ну, что скажете, Аким Фёдорович? – вопросительно смотрел на лесничего Шёпот.

– А что тут скажешь, – в тон ответил Аким. – Я, конечно, уже слышал про эту ерунду, про Чупакабру, – он сморщился от собственно сказанного слова. – И как человек, который потратил большую часть своей жизни в наших лесах, и имеющий образование соответствующее, конечно же, не верю в эти сказки. Мало ли кому спьяну что померещилось. Я в этих местах всю живность знаю, чай не один день в этих лесах провёл. И ареал обитания, и повадки, и кто чем питаться знаю. Уж можешь поверить мне на слово. – Он встал, надел суконную рукавицу, снял трубу с самовара. Закинул ещё несколько щепок и вернул трубу на место. – Ладно, – он продолжил. – Я заварник принесу, чайку с травками заварим, к этому времени и товарищ твой приедет, и за чашкой чая я вам про наши места расскажу и про повадки зверей, интересные факты поведаю.

И, словно подслушав их разговор, за калиткой послышался скрип тормозов и хлопанье дверей внедорожника. Затем хлопнула и калитка.

– Я здесь. – Вадим окликнул напарника.

– Не переживай, я вас по запаху бы нашёл, – топая по деревянному настилу, Гуру тащил два полных пакета, гружёных разной снедью. – А где наш благодетель? – остановившись у беседки, спросил Гуру.

– За чаем пошёл. А я за самоваром приглядываю.

Гуру поставил пакеты на стол. Через несколько минут по настилу зашаркали садовые тапки. Аким нёс в руках разнос, на котором стоял заварочный чайник, баночка мёда, чашки и чайные ложечки. Подходя к беседке, он спросил Дениса:

– К чаю купил что-нибудь?

– А как же, конечно, купил. – Дэн зашуршал пакетами и словно фокусник из шляпы начал извлекать всё сладкое, мучное и жирное. В общем, всё то, что женщины не едят после шести.

– Это тебя на сладенькое-потянуло, – с неподдельным удивлением проговорил Аким.

– Я не знал ваших предпочтений, – начал оправдываться Гуру, – и накупил всего понемногу.

– Понемногу. – Брови лесничего поползли вверх от вида кучи ярких упаковок и прозрачного бокса с тортом. – Ладно, разберёмся.

Аким убрал дополнительную трубу с самовара, ибо вода в нём уже закипела, и он начал заливать кипятком заварочный чайник. Беседка в ту же секунду наполнила себя новыми нотками аромата чая с душистыми травами. Гости невольно начали раздувать ноздри, втягивая приятный аромат волшебного напитка.

– Господа, знаете, на кого вы сейчас похожи? – он улыбнулся. Приятели перенаправили свои взгляды с самовара на Фёдоровича. – Вот слепые кутята, вот точно так же носами водят, когда свою мамку ищут. Я надеюсь? вас не обидел своими аналогиями.

Все трое заулыбались.

После того, как чашки были наполнены, Аким начал разговор на тему флоры и фауны здешних мест.

– Вот ты говоришь, – он обратился к Вадиму, – находили обескровленные куриные тушки. А я спрошу у вас обоих, знаете ли вы зверька по имени куница? – Аким обвёл их взглядом.

– Ну, это небольшой зверёк, питаться мелкими грызунами и носит довольно недешёвую шубу. – Шуткой Вадим попытался скрыть пробелы знаний о зверьке, которого неоднократно встречал в естественных местах его обитания.

– Да-а, – протянул последнюю букву Аким, как будто намазывал её на хлеб. – Вот примерно такие же познания об этом зверьке и у среднестатистического обывателя. А ведь это уникальный, весьма удивительный зверёк. – По всему было видно, что Аким оседлал своего любимого конька. – Начну с того, что это очень игривый зверёк, детёныши куницы невероятно игривы и тратят на это дело значительную часть времени, другими словами, если не спят и не едят, значит, играют. Питаются они не только мелкими грызунами, не брезгуют мелкой птицей, не прочь полакомиться яйцами. Также в её рацион входят лягушки, улитки и всякие насекомые. Не откажться она и от фруктов, орехов, ягод. Короче говоря, молодые люди, этот зверёк всеяден. Я вам ещё больше скажу, были зафиксированы случаи, когда куница утаскивала кур, переламывала жертве позвоночник и ещё у живой выпивала кровь. Сворачивая язычок в трубочку. Вот такой, блин, вампир получаться. – Аким долил кипятку себе в чашку. – А вы – Чупакабра. Человек, дай ему волю, и не такое-придумает.

– Так вы думаете, зря мы сюда приехали? – Вадим поставил чашку и с вопросом на лице посмотрел на Акима.

– Допустим, зря на этом свете ничего не происходит. Значит, так судьбе было угодно.

– А то, что скотина пропадает? – Теперь уже Гуру вступил в диалог.

– А что скотина? Скотина – она и в Африке скотина, мало ли куда и как она могла пропасть. – Аким начал строить версии. – Кто-то недоглядел, и корова в болото забрела, у кого-то дыра в заборе, у кого сарай худой, да мало ли. А может, и спёр кто. – Он вздохнул и полез за папиросой. – Сейчас вон в каждой второй машине такая Чупакабра ездит.

Гуру тоже вздохнул.

– Ну, как бы то ни было, а задачу мы от руководства получили, хочешь не хочешь, материал отснять придётся, – твёрдым голосом заявил Гуру. – Аким Фёдорович, а вы не знаете очевидцев, ну или пострадавших, у кого с курами или там со скотиной неприятности случались? – с надеждой в глазах обратился он к Акиму.

– Да есть тут у нас одна семья, – как бы с неохотой начал Аким. – Вечно у них какая-нибудь ерунда происходит. То инопланетян увидят, то звуки со стороны леса непонятные слышат. Дом у них на краю деревни стоит, аккурат огородом к лесу, сейчас вот, если не брешут, куры пропадать стали. – Аким подумал, почесал бороду, продолжил. – Да и всё, кажись, в остальном наша деревня спокойная. – Он развёл руками, давая понять, мол, хоть пытайте, а больше информации для вас нет.

– Аким Фёдорович, вот вы сказали, в нашей деревне. А в других? Я имею в виду соседние населённые пункты. – Он взглядом вцепился в собеседника.

– Видать, правду говорят про ваше племя, если вцепитесь, то уже с живого не слезете, – с укором продолжил хозяин дома. – Слухи, конечно, ходят, да вот только я не любитель слухи собирать. Это лучше к Марии Викторовне. – Аким кивнул в сторону Вадима. – Это она у нас ходячий новостной канал. Да ты с ней уже знаком, так что по поводу слухов – это, пожалуйста, к ней.

– Аким Фёдорович, – не унимался Гуру. – А семья эта, в смысле, у кого куры пропали? Как хозяев зовут, чем занимаются? Нам бы пообщаться с ними, – с энтузиазмом и неподдельным азартом начал Дэн. – Мы ведь не из праздного любопытства спрашиваем, поймите нас правильно. Это наша работа. Пусть она не самая лучшая, но и её тоже кому-то нужно делать.

Вадим незаметно под столом пнул Дэна по ноге, посмотрел на него, давая понять, мол, не переигрывай

– Да ладно, не ёрзайте, сейчас позвоню. – Аким встал, – Фёдор если в лес не ушёл, то, думаю, уделит немного времени нашему обществу. – Выходя из беседки, он повернулся к гостям. – Телефон в доме, – пояснил Фёдорович и зашаркал «садовниками» в сторону дома.

Воспользовавшись отсутствием хозяина, агенты принялись корректировать свои действия.

– Дэн, слушай, у меня складываются какие-то двойственные ощущения. – Вадим уставился на напарника. – Вроде бы Фёдорович нам всё по полкам разложил, и весьма убедительно. А с другой стороны, тебе не кажться странным неожиданное знакомство с Ольгой, весьма в оригинальной форме? В итоге она оказываться ведьмой

Дэн остановил его жестом.

– Ну и что, может, эта милая барышня просто таким образом решила к тебе подкатить, – с лёгкой иронией в голосе парировал Гуру.

– Не сомневайся, то, что она ведьма, это даже не обсуждаться, можешь поверить мне на слово, – уверенным голосом заявил Шёпот. – Это раз. Плюс водила в «Майбахе» – это два.

– А водила чем тебе не угодил? – с явным любопытством и удивлением уставился на него Гуру.

Вадим тыльной стороной ладони коснулся самовара. Отдернул руку. Тот был горячий.

– Не могу объяснить, говорю же, ощущения нехорошие, если угодно, интуиция. – Налив новую порцию чая, Вадим задумался. – Всё-таки мне кажться, что не зря мы сюда приехали.

Они оба помолчали с минуту, каждый обдумывая свои дальнейшие действия. Обычно в такие моменты к ним и приходило правильное решение проблемы. Первым тишину нарушил Гуру.

– Я, конечно, ничего не имею против интуиции, но ты же знаешь, что я как ученый больше привык доверять фактам. – Он вопросительно посмотрел на Вадима.

– Да я понимаю, что интуиция ещё тот аргумент, но отработать все версии мы всё равно должны. Чувствую, что надо мне по здешнему лесу прогуляться. Надо Фёдоровича подвестИтак, чтобы он сам меня в лес отправил, да не просто абы куда, а в перспективное место, как рыбаки говорят.

Гуру хмыкнул, потёр пальцем переносицу, после небольшой паузы предложил свой план действий.

– Могу предположить, если придёт обещанный гость, то, я думаю, с его помощью мне удастся предположить хотя бы приблизительный район поисков.

Гости повернули головы на уже знакомый шаркающий звук. И Вадим, как самый нетерпеливый, спросил хозяина дома:

– Ну что, Аким Фёдорович, есть новости? —спросил Шёпот.

Аким молча дошаркал до беседки. В руках он нёс старый военный кожаный планшет. Прошёл вглубь беседки, уселся у самовара, положил планшет на стол. Таким образом, оказался напротив гостей.

– Я созвонился с Настей, это супруга Фёдора. Она говорит, что он с дочерью по грибы пошёл, и что уже вот-вот должен вернуться. Он как дома появится, Настя его к нам и отправит.

– Вот и чудесно. – Гуру потёр ладони. – Вы уж нас извините, Аким Фёдорович, получаться, из-за нас вы невольно страдаете. – Радуясь и извиняясь продолжил беседу Дэн.

– Да не берите в голову. Когда я вас приглашал на постой, я знал, на что подписываюсь. Так что не переживайте, всё в полном порядке. – Аким улыбнулся и похлопал широкой ладонью по планшету. Как бы спрашивая, заинтересовал ли сей предмет. И не дожидаясь ответа продолжил: – Ну что, господа хорошие, не хотите ли взглянуть?

Вадим первый кивнул головой, так как уже догадался, что лежит в кожаной сумке.

– Карты местности?

– Они самые. – Аким потянул кожаный ремешок, расстегнул пряжку, раскрыл планшет. – Да, сколько мы с этим планшетом километров по нашей тайге прошли, да и не только по нашей. – Аким невольно погрузился в ностальгическое-состояние души. – В советские времена нас посылали в разные регионы, то ли для принятия опыта, то ли для передачи оного, короче говоря, посмотреть, как люди в разных местах работают. Да, – он ещё раз глубоко вздохнул, вытягивая в несколько раз сложенную карту. – Я как понял, вы всё равно захотите по лесу пошататься, так я вам приблизительно хоть покажу нашу местность.

И Аким начал объяснять, где что находится. Где какие ручьи, где болота, в общем, карту местности.

В половине четвёртого хлопнула калитка в конце огорода, в неё вошли мужчина лет тридцати пяти и девчушка лет пятнадцати. Одеты они были по-лесному. Оба в резиновых сапогах и в брезентовых куртках. Только у отца на голове была кепка, а у девочки белый платок. Мужчину звали Фёдором, а девочку, его дочь, звали Вика. Вика несла в руках корзину, из которой горкой виднелись подберёзовики и белые грибы. У Фёдора за плечами была алюминиевая пайва, а в руках пакет, тоже до краёв набитый грибами. Дойдя до середины огорода, Фёдор крикнул.

– Мать! Встречай, добытчики вернулись. – Он широко улыбался.

Настасья Викторовна обернулась. Увидев своих домочадцев, тоже заулыбалась.

– Ну наконец-то. Я уж переживать начала. – Она положила мокрую наволочку обратно в таз с бельём. В это время Фёдор уже вываливал грибы в большую оцинкованную ванну. Настя подошла к ним и обняла дочь. – Федь, скажи пожалуйста, как это у тебя получаться? – Она загадочно улыбнулась.

– Что, грибы собирать? – Фёдор расправил плечи.

– Нет, в очередной раз откосить от чистки грибов. – К улыбке прибавился лукавый прищур.

– С чего ты взяла, что собираюсь откосить? – Он даже немного обиделся и вернул плечи в исходное положение.

– Да ладно, расслабься. – На её лице осталась только одна улыбка. Подойдя к Фёдору, она его поцеловала. – Не обижайся, я пошутила. Просто с полчаса назад дед Аким звонил, просил зайти.

– А что хотел? – Фёдор воспрял духом после поцелуя.

– Ах да, ты ведь не знаешь. К нам в деревню журналисты приехали. Хотят репортаж снять про нашу Чупакабру.

У Фёдора округлились глаза.

– Серьёзно? Я же говорил, что у нас в лесу какая-то тварь завелась! А мне не верили. – Он опять расправил плечи.

– Ладно, хватит хорохорится, иди, а то люди тебя ждут. – Настя ещё раз чмокнула мужа в щёку.

В этот раз, калитка хлопнула у лесничего.

– Аким Фёдорович! Можно к вам?

– Проходи, Фёдор, мы в беседке, чай пьём, – прозвучал голос Акима из глубины садика. – Проходи, тут люди хотят с тобой поговорить, вопросы позадавать.

Фёдор подошёл к беседке, поздоровался.

– Здрасьте. – И, как бы не решаясь пройти, застыл перед входом.

– Ну что вы, молодёжь, всё время слова коверкаете. Не здрасьте, а здравствуйте, этим словом здоровья желают. А у тебя реанимация какая-то получаться. Ладно, проходи, – Аким встал, протянул руку для рукопожатия. Остальные последовали его примеру.

– Правильно, Аким Фёдорович, вы внушения делаете, – вдруг как бы из ниоткуда прозвучал голос Ольги. Все повернулись. Ольга стояла в метрах пяти от беседки. – Здравствуйте. Я вижу, Аким Фёдорович, у вас гостей полон дом. – Она улыбнулась хозяину дома.

Аким с прищуром ответил гостье.

– Здравствуй. Да, и не без твоей помощи, между прочим. Да ты проходи. – Он жестом пригласил гостью. – Проходи, чайку с нами выпей. – Аким пододвинул чашку к самовару, глянул на Ольгу. Она кивнула.

Гуру, смотря на этот ритуал с чаем, выдержал паузу и решил начать разговор с вновь прибывшим.

– Фёдор… – он выдержал небольшую паузу. – Как вас по отчеству?

Фёдор смешался.

– Михалыч. Да можно просто Фёдор. А о чём вы хотели меня спросить? – Фёдор заёрзал на лавке.

– Да не волнуйтесь вы так. Ведь это не допрос, а, можно сказать, дружеская беседа за чашкой чая. – Денис демонстративно отхлебнул горячий напиток.

– Да я и не волнуюсь. – Фёдор снова заёрзал, плохо скрывая своё волнение.

– Просто мы хотели задать вам несколько вопросов. Правда ли… – Гуру снова сделал паузу, как бы раздумывая. – Говорят, вы слышали что-то непонятное в лесу? И с курами у вас не всё хорошо?

Фёдор посмотрел на Акима, словно проверял реакцию лесничего.

– Ничего я не волнуюсь, – он расправил плечи, начал рассказывать. – Да, слышал, и не просто слышал – и видел! – Он выдохнул и уже без стеснений продолжил, как будто первые слова пробили стену его робости. – Да, видел! – он снова посмотрел на Акима. – И видал я это совсем недалеко от ведьминой поляны.

– Это что за поляна такая? – в разговор вступил Шёпот.

За Фёдора на этот вопрос ответил Аким.

– Да есть тут такое-место. Кто уж его так назвал, неизвестно. Я думаю, народ из-за камня так это место назвал. – Аким, не любивший такого рода тайны, нахмурился и сдвинул брови.

– А что за камень? – не унимался Вадим.

Теперь эстафету подхватила Ольга.

– Камень там, почти в середине поляны, торчит, как зуб у древней старухи. Ну, в смысле, один, заострённый, неправильной формы. Похоже на чёрный гранит. Непонятно, откуда он мог там взяться? Вроде бы природным путём он там никак появиться не мог. – Она задумалась – или сделала вид, что задумалась. – Ну вот. Аким Фёдорович, а вы говорите…

Аким отмахнулся.

– Фёдор, а расскажите поподробней, кого вы видели. – Гуру впился глазами в собеседника. – Если это не обычный зверь, то на кого он похож и как близко вы его видели? Нам с Вадимом Александровичем про ваш случай всё интересно.

Фёдор захлопал глазами, как бы не веря тому, что его на полном серьёзе готовы выслушать, и никто не будет крутить пальцем у виска. Он с решимостью революционера начал.

– Ну, я и говорю, было это дней пять тому назад. Хотел я своих рябчиками побаловать. – Он повернулся в сторону Фёдоровича, как бы говоря, что лицензию тот ему сам выписывал. – Ну, значит, собрался я. Из дома вышел пораньше. Мои ещё спали. Графа брать не стал, хоть он и просился. Граф – это пёс мой. За ухом его потрепал. Говорю ему, мол, в следующий раз возьму. На рябчика собака-то не нужна.

Гуру остановил рассказчика.

– Фёдор, вы начните с того места, где и как встретили, ну или услышали, то самое непонятное. – Нетерпеливо встрял он.

Фёдор сделал немного обиженное лицо, но всё же продолжил.

– Значит, первое, что мне не понравилось, это то, что я уже больше часа по лесу прошарахался, а ни одного рябчика не увидел и, самое странное, даже не услышал. Хотя этого добра у нас хватает. – Он сделал паузу, как бы восстанавливая в голове хронологию событий.

– Ну а что второе? – начал подгонять его Гуру.

– Второе. Второе, – начал Фёдор потихоньку раскатывать свой словесный велосипед. – Хожу, значит, я по лесу. И понимаю, что не слышу не только рябчиков, а вообще никакой живности не слыхать. – Зачем-то перешёл он на шёпот. Все поневоле наклонились к рассказчику.

– Бу!!! – Ольга звонко расхохоталась.

Остальные кто с шумом выдыхал, кто тоже заулыбался. Аким сплюнул.

– Ну Ольга, нельзя же так людей пугать. Чуть сердце в пятки не упало. – Он ещё раз глубоко выдохнул, держась за сердце.

– Ну извините, Аким Фёдорович, не могла удержаться, у вас у всех такие лица были! – Она выпучила глаза и приоткрыла рот – и снова расхохоталась

– Да, эффектно вы нас подловили, – улыбаясь, сказал Гуру и взглянул на часы. – Ого, как время летит! Уже начало седьмого. – Он сделал надменное лицо и обратился к Вадиму. – Коллега, а не поработать ли вам. – Вадим медленно повернул голову и с вопросом в глазах уставился на друга. – Да расслабься, ничего особенного. Походишь, общие планы поснимаешь. А я поговорю с Фёдором. Разделим, как говорят, обязанности. На закате, должно быть, чудные кадры получатся.

Вадим увидел взгляд Гуру и понял, что ему лучше сделать, что говорит его напарник. Ибо он опять что-то придумал.

– Нет проблем. – Он быстро встал и направился к выходу.

– А можно мне с тобой? – встав с лавки, не дожидаясь разрешения, Ольга зашагала за Вадимом.

Вадим оглянулся, как бы не понимая, что ему дальше делать, но Гуру замахал ему рукой, мол, давай, иди.

Догнав Вадима, Ольга спросила:

– Ну что, охотник, показать тебе наши красоты? У нас тут много красивых мест. – Она обвела рукой вокруг себя.

– Было бы неплохо. – Вадим открыл пассажирскую дверь.

– Зачем бензин тратить, тут всё рядом. Да и ногами полезней. – Она прикрыла дверь, увлекая Вадима на променад. – Бери камеру.

Вадим подчинился. Открывая багажник, он хмыкнул, думая про себя «Не слишком ли часто я стал выполнять чьи-либо просьбы?» Посмотрел в сторону Ольги. Та, в свою очередь улыбаясь, смотрела на него вполоборота, чуть опустив взгляд. Вадим вздохнул и решил, что не часто.

– Ну и куда мы пойдём? – пристраивая камеру у себя на плече, спросил он.

– Не бойся, не далеко. Пошли, там в конце улицы неплохой вид открываться. Да и пока идём, можно без лишних ушей поговорить. Как я понимаю, у тебя ко мнемного вопросов накопилось. Пускай многого я не знаю, но на некоторые вопросы ответить смогу. – Она замолчала.

Далее они шли не торопясь, мерно перебирая ногами. Молчаливое шествие, как и было предложено, первым прервал охотник. Вадим решился на свой первый вопрос.

– Вот ты сказала, что знание тебе дед передал. И давно? – Вадим повернул голову.

– Да почти два года, с тех пор как деда не стало. А перед тем как уйти… – она снова замолчала.

– Если не хочешь, можешь не рассказывать, я пойму.

– Да нет, всё нормально. Вот сейчас об этом говорю – и его взгляд вижу. Позвал он меня к себе и говорит: «Подойди поближе, подойди, дочка». Потом за руку взял, и как будто ветер в лицо подул, несильно, легонько так. И голос его уже как издалека слышу: «Уходить мне пора». Я испугалась, хотела сказать: «Что ты, деда, такое-говоришь?» А сама слова вымолвить не могу. И чувствую, как от его руки тепло пошло, и по моей руке как ручей побежал, тёплый, приятный, даже щекотно немного стало. Потом как будто кто перед носом пальцами щёлкнул. И опять всё нормально стало. Я на него смотрю, глазами хлопаю, а он меня уже по голове погладил, улыбнулся и говорит: «Добрая ты у меня, только ты и сможешь». Я в тот момент ничего и не поняла, подумала, дед старенький, заговариваться. И его словам значения не придала. – Ольга снова замолчала, погружаясь в свои воспоминания

Так они дошли до конца улицы. Вадим, чтобы не молчать и переменить тему, задал следующий вопрос.

– Ну и где наши ошеломительные пейзажи? – поинтересовался он, прильнув к видоискателю глазом, а объективом чуть не коснулся её носа.

– Ты глаз из своей коробки достань, и сам всё увидишь. – Она пальцем отодвинула объектив.

Вадим в очередной раз последовал её совету. Опустил камеру. Посмотрел в сторону заката. И ещё раз про себя подумал: «Осень – это самое прекрасное время года». А вслух вырвалось только одно слово.

– Да!

– Ну как тебе закат? – Ольга замолчала, увидев, как Вадим смотрит в сторону заходящего солнца, и через секунду они уже оба любовались на нерукотворную картину, находившуюся прямо перед глазами искателей прекрасного.

Под ногами у восхищённых людей расстилалось светло-зелёное поле, которое заканчивалось тёмно-зелёной полосой леса, уходившей в горизонт. И над всем этим великолепием плыли воздушные облака, окаймлённые по краям розово-оранжевым светом.

Вадим поднял камеру и начал снимать закат. Благо солнце не било в объектив, а снисходительно спряталось за облако. И цифровой носитель принимал в себя чудесные краски заката. Вадим повёл камерой слева направо и заснял панорамный вид, пусть не для всего человечества, но хотя бы для своего видеоархива.

– Пойдём, я ещё улицы поснимаю, – обратился он к Ольге, которая всё ещё любовалась закатом.

– А зачем тебе всё это? Насколько я понимаю, вы сюда всё равно не за этим приехали. – Она повернулась.

– Допустим. Но об этом, я надеюсь, никто не догадываться. – Вадим пристально смотрел на собеседницу. – И надеюсь, наша тайна так и останться тайной.

На что Ольга только подняла уголок рта.

– Да в мои планы огласка ваших реальных дел, которые здесь могут произойти, никак не входила.

По выражению её лица было видно, как в голове у неё происходит борьба интересов. Она решала, стоит им доверять полностью или всё-таки оставить дистанцию для маневра.

– Так и быть, хорошо, – решила она расставить все точки над «и». – Я могу помочь вам. Но мне тоже хотелось бы гарантий. – Она рукой опустила объектив камеры, который в очередной раз уставился ей в лицо.

– И каких же? – с недоумением спросил Шёпот.

– Я ведь не дура, после вашего визита у меня могут возникнуть проблемы с вашей конторой. Вы ведь не частные Робин Гуды, а это значит, что за вами стоит система. И у меня нет никакого желания узнать, каковы её возможности и полномочия.

– Ольга, пойми меня правильно. Пока кто-то или что-то не выходит за рамки человеческих норм, конторе этот кто-то или что-то не интересен. А ты, помогая нам, если, конечно, захочешь, сможешь тоже стать частью системы. И приносить пользу людям на другом уровне. – Шёпот замолчал, давая время обдумать его слова. А сам вспомнил, как он не так давно общался с экипажем девчонок, которые так же, как и он с Гуру, колесят по российским просторам. – Ну так как, друзья? – Вадим широко улыбнулся и зачем-то показал язык, сам не понимая, зачем он это сделал.

Но зато ответ получил незамедлительно: шлепок ладони по лбу. Они оба рассмеялись. Невидимый контакт состоялся.

– Ладо, уговорил. Конкретики от меня, конечно, не жди, типа точки на карте или паспортных данных злодея. Я по большому счёту травница, в перспективе, конечно, переданные знания не приходят в один миг, мне их ещё познавать и познавать. Но не скрою, кое-что и сейчас могу. – Вадим посмотрел на неё и понял, что здесь они с Гуру приобрели союзника.

Глава 5

После дождя утреннее солнце, в паре с ветерком, успело подсушить асфальт. Но на обочинах солнечные лучи плескались в небольших прозрачных лужах. Всё вокруг и это прекрасное утро дополняли нотки разноголосых птах, щебетавших наперебой весёлым многоголосием, никак не обращая внимания на визит высокого начальства.

На сером асфальте огромным чёрным вороном стоял дорогой автомобиль. За рулём сидел мужчина в тёмно-синем костюме, возраст которого определить было сложно, то ли тридцать, то ли пятьдесят. Сидел он спокойно, смотрел в свой телефон, время от времени совершая манипуляции мизинцем по дисплею. По прошествии получаса мужчина набрал номер и прислонил аппарат к уху. Через продолжительное время на другом конце раздался сонный, раздражённый голос.

– Да? – В трубке ответа не было. Он поднёс телефон к сонным глазам. В ту же секунду его глаза округлились. – Вы! Сергей Сергеевич. А вы? А где? – Он соскочил, на ходу снося табурет. – Вы уже здесь, – сказал он, стараясь не шипеть в трубку. Встреча с табуретом не прошла даром. Прораб растерянно зашарил глазами по вагончику.

На том конце прозвучал спокойный, властный голос.

– Я жду.

Телефонный разговор оборвался. Степан выглянул в окно, на ходу натягивая штаны. Оделся он быстро. На выходе из вагона с крюка содрал первую попавшуюся каску, на бегу нахлобучивая её себе на голову. И уже через полторы минуты с момента, как прозвучал звонок, подчинённый с ошалевшими глазами подбежал к автомобилю.

Тонированное стекло поползло вниз, открывая лицо властного начальства. Степан Викторович, прораб этого участка, принимал не просто проверяющего, а целого хозяина, владельца строительной компании. Плюс ко всему, Сергей Сергеич был не только хозяином этой компании, но и некоторых других доходных предприятий. Понимая статус прибывшего человека, Степан, полунагнувшись перед открытым окном, чуть не заикаясь, начал свой речитатив.

– Сергей Сергеич, мы вас не ждалИтак рано, а то я, конечно, сам бы вас встретил, меня из конторы хоть…

Начальник поднял руку, останавливая речь прораба. Дверца с приятным щелчком раскрылась, выпуская наружу своего хозяина. Мужчина в тёмно-синем костюме потянулся и с ленью в голосе спросил:

– Ну а где рабочие? – Он обвёл глазами вагончики и технику, стоявшую рядом.

Степан побледнел и начал оправдываться.

– Так я вчера, в смысле, сегодня дождь ночью был, карьер, глина, техника вязнет. Дак, технология, я людей после обеда…

Начальник вновь поднял руку, обрывая невнятную речь.

– Ладно, не дёргайся, расслабься. – Он улыбнулся. – Давай, веди меня в свою берлогу. Я ведь сюда не просто так приехал. Ну, ты меня понимаешь.

Степан покивал головой и увлек за собой большого человека. Пройдя в вагон, большой человек садиться не стал, а пристально посмотрел на Степана.

– Ну что, как успехи? Ты ведь понимаешь, что по телефону об этом я узнать не могу. А дело для нас важное.

– Да, Сергей Сергеич, определённые успехи есть. Я всё сделал, как вы говорили, и у меня всё получилось. – Степан немного расслабился, и его речь стала более-менее внятной.

– Продолжай.

– Ну я собрал, у меня получилось. – В его голосе слышались восторг и волнение одновременно. – У меня получилось собрать пять экземпляров, двух, как вы и хотели, я выпустил. – Он глубоко выдохнул, переводя дух. – Результат меня потряс. Хоть вы и предупреждали, но такого результата я не ожидал.

Сергей Сергеевич явно был доволен услышанным.

– Хорошо, посмотрим, как они приживутся в здешних местах. Значит так, сосуды полные и пустые я заберу. Следующую партию, – он задумался, – привезёшь сам, когда и куда, я сообщу позже. А сейчас бери образцы, пошли, проводишь меня.

Подойдя к машине, Сергей Сергеич нажал кнопку на брелоке, крышка багажника поползла вверх, обнажая своё немаленькое-брюхо. В багажнике лежал небольшой кейс. Хозяин машины жестом указал Степану на кейс. Тот, в свою очередь, в руках держал пластиковый бокс из-под инструментов. Подойдя к багажнику, Степан раскрыл бокс, достал из него точно такой же кейс. И, поменяв их местами, выпрямился.

– Ну что батенька, свободен. – Сергей Сергеич кивком головы указал на странный багаж. Степан схватил пластиковый бокс и уставился на начальство. – Свободен, – повторил Сергей Сергеич.

Прораб, кивая, скрылся за углом вагончика.

Сергей Сергеевич взял кейс в руки, закрыл багажник. Усевшись в кресло, он осторожно открыл временное хранилище образцов. Перед ним оказалось пять небольших бархатных мешочков, в глубине которых находилось по одной стеклянной бутылочке, объёмом примерно миллилитров в сто. Сквозь тёмно-коричневое стекло было плохо видно. За стеклом виднелось что-то тёмное, то ли жидкое, то ли газообразное. Медленно перетекало, вращалось, перемешивалось. Тогда «большой человек» поднял склянку на уровень глаз, и как только солнечные лучи попали на сосуд, в бутылке в ту же секунду всё закрутилось смерчем. Сергей Сергеевич опустил сосуд в тень, субстанция успокоилась. Он положил бутылочку обратно в мешочек. Ценный груз снова исчез в небольшом кейсе.

Сергей Сергеевич удовлетворённо положил кейс на сидение, похлопал по кожаному хранилищу. Подняв глаза, он увидел медленно проезжающий внедорожник с какими-то наклейками, рассмотреть которые он не успел – или просто не захотел. Вроде бы ничего особенного. Вот только пассажир ему не понравился. Уж больно внимательно он таращился на него. Минуту спустя он отогнал тревожные мысли, списав их на то, что его автомобиль всегда притягивал зевак, да и увидеть его вряд ли возможно. Наглухо тонированные стекла хорошо укрывали его от посторонних глаз. Запустив двигатель, он тронул машину с места, чёрный ворон плавно вырулил на середину дороги и, выбрасывая мелкий гравий из-под колёс, зашуршал в сторону города.

Степан стоял в глубине вагона, наблюдая в окно, как его высокое-начальство покидает строительный объект. После того как чёрный автомобиль скрылся, Степан глубоко выдохнул. Его переполняли двойственные чувства, в нём боролись страх, восторг и самолюбие. Он прикрыл дверь, ведущую в спальную часть вагончика. Прошёл к своему рабочему столу, сел. Привычным движением включил чайник. Подумал: «Хорошо хоть люди только через час приедут».

Их фирма снимала большой дом в деревне. И рабочие приезжали на объект на служебной газели, принадлежавшей той же фирме. Переваривая утренние события, Степан потихоньку успокаивался. Он знал, что Сергей Сергеевич оценит его старания. Ведь не зря же он на четвереньках по кладбищу ползал. Да и вообще… Степан невольно стал вспоминать, как он собирал образцы.

Перед его глазами стали всплывать картинки недельной давности. Картинки выстраивались поочерёдно друг за другом, словно он пересматривал видео файлы. Громко щёлкнул чайник, и Степан вздрогнул, отвлекаясь от своих мыслей.

Глава 6

Когда Вадим с Ольгой вернулись к дому Акима, судя по голосам, гостей у хозяина дома прибавилось. Да и у калитки стоял ещё один запылённый «Паджеро», подсказывая, что у Акима местное начальство решило чайку попить. Оператор с помощницей прошли в калитку и заметили вновь прибывших. Это был участковый в своей повседневной форме и глава администрации, Феоктистов Павел Викторович, который ещё на закате Советского Союза работал в администрации. И, по старой привычке, старался быть в курсе всех дел, которые касались его в какой-либо мере. По внешнему виду Павел Викторович на начальника никак не тянул. Одет он был простенько: джинсы, видавший виды пиджак коричневого цвета и на голове кепка непонятной формы.

– Здравствуйте. – Ольга таким образом обратила внимание на себя и Вадима.

– Ольга Александровна. – Участковый с заискивающем взглядом протянул руку для приветствия. – А это, как я понимаю, Вадим Александрович. Денис Григорьевич заочно представил вас нам. А меня зовут Петр Михайлович Анисимов. А этот – наше всё. Начальник нашего околотка, Феоктистов Павел Викторович.

Человек в белой кепке одёрнул стража порядка.

– Пётр, ты когда-нибудь можешь без своих словесных узоров изъяснятся? – Он сделал несколько кругов рукой в воздухе. И, как бы опомнившись, протянул руку.

– Просто Вадим. – Рукопожатием закончил приветствие Шёпот.

Гуру встал и, как бы вводя в курс вновь прибывших, перехватил первенство оратора, обратил на себя внимание.

– Господа, раз так уж сложилось, я, – он наклонил голову, – и Вадим Александрович благодарим вас за гостеприимство и глубину вашей русской души. – Гуру демонстративно повернулся к Акиму и снова наклонил голову. – И вам. – Снова кивок. – В сторону участкового и главы администрации. – За понимание и содействие в нашем деле. Мы же, в свою очередь, хотим отблагодарить вас. – Небольшая пауза, и на столе как будто из воздуха материализовалась бутылка коньяка.

Вадим посмотрел на Дэна и, улыбнувшись, подумал: «Явно с участковым соревнуться в красноречии».

А тем временем в местном мезонине прозвучало продолжительное «Ооо!». Взоры всех присутствующих обратились в сторону хозяина дома.

– И правду говорят, если собралось более двух мужиков, обязательно будет пьянка. – Ольга сморщила носик.

– Ну что вы, Ольга Александровна, какая пьянка, как можно, это просто правила хорошего тона, – не унимался Гуру в красноречии.

– Знаю я ваши манеры. Ладно, не буду мешать проводить ваши переговоры. Только не найдётся ли рыцарь, – в том же тоне продолжила она, – который меня проводит. – Она сделала паузу. Обвела взглядом присутствующих.

Вадим заметил, как напрягся участковый после этих слов. И через мгновение почувствовал, что его тянут за рукав.

А общество, не замечая таких мелочей, продолжило местное собрание. Аким крякнул.

– Ну что я могу сказать, если общество не против, тогда я за.

Теперь Фёдор попытался взять инициативу в свои руки.

– Ну что, мужики, давайте тогда за знакомство, за хорошее дело грех не выпить. – Он потёр ладони.

– Федька, ты особо-то губу не раскатывай. По маленькой и на баковую. – Аким сдвинул брови. – А то люди невесть что подумают.

– Аким Фёдорович, да не переживайте вы так, мы ведь тоже люди простые. – Гуру включил дипломата. – Чисто символически, и вы., Павел Викторович, – он начал по ранжиру, – и вы, Петр Михайлович, не откажите, как говорили в царской России, в любезности. – Местное начальство смутилось, замешкалось.

– Да Ладно,вам. – Аким вышел из беседки и подтолкнул местную власть в сторону стола. – Ну, что стоим, дайте пройти, что ли, – перевёл он диалог в шутку. – Пойду за посудой схожу.

– Да я ведь за рулём, Аким Фёдорович, – с мольбой в голосе проговорил, Павел Викторович.

Аким отмахнулся.

Примерно в начале десятого в качестве провожатого Вадим вёл свою новую знакомую, как он догадывался, в сторону её дома. Уличные фонари освещали им дорогу. Было довольно тихо, они шли молча. Большие мотыльки бились в стёкла фонарей, отбрасывая им под ноги размытые тени, похожие на привидения. Пройдя какое-то время им навстречу, из темноты на свет фонаря вышла молодая девушка, она быстрым шагом подошла к ним. Кивком головы поздоровалась. Девушке явно было не до этикета. Взволнованным голосом она обратилась к Ольге.

– Оль, слушай, беда у нас, Ванечка уже вторую ночь не спит, плачет, я ложки помыла, водичкой его протёрла – не помогает. Я думала, кто сглазил, или испуг это. – Голос у неё дрожал. Она держала Ольгу за руку. – Посмотри пожалуйста.

– Хорошо, – согласилась Ольга. – Да не волнуйся ты так, посмотрю, конечно. Пойдём. – Троица, выйдя из света последнего фонаря, растворилась в темноте

Через десять минут Вадим сидел в небольшой кухоньке, смотрел на большую белёную печь, а справа от него была просторная комната, в которой на диване сидел молодой парень и теребил уголок пледа, посекундно оборачиваясь в сторону комнаты, где рёвом ревел младенец. Чтобы как-то разрядить обстановку, Вадим спросил:

– Это ваш первенец? – Он скосил глаза в сторону комнаты.

– Да.

– И давно так?

– Да уже вторую ночь не спим. – Он вздохнул, продолжая теребить плед.

– Костя, – послышался женский голос из-за занавески. Парень вскочил. – Яйцо принеси и полстакана воды холодной.

Костя ветром пронёсся мимо Вадима на кухню. Захлопал холодильник, шкафы, ещё что-то непонятное. И через секунду Вадима вновь обдало ветерком. Спокойный Ольгин голос что-то сказал, в комнату вышла девушка. Костя обнял её за плечи.

– Она сказала, чтобы я тоже здесь подождала.

Примерно минуты через три плач ребёнка стал утихать, ещё через минуту в комнате стало тихо. Девушка, не вытерпев, повернулась в сторону комнаты, хотела войти в спальню. Но Ольга её опередила. Вышла в зал, в руках у неё был стакан.

– Всё, Вера, успокойся, всё хорошо, кроха ваша спит, и, думаю, сегодня ночью вы все хорошенько выспитесь.

Не веря в произошедшее, Вера проскользнула сквозь занавески, и через минуту так же споро материализовалась перед ведуньей.

– Оль, а что было с нашей малышкой, она теперь… ну то есть, у неё всё хорошо теперь будет? – сбивчиво начала Вера.

– Да, теперь всё будет хорошо. У неё просто был испуг, вот, смотри. – Она подняла стакан. – Все взоры обратились в сторону руки. В стакане плавал желток, правда, он был не жёлтый, а какой-то бесцветный и бесформенный. Ольга прокомментировала: – Вот, видишь, желток на собачью голову похож. – Вера прикрыла рот рукой и закивала головой. – Да не бойся ты, это скорее всего собака её напугала. Ты лучше завтра приходи ко мне, я тебе водички дам, ты умоешь её и попить дашь. Поняла? – Снова кивание головы. – Ну ладно, поздно уже, пойдем мы.

Костя с Верой проводили поздних гостей. На крыльце Ольга показала стакан.

– Это я с собой заберу, завтра заберёшь, когда я с работы приду. – Она задумалась, прикидывая распорядок завтрашнего дня. – Ну, часов в шесть вечера звони, у тебя ведь мой номер есть? – Вера снова кивнула и, обхватив мужа за талию, прижалась к нему.

– Оль, спасибо.

Ольга обернулась.

– Не за что.

Они вышли за калитку.

– Ну что, охотник, провожать меня дальше не надо. А ты, я думаю, не заблудишься. – Она обезоруживающе улыбнулась.

Вадим улыбнулся в ответ, развернулся и, не оборачиваясь, зашагал к временному жилищу. До дома Акима он дошёл быстро, по деревянному настилу дошёл до беседки, так что его никто не услышал. Правда, и гостей уже не было, Гуру с Акимом тихо о чем-то беседовали. Шёпот кашлянул.

– Фу, блин! Напугал, что ты как привидение ходишь. – Аким шумно выдохнул. – Что меня сегодня пугают все кому не лень!

Гуру опять в качестве политика начал забалтывать электорат.

– Это он может. Он у нас вроде как охотник, тоже любит по лесу дичь погонять. Поэтому его сюда и послали.

Хоть выступал Гуру в качестве политика, но, в принципе, сказал правду.

– Охотник, говоришь. Ну ладно, завтра поглядим. Ну а сегодня пора и честь знать. Баиньки пора, я вам комнату выделю, там как раз две кровати, бельё выдам. Ну, застелить, я думаю, вы и сами справитесь. – И, как бы в подтверждение сказанному, уличные фонари погасли.

– Не беспокойтесь, Аким Фёдорович, справимся, не впервой.

Дойдя до крыльца, Аким пропустил гостей в дом, сам щёлкнул выключателем, свет в беседке погас. Прикрыв дверь, прошёл в дом.

После нехитрых приготовлений они улеглись. Гуру шёпотом начал диалог.

– Ну, рассказывай, как разведка. Судя по твоей морде… – Гуру хотел поддеть друга, но Шёпот оборвал его, приложив палец к губам.

– Слушай, Дэн, здесь и вправду какая-то хрень нездоровая происходит. К нам, вернее, к Ольге местная мамаша подошла, у неё ребёнок два дня рёвом ревел, не знали, что и делать. Ольга помогла, но не в этом дело. Ты ведь знаешь, как знахарки с помощью яйца проблему у детей ищут. – Дэн поморщился, но всё же кивнул. – Так вот, показала он мне это яйцо, ну в смысле, она его в стакан разбила, а желток побелел и принял форму собачьей башки.

– Ну и что? – Гуру уставился на Вадима.

– Ну и то, Ольга говорит, испуг это у ребёнка. Мол, собака напугала, вот ребёнок и плачет.

– Ну и что?

– Что ты как попугай, ну и что, ну и что, – передразнил его Вадим. – Собаки у них ни дома, ни во дворе нет. Это я это сразу заметил. Вопрос, где ребёнок успел с собакой познакомиться? Есть у меня мыслишка, надо проверить. Сейчас Фёдорович покрепче уснёт, а я на разведку смотаюсь.

– Ладно, уговорил. Только недолго, Аким на завтра нам целую программу мероприятий приготовил. Придётся завтра журналистов из себя по полной изображать.

Вадим тенью скользнул за ограду. Улицы тонули в темноте, лишь слабый свет луны ненадолго освещал окрестности, выглядывая из-за облаков. Но Вадим шёл уверенно, для его глаз это не было проблемой. Он в основном по этой причине и оказался в системе. Это как раз относится к описанию его глаз. Зрение совы, в прямом смысле этого слова, он получил до ухода в армию. Можно с уверенностью утверждать, что произошло это при невероятных, просто фантастически сложившихся обстоятельствах. Вадим мог видеть в темноте как сова, как ночная птица во всех доступных ей спектрах, в том числе и в инфракрасном. Были, конечно, у него и другие способности. Но обо всём по порядку. О такой приобретённой возможности нужен отдельный разговор, о котором можно написать отдельный роман.

А в данный момент он бесшумно двигался вдоль заборов. Целью он выбрал уже знакомый ему дом. Подойдя к дому, осмотрелся, снял с калитки ремень, служивший запором, беззвучно просочился во двор. Его задачей было хорошенько обследовать двор молодой семьи.

Обходя дом по периметру, он практически сразу нашёл, что искал. Благодаря своему зрению он видел всё чётко, замечая все мелочи. Единственное – цвета становились блёклыми. Ночной мир для него становился чёрно-белым. Но в остальном картинка была идеальной

Двигаясь вдоль дома, пробираясь через кусты малины, он добрался до окон спальни. Внимательно осмотрев землю под окнами, заметил два чётких следа, очень похожие на собачьи, вот только когти были слишком длинные для собаки. Шёпот напрягся, следы были не свежие, но чёткие. На отпечатки успели нападать листья малины. Он медленно приподнялся. Оглядел подоконник. На подоконнике тоже заметил следы, ещё более странные, чем на земле. След был похож на отпечаток смазанных пальцев. Вадим продолжил изучение местности. Следы уходили немного вбок и скрывались в кустах малины, которая, в свою очередь, плотной стеной ложилась на соседский забор, что для малины совершенно естественно. Шёпот опустился на четвереньки, заметил прогал в зарослях и небольшую дыру в соседском заборе, даже не дыру, а как будто кто-то раздвинул штакетник и не соизволил вернуть доски на место.

Приглядевшись, он рассмотрел небольшой клочок шерсти на одной из штакетин. Всё в той же непрезентабельной позе он потянулся за клочком. Вдруг в дыре что-то метнулось в сторону. Вадим отдёрнул руку и уже готов был к прыжку. Но прыгать от опасности он не стал, так или иначе, его заметили и не нападали.

Он выпрямился, оценивая обстановку. Забор был выше его глаз, и увидеть, что происходит за забором, он не мог. Шёпот превратился вслух. Но особо шума он не услышал. Лишь непонятные шаги, вот именно шаги, быстро удаляющиеся от него. Вадим медленно втянул воздух, в нос ударил стойкий запах мокрой псины. Не создавая шума, Шёпот двинулся на выход.

Медленно продвигаясь вдоль улицы, он внимательно обследовал обочины, проходящие вдоль водоотводящих канав в надежде найти следы ночного гостя. Вдруг до его чутких ушей долетел шум, похожий на хлопанье простыней, и Вадим резко поднял глаза. Заметил в конце улицы странный силуэт, похожий на карлика. Силуэт взмахнул крыльями, похожими на крылья летучей мыши. Секунда, и карлик спланировал с небольшого обрыва на самом краю деревни. Шёпот выпрямился и, уже не таясь, направился в сторону дома Акима.

В эту ночь он узнал больше, чем рассчитывал. От выделенного адреналина в нём опять проснулся азарт охотника: «Да, прибыли мы сюда не зря, опасность местным жителям грозит реальная».

Глава 7

Утро следующего дня у Гуру с Вадимом началось не обычно, но предсказуемо. Аким журналистов разбудил в семь часов, не удержавшись от подковырок в стиле «так и всю жизнь проспите» и «кто рано встаёт, тому бог даёт». Молодые люди заворочались, ничего не говоря, встали с постелей, начали одеваться.

– Аким Фёдорович, а морду лица где можно умыть? – Гуру, шлёпая босыми ногами, вышел в кухню.

– Можно здесь. – Хозяин ткнул ножом в сторону рукомойника. Он трудился над бутербродами. – А лучше на улице, за дом зайдёте и увидите, там рядом с летним душем рукомойник весит. На улице свежий воздух, птички поют, красота!!!

Приятели решили последовать совету Акима. Голые по пояс, как бойцы-первогодки, с зубной пастой, щёткой и полотенцами на плечах, выкатились на улицу в желании привести себя в порядок. Оказавшись во дворе, Гуру, не утерпев, спросил:

– Что молчишь, как рыба об лёд? Давай выкладывай, что вчера разузнать удалось.

– Много чего, а с другой стороны, почти ничего. – Вадим интригующе смотрел на напарника. Ночью он не стал его будить. Решил оставить разговоры до утра.

– Ну, что ты тянешь кота за хвост, давай выкладывай.

– Выкладывай… – протянул Шёпот, намыливая руки. – Я только одно тебе могу сказать, со сто процентной уверенностью, что приехали мы сюда не зря. И скорее всего, уважаемый Денис Григорьевич, – он поднял вверх палец и голосом Иосифа Виссарионовича продолжил, – наше с вами присутствие здесь как нельзя кстати. Я так думаю.

Денис шутку не оценил, а только свёл брови к переносице.

– Да Ладно,тебе. – Вадим ткнул друга кулаком в плечо. – Короче, Дэн, твоя задача будет, как обычно, добыча информации и анализ фактов. В общем так, объект, которого я вчера видел… – у Дениса округлились глаза. – Да-да, видел. Правда, толком рассмотреть мне его не удалось, но всё же. Рост около метра, плюс-минус, – стал он перечислять приметы. – Голова низко посажена, шеи можно сказать нет. Видел я его со спины. – Задумчивая пауза. – Спина большая, непропорциональна нижним конечностям, ноги короткие, но массивные.

– Стоп, ты хочешь сказать, оно прямоходящее? – Гуру вцепился взглядом в напарника.

– Я тебе больше скажу. Оно ещё и рукокрылое. Ну или просто с крыльями. Правда, я думаю, для полётов этих крыльев будет маловато, размер крыльев небольшой, максимум помощь при прыжках или планирование на небольшие расстояния. Так, что ещё… – Он взял себя за подбородок. – Морду я его не видел, но предположить могу. Ребёнка, как выяснила Ольга, напугала собака, значит, морда скорее всего похожа на собачью, судя по затылку, который я видел. – Шёпот потёр скулу. – Затылок довольно широкий, значит, скорее всего похож на гиену. Да, вот ещё, отпечатки задних конечностей очень похожи на собачьи, только когти гораздо длиннее. Да и псиной от него несло ужасно. Ну, вроде бы всё. – Шёпот выдохнул и посмотрел в серьёзное и одновременно задумчивое лицо напарника.

– Ну ты выдал. По твоим описаниям, так, навскидку, на ум приходит только один… – Он задумался. – Ну два кандидата. Один из мифологии нашей линейки, второй из болгарской. Хотя на деле всё может оказаться по-другому. – Гуру продолжал размышлять вслух. – То, что ты рассказал, это, конечно, круто. Но для анализа крайне мало. Так, мне срочно нужно связаться с аналитиками. Да, жаль, офис далеко. А он мне сейчас ой как нужен. – Гуру сейчас мыслями был уже далеко.

Вернул его в реальность голос Акима.

– Вы там что, опять спать легли? Полчаса моетесь. Чай уже остыл, снова греть поставил, – недовольно ворчал Аким. – Давайте уже в хату заходите. Я вам не горничная, чтобы…

– Идём, идём, Аким Фёдорович, – оборвал Гуру ворчание аборигена.

Сидя за столом и завтракая бутербродами, Гуру прикидывал, как ему лучше смыться в офис, не ломая легенды и не привлекая излишнего внимания. И, как бы с сожалением в голосе, начал импровизировать.

– Аким Фёдорович, когда мы мылись, мне позвонил наш главный редактор. – Для убедительности он достал из заднего кармана телефон и положил его возле себя. – Мне нужно уехать в Нижний, туда приезжает специалист в области паранормальных явлений. Сам он сюда приехать не может. А в Нижнем он проездом. Так что переговоры назначили в гостинице. И как бы мне не хотелось остаться, но ехать придётся. – Для пущей убедительности глубоко вздохнул.

– Ну надо так надо. Это ваши дела. – Аким развёл руками. – Просто я хотел сегодня вас по лесу потаскать, вроде как договорились вчера. Вы бы природу нашу поснимали. – Он перед лицом покрутил невидимую ручку древней камеры. – Так, глядишь, и мне, и вам польза.

Теперь уже Вадим встрял в разговор.

– Аким Фёдорович, не беда, я ведь здесь остаюсь, – неподдельно обрадовался Шёпот. – Я с большим удовольствием похожу с вами. – Он замялся. – Сейчас ведь сезон охоты открыт?

– Открыт. А ты это к чему?

Вадим с щенячьем взором смотрел на серьёзного лесничего.

– Ну, если я вместе с камерой ружьишко прихвачу. А то я давно его не выгуливал. Да и сам уже лет сто как на охоте не был. И фотоловушки нужно поставить. – Он ткнул себе за спину. – А лучше вас никто не подскажет, где правильней их установить.

– Допустим, и на кого ты хотел бы поохотится? Я понимаю, охота – это дело хорошее. И ещё говорят, охота пуще неволи. – Аким говорил, прищурив глаз, а сам размышлял, стоит ли ему ввязываться в эту авантюру по-настоящему. Вчера после коньячка он, конечно, душой подразмяк и пообещал показать им местные угодья. Да в принципе, он был не против, его смущала лишь причина, по которой они сюда приехали. Не верил он в весь этот бред, про Чупакабру эту, будь она неладна.

Вадим, видя, как Аким решает в голове какие-та ребусы, решил легонько надавить на хозяина дома.

– Аким Фёдорович, ну что, пойдёте нам навстречу?

– Ну а ружьишко у тебя какое? И с документиками у тебя как? – как бы обдумывая просьбу поохотиться, продолжил Аким.

– Да как раз птичий калибр, двести двадцать третий, ружьишко простенькое, ИЖ-18. Я бы, с вашего позволения, пару рябчиков добыл. А вечером супчик с лепешечкой, да под вод… – решил не договаривать, ибо не знал, какова будет реакция. Просто снова снизу вверх посмотрел на Акима.

– Ладно, бог с тобой, поохотишься, – снизошёл Аким. – Только меня во всём слушать и делать как я говорю. Ясно? – Аким сдвинул брови и напустил на себя суровости.

Вадим хотел ради хохмы отвесить поклон в пояс, но воздержался. А просто сказал:

– Само собой, Аким Фёдорович.

– Вадим, пошли, оборудование с машины вытащим. – Гуру потянул Вадима за рукав, уводя его из дома во двор. – Ну, вроде бы пока всё в ёлочку. Через пару-тройку часов я буду на месте. Буду ждать новой информации от тебя, так что мобильник не теряй. Да, я свяжусь с аналитиками, может, они что подскажут.

Приятели выгребли оборудование из машины, переместив его в дом. Гуру попрощался и почти бегом направился обратно к машине. Через минуту заурчал двигатель, ещё минута, и тишина снова овладела округой.

– Ну что, журналист-охотник, собирайся, как будешь готов, дашь знать. – Аким бросил свой взгляд на пятнистый чехол для ружья. Подошёл ближе. – Можно?

– Конечно. – Вадим передал ружьё лесничему. Аким раскрыл чехол, немного удивился, не увидев оптического прицела, ставшего в последнее время модным гаджетом. Аким взял ружейный ствол, поднял его на уровень глаз, на манер подзорной трубы, заглянул в ствол. Потом пальцем провёл по срезу ствола. Остался доволен.

– Да, не в плохом состоянии, я даже больше скажу, чтобы так следить за оружием, его нужно понимать и любить.

Вадим оторвался от сборов, повернулся к Акиму, развёл руками, говоря на языке жестов «ну как-то так». Продолжив сборы, Вадим размышлял, где искать это нечто. Имя этому существу он ещё не определил и надеялся на своего напарника, так как голова у Гуру имела знаний в области разновидностях нечистых сущностей во много раз больше, чем у самого Вадима. Шёпот не сомневался, что Гуру нароет информацию о предполагаемом объекте. В данный же момент его больше занимали мысли, с чего начать поиск. Где может скрываться это сущность? Ответов у него пока не было. И, как положено русскому человеку, Вадим решил положиться на вездесущий авось.

Собрав вещи, положив видеокамеру рядом с рюкзаком, он впервые пожалел о придуманной легенде, что они в данный момент журналисты. И ему придётся таскать громоздкую камеру. Вдруг до него дошло, что машины у него нет, ибо Гуру уехал на ней в офис. У Акима машины он тоже не видел. И добираться куда бы то ни было теперь для него проблема. Вадим стоял и смотрел то на кучу вещей, то на Акима.

– Ну что, журналист-охотник, не знаешь, что со всем этим делать? – Аким явно подзуживал гостя. – Навесишь на себя весь свой скарб, пройдёшь сто метров, и желание поохотиться, да и, скорее всего, хотение поработать пропадёт.

Вадим посмотрел на Акима с надеждой, что тот сможет решить эту маленькую проблему.

– Аким Фёдорович, а транспорта у нас не будет? – Шёпот напрягся. – Может, нас Пётр Михайлович выручит?

– Молодой человек, – Аким ответил вопросом на вопрос: – А как вы относитесь к лошадям?

– Хорошо отношусь, – заподозрил Шёпот неладное.

– А верхом приходилось? – Аким по привычке сощурил один глаз.

– Да, – уверенным голосом ответил Шёпот. – В детском саду, на масличные гуляния, меня сажали на спину мерина и катали по кругу.

– Да я смотрю, ты прям джигит, – сострил Фёдорович. – Ладно, не переживай ты так, мы лошадку тебе смирную подобрали. У меня здесь друг старинный. Крепкое-хозяйство с сыновьями держит. И породистых лошадей разводит. Понимаешь, к чему я клоню? – Вадим неуверенно кивнул. – Вот я и говорю, Димка сейчас лошадей приведёт. Димка – это сын старший Григория Владимировича, а Григорий – это мой кум и друг старинный. Мы с ним с молодых ногтей не разлей вода. Сколько мы с ним по молодости дел переделали! – Аким выдержал многозначительную паузу, вспоминая былое.

– Аким Фёдорович, я ведь верхом на масленицу, это мой единственный опыт был. На самом деле верхом я, в общем, никогда не ездил, – с волнением предупредил Шёпот. – Я как-то с железными конями всё больше.

– Не переживай, тебе понравится.

Примерно минут через двадцать возле двора стояло три лошади. Дмитрий накинул поводья на штакетник. Прошёл в калитку, поздоровался, представился гостю.

– Аким Фёдорович, наше почтение, батя привет вам передавал. Вы никак наши угодья гостям показать собрались?

– Да, есть такое-дело. А отцу тоже привет передавай и поблагодари за лошадей, вечером мы их вернём, – пообещал лесничий.

– Ладно, Аким Фёдорович, мне на ферму пора, отец ждёт. – Дмитрий легко вскочил в седло и с характерным топотом растворился в глубине улицы.

Аким подошёл к лошадям, похлопал статного жеребца. И не без удовольствия стал знакомить Вадима с питомцами кума.

– Вадим, смотри, какие красавцы. – Он похлопал белогривую кобылу. – Вернее, красавица и красавец. Смотри, какая девочка. Снежинка. Подойди. – Он жестом подозвал гостя и сунул Вадиму кусок хлеба, щедро посыпанный солью. – Ну, иди, знакомиться будешь. Поздоровайся, имя своё назови, погладь, хлебцем угости. Я думаю, вы подружитесь. Видишь, какая умница!

Снежинка покивала белогривой головой. Учуяв хлеб в руке Шёпота, зажевала губами. Вадим подошёл, протяну корку. Хлеб исчез, и кобыла заработала челюстями. Вадим, как ребёнок, расплылся в улыбке. И вдруг получил толчок в спину, обернулся и увидел, как жеребец фыркает и мотает башкой. Вадим немного опешил, не зная, что дальше делать, ибо хлеба у него больше не было. Аким выручил и сунул Вадиму корку. Через секунду жеребец тоже хрупал хлебом.

– Как тебе животинка? – Аким, не дожидаясь ответа, стал более подробно знакомить Вадима с лошадьми. – Вот это у нас Буян. – Аким похлопал жеребца по лебединой шее. – Будёновская рыжая, рыжая – в смысле масть. Выведена на одноимённом заводе, аж в сорок восьмом году. Отличный спортсмен. А это, – не унимался Аким, – Снежинка, породы «Хафлингер», об этой пароде упоминали аж в средневековых летописях. Изюминка породы – это золото-рыжая масть, белая грива и белый хвост. – Как бы подтверждая слова Акима, Снежинка тряхнула белоснежной гривой.

Спустя полчаса Аким навьючил Буяна, провёл Шёпоту курс молодого бойца. И через пять минут Вадим уже сидел в седле, на широкой спине Снежинки. Аким не соврал. Его на самом деле переполняли эмоции: с одной стороны, он радовался, как ребёнок, а с другой – ему было страшно. Таких чувств он не испытывал давно. Он сидел на живом существе, он был скован, ему казалось, что Снежинке тяжело под его весом. Но всё когда-нибудь проходит, вот и сейчас страх понемногу отступал. Оставались только позитивные чувства. Вадим от избытка эмоций не заметил, как они оказались на краю лесной поляны.

– Вот это и есть ведьмина поляна, а вот и камень. – Аким обвёл рукой поляну. – Ну что, работать будешь? – Вадим кивнул. – Ну, давай спешиваться. Смотри на меня и повторяй. – Аким продолжил обучение. – Держим поводья и гриву левой рукой. Правую ногу из стремени, наклоняем корпус вперёд, перекидываем ногу через круп, опля, и мы на своих ногах. – Лесничий перекинул поводья и держал Буяна под уздцы. – Ну, давай тетерь ты.

Шёпот прокрутил в голове последовательность действий. Опля, и тоже стоял на земле.

Поляна ему понравилась. Он походил, для вида поснимал, отрабатывая легенду. Подошел к камню, постоял, обошёл кругом. Что-то было в камне действительно притягательное. Когда он коснулся ладонью поверхности гранита, палец под перстнем зазудел так, что Шёпот невольно убрал руку и покрутил перстень, чтобы избавиться от зуда. В остальном всё было спокойно, ничего подозрительного, никакой тревоги он не ощущал. Только Аким время от времени вставлял шпильки, типа: «Ну что, журналист-охотник, нет в камне двери в потусторонний мир, или нашёл?»

Вадим немного с обидой отвечал.

– Да я и не искал, просто работа такая. – Ему явно не нравился весёлый настрой лесничего. В нём затеплился огонёк самолюбия. Шёпот решил удивить Акима и приподняться в его глазах.

– Аким Фёдорович, вчера Фёдор говорил, что в этих места рябчиков много. Я пройдусь вокруг полянки. – И, не дожидаясь ответа, потянул из притороченного чехла штуцер. Привычными движениями он быстро собрал ружьё. Лёгким движением накинул ремень на плечо.

– Ну, ни пуха, ни пера, – Аким кинул ему вслед.

– К чёрту.

Шёпот прошёл до конца поляны, переступил край леса и в две секунды скрылся в растительности. Задачи по добычи рябчиков он себе, конечно, не ставил. Ему нужно было обследовать окрестности поляны. И ружьё нужно лишь в целях безопасности. Обойдя почти всю поляну, он не заметил ничего подозрительного, лес как лес, поляна как поляна. Никаких странных следов.

Пока он обходил поляну, ему попалось три рябчика. Чтобы увидеть птицу из семейства куриных, манок ему был не нужен. Шёпот всё прекрасно слышал и видел. Слышал хлопанье крыльев вспорхнувшего на толстый сук сосны петушка, которого заинтересовал непонятный зверь на двух ногах. А глаз Шёпота безошибочно находил пернатую цель. Тем более, это было несложно, так как лес вокруг был сосновый, а значит, чистый, без густого подлеска, и просматривался далеко. Лишь редкие берёзы добавляли белых красок в рыже-зелёную палитру здешнего пейзажа. Описав круг и выйдя почти на то место, где заходил в лес, Вадим остановился. Ему оставалось пройти метров двести. Вадим остановился автоматически, сработали рефлексы, периферийным зрением он заметил на одной довольно рослой берёзе тёмно-коричневое пятно. Повернулся лицом к пятну, увидел, что пятно есть ничто иное как большой наплыв чаги, нависший в метрах семи от земли.

Вадим прыгал, конечно, неплохо, но не до такой степени. Он скинул ружьё с плеча, переломил штуцер, достал патрон «Hollow Point» (свинцовый носик). Такой боеприпас при попадании в цель раскрываться, увеличивая поражающий эффект. Вложил патрон в патронник, как снаряд в пушку. Захлопнул, приложил приклад к плечу, мягко нажал на спуск. Часть гриба превратилась в крошево, но два довольно крупных куска всё же отвалились и упали метрах в пяти от берёзы. Вадим подобрал куски гриба и направился в сторону поляны.

– Что, журналист-охотник? – Похоже, Аким решил закрепить прозвище. – Никак промазал. ИлИтак, ворон попугал. Дичь-то где? – Аким явно цеплял гостя.

Вадим не понимал, чем заслужил к себе такое-отношение. Решил вести себя достойно и как ни в чём не бывало подошёл к леснику.

– Да вот мая дичь. – Он протянул трофей.

Аким взял кусок чаги. Посмотрел Вадиму в глаза.

– Значит, не захотел божью тварь губить. Уважаю. А про чагу что знаешь? – Аким явно решил сменить тактику и перешёл на милость.

– Да батя меня с детства по лесам таскал, а мне и самому в радость всё это. – Он обвёл пальцем вокруг головы. – А чага, – Вадим улыбнулся, – да не одну кружку я этого чая выпил. Вот и сейчас подумал – лучше чайку, чем водочки.

– Уважаю. – Аким, растягивая слова, расплылся в улыбке.

Вадим с удовлетворённым самолюбием повернулся в сторону камня.

– Пойду, может, всё же какие-никакие следы найду. – Вадим остановился и повторил. – Следы… – В голове Шёпота молнией промелькнула картинка. Непонятные следы под окном, присыпанные сухими листьями малины. – Следы, старые.

– Какие следы? – не понял Аким.

– А неважно. Я думаю, нам пора в деревню. – Шёпот, захваченный собственными догадками, сам не понял, как оказался в седле. Приподнял поводья и стукнул Снежинку пятками по круглым бокам. Снежинка подняла голову, повернула уши в сторону седока, давая понять «ты точно уверен в своём желании?». Шёпот на уровне инстинкта понял, что сотворил нечто ненужное. Быстро сообразив, что сломанная шея ему не нужна, он тут же натянул поводья. Снежинка успокоилась.

– Эй, джигит, что случилось, я думал, ты сейчас Снежинку в галоп пустишь, что при твоих навыках верховой езды довольно неразумно. – Аким подвёл Буяна вплотную к Снежинке.

– Да я уже и сам понял, что погорячился. Просто… – Он задумался, как оправдать своё рвение, и уже спокойно сказал: – Да я вспомнил, мне Дэн позвонить должен. А я телефон в доме оставил, – соврал Шёпот. Телефон у него лежал во внутреннем кармане на беззвучном режиме. На случай звонка Гуру. Ему не хотелось разговаривать с напарником при лесничем, чтобы не создавать лишних подозрений.

– Ну надо так надо. – Аким направил Буяна в сторону дома, увлекая за собой Снежинку вместе с седоком.

Уже возле самого дома Вадим спросил:

– Аким Фёдорович, можно я дома останусь? Мне надо с Дэном связаться, а на ферму я… – Он замялся и концовку фразы скомкал.

– Ну надо так надо. – Аким удивленно посмотрел на гостя. – Оставайся, а мне лошадей всё равно Григорию увести нужно. Ты тогда хозяйничай тут, а я скоро вернусь.

Вадим принял у Акима вещи, перекинул рюкзаки через плечо, в руки взял чехол с ружьём. Похлопал Снежинку по шее, как бы говоря ей спасибо. Развернулся и пошагал в сторону дома.

Бросив вещи, Шёпот достал телефон, нажал кнопку вызова. Уже после второго гудка на том конце нетерпеливый голос Гуру спросил:

– Ну наконец-то, есть новости

– Новостей нет, есть только очень тревожное предположение. – Вадим явно нервничал. – В ночном, вчерашнем… Тьфу, блин, короче, следы под окнами были старые.

– Ну и что?

– А то. Ту хреновину с крыльями я заметил спустя минуту после обнаружения следов.

– Ну, дальше что? – всё тем же непонимающим голосом спросил Гуру.

– До тебя не доходит? Эта тварь пришла в одно и то же место второй раз. Значит, её что-то, а скорее всего, кто-то, я имею в виду, короче, эта тварь охотится за ребёнком. – Вадим сделал паузу, давая время обдумать сказанное.

– Слушай, тогда всё сходится. Из собранной информации я на девяносто пять процентов могу сказать, с чем мы столкнулись. – В трубке послышалась возня. – Так, здесь мне больше делать нечего, дополнительное оборудование я уже загрузил, так что жди. Да, чуть не забыл. Пожрать сотвори что-нибудь, – в трубке щёлкнуло.

Шёпот убрал телефон. Последняя фраза Гуру немного отвлекла Вадима от нехороших мыслей. Он успокоился, заставил взять себя в руки и начать рационально обдумывать факты, какие были у него на руках.

Насчёт еды он не заморачивался, а решил, что Аким и без него решит эту проблему. Сейчас его заботило другое: как обеспечить безопасность людей. Он понимал, что ему нужно поговорить с Ольгой, она наверняка смогла бы дополнить картину происходящего. Но в данный момент Вадим не мог поговорить ни с Ольгой, ни с Дэном. Но и терять драгоценное время он тоже не собирался. Подумал, как лучше потратить время до приезда друга. Решил пересмотреть отснятый материал. Закат он снимал как раз в том месте, где и скрылось чудовище. Вставив карту памяти в ноутбук, начал просматривать видеофайлы. За этим занятием его и застал Аким.

– Если хочешь поработать, ляг поспи, и всё пройдёт. Вот такое-у меня сегодня настроение.

– Это хорошо, когда настроение хорошее, – сказал Шёпот, а подумал совсем о другом. – Аким Фёдорович, я с Денисом созвонился, он скоро будет. Ему что-нибудь заказать?

– Нет, не нужно. Мы ещё не съели то, что он в прошлый раз купил. – Аким поскрёб маковку. – Слушай, Вадим, что я тут подумал. – И, как водится, вместо ответа задал вопрос. – Как ты относишься к карповым видам рыб? – Он улыбнулся и прищурил глаз на Вадима.

– Очень даже, почему же. – Шёпот решил потягаться с Акимом в словоблудии.

– Ну вот и чудно. Значит, я знаю, кто у нас будет чистить рыбу. Ну, а я пойду, остальным займусь. – Аким развернулся и начал на кухне греметь посудой. – Вадим, бросай ты свой компьютер, пошли лучше делом займёшься. Меня мой кум рыбкой свежей угостил. Ну, где ты там? Смотри.

На столе стояла большая чашка с рыбой. Вадим посмотрел на будущий фронт работ. Настроение лучше не стало.

– Что это ты скуксился? Вот скажи мне, не тая. – Да, у Акима настроение было гораздо лучше. – Вот ты когда-нибудь закалённую уху ел?

– Нет. Всякую вроде бы ел. – Начал перечислять. – Тройная уха, уха духовая, царская, уха с ароматом раков. – Задумался. – Закалённую не ел.

– Вот видишь, теперь у тебя есть возможность не только её поесть, но и принять участие в её приготовлении. – Аким положил нож в чашку и пододвинул к Вадиму. – Не стесняйся, пошли.

Уже на улице Вадим довольно ловко расправлялся с язями. Аким, в свою очередь, развёл огонь в уличной печи. Поставил кастрюлю с водой и начал философствовать.

– Самое главное в ухе – это ингре-ди-енты, – с трудом, чуть ли не по слогам выговорил трудное слово. – А в ухе их должно быть, не считая специй, всего три. Это вода, лук, ну и конечно, рыба. Остальное – это специи, их, как ни странно, тоже три. Соль, перец и немного зелени. А вот если туда добавить картошки, то это уже не уха, а рыбный суп получится. А настоящая уха – это… – Он задумался, хотел ещё какое-словечко ввернуть, но не нашёлся. – Короче, сам всё увидишь.

Пока закипала вода, Вадим справился с рыбой, Аким её нарезал и, как только вода закипела, отправил её в последнее плаванье. По мере приготовления закинул лук. Вадим смотрел на всё это и думал: «Как-то примитивно выглядит варево лесника». Аким и правда особо не колдовал над своим шедевром. А когда рыба была готова, вообще ушёл в дом. Правда, и вернулся через минуту, шаркая своими садовыми тапками. В руках он нёс бутылку водки.

– Не рано? Аким Фёдорович, вроде как день на дворе. – Теперь уже Шёпот попытался поддеть лесничего.

– В самый раз, – уверенно заявил хозяин кастрюли. И, не обращая внимания на поддёвку гостя, прямо из горлышка плеснул водки в уху. Сразу после этого при помощи полотенца Аким сдвинул кастрюлю с ухой на край плиты. До чуткого носа Вадима доносился невероятно приятный запах ухи.

Вадим уже хотел уличить Акима в несоответствии правил трёх ингредиентов, но не успел.

– Ну ни фига себе, какие у вас тут запахи в воздухе летают. – Гуру шёл, ведомый собственным носом.

– Это ещё не всё. – Аким ждал, когда зрители соберутся поближе. – А теперь мы, а вернее, я, буду её закалять.

Гуру был не в курсе затей местного повара и закрутил головой, смотрел то на Вадима, то на Акима. Чтобы не упустить эффектного момента, Аким паузой заострил на себя внимание. Достал из печи горящую головешку. Убедившись, что все на него смотрят, театрально выдержал паузу и засунул головешку в кастрюлю. Уха в ту же секунду снова довольно бойко закипела. Аким пару секунд её там подержал, вынул, закрыл кастрюлю крышкой. Головёшку отправил на прежнее место.

– Ну как?

– Эффектно, – чуть ли не хором ответили гости.

– Куда пойдём, в дом или… – Аким бородой указал в сторону беседки, одновременно доставая папиросы.

Гости развернули лица в сторону беседки, и снова в голос ответили:

– Туда.

Глава 8

После утреннего визита Степан Викторович, чтобы компенсировать душевные страдания, в полной мере отыгрался на рабочих. Гонял работяг в хвост и гриву, чихвостил почём зря. Когда рабочая смена закончилась и строительная площадка опустела, Степан почувствовал себя удовлетворённым. По своей сущности, если говорить современным языком, он был энергетическим вампиром. Другим языком, ему было хорошо, когда всем вокруг него было плохо. В свою очередь, он также был и донором для тех, кто стоял на ступень выше в их закрытом клубе, ну, если хотите, ордене, кому как больше нравится. В иерархии этого клуба Степан занимал низшие ступени влияния, то есть он был всего лишь кандидат и изо всех сил старался забраться на ступень повыше. Когда Степан Викторович стал кандидатом и членом клуба, пока не прошёл обряд посвящения, он выполнял роль соглядатая. То есть он также работал в коллективе среди рабочих. Делал всё то же, что и все. Приходил на работу, трудился, после окончании смены уходил домой. Но, плюс ко всему, он слушал, прислушивался, а когда слышал что-то нехорошее в адрес вышестоящего начальства, то и записывал.

Степан старался, был рубаха-парень среди рабочего люда. Всегда в центре событий, его оружием в общении были анекдоты, шутки в сторону начальства, он первым участвовал и в компенсации зарплаты в виде проданной солярки, ну или другой мелочи. Если, конечно, сравнивать с махинациями самого начальства. А если говорить совсем простым языком, Степан Викторович был засланным казачком. Нет, казачок – это хорошее слово; засланным стукачом.

Обряд посвящения он прошёл с год назад и поднялся уже на пару ступеней. Должность прораба он получил недавно. И тоже завёл себе кандидата на вступление в клуб. Но главная его задача на данный момент стояла в сборе образцов. После посвящения он был допущен к некоторым тайнам и теперь с большим старанием выполнял поставленную задачу.

Теперь вернёмся на несколько дней назад, когда Степан впервые собрался попробовать себя в так называемых сборах. Весь день он готовил себя для ночного похода. Материальная часть у него была давно собрана. В полученном от Сергея Сергеевича кейсе было всё, что ему требовалась. Сосуды и вещи для поиска мест, где возможно извлечь нечто, или, по-другому, сущность, которая хранилась в глубине могил. В могилах, запечатанных временем, в недрах которых копилась негативная энергия, готовая уничтожать всё хорошее и светлое. Уничтожать просто так, без смыла, без причин. Уничтожение ради уничтожения. Вот этим он и собрался заняться.

В багажнике машины у него сидели два полугодовалых щенка неопределённой породы. Но нужны они ему были не для поиска, а для других целей. Ради эксперимента, который он должен провести в ту же ночь, сразу после поисков.

Итак, когда солнце закатилось за горизонт, а бледный диск луны занял своё законное место на небосводе, Степан выволок щенков из машины, держа в одной руке пластиковый кейс, в другой поводки. Он пошёл в сторону старого заброшенного кладбища. Дойдя до полуразрушенных кладбищенских ворот, он остановился, достал из кармана брюк складной нож. Воткнул его в ветхую древесину, надавил. В руке оказалась щепка чуть больше спички, которую он аккуратно убрал в кейс. Углубившись в заросшее высокой травой и густым кустарником кладбище, Степан приблизился к полуразвалившемуся забору и привязал поводки к какому-то столбу. Щенки ему пока были не нужны. В данный момент его волновало только предстоящее дело.

Оставив щенков, он раскрыл пластиковый кейс, извлёк из него золотую чашу размером с блюдце, но немного глубже обычного, больше похожую на пиалу. Патом достал склянку, открыл её, содержимое налил в чашу. Чашу заполнила обыкновенная нефть. Густая, глянцевая чёрная жидкость стала отбрасывать лунные блики на края чаши. В завершение этого действия, Степан аккуратно положил добытую щепку на маслянистую поверхность. Закрыл кейс, убрал в сторону. Опустившись на колени, поставил чашу на землю, накрыл рукам. Сидел он так с минуту, опустив голову и шевеля губами. Затем встал, держа чашу перед собой, стал водить рукой из стороны в сторону. Щепка стала медленно вращаться в золотом сосуде на манер компасной стрелки. Наконец деревянная стрелка остановилась. Степан повернулся влево, стрелка отклонилась вправо. Проделал движение в обратном порядке. Щепка неуклонно оставалась в определённом направлении. Как заворожённый, он шёл, куда указывал ему дьявольский компас. Он лез через оградки, кусты, опасаясь, что ветки выбьют чашу из рук. Его это не волновало, он пробирался через препятствия, пока стрелка не стала поворачиваться, указывая на близость нужного места. Степан поставил на землю чашу. Открыл кейс. Достал небольшой пергамент, расстелил его. На пергаменте была начерчена пентаграмма, по краям многоугольной звезды он расставил свечи, похожие на ароматические. Поджёг. Мерцающий свет осветил Степана, на лице забегали тени, искажая его черты. Он продолжил извлекать предметы. В центре пергамента было отверстие, в которое он вставил свечу чёрного воска. В руках он держал бутылочку тёмного стекла. Чёрную свечу он не зажигал. Стоя на коленях, Степан пристально смотрел на свечу и мерно шевелил губами. Из свечи без пламени заструился густой чёрный дымок, как будто загорелся маленький кусочек велосипедной камеры. Дымок против законов физики стал формироваться в облако, напоминающее чернильное пятно, выпущенное осьминогом. Степан не мешкая поднес склянку к облаку. Бутылка завибрировала, и чёрное облако, закручиваясь в маленький смерч, втянулось в сосуд. Степан тут же водрузил стеклянную пробку в горлышко склянки. Его предупреждали, что сущность не может долго жить без тела. Но может сколько угодно находится в сосуде.

Проползав на коленях до глубокой ночи, Степан наполнил все склянки. У него осталось ещё одно дело. Теперь он вернулся к собакам. Те явно были напуганы, жались друг к другу, тряслись всем телом. Степан, не церемонясь, отмотал поводки и чуть ли не волоком потащил щенков в сторону леса. Углубившись в лес, метров на пятьсот, привязал щенков порознь. Перед каждым поставил по флакону. Щенки жались к стволам деревьев, так как поводки лишали их пространства для манёвра. Перегрызть поводки у них также не было возможности. Степан вынул пробку у одного пузырька, потом у следующего. Из склянок маленькими торнадо вылетели чернильные пятна. Зависнув на секунду над своими жертвами, они начали потихоньку наплывать на щенков. Щенки, в свою очередь, не могли не дышать, и когда облачка зависли у самых морд, они инстинктивно втянули носами чернильные пятна. В ту же секунду братья наши меньшие обмякли. Степан быстро снял поводки, отбросил в сторону. Сущности обретали тела.

Степан проводил действия с тёмной сущностью, не боясь стать жертвой. Стать захваченным и превратится в носителя. Стать рабом тёмной силы. Он не боялся по одной простой причине: одно тело не могло хранить в себе двух паразитов. Степан уже был захвачен. Тёмная сущность уже была в нём. И с момента посвящения, как говорили наши предки, в него бес вселился. Но только в нём сидела более изощрённая сущность, которая не изменяла внешний вид своего носителя, а оставляла человеческую оболочку нетронутой, вот только душу выедала напрочь. Она не убивала душу, ведь мы точно знаем, что душа бессмертна. Она её порабощала и запечатывала в теле человека в самый глубокий, тёмный зиндан. И человек становился куклой, управляемый тёмной силой, и избавиться от захватчика было практически невозможно.

Степан наблюдал, как происходит перерождение. Сейчас это были уже не щенки, их тела стали видоизменятся, принимать форму, похожую на уродливых карликов с короткими, мощными задними лапами. Головы остались почти собачьими, только без шерсти, с широкой пастью, больше похожей на пасть гиены. Когда эти две сущности обрели тела и стали двигаться, Степан как заворожённый наблюдал за перерождением и одновременно снимал происходящее на телефон. После того как эти две особи стали шевелится, пытаясь встать, Степан решил поскорей удалится с этого места. Свою миссию он на сегодня выполнил.

Глава 9

Уже ближе к пяти часам дня напарники, сытые, но возбуждённые, вели диалог, точнее сказать, говорил Гуру. Шёпот по большей мере молчал, внимательно слушая и запоминая сказанное. Гуру высказывал версии своих умозаключений, опираясь на собственные знания и те, что выдал ему аналитический отдел. Говорили они спокойно не таясь. В беседке никого кроме агентов не было. Аким после ухи ушёл по своим делам, предоставив гостей в полное распоряжение самим себе. Подслушать приятелей в принципе никто не мог. Специально или нечаянно подойти к ним незамеченным вряд ли кто-либо смог. Вадим бы это услышал, ну или учуял, или, на крайний случай, увидел. Говорили они не громко, но увлечённо. Сказывалось и волнение от понимания опасности, нависшей над обитателями деревни.

Гуру в привычной для себя манере извлекал суть из вороха перелопаченной информации.

– Ты не представляешь, что началось наверху после моего доклада. Со мной, правда, не сразу, но с небольшим интервалом по времени, соизволил связаться наш… – Гуру закатил глаза и пальцем указал в потолок беседки. – Вот такой, блин, уровень. Ну так вот, под все твои описания подходит лишь один персонаж. Правда, со стопроцентной гарантией утверждать не берусь. Я надеюсь, что я всё-таки прав, ибо моя ошибка может нам дорого обойтись. – В ходе разговора Гуру решил промочить горло. Из стоящего на столе термоса плеснул себе, как он думал, чай. Отхлебнул терпкий напиток, посмотрел сначала в чашку, затем уставился на Вадима.

– Это что?

Вадим безучастно ответил:

– Чага, не отвлекайся. Давай дальше.

– Значит, так. Эта тварь, по-другому не назовёшь, в славянской мифологии имеет имя стрыга. У поляков штрыга, у болгар сш… стш… Тьфу. Язык сломаешь, короче, ты меня понял. – Дэн снова отхлебнул терпкий напиток. – Ничего так, первый раз грибы пью, а не ем. – Гуру, конечно же, знал, что такое-чага, что с ней делают и для чего она нужна. И Вадим, чтобы Гуру не увело на биологическую тему, щёлкнул пальцами.

Дэн в очередной раз вытащил взгляд из чашки, продолжил.

– Вот я и говорю, стрыга, довольно мерзкое-существо, питаться плотью и кровью, причём неважно чьей, с голодухи может и лося завалить. Есть у неё, конечно, и предпочтения. И как бы это ни было грустно, предпочитает она детей. Есть у неё, конечно, и слабые стороны, но и сильных хватает. – Гуру провёл пальцем по столу, оставляя воображаемую черту, деля стол на две части. – Начну с того, что она сильна и обладает некоторыми способностями классических вампиров. Правда, в летучую мышь она не превращаться. – Гуру задумался, после короткой паузы продолжил. – Нет, точно, в летучую мышь не превращаться, – ответил он сам своим мыслям. – Но кроме крови и плоти питаться ещё и жизненной энергией человека. В древних описаниях есть описание её жертв, состояние которых очень печально. У человека уходят все эмоции, как будто остаётся одна оболочка, и живёт человек в таком состоянии недолго. Там же сообщаться, что стрыга свою жертву может поджидать или выслеживать в облике совы сипухи. Это я к предмету о перевоплощении. – Вадим оторвал взгляд от столешницы и уставился в лицо напарника. – Не парься ты, я больше чем уверен, что перевоплощение ей не дано. И эта функция её сущности скорее всего надуманна.

– Мне бы твою уверенность, – с недоверием проговорил Шёпот.

– Нельзя верить всему, что написано. Из вероятного: вот быстрая регенерация, скорее всего, да.

– Хорошо, – согласился Шёпот. – А положительная информация для нас есть? – с надеждой спросил охотник.

– Я ж говорю, она как вампир, и она не выносит солнечный свет. Нет, солнце её, конечно, не убивает, но днём ей по-любому приходится где-нибудь прятаться. И до темноты она носа не кажет. Следующий плюс для нас, и причём самый важный, – это то, что убить её можно даже простым оружием. Я имею в виду, серебро не обязательно. – Гуру замолчал.

– Ну, что молчишь, давай дальше выкладывай, – высказывал Шёпот нетерпение.

– Да не молчу я, просто думаю, где она может прятаться в светлое время суток. Всё, что мне удалось по этому вопросу узна… – Вдруг он оборвал себя на полу слове. – Нет, неправильно, начну с начала, а то как-то комкано получится. Начну с того, откуда она вообще берётся. – Денис отхлебнул чай, и его лицо приобрело маску профессора. – Итак, стрыгой становится, как правило, по-настоящему проклятая женщина, – сообщил он, делая акцент на слове «по-настоящему». – И только после смерти обречённая начинает себя проявлять. Второй вариант: также стрыгой может стать ещё при жизни – и по своему желанию – только сильная ведьма. И как гласят древние трактаты. Это я к тому, где она может прятаться, ночевать, то есть дневать: в заброшенных склепах, могилах, пещерах, короче, всё в таком роде и тому подобное. В древние времена, чтобы обезопасить себя и своих соплеменников от предполагаемой угрозы, ведьму, само собой, убивали. Затем её клали в гроб, лицом вниз, предполагая, что если будет выкапываться, то будет рыть не в ту сторону. Применяли и другой способ, например, напротив горла закрепляли серп, и если оно встанет, то уже без головы. Более радикальный способ – голову сразу отсекали и клали ей в ноги, причём тоже лицом вниз. Ну и совсем маловероятный способ: в гроб насыпали семена проса. Считалось, что стрыга пока не сосчитает семена, не вылезет из могилы, а пока считает, то ночь пройдет, и на следующую ночь начнёт всё сначала.

– Ну и какой вывод из всего этого можно сделать? Лично я понял, что опасность людям может грозить только ночью. – Вадим внимательно смотрел на напарника. – Но нам от этого, насколько я понимаю, ненамного легче. Я просто ума не приложу, как малыша уберечь. Ведь эта тварь не отстанет от ребёнка. И караул возле дома мы тоже не поставим.

– Нет, не отстанет. И до темноты нам надо решить эту проблему, – с озабоченным видом сказал Гуру. – Кроме как устроить засаду, я больше вариантов не вижу. Но этот вариант хреновый, он тянет за собой кучу проблем. Самый лучший вариант, это, конечно, чтобы она сама, без чьего-либо участия, взяла да и сдохла. – Гуру заулыбался. – А если серьёзно… Если она появится, то её не уничтожать, а прятать придётся. В противном случае, это уже замолчать не получится. И ты можешь себе представить, что тогда начнться. Нашей канторе придться все свои ресурсы подключать. А о нашей профпригодности вопрос вообще стоять не будет. – У Дэна по спине пробежал холодок, от собственных слов он даже поёжился.

– Я думаю, Ольгу надо привлечь. Наверняка у неё есть мысли по этому вопросу.

– Да, кстати, ты так и не сказал, в одной ли она с нами связке или нет?

– Как, я вроде тебе говорил, что она на нашей стороне. – Вадим задумался. – И с ней нужно как можно быстрее связаться. Только есть проблема, телефона у меня её нет, а она по времени уже должна быть дома.

– Обижаешь, телефон как раз не проблема. – Гуру забарабанил оп клавишам. Через минуту развернул ноутбук, экраном к Вадиму. – Набирай.

Через полчаса Ольга сидела в беседке. Гуру подробно изложил всё, что им было известно. Ольга слушала очень внимательно, не перебивала. И когда Гуру закончил, она высказала свою версию.

– Вчера после визита к Вершининым…

Гуру перебил:

– Это родители малышки?

Ольга кивнула.

– Вчера я своими методами кое-что узнала, что у нас на самом деле появилась тёмная сущность. И самое скверное, что сущность это не одна.

– Здрасьте приехали. – Вадим откинулся назад, да так, что аж затылком приложился о столб беседки.

– Аккуратнее, беседку не сломай, – подколол Дэн напарника.

– Я смотрю, тебе весело. – Шёпот почесал затылок.

– Мальчики, не ссорьтесь. Одну ночь я вам гарантирую, что к дому Вершининых ни одна нечисть не посмеет подойти.

– И как это можно гарантировать? – удивился Гуру.

– Слушай, я ведь не учу вас работать. И плюс ко всему, у меня сегодня ночью было видение.

– Так, и что за видение у тебя было? – не унимался Гуру, который за время работы повидал много, но всё равно оставался скептиком.

– Начальство со мной вчера связалось, – съязвила Ольга. – Так убедительней.

Гуру поднял руки, давая понять, что больше не будет лезть со своими вопросами.

– Вот я и говорю, на одну ночь защиту я гарантировать смогу. Как я понимаю, таким образом вы получаете драгоценное время.

Парни заёрзали, и Вадим многозначительно выдохнул.

– Есть у меня ещё информация, как в давние времена люди обманывали нечисть такого рода. Я не уверена, что это, как вы говорите, стрыга, нечисть – она в принципе вся похожа по своим повадкам. В общем, поступалИтак: делали соломенное чучело, подкладывали в колыбель. Чудище появлялось, особо не церемонясь, утаскивало чучело. А мужики потом с вилами объясняли ей, что детишек нельзя воровать. – Ольга обвела взглядом мужчин. – Ну вот, а теперь думайте, что с этой информацией делать.

– Про чучело можно поподробней? – заинтересовался Шёпот. – У меня мыслишка в голове промелькнула.

– А что чучело? Древние просто не рисковали своими детьми, тогда детская смертность и без того сами знаете какая была. Вот так и ловили нечисть, – удивилась Ольга.

– Нет, это же хорошо, мы тогда тоже можем. Это я к тому, чтобы чучело использовать как приманку. – У Вадима просыпался инстинкт охотника. – Если будет приманка, это в тысячу раз облегчает задачу.

– Да, но ты не забывай, что мы не можем использовать дом Вершининых в качестве лабаза. – Гуру встрял с резонной претензией.

– Конечно, дом, да и саму деревню в плане военных действий я в принципе не рассматриваю, – воодушевлённо продолжал охотник. – Просто я прикинул, если чучело будет пахнуть как ребёнок, наверняка эта тварь по запаху ориентируться, ведь повадки у неё звериные. И тогда получаться, приманку можно применить где угодно. Или я не прав?

– Ну и чем, по-твоему, должен пахнуть ребёнок? – Гуру уставился на Вадима. Потом они оба уставились на Ольгу.

– Эй, что это вы на меня уставились? – немного покраснев, взбунтовалась Ольга. – Я не специалистка по запахам.

– Ну! – с нажимом промычали оба напарника.

– Да ну вас! – возмутилась Ольга. – Если я женщина, значит, я должна знать, как пахнут младенцы? – И сама же ответила на свой вопрос. – А то вы не знаете, что младенцы пахнут грудным молоком.

– Ольга Александровна, а не могли бы вы соблаговолить… – Гуру хотел ещё витиеватей завернуть, но передумал. Ибо это звучало бы как издёвка, а ему нужно было, наоборот, проявить уважение к союзнику. Поэтому он решил перейти на деловой тон общения. – Ну, в общем, я хотел сказать, лучше, чем у вас, это все равно ни у кого не получится. – И тут же высказал абсурдность действий, если этим занялись бы они. – Глупо, если мы с Вадимом припрёмся к Вершининым и озвучим свою просьбу. – Он сделал многозначительную паузу.

– Ну хорошо, какой план у вас есть?

– Это не ко мне, стратег по части охоты – это к нему. – Гуру ткнул пальцем в Вадима.

– Да всё просто, – начал объяснять Шёпот. – Самое главное – это основные действия вынести за пределы видимости простых людей, да и любых людей в принципе. Вы спросите, как это сделать? Да очень просто. Мы устроим пикник с ночёвкой.

– Какой ещё пикник? – Даже Гуру удивился такому плану.

Вадим на ходу стал импровизировать.

– Объясняю для недалёких. Имея приманку, мы устраиваем шумные посиделки в отдалении от деревни, именно с ночёвкой. Вечером активно шумим. Заранее ставим палатки, несколько штук, чтобы была видимость массовости. Когда совсем стемнеет, делаем вид, что все уснули. – Вадим сделал паузу, давая время обдумать сказанное. – Ну а дальше – дело техники. – Шёпот опять замолчал, ожидая критики, или одобрения.

– Допустим. – Ольга серьёзным голосом начала излагать свои мысли. – Если план сработает, и эта тварь клюнет, как вы собираетесь её уничтожить? – Её вопрос был в основном адресован к Вадиму.

– Это будет зависеть от сегодняшней ночи. Сегодня нам, – теперь уже Вадим ткнул пальцем в Дениса, – предстоит хорошенько поработать, расставить видеоловушки по периметру всей деревни. Причём это можно делать в открытую, ибо мы ведь Чупакабру ловим. И нужно нам это для опознания и классификации нечисти, чтобы наша работа была более эффективной. Но меня всё равно беспокоит сегодняшняя ночь. И я думаю, что мне всё же в засаде с оружием посидеть придётся.

– Не переживай, я же говорю, что сегодня малышке ничто не угрожает.

– Так, господа. – Гуру решил, что время обсуждений закончилось и пора переходить к действиям. – Времени у нас на самом деле совсем мало, скоро темнеть начнёт. А одними разговорами много дел не наделаешь, раз уж так сложилось, руководство операции я беру на себя. – Гуру оглядел всех присутствующих. – Ольга, вам я приказывать не могу, но я понял, что вас уговаривать не нужно, вы своё дело знаете. Ну а мы прямо сейчас начнём заниматься расстановкой ловушек. Нам как можно больше нужно знать об объекте нашей ловли. И чем больше информации, тем больше шансов её поймать. У меня всё.

Не сговариваясь, все встали.

– Мальчики, я не прощаюсь. – Ольга продефилировала к выходу.

– Ну, что встал, бери рюкзак, начальник, – явно с издёвкой сказал Шёпот.

Напарники пошли в дом, оборудование лежало на кровати Дэна. Шесть ловушек было загружено в рюкзак. Гуру взял ещё две беспроводные камеры. Также взяли шуруповёрт, саморезы, скотч, провода. Собрав всё необходимое, направились к уазику. У калитки они столкнулись с Акимом.

– О, куда это вы, да ещё с вещами? – поинтересовался лесничий.

– Да поработать надо, Аким Фёдорович. Как говорится, деньги надо зарабатывать.

– Да вы никак в лес собрались, – удивился Аким.

– Нет, в лес мы, конечно, на ночь глядя не поедем. Есть у нас задумка, вот, хотим попробовать.

Вероятно, такой простой ответ устроил Акима. Видя, что парни торопятся, ничего больше спрашивать не стал. А Гуру, наоборот, приостановился и спросил:

– Аким Фёдорович, а не могли бы вы с нами проехаться? Ваше присутствие нам очень бы пригодилось.

– Во как, и в качестве кого?

– Ну как в каком качестве… – Гуру вкратце объяснил, чем они хотят заняться.

Аким постоял, поскрёб бороду. Согласился.

– Да, со мной вам будет сподручнее. Хоть местные от вас шарахаться не будут.

Уазик тронулся с места. Вадим решил начать с дальнего конца деревни. Гуру не возражал. Подъехав к месту, они выбрались из машины, огляделись. Место было неплохое, обзорность была хорошая. Дорога пролегала вдоль крайних домов, огороженных от неё стеной заборов, потом она без перекрёстка поворачивала вглубь деревни. С противоположной стороны, со стороны леса шёл овраг, неглубокий, но довольно крутой. Выбрав на изгибе дороги подходящую берёзу, Гуру с помощью ремешков закрепил видеоловушку.

Пока происходил монтаж оборудования, к ним подбежали местные мальчишки. Шмыгая носами, стали приставать с вопросами:

– Дяденька, а это что? А это зачем? А это для чего?

И, чтобы отогнать местную шантрапу, в череду вопросов вклинился суровый дед Аким

– А ну, мелюзга, брысь отседова, это спецоборудование, специально для вас ставится, если кто из вас где набедокурит, снимки сразу в полицию попадают. – Аким сдвинул брови, напуская на себя суровости, добавил: – И в министерство образования. Ясно вам?

Мелюзга ничего не ответила, и в ту же секунду, поднимая пыль, сквозанула вдоль оврага.

– Аким Фёдорович, как думаете, не упрут? – Гуру с сомнением посмотрел на ловушку.

– Не переживай, никому ваши ловушки не нужны. У меня другой вопрос, кого вы тут запечатлеть хотите? Если только котов местных.

– А это неважно, Аким Фёдорович, нам гигабайты видео нужны для отчёта.

Затратив минут сорок, они расставили остальные видеоловушки. Далее они двигались в поиске установки камер. Проезжая мимо водонапорной башни, Вадим первый заметил выгодное место и тормознул Гуру. УАЗ тут же скрипнул тормозами.

– Смотри, какая интересная постройка. – Шёпот вышел из машины. – Дэн, ну-ка пойдём поглядим на данное сооружение поближе.

Сооружение представляло собой деревянный сруб, высотой метра четыре. Заканчивалось оно двускатной крышей. У основания торчала труба, и рядом с трубой находился прут с кольцом на конце. Вадим подошёл к трубе, потянул кольцо, и в ту же секунду из трубы хлынул поток воды, забрызгав ему обувь и брюки. Вадим тут же толкнул прут обратно.

– Что ты меня позвал, водой побаловаться? – непонимающе спросил его Гуру.

– Я позвал тебя, чтобы ты здесь камеры установил.

– Почему здесь? – напрягся Дэн.

– Просто этот памятник деревянному зодчеству стоит в сотне метров от дома Вершининых. – Вадим подбородком указал в сторону дома.

Денис без слов полез в машину за оборудованием. Аким вылез из машины. Ему тоже стало интересно, что ещё выкинут его гости.

– Аким Фёдорович, а у кого здесь можно лестницу одолжить на пять минут?

– Да ни у кого не надо одалживать. – Аким рукой указал на край торчащей лестницы. – Вон лежит, у стены, специально, чтобы на чердак лазать, там запчасти лежат, прокладки, вентиля запасные да мелочь всякая. – Аким зашёл за сруб, потянул лестницу. Вадим тут же поспешил на помощь.

Видеокамеры Гуру установил быстро, правда, сначала проверил наличие вай-фая. Таковой присутствовал, иначе камеры для них были бы бесполезны.

– Ну вот, вроде бы всё, можно и домой отправляться, – объявил Гуру. – Посмотрим, кто у вас по ночам по деревне бродит.

Трижды хлопнув дверцами, уазик покатил в сторону дома Акима. Гуру опустил солнцезащитный козырёк. Как раз солнце только коснулось горизонта. Через короткий промежуток времени машина стояла на привычном месте возле калитки. Хозяин и постояльцы вновь оккупировали беседку. Самовара на столе не было, а его место занял обыкновенный электрический чайник. Хозяин, разливая чай по чашкам, рассматривал гостей с любопытством.

– Ох, темните вы что-то, братцы, ничего не хотите мне рассказать? – Аким снова прищурил один глаз.

Напарники переглянулись, не зная, что им делать. Вроде бы им не нужна была огласка, но и дурить проницательного Акима у них тоже плохо получалось. Вадим посмотрел на Гуру. Стоит ли им открыться местному старожилу? Без сомнений, Аким был бы им полезен во всех отношениях, такими качествами как жизненный опыт и, самое главное, отличное знание местных угодий. Вадим, не дожидаясь согласия Гуру, решил взять инициативу в свои руки

– Аким Фёдорович, по всему видно, что вы догадываетесь, что мы много вам недоговариваем. – Вадим внимательно смотрел на напарника. – Но поверьте, у нас есть на то причины. – Вадим замялся, как будто решался войти в холодную воду.

– Чего замолчал, сказал а, говори и б. – Аким пристально всматривался в лица гостей.

Теперь продолжить решил Гуру.

– Аким Фёдорович, мы никогда даже не начали бы этот разговор. – Гуру сделал паузу, чтобы Аким понял весомость сказанного. – Но серьёзность происходящего заставляет нас поступать так, как мы поступаем.

– Парни, может, вы не будете тень на плетень наводить, а просто расскажете?

– Хорошо. – Гуру открыл ноутбук, повернул экраном к Акиму. На экране висела заставка: двуглавый орёл с аббревиатурой по кругу КПБСНО.

Аким аж откинулся от экрана.

– Комитет, что ли?

– Не совсем. Нет, комитет, конечно, но не тот, о котором вы подумали. – Гуру развернул компьютер обратно. – Объяснять долго, на это времени просто нет. Я предлагаю, Аким Фёдорович, пока вам побыть в качестве… – он задумался, поскрёб маковку. – В качестве наблюдателя. А как дальше сложится, в общем, выводы будем потом делать. – Пока Денис приоткрывал завесу тайн, Шёпот по своей беззвучной привычке покинул беседку.

Далее, пока Гуру разговаривал с Акимом, к ним в беседку пришла Ольга. Тихонько опустилась на лавку рядом с Гуру и как-то украдкой посмотрела на Акима. Тот, в свою очередь, сдвинул брови, как он умел, сурово и даже немного с обидой заявил:

– Значит, ты всё знала и молчала. Значит, старому Акиму мы уже не доверяем.

– Дед Аким, не обижайся, просто это не только моя тайна была, – Ольга проворковала таким голосом, что на неё обижаться стало решительно невозможно.

Дед Аким сразу оттаял, вернул брови на место. И, чтобы не возвращаться на скользкий путь обид, спросил:

– Во как, а где наш второй постоялец? – и растерянно закрутил головой.

Вместо ответа местные услышали клацанье клавиш ноутбука. Гуру, покопавшись в компьютере, развернул его монитором к подельникам. На дисплее, разделённом двумя картинками, был виден дом Вершининых с разных ракурсов. Правая картинка захватывала и водонапорную башню.

– А вот и наш следопыт. – Гуру кончиком карандаша показал на фигуру, вползающую в лаз на чердаке водонапорной башни.

– Когда это он успел! – Аким с явным удивлением заявил: – Даже калитка не скрипнула. И много у вас таких спецов? – спросил Аким восхищённо, тыча бородой в монитор.

Дэн, внутренне гордясь своим напарником, но не показывая вида, заявил:

– Похожие есть, но такой один. Он вообще не от мира сего. – Поняв, что может сболтнуть лишнего, поправился. – Спецподготовка.

От глядения в монитор более двух часов нервы у Гуру стали сдавать, он стал ёрзать, барабанить пальцами по столу. Акиму же надоело сидеть без дела, он молча удалился в сторону дома, вскоре послышался грохот пустого ведра и обрывки ненормативной лексики. Над крыльцом загорелся свет. Спустя некоторое время Аким вернулся с чайником, из носика которого шёл пар.

– Я понял, кроме как пялиться в монитор, у нас занятий нет, и чтобы скрасить это бестолковое дело, я вот кипятку принёс. – Аким сначала долил кипятку в термос с чагой, подмолодил и заварочный чайник. – Кому что?

А Вадим, прежде чем покинуть напарника и хозяина дома, дождался, когда Аким отвлечётся на разговоры Дэна, незаметно ушёл в дом, быстро переоделся в свой любимый камуфляж, не ради маскировки, а чтобы не завалить цивильное. Да и камуфляж не создавал лишних шуршащих звуков. Ружьё брать не стал, так как стрелять всё равно нельзя, под камуфляж надел портупею для метательных ножей, в которую вложил пару, так, на всякий случай. Взял он ещё фонарик, но не простой, а который можно переключить на ультрафиолетовый диапазон, с длинной волны триста шестьдесят пять – почему-то вспомнились ему эти цифры, когда он убирал его в карман. Вдруг пригодится. На ноги надел простые кроссовки. По привычке попрыгал, остался доволен и тихо удалился в сторону импровизированного лабаза.

Прячась в тени и не попадая в свет фонарей, Вадим добрался до башни минут за десять. Приставил лестницу, вполз на чердак. В нос ему ударила мешанина запахов. Помимо птичьего помёта, резко чувствовался запах разложения. После такого амбре он закрыл рукой не только нос, но и глаза, чего делать не стоило. Пробираясь вглубь чердака, он рукой вляпался во что-то мягкое-и склизкое. Не дыша, чтобы не провоцировать желудок, он открыл глаза. Ему стоило немалых усилий оставить в себе уху. Мысленно взяв себя в руки, сосчитав до трёх, он отбросил кошачий труп в сторону. Стоя на четвереньках и приходя в себя, Шёпот дышал ртом, щадя носовые рецепторы. Ругаясь, мысленно кляня кошку: «Нашла же место, где сдохнуть».

Мысленно матерясь, вдруг охотник расслышал слабый шорох. Слух в данный момент – это единственное, что не протестовало перед запахами. Плюс кольцо, которое стало сильно нагреваться. И это наверняка спасло ему жизнь. После первых шорохов, долетевших до его ушей, он сжался, превратившись в пружину, готовясь к прыжку. В ту же секунду для него исчезли все запахи мира. Невидимый противник допустил грубую ошибку, не прикончив его сразу. Вадим, не теряя драгоценного времени, одной рукой схватил оба ножа, одновременно переворачиваясь на спину. Он не успел коснуться спиной пола, как два обоюдоострых клинка с хрустом вошли во что-то мягкое. Прозвучал то ли рык, то ли клёкот, в мозгу пролетело, слава богу, не громко.

Понимая, что сейчас на него будет нападение, Вадим подогнул ноги, защищая живот. Оружия у него больше не было, чисто машинально он схватил фонарь, который покоился в специальном кармане на бедре. Вадиму оставалось только лупить противника фонарём, как рукояткой пистолета, но не пришлось. Выдёргивая фонарь, он случайно его включил. Не особо яркий луч выхватил быстро приближающуюся оскаленную пасть. После тупого удара в грудь Вадим инстинктивно выпрямил ноги, отбрасывая противника вверх. Одновременно провожая взглядом нечто, летящее через него, Вадим увидел, как это нечто ввинтилось в проём лаза чердака. Лёжа на спине и уставившись в проём, Шёпот уронил ноги в пыль, до его ушей донеслось уже знакомое хлопанье простыней. Вскакивать ему не хотелось. Он просто лежал и смотрел в потолок, разглядывая балки, на которых притаилась его смерть. Правда, в этот раз ему удалось от неё улизнуть. Размышляя над произошедшим, он отметил, что ножей ни в балках, ни в потолке не было. Сделал вывод: с собой забрала. Улыбнулся. Как вдруг до его ушей донёсся выстрел. Вадим резко вскочил и тут же без сознания рухнул обратно в птичий помет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.