# Лиса. Зов Великой Пустыни

Елена Жукова

А предполагалось, что это будут веселые каникулы, но… Все одно к одному, где Лиса – там сплошные загадки. Будто кто-то нашептал. Может это старая Эйнашаз вступила в сговор с непостоянными песками? А может это вовсе не шепот, а зов? Зов Великой Пустыни. И кто знает, к добру ли услышала его Лиса.

Пролог

В комнату в пансионе ее доставил портал Кристиана. Маг и сам хотел отправиться с ней, но она категорично заявила, что справится со всем сама. В голове бродили тревожные мысли, почти безнадежные. Бросив тоскливый взгляд в сторону кровати Миранты, Лиса сжала зубы и сердито вытерла предательские слезы. Все будет хорошо. Она вытащит подругу, Кристиан поможет. Эш поможет. Главное, успеть и не забыть зелье. Лиса достала его из кармана плаща Эша. Жидкость внутри пузырька переливалась и давала надежду. Да, намазать Миранту и лишить ее магии на время было крайним средством, но она готова пойти на это, если не будет другого выхода. Жаль, что нет состава, который блокирует магию изнутри, но хоть что-то.

Быстро раскрыв шкаф подруги и найдя себе подходящий эльфийский наряд, она переоделась и накинула поверх свое старое пальто (его не жалко, как прежнее, оставшееся где-то в келье). Лиса прошлась взглядом по комнате, проверяя не забыла ли чего, а потом шагнула обратно в портал, который Кристиан не стал закрывать, ожидая ее возвращения. Он был удивлен тем, что Лиса оделась по-походному. А когда услышал ее план, то ожидаемо наотрез отказался мчаться и сейчас же вызволять эльфийку.

– Я сказал, только в Храм и обратно, Лиса! – грозно выговаривал Кристиан, пока рядом хлопотала магесса Темпора.

Его плечо было покрыто лечащим составом, так же как и раны Эша. Магесса внимательно следила за восстановлением и, когда ректор дернулся, отвечая Лисе, посмотрела так строго, что он мгновенно принял прежнюю позу, лишь устало выдохнув. Эшу было сложнее участвовать в споре, потому что состав покрывал все его лицо, будто маска. Лиса, даже в мыслях не допускавшая иного варианта, почти с отчаянием обняла себя руками и принялась расхаживать взад-вперед по палате.

– Он же ее там… – она остановилась и не договорила, глотая горький ком. – Ты и сам это прекрасно понимаешь.

Кристиан рыкнул, но трактовать это можно было по-разному. Лиса замолчала, ожидая, когда у него в голове сложатся все факты и он поймет, что бросать Миранту действительно нельзя.

В конце концов, он же ректор. Оставить в беде адептку просто не имеет права.

– Мне нужно поговорить с магистром Вальди, – мрачно сказал Кристиан.

Лиса согласно кивнула.

– Но сейчас уже ночь, Лиса. Разговаривать будем с ней завтра утром.

Она возмущенно вдохнула, чтобы тут же начать спорить, но он взглядом остановил ее. И увидел в ответ такой же упрямый взгляд.

– Открой мне портал, – тихо попросила она. – Или дай указание, чтобы меня перебросили университетским. Хотя бы в Запределье. Я пойду сама. А ты меня нагонишь, когда поговоришь с магистрами.

– Лиса! – попытался прервать ее он.

– Ты не понимаешь! – выкрикнула она, не желая слушать доводы. – Ты не знаешь, каково это – быть в чьем-то полном подчинении! А вся власть сейчас у него. Вся! Понимаешь? И он ненавидит ее. Я видела, своими глазами видела это. Хочешь, чтобы я дала нам время? Это все равно, что подарить его ему! Крис погиб, защищая ее! А что ты предлагаешь мне сейчас делать? Спать?!

Ее голос дрогнул, и на глазах выступили слезы.

– Я пойду с тобой, малышка, – донесся голос Эша сбоку.

Кристиан повернулся к нему так резко, что Лисе показалось, будто она услышала хруст позвонков. Но Эш под грозным взглядом ректора даже клыком не повел. Было неясно, кто окажется сильней в молчаливой борьбе. Еще минута – и в палате лечебницы заискрило бы от напряжения.

– Я могу наложить вам долговременную повязку, асс ректор, но напрягать руку до утра нельзя! – вставила свое слово магесса Темпора. – Я так понимаю, адепт Хшур не боится остаться со шрамом через все лицо?

– Шрамы украшают воина, – спокойно проговорил Эш, не отводя взгляда от ректора.

Кристиан сжал челюсти.

– Кристиан! – прервала Лиса их бессмысленный поединок.

– Хорошо, – сдался он. – Поговорю с магистром сейчас. Но ты отправишься со мной. Это не обсуждается!

С молчаливого дозволения магессы Темпора он встал, подошел к Лисе и отвел волосы от ее лица здоровой рукой. Она прижалась щекой к ладони.

– Не представляешь, как я тебе благодарна. Но тебе лучше поговорить с магистром наедине.

Кристиан вздохнул, окончательно смирившись с ее решением.

– Дождись меня. Я поговорю, и мы отправимся.

Лиса кивнула. Он наклонился и поцеловал ее в макушку, тайком вдыхая запах. Уже перед самым выходом обернулся и строго посмотрел на Эша.

– Доверяю ее тебе до тех пор, пока не вернусь. Но даже думать не смей сдвинуться с места. И ей не позволяй!

Орк так же серьезно кивнул. Лиса же поймала заинтересованный взгляд магессы Темпора.

– Не знаю, что у вас тут происходит, но могу предположить, что нужно пополнить запасы лекарств, – тяжело вздохнув произнесла она, выходя следом за ректором. – И успокоительного чая. На всякий случай.


Часть 1

Глава 1

Лиса мерила шагами палату в лечебнице уже полтора часа. Бодрый настрой, который вначале поддерживал ее, почти иссяк. Конечно, спасать подругу прямо сейчас она не передумала. Но чувство, что еще десять минут в этой тишине, и она свалится, заснув прямо посреди палаты, одолевало ее все сильнее. Эйфория от победы отступила, и природа брала свое. У нее даже возникла мысль, что это и был коварный план Кристиана, вынудить ее саму спокойно заснуть, не дождавшись решения магистров. Однако, хорошо подумав, она решила, что беседы между магистрами не проходят быстро. Особенно после таких событий.

Эш тоже не спал, но по другим причинам. Во-первых, как он сам выразился, уже отоспался. Друг имел в виду, конечно, пребывание без сознания. Во-вторых, Эш намеревался выполнить поручение ректора и, зная характер Лисы, вовсе не был склонен ей доверять. С нее станется договориться с портальщиками и умчаться без них.

Разговор между близкими друзьями никак не мог начаться, хотя назрел уже час назад. Лису тяготило это безмолвие, и она повернулась к Эшу в надежде на то, что он не откажется поговорить с ней.

– Прости меня, – тихо сказала она.

– Что? – переспросил Эш, хмурясь.

Лиса подошла к нему ближе, рассматривая и впрямь приличный шрам через всю щеку. Она уже протянула руку, хотела коснуться бугристой поверхности кожи, но отдернула ее, поняв, что причинит ему боль.

– Прости меня, – повторила она, глядя ему в глаза.

– За что ты снова просишь прощения, Лиса? – все так же хмуро поинтересовался он. – За то, что спасла меня? За то, что бросилась с Мирантой нам на помощь, когда мы, как идиоты, попались на эту наживку? За что?

– За то, что вы попались из-за меня, – она прикрыла лицо руками. Горечь утраты накрыла ее с головой. Плечи девушки дрогнули, и Эш сгреб ее в охапку.

– Ты самый верный друг, о котором я даже не мог мечтать, Лиса, – орк гладил ее большой ручищей по спине, а она никак не могла перестать плакать. – Я все слышал там, в зале. И видел, Лиса. Я знаю, насколько мы все тебе дороги. И знаю, что ты сделала бы все что угодно, только бы всего этого не произошло. Но так распорядилась Светлая Богиня. Крис и Винз мертвы, Эдмонд скорее всего ранен, Миранта в плену. Но я жив. И ректор жив. Все это благодаря тебе. Благодаря тебе, Лиса.

Она затрясла головой, и Эш продолжил:

– Это не ты направляла смертельное заклятие против друзей. Не бери чужую вину на себя.

– Но я была причиной, – простонала Лиса и отстранилась. – Я, понимаешь? Если бы не я, он вообще не стал бы союзничать с этим Раммарином Исом. И Миранта бы не попала в плен, а Крис и Винз были бы все еще живы.

– Хватит, – грозно проревел орк, заставляя Лису удивленно притихнуть.

Еще ни разу Эш не повышал на нее голоса. Орк, помолчав секунду, добавил уже тише:

– Хватит. Давай договоримся. Ты больше не будешь просить у меня прощения, а я не стану больше…

– Что? – поинтересовалась Лиса.

Орк молчал, явно придумывая, чем бы откупиться.

– Не стану больше разделять вас с ректором, – закончил он, довольный тем, что нашел, что именно выставить в качестве уступки.

Лиса обняла Эша за шею, радуясь, что сейчас можно было это сделать, ведь друг сидел, а она стояла рядом. Орк притянул ее к себе и прикрыл глаза.

– Хм, я имел в виду не совсем это, когда говорил, чтобы ты не позволял ей сдвинуться с места, – послышался грозный голос Кристиана.

Лиса тут же обернулась, а Эш с неохотой разжал объятия.

– Зато вы не можете упрекнуть меня в том, что я не держу слово, – в тон ему ответил орк.

Девушка опустила глаза, украдкой улыбаясь их легкому, ничего не значащему соперничеству. Кристиан легко перехватил ее за талию, притягивая к себе. Эш не сдержал улыбку.

– Так какой план? – спросил он, поднимаясь.

Лиса отстранилась от мага, заглядывая ему в глаза.

– Что сказала магистр Вальди?

Кристиан нахмурился, но Лиса уже успела заметить в его глазах лукавую искру.

– Даже не вздумай меня обмануть, – предупреждающе сказала она.

– Хорошо, хорошо. Разве это возможно? – ответил он, уже не пряча улыбку. – Магистр останется за главную, пока я буду отсутствовать. Но отправимся мы на этот раз не одни. Надеюсь, ты чувствуешь себя достаточно виноватой, потому как по твоей вине сюда прибудут сейчас еще три магистра.

Лиса удивленно вскинула брови.

– Кто?

– Магистр Хайте. Она сказала, что стыдно отсиживаться в тепле, когда двое ее адептов находятся в опасности.

Лиса взглянула на Эша и улыбнулась, ловя ответную кривую улыбку орка. Оба представили, как именно сказала это их декан.

– Магистр Альмирель вообще был возмущен тем фактом, что его лучшая первокурсница находится не по своей воле у главы клана темных эльфов, а он не в курсе происходящего, – продолжал перечислять Кристиан. – Поэтому он тоже с нами.

– Хоть я раньше и не слышала, что Миранта лучшая первокурсница, но это наверняка правда. И к тому же говорит о ее скромности. Так кто же третий магистр? Только не говори, что Эйнор!

Лиса нахмурилась. Тревожить пожилого магистра ей вовсе не хотелось. Но Кристиан покачал головой.

– Третьей с нами идет магесса Темпора, – улыбнулся он. – Она сказала, что нам нет доверия, и она не желает перештопывать Эшу лицо, а мне восстанавливать руку.

– Или другие конечности, – закончила за него вошедшая лекарка.

Все трое обернулись к ней, и Лиса, кажется, открыла рот. Привыкшая к белоснежной мантии магессы, она никак не ожидала увидеть ее в походном одеянии коричневого цвета. Оно отдаленно напоминало вещи эльфийского фасона с той лишь разницей, что это все же было платье.

– И да, – многозначительно посмотрела на них в ответ магесса, – успокоительный чай я тоже взяла.

– А чего-нибудь бодрящего у вас не найдется? – с надеждой спросила Лиса.

– Отчего же не найдется? Только откат от этого снадобья будет сильным. Сутки проваляетесь точно.

Магесса Темпора вопросительно посмотрела на девушку, и та покачала головой.

– А насколько хватит его действия?

Лиса посчитала, что в Храм даже с порталами они попадут не раньше, чем через час. А после… Кто знает, что будет после? Рисковать свалиться на сутки в самый нужный момент не хотелось.

– Часов на семь, – подтвердила ее подозрения магесса.

– Тогда не нужно, – решительно отказалась Лиса.

Кристиан развернул ее к себе и заглянул в глаза, выискивая в них что-то такое, что было ведомо лишь ему. Взгляд у него был сосредоточенный. В конце концов, он сдался и заговорил.

– Если я увижу, что ты уже спотыкаешься от усталости, тут же отправлю обратно, – строго сказал он тоном ректора.

– Слушаюсь, асс ректор, – не сдержалась Лиса, делая совершенно наивные глаза, но уже через мгновение посерьезнела. – Как будем вызволять Миранту?

– Официальный протест я уже направил. В нем требование о возврате адептки Эль под опеку Университета. Жениться на ней и нарушить правила Университета он не сможет. Да и вряд ли захочет.

– Но мы же и не этого опасаемся, – расстроенно протянула Лиса.

– Знаю. И все же это нужно было сделать.

Лиса нетерпеливо оглянулась на дверь, но магистров видно не было. Кристиан успокаивающе похлопал ее по руке и взял у магессы Темпора чашку с ранозаживляющим отваром, Эш уже получил такую же и теперь слушал ректора, потягивая терпкий напиток. Ректор продолжил:

– Пойми, мы должны действовать в рамках законов Империи. Иначе нельзя.

Лиса вздохнула, она понимала, что он прав.

– Раммарин Ис ни на кого не нападал. Он всего лишь стоял лагерем около Храма.

– Нападал, – вклинился в разговор Эш, и все удивленно на него посмотрели. – Его отряд преследовал нас до монастыря. И в седле Лисы до сих пор должна торчать стрела. Жаль, что оно осталось в монастыре.

Кристиан задумался.

– Да, это можно использовать, но только при условии магического считывания памяти, – он кивал, рассуждая. – В любом случае, вы оба слишком опасны для них.

Он посмотрел на Лису и Эша.

– Но тогда и ты тоже опасен, ведь в твоей памяти есть доказательство, что они первыми напали на том плато, – резонно возразила девушка. – Что толку рассуждать об этом? Это все официальные пути. Он мог уже сто раз применить к Миранте заклятие подчинения, и она даже под присягой Императору скажет, что добровольно согласилась погостить у Раммарина.

– Можно просмотреть и ее память, – предложил Эш.

Все трое задумались об одном и том же. Раммарин не выпустит Миранту, зная, что ее воспоминания могут использовать против него. Он скорее убьет ее или подстроит несчастный случай, чем отдаст им в руки. В крайнем случае закроет понадежнее, подальше от чужих глаз.

Лиса взглянула на Кристиана.

– Ты знаешь, что нужно это сделать, – сказала она. – Я не оставлю ее этому мерзавцу. Ни за что.

Он тяжело размышлял, не сводя с нее напряженного взгляда.

– Нужно найти повод, чтобы они официально нас пустили на территорию клана, – сказал маг.

– И? – возмутилась Лиса. – Что нам это даст?

Не успели они закончить разговор, как перед ними открылся портал, и из него вышли оба магистра.

– Магистр Хайте, магистр Альмирель, я рад, что вы присоединились к нам, – приветствовал их Кристиан, оставляя вопрос Лисы без ответа.

Девушка взглянула на декана факультета Огня и замерла, когда та, улыбаясь, вынула руку из глубокого кармана плаща.

– Янка! – выкрикнула Лиса, протягивая руки к бегущей к ней со всех ног саламандре. – Яночка, родная моя.

Та огненным вихрем пронеслась по палате и сказу же, как коснулась руки Лисы, растворилась в ней, не встретив никаких препятствий, будто ничего не произошло. Будто не было ни этих страшных минут расставания, ни трогательного, режущего душу прощания. Слезы радости и облегчения выступили на глазах девушки. Она благодарно улыбнулась магистру Хайте.

Ее тут же окутало родным теплом и ощущением бескрайнего счастья, которое исходило от саламандры. Лиса отошла к окну, оставляя магистров за спиной, и прислушалась. Янка, правда, ругалась – страшно и заливисто. Тараторила так, что невозможно было вставить даже слово.

– …ни разу даже не слышала о таком! Чтобы я, фамильяр, и не разделила участь своего хозяина! Ты лишила меня смысла существования! Подумать только, у всех хозяева как хозяева. Чуть что не так, сразу фамильяра зовут. А у меня просто недоразумение ходячее. Если любит – так сразу под нож. Если связана – отпускает. А если дружит…

Янка замолчала на полуслове и, кажется, решила всплакнуть. Лиса будто сама слезами умылась. Теплая рука Эша легла на плечо, успокаивая. Пришлось некрасиво шмыгнуть носом.

– Поздороваться-то дашь? – спросил он. – Я тоже соскучился.

Лиса протянула Эшу ладонь, с которой соскочила ящерка.

– И даже не думай сбежать, – услышала она вредный голосок. – Я ненадолго, с моим любимым Эшиком посижу, на тебя пожалуюсь.

«Хорошо, что он ее не слышит, – подумалось Лисе. – А то уже давно бы спелись».

Она вернулась к Кристиану, а Эш с Янкой на руке встал за ее спиной. Магистры спорили и ни в чем не могли прийти к общему решению. Единственное, с чем согласились все – необходимо начать с Храма. Версии того, что делать дальше, разнились. Кристиан предлагал перенестись к родным Миранты и выступить уже от их лица. Магистр Альмирель убеждал действовать сразу из монастыря, но тихо и не привлекая внимания. Магистр Хайте ратовала за честную схватку, мол, правда всегда на стороне победителей. И все трое вновь сходились на том, что нужно одобрение Императора. Одно его слово – и Раммарин лишится власти. Но до Императора далеко, а для Миранты каждая минута на счету.

Лисе ужасно хотелось спросить Кристиана, не может ли тот обратиться к Императору с личной просьбой: все-таки Кристиан был не рядовым магом. Но как тут спросишь, если неизвестно, знают ли магистры о том, кто числится у них ректором? Поэтому она просто молчала, дожидаясь момента, пока они смогут поговорить с глазу на глаз.

Магесса Темпора принесла солидный саквояж, применив артефакт, как был когда-то давно у Лисы. Весь ее вид говорил о том, что она готова к походу, в какую бы часть Империи он ни завел.

Кристиан обвел всех взглядом, убеждаясь в готовности, и принялся настраивать портал. Магистр Хайте помогла расширить поверхность. Первым в темную дымку шагнул магистр Альмирель, после него – магесса Темпора, потом Эш, следом Лиса. Кристиан пропустил вперед магистра Хайте и закрыл за собой арку.


Глава 2

Портал Кристиана вывел их прямо на первый этаж Храма, в женскую его половину. Лиса старалась не думать о худшем, но вид каменных стен заставил ее сердце сжаться, а в горле тут же встал ком.

Она повернулась в сторону лестницы, ведущей вниз, и застыла, будто увидев призрак прошлого. Слезы застили глаза, погружая зал в туман. Всего несколько дней назад они с ребятами шли по этому залу, возвращаясь от возрожденного Источника. И все они были счастливы. Смеялись. Миранта хохотала, когда приглаживала наэлектризованные волосы Лисы. Риз тянул ее за руку, отвоевывая у подруги. Эш весело хмыкал, глядя, как Кристиан сердится на Лису, которая тепло смотрит на орка и ребят, почти не глядя на мага. Они были все вместе. А теперь от их компании осталась только половина.

Эш обернулся к Лисе. На его лице читалась такая же застывшая боль. Янка дернулась, решая, с кем остаться, но все же выбрала Эша, заметив приближающегося сзади ректора.

Лиса протянула руку и погладила друга по спине, показывая, что она тоже разделяет его чувства. Эш шумно выдохнул и прикрыл глаза. Ящерка взобралась по его руке и прильнула к щеке.

Кристиан подождал немного, пока друзья отдадут дань скорби, и лишь после этого нежно тронул Лису за руку, чтобы она повернулась. А когда встретился с ее увлажненным взглядом, почувствовал, как ее боль отражается в нем самом.

– Мы найдем и заберем ее, – сказал он, принимая Лису в объятия. – Обещаю.

– Думаю, покои настоятельницы наверху, – проговорил магистр Альмирель, направляясь к лестнице.

Лиса потерла глаза и, отстранившись от Кристиана, кивнула.

– Да, в конце коридора, – сказала она хрипло и пошла вслед за эльфом. – Как считаешь, к Таланиэль уже вернулся голос?

Маг, которому и предназначался вопрос, кивнул.

– Мне только не нравится здешняя тишина и пустота, – произнес он, оглядываясь.

Лиса подошла к лестнице, взглянула на марш, который вел вниз, задержалась на мгновение, почувствовав какое-то непонятное стремление, но решила, что к Источнику она еще успеет попасть, и все же направилась наверх.

– Даже Исадиль не видно, – заметила она, оборачиваясь к Эшу, шагающему прямо за ней. – Обычно она приветствует всех входящих.

Эш хмуро посмотрел наверх, предчувствуя тяжелый разговор с настоятельницей. После ее обмана орк перестал ей доверять. Янка сидела у него на плече с таким видом, будто это она его ведет, а не наоборот.

В коридоре царила та же давящая тишина, как и в зале внизу. Храм будто вымер. Кристиан беспокойно оглянулся, проверяя дальние коридоры. Магистр Альмирель кивком указал остальным на комнату, вежливо постучал и лишь после этого открыл дверь.

Комната настоятельницы была пуста. Окно распахнуто настежь, хозяйствовал ветер с долины, кружил по полу какие-то бумаги.

Магистр Альмирель захлопнул окно и остановил эту круговерть.

– Куда же они ушли? – проговорила Лиса, чувствуя, как тревога нарастает.

Поддавшись порыву, она выдернула руку из ладони Кристиана и, толкнув Эша плечом, понеслась к лестнице, вниз, чуть не промахиваясь ногами мимо ступенек.

– Лиса! – несся ей вслед голос Кристиана.

Вместе с Эшем они, опережая друг друга, спускались за ней. А сама Лиса не могла дождаться, когда эта бесконечная лестница, наконец, закончится.

Магистр Хайте и магесса Темпора остались на первом этаже в зале и только проводили их удивленными взглядами.

Нижний зал встретил Лису множеством глаз. На фоне слышалось легкое гудение, которое отражалось от стен. Однако все люди безмолвствовали.

В глаза бросилась сухопарая фигура настоятельницы, застывшая у колодца. Руки ее были опущены внутрь, и хотя Лиса не видела, она точно знала, что их поглотила черная жидкость. Настоятельница ждала ответа от Проводника, закрыв глаза. Исадиль тенью застыла за спиной Таланиэль, а вокруг них на коленях расположились все служители Храма. Даже охрана была здесь. И все собравшиеся эльфы вдруг посмотрели на вошедшую девушку с какой-то непонятной надеждой. Лиса даже шагнула назад, испугавшись.

Кристиан и Эш нагнали Лису и остановились за ее спиной. Янка тут же нырнула ей в руку.

«Опять без меня собралась?» – послышалось ее ворчание.

– Что происходит? – громко спросила Лиса. – Исадиль!

Помощница настоятельницы обернулась к ней, и в глазах ее отразилось облегчение.

– Лиса! – воскликнула она, лавируя меж коленопреклоненных храмников. – Светлая Богиня не оставила нас, она все же прислала тебя. Это настоящее чудо, Лиса!

– Что происходит? – повторил вопрос Кристиан, выступая вперед. – При чем тут Лиса?

– Как же? – Исадиль посмотрела на мага как на несмышленыша. – Она же вернула нам Источник. Значит, и теперь поможет.

Кристиан, все еще не понимая, смотрел на помощницу настоятельницы.

– Я не одна его возвращала, – уточнила Лиса.

Она покосилась на кристалл, висящий в воздухе. На мгновение ей показалось, что Источник потух. Нет, его мерцание было ничуть не меньше, но сам кристалл из прозрачного стал мутным. Она присмотрелась. Свет слепил глаза, поэтому было почти невозможно рассмотреть то, что было внутри Источника. Лишь на несколько мгновений сияние затухло, и тут Лиса увидела.

Все еще не веря своим глазам, она вскрикнула:

– Вы видите? Видите? – обходя непонимающего Кристиана, она сделала пару шагов к Источнику. Фигура Риза мелькнула внутри кристалла. Лиса обернулась к Эшу и Кристиану.

Эш воодушевленно кивнул. Кристиан же долго рассматривал Источник, но потом отрицательно покачал головой.

– Вы не сможете ничего увидеть, – неожиданно сказала Исадиль. – Источник не питался вашей магией. Настоятельница видит это только через Проводника.

– Да расскажите же все по порядку, – раздраженно сказал Кристиан.

– Как у вас тут интересно, – восхищенно произнес вошедший магистр Альмирель.

Показавшаяся из-за его плеча магистр Хайте изумленно уставилась на коленопреклоненных.

– По какому случаю праздник? – спросила она.

– Вот, ждем объяснений, – буркнул ректор. – И желательно внятных.

Исадиль протянула руку к Источнику, приглашая ступать за ней, и Лиса тут же пошла следом. Они с Эшем сами уже шли, рассматривая фигуру Риза на фоне света Источника. Их друг завис в центре кристалла, загораживая собой его внутренний свет. Вблизи молодого человека можно было рассмотреть лучше. Глаза Риза были закрыты, как будто он спал. Лиса обернулась к Исадиль.

– Рассказывайте же, наконец, – нетерпеливо сказала она. – Как это произошло?

– Простите, но я не понимаю, что именно, – магистр Альмирель так же, как и все остальные, кроме Лисы, Эша и настоятельницы, не видел скрытого внутри кристалла Риза.

– Там, внутри кристалла, наш друг, адепт Риз, – пояснила Лиса.

– Риз? – магистр Хайте потеснила коллегу, разглядывая Источник. – Вы уверены, Лиса? Я ничего не вижу, кроме яркого света.

Эльфийка и впрямь щурилась, прикрывала глаза ладонью, пытаясь увидеть то, о чем говорили ее адепты.

– Я уверена, магистр.

Лиса вновь посмотрела на Исадиль. Но та, не дожидаясь очередного вопроса, сама начала рассказывать.

– Мы с Таланиэль наблюдали за вашей битвой из окна, – она указала пальцем наверх, где была комната настоятельницы. – И видели, как упал молодой нир. Видели, как забрали маленькую Миру и вас, Лиса. Вы же, нир, держались дольше всех.

Она посмотрела на Эша. Лиса взглянула на него удивленно.

– Ваш друг очнулся почти сразу, как только вас понесли к порталу. Он не смог помешать им, но смело рвался вслед за вами. Думаю, Раммарин после этого не досчитается еще четверых своих воинов.

Лиса с благодарностью посмотрела на него. Верный друг и сейчас скромничал, занижая свои заслуги.

– Что было дальше? – спросил Эш, скрывая за строгостью неловкость.

– Дальше? Дальше Раммарин уехал, в портале исчез тот, другой, и забирал с собой вас, Лиса, и вашего друга.

– Эша Хшура, – уточнила девушка. Ей хотелось, чтобы об Эше рассказывали, как о храбром воине, а не просто как о ее друге.

– Эша Хшура, – повторила Исадиль, запоминая. – Остались в долине лишь раненые и убитые. Мы поспешили на помощь выжившим и забрали для проведения обряда тех, кого уже не вернешь. Раненых было двое – один из них Эдмонд. Ранение у него было непростое, но, к счастью, в Храме есть лекари, они помогли ему. Но Риз и Винз Ферраль уже были мертвы, когда мы прибыли.

– А как же… – Лиса кивнула на кристалл.

– Обряд прощания всегда проходит здесь, в этом зале. Мы обращаемся к Светлой Богине с просьбой позаботиться о мертвых. Но стоило нам положить Риза в этом зале, как началось нечто, чему у нас нет объяснения до сих пор. Потолок вдруг загудел и пришел в движение. Он как будто закрутился вокруг Источника, и тот засветился в пять раз ярче, чем был до этого. Настоятельница велела всем покинуть зал. Мы вернулись лишь утром, когда гула уже не было. Но, вернувшись, не обнаружили тел. Ни Риза, ни Винза не было. А Источник стал светить с перебоями. Настоятельница попросила у Проводника помощи, и тот указал ей путь. Пока она остается там, у колодца и удерживает видение, мертвые не уходят.

– Он жив?! – Лиса не выдержала и шагнула еще ближе к кристаллу. – Там, внутри, Крис жив?

– Настоятельница говорит, что да, – кивнула Исадиль.

Лиса обернулась к Кристиану. Он хотел предупредить ее, что пустые ожидания не принесут ничего, кроме разочарования. Но надежда уже светилась в ее глазах.

– Ты знаешь, как вернуть его к нам? – спросила она у Кристиана.

– Это не первый, Источник, который я встречал, но я ни разу не видел, чтобы он поглощал кого бы то ни было.

Лиса задумалась. Может, Источник принял Криса потому, что его магия была частью самого Источника?

Она спросила об этом магистра Альмирель, и он счел ее версию верной.

– Я уже общалась с Проводником. Настоятельница делает это и сейчас, конечно. Но она лишь воспринимает посланные им образы. Может, если я попробую поговорить с ним, он расскажет, как освободить Риза?

Магистр Хайте кивнула.

– Пожалуй. Если это удалось в прошлый раз, кто знает, может удастся и сейчас.

– Только… – Лиса замялась. – На это нужно время. А мы пришли сюда с другой целью.

Она посмотрела на Кристиана. Тот сжал губы.

– Я оставлю тебя здесь, – сказал он.

– И все же адептка Варрама права, – возразил магистр Альмирель. – Мою подопечную нужно вызволять, а это, хм, событие задержит нас.

– Я останусь с Лисой, – сказал Эш.

Кристиан недобро взглянул на него.

– А где Эдмонд? – спросила Лиса у Исадиль.

Помощница удивилась:

– Мы отправили его домой. Он и сам рвался. Стоило чуть подлечить рану, как он взял своего коня и уехал.

Кристиан сказал что-то себе под нос – явно неприличное.

– Нужно срочно связаться с Эдмондом. Как бы дров не наломал сгоряча, – сказал он магистру Альмирель и, повернувшись к Исадиль, спросил: – Когда именно он отбыл домой?

– Позавчера, – коротко ответила она, теряя интерес к магу и сосредоточившись на Лисе. – Нужно обязательно связаться с Источником. Эти мерцания не могут означать ничего хорошего. И настоятельница… – Боюсь, она не продержится долго. Поддержка видения забирает очень много сил.


Лиса разрывалась на части: спасать Миранту или оставаться здесь? Она снова посмотрела на Кристиана.

– Мы идем, Лиса, – сказал он обреченно. – А ты… оставайся здесь с адептом Хшуром. Магессу Темпора я попрошу тоже остаться с вами.

Конечно, это было рискованно, но еще опаснее – вступать в схватку с воинами Раммарина. Кристиан выбрал меньшее зло. Расстаться с ней сейчас, когда внутри еще живо отчаяние, было невыносимо. И все же он отпустил ее, сжавшись внутри от боли.

– Нет, так не пойдет, – покачала головой Лиса. – У меня не останется возможности присоединиться к вам после.

– О чем ты говоришь? – не выдержал ректор. – Что значит после? Ты останешься здесь. Думаешь, твои силы бесконечны? Подаренная возрождением энергия вечна? Боюсь, что после Источника ты выдохнешься. А я не могу допустить твоего выгорания. Потому что знаю, как это бывает. И что бывает с магами после этого, тоже знаю. Поэтому и оставляю с тобой магессу Темпора!

– Асс ректор, – аккуратно вмешалась магистр Хайте. – Есть выход и из этой ситуации. Возьмите с собой адепта Хшура. Он вполне стабилен, ему лишь требуется руководство. Я останусь здесь. Думаю, мне можно доверить мою же подопечную. Если я увижу признаки усталости, я сама приму решение. А если нам нужно будет получить вашу помощь, то моих умений в портальной магии достаточно для перехода. Мне лишь будут нужны координаты.

Кристиан задумался, а Лиса затаила дыхание. Эш недовольно выдохнул, не желая оставлять подругу, но в итоге согласился с тем, что так будет лучше.

– Решено, – постановил ректор. – Лиса, магистр Хайте и магесса Темпора остаются. С остальными я пойду наверх. Оттуда легче строить портал.

Магистр Хайте кивнула и зашагала за Исадиль в сторону колодца. По пути она с интересом рассматривала молящихся. Казалось, ни появление путников, ни их споры не дошли до слуха храмников. Они так же, как и до этого, прикрыв глаза, истово шевелили губами, из которых не раздавалось ни звука.

Магистр Альмирель направился к выходу из зала.

Кристиан и Лиса переглянулись.

– Будь осторожен.

– Будь осторожна.

Слова прозвучали в унисон и на мгновение ослабили тревогу обоих.

Эш обошел Лису, быстро кладя руку ей на плечо.

– Эш, – позвала она.

Орк обернулся. Она криво улыбнулась.

– Уйдешь, ничего не сказав?

Эш охнул от того, как неожиданно крепко она сжала его в объятиях. Он тепло улыбнулся и обнял ее в ответ, отчего Кристиан посмурнел еще больше.

– Увидишь Миранту первым, передай, что я скоро буду, – сказала Лиса.

– Передам, малышка. Обещаю, – пробасил орк и, демонстративно взглянув на мрачного ректора, направился вслед за магистром Альмирелем.

– Не хочу с тобой прощаться, – сказала Лиса Кристиану, опуская голову.

Он протянул руку и нежно коснулся ее подбородка, заставляя посмотреть ему в глаза.

– С Эшем, значит, хочешь, а со мной нет?

По его глазам она поняла, что это все не всерьез, и поддержала его игру.

– С тобой я всегда прощаюсь, будто навсегда. Это тяжело.

Он притянул ее к себе. Плевать, что вокруг толпа людей, плевать, что это Храм. Разве любовь не столь же священна, как вера?

– В этот раз все будет по-другому, – сказал он то, что она так хотела сейчас услышать.

– Я догоню тебя, где бы ты ни был, – пообещала она.

– И заставишь жениться? – напомнил он ей прежний разговор.

Лиса фыркнула ему прямо в шею. Она пыталась надышаться им на время разлуки.

– Ты безнадежен в этом плане. Да и я слишком недоступна.

Кристиан тепло улыбнулся. Но воспоминание об улыбке на лице орка сбило все его мысли.

– Я вернусь за тобой, – сказал он, целуя ее в макушку. – Ты все, что у меня есть.

Она подняла на него взгляд и чуть отстранилась. В глубине ее глаз мелькнуло лукавство.

– Поспорим, что я первая найду тебя?

Она тут же оказалась прижатой к его груди.

– Только попробуй, – ответил он, легко целуя ее в кончик носа.

Хотелось получить настоящий поцелуй, но для этого было не время и не место. Лиса с сожалением отодвинулась вновь. Ее взгляд на миг утонул в его глазах, а уже в следующее мгновение ей только и оставалось, что провожать фигуру мага, пока тот не скрылся из виду.


Глава 3

– Не скажешь, как собираешься это делать? – магистр Хайте встала рядом с Лисой и тоже задумчиво уставилась на кристалл, глядя из-под руки.

Лиса уже, конечно, предполагала, с чего начать, только вот о том, что произойдет дальше, не имела ни малейшего понятия.

– Начну с медитации, – сказала она со вздохом. – В прошлый раз мы медитировали все вместе, и все получилось. А вот получится ли сейчас, не знаю.

Она посмотрела на декана. Эльфийка задумалась на целых полминуты. Потом так же, как Лиса, вздохнула.

– Тогда и я с тобой помедитирую, – сказала она и хитро улыбнулась. – Как считаешь, нам действительно нужен весь этот храмовый хор?

Лиса понимающе покачала головой.

– А раз так, то…

Преподавательница махнула рукой, привлекая внимание Исадиль.

– Уважаемая, – позвала магистр. – Не могли бы вы разогнать к демонам вашу…, хм, дружную молящуюся братию?

Грубость, прозвучавшая в Храме, была пропущена мимо ушей, но вот поминание «демона» не прошло даром. Оказалось, что уши молящихся вовсе не были закрыты. По залу волной прошелестели возмущенные шепотки. Исадиль мудро рассудила, что не стоит вступать в спор, и обратилась с просьбой перенести молитвы в верхний зал, дабы Светлая Богиня лучше их расслышала.

Лиса попыталась сделать такой же безразличный вид, как у магистра Хайте, пропуская мимо себя служителей храма. Но у эльфийки выходило это не в пример лучше.

В опустевшем зале, по крайней мере, стало намного легче дышать. Лиса устроилась, как и прежде, на полу, только на этот раз она выбрала место прямо под кристаллом. Магистр Хайте села напротив и подмигнула ученице.

– Ну, что, устроим Источнику веселую жизнь?

Улыбка тронула губы девушки. Она закрыла глаза и выпустила Янку охранять зал. «Устроим», – в этом она не сомневалась.

На этот раз не было привычной поляны, и собственная магия Лисы внутри Источника позвала ее сама. Это и впрямь было похоже на зов, такой яркий и лучистый, что вызывал непреодолимое желание раствориться в нем. Показалось, что неясный гул, наполнявший зал, уменьшился до ровного, размеренного гудения. И источником этого гудения был Крис.

Лиса поднялась с пола и подошла к другу. Тело магистра Хайте так и осталось сидеть в позе для медитации. Значит, у нее не вышло попасть сюда. Значит, права была Исадиль, говоря, что Источник принимает лишь тех, чья магия присутствует в нем.

Тело задиры находилось посреди зала. Видимо, душа Риза так и осталась там, где служители Храма положили его тело. Он лежал прямо перед Лисой и, закрыв глаза, издавал гул и распространял вокруг себя легкое свечение. Было немного странно видеть Риза столь серьезным.

Девушка протянула руку и дотронулась до него. Она почувствовала легкую, но непрерывную вибрацию в теле друга, а его сияние охватило и ее запястье. Пальцев коснулся холод.

– Риз, – с надеждой в голосе позвала она. – Крис, очнись!

Она потрясла друга за плечо. Но Риз не приходил в сознание. Его голова качнулась на бок и как будто повернулась к Лисе. Глупо было надеяться, что просто возьмет и очнется. Она вдруг почувствовала себя наивной маленькой девочкой, которая надеется на чудо. Тряхнув головой и насупившись, девушка посмотрела на обращенное к ней лицо задиры. Что же делать? Вот она, вот Крис. Неужели она бессильна заставить его очнуться?

– Проводник! – позвала она, подняв голову.

– Добрый день, Лиса, – послышался знакомый ровный голос. – Я рад приветствовать тебя снова.

Она не могла определить, откуда исходит голос, но вежливо поздоровалась.

– Как мой друг попал сюда? – спросила она у Проводника в надежде на то, что он знает ответы на ее вопросы.

– Он всегда был здесь.

Ничего не значащий ответ заставил Лису с раздражением вспомнить, что Проводник никогда не отвечает прямо. Но в его ответах всегда есть смысл.

– Что это значит? – терпеливо переспросила она.

– Ваши магии вместе призвали Источник. Они стали его частью. Теперь и он часть вас.

Лиса задумалась. Наконец, она отважилась спросить прямо:

– Крис жив? Или Источник принял его навсегда?

Она с надеждой посмотрела на тело Риза.

– Если под смертью понимать гибель физической оболочки, то Кристиан Риз мертв. Его тело больше неспособно к жизни, – сухо ответил Проводник.

Лиса, проклиная страсть собеседника к размытым суждениям, задумалась. Означают ли эти слова, что душа Криса жива, а его магия никуда не делась, и пострадало только тело? Кристалл забирает душу и магию, но кто знает, что делает с физической частью человека. Возможно, она сможет вернуть друга, если попробует вдохнуть в его тело душу?

– Верно, – в голосе Проводника послышалось одобрение, что удивило Лису, ведь обычно он был безэмоционален.

– Как мне это сделать? – она подняла голову наверх, обращаясь к невольному помощнику.

– Феникс спрашивает у меня, как возродить человека? – вопросом на вопрос ответил он.

Лиса вздохнула. Если бы она знала, как фениксы могут воскрешать, наверняка не спрашивала бы.

– Суть феникса в его крови. Она – источник вечной жизни, – смилостивился собеседник.

Лиса посмотрела на Риза. Тело его не было искалечено ранами. Верно, ведь Лир метнул в него заклинание, от этого Риз и погиб. Ее волновал вопрос, имеет ли она право оживить человека, если Светлая Богиня решила, что его жизненная нить должна прерваться, но лишаться друга она не собиралась. Какими бы ни были планы Светлой Богини на этого несносного задиру, у нее другая точка зрения.

– Светлая Богиня забирает тех, чей путь окончен, – подсказал Проводник. – И уводит за собой. Твой друг остался здесь, значит, у него иная стезя.

– Ты посланник Светлой Богини, верно? – уточнила Лиса.

– Верно, – согласился Проводник.

– Значит, ты знаешь, зачем ей оставлять Риза здесь?

– Конечно, – ответил он, не сомневаясь в собственной правоте.

– Значит, Риз должен выжить. Но для чего? – осторожно поинтересовалась она.

– У каждого существа есть свое предназначение. Замысел Светлой Богини недоступен живущим, лишь обретшие успокоение в ее Чертогах могут познать истину.

Лиса с горечью подумала, что это нисколько ей не помогло и вновь посмотрела на друга.

– А почему он дрожит? – спросила она.

– Источник поддерживает в его теле жизнь, прогоняет кровь по привычному пути. Чтобы это сделать, он заряжает его сердце магией. От этого и вибрация. Гул и свечение тоже.

– Так как мне помочь ему? – воскликнула Лиса, сердясь на то, что Проводник говорит обо всем, кроме самого главного.

– Только от тебя зависит, как ты это сделаешь.

Очередная бесполезная фраза вывела ее из равновесия и заставила замолчать.

Кровь феникса лечит. Она что, должна напоить его своей кровью? Бред какой-то. Она должна сделать так, чтобы ее кровь соединилась с его кровью. И запустить эту смесь по его телу. Но как это сделать?

Нужно было что-то острое. Лиса огляделась, отмечая, насколько бесполезны были сейчас все предметы в зале. У нее самой тоже ничего подобного не было. Она резко обернулась. Магистр Хайте! У той уж точно должен быть какой-нибудь ножик. Она эльфийка и наверняка имеет в запасе парные кривые эльфийские кинжалы или что-то вроде этого.

Она подошла к застывшей фигуре магистра и взглядом прошлась по ее одежде: плащ, туника, штаны, сапоги. Может, под плащом спрятаны ножны? Лиса протянула руку, но не успела она проверить свою теорию, как ее рука прошла сквозь тело преподавателя. Фигура магистра была нематериальной в этом месте.

Вернувшись к Ризу, она опустилась на колени и принялась думать. Должен же быть другой способ. Она посмотрела на друга. Дотронулась до его плеча и ощутила прежнюю вибрацию. Должен быть способ. Должен. Пальцы ее сжали плащ на плече Риза. Риз! Она ведь ощущала его тело. Он-то не эфемерен. Он настоящий! Значит, нужно поискать на нем. Лиса принялась похлопывать по телу друга. Плащ пуст, ремней, поддерживающих наплечные кинжалы, нет. Должен же быть у него один, хоть один кинжал. Он же сражаться шел. Не мог он идти без оружия. Когда говорили об оружии, он выбрал… эльфийский меч. Она понуро вздохнула. Да уж, меча тут точно не было. Она вдруг вспомнила про метательные кинжалы и бесцеремонно перевернула задиру, мысленно прося у него прощения. Маленький кинжал был воткнут за пояс. Лиса даже перестала дышать на мгновение, трепетно вынимая его из чехла.

Она перевернула друга обратно, взглянула на свою ладонь и резко провела по ней ножом. Тело отреагировало не сразу. Лиса почувствовала боль лишь тогда, когда торопливо рассекала ладонь Риза. Она крепко сжала руку задиры своей и начала ждать. Ничего не происходило. Риз не реагировал. Ранка саднила, обе ладони уже целиком покрылись кровью, но Лиса не обращала на это никакого внимания. Она не сдавалась, продолжая думать. Нужно не просто смешать кровь, но и заставить ее течь в тело Риза. Сосредоточившись, девушка прикрыла глаза. Ее кровь послушно двинулась от локтя, вытекала через рану. Лиса разжала ладонь, и красная жидкость, будто маленькая змейка, потекла в рассеченную ладонь задиры.

Она отрезала от плаща клок, быстро замотала место пореза и замерла.

Сколько прошло времени – минута, две – Лиса не знала. Только вдруг показалось, что гул исчез. Она пригляделась: свечение тоже погасло. Маг все еще был бледен, но это и понятно. Она дотронулась до руки Риза и не ощутила вибрацию. Девушка перевела взгляд на грудь задиры и затихла, чтобы ни с чем не спутать вздох Риза. Мгновения казались бесконечными, и вот – облегчение. Он дышит! Радость заполнила ее всю. Ей удалось.

Лиса перевела радостный взгляд на его лицо, заметила дрогнувшие веки и отодвинулась, чтобы дать ему пространство. Риз мучительно долго не открывал глаза, потом уставился вверх без всяких эмоций. И лишь спустя время перевел взгляд на сидящую рядом Лису.

– Лиса, – проговорил он, когда осмысление отразилось в его взгляде.

Она вновь облегченно вздохнула и улыбнулась.

– Ну, привет, задира, – сказала девушка, стараясь не спугнуть друга, хотя отчаянно хотела стиснуть его в объятиях.

Еще с минуту они просто смотрели друг на друга. Взгляд Риза был обращен куда-то внутрь. Лиса только гадала, о чем он сейчас мог думать, оценивает ли он свое самочувствие или пытается вспомнить, что произошло.

– Что случилось? – спросил он. – Мы что, опять в Храме?

Девушка думала, как ему все объяснить.

– Мы в Храме, Крис, – начала она, – но, понимаешь, как бы вне времени.

Риз, кажется, начал что-то понимать, поэтому Лиса решилась спросить:

– Ты что-нибудь помнишь?

Он нахмурился, вспоминая, но уже через мгновение вскрикнул:

– Миранта! Где она?

Лиса положила ему на плечо ладонь, успокаивая.

– Ты был… убит, Крис, – сказала она, решив не лгать. Уж лучше сразу. – В тебя угодило смертельное заклятие.

– Да, я помню, как получил его, – кивнул он. – А после пустота. Но я жив. Ведь так?

– Теперь да. Надеюсь, что да. А тогда тебя принесли служители Храма. И положили здесь вместе с Винзом.

– Он тоже выжил? – задира оглянулся по сторонам и, никого не заметив, посмотрел испытующе на Лису. – Или мы вне времени, потому что души попадают сначала сюда? И как ты попала сюда, в это безвременье? Ведь ты же не умерла?

Лиса замолчала, рассуждая, как лучше сказать об этом.

– Винз тоже погиб, – начала она с самого простого. – А я… Я феникс, Крис.

– Демон, значит, я тоже мертв, – со стоном протянул Риз.

– Крис, ты слышишь меня? – дернула его за руку Лиса. – Я феникс.

Тишина резала слух. Лиса переживала, думала, что он начнет расспрашивать, но Крис смотрел непонимающим взглядом.

– Феникс? – он сел и потер лицо руками, а после вновь посмотрел на нее. – Я не понимаю, Лиса. Что это означает?

– Ты никогда раньше не слышал о фениксах? – уточнила она. Он покачал головой.

– Фениксы – бессмертные птицы, посланники Светлой Богини, созданные для несения гармонии, – по–прежнему безэмоциональный голос Проводника прозвучал, как выстрел.

Крис обернулся в одну сторону, потом в другую.

– Кто это? Кто это говорит? – спросил он.

– Не волнуйся, – она вновь коснулась его плеча, – это Проводник. Он отвечает на вопросы и показывает будущее. Помнишь, как мы возвращали Источник?

Крис кивнул, и все же невольно обернулся.

– Вот тогда, во время медитации, я впервые попала сюда и познакомилась с Проводником. Он показал мне будущее, и я узнала, как вернуть Источник. А теперь Источник забрал тебя и поддерживал в тебе жизнь до моего прихода.

Риз внимательно посмотрел на нее.

– Ты хочешь сказать, что я был в нем?

Лиса кивнула. Риз ощупал себя, похлопав по груди и ногам.

– Что-то мне нехорошо, – сказал он.

Девушка усмехнулась.

– Но он, этот Проводник, – Риз еще раз огляделся и тыкнул пальцем вверх, – он сказал, что ты птица! Какая же ты птица, когда ты человек? И потом, ты что, бессмертна?

Глаза Риза недоверчиво остановились на ней.

– Я… понимаешь, – не зная, как объяснить, промямлила Лиса. – В общем, я действительно птица. Но была ей недолго, совсем недавно… и пока не знаю, как это у меня получилось. Но то, что я феникс – это точно. Ведь я уже умирала.

– Правда? – все еще недоверчиво спросил Крис, присматриваясь к подруге, будто сомневаясь, достаточно ли она разумна.

Лиса несколько раз кивнула. Задира покачал головой, не веря.

– Не может быть.

– Может, Крис. Иначе мы бы сейчас не разговаривали. Моя кровь вернула тебя к жизни.

Риз уставился на порез на своей руке. Потом на Лису. И снова на порез. Брови его от удивления поползли вверх.

– Я вспомнил! – воскликнул он. – Вспомнил охвативший меня холод, когда подействовало то заклинание. Это было последнее, что я помнил. А потом возникло это тепло, перетекающее по руке. Так вот что это было!

– А что ты помнишь еще? – быстро спросила Лиса.

– Четких воспоминаний нет. Очень многое как будто закрыто от меня. Словно между заклятием и тем теплом растекся туман и поглотил все, – признался он и вдруг затих, напряженно прислушиваясь к себе. Риз потряс головой и прикрыл глаза. – Лиса, я сейчас увидел что-то. Что-то вроде воспоминания.

Он закрыл лицо руками и замычал.

– Крис! Крис! Что? Больно? – Лиса испугалась, что сделала что-то не так, и теперь он страдает.

Риз убрал руки, и она увидела страх в его глазах.

– Лиса, – прошептал он. – Это не мои воспоминания. Я их чувствую, как свои. Но я никогда не знал тех, о ком вспоминаю.

– Светлая Богиня преподнесла тебе Дар, Кристиан Риз, – голос Проводника эхом отразился от несуществующих стен. Риз вновь оглянулся, а после посмотрел вверх, как будто голос исходил оттуда, и приготовился слушать. – Тебе дарованы умения и мастерство вашего погибшего друга. Но вместе с тем тебе достались и его воспоминания.

Проводник замолчал, а Лиса взволнованно спросила:

– Кого? Винза?

Из всех сопровождающих их друзей погиб лишь он.

– Верно, – подтвердил Проводник.

Риз хмуро посмотрел на свои руки. Несколько раз сжал кулаки. А после вновь поднял голову.

– А если я не хочу брать этот дар? – голос его отдавал горечью.

– Почему, Крис? – спросила Лиса.

Задира лишь упрямо покачал головой.

– Дары Светлой Богини нельзя вернуть. Так предопределено, – сухой ответ Проводника заставил Риза лишь сжать зубы, играя желваками.

– Но он мне не нужен! – воскликнул молодой маг.

Проводник молчал. Он давал понять, что решение останется неизменным. Лиса успокаивающе погладила его по руке.

– Нужно возвращаться, – устало сказала она. – Правда, не знаю, как у тебя это получится. Но нужно сесть и попытаться вернуться в тело, как при медитации. Слышишь?

Риз, который все еще пребывал в своих пугающих мыслях, кивнул.

– Крис, – сжала она его плечо, – прошу тебя, мы должны поторопиться. Миранта ждет нас. Ей нужна наша помощь.

Острый взгляд задиры пронзил ее.

– Что случилось с Мирантой? – быстро спросил он.

Лиса освободила руку, которую тот схватил, даже не осознавая, что делает ей больно. Странно, что даже в этом безвременье она чувствовала боль.

– Она у Раммарина. И ее нужно освободить, – ответила девушка, вытаскивая и потирая руку. – До Длинноночья остался всего один день, не считая этого.

– Тогда скорее, – сказал он, усаживаясь в позу для медитации.

Лиса покачала головой.

– Постарайся расслабиться. Иначе ничего не выйдет, – посоветовала она, поднялась и вернулась на то место, где сидела, напротив магистра Хайте.


Глава 4

Отчего-то Лисе не показалось странным, что попала она вовсе не в зал. А вот то, что на ее любимой полянке по-хозяйски обосновался Лир, на какое-то время заставило ее застыть в изумлении. Звуки птиц затихли, словно перед грозой. Лиса почувствовала, как гнев накрывает пеленой, заставляя даже ментальное тело задрожать. Эльф, увидев ярость в ее глазах, примирительно выставил руки, как будто она могла что-то с ним сделать. Здесь? На медитационной поляне? Лиса подошла к нему ближе. Она, все же не удержавшись, со всего размаху ударила кулаком в его идеальную высокую скулу. Кулак, как она и предполагала, прошел насквозь, но разочарование девушки было ничуть не меньше.

– Легче? – поинтересовался Лир, криво усмехнувшись.

Лиса промолчала, решила не поддаваться на провокации. Она внимательно посмотрела на него. То, что стояло перед ней, при ближайшем рассмотрении оказалось слабо размытой оболочкой. Словно мерцающее марево, тело эльфа не было четким. И Лиса поняла, что он обессилен до такой степени, что даже его ментальная оболочка не стабильна.

– Как ты попал сюда? – скорее выплюнула, чем спросила Лиса.

Лир будто сдулся. Весь его бравурный вид растерялся, брови сдвинулись.

– С трудом, – проговорил он, усаживаясь прямо на траву.

После вздохнул, откинулся назад, оперся на локти и вытянул ноги, затем вновь делано усмехнулся.

– Что, птичка, обвела меня вокруг пальца? А?

Лиса смотрела на него сверху вниз. Ее злило, что нельзя пнуть его как следует. Даже кулаки сжались от бессилия.

– Сердишься, – констатировал он. – А между тем, это я должен сердиться на тебя. Раскрой ты мне свою тайну, не было бы ни одной жертвы. Не нужна была бы кровь всех этих несчастных. Не нужен был бы демон…

– Некоторые тайны должны оставаться тайнами, – прервала она его рассуждения. – Чтобы такие, как ты, не считали себя вправе распоряжаться чужими жизнями.

– Считаешь? – удивленно произнес Лир. – Ты хочешь сказать, что тебя ни секунды не мучила вина за смерть жертв?

Лир злорадно растянул губы в улыбке.

– Даже той твоей одногруппницы? Огненной гордячки?

Лиса сжала зубы, запрещая себе думать о его словах. Она не станет, не станет поддаваться. Она не чувствует того, о чем он говорит. Не чувствует... Да к демонам все! Чувствует! Еще как чувствует! Но даже если эта клятая вина преследует ее, то ему она на это указывать не позволит!

– Ты! Это ты во всем виноват! – воскликнула Лиса. – Это ты резал им вены! Ты втыкал кинжал в сердце! Ты выкачивал кровь! Не я!

– Но в твоих силах было это остановить, – все с такой же усмешкой сказал он.

Лиса чувствовала, как из эльфа прямо сочится довольство.

– Чего ты хочешь? – сменила она тему, понимая, насколько тяжело ей тягаться с ним и одновременно с собственной совестью.

Лир похлопал по земле рядом с собой, приглашая девушку присоединиться.

Она лишь скользнула взглядом по тому месту, где секунду назад была его рука, и вновь посмотрела на эльфа, проигнорировав его предложение.

– Что ты хочешь? – повторила девушка, складывая руки на груди.

Лир вынужден был подняться, чтобы не смотреть на нее снизу вверх.

– Ты жуткая упрямица, – посетовал он, отряхивая несуществующие травинки с брюк.

Одежда его, как всегда, была идеальна, вот только Лиса понимала, что это лишь картинка. На самом деле эльф сейчас в застенках Управления, а может, и Магистерства. И заботятся там о чем угодно, только не о красоте одежды. Жалости к нему у нее не было, может лишь чуть-чуть, да и то к тому Лиру, который когда-то заставлял ее смеяться и учил ставить защитный купол. А этот Лир вызывал скорее тошноту, чем жалость.

– А ведь я пришел помочь тебе, – продолжил он, видя, что она не отвечает.

Лиса понимала, что все его слова ложь. Она даже не стала спрашивать, что он имел в виду. Чего спрашивать, если сам расскажет. Лир лишь выглядел равнодушным, Лиса видела заигравшие желваки, пусть и на долю секунды, но видела.

– Хорошо, – проговорил он, улыбаясь. – Буду добрым, ведь мы всегда ладили, птичка.

– Не называй меня так! – предупредила Лиса. – И ты мне не друг, даже не приятель. Я ненавижу тебя. И даже этого для тебя слишком много.

Лир поцокал языком, наслаждаясь ее вспышкой, и Лиса тут же об этом пожалела.

– Это и есть настоящая дружба, Лиса, – прошептал он, приближаясь.

Лиса опасливо отступила.

– Желать другу хорошего, даже зная, что он тебя ненавидит. И все же я скажу то, что собирался.

– Говори и убирайся! – прорычала она. – Не знаю, как ты сюда попал, но больше меня здесь не ищи.

– Жаль, – прокомментировал он, обведя полянку взглядом. – Приятное место.

Лиса пристально посмотрела на него, а потом демонстративно уселась, скрестив ноги. Она решительно собиралась очнуться. И пусть он катится подальше со всеми своими секретами.

Лир лишь качнул головой.

– Ты даже упрямее Криса, – сказал он. – Хорошо, не хочешь слушать, пусть. Тогда передай ему мои слова, будь любезна.

Эльф опустился перед ней на одно колено.

– Только дословно, птичка.

Он приложил палец к ее губам, останавливая рвущееся наружу возмущение. Палец начинал мерцать все чаще и чаще.

– Демоны никогда не бросают слов на ветер, анка кушу.

Слова отпечатались в памяти Лисы. Эльф, стоящий на колене, успел мазнуть эфемерными пальцами по ее щеке, прежде чем раствориться в дымке.


Глава 5

– Лиса, Лиса!

Девушка почувствовала, как кружится голова, и подумала, что слишком долго была в медитации. Но в следующее мгновение она поняла, что ее просто трясут, вот поэтому все и кружится.

– Лиса! Да очнись же!

– Тебе никогда не говорили, что нельзя выводить из медитации магов подобным образом, задира? – спросила она и только потом открыла глаза.

И тут же ее глаза округлились от удивления. Зал вновь был полон народа. Перед ней стоял Риз, рядом, держа в руках какие-то склянки, напуганная магесса Темпора. Справа от них – магистр Хайте, все еще отчего-то нахмуренная. Исадиль нашлась сразу за Крисом, она стояла, придерживая бледную настоятельницу. Таланиэль еле держалась на ногах, но в глазах ее светилось удовлетворение и гордость.

Во рту у Лисы было так сухо, словно она жевала песок. Взгляды храмников, непонятно почему столпившихся в зале, ощущались, будто прикосновения. Слабость в теле тоже мешала, но с этим она уж как-нибудь справится. А вот взгляды. Бр-р-р. Она поежилась.

– Лиса! – задира вновь потряс ее за плечо, и девушка поморщилась. – Ты вообще можешь обойтись без приключений?

– Не за что, – проворчала девушка, намекая на благодарность.

Она с трудом поднялась, прикрывая глаза, чтобы остановить вернувшееся головокружение. Риз немедля подставил ей плечо.

– Ты права, права, – стушевался он. – Я твой должник.

Девушка тряхнула головой и застонала. Игольные уколы, пробегавшие по ногам, раздражали, мешали сосредоточиться.

– А я-то думала, что ты мне теперь единокровный брат. А ты, оказывается, должник. Чем долг платить будешь? Леденцами?

Она почувствовала, что дурнота немного отступила, открыла глаза и посмотрела на задиру. Сначала они с совершенно серьезным видом посмотрели друг на друга, а после одновременно рассмеялись.

– Я так рада, что все получилось, – сказала Лиса.

Она с удовольствием сжала его в объятиях, но тут же ойкнула, почувствовав, как заныли собственные ребра. Риз только выглядел хиляком, а руки у него оказались крепче, чем она ожидала.

– Успокоились? – пропела магистр Хайте, улыбаясь. – Не желаешь объяснить все, Лиса? Хотя бы своему фамильяру?

Янка, сидевшая на плече магистра, скользнула к Лисе и растворилась в ее ладони.

– Только после того, как я осмотрю ее, – категорично заявила магесса Темпора. – И прошу вас, магистр, поговорите с настоятельницей, пусть уберет всех этих людей. Я понимаю, что быть свидетелем чуда почетно, но оно уже свершилось, а Лисе требуется отдых. Асс ректор ни за что не простит мне, если адептка Варрама вернется к нему в таком полумертвом состоянии, как сейчас.

Лиса и правда после объятий Риза совсем повисла на нем. Хотелось лечь, но зал для этого не был предназначен.

– Истер тоже тут? – спросил тихонько Риз. Лиса кивнула.

– Они с Эшем отправились к родным Миранты. Мы договорились встретиться там.

– Полагаю, вам лучше пройти в покои настоятельницы, – послышался голос Исадиль.

Толпа «охотников на чудо» расступилась, пропуская странную процессию во главе с настоятельницей.

Лиса, которую все еще поддерживал за талию Риз, хотела поскорее покинуть зал. Но вдруг одна из смелых служительниц поймала ее ладонь. И дальше она трепетно передавалась от одних рук в другие, и это непомерно мешало продвижению. Служители обступили их с Ризом со всех сторон, они все вместе двигались в причудливом танце, поэтому у лестницы было не пройти. Лиса с мольбой посмотрела на Исадиль, которая уже стояла на ступеньках.

– Настоятельница получит благословенный Светлой Богиней напиток, и все смогут вкусить его завтра на утренней молитве, – громко произнесла та. – Дайте же дорогу той, что принесет эту милость Светлой Богини.

Толпа тут же раздвинулась, и Лиса вздохнула свободнее, одновременно чувствуя, как расслабился Риз.

Покои настоятельницы приняли всех, кто был причастен к таинству. Лиса с удовольствием улеглась на непривычном топчане и без сомнений отдалась в руки магессы Темпора. Досталось от нее и настоятельнице, улегшейся на собственную койку. Отвар целительницы был горьким, но Лиса никак не могла им напиться. В конце концов, протянув лекарке пустую кружку, она спросила:

– Магесса Темпора, а это же не тот самый бодрящий отвар?

Та покачала головой.

– Нет, дитя мое. Скорее, наоборот.

Ускользающая улыбка магессы была последним, что видела Лиса. Кажется, Риз звал ее по имени, но уверена она в этом не была. Темнота гостеприимно приняла ее в свои мягкие объятия.

Ясное, чистое небо раскинулось над головой. Было так тепло и хорошо, что все проблемы ушли куда-то далеко-далеко. Она чувствовала смутное беспокойство, будто забыла что-то важное. Но что? Чуть помучившись, девушка отринула тревожные мысли, понимая, что ничего не может быть важнее ясного неба. Ведь оно манит своей бесконечностью. Она хотела раствориться в нем, почувствовать, как ветер легко скользит по крыльям, помогая держаться в воздухе. Как проскальзывает между пальцев, гладит по волосам. Лиса наслаждалась полетом. Нет ни низа, ни верха, лишь бесконечное ясное небо и она.

– Просыпайся, птичка, – шепот рядом заставил ее вздрогнуть.

Слезы мгновенно наполнили глаза и крупными каплями скатились по щекам. Мама. Мама! Она и забыла, что мама звала ее то Лисичкой – это по имени, то птичкой – ласково, нежно, когда не было ни Лисы, ни Диты. Была птичка и мама.

– Просыпайся, птичка, – повторила мама, ласково улыбаясь сквозь струящийся позади солнечный свет.

– Лиса, просыпайся! – Риз будил ее, легко тормоша за плечо.

Она попыталась открыть сонные глаза. Но эта попытка не увенчалась успехом.

– Лиса, магесса Темпора сказала, что уже можно будить тебя. Я знаю, что ты устала, но это нужно. Мы и так надолго застряли здесь из-за меня.

Лиса все же открыла глаза. Темнота вокруг заставила ее с подозрением нахмуриться. Почему ночь? Почему ее опять будят ночью? Риз шагнул к окну, и луна щедро разлила свет по его рубашке и штанам. События прошедшего дня хаотично всплывали в голове и больше походили на разбитые стекляшки в цирковом калейдоскопе.

– Почему еще ночь? – прошептала она.

– Перед Длинноночью всегда так. Забыла? Уже утро, просто еще не рассвело. Соня ты, Лиса. Магистр Хайте тоже спала, но уже встала и готова открыть портал, если ты будешь в силах идти, – тоже шепотом пояснил он.

Ночь. Шелест слов. Риз кажется нереальным в свете Луны. Только лицо его видно отчетливо. В лунном свете оно выглядело серьезным и задумчивым. Лиса подумала, что никогда раньше не видела его таким. Разгневанным – да. Веселым, шутливым, задиристым – бесконечное количество раз. Но задумчивым? Он смотрел на долину, но кто знает, что творилось в его голове. Да, это сражение изменило не только ее. Они все изменились. Лиса вздохнула, скучая по прошлым веселым дням, когда они были все вместе, когда, простившись с ребятами, они с Мирантой долго полуночничали, болтали и смеялись. А нирра Брунгильда после ругалась и назвала их горными крамлями. Все происходящее сейчас больше походило на какую-то несмешную шутку адептов.

Воспоминания о Миранте вырвали Лису из сна, она заставила себя сесть на топчане и потереть глаза. Пора. Пора действовать дальше. Миранта ждет ее где-то там, далеко. А она прохлаждается здесь. Отчего-то вспомнились собственные слова: «Я что спать буду? Спать?»

Лиса нахмурилась и покачала головой. А что она только что делала? Бессовестно спала.

– А, Лиса, уже проснулась?

Магесса Темпора говорила громко, и девушка опасливо покосилась в сторону койки настоятельницы, которая терялась в темноте. Но лекарка заметила ее взгляд, покачала головой и сказала:

– Ничего, ничего. Они с этой помощницей участливо предложили нам занять их покои. Так что мы никому не мешаем.

Магесса Темпора несмотря на темноту заметила ее замешательство и смело прошествовала к столу настоятельницы. Стол Лиса не узнала. В свете луны девушка увидела стоящие в беспорядке снадобья и склянки, какие-то ступки и колбы. О том, что здесь происходило, пока она спала, можно было только догадываться.

– Я приготовила два состава, – пояснила магесса Темпора. – Они точно смогут вам помочь. Один восстановит силы, другой уберет усталость. Это другой рецепт, не требующий огромной отдачи. И пусть он не дает такого эффекта, как прежний, но зато оставит вас в строю.

Лиса благодарно взглянула на магессу.

– Пожалуй, я выпью немного вашего зелья, магесса Темпора, – сказала она, протягивая руку, в которую лекарка тут же вложила заветный пузырек.

Вспомнив про пузырек для Миранты, Лиса лихорадочно ощупала себя рукой и с облегчением выдохнула. На месте.

Магесса вышла, чтобы позвать магистра Хайте. Снадобье на этот раз подействовало освежающе. У него был мятный вкус, Лиса почувствовала тонкую душистую нотку, но не смогла ее опознать. Сожалея о том, что Василины нет рядом, она нахмурилась, вспомнив о наставнице. Нужно было уладить и эту проблему по возвращении. Так много всего произошло, а ведь даже каникулы еще не наступили. Мысль о каникулах мелькнула и исчезла, насущные проблемы вытеснили и это.

Хотелось есть. Лиса попыталась припомнить, когда последний раз ела. Ах, да, перед выездом. Что-то пили. Или ели? Мысли путались, потому что голод вытеснял все другие чувства.

– Крис, у тебя есть что-нибудь пожевать? – спросила она без особой надежды.

Задира, застывший в размышлениях у окна, вдруг хлопнул себя по лбу.

– Вот я болван, – проговорил он. – Я же специально для тебя спрятал полбулки.

Он потянул ворот рубашки и достал ломоть храмской булки. И как только смог стащить? Ведь служки берегут свой хлеб как зеницу ока.

Доедая булку, Лиса увидела входившую магистра Хайте. Она кивнула ей и легко спрыгнула с койки, ощущая себя более бодрой, нежели после медитации.

– Можем отправляться? – спросила та, зевая в кулак.

Лиса кивнула.

– Да, узнаем, что там. Может они уже отбыли с посланием к Раммарину. Не думаю, что Крис… асс ректор будет ждать нас.

– Называй, как нравится, мне все равно, – мельком заметила эльфийка. – Лишь бы учебе не мешало. Ну, магесса Темпора, готовы попутешествовать?

Магистр Хайте открыла портал по тем координатам, которые дал ей Кристиан. Первым в него торопливо шагнул Риз, за ним магесса Темпора. Лиса оглянулась, поймала подмигивание эльфийки и смело шагнула в темноту.


Глава 6

В доме Эль было тихо, Лиса сказала бы, что слишком тихо, но, если учесть, что перед рассветом обычно все еще спят, то это было неудивительно. Теперь главной задачей стало найти хоть кого-нибудь из хозяев и постараться не напугать их.

Обойдя все хозяйское крыло, они обнаружили лишь бабушку Эль, мирно дремавшую в своем кресле в столовой. На гостей она взглянула с испугом, но тут же успокоилась, увидев Лису. Взгляд ее потеплел, хоть в глубине глаз и затаилось горе. Переведя взгляд на Риза, она приложила руку к груди и прошептала;

– Кристиан, мальчик, – бледные губы старушки приоткрылись от удивления. – Но как же так? Эдмонд сказал, что ты…

– Погиб, да. И он вам не солгал, – произнес задира, прикладывая руку к сердцу. – Но я рад приветствовать вас. Это очень долгая история, асса Клементиль. Обещаю когда-нибудь рассказать вам ее. Но пока не могли бы вы ответить нам, где все?

Лиса с удовольствием уступила Ризу обязанность представить всех прибывших. Старушка внимательно разглядывала магистра Хайте, признавая в ней родную темно-эльфийскую кровь. Однако выяснять происхождение и принадлежность роду она не стала.

По словам ассы Клементиль, первым вернулся Эдмонд. Получив от сына сведения обо всем, что произошло, асса Каламия приняла решение выехать вместе с отцом Винза ассом Эйтиль Ферраль в селение рода Авир. Оно находилось ближе всех к ним, поэтому согласно ее плану решено было в первую очередь заручиться их поддержкой. Идея ассы Каламии не была новой. Нужно было получить согласие всех родов для того, чтобы официально лишить Раммарина власти и уже от имени нового избранного главы заставить вернуть Миранту. А это был очень долгий путь. Стоило ассе Каламии с сыном и с ассом Ферраль отбыть, как в дом шагнули новые гости. «Асс ректор, асс декан и огромный грозный орк, друг Миры» – так назвала их бабушка Эль. Лиса улыбнулась тому, с какой гордостью описывала старушка Эша.

– Асс ректор предупредил меня о том, что вы, Лиса, можете прибыть к нам порталом. Но он ничего не сказал о Кристиане, – асса Клементиль повернулась к задире. – Эдмонд со слезами на глазах рассказывал, как тяжело Мире было принять твою смерть, Кристиан. Она будет очень рада узнать, что ты жив, мальчик. И я этому бесконечно рада.

Задира устало улыбнулся.

– А асс ректор не оставил нам координаты, куда направился? – перебила их взаимный обмен вежливостями магистр Хайте.

Асса Клементиль перевела на нее взгляд и, сосредоточившись, вспомнила.

– Асс ректор сказал, что если Лиса прибудет, то пусть дожидается его здесь, – твердо сказала она.

– Асса Клементиль, а куда он направился? – задала Лиса вопрос, а сама затихла, ожидая худшего.

– Точно он не сказал, но мне пришлось рассказать ему, как найти координаты селения Раммарина Иса. – Старушка доверительно наклонилась к Лисе. – По-моему, он хотел, чтобы я ничего не поняла. Но могу поклясться своими морщинами, что он намерен действовать более решительно, нежели моя дипломатичная дочь. Она и Эдмонда забрала с собой, чтобы он очертя голову не кинулся к этому подлому рейвенскому прихвостню. Ведь тогда бы точно случился дипломатический скандал. А ваш ректор… он очень решительный и к тому же имеет право требовать вернуть Миранту. Ведь фактически она находится под защитой Университета. Да и этот декан ее, хоть и светлый, а все же не размазня. Думаю, у них должно получиться.

Многозначительно замолчав, старушка откинулась в кресле довольная эффектом своих слов.

– Асса Клементиль, – помолчав, спросила Лиса, – а вы не могли бы дать и нам эти координаты?

Риз замер рядом, ожидая ответа бабушки Эль. Магистр Хайте сдвинула брови, но не возразила. Магесса Темпора стояла в стороне, будто решение ее совершенно не волновало. Скажут идти – пойдет, скажут остаться – останется, но никому из них в любом случае не удастся избежать ее горького отвара и лечебных мазей.

Старушка, тоже помолчав, кивнула.

– Я и ассу ректору сказала, что все координаты у нас хранятся в крепостном хранилище, у нира Харниэля. Нам-то это ни к чему, только маги могут строить порталы, да и то не все. В нашем селении портальщиков вовсе нет. Но координаты обязаны хранить представители всех родов, вот и приходится помещать их под охрану. А где лучшая охрана, как не в крепости?

– И как нам найти нира Харниэля? – задала Лиса следующий вопрос.

– Пойдемте, я покажу дорогу, – вдруг хмуро произнес Риз. Он вежливо поклонился ассе Клементиль и, поблагодарив ее от лица всех за помощь, направился к выходу.

Рассветные лучи приветствовали их при выходе из дома Миранты. Сонные улицы селения еще были пусты, но то тут, то там раздавались утренние звуки. Из дома в конце улицы доносились запахи выпечки, а с соседней улицы – зазывное мычание. Чем ближе они подходили к крепости, тем отчетливее слышались голоса. Наконец, преодолев последнюю петлю, путники увидели странную картину. По бокам от закрытых крепостных ворот на смотровых галереях толпились стражники. Они переговаривались с кем-то снаружи. Перед воротами явно что-то происходило, но ни Лисе, ни остальным ее спутникам не было видно, что именно.

– Эй, приятель, – крикнула магистр Хайте ближнему стражнику. – Что происходит?

Эльфийка прикрылась рукой от света восходящего солнца. Стражник, к которому обратилась магистр, стоял на ступенях лестницы, ведущей на галерею. Он обернулся на голос, а следом на путников обратили внимание и эльфы, стоявшие по бокам от него.

– Да вот гости пожаловали, а к кому едут – не говорят.

– И много гостей? – поинтересовалась Лиса.

– Пока трое, – пояснил тот стражник, что был справа. – Только странно, что в кустах прячется еще с десяток, а то и больше. Никак не сосчитать.

– И вы никогда их раньше не видели? – магистр Хайте вновь переняла инициативу.

– Ни разочка, – отозвался «левый» со смешком. –Кони у этих троих приметные, да и командир наш не такой простачок.

– А посмотреть на них можно? – попросила Лиса, следуя своему чутью.

Стражники переглянулись, и средний из них крикнул куда-то в сторону: «Нир Ланий, можно ниссе Любопытной взглянуть на гостей?» В ответ раздался неразборчивый поток звуков, среди которого явно встречались отборные ругательства. Лиса ничего не разобрала, а вот стражник, видимо, понял и протянул ей руку.

– Только уж вы, нисса, не высовывайтесь, а то, не приведи Светлая Богиня, стрелу схватите.

Он подтянул ее к себе и затем отодвинулся, предоставляя доступ к отверстию в стене. Как уж оно выглядело снаружи, девушка не знала, только стоявшие перед воротами «гости» в эту сторону даже и не глядели. Лиса внимательно разглядывала всадников. Лошади и впрямь приметные. Низкорослые, такие у степных народов в чести. Однако седоки на степняков не походили ни одеждой, ни манерой держаться в седле. Степняки сидят расслабленно, но готовы в любой момент прижаться к лошади или нырнуть под брюхо, а эти высились над лошадиными крупами, будто горы. Лица всадников скрывали капюшоны плащей, но фигуры были слишком массивными, больше похожими на воинов. Лошади нервно перешагивали, заставляя седоков время от времени дергать за поводья.

Тут командир крепости что-то крикнул в сторону гостей, и тот из них, что был в центре, опустил капюшон. Лиса отшатнулась, но тут же снова припала к отверстию, чтобы лучше рассмотреть всадника. Сомнений не осталось. Она хорошо запомнила это лицо. Один из воинов Раммарина. Тот самый, которого она так и не смогла убить. Тогда, в долине, ее спас Риз, бросив в него шар. То-то он немного клонится на бок, сидя в седле. Мысли скакали, обгоняя друг друга.

– Это воины Раммарина Иса! – крикнула она в ту сторону, где был командир крепости.

Крик ее достиг ушей командира, но там, видимо, уже знали об этом, кто-то тоже узнал всадника. Крепостная стена вмиг ощетинилась рядом стрел. Боевые арбалеты и луки наметили свои жертвы.

«Гости» перестали скрывать намерения и выстрелили первыми. Из леса, окружавшего поляну, показалось подкрепление. Лису оттеснили от стены, она пошатнулась и чуть не упала с лестницы.

– Лиса! – Риз удержал ее за руку, не давая упасть. – Это правда они?

Глаза задиры горели огнем.

– Да, – закивала она, все еще ошарашенная внезапным нападением. – Я узнала одного, того, что был в долине. Зачем им селение? Ведь Миранта у них.

– Думаю, они хотят взять ее родных, чтобы заставить адептку Эль сделать то, что они хотят, – пояснила магистр Хайте. – Ведь она не знает о том, что вы живы, адепт Риз. Логично было бы предположить, что адептка Эль решила, что ей больше нечего терять, и отказалась проводить обряд помолвки. Раммарину нужен кто-то из ее близких.

Лиса соображала быстро.

– Но ее мать не здесь.

– Но никто ведь об этом не знает.

Их компанию потеснили, заставляя отойти от стены на безопасное расстояние. Пока что стороны пустили по паре стрел. На штурм раммаринцы не шли: то ли опасались скорого поражения, то ли чего-то ждали.

– Об этом известно только в селении рода Авир, – прошептала девушка. – А это значит, либо они на нашей стороне, либо Раммарин просто еще об этом не знает. Нужно забрать ее. И защитить ассу Клементиль.

– Нужно спасти Миранту, – возразил Риз. – На остальное нет времени. К тому же, если мы ее спасем, у Раммарина не будет повода искать ее родных.

– Или напротив, – предположила магистр Хайте. – Они станут прекрасным поводом заставить Миранту вернуться добровольно.

– Но сегодня последний день, – воскликнул Риз, и Лиса услышала в его голосе отчаяние.

– Хорошо, – сказала она. – Разделимся. Магистр Хайте, откройте Ризу портал к ассу ректору.

– Я не оставлю тебя! – брови эльфийки поползли вверх. – Он мне за это голову снимет.

– Вы оставите лишь на минуту, – убеждала ее Лиса. – Удостоверитесь, что они встретились, и вернетесь ко мне. А после мы отправимся в Авир.

– Я, конечно, вполне сносно строю порталы, адептка Варрама, – произнесла эльфийка. – Но мне все же нужны точные координаты.

– Они могут быть у нира Харниэля, к которому мы шли.

Магесса Темпора, тихо стоявшая рядом, вдруг приняла сторону девушки.

– Нужно помочь этим людям, – она посмотрела вокруг. – Ведь они могут пострадать. Вы отправляйтесь, а мы с Лисой останемся здесь. Я помогу обустроить лекарскую, если потребуется. А Лиса обеспечит нас защитой. Правда, Лиса?

Девушка кивнула, не сводя глаз с магистра Хайте. Та все еще колебалась. Риз сжимал кулаки, готовый пешком идти спасать Миранту. Однако его нетерпение сыграло свою роль.

– Хорошо, – согласилась эльфийка, косясь на задиру. – Но ты дашь обещание не лезть в самую гущу, пока нас нет.

Лиса кивнула.

– «Обещаю, магистр Хайте», – произнесла эльфийка требовательно.

– Обещаю, магистр Хайте, – повторила Лиса.

– Что ж, найдем этого неуловимого нира Харниэля, – сказала магистр, разворачиваясь к крепости.

И снова Риз пошел впереди. Он обходил препятствия, петлял между стражниками, которые торопились на помощь сослуживцам. Улица перед крепостной стеной мгновенно превратилась в суетливую круговерть. Лиса оглянулась, оценила масштаб и возросший темп перемещений. Командир в крепости был толковым. Несмотря на внезапную атаку, стражники действовали слаженно, каждый знал свое место и обязанности. Подавались стрелы, заряженные арбалеты, кто-то уже развел кострище для варки смолы. Да и пост для приема раненых развернули в одно мгновение. Магесса Темпора поспешно догнала магистра Хайте и, поминутно оглядываясь на молоденького и по виду не слишком опытного лекаря, попросила остаться, чтобы помочь. Эльфийка не возражала, понимая, что сейчас она будет полезнее там. А уж с хранителем они как-нибудь и сами управятся.

Крепостное хранилище оказалось маленькой каморкой, расположившейся под лестницей в угловой башне крепости. Зайти внутрь удалось лишь Ризу и магистру Хайте. Лиса же осталась стоять перед дверью, поглядывая наверх на снующих стражников, которые волокли то охапки стрел, то раненых. Складывалось ощущение, что ей на голову вот-вот что-то упадет. Пространства было немного, отойти в сторону можно было лишь на шаг, не больше. Стоило подумать об этом, как вниз со звоном и лязгом полетел выскользнувший из ножен раненого кривой кинжал. Он пролетел в дюйме от плеча Лисы и глухо стукнулся о каменный пол тяжелой рукоятью. Девушка проводила его полет взглядом и возмущенно посмотрела вслед удалявшимся солдатам. Те даже не обратили на это внимания. Наклонившись, Лиса подобрала кинжал и, недолго думая, засунула его себе за пояс. Отдаст при случае. В этот момент дверь хранилища распахнулась, едва не сбив ее с ног, и на пороге показался хмурый Риз. Магистр Хайте что-то выговаривала хранителю, которого не было видно.

– …держать на самом виду!

Возмущенный голос магистра достиг ушей Лисы, и девушка вопросительно посмотрела на Риза. Тот неопределенно дернул плечом, кивнув Лисе в сторону выхода.

– Безобразие! – ворчала эльфийка. – Тоже мне крепость! Все данные на столе хранителя! Где их только обучали?!

Лиса слушала молча, стараясь не попасть под горячую руку магистра. Отойдя от крепостной стены ближе к временному госпиталю, все трое остановились, решая, что делать дальше.

– Значит, сделаем так, – начала магистр Хайте. – Ты, Лиса, стоишь здесь и никуда не уходишь. Если я вернусь и не обнаружу тебя здесь, поверь, ты очень сильно пожалеешь.

Лиса тут же согласно кивнула.

– Я буду рядом с магессой Темпора. Помогу, чем могу, – горячо заверила она магистра.

Та с сомнением посмотрела на нее и поджала губы, после кивнула.

– Риз идет за мной, – продолжила она. – За мной! Не рвется вперед, не отталкивает меня в сторону и не пытается первым бежать спасать адептку Эль! Я понятно объяснила?

На этот раз суровый взгляд достался задире, у которого нетерпение было написано на лице.

Но, понимая, что в противном случае ему ничего не светит, Риз тоже кивнул.

Эльфийка рыкнула, понимая, что слушаться ее будут вряд ли, причем оба. В этот миг в ворота ударило что-то большое и тяжелое. Но створки из тесаных бревен, обитые железом, выдержали, почти не шелохнувшись.

– Драный ррарг, – выругалась эльфийка. – Идем все вместе! Я не оставлю тебя в крепости, которую вот-вот возьмут, Лиса.

Лиса не знала, что такое «ррарг», словечко явно было эльфийским. Запомнив на всякий случай название, она упрямо сжала губы.

– Мы не можем бросить их здесь, – сказала она, кивнув в сторону крепостной стены. – Посмотрите, магистр, они же не справятся, а этот раммаринский гад еще неизвестно какую цель преследует. Нужно помочь страже. Это же наш долг как магов.

Она взглянула на Риза, в глазах которого уже поселилась безнадежность. Он тоже разрывался между спасением подруги и помощи горожанам. И Лиса сдалась.

– Отправьте Риза порталом, – сказала она, тяжело роняя слова. – Одного. Там магистр Альмирель и ректор. Пусть он найдет их. И Миранту.

Лиса достала из кармана плаща пузырек со снадобьем и протянула задире.

– Это зелье, блокирующее магию на сутки. Его нужно нанести на кожу. Передай его Миранте. Это отсрочит действие брачных браслетов. Жаль, что блокирующего состава для питья нет.

Магистр Хайте удивленно вскинула брови.

– Того, который для преступников? – уточнила она.

Лиса кивнула.

Магистр развернулась и стрелой метнулась в сторону крепости.

– Магистр! – крикнул ей вслед Риз.

Но она уже расталкивала стражников, выискивая капитана.

Тот стоял наверху и раздавал указания, поэтому вычислить его не составило труда. Сначала он отмахнулся от настойчивой эльфийки, но, когда она жахнула огненной струей в сторону противников, а после с фирменной улыбкой обернулась к капитану снова, он, ненадолго застыв, буркнул что-то стражнику слева. Магистр Хайте схватила нечто маленькое из руки стражника и, обтекая воинов на стене, вернулась к ребятам. Она передала задире флакон и в ответ на вопросительные взгляды только пожала плечами.

– Мы же в крепости. Такие вещи есть у каждого начальника, – и, покачав головой, прибавила: – Эх вы, адепты. Учитесь.

Тут же она достала координаты из кармана и открыла черную дыру портала. Риз шагнул в нее, не оглянувшись. После того, как портал закрылся, магистр глубоко вздохнула и строго посмотрела на Лису. Она не увидела на ее лице и тени сомнения, в глазах эльфийки полыхал огонь.

– Я рада, что у меня учится адептка, способная принимать неудобные решения, – улыбнулась на мгновение магистр Хайте, а после, посерьезнев, крикнула: – Щит!

Лиса поставила воздушный щит, эльфийка – огненный. Он подрагивал едва заметной пленкой голубого пламени. Посмотрев по сторонам, она погасила его.

– Поставлю на стене, а то еще распугаю нашу доблестную стражу, – пояснила она и направилась к лестнице. – Ты направо, я налево, к капитану. Слишком уж хорошая цель он. Прикрою заодно.

Лиса кивнула и повернула к правой лестнице у ворот. Неудобно наткнувшись щитом на первого же стражника, Лиса свернула щит. Вот встанет на позицию и поставит. Однако наверх еще нужно было попасть. Пока тот стражник удивленно глазел на наглую сопливую девчонку, обошедшую его на ступеньке, другой уже вытянул руку, преграждая ей путь. Лиса взглянула на него и, улыбнувшись, как магистр Хайте, подбросила огненный шар в ладони.

– Помощь мага не нужна? – спросила она.

Стражник отшатнулся и пропустил ее.

– Пропустите мага, – понеслось ей в спину.

Фраза и впрямь подействовала как хороший таран.

Уже наверху Лиса вновь поставила щит и посмотрела в сторону магистра. Та в ответ показала один палец, потом второй на другой руке. Снова первый, второй. Лиса кивнула. Скрывшись за зубцами каменной стены, перебрасываться жестами было безопасно. А обозначения они уже проходили на занятиях: когда за воем огня ничего не разберешь, они оказывались незаменимы. Итак, стреляем поочередно, сначала одна, потом вторая, одиночными шарами.

Лиса выглянула из-за зубца. Стрела тут же отрикошетила от ее щита. Стражник, стоявший рядом, уважительно кивнул и выстрелил, не дожидаясь следующей стрелы.

Эльфы сгрудились кучками, прикрываясь срубленными стволами. Одно из бревен использовали в качестве тарана. Пепел длинной полосой лежал перед воротами – все, что осталось от прежнего тарана после огненной струи магистра. Лиса выбрала цель и ждала, когда магистр выстрелит первой. Шар эльфийки золотом сверкнул на солнце и врезался в ствол поваленного дерева. Искры рассыпались снопом, заставляя раммаринцев отпрянуть, превращая их в легкие мишени для крепостной стражи.

Лиса показала ближним стражникам, что сначала стреляет она, потом сразу они. Те понимающе кивнули. Девушка бросила свой шар. Лучшую мишень, чем толстый ствол дерева, сложно было представить. Мокрая древесина плохо горит в обычном огне, но магическому вода не помеха. Занялось дерево сразу, заставив нападающих отступить.

Девушка поискала глазами того самого воина и наткнулась на его ответный взгляд. Коней всадники давно отпустили, на открытой поляне они были как пристрелочные мишени. Командир не высовывался, но и не лез на рожон, спокойно наблюдая со стороны леса, он позволял своим воинам подставлять под стрелы спины. Лиса скривилась. Храбрецы, ничего не скажешь. Не то, чтобы ей был незнаком страх, но подставлять чужую спину вместо своей она считала зазорным. Да и щит на что? С ним не так страшно.

Кособокий прищурился, запоминая Лису, но после второй пары шаров приказал отступать. Да, не ждал раммаринский пес, что маги окажутся в крепости во время нападения. Не ждал. И теперь уводил в лес тех, кто еще мог ходить.

Но и Лиса, и командир крепости, и все остальные понимали, что это всего лишь передышка.


Глава 7

Спустившись с крепостной стены по каменным ступенькам, Лиса нашла взглядом магистра Хайте и, следуя ее указанию, направилась к магессе Темпора, которая суетилась около раненых.

Молодой лекарь, внезапно оказавшийся в подмастерьях у опытной лекарки, легко воспринял ее главенство и теперь выслушивал очередное указание магессы, перевязывая белой тканью рану одному из стражников. Окровавленные наконечники стрел лежали в миске, переливаясь на солнце бурым металлическим оттенком. Несмотря на то, что запах крови витал здесь всюду, Лису замутило не от него, а от осознания, как глубоко были наконечники в теле стражника. Но, не желая стать жертвой насмешек со стороны магистра, которая спешила к госпиталю и чуть не наступала девушке на пятки, она лишь глубоко вдохнула, подавляя тошноту.

– Неплохо отстрелялись, – похвалила эльфийка Лису, похлопав ту по плечу.

– Да всего-то пару раз, – Лиса опустила голову, скрывая вспыхнувшую в душе радость, не достойную, по ее разумению, мага.

– Отнюдь, – возразила магистр Хайте, – спроси у стражников, так ли мал твой вклад в стычке. Никогда не принижай своих достижений, Лиса. Теперь нужно решить, что делать дальше.

Девушка бросила взгляд на стену, размышляя, выдержат ли она следующую атаку. Но не нашла ответа. Зато увидела, как к ним направляется начальник крепости в сопровождении одного из подчиненных. Высокий худой эльф выглядел бравым, хоть по возрасту давно уже не был юнцом. Осанка и твердый взгляд выдавали в нем опытного командира, а еще внушали какое-то странное желание вытянуться, которое Лиса подавила в себе, пусть и с некоторым трудом. Магистр Хайте, заметившая взгляд адептки, напротив, лишь мельком посмотрела на приближающихся и вновь повернулась к Лисе.

– Прошу прощения, – произнес начальник, останавливаясь в паре шагов от них, – нас не представили друг другу. Я нир Кернис Ферраль, начальник здешней крепости.

Эльфийка обернулась и ответила столь же прямым взглядом.

– Магистр Хайте, декан Крестского Университета Магии. А это моя подопечная, адептка Варрама. И магесса Темпора, что любезно вызвалась помочь вашим раненым.

Нир Ферраль кивнул.

– Позвольте поблагодарить вас за помощь.

– Не стоит, – перебила его магистр Хайте без малейшего намека на скромность. – Мы лишь выполняли свой долг. Скажите, нир Ферраль, о чем вы говорили с предводителем раммаринцев? Чего они хотели?

Начальник крепости на мгновение задумался, стоит ли откровенничать с магами.

– Что скрывать, – произнес он, – они уже показали это. Думаю, магистр, вы и сами понимаете, что намерения у них не слишком добрые в отношении Эль-Ферраля. Тот, с кем я разговаривал, представился Шинаром Гааром, путешественником. Однако настоящее его имя, столь же лживое, как и намерения, мы вряд ли узнаем. Да, мои люди видели его среди воинов Раммарина Иса, но на этом все. Знаком он не был ни с кем из наших. Но ваша подопечная, кажется, тоже его узнала.

– Да, Лиса сказала, что видела его, – подтвердила магистр Хайте. – Но на этом у нас тоже все.

– А по поводу того, что им было нужно, к сожалению, не могу ничего сказать. Но мне показалось, что их нападение было больше похоже на запугивание. Слишком рьяно они изображали военные действия, но почти не применяли обычной тактики захвата.

– Что вы имеете в виду? – эльфийка с интересом посмотрела на командира.

Тот пожевал губами и изложил свои соображения.

– Во-первых, у них был странный вид. Не степняки, не пустынники. Хотели бы войти в крепость незаметно, оделись бы так же, как другие эльфы. Да и лошадей других взяли бы. Во-вторых, долго тянули, прежде чем напасть, словно давали приготовиться. В-третьих, таран применили лишь раз, да и то не сразу. В-четвертых, не было ни одной огненной стрелы в сторону крепости.

– Похоже на то, – остановила его магистр. – Так чего же они хотели, если не захватить крепость? Для чего им был нужен этот обманный маневр?

– Пока не знаю, – ответил нир Ферраль. – Но нужно быть начеку. Я, собственно, хотел узнать, как надолго вы предполагаете пробыть здесь, и стоит ли нам рассчитывать на вашу помощь?

Магистр Хайте задумчиво посмотрела на Лису, которая внимательно следила за их беседой.

– Вряд ли мы здесь задержимся, нир Ферраль, – сказала она. – Не сочтите за труд, выполните одну мою просьбу. Так сказать, услуга за услугу.

Начальник крепости насупил брови, потому что понял, что больше на помощь магов рассчитывать не стоит, однако не возразил.

– Пошлите кого-нибудь на охрану дома Эль.

– Главы рода? – удивленно спросил он. – Ей угрожает опасность?

– Скажем так, возможно, этот маневр – лишь попытка, одна из многих. Я не уверена, но, кажется, у Раммарина есть интерес в отношении главы рода и ее семьи.

– Я вас понял, – сухо ответил нир Ферраль. – Могу лишь поблагодарить еще раз за помощь и подсказку. Охранять главу рода – наша обязанность. А теперь простите, мне нужно подготовить крепость к возможному нападению.

Эльфийка кивнула, и суровый начальник крепости покинул их. Лиса посмотрела на магистра в ожидании указаний. Ей ужасно хотелось последовать за Ризом, но она понимала, что они принесут больше пользы здесь.

– Магесса Темпора, – обратилась эльфийка к лекарке, – вы не против пока побыть здесь? Думаю, мы с Лисой справимся без телесных повреждений.

– Если вы настаиваете, магистр.

Магесса ответила сухо, хотя Лиса по глазам видела, что та и сама не хотела бы покидать раненых, которые сейчас в ней нуждались. На лице молодого лекаря проскользнуло облегчение, хотя, может, ей просто показалось.

Портал открылся быстрее обычного. Было непонятно, почему так произошло. То ли оттого, что магистр Хайте торопилась покончить с переходами, то ли…

– Место с близкими координатами, – догадалась магистр. – Это совсем рядом.

На этот раз при выходе из портала им не пришлось долго разыскивать хозяев дома. Точнее, совсем не пришлось. Ни секунды. Потому что не успели они шагнуть в довольно просторную комнату, как наткнулись на болты арбалетов, направленные прямо в лицо. Лиса шагнула назад и столкнулась с магистром Хайте, которая закрывала портал. Она вышла из-за спины адептки и нарочито вежливо протянула:

– Так, что тут у нас? – она заметила острые наконечники и с улыбкой добавила: – Приятно, когда тебя ждут с таким нетерпением. Ррарг возьми, даже жалко разрушать ожидания. Мальчики, мы с миром. А вы тычете в нас болтами. Ну, как не совестно?

Стражники, оторопевшие от столь неожиданной реакции, переглянулись между собой и вновь посмотрели на прибывших.

Магистр Хайте подбросила на руке огненный шарик и примирительно сказала:

– Видите?

Взгляд стражников сосредоточился на шаре, а арбалеты направились в грудь магистра, совершенно игнорируя Лису.

Тамиллари развеяла шар и вновь улыбнулась.

– Если бы мы хотели напасть, поверьте мне на слово, вы бы уже давно мучились от ожогов и увечий. Но вам повезло, мы и правда с миром, так что опустите ваши арбалеты и давайте поговорим.

Лиса подумала, что демонстрация силы сейчас вряд ли была полезной. Однако этот фокус вывел из ступора старшего из стражей.

– Кто такие? – последовал вопрос.

Магистр Хайте поморщилась, потому что оружие стражники так и не опустили. Достаточно было взмаха руки эльфийки, и острия наконечников стекли тягучими каплями на пол под ошарашенными взглядами их хозяев.

Магистр улыбнулась, а Лиса отметила, что за последнее время она так часто видела улыбку преподавательницы, что уже с трудом представляла ее суровой. Хотя, надо сказать, улыбка магистра Хайте обычно не предвещала ничего хорошего.

– Вот теперь поговорим, – удовлетворенно сказала эльфийка. – Мы прибыли из селения Эль-Ферраль в поисках главы тамошнего рода, ассы Каламии. По нашим сведениям, она находится здесь.

– Кто вы такие? – повторил вопрос старший из стражников. Вид он имел бравурный, однако взгляд и нервное перешагивание с ноги на ногу выдавали его нерешительность.

– Магистр Хайте и адептка Варрама, – представилась эльфийка, как бы уступая, но глядела при этом с недобрым прищуром прямо в глаза старшему. – Вам полегчало от знания наших имен, уважаемый?

Улыбка магистра переросла в оскал, и ближний стражник попятился.

– А теперь прикажите позвать кого-нибудь, кто хоть немного знает, что делать, – велела эльфийка. – И поверьте, это последняя любезность с моей стороны.

Младшего из стражи послали передать сообщение. Тот метнулся из комнаты и спустя пару минут вернулся в сопровождении очень важного эльфа, позади которого виднелось еще несколько фигур.

– Они желали видеть ассу Каламию, – пояснил старший стражник.

– Желали, – подтвердила магистр Хайте, перехватывая инициативу. – И до сих пор желаем. Меня бесконечно радует ваша охрана, но дело не терпит отлагательств. На Эль-Ферраль совершено нападение и, боюсь, цель захватчиков – асса Каламия.

Эльфы загомонили, в их голосах слышалось возмущение и удивление. Высокородный эльф обернулся к своему спутнику. Тот выступил вперед.

– Почему мы должны доверять вам? – спросил он. – Если на Эль-Ферраль напали, то откуда нам знать, что вы не те, кто это сделал?

– Светлая Богиня, наконец-то разумная мысль, – театрально вздохнула магистр Хайте. – Особенно учитывая, в каком преступно-элементарном доступе в крепости хранятся координаты соседних родов. Однако смею вас уверить, кем бы вы ни были, что одну из нас асса Каламия уж точно знает в лицо.

– Кого же?

Эльф недоверчиво осмотрел магистра Хайте. Было заметно, что ее высказывание по поводу безалаберности крепостной охраны ему не слишком пришлось по нраву. Эльфийка покачала головой.

– Не меня, – заметила она, кивнув в сторону адептки, – ее. И если вы позовете, наконец, ассу, то она сможет это подтвердить.

Эльф обернулся и шепнул что-то стоящему рядом стражнику.

Лиса сразу же узнала мать Миранты, стоило той появиться. Но еще большую радость вызвало появление Эдмонда. Тот, заметив Лису, бросился к ней, и немедленно сжал в объятиях.

– Лиса! – повторял он. – Лиса... Ты жива!

Голос его подрагивал, поэтому он замолчал, стараясь взять себя в руки, и только скрывал волнение за крепкими объятиями. А Лиса, несмотря на то что прошло немало времени, снова почувствовала, будто только что вернулась с того проклятого плато.

– Я тоже рада, что ты жив, Эдмонд, – тихо проговорила она, глотая комок в горле.

– Лиса? – удивленно произнесла асса Каламия, и девушка с радостью отвлеклась на нее. – Но что вы здесь делаете? Мне сказали, что кто-то ищет меня, и я не была уверена, что это друзья. Простите. Надеюсь, вы обе с пониманием отнесетесь к такому холодному приему.

Асса Каламия смело шагнула навстречу девушке и, потеснив сына, сжала на мгновение ее руки в своих. Стража расслабилась. Расслабились и высокородные эльфы, которыми оказались асс Ферраль, сопровождавший в этой поездке ассу Каламию и асс Авир, глава рода и здешнего поселения.

Лиса представила всем магистра Хайте, а та с несвойственным ей терпением принялась рассказывать историю с самого начала.


Глава 8

– И неправда, вовсе ты не чужая ей. Просто свалилось на девочку вон сколь много, а тут еще ты внимания да ласки требуешь. Вот какой ты фамильяр после этого? Верно. Молодой да неопытный. Внутри сидишь – не видно, не слышно. Снаружи гуляешь – суматоха. Одна польза от тебя, что резерв девочке пополняешь. Что значит, не знает? Знает! А если не знает, так чувствует, и рано или поздно она сама догадается, что неспроста это.

Лиса слушала сквозь сон тихий разговор наставницы, и тепло родного голоса будто окутывало ее. Мнилось ей, будто снова она в лесной избушке, а за окном летнее утро и птицы уж поют, значит не слишком-то и раннее. Чего это она заспалась? Пора уж кашу из остывшей за ночь печки вытаскивать. Да за тесто приниматься. А она все спит. И с кем это наставница беседы беседует? С фамильяром, значит, с Янкой. Как же Янка здесь очутилась? Нестыковка в мыслях девушки и привела к тому, что Лиса открыла глаза. Глядь, а и впрямь лежит она на кровати в их с наставницей лесном жилище. Из окошка щедро льются солнечные лучи, выбеливая вышитые на постельном белье узоры. Повернув голову, Лиса нашла постель наставницы застеленной, значит, голоса и впрямь доносятся из кухни.

– А в чем самая суть фамильяра, Огняночка? – продолжала поучать наставница. – Хранить и беречь, даже от себя. Да не от тебя, маета ты огнехвостая, а от хозяйки самой. Видишь, что опасность грозит ей, сразу на защиту вставай: где силой помоги, где Стихию позвать подсоби, а иногда и вовсе щит поставь, коль у нее до этого разум не дошел. Постарше будешь, так и советом можно помочь. Почему-почему – потому что! Мала еще советы давать. На то я пока у нее имеюсь.

Лиса опустила ноги на деревянный пол, нагретый солнечными лучами, да тут же на эти самые ноги, одетые в тканевые штаны, и уставилась. Уж больно наряд на ней был чудной. Память тут же подсказала – эльфийский. Почему она лежит одетая, и как Янка оказалась тут, в лесной-то избушке? Все перепуталось у нее в голове, оттого и потрясла она этой самой головой. Но проясниться – не прояснилось. Голоса за стеной стихли, и их обладательницы появились на пороге. Наставница улыбалась, держа на ладони саламандру, которая с любовью и преданностью смотрела на хозяйку.

– Василина, – улыбнулась Лиса. – И ты, Яночка, здесь. Только вот не пойму, как мы все в избушке оказались.

– Так оно завсегда так, коли правильно сердце спрашивать, – заметила ведунья довольно, – где сердцу милее, там во сне и окажешься.

– Так это я сплю? – разочарованно протянула Лиса.

– А где ж мы еще можем с тобой увидеться, неугомонная твоя душа? – спросила наставница. – Токмо здесь и можем.

– А чего ж я сплю-то, наставница? У меня же дел невпроворот, – запоздалое осознание настигло Лису. Настигло, да тут же и разбилось о взгляд наставницы.

– От ведь, будто дите неразумное, – поджала Василина губы. – Устала ты, умаялась. Да и как тут не умаяться: то самою себя познать, то вину за все взвалить, то у самой Светлой Богини Посланника умыкнуть, а еще и в битве поучаствовать. Сдюжила ли? Ничто не болит, не ломит?

Лиса прислушалась к себе и покачала головой.

– А вот я сейчас возьму хворостину, да по тому месту, на коем сиживать изволишь, пробегусь, – не сдержалась наставница.

Лиса поерзала, проверяя, достаточно ли то место прилегает к постели, чтобы Василина не дотянулась.

– За что ж это, наставница, хворостиной-то?

– А все за то самое, – пояснила обманчиво ласково Василина. – За то, что поперед старших в пекло лезешь. Кто велел самой бежать подружку спасать? Будто без тебя твой ненаглядный не справился бы. И за другом в Источник кто велел тебе отправляться?

– Так никто бы больше не смог, наставница, – тут же встала на свою защиту Лиса.

– Так уж и никто, – передразнила ее Василина. – А другие маги на что? Думаешь, все глупее тебя? Еще повезло, что слух о фениксе не разошелся по Империи. Хотя, зная тебя, не удивлюсь, ежели к началу семестра все уж проведают.

– Не смог бы никто Криса оживить, сама знаешь.

– А не думалось ли тебе, девонька, что скажет сам Император, когда достигнут сии вести его царственных ушей?

Лиса замолчала, потому что и правда не думала пока об этом.

– Кристиан не даст слухам разойтись, – начала она.

– Ага, – фыркнула Василина. – Это после того, как изверг энтот в застенках сказывать станет о фениксе? А особливо после того, как храмницы раструбят о чуде на всех углах. Им ведь только волю дай. Они и песни слагать станут. Вон, мол, Храм у нас какой, и Источник действующий, и феникс души умерших воскрешает. Чудо на чуде. Скоро и сама Светлая Богиня быть в гости обещалась.

Лиса стыдливо опустила глаза.

– А врагов почто новых наживаешь? – не прекращала наставница.

– Каких еще врагов? – удивилась Лиса.

– А ты думаешь, этот пес раммаринский тебя не запомнил? Еще как запомнил. И ты о нем не забывай, коли умудрилась такому дорогу перебежать.

Василина снова неодобрительно покачала головой и, вздохнув, присела на краешек кровати рядом с ученицей.

– Ну, да сделанного не воротишь, – примирительно произнесла она. – Я ведь не со зла тебя ругаю. Боязно мне за тебя, Лисонька. И меня рядом нет, чтобы уму-разуму поучить. Только ты из одной передряги еле вылезла, тут же в другую по уши влезла.

Наставница погладила Лису по склоненной голове, а потом притянула к себе.

– Ты не серчай на меня, что поучаю. От сердца это. Слушай наказ мой. Впредь не лезь впереди всех. Поумней тебя найдутся. Твое дело – учеба. Учись, вот и весь мой сказ. А будет нужно – зови на выручку старших, опытных. Вон как ты их подивила, да только не к добру это. Самой невмоготу будет, коли весть разлетится. Как учиться будешь, коли на каждом углу пальцами в тебя тыкать возьмутся? А ежели еще и просить-умолять в горестях бесконечных помочь? Уразумела ли? Не в том суть твоя.

Лиса отстранилась от наставницы и посмотрела в ее синие глаза.

– Врать, что помогать не буду, не стану. Но сдерживаться постараюсь, наставница. Обещаю. В одном ты права: учиться мне нужно.

– Вот и умница. Иного не прошу, – улыбнулась Василина. – Да и Огнянка тебе пособит.

Ведунья вновь притянула к себе Лису, баюкая в объятиях, как маленькую. А та услышала сквозь сон слабый зов. Слов было не разобрать, но Лиса тут же узнала голос, и ее сердце затрепетало.

– У, демон сероглазый, – проворчала наставница, отпуская Лису, – не даст посидеть, посекретничать. Задурил девочке голову любовью своей.

Лиса понимала, что наставница ворчит лишь для вида.

– Смотри мне, Лиса. Честь до свадьбы блюди! Прознаю про что такое, несдобровать вам по весне. Верное мое слово.

– Наставница, – прошептала, совсем уж смутившись, Лиса.

– Давно уж наставница, – ответила Василина. – В обиду тебя не дам. Пусть сначала женится.

– Глупости какие. Он ни о чем таком и не говорил.

– Не говорил. И ты помалкивай. До конца учебы все одно нельзя. Вот и проверим, истинно ли любит.

Лиса покачала головой, не соглашаясь с Василиной. Но спорить не стала, а, вновь услышав зов, заторопилась.

– Пора мне, наставница, хоть и не хочется уходить отсюда.

– Иди уж, – фыркнула Василина. – Вижу, как не хочется, ажно пятки горят. Ступай, неслушница, да Огнянку прихвати. Коль нужна буду – здесь меня сыщешь. Ступай-ступай. А-то еще сюда пожалует, не приведи Светлая Богиня.


Глава 9

– Лиса…

Слабый шепот около уха вызвал множество мурашек, которые заспешили по рукам и ногам в известном только им направлении. Девушка улыбнулась, не открывая глаз. Губы Кристиана коснулись ее век, и она тут же распахнула их, чтобы убедиться, что терпкий лесной запах ей не почудился, и это действительно маг. Глаза его откликнулись, принимая в свой светло-серый плен.

– Просыпайся, соня. С днем рождения.

Поцеловав ее в лоб, ректор отклонился, давая Лисе возможность подняться. Окинув взглядом комнату, девушка вспомнила, что и впрямь спала в доме семьи Эль, причем по собственной воле. Правда, с помощью отвара магессы Темпора, которая обещала непременно разбудить ее, если что-нибудь случится.

– С Длинноночьем, – прошептала она, возвращая поздравление, но тут же спохватилась. – Как все прошло?

– А я-то думал, что ты меня будешь рада видеть, – иронично произнес он, и Лиса смутилась.

– Конечно, рада, правда…– начала она.

– Ладно уж, верю. Поднимайся, в соседней комнате подарок ждет.

Лиса вскочила, бросилась к открытой двери и на полном ходу врезалась в Миранту, которая в этот момент входила. За спиной у той показался Риз и Эш. Отойдя на шаг, Лиса на миг застыла и тут же бросилась обнимать подругу.

– Мира, Мира! – повторяла она, крепко обнимая Миранту. – Как ты? Светлая, Богиня, как хорошо, что все удалось. Он не навредил тебе?

Лиса продолжала держать подругу за плечи, будто не верила, что та оказалась жива. Миранта тоже улыбалась.

– Лиса, – слезно проговорила она.

Лиса скользнула ладонями по рукам подруги, но у запястий пальцы наткнулись на что-то твердое, и улыбка слетела с ее губ. Лиса увидела это сначала в глазах Миранты. Засевшую, затаенную боль. Глубоко-глубоко внутри. И лишь потом, сквозь навернувшиеся слезы, разглядела зачарованные браслеты на запястьях Миранты.

– Мира, – побледневшими губами прошептала Лиса. – Как же так?

Она требовательно посмотрела на Риза.

– Риз? Вы не успели?

Тот лишь покачал головой. Лиса обернулась на Кристиана, и он, встретив ее взгляд, сглотнул.

– Лиса, – хрипло начал он. – Мы бы все равно не успели. Он провел ритуал еще ночью.

Лиса отвернулась, вновь принимая подругу в объятия. Утешала, деля на двоих ее боль. И отгоняла собственные мысли, которые больно жалили душу. Нужно было сразу, сразу отправляться за Мирантой. Может быть, Риз подождал бы еще день? А что теперь? Понадобилось несколько минут для того, чтобы Лиса осознала, что то, чего они избегали, уже случилось. И теперь нужно придумать, как действовать дальше. Она отошла, разжимая объятия, и посмотрела подруге в глаза.

– Мы справимся, Лиса, – сказала Миранта. – Обязательно. Как всегда.

Риз дернулся, чтобы притянуть любимую к себе, но, застыв на полпути, опустил руки. Лиса удивленно посмотрела на него.

– Поругаться уже успели? – спросила она.

– Браслеты не дают коснуться, – объяснил он, покачав головой. – Бьют меня разрядами.

Лиса кивнула, понимая.

– Так, – фальшиво бодро сказала она, – пойдемте-ка попьем чаю. Еще было бы неплохо чего-нибудь пожевать. Правда, Эш?

Орк понял ее намек и криво улыбнулся.

– Неплохо, – согласился он.

– Поедим и потом обсудим, что можно придумать, – постановила Лиса, разворачивая удивленную Миранту к выходу. – Давайте, давайте, не стойте на пороге. Миранта, мы в гостях у тебя или у кого? Веди.

Кристиан нагнал их уже в коридоре и тенью последовал за Лисой. Она знала, что он хочет рассказать ей все, но, оставив эти разговоры на потом, девушка мертвой хваткой вцепилась в ладонь эльфийки, намереваясь для начала успокоиться, поесть, а уж после обдумывать и разговаривать. Она сердилась, сердилась на мага и на себя, а в таком состоянии разговоры точно ни к чему хорошему не привели бы.

Асса Каламия сидела в столовой вместе с ассой Клементиль и Эдмондом. Мрачная атмосфера тяжелым покрывалом висела и здесь. Услышав про ужин, глава дома Эль оживилась, тоже посчитав это хорошей идеей. Есть не хотелось никому, но это давало возможность хоть как-то разрядить обстановку. Слуги, собиравшие на стол, следуя указаниям хозяйки дома, выставили вино. Лиса, ни разу не пробовавшая подобного, невольно покосилась на собственный бокал, размышляя, стоит нарушить правило или нет.

Магистры присоединились ко всем уже за столом. Глядя, как магистр Альмирель отпивает из бокала, Лиса тоже взяла свой в руку. Пальцы девушки гладили грани рисунка, отвлекая от желания бросить взгляд в сторону ректора. На Кристиана она старалась не смотреть, боясь увидеть в его глазах чувство вины, но ощущала его взгляд, тревожащий и оттого заставляющий сердиться еще больше. Она нарочно перевела внимание на лекарку, сидевшую в другой стороне от Кристиана, и поймала ее одобрительный кивок.

Вино оказалось сладковато-терпким на вкус. Горечь скрадывалась сладостью, а аромат ягод сбивал с толку. Девушка растерла каплю вина на небе, пытаясь угадать вкус, и поняла, что вино сделано из агриссы, той же, что и давешнее варенье, которым их угощали в этом доме.

– Эдмонд, надеюсь, не существует никаких традиций, связанных с вином из агриссы? – шутливо спросила она, умоляя его взглядом поддержать ее игру и рассеять тяжелую тишину, повисшую над столом.

Эдмонд, видимо, уловил ее намек, хоть и не подал виду. Он лишь стрельнул глазами в сторону ректора, а после растянул губы в усмешке.

– Вряд ли у нас найдется свободный от традиций продукт, связанный с этой ягодой, Лиса, – эльф даже на минуту напомнил Лисе того себя, каким был до всех этих событий.

– И что, это опять что-то связанное со свадебным обрядом? – спросила Лиса, споткнувшись на последней фразе.

Бросив извиняющийся взгляд на подругу, она уже пожалела, что затронула эту тему. Тишина вновь повисла над столом, словно только и ждала этого момента, чтобы снова захватить свои позиции. Эдмонд молчал, не зная, как выправить ситуацию. Спасла всех асса Клементиль.

– Деточка, полагаю, Эдмонд смутился потому, что за столом сидит ваш ректор. А в его присутствии заводить разговоры о свадьбе, признак дурного тона, да и дурных последствий, думаю. Не так ли, асс ректор?

Лиса осторожно бросила взгляд на Кристиана. Он выглядел таким удивленным, что она чуть не фыркнула от смеха.

– Не имею понятия, о чем вы тут говорите, асса Клементиль, – Кристиан даже отложил приборы, пытаясь понять смысл шутки.

Миранта, которая все это время нервно катала из хлебного мякиша шарик, принялась объяснять.

– Мой недалекий брат, асс ректор, попытался не так давно прощупать почву в отношении Лисы. В плане свадьбы. Дело в том, что варенье из ягод агриссы, которое он предложил Лисе в тот раз на пробу, предлагают женихи своим невестам перед свадьбой. Вот Лиса и интересуется теперь, не касается ли эта традиция и вина из этих ягод.

Взгляды мужчин встретились, а Миранта, не думавшая, что ректор может всерьез принять эту шутку, с тревогой посмотрела на брата, отчего-то упрямо не уступающего ректору в этом поединке.

– До окончания обучения адепты не имеют права вступать в брак, – процедил ректор.

– О чем я уже ему не один раз намекала, – спохватилась Миранта.

– О чем я был уже в курсе, – ответил Эдмонд.

– А раз так, то не нужно прожигать друг друга взглядами, – положила конец собственной неудавшейся шутке Лиса и смело допила вино до конца.

По телу тут же растеклось тепло, предупреждая о возможных последствиях. Да, все же нужно было что-нибудь съесть для начала. Лиса потянулась за куриной ножкой, но Эш уже опередил ее, подкладывая кусок жирного мяса вместо курицы.

Асса Каламия подняла бокал, привлекая внимание.

– Я хочу поднять бокал в благодарность за то, что вы вернули мне мою дочь, – сказала она. – И несмотря на то, что избежать нежелательных последствий нам не удалось, я верю, что отыщется способ избавиться от гнетущего действия этих браслетов. В конце концов, я доверяю своей сестре, которая хоть и до фанатичности предана вере, но все же остается родной кровью и не стала бы обманывать меня в моей надежде. А она говорила, что избежать действия браслетов можно.

Лисе подумалось, что доверять настоятельнице Таланиэль после ее обмана она бы точно не стала, но все же понадеялась на милость Светлой Богини. Может с помощью настоятельницы они отыщут способ. Пусть теперь и без такого талантливого артефактора как магистр Молениус.

За успешный исход дела она даже бы выпила, но, ощущая легкое головокружение, не стала просить наполнить свой бокал снова. Она жадно вцепилась в предложенный Эшем сок, тут же осушив половину стакана.

Отправлялись в Университет все в той же давящей тишине. Магистр Хайте, вновь вернувшаяся в свое привычное флегматичное состояние, помогла Кристиану открыть портал, куда один за другим шагнули сначала адепты, а после преподаватели вместе с магессой Темпора.

Все четверо молча стояли в портальном зале, словно все еще не верили, что снова вместе. Кристиан попрощался с магистрами и тоже покинул зал, давая Лисе возможность побыть с друзьями. Нужно было возвращаться в пансион, но расставаться не хотелось: будто после всего, что произошло, даже короткая разлука несла что-то тяжелое и безрадостное.

– Нужно идти, – проговорила, наконец, Миранта. – Хочется по-настоящему отдохнуть.

Риз лишь сжал кулаки, не имея возможности обнять ее. Вместо него за руку эльфийку взяла Лиса. Она переплела ее пальцы со своими и ободряюще кивнула.

– Мы справимся.

– Конечно, справимся, – подтвердил Эш, обнимая их обеих. Как ни странно, на орка браслеты Миранты не действовали.

– Ребят, – попросила Миранта. – Идите, мы вас догоним. Дайте нам с Крисом поговорить.

Лиса, взяв Эша за палец, потянула к выходу, размышляя по пути, что ей тоже было бы неплохо поговорить кое с кем. Взгляд ее зацепился за украшенную лестницу, и она вспомнила, что сегодня Бал Длинноночья. Вот почему так пусто, все готовятся к балу.

– Малышка, – отвлек ее от мыслей Эш. – Наверное, странно сейчас об этом спрашивать, но ты просто подумай, ладно?

Она вопросительно посмотрела на своего гороподобного, но, как оказалось, не менее уязвимого, чем все они, друга.

– О чем ты?

– Я о своем приглашении. – Эш смутился. – Я понимаю, что это не ко времени. Но ты только скажи, я пойму. Мне просто нужно знать.

Лиса задумчиво шагала по лестнице, размышляя, как поступить.

– Давай сделаем так, – решила она. – Сейчас нужно действительно отдохнуть, как сказала Миранта. Поэтому обговорим все завтра за завтраком. Хорошо?

Эш кивнул, подставляя ей локоть. Такой знакомый жест. Все верно. Они всегда так ходили по территории Университета. Тепло и благодарность наполнили ее.

Дорога от корпуса до пансиона выдалась быстрой. Хоть магистры и постарались сделать всю территорию Университета не слишком холодной, однако сейчас повсюду лежал снег, как дань традиции праздничной ночи. Парк друзья пересекли почти бегом. У пансиона Лиса легко взяла Эша за руку на прощанье и, обернувшись, вспомнила:

– С праздником, Эш, – сказала она. – Загадай что-нибудь хорошее. Ведь сегодня все желания исполняются.

– С праздником, малышка, – растянул губы в улыбке Эш.

Коридор на втором этаже будто жужжал. Из комнат то и дело слышались взрывы смеха. Девочки готовились к балу. Лиса поймала себя на мысли, что, несмотря на все случившееся, ей бы тоже хотелось выбросить из головы все переживания и окунуться в легкую праздничную атмосферу. Почувствовать, что все прошло, как дурной сон. Покружиться в танце, да просто похохотать без особого повода, словно ничего и не было.

Дверь в их комнату была закрыта, а ключа у нее с собой не было. Где и когда она его потеряла, кто теперь скажет? Пришлось возвращаться к нирре Брунгильде. Комната комендантши была закрыта, но в ответ на стук послышался бодрый голос гномки. Открыв дверь, та увидела Лису, ахнула и почти рывком затащила девушку внутрь. Внешний вид комендантши заставил Лису остолбенеть. Завитые рыжие волосы гномки и густые голубые тени на ее глазах смотрелись… необычно. Нет, Лисе приходилось видеть всю эту раскраску на Миранте и других девушках, но, чтобы нирра Брунгильда… Никогда. Нет. Никогда-никогда.

– Лиса, Лиса! – верещала комендантша, не обращая внимания на ошалевший вид гостьи. – Ты должна, нет, ты просто обязана мне все рассказать. Тут такое было, а я только краем уха слышала. Все меня спрашивают, а я и не знаю.

– Что, нирра Брунгильда?

Лиса ощутила, как холодок пробежал по ее спине.

– И она еще спрашивает! – пробурчала комендантша. – Сначала прибегают эти, из Управления. Помнишь, тот, что с тобой был раньше? В первую нашу встречу.

– Ламар? Янис Ламар, он? – уточнила Лиса.

Гномка кивнула.

– Да, точно, он. Врывается он, значит, с двумя такими… – нирра Брунгильда вытянула ручку вверх как можно дальше, показывая рост прибывших, – и говорит, чтобы я позвала тебя, потому что дело срочное. Но я ему сразу так и сказала, что, мол, тебя нет, что вы с Мирантой и ребятами отбыли еще дня три… постой, когда, то бишь, это было? Ну, неважно. Отбыли, мол. Он давай тут метать гром и молнии. Говорит, что быть того не может. Что маячок какой-то указывает, что ты в Университете. Какой, говорю, маячок? Но он объяснять не стал, в сторону Центрального корпуса побежал. А мне, стало быть, думай, что хочешь. В другой раз не пущу его вовсе.

Лиса внимательно слушала гномку и сравнивала ее рассказ с тем, что знала сама. Значит, по мнению Ламара, на ней был какой-то маячок. Интересно, какой? И почему тогда ее искали так долго? Ведь они пришли только тогда, когда она отправила на помощь Янку.

– А потом, потом как загрохотало, – продолжала рассказывать нирра Брунгильда. – И завыло так страшно. Я даже подумала, что все. Конец света пришел. Все, как в бабкиных преданиях. Свет померк и грохот повсюду. Визгу было-о-о! Жилички все повыбегали, одна другой краше. А после стихло все. Магистры по корпусам разошлись, успокоили всех. Сказали, что на Факультете Ментальной магии что-то вышло из-под контроля, вот и грохнуло. Но я-то не совсем еще!

Брунгильда постучала себя по темечку.

– Ну что ты молчишь? А? И потом, говорят, что магистр Молениус замешан был в этом. Неужто правда?

– Нирра Брунгильда, я не могу ничего рассказывать, – Лиса посмотрела на нее с сожалением. – С меня клятву взяли.

Пусть уж лучше так, чем сейчас открыть все тайны. Ведь неизвестно еще, что решат магистры. Нирра Брунгильда поджала губы, но потом махнула рукой.

– Ладно. Но кончилось-то все хорошо?

Лиса кивнула.

– Вот и славно, – гномка затихла, а после всплеснула руками. – Да что ж я все копаюсь? Муж заждался небось. Он меня сегодня на бал пригласил. А ты почему не идешь?

Лиса дернула плечом.

– Да мы как-то уже наплясались.

– Чушь, – постановила нирра Брунгильда. – Я в твои годы знаешь, как отплясывала? М-м-м, даже мужу совестно рассказывать.

– Нирра Брунгильда, а у вас запасного ключа не будет от нашей комнаты? – решилась все же спросить Лиса, чувствуя, что гномку не остановить. – А то потеряли мы с Мирантой, и сами не знаем, где.

– Эх, ветродуйки, скачут, скачут, себя не помнят, – посетовала нирра Брунгильда. – Найдется, как не найтись. У меня все всегда на месте. На то я и комендант.

Гномка залезла куда-то в комод и тут же протянула Лисе ключ, точь-в-точь, как утерянный.

– Доброй ночи, нирра Брунгильда, – тепло попрощалась с ней Лиса.

– Неужто и впрямь на бал не пойдете? – расстроенно протянула та. – Там, говорят, магистры сущую сказку придумали.

Лиса вновь покачала головой и повернулась к лестнице.

– Сказок нам тоже хватило.

– Ну, может оно и к лучшему. Уж больно бледная ты, точно снегом напудрилась, – приглядевшись, заметила гномка. – Иди-ка и правда отдохни что ли. Даже обидно, что пропустишь бал. Да, а подружку свою где потеряла?

– Сейчас подойдет, – ответила Лиса. Она уже поднялась на несколько ступенек. Пришлось снова остановиться, чтобы ответить на вопросы гномки.

Сокрушенные вздохи и ворчание комендантши так и сопровождали девушку до самой комнаты. Даже привычный скрип ступенек не заглушил их.

В комнате было тихо и темно. Лиса не стала зажигать лампы. Она бесшумно знакомым путем прошла к кровати и, усевшись на нее, попыталась припомнить, сколько не спала на ней. Пять дней? Шесть? Да, похоже на то. Так мало и так непостижимо много.

Поднялась и подошла к окну. За стеклом красиво падал снег. Вечер радовал идеальной погодой, созданной магистрами. Даже фонари на улице загадочно светили, обещая чудеса. С улицы доносились приглушенные голоса и смех. Адепты праздновали Длинноночье.

Миранта тоже не стала зажигать светильники. Лиса спиной почувствовала ее взгляд и повернулась, опершись о подоконник.

Эльфийка молча смотрела на подругу. В свете уличных фонарей глаза ее блестели слезами, выдавая эмоции. Лиса, поколебавшись, шагнула вперед и обняла ее. Та, будучи выше подруги, легко обвила девичьи плечи, и создалось впечатление, что именно Миранта утешает Лису, а не наоборот. Постояв так немного, Лиса разомкнула объятия и потянула эльфийку за руку к окну.

– Смотри, как красиво, – сказала она, глядя на крупные хлопья снега. – Волшебная ночь.

Миранта молча вздохнула.

– Когда мы уезжали, то совсем не так представляли Длинноночье, верно? – спросила эльфийка. – По крайней мере, я.

– А как ты его представляла? – спросила Лиса, вспоминая свои ожидания.

– Думала, мы оставим Раммарина с носом и побежим с ребятами на Бал.

Лиса хмыкнула.

– Конечно, с первым пунктом не вышло, – начала говорить она и замолчала. – Но мы все еще можем сходить на Бал, если хочешь.

– Все уже ушли, – ответила Миранта, качая головой. – Я встретила девочек на лестнице.

Лиса пожала плечами.

– Ну и что? Разве есть правильное время, чтобы прийти на Бал? Ведь он будет идти почти всю ночь. А хочешь, возьмем ребят и отправимся в город, погуляем по Центральной улице? Или ты устала?

Миранта задумалась, потом покачала головой. Лиса помолчала. Вопросы мучили ее, однако она не хотела терзать подругу. И в то же время ей нужно было знать.

– Мира, – неловко начала она. – Раммарин, он… он обидел тебя?

Девушка повернулась и посмотрела на Миранту. Лицо той было спокойно. Она качнула головой. Тишина в комнате нарушалась лишь их дыханием.

– Не так, как ты думаешь. Сначала меня просто держали на какой-то гадости без сознания. Вливали новую порцию отвара, и я снова отключалась, – проговорила эльфийка спустя мгновения, которые показались бесконечными. – И так до тех пор, пока Раммарин не привел меня в чувство.

Пальцы Миранты неосознанно потерли скулу, и Лиса догадалась, как именно он это сделал. Кулаки сжались сами собой.

– Потом, когда я очнулась, все вспомнила. Наше сражение, предательство, гиб… гибель Криса, – эльфийка сглотнула. – Раммарин снизошел сообщить мне о готовящемся обряде. Подлый рейвен.

Миранта скривилась, вспоминая несостоявшегося жениха.

– Я сказала, что он может убить меня, но согласия не получит, – она горько усмехнулась. – Знаешь, что он ответил?

Лиса покачала головой.

– Просто схватил за горло и сказал, что убить – это не проблема, но ему нужно кое-что другое от меня. Пока что. – Зубы Миранты сжались, и она замолчала на несколько мгновений. – А потом пригрозил смертью матери и брата, если я не соглашусь.

Эльфийка зябко повела плечами и обхватила себя руками, пытаясь согреться.

– Там было холодно, – продолжила она. – холоднее, чем сейчас за окном. Я до сих пор чувствую этот холод.

– Что ты ответила? – Лиса слушала подругу и сравнивала ее ощущения со своими.

– Отказалась. – Миранта снова усмехнулась. – Очень порадовала его перекошенная от злости морда, когда он уходил. И вот она я – убивай, сколько влезет, а нельзя. Хотя, мне тогда, после смерти Криса уже, кажется, все равно было. Сначала. Потом наоборот, отомстить хотелось. И сейчас хочется. А тогда… Думала сбегу ночью, пока он не добрался до родных. Попыталась, но стража перехватила меня почти сразу. Тяжело бежать, когда твои ноги в эльфийском аркане. А там уж и Раммарин вернулся на следующий день, объявив, что согласия с моей стороны больше не требуется. Что ритуал проведет его жрец, тому согласие не нужно.

Миранта закрыла лицо руками и, замерев на несколько секунд, потерла его, пытаясь скрыть непрошеные слезы. Лиса сделала вид, что не заметила этого.

– Я не знала, что делать, Лиса, – призналась подруга. Отчаяние все же прорвалось в ее голосе. – Пыталась уговаривать его, объясняла, что из этого союза ничего путного не выйдет, что я никогда не перестану ненавидеть его. В конце концов, сказала, что ему даже опасно иметь такую жену, как я. Но он лишь смеялся в ответ и говорил, что моя любовь – последнее, что ему нужно, а близость опасности даже будоражит. Его интересует лишь законное наследство, связь с нашим родом, имеющим такой сильный дар Жриц Храма. Это и еще, пожалуй, наследник – вот все, что ему от меня нужно.

– Если он хотел всего этого, то почему не провел сразу обряд венчания? Почему такой длинный путь? К чему так долго ждать после обручения? – спросила Лиса.

Миранта задумалась.

– Может, потому что незаконность этого выплыла бы наружу? Ведь он знал, что я не стану молчать и надеялся на действие браслетов. А он, каким бы мерзавцем ни был, старался не вызвать гнев Императора. Думаю, что его как главу темных эльфов пригласили на сегодняшний Бал во дворце.

Эльфийка снова скривилась. Лиса погладила ее по руке.

– Что было потом? – спросила она.

Миранта сглотнула.

– Потом меня притащили силой в зал торжеств и под мое возмущенное мычание, так как рот мне торжественно заткнули праздничной салфеткой, надели браслеты. Вот и все. Даже платье не пригодилось. О том, что ректор, магистр Альмирель и Эш приходили с требованием вернуть меня, я узнала только сегодня утром.

– Тогда я ничего не понимаю, – произнесла Лиса. – Зачем они напали на селение, если ты на тот момент уже была в браслетах. Чего они добивались?

– Отсутствия конкуренции, возможно. – Миранта пожала плечами. – Убить мою родню и стать единовластным правителем обоих родов – чем не план? А я даже не знала, что он пытался это сделать. О нападении нам уже сообщил Риз. Знаешь, когда я его увидела, то подумала, что сошла с ума от горя. Ведь он умер у меня на руках.

Эльфийка посмотрела на свои ладони, вспоминая, как это произошло. Потом перевела взгляд на Лису.

– Ты не представляешь, что сделала для меня, Лиса. Ты вернула жизнь и мне тоже. Ведь казалось, я умерла тогда вместе с ним. И пусть даже теперь мы не можем быть вместе, это неважно. Важно, что он жив. Я все равно люблю его, несмотря на ритуал.

– Думаю, мы еще поборемся за тебя. – Лиса кивком указала на браслеты. – И я рада, что ты снова с нами. Что мы все опять вместе.

– Разве что зубрилы нет, – заметила с грустным смешком Миранта, и Лиса почувствовала, что гроза миновала.

– Нужно будет спросить у Кристиана насчет зубрилы, – задумчиво протянула Лиса.

Миранта уселась на подоконник и, поджав ноги, хитро посмотрела на подругу.

– Твоя очередь рассказывать, – сказала она. – Крис сказал, вы с ректором целовались прямо на глазах у магистров.

Лиса фыркнула.

– Чего я при всех только не делала, – заметила она, вовсе не собираясь погружать подругу в пучины собственного ужаса. – Даже нагишом стояла, представляешь?

– Нагишом? – брови Миранты поползли вверх. – Ну ты даешь! Вот тебе и скромница-Лиса. Как же так вышло?

– Хорошо, Эш отдал мне свой плащ, – Лиса смущенно покачала головой. – Когда я перешла в ипостась феникса, оказалось, что вся моя одежда сгорела, и я ума не приложу, что теперь с этим делать. Вряд ли Эш всегда будет поблизости. А вдруг все произойдет прямо во время занятий или в столовой?

Миранта задумалась.

– Нужно поговорить с артефакторами. Может, есть негорючие амулеты или пропитки, или ткани. Придумаем что-нибудь.

Обе помолчали.

– Лиса, – тихо спросила эльфийка. – А умирать больно? Мне Эш все рассказал, ты не сердись, он переживает очень.

Лиса задумалась, вспоминая.

– Все случилось быстро. Боль была, сильная, до пелены в глазах. А еще был страх. Боялась, что Лир убьет Кристиана. Безумно страшилась, что переживу то же, что и ты, точнее, что не смогу пережить это. И думала, что не смогу воткнуть демонов кинжал. Аж руки тряслись.

Снова в комнате повисла давящая тишина. Миранта повернулась к окну. Лису трясло, хотя в комнате было тепло. Воспоминания поглотили ее. Но она радовалась их с Мирантой невольной откровенности. Исчезла недосказанность. И от этого стало легко. Длинноночье словно еще больше объединило их, сделало роднее.

Миранта прикусила губу.

– Знаешь, чего мне сейчас хочется?

– Выспаться? – предположила Лиса.

Эльфийка покачала головой.

– Пойти на Бал и забыть обо всем хотя бы на эту ночь.

– Праздничный пунш? – предложила Лиса.

– Думаю, сегодня мы можем себе позволить напуншиться до ушей, – сказала Миранта и подмигнула.

– Но тогда у нас с тобой наметилась проблема.

– Какая?

– Нам с тобой нечего надеть на Бал.

Миранта прищурилась.

– Зажигай светильники, – сказала она. – Будем придумывать из того, что есть.


Глава 10

Знаменитый Бал Длинноночья в Университете шумел, начиная с улицы. Отовсюду раздавались смех и поздравления, будто сегодня все забыли, что нужно быть сдержанными и вести себя с достоинством. Адепты разных факультетов собирались вместе, кидались снежками из липкого снега, кружились в танце прямо на улице. Чем они наполняли своих бокалы, оставалось тайной, но Лиса подозревала, что не везде плескался безобидный университетский пунш. В конце концов, гномий самогон еще никто не отменял. По дороге к мужскому пансиону пришлось не раз отбиваться от смелых предложений прогуляться, хотя дорога вовсе не была длинной.

То тут, то там встречались одиночки, традиционно загадывающие длинноночные желания. Считалось, что слышать их должен только ты сам и Светлая Богиня. Ведь она в эту ночь была особенно близка.

Кто-то запустил снежок и попал Лисе в плечо. Миранта засмеялась. Отыскав глазами стрелка, девушка узнала в нем Бурелома со своего факультета. И тут же запустила в него ответным снежком, но промахнулась. Гном расплылся в улыбке и дружелюбно помахал рукой, присоединяясь к компании таких же гномов, как он сам, только с разных факультетов. Лиса подумала, что ни одна раса не держится друг друга так, как гномы. Они могут дружить с кем угодно, но всегда стремятся объединиться со своими.

Миранта отряхнула плечо подруги и, ловко поймав за рукав проходящего мимо паренька, попросила позвать Эша и Риза. Тот подмигнул Миранте и со словами «За тобой должок, красавица» отправился исполнять ее просьбу.

Морозец заставлял девушек скакать то на одной, то на другой ноге, что вернуло на их лица веселые улыбки. Но мерзнуть отчаянно не хотелось и подруги принялись бросать друг в друга снежками. Такими их и застали ребята – разгоряченными, с растрепанными волосами, но счастливыми. Риз удивленно рассматривал Миранту, которая укрылась за фонарным столбом, и тут же получил от Лисы снежком прямо в нос. Стряхнув снег, он услышал мелодичный смех эльфийки и поймал еще один снежок теперь уже от нее.

С криком «ах так» задира набрал снега, быстро смастерил два снежка и отправил их друг за другом в смеющихся подруг. Эш со стороны наблюдал за их игрой, пока ему самому в грудь не прилетел сразу двойной снежный заряд. Теперь и он не смог отсидеться в стороне. Первой сдалась Лиса. Она подняла руки, показывая, что больше не играет, но тут же получила очередной подарок в бок.

– Эй, я так не играю! – возмутилась она, глядя на Эша.

Тот возразил, что он тоже не играл, когда его втянули в эту игру. Снежки у Эша выходили большими, но он их почти не сминал, понимая, что так может просто покалечить противников. Риз добрался до Миранты и, загнав ее к дереву, решил, что уж теперь-то отомстит за все попавшие от нее снежки. Но эльфийка, спрятавшись за стволом, принялась так метко отстреливаться, что вскоре Риз сдался. Все четверо хохотали до боли в горле.

Ребята решили не возвращаться в пансион для переодевания, чтобы не расстраивать девушек, намеревавшихся успеть хоть разок за ночь потанцевать. Решено было, что раз уж на прикосновения Эша магия браслетов не реагирует, то партнером для танцев эльфийки станет он, тогда как Лису будет сопровождать Риз. Проблему с нарядами решили сами устроители Бала. На входе в Центральный корпус раздавались маски и блестящие плащи из тонкой материи. Так что каждый желающий, даже если не обладал костюмом, мог вмиг принять праздничный вид. Следом входящим вручались наполненные бокалы, чуть дальше были столы с закусками.

Лиса почувствовала, что голодна как никогда. Но не успела она подойти к столу, как к ней подошел магистр Эйнор, которого она ни за что бы не узнала в маске старого филина. Магистр театрально поклонился Лисе, она, улыбаясь, присела в поклоне.

– Рад видеть вас, Лиса, – он заметил намокший подол ее платья и покачал головой. – Адептка Варрама, то, что вам зачли все экзамены, не означает, что можно забыть про магию.

Лиса скромно потупила глаза, в следующий момент ощутив теплую волну от Эша, которая вмиг высушила ее наряд. Магистр Эйнор улыбнулся.

– Хорошо иметь друзей, не так ли? – спросил он и, повернувшись к Эшу, обратился уже к нему. – Я помню вас, молодой человек. Вы всегда сопровождаете адептку Варрама на занятия. И тогда, в корпусе Ментальной магии я тоже видел вас. Как ваше имя?

– Это адепт Эш Хшур, магистр Эйнор, – представила его Лиса, заметив, что Эш замешкался.

– Хшур, Хшур, – пробормотал магистр. – Пустынные орки, я полагаю?

Эш с достоинством поклонился.

– Что ж, я обязательно запомню ваше имя. И ваши тоже, адепты Эль и Риз.

Лиса удивленно посмотрела на старого магистра. Что означали его слова? Если бы не доброжелательная улыбка, она бы подумала, что они звучат, как угроза. Магистр заметил ее взгляд и поспешил развеять сомнения.

– Думаю, вас ждет непростое будущее, адептка Варрама. Светлая Богиня никогда не посылает, хм, таких даров, как ваш, просто так. Нам следует ждать важных событий. Не знаю уж, хороших или не очень, но уверен, что важных. Поверьте старику, повидавшему многое в своей жизни, я еще не раз услышу ваши имена. И уверен, что буду гордиться тем, что знал вас всех лично. А теперь прошу простить меня. Я совершенно заболтал вас. В Длинноночье нужно веселиться от души, а не болтать со стариками.

Лиса ощутила, что от слов магистра где-то внутри поселилось предчувствие неизбежно-грядущего. Там, где раньше была уверенность, что все уже позади. Она рассеянно кивнула магистру, позволяя Эшу увлечь себя в зал. Атмосфера праздника невольно заставляла отбросить все мысли, шумное веселье отвлекало даже от самых серьезных переживаний. Лиса обернулась на уходящего магистра, но Миранта уже подхватила ее под руку, забирая у Эша, и потянула в зал.

Зал был полон снежинками. Сверкающие под потолком магические светильники в виде больших и маленьких снежинок освещали зал, даря мягкий, мерцающий свет. Музыка струилась, казалось, что она исходит из самого мрамора. Колонны, поддерживающие свод, прикрывала непрекращающаяся метель. Она, будто живая, обвивала мраморные столбы и следовала дальше, вверх, растворяясь уже под потолком.

Поначалу Лисе показалось, что зал кружится, но потом она разобралась, что кружатся танцующие пары, просто движения их были столь дружными и синхронными, что ощущение общей волны создавалось у всех смотрящих. Миранта тоже с замиранием смотрела на эту красоту.

– Я даже не знаю, как рассказать об этом дома, – вдруг произнес Риз. – Мне просто не хватит слов, чтобы описать все это.

– А ты собираешься домой на каникулы? – спросила Лиса.

Миранта замерла, ожидая его ответа. Риз кивнул.

– Хочу позвать с собой Миранту, – он посмотрел на эльфийку. – Что скажешь?

– Я с удовольствием познакомлюсь с твоей семьей, Крис, – ответила она.

Лиса увидела радость в глазах подруги и подумала, пусть их с Ризом разделяет артефакт, но, пока сердца бьются в унисон, они все преодолеют.

– Подаришь мне танец?

Вопрос поставил эльфийку в тупик.

– Как же…? – замялась она. – Ведь ты не можешь…

– А я и не прикоснусь к тебе, – уверил ее задира.

Лиса с интересом наблюдала, как он почти положил руку на талию эльфийки, оставляя пространство в дюйм и одновременно создавая впечатление, что придерживает ее. Крис вытянул вторую руку, кивнул Миранте и та, следуя его примеру, почти положила свою ладонь на его. Так, на расстоянии, они и закружились в танце.

Лиса смотрела им вслед, ощущая, как от нежности мурашки ползут по рукам. Никогда она не видела ничего более трогательного, чем их танец.

– Знаешь, – вдруг проговорил Эш, – нужно сходить к артефакторам. Может, есть способ как-то заговорить перчатки для Риза.

Она изумленно обернулась к другу.

– Ты – гений, Эш, – сказала она. – Обязательно нужно.

– Потанцуешь с гением? – улыбнулся орк.

– А можно мне сначала что-нибудь укусить? – спросила она. – Есть хочется жутко.

Эш обескураженно посмотрел на нее. И она поспешила уточнить.

– А потом танцевать. Несомненно.

Орк засмеялся и повел ее обратно к столам с закусками. Лисе показалось, что вкуснее этих бутербродов она не пробовала никогда.

Потом были танцы. И Лиса кружилась и кружилась до тех пор, пока ее ноги не потребовали отдыха. Вокруг было шумно. Друзья веселились и не вспоминали о горестях, решив позабыть о них хотя бы на эту ночь. Риз называл Лису «сестренкой» и тащил на очередной задорный танец. Эш конкурировал с ним за сладкий приз в соревновании на лучший бросок искусственным снежком, который придумала Миранта. Соперничали ребята настолько захватывающе, что к ним присоединились адепты с других факультетов и курсов. Кого-то Лиса уже видела, кто-то был ей вовсе не знаком. Но это было совершенно не важно, ведь всех объединило общее настроение. Под конец болельщики разделились на две партии, хором выкрикивая «Эш» или «Риз», в зависимости от предпочтений.

Лиса хохотала, глядя на то, как Риз пытается отобрать кусок торта у выигравшего Эша. Миранта тоже держалась за живот. В этот миг Лисе подумалось, что она почти счастлива. И всего-то не хватает, чтобы Кристиан был рядом.

Тут магистр Вальди, вышедшая на середину зала, предоставила торжественное слово ректору Университета. Ощутив, как сердце от неожиданности заколотилось где-то в горле, Лиса проследила за удаляющейся фигурой заместителя ректора, ожидая, что вот-вот появится ее Кристиан. Все адепты смотрели в ту же сторону, но никто не заметил, как, проходя мимо Лисы, ректор легко коснулся ее руки. Она лишь на мгновение удивилась, почувствовав это, и тут же улыбнулась, включаясь в нехитрую игру «никто не знает, что мы знакомы». Его прикосновение грело душу. Ведь в эту ночь они не могли не встретиться. Пусть даже так, хотя, откровенно признаться, ей хотелось большего. Обида прошла, уступая место нетерпеливому ожиданию.

Он что-то говорил, время от времени останавливая на ней свой взгляд, и от звука его голоса что-то сладко замирало внутри. Смысл его слов с трудом улавливался, затуманенный выпитым пуншем, общим весельем и влюбленностью.

– Любишь его? – шепотом спросила Миранта, наклоняясь к ее уху, чтобы никто не услышал.

– Безмерно, – прошептала одними губами в ответ Лиса, не отводя взгляда от Кристиана.

– Тогда это тебе, – в ладонь Лисы скользнула маленькая, сложенная вчетверо записка.

Девушка удивленно посмотрела на подругу, разворачивая листок. Буквы плясали перед глазами. «В час у меня».

Часы над залом показывали двенадцать. Еще целый час. Лиса сжала записку в руке.

– Как она попала к тебе? – спросила Лиса у Миранты.

– Он сунул мне ее в руку, когда прошел мимо, – ответила та.

– А почему не мне? – обиженно спросила Лиса, понимая, что подруга не ответит на ее вопрос.

Миранта ожидаемо пожала плечами и улыбнулась.

– Не ревнуй, – пропела она. – Завидую тебе.

Вздох эльфийка поборола, но на Риза взглянула так, будто хотела съесть его прямо целиком.

– С тех пор, как ему стало нельзя меня касаться, хочу его прикосновений еще больше, – призналась она Лисе на ухо. – Только об этом и думаю. Безумие какое-то.

– Полагаю, он тоже об этом думает, – предположила Лиса, взглянув на Риза.

Казалось, тот был весел, но взгляды, которые он время от времени бросал на эльфийку, заставляли даже Лису покраснеть. Понимая, что долго так продолжаться не сможет, она подумала, что к артефакторам нужно попасть как можно скорее.


Глава 11

Попрощавшись с Мирантой у пансиона, Лиса с волнительным нетерпением зашагала к ректорскому домику. Тишина, стоявшая в этой части парка, делала ночь еще волшебнее. Скрип снега под ногами добавлял щекочущей душу романтики, и даже Луна, к которой Лиса с некоторых пор относилась с опаской, не казалась больше мрачной и сулящей неприятности. Полнолуние прошло, и темно-синяя мгла уже отъела приличный кусок от правого края бледной ночной царицы.

Засмотревшись на Луну, Лиса чуть не пропустила поворот дорожки и очнулась, лишь когда сзади послышались быстрые скрипучие шаги. Обернувшись, девушка никого не обнаружила, ощущение было не из приятных. Шаги стихли, но чувство опасности не покидало. Лиса прибавила шагу. И снова скрип заставил обернуться. Даже звук собственного дыхания казался ей сейчас слишком громким. Мысленно попросив Янку прогуляться и незаметно проследить за тем, кто крадется следом за ней, девушка наклонилась. Притворившись, будто отряхивает юбку она отпустила огненную подружку.

Сделав еще несколько шагов к домику ректора, Лиса остановилась. Позади послышался короткий вскрик. Лиса махом добежала до источника звука и увидела Янку, которая стерегла испуганную Ольжетту. Блондинка пыталась отгородиться от пышущей огнем ящерки ледяной стеной, но саламандра легко растапливала ту быстрее, чем она успевала подняться.

– Янка! – Лиса хлопнула по карману. – Оставь ее. Она неопасна.

«Ты ошибаешься, – услышала девушка возмущенный голос фамильяра в голове. – Она хотела устроить тебе ледяную подножку».

Лиса перевела взгляд на блондинку и улыбнулась. Детские шалости. Чего тут бояться?

– Что тебе нужно, Ольжетта? – спросила она, вдруг осознавая, что действительно больше не воспринимает ее как серьезную угрозу.

– Хотела убедиться, что в прошлый раз мне не показалось, – ответила та, скривившись.

– Убедилась? – Лиса подняла одну бровь.

Ольжетта мстительно кивнула.

– Он был уверен, что ты что-то скрываешь, – процедила она. – И не ошибся.

– Кто он?

Блондинка ничего не ответила, и Лиса продолжила:

– Ольжетта, я не понимаю, о чем ты, и, поверь, не очень-то хочу понимать. Поэтому, если тебе есть что сказать – говори. Нет – ступай куда вздумается, я не задерживаю.

– Это Мортейн, – Ольжетта говорила, цедя фразы, обида сквозила в каждом ее слове. – Ты о нем, конечно, забыла. Но вот он о тебе помнит. И я помню. Не знаю, что в тебе вдруг увидели все магистры, но я разберусь. Можешь кувыркаться со своим ректором сколько влезет. Только рано или поздно его сменят, и кто тогда тебя защитит?

– Угрожаешь? – нахмурилась Лиса.

– Можно сказать и так. – Ольжетта сочилась самодовольством. – Магистр Вальди будет рада узнать, где и как проводит ректор время. А я уж точно молчать не стану. Так что жди или своего отчисления, или увольнения ректора.

Лиса еще мгновение смотрела на блондинку, а после рассмеялась ей в лицо. Глупая курица. Она угрожает тем, что раскроет их роман? И кому? Магистру Вальди?

– Иди. Рассказывай, – благословила Лиса.

Ольжетта непонимающе посмотрела на ничуть не испугавшуюся Лису, а после гордо вскинула подбородок, развернулась и зашагала к учебным корпусам.

Лиса еле сдержала Янку, намеревавшуюся в отместку поджечь у блондинки плащ. Вместо этого она наказала саламандре охранять Миранту и докладывать обо всем, что будет происходить с эльфийкой. Хотя на самом деле Лисе просто хотелось побыть с Кристианом наедине, без посторонних глаз и ушей.

Дойдя, наконец, до домика ректора, она уже занесла руку, чтобы постучать, но так и застыла со сжатой в кулак рукой. Тревожное предчувствие накрыло ее холодной волной. Что могло случиться? Она тряхнула головой, отгоняя гнетущие мысли, и решительно постучала.

Дверь открылась, и Кристиан одной рукой тут же обхватил девушку за талию и втянул внутрь, а другой закрыл дверь. Оказавшись прижатой к дверному полотну, Лиса испуганно взглянула на Кристиана. Напористость мага была неожиданной. Он лишь на секунду задержался, заглянув в ее удивленные глаза, и тут же завладел ее губами, заставляя забыться в поцелуе.

Казалось, он вечность не целовал ее. Но ведь это и правда было давно. Поэтому Лиса наслаждалась каждой предоставленной ей секундой, позволяя ему вести. Задыхаясь от его настойчивости, она таяла от умелых ласк его языка, от легких прикусываний губ, от его горячего дыхания, смешивающегося с ее давно уже неровными вздохами. Руки Кристиана скользили по ее одежде, они развязывали завязки плаща, забирались под тяжелую ткань, стискивали ее талию и одновременно прижимали девушку еще плотнее к твердому мужскому телу. Ее же руки лишь целомудренно покоились на его плечах, будто выжидая, когда, в какой момент дать знак и остановить это безумие.

Но Кристиан оторвался от Лисы сам, рвано выдыхая ей в разгоряченные губы: «Я люблю тебя». Глаза его в этот миг поймали ее взгляд из-под чуть приоткрытых век. Истома владела сейчас ее телом, а его слова лишь больше затуманили разум. И этот неосознанный томный взгляд распалил его еще больше.

Плащ ее полетел на пол, девушка вмиг оказалась у мага на руках и обняла его шею. Рука его под ее коленками проделала пасс, и они шагнули в появившийся портал, который вел в его спальню. Смутное воспоминание о том, с какой поспешностью она в прошлый раз покидала это место, заставило Лису замереть в руках Кристиана и подумать о том, что они делают. Он заметил сомнение в ее глазах. Усадив Лису на кровать, он опустился на колено перед ней.

Поймав удивленный взгляд девушки, под взволнованный стук собственного сердца Кристиан без каких-либо колебаний залез во внутренний карман праздничного сюртука и вынул оттуда квадратную плоскую коробочку.

Лиса следила за его рукой с замиранием сердца. Она неверящими глазами уставилась на темно-синий, как ночное небо, бархат, потом перевела взгляд на лицо мага.

– Лиса, – хриплым шепотом начал он. – Пока ты не придумала, на что еще можно обидеться, и пока снова не ускользнула от меня, спасая очередного друга…

Он раскрыл коробочку. На белом атласе, переливаясь в свете магических светильников, лежали два золотых браслета, выполненных из тончайшего металла, чуть отдававшего в розовый оттенок. Сложная и одновременно изящная вязь рисунка покрывала всю поверхность браслетов, преломляя свет, щедро рассыпая отблески по белому атласу.

– Выходи за меня замуж.

Лиса подняла на него взгляд, все еще не веря, что это происходит с ней. Она набрала в грудь воздуха, чтобы ответить, и не смогла. Слезы вдруг покатились из глаз крупными каплями. Она замерла, но потом будто очнулась и принялась вытирать мокрые щеки. Кристиан тоже протянул руку, чтобы смахнуть слезинку с ее щеки.

Его взгляд выдавал волнение. Он пытался понять, что с ней происходит, а она сама этого толком не понимала. Она всхлипнула и коснулась золотистого металла пальцами. Поверхность оказалась неожиданно теплой.

Девушка открыла рот, чтобы что-то сказать, и тут же закрыла, не зная, что именно нужно произнести в этот миг.

– Я… – начала она, поднимая на него свой взгляд. – Я…даже не знаю, что ответить.

– Скажи да, – подсказал он и тут же нахмурился. – Или ты не согласна?

Лиса сглотнула, понимая, что, возможно, сейчас принимает самое ответственное решение в своей жизни, и снова с сомнением посмотрела на мага. Мозг ее, одурманенный блеском браслетов, чуть прояснился.

– А поцелуй, значит, должен был настроить меня на соответствующий ответ? – вдруг спросила она неожиданно даже для себя.

Кристиан хмуро выдохнул. И кивнул.

– Значит, ты намеренно затуманил мне мозги, чтобы я, растаяв от твоего поцелуя, ответила «да»?

Лиса требовательно посмотрела на Кристиана, и он сдался.

– Прости, – хрипло проговорил он, но она не дала ему договорить:

– Я согласна.

Вскинув взгляд, он наткнулся на веселые искры в глазах девушки и понял, что его разыграли. Его, имперского сыщика. Обвели, как мальчишку, вокруг пальца, заставив на секунду поверить, что получит отказ. Он набрал воздух, чтобы сказать ей что-то, но остановился, понимая, что она согласилась стать его женой. Лиса тепло улыбнулась и еще раз кивнула, подтверждая это.

Она наклонилась, приняла коробочку из его рук, не глядя, захлопнула ее и, отложив в сторону, вопросительно задрала бровь.

– Ну, если тебе нечего больше сказать, может, хотя бы поцелуешь меня еще раз? – сказала она со смехом в глазах.

Кристиан, выдохнув имя возлюбленной, сгреб Лису в охапку.

– Несноснее тебя нет на всем свете, – проговорил он, легко целуя ее. – Несноснее. Упрямее. Прекраснее. Желаннее.

Лиса дернулась, заставляя его опустить ее ноги на пол, но тут же снова оказалась обхвачена его рукой. Теперь он смотрел на нее сверху вниз, придерживая ее лицо за подбородок.

– Я люблю тебя, Лиса, – проговорил он, глядя ей в глаза, ожидая ее признания в ответ.

– А я тебя, – произнесла она, чувствуя, как легко дались эти слова, словно их говорило ее заполошно бьющееся сердце.

Губы мага накрыли ее, продолжая начатое у двери. Ее руки проскользнули по сюртуку мага, притягивая его. А ее язык несмело коснулся его языка, вызывая дрожь в теле Кристиана. Он застонал ей в губы. Испуг от собственной смелости был сметен ураганом страсти ректора. Ощущениями следуя за губами мужчины по шее, Лиса отмечала, что его руки уже давно преодолели дозволенные границы, они нежно и в то же время настойчиво ласкали ее тело. Отчего волны незнакомого наслаждения накрывали девушку с головой. Пожалуй, есть своя прелесть в эльфийских нарядах – не столько многослойных, как другая одежда, и позволяющих некоторую открытость и в определенном смысле доступность.

Однако даже под туманящей разум страстью Лиса напряглась, когда пальцы ректора нырнули ей за корсаж. Не сказать, что ей не хотелось продолжения. Да, клятые приличия, еще как хотелось. Она из последних сил держалась, чтобы не выгнуть спину, позволяя его пальцам достичь цели. И формально теперь они уже не нарушили бы эти самые приличия, но страх вдруг сковал ее движения. Слушая тяжелое рваное дыхание мага и, понимая, что сама в этот момент дышит ничуть не спокойнее, девушка отодвинулась от Кристиана.

– Испугал? – услышала она его шепот у своего уха. – Прости.

Лиса почувствовала, как от этого движения воздуха внутри вновь все скручивает от страсти, она сама потянулась к нему за поцелуем. Не в силах противиться собственным желаниям, Лиса расстегнула пуговицы одну за другой на его сюртуке, скользя ладонями по гладкому шелку рубашки, впитавшей жар его тела. Ощущая рельеф его тела под пальцами, она наклонилась и не сдержала стон, целуя ямочку, открывшуюся в просвете рубашки. Его ладонь легла ей на затылок, сминая волосы и распуская скрученную косу.

– Лиса, – его голос был похож на хруст сухих осенних листьев. – Остановись.

Она сделала вид, будто не услышала его, и продолжила дорожку поцелуев вверх по его шее. Пришлось встать на носочки, чтобы дотянуться.

Его тело охватила дрожь от ее легких поцелуев.

– Стой, Лиса, – прорычал он, хватая ее за плечи. – Остановись.

Кристиан со стоном отодвинул Лису. Она слышала их синхронное неровное дыхание, видела его безумный жадный взгляд на ее вздымающуюся грудь. Но мысли о том, что последует дальше, отрезвили. Кристиан отвернулся, опершись руками о холодный подоконник. Он прислонился лбом к ледяному стеклу, остывая от нахлынувшей страсти.

Лиса стояла, обняв себя руками. Она понимала, что они остановились почти на самом краю. Еще шаг, и мага бы уже ничто не остановило.

– Прости, – снова повторил он. – Это не от того, что я не желаю тебя.

– Я понимаю, – тихо проговорила она, натягивая шелковые рюши обратно на плечи.

Было стыдно. Осознание едва не совершенного падения пугало. Пугало и то, как легко ей это далось. Мысль о том, что он мог подумать о ней, как о легко доступной добыче, испугала своей возможностью.

Кристиан, почувствовав ее ужас, резко развернулся.

– Ты не сделала ничего предосудительного, – он посмотрел ей в глаза. – Это моя вина, не твоя.

Она спрятала пылающее лицо у него на груди. Он обнял ее, утешая.

– Я не могу прочитать твои мысли, но чувствую, что то, о чем ты думаешь, мучает тебя. Поверь, здесь нечего стыдиться. Когда любят, то любят и сердцем, и телом. Я понимаю, что для тебя важно следовать тому, чему учили. Поэтому жду. Не слишком хорошо это у меня получается, как видишь. Просто я потерял тебя тогда, в зале. И теперь боюсь… боюсь потерять снова. Хочу, чтобы ты была моей. Моей, понимаешь? Всей, без остатка. Когда-нибудь это случится, – уверил он ее и потом, помолчав, со вздохом добавил, как будто про себя: – И лучше как можно скорее, иначе я с ума сойду от… ну, неважно.

Лиса даже не услышала последние слова. Чуть не перейдя границу, она теперь стыдилась своей распущенности и сходила с ума от его близости одновременно. Внутри царил хаос. Она словно потеряла привычную опору, державшую ее, и теперь боялась заплыть туда, где под ногами бездна.

Он чуть отодвинулся, и она подчинилась его жесту, подняв на него взгляд. Попыталась отвести глаза, но он настойчиво поймал ее за подбородок, и тут же отпустил, нежно проводя по ее щеке теплыми пальцами.

– Я не знаю, как убедить тебя. Знаю, что безумно люблю и хочу, чтобы ты была счастлива.

Она взглянула в его глаза и страх вдруг отступил. Лиса видела его искреннее волнение, и ей стало тепло. Она, потянувшись, провела пальцами по тревожной складке между бровей.

– Все будет хорошо, – сказал он, поймав ее руку и прижавшись губами к тонким девичьим пальчикам. Лиса кивнула. – Ты хочешь есть?

Смена темы разговора застала ее врасплох. Она покачала головой.

– Хорошо. Иначе пришлось бы разорять университетскую кухню, в доме совершенно нечего есть.

Лиса взглянула в его смеющиеся глаза и тоже робко улыбнулась. Кристиан посмотрел ей за спину и спросил:

– Так на какое число назначить обряд?

Вопрос заставил девушку покоситься на бархатную коробочку. Она казалась теперь змеей, свернувшейся в темно-синий клубок на белых простынях. Глядя на нее Лиса задала себе вопрос: неужели она и впрямь собирается замуж?!


Часть 2

Глава 1

– Он что, собирается обойти запрет? – спросила Миранта, шокировано разглядывая подругу.

– Он может делать все, что угодно, – серьезно проговорила Лиса. – Но дальше помолвки я не пойду. Скажи, как можно скрыть брачные браслеты?

Миранта пожала плечами.

– Вот и я говорю, никак, – продолжила Лиса. – А я не хочу, чтобы в меня тыкали пальцем и интересовались, почему мне можно то, что другим строго настрого запрещено.

Подруга недоверчиво посмотрела на нее. Потом сложила руки на груди и задала прямой вопрос:

– И ты прямо так и сказала ему?

Лиса вздохнула. Потом покачала головой.

– Не смогла.

Эльфийка усмехнулась.

– Понимаешь, он так ждал ответа, так искренне надеялся. Я просто не смогла сказать нет. Я люблю его, Мир. И не могу больше терять его. Но и обряд я не могу пройти. Понимаешь?

Лиса оправдывалась перед Мирантой и чувствовала, как совесть начинает грызть ее за этот обман. Ведь Кристиан заслуживал правды. А она обманула. Нет, в том, что она хотела быть с ним, девушка не сомневалась, но вот так сразу и замуж? Ведь учеба только началась, как совместить одно с другим?

– Я поговорю с ним, – решительно сказала Лиса. – Просто не сейчас.

– Дело твое, – зевнула Миранта. – Но он и впрямь заслуживает правды. Думаешь, он будет ждать, пока ты доучишься?

Лиса пожала плечами, сетуя на слишком проницательную эльфийку. Она взяла полотенце и побрела в душ, размышляя, сколько шансов у нее быть с Кристианом, если она скажет, что хочет до конца учебы оставаться в своем нынешнем статусе.

«Конечно, как что-то важное, так без меня», – услышала Лиса обиженное ворчание Янки внутри.

– Не сердись. Совсем скоро мы поедем к Эшу. Кстати, надо бы сказать ему, что предложение в силе, – заверила ее Лиса, вешая полотенце на крючок и заходя в душ.

«А своему ректору тоже об этом скажешь?» – спросила ящерка.

Лиса принялась мылить голову, думая одновременно обо всех навалившихся мелких и крупных вопросах. Сказать Кристиану правду придется. И о поездке к Эшу, и об обряде. Значит, завтра им предстоит непростой разговор.

Каникулы уже начались, всей их компании даже выставили баллы за экзамены. Хотелось бы поставить точку и не сражаться с собственной совестью, одновременно не мучая беспочвенными надеждами Кристиана. Она смыла пену, потерла лицо и подумала, что в эти две седмицы можно хотя бы обойтись без бесконечных зубрежек.

Выйдя из душа, Лиса обнаружила, что забыла халат в шкафу. Вот что значит думать о неприятных вещах.

Завернувшись в мягкое полотенце, она выглянула из-за двери. Коридор был пуст. Понадеявшись, что уж в это время никого не встретит, девушка заторопилась в свою комнату. На лестнице послышались шаги, и Лиса разобрала ворчанье нирры Брунгильды. Дожидаться, пока ее застанут в коридоре в таком виде, она не стала, поэтому быстрее нырнула в свою комнату и, прикрыв за собой дверь, прильнула к щели, размышляя, к кому в такое время направляется их бравая комендантша. Ухо девушки было прижато к двери, поэтому раздавшийся вдруг стук в их комнату почти оглушил ее. От неожиданности Лиса отскочила и наткнулась на собственную кровать. Зашипела, потирая ушибленное бедро. На следующий стук уже откликнулась заснувшая было эльфийка.

– Да что ж это такое? – пробурчала Миранта. – Кому не терпится получить лично мою благодарность за спокойный сон?!

Лиса метнулась к шкафу, выудила из него халат и накинула прямо поверх мокрого полотенца.

– Девочки, это я, – протянула нирра Брунгильда, заглядывая к ним в комнату. – Лиса! Не спишь еще?

Лиса покосилась в сторону разобранной кровати. Та манила ее в свои усыпляющие мягкие объятия, поэтому, разочарованно вздохнув, ответила:

– Нет, нирра Брунгильда. Еще не сплю.

– А я сплю, – возмутилась Миранта.

Лиса вышла в коридор как была, босиком, благо пол был покрыт ковровыми дорожками, и застудить ноги ей не грозило. Комендантша тоже имела вид далекий от совершенства. Волосы ее, еще не так давно уложенные в кудрявую прическу, разлохматились, будто по ним прошлись тряпкой, причем не один раз. Из-под махрового халата выглядывала простая хлопковая ночная сорочка. В руке у нирры Брунгильды был переносной магический светильник. Она посветила Лисе в лицо, увидела ее мокрые волосы.

– В душе была что ли? – полюбопытствовала гномка и, получив в ответ скупой кивок, принялась шепотом объяснять свое ночное появление. – Я уже спала, а тут он. И, главное, не уходит никуда. Зови, говорит, Лису, и все тут. Никуда, мол, с места не сдвинусь, пока не поговорю с ней.

– Да кто это? – не поняла Лиса.

С Кристианом они расстались недавно, с Эшем и Ризом уже давно, но вроде ничего не должно было случиться.

– Энтот, с Управления, – буркнула комендантша, изображая выпятившего грудь офицера.

– Янис? – воскликнула Лиса, но после предупреждающего шиканья от гномки спросила тише. – А что он хочет?

– Да я бы и на порог его не пустила, кабы не бумага, – начала оправдываться нирра Брунгильда, и затрясла головой так, что кудри запрыгали, еще больше путаясь. – Дело у него к тебе. Думаю, спешное, иначе зачем ему ночью являться.

Лиса опять вздохнула, понимая, что понежиться в собственной постели ей сегодня точно не грозит.

– Сейчас оденусь и спущусь, – сказала она комендантше.

Та кивнула, но тут же ткнула пальцем в ее голову.

– С мокрой головой на улицу собралась? Хоть платок накинь.

– Хорошо, хорошо, – быстро сказала Лиса и поспешила скрыться за дверью.

Даже одеться в темноте не было такой проблемой, как решить, что именно надеть. Если Янис явился просто поговорить, можно было натянуть на себя учебное платье, его проще всего накинуть. А вот если нужно будет ехать в Управление, тогда платье не подойдет, мало ли куда их может забросить после. Решив, что одолженный эльфийский брючный костюм подойдет больше, она как можно быстрее натянула его на себя и накинула поверх старое пальто. Выхватив из похудевшей стопки одежды теплый шарф, она двумя витками обмотала им шею, сунула ноги в чудом сохранившиеся зимние ученические сапожки и вышла из комнаты.

Янис ждал ее на улице. Длинноночье в этот раз как никогда оправдывало свое название. Ночь разлилась темно-синим оттенком по белому снежному покрывалу. Мягкий свет фонарей пятнами разбавлял темноту. Тишина стояла такая, что скрип от сапог офицера показался Лисе слишком громким, а уж собственные шаги и подавно.

Увидев Лису, офицер Ламар не начал с ходу объяснять, в чем дело. Он просто смотрел на нее, и глаза его в этот момент больше всего походили на глаза побитого пса. Вот только причины для этого Лиса не видела.

– Доброй ночи, Янис, – поздоровалась она, с тревогой в голосе. – Что-то случилось?

Ламар опустил взгляд, собираясь, видно, с мыслями, и кивнул. Было непонятно, ответил он так на ее вопрос или сделал это машинально.

– Доброй ночи, Лиса, – слова дались ему нелегко, особенно ее имя. – Мне нужно, чтобы вы отправились со мной в Управление. Дело чрезвычайной важности. Асс Валенсир сказал, чтобы я без вас не возвращался.

– Да что случилось? – спросила Лиса, плотнее укутывая голову шарфом.

Мороз был небольшим, но кусачим. Он уже раскрасил красными пятнами ее руки, которые придерживали шарф, не оставив без внимания щеки и нос. Мысль о том, что нужно было все же посушить волосы магией, о которой она опять забыла, мелькнула и исчезла, перебиваемая волнением и тревогой от неожиданного ночного визита. Еще Лиса подумала о том, что надо бы предупредить Миранту, куда направляется, но и на эту мысль Лиса махнула рукой. Нирра Брунгильда все равно сообщит подруге, с кем она ушла, так чего зря тревожить еще и ее? Пусть отоспится. Хотя бы она, раз уж Лисе не суждено поспать в это странное Длинноночье.

– К сожалению, здесь ничего рассказать не могу. Асс Валенсир велел привезти вас, а там уж он сам обо всем скажет. Я должен лишь доставить вас.

Пар изо рта Ламара вылетал в такт словам, и по тому, с каким трудом двигались его губы, Лиса поняла, что офицер изрядно замерз.

– Что ж, раз это очень важно, как вы говорите… – Лиса вгляделась в лицо Яниса. Произошедшие события сделали ее подозрительной даже с друзьями. – Я только предупрежу своего декана, чтобы на факультете не волновались.

Дойдя до комнатки коменданта, Лиса попросила нирру Брунгильду предупредить магистра Хайте, что ее срочно вызвали в Управление. Потом замялась и добавила, что сообщить магистру об этом нужно утром, если она все еще не вернется. Гномка с сомнением посмотрела на Лису, но ничего не сказала, лишь кивнула.

– Храни тебя Светлая Богиня, – проговорила она на прощание. – Видно, и впрямь что-то стряслось, коль уже адептку по ночам воруют.

Нир Гас на воротах проворчал что-то вроде «ходють тут и днем, и ночью, покою нету». Обещал пожаловаться на Лису ректору, после чего закрыл воротину, отрезая ей обратный путь.

Экипаж стоял почти у ворот Университета. Галантно подав Лисе руку, помогая забраться в ночной темноте по ступенькам внутрь, Янис чуть задержал ее пальцы в своих. Девушка нахмурилась, но ничего не сказала. В темном салоне экипажа не было видно выражения лица Яниса, но чувство, что и с офицером Ламаром вскоре предстоит личный разговор, не покидало Лису. Добирались в тишине. Лиса знала, что до Управления ехать не меньше получаса, а по зимней дороге и того больше, потому она удобнее устроилась в уголке экипажа и сама не заметила, как уснула.


Глава 2

В Управлении шла работа, несмотря на поздний час. Разве что делалось все медленнее и степеннее, чем при свете дня. Офицеры, встреченные ими по дороге на нижний этаж, не слишком-то торопились, останавливаясь, здороваясь, интересуясь у Ламара о каких-то деталях расследуемых дел. Но он отвечал односложно, перенося разговоры на потом. Лиса терпеливо переносила эти короткие задержки.

Они не стали подниматься к ассу Валенсиру в кабинет, а спускались теперь по лестнице, и Лиса поняла, что путь их лежит либо в мертвецкую, либо в лабораторию. Ни один из вариантов Лису не радовал, однако нетерпение вело ее вслед за офицером. В голове все время вертелся вопрос – за чем же таким важным ее вызвал асс Валенсир? Учитывая, что он знал о ее даре, причины могли быть любыми.

Белые стены, исключительная чистота, как в лечебнице… Все же мертвецкая, теперь сомнений не осталось. Асс Валенсир стоял в центре комнаты перед зависшими в воздухе носилками, с которых гороподобный ассистент перекладывал на стол тело. Нирры Норо на этот раз не наблюдалось, видимо, дежурство было поручено кому-то другому. Тело, которое, наконец переложили на стол, принадлежало не слишком пожилому мужчине, человеку. Лиса бросила взгляд на его лицо, с облегчением отмечая, что мужчина ей незнаком. И тут же перевела взгляд на асса Валенсира, заметившего их появление.

– Лиса, доброй ночи, – поклонился асс Валенсир.

Взгляд ее уловил скорбь, застывшую в его глазах. Лиса сделала быстрый книксен, приветствуя его.

– Хорошо добрались?

– Откровенно говоря, спала всю дорогу. Офицер Ламар еле добудился, – ответила она.

– Понимаю, понимаю. Но, к сожалению, дело действительно важное.

Асс старший следователь тяжело вздохнул и указал на тело.

– Лиса, взгляните на этого почтенного асса.

Лиса послушно перевела взгляд на мужчину. Она задумалась на мгновение, почему асс старший следователь назвал его ассом, но тут же про себя согласилась с этим выводом, отмечая ухоженность и дорогую одежду, в которую тот был одет. Высокий лоб мужчины пересекали три глубокие морщины. Лиса отметила и то, что волосы его уже щедро тронула седина. Обратила внимание на холеные руки, украшенные перстнями: один на среднем пальце правой руки, второй – на мизинце левой. Видимых ран на теле не было, налета вокруг рта тоже, к тому же дело отдали ассу Валенсиру, и Лиса предположила, что лежавшего перед ней мужчину убили магически. При отравлении черты лица вряд ли были бы такими спокойными. Мужчина был высоким, внушительного телосложения и выглядел довольно респектабельно. Может, поэтому он, даже будучи мертвым, подсознательно внушал уважение.

Лиса взглянула на асса старшего следователя, который с печальным лицом рассматривал ее. Приподняв брови, она спросила:

– Что я должна была увидеть, асс Валенсир?

– Вам незнаком этот мужчина, Лиса?

– Мне? – удивленно переспросила она. – Нет. В первый раз его вижу. А что, должен быть знаком?

Она еще раз вгляделась в черты его лица, может, видела где-то мельком. И вновь покачала головой. Асс Валенсир нахмурился.

Он указал на стул, приглашая присесть. Лиса села, ожидая, что он скажет дальше. Старший следователь колебался, но все же, посмотрев на девушку еще раз, решительно начал:

– Сегодня ночью недалеко от Университета на Центральной улице было найдено это тело. Точнее, нашли его не на самой Центральной, а рядом, в одном из переулков, но все же ближе к Университету, нежели к центру города. Следов крови или каких-либо насильственных действий не обнаружено. Его нашел один из патрульных офицеров, охранявших улицу. Вначале он даже подумал, что кому-то просто стало плохо, настолько мужчина выглядел живым. Но, прощупав пульс, вызвал дежурную команду, в которой по счастливой случайности оказался офицер Ламар.

Асс старший следователь перевел взгляд на Яниса, Лиса тоже посмотрела на него, и ей показалось, что помощник следователя покраснел.

– Он лежал в переулке, – четко по-военному принялся докладывать Ламар, – снег вокруг тела был так странно сметен, будто кто-то нарочно прошел по нему метлой. Мусор, однако, злоумышленники не тронули. Вокруг валялось много коробок.

Янис замолчал, а Лиса взглянула на асса старшего следователя, ожидая продолжения. Она все еще не понимала, каким образом все это касается ее.

– Мужчину перевезли сюда, – продолжил асс Валенсир. – Описывая содержимое его карманов, уж простите за подробности, Лиса, мы нашли письмо.

Девушка ощутила, как предчувствие холодком прошлось по спине.

– Поэтому мы связали это с Университетом.

Асс старший следователь открыл папку и достал оттуда конверт. Он вновь поколебался, но все же протянул его девушке.

– Это письмо адресовано вам, Лиса.

Она протянула руку и удивленно взяла протянутый ей конверт. В голове возникло столько вопросов. Письмо? Ей? От какого-то незнакомого мужчины? Мельком взглянув на лицо убитого, Лиса опустила взгляд и пробежала глазами по строчкам на конверте.

«Адептке 1 курса Крестского Университета Лисамине Варрама». Все верно. Это было ее имя. Но она точно не знала этого мужчину.

– Может, он был просто курьером? – предположила Лиса. – Приехал в Крест и привез мне письмо от кого-то?

Асс Валенсир покачал головой.

– Откройте, – сказал он. – Мы, как понимаете, в интересах следствия были вынуждены вскрыть конверт без вас.

Лиса подчинилась и достала листок, исписанный красивым почерком со всеми необходимыми завитушками и росчерками. В голове девушки кипела работа. Кто знал ее под этим именем? Наставница, Кристиан, Феликс и все представители Университета, включая преподавателей и адептов. Да, не слишком маленький список, но если отмести всех университетских, которые вряд ли стали бы писать ей письма, то оставался только Феликс. Только как этот мужчина был с ним связан? И связан ли вообще? Получив молчаливое разрешение прочитать содержимое письма, Лиса углубилась в чтение.

«Дорогая Лиса! Думаю, ты позволишь мне так тебя называть, несмотря на то что мы с тобой почти незнакомы…

Она подняла удивленный взгляд на тело. Письмо писал он сам? Зачем?

«…И все же я надеюсь, что когда-нибудь ты захочешь со мной встретиться. Тогда я смогу тебе все объяснить так, чтобы ты это приняла. Надеюсь на то, что хотя бы моя старость пройдет в заботе о тебе, и я дам тебе все то, чего лишил под гнетом тяжелейших обстоятельств.

Думаю, ты уже догадалась, кто я. Ведь ты всегда была умна, и это доставляло мне огромную радость. А твои успехи делали меня самым счастливым человеком на свете. Да, Лиса, я твой отец. Отец, который был вынужден скрыться, оставив долгожданную новорожденную дочь с ослабшей от тяжелых родов матерью в чужом городе у чужих людей. Отец, который все это время следил за тобой издалека и ждал минуты, когда будет можно открыться тебе. Отец, который, возможно, не заслужил твоего прощения. Но который все еще надеется его заслужить.

Я приехал в Крест в надежде встретиться с тобой. И если твое, несомненно, доброе сердце сумеет дать мне второй шанс, то буду ждать тебя по адресу: Крест, улица Гварда Рамельского, таверна «У веселого бражника».

Любящий тебя отец, асс Арвилл Шерский.

Написано 23 дня грудня второго тысячелетия двадцатого года».

Лиса все еще смотрела на скачущие перед глазами строчки, размытые набежавшими на глаза слезами, и была не в силах поднять голову, чтобы взглянуть в лицо тому, кто был ее отцом. Кого она поклялась вычеркнуть из своей жизни. И кого вычеркнули из ее жизни без ее ведома. Она закрыла глаза, и слезы полились по щекам. Отнеслась бы она к просьбе Кристиана по-другому, зная, что у них с отцом осталось не так много времени? Стала бы она его меньше винить в собственных горестях? Была бы терпеливее и добрее к нему? Теперь уже ничего не узнать. Ничего не вернуть. Ничего не изменить.

– Вы никогда его не видели? – спросил асс Валенсир.

Голос старшего следователя звучал так печально и жалостливо, что Лиса не смогла сдержаться, ее плечи мелко задрожали. Она затрясла головой и закрыла лицо руками, роняя письмо на колени.

– Лиса, – с сочувствием сказал Янис, кладя руку ей на плечо. – Лиса, мы найдем того, кто это сделал.

– Я бы не стал торопиться с обещаниями, Янис, – глухо отозвался асс Валенсир. – Дело очень странное.

Лиса, всхлипнув, отняла руки от лица и взглянула на старшего следователя.

– Почему? – спросила она.

– Потому что мы не знаем, от чего он умер, – произнес асс Валенсир. – И мне это совсем не нравится. Давайте оставим тело экспертам, а сами перейдем в мой кабинет.

Лиса поднялась со стула.

– Асс Валенсир, я хотела бы немного побыть с ним наедине. Можно?

Асс старший следователь с сожалением посмотрел на девушку и согласился.

– Конечно. Мы с офицером Ламаром будем ждать вас в кабинете.

Он прошел мимо Яниса, хлопнув того по плечу. Тот обернулся к Лисе.

– Лиса, я могу остаться. Вдруг вам что-нибудь будет нужно.

Девушка покачала головой. Мужчины вышли, оставив ее наедине с телом.

Она взглянула в лицо отца. Это был не первый виденный ею покойник. Даже не первый мертвый родной человек. На ватных ногах Лиса подошла к столу, и, проведя пальцами по холодной столешнице, легко коснулась его ледяной руки. Судя по дате, даже суток не прошло, как он этой рукой писал ей письмо. Чужой родной человек. Отчего же ей так больно, если она его совсем не знала? Холод его пальцев проник под кожу и достиг, казалось, самого сердца. Она провела рукой по его лбу, будто пыталась разгладить морщины. После, подвинув стул, села около него и, взяв за руку, положила голову ему на грудь. Совершенно незнакомое ощущение, но ведь все могло быть по-другому. И эти руки дарили бы ей надежность и тепло вместо ледяного холода. Если бы только она не позволила обиде взять верх. Если бы только согласилась встретиться тогда. Слезы вновь потекли из глаз, и ощущение потери и одиночества накрыло ее с головой. Теперь она совсем одна. Нет ни одной родной души в этом мире. Никого родного, кто знал бы ее с детства. Никого.

Дверь распахнулась и Лиса поднялась, оборачиваясь на шум. В комнату ворвался Кристиан, а за ним следом вбежал Янис.

– Она просила оставить ее одну, – рассерженно выкрикнул офицер Ламар вслед магу.

– Лиса, – Кристиан встревоженно всмотрелся в ее лицо, – нирра Брунгильда сказала, что тебя забрали.

Взгляд ректора выхватил тело, лежащее позади девушки. Лицо мага побелело, и он ошарашено произнес:

– Арвилл.

Лиса отметила, что Кристиан одет в праздничный костюм, и удивленно спросила:

– Ты собрался на бал?


Глава 3

– Я бы хотела осмотреть то место, где нашли моего отца, – сказала Лиса, глядя исключительно на асса Валенсира.

Она старалась не обращать внимания на шагающего из угла в угол Кристиана, хотя ее это безумно раздражало. Кристиан торопился. Это было заметно: он резко сжимал кулаки, если собеседник медлил с ответом, да и вопросы задавал быстро, один за другим.

Поначалу увидев тело асса Арвилла Шерского, Кристиан, как и Лиса, несколько минут просто смотрел на него, не веря, что тот мертв. Но после, когда Лиса собралась оставить его наедине с телом, он вдруг отказался и последовал за ней в кабинет асса старшего следователя.

Асс Валенсир, увидев Кристиана, нахмурился. Однако, поняв, что тот был знаком с убитым, заметно оживился и засыпал его вопросами: кем он был, чем занимался и почему раньше не объявился? На вопрос, каким образом сам асс ректор оказался связан с убитым, Кристиан туманно ответил: «Сталкивались по роду деятельности». Было заметно, что ассу Валенсиру не хотелось выпускать столь ценных свидетелей. По крайней мере, до тех пор, пока не будут заданы все вопросы. Но и не отпустить их он не имел права, отчего затягивал опрос, задавая, казалось, и вовсе незначительные вопросы. Например, о том, любил ли асс Шерский прогуливаться пешком или всегда ли он носил эти перстни. Кристиан стал раздражаться, асс Валенсир терпеливо ждал ответов.

Наконец, когда к ректору вопросы закончились, тот поднялся, направившись к выходу. Однако теперь у Лисы нашлись вопросы к ассу старшему следователю. Ее интересовало все: в котором часу обнаружили тело, кто и при каких обстоятельствах это сделал, что было еще в карманах отца помимо письма. Кристиан не уходил, ждал ее и, вероятно, намеревался перенести их обоих порталом на территорию Университета. Он нетерпеливо вышагивал туда-сюда, выслушивая ответы на ее вопросы. После же просьбы Лисы посетить место происшествия маг не выдержал.

– Лиса, ты не следователь, чтобы осматривать что-либо. Ты не заметишь того, что учат замечать профессионалов, – убеждал он ее.

Асс старший следователь кивнул, соглашаясь с ректором.

– Однако, пожалуй, я соглашусь с Лисой, – тут же разочаровал его асс Валенсир. – У Вашей адептки нестандартный взгляд на вещи. Я помню, как она вела себя на месте, где нашли ту водницу. Возможно, Лиса найдет то, чего не заметили, как вы выразились, профессионалы.

При этих словах Янис, все время стоявший у окна, предложил:

– Если вы переживаете за ниссу Варраму...

– Ассу Шерскую, – надменно поправил его Кристиан. – Теперь так можно говорить официально, полагаю.

– Ассу Шерскую, – согласился Янис, скрипнув зубами не столько из-за того, что Лиса теперь асса, сколько потому, что даже в этом его поправили. – Так вот, могу вас успокоить, я лично прослежу, чтобы она добралась до пансиона. Провожу прямо до дверей.

– Я и сам могу проводить ее до дверей, – процедил Кристиан.

– Но вы же торопитесь, – поправил его на этот раз Ламар. – А так и мы спокойно осмотрим место происшествия с ассой Шерской, и вы успеете туда, куда торопитесь.

– Я не возражаю, – внес свою лепту асс Валенсир.

Лиса выжидающе посмотрела на Кристиана. Она не собиралась менять свое имя, но в данную минуту это волновало ее меньше всего. Кто будет ее сопровождать на место убийства, ей тоже было сейчас безразлично. Она лишь хотела увидеть место своими глазами и опровергнуть или подтвердить собственную кошмарную догадку. Страх, который уже много лет не беспокоил ее, вновь поднял голову, наполняя душу липким, холодящим предчувствием.

Кристиан смотрел на Лису, не догадываясь о причинах ее настойчивости. Но, приняв внутри какое-то решение, а может быть, просто доверившись ей, кивнул Янису, соглашаясь.

– Хорошо, – сказал он. – Осмотрите место и проводите адептку в пансион.

Ламар молчаливо согласился, но Кристиан продолжил уже в другом тоне.

– Но, если хоть волос упадет с ее головы по вашей вине, офицер, я приложу все усилия, чтобы вышвырнуть вас со службы или низвести до должности самого мелкого клерка.

– Асс ректор, прошу вас, – остановил его асс Валенсир. – Полагаю, асса Шерская находится под достаточной охраной в лице офицера Ламара. Не стоит угрожать ему, к тому же в моем присутствии. Тем более, когда для этого нет оснований.

– Это не угроза, асс старший следователь, – уточнил Кристиан. – Это предупреждение. И соблаговолите убедить вашего подчиненного держать руки подальше от вверенной ему адептки.

– Мои офицеры никогда не пересекают дозволенной черты, асс ректор, – холодно заметил асс Валенсир.

На это Кристиан лишь ответил кивком. Он коротко посмотрел на ничего не замечающую Лису и, нахмурившись, вышел из кабинета.

В экипаже с Янисом снова ехали молча. Может, молодой человек и рад был бы поговорить, но Лиса слишком глубоко ушла в себя для того, чтобы разговаривать. Вспоминались все моменты, когда Кристиан так или иначе пытался свести ее с отцом. Ее терзали мысли о том, что если бы она была хоть чуточку сговорчивее и смогла забыть обо всем накипевшем, то сейчас ее отец был бы жив. Ведь даже самой глупой адептке было понятно, что в эту праздничную ночь он ехал к ней в надежде на воссоединение. Она опустила голову, неосознанно водя пальцами по пуговице пальто.

Ладонь Яниса накрыла ее руки, останавливая как движение, так и мысли. Лиса непонимающе посмотрела на него. В темноте экипажа его лицо выделялось бледным пятном, но то, что его глаза выражали сочувствие, ощущалось даже без визуального контакта. Лиса нахмурилась.

– Перестаньте терзаться, Лиса. Так распорядилась Светлая Богиня, – уверил ее офицер. – Вы все равно ничего не можете поделать. Он, к сожалению, мертв. Я постараюсь найти его убийц.

– А если вы не сможете им ничего предъявить? – спросила Лиса, потакая внутренней уверенности в личности этих самых убийц.

– Что значит не смогу? – удивился Янис.

– Бывают такие убийцы, с которыми не особо-то и поговоришь, не то, что обвинять, Янис, – она помолчала немного. – Поэтому не давайте обещаний раньше времени.

Ламар тоже молчал. Он убрал руку, но Лиса все еще чувствовала его прикосновение. Хотелось обтереть кожу о пальто и унять внезапный зуд, но это было бы слишком неучтиво. Ведь он беспокоился о ней. Поэтому она просто засунула руки в карманы пальто.

– Теперь вы совсем не захотите со мной общаться, – тихо проговорил Янис.

– С чего вы взяли? – удивилась Лиса.

Ламар вздохнул.

– Я понял это, когда увидел вас там, в зале, во время вашего… превращения.

Лиса не знала, что ответить на это заявление. Но Янис сам продолжил:

– А теперь вы асса. Асса Шерская. И я…

Ламар замолчал, но Лиса поняла, что он имел в виду. Он считал теперь, что при его низком положении не имеет права навязываться девушке из высшего общества. Давать ему надежду на возможные отношения не хотелось, но объяснить, что это вовсе не из-за разницы в статусе, было необходимо.

– Янис, – начала Лиса, с трудом подбирая слова. – Поймите, то, что вы не знатного происхождения…

– Я понимаю, Лиса, – перебил ее офицер, видимо, не желая выслушивать отказ из ее уст.

– Да ничего вы не понимаете, – рассердилась она. – Мне совершенно наплевать на происхождение. И отсутствие у вас магии меня тоже не пугает.

– Но я чувствую вашу холодность, – вырвалось у него. – Простите. Я думал, что вы испытываете ко мне что-то похожее на…

– На дружбу, Янис, – закончила за него Лиса. – Я и раньше вам об этом говорила.

– Значит, вы все же с ним, – зло заметил он.

Ей не понравился его тон. Но, к счастью, экипаж в этот момент остановился, и продолжать разговор не пришлось. Янис, бросив в ее сторону взгляд, значение которого она не смогла распознать, открыл дверцу и вышел, ожидая, чтобы подать руку и помочь выйти.

Лиса спустилась и, вскользь поблагодарив спутника, вновь сунула руки в карманы, сожалея что оставила перчатки. На Центральной улице было холодно и пустынно. Редкие прохожие, скорее всего возвращавшиеся из гостей, торопились домой, ежась от покрепчавшего мороза.

Проулок, в который свернул Янис, начинался от Центральной улицы, а заканчивался тупиком. Дом, в заднюю стену коего он упирался, не имел с этой стороны окон. Боковые же дома хоть и были жилыми, но в ночную пору свет не пробивался ни через одно из окон. Видел ли кто-нибудь, как произошло убийство, или нет, сейчас было трудно сказать.

Янис, проследивший за тем, куда смотрела Лиса, уверил ее, что завтра же утром они займутся опросом жителей этих домов, но надежды на то, что свидетель найдется, было мало. Праздничная ночь, горячительное и усталость лишали возможных свидетелей остатков бдительности.

Дойдя до места, Ламар остановился. Лиса остановилась еще раньше. Пришлось подвесить над местом пару светляков, чтобы вывести из тьмы мрачный переулок, благо их она уже научилась делать, почти не задумываясь. Рядом с Ламаром снег, нападавший утром, был изрядно примят. Видимо, тело отца лежало именно там. Лиса надеялась, что на месте почувствует душу отца или услышит его зов, но улица была погружена в ночную тишину, гулкую и вязкую. Из-за того, что это было местом убийства, а, может просто потому, что ночь выдалась не из легких, Лисе вдруг показалось, что дома нависли над ней огромными черными тенями, будто живыми чудовищами, повернувшимися сейчас к ней своими безглазыми лицами.

Девушка поежилась и, отведя взгляд, принялась осматривать снег. Как и говорил Янис, вокруг места, где лежало тело отца, он был будто аккуратно разметен частой метелкой. Лиса заметила перевернувшиеся ящики, о которых упомянул офицер. Видимо, изначально те лежали около двери одного из домов, сложенные на утро для приходящего молочника. Но теперь они были разбросаны по кругу, будто специально разложены вокруг тела. Лиса поежилась снова, но уже не от мороза. Подтвердившаяся догадка заставила ее сжать руки в кулаки прямо в карманах. Она знала, на что это было похоже.

– Серая тень, – тихо проговорила она, чувствуя, как, произнося эти слова, выпускает свой страх на волю. Теперь он пропитывал весь воздух вокруг нее.

Несмотря на то, что слова были произнесены почти беззвучно, Янис услышал их. Он подошел к девушке и, глядя ей прямо в глаза, спросил.

– Откуда вам известно о серых тенях?

Она не знала, являются ли сведения о тенях секретными, поэтому постаралась сделать как можно более спокойный вид.

– Не помню, по-моему, о них мне рассказывал какой-то возница, – отмахнулась она. Не сказать, что соврала, но и всей правды не сказала.

Янис задержал на ней взгляд на мгновение, а после развернулся и еще раз со стороны осмотрел следы.

– Похоже на то, – согласился он, закончив осмотр. – Вы, Лиса, кладезь знаний. Что еще вы скрываете?

Девушка помедлила с ответом.

– Усталость, быть может? – перевела она тему, поняв, что больше ей здесь делать нечего. Пора было возвращаться в пансион.

Янис, уловив в ее словах однозначный намек, кивнул.

– Вы правы. Мне, пожалуй, пора отвезти вас, как и обещал.

Лиса молчаливо согласилась, и погасила светляки. Сели в экипаж. Длинноночье подходило к концу и, как всегда перед рассветом, темнота стала еще гуще. Она разлилась, заглушая, казалось, даже свет фонарей на Центральной улице. Лисе стало жутко. А вдруг серые почувствуют ее, а вдруг отец не смог противиться и выдал, куда и зачем направлялся? А вдруг ее уже поджидает одно из этих существ там, в Университете? Мысль о том, что на территорию Университета не так-то легко попасть, немного успокоила. Встречаться со старой знакомой не хотелось. До дрожи в коленках.

Ламар, чувствуя, что ее молчание не оставляет ему выбора, тоже хранил тишину. Он вышел из экипажа и пошел рядом с ней к воротам, следуя обещанию. Нир Гас вновь проворчал, что вообще-то открывать ворота ночью ему не велено. Однако, увидев, что это Лиса, поджал губы и все же отворил створку. Яниса же, собравшегося шагнуть внутрь, остановил.

– Говорять же вам, не велено никого пущать по ночам, – тролль уперся, собираясь грудью держать оборону.

– У меня личное распоряжение ректора, – процедил сквозь зубы Янис. – Я обязан довести адептку до пансиона.

– А-а-а, – протянул тролль, пропуская офицера. – Личное. Тогда ладно. Хотя с чего бы это ассу ректору лично беспокоиться об адептке, ума не приложу.

Под это привычное ворчание привратника молодые люди углубились в университетский парк. Даже те адепты, что любили гулять по ночам, к утру расползлись по пансионам, и теперь в парке царила та же тишина, что и в городе.

– Лиса, – тут же нарушил ее Ламар. – Пожалуйста, не сердитесь на меня из-за того, что я там наговорил. Я лишь хотел сказать, что все еще надеюсь. Понимаю, что совершенно беспочвенно, но все же.

– Янис, вы не слышите, что я вам говорю? – рассердилась девушка. – Мое сердце занято. Занято, понимаете? Я люблю его. И всегда любила. И вам об этом прекрасно известно. Так, пожалуйста, не мучьте ни себя, ни меня.

Офицер не ответил. Это напряженное молчание было Лисе очень знакомо. Когда очень хочешь закричать, но не смеешь. Ей стало жаль его. Ведь он не виноват в том, что она любит другого. Поэтому она продолжила.

– Я ценю вашу дружбу. И всегда буду рада вас видеть.

Ламар не смотрел на нее. Просто молча шел рядом. А у девушки возникло ощущение, что она ходит по кругу, ведь они уже говорили об этом.

Вид пансиона ее порадовал. Наконец-то тянущий за душу разговор и столь же тянущее молчание будут окончены. Когда они остановились около дверей, она хотела попрощаться, но неожиданно была порывисто схвачена в объятия и, не успев ничего толком понять, почувствовала, как губы Яниса захватывают ее губы, без стеснения сминая их. Нескольких мгновений хватило на то, чтобы осознать, что он без ее на то позволения целует ее. Целует не нежно и робко, а со всей страстью, и одна его рука прижимает ее к телу офицера, а другая держит за шею, не оставляя шанса вывернуться. И, как только это осознание достигло цели, Яниса отшвырнула от девушки плотная воздушная волна. Стихия подчинилась ей легко, встав надежным препятствием между ними.

– Никогда, слышите, никогда больше не смейте так делать!

Возмущению ее не было конца. Она чувствовала, как дрожь негодования охватила ее.

– Пусть так! Пусть хотя бы так! – выкрикнул он. – Вы сами еще не знаете, чего хотите, Лиса! Вы не пробовали, может и я не так уж плох. Может, ваш выбор ошибочен?! А я буду ждать. Ждать, Лиса! Слышите? Потому что я верю, что вы будете со мной. Верю!

– Безумец! – сорвалась она. – Я никогда не стану вашей. Потому что я уже его.

Он собирался преодолеть разделяющий их барьер, но ее слова его отрезвили. Только расценил он их по-своему. Злость перекосила его лицо. Но лишь на мгновение.

– Все равно! – сказал он. – Я прощаю вас.

Лиса молча развернулась и, еле сдерживаясь, чтобы не ударить его, открыла дверь. Спорить с ним было бесполезно. Требовалось успокоиться самой и утихомирить клокотавшие внутри Стихии.

– Я буду ждать, Лиса, – крикнул он ей вслед, но его слова перекрыл грохот хлопнувшей двери.

Девушка, не чувствуя ног от усталости, добрела до своей комнаты, твердо решив несмотря на желание рухнуть в кровать и поспать оставшиеся до утра часы, все же забежать в душ и умыться. Хотелось смыть поцелуй Ламара и его прикосновения. А еще она безумно сердилась. На Ламара – за своевольство, на Кристиана – за то, что оставил ее, на отца – что не был настойчивее. Но больше всего на себя. Муки совести грызли душу и облегчить ее страдания уже, к сожалению, никто не мог.

«Нет, вы гляньте какой нахал!» Неожиданное восклицание Янки заставило Лису подскочить. Хорошо, что она услышала голос ящерки уже в ванной комнате, а то точно что-нибудь уронила бы и разбудила мирно спящую Миранту.

«Нет, мало его отгородить. Нужно было все-таки пыхнуть на него огнем!»

– Так пыхнула бы, – не сдержалась Лиса. – Он и вправду это заслужил.

«А что, можно было?» – радость в голосе саламандры была явно неподдельной.

– Нет. Нет, конечно. Прости, злюсь на него, а срываюсь на тебе. Это совсем никуда не годится. Сейчас спать. А завтра просто необходима медитация.

«Знаешь, – проговорила Янка. – Я же чувствую, как ты устала. Давай я завтра не разрешу тебя будить, пока сама не проснешься? А? Только вот выбегу на ночь, лапки разомну. Хорошо?»

Тепло от этой нехитрой заботы вызвало вдруг слезы, заполнившие глаза и грозившие вот-вот политься по щекам. Лиса быстрее умылась, тщательно оттирая губы, пытаясь скрыть за этим расшалившуюся чувствительность.