Томас Кунце, Томас Фогель
Падение СССР. Что стало с бывшими союзными республиками

Thomas Kunze

Thomas Vogel

Das Ende des Imperiums. Was aus den Staaten der Sowjetunion wurde

© Thomas Kunze, Thomas Vogel, 2020

© Christoph Links Verlag GmbH, Berlin 2017

© ООО «Издательство «Кучково поле», издание на русском языке, 2020

* * *

Предисловие к новому изданию книги

Три десятилетия назад с политической карты мира исчез Союз Советских Социалистических Республик: огромная империя распалась на составные части. Возникли пятнадцать новых независимых государств: Азербайджан, Армения, Беларусь, Грузия, Казахстан, Кыргызстан, Латвия, Литва, Молдова, Россия, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан, Украина и Эстония.

Страны, некогда входившие в Советский Союз, и по сей день связывает «советская культура» XX столетия, даже если фотографии из зон военных конфликтов, таких как Донбасс, Приднестровье или Нагорный Карабах, говорят об обратном. Спустя почти 30 лет после распада Советского Союза, охарактеризованного Владимиром Путиным как «геополитическая катастрофа», дружеские взаимосвязи, как и прежде, охватывают территорию бывшего Союза от Риги до Владивостока, от Киева до Ташкента. Родственные связи объединяют таджиков и узбеков так же, как татар и украинцев. Знакомства между людьми и переплетение судеб продолжаются на всей территории бывшего Советского Союза. В странах Балтии теперь официальной валютой является евро, а в Средней Азии усиливается влияние ислама. Однако, как и прежде, их связывает общая история, которая зачастую является и историей народов бывшего СССР. Тем больнее становится наблюдать продолжающуюся с 2014 года гражданскую войну на Украине: война сеет раздор между людьми, которые мирно жили рядом друг с другом, – даже если в советские времена это подчас навязывалось сверху.

8 декабря 1991 года на правительственной даче «Вискули» недалеко от Бреста главы трех союзных республик (России, Белоруссии и Украины) – Борис Ельцин, Станислав Шушкевич и Леонид Кравчук – вопреки воле президента Советского Союза Михаила Горбачева основали Содружество Независимых Государств (СНГ). СССР канул в Лету. В своих мемуарах последний министр иностранных дел СССР, а позднее президент Грузии Эдуард Шеварднадзе, скончавшийся в 2014 году, вспоминал: «Разрушилась последняя империя XX века – Советский Союз. Это кровавое, утопическое, возникшее против воли Бога и законов природы государство»[1].

На Западе едва ли кто-нибудь сожалел об исчезновении этой огромной империи. Советский Союз считался непобедимым колоссом, мощной военной державой, от которой исходила угроза безопасности для стран Запада. Вероятность вооруженного конфликта не исключалась никогда. Были опасения, что в стране с пришедшей в упадок техникой по недоразумению могла быть запущена ракета класса СС-20, что привело бы к началу Третьей мировой войны.

В развалившемся же Союзе, напротив, чувства людей разделились: с одной стороны, все были рады вновь обретенной свободе и концу коммунистической диктатуры. С другой, для многих закончились времена социально-бытовых гарантий, была утрачена вера в успех единственного в своем роде исторического эксперимента. Многонациональное государство распалось на части. В Советском Союзе проживало более 286 млн человек, представлявших более 150 национальностей. В течение продолжительного времени все они жили друг с другом сообща: на протяжении 70 лет коммунистическая идеология принудительно объединяла многочисленные народы СССР. Однако в 1991 году эта система показала свою нежизнеспособность как с политической, так и с экономической точек зрения. Гордая, вооруженная до зубов мировая держава была повержена и распалась на 15 государств, которые пошли дальше своими собственными путями. Некоторые их них превратились в авторитарные государства, другие же избрали демократический курс.

Пятнадцать бывших советских социалистических республик, ставших суверенными государствами[2]

Все 15 бывших советских республик связывает турбулентная история их развития после 1991 года. О ней мы и расскажем в нашей книге. Это документальная работа, в которой приведены «сухие» факты, но в ней также есть и живые примеры из жизни людей. Начиная с 1991 года вплоть до наших дней мы не раз встречали людей, чьи судьбы переплетаются между собой. В перипетиях их жизненного пути оживает и вся история современности.

Один из авторов книги, Томас Кунце, во времена распада Советского Союза руководил Ведомством по делам иностранных граждан округа Лейпциг. ГДР, государство-сателлит Советского Союза, также ушла в небытие. Тогда новая, объединенная Германия существовала всего год, и многие восточные немцы были счастливы выйти из-под довлеющего влияния СССР. В ведомства по делам иностранных граждан стали обращаться первые иммигранты из стран бывшего СССР, желавшие сбежать от катастрофической экономической ситуации на своей родине.

Второй автор, Томас Фогель, напротив, совершенно иначе воспринял распад Советского Союза. В те годы он был редактором швейцарской еженедельной газеты. Словно сторонний наблюдатель из Цюриха, он следил за тем, как стремительно меняется мир. Все это было захватывающим: появилось много информации для репортажей, газеты продавались лучше, чем прежде. И это при том, что Швейцарию – маленькое нейтральное государство – совершенно не затронули эти революционные преобразования. Секретные банковские счета старых функционеров КПСС оказались во владении «новых русских» и олигархов. Богатые русские женщины, украшенные драгоценностями и швейцарскими часами, начали приезжать на курорт Санкт-Мориц, где они расхаживали в роскошных меховых шубах и пили зимой шампанское.

В начале 1990-х годов у обоих авторов – рожденного в бывшей ГДР и рожденного в Швейцарии – было абсолютно разное отношение к Советскому Союзу. Восточных немцев связывала с русскими, украинцами, литовцами, грузинами, казахами или узбеками общая социализация. Для швейцарцев же Советский Союз был таинственной империей, о которой на Западе бытовало множество стереотипов.

После 1991 года швейцарский журналист много путешествовал по странам бывшей советской империи и познакомился с их действительностью. Томас Кунце живет и работает в постсоветских странах начиная с 2002 года. На протяжении всех этих лет их взгляды сближались все больше и больше.

Михаил Горбачев и Гельмут Коль поделились своим видением общего европейского дома или «Большой Европы», простирающейся от Атлантики до Владивостока. Об этой же идее ранее уже говорил первый президент Пятой французской республики, генерал Шарль де Голль. И авторы книги не видят никакой другой разумной альтернативы такому будущему. Но для того чтобы воплотить его в жизнь, Западу и России следует найти мужество и силы пойти новым путем. Однако, по всей видимости, к этому нас приведут только серьезные общие угрозы.

Когда в ноябре 2011 года издательство Christoph Links Verlag представило первое издание этой книги под названием «От Советского Союза к независимости. Путешествие по пятнадцати бывшим советским республикам» в российском посольстве в Берлине, уже тогда наблюдались трения между Западом и Россией. Однако в то время всем казалось, что эти противоречия преодолимы. Помимо посла Российской Федерации, на презентации книги присутствовали многие представители немецкой политики, экономики и общественности. Сегодня же царит безмолвие.

Украинский кризис еще более обострил противоречия между Западом и Россией. Появляются суждения об окончательном разрыве между Европой и Россией. Как и многим, авторам трудно представить, как Россия и Запад смогут выдержать такое противостояние.

Сегодня мир изменился. В европейских странах от Лиссабона до Владивостока стремительными темпами сокращается население. Наряду с этим становится все более очевидным, что страны Старого света не смогли занять лидирующие позиции в новом цифровом мире. Когда глобализация утратила свой блеск, нации пытаются вновь обрести свою идентичность, и все громче звучат призывы обособиться от остального мира. Глобализированный «единый мир» находится в смятении, исламизм и продолжающийся демократический взрыв сотрясают Восток от Магриба до Евфрата, возрастает поток мигрантов с севера на юг, экономические и финансовые кризисы сменяются один другим.

Вместо того чтобы объединить силы перед лицом этих вызовов, Запад и Россия вязнут в конфликтах на, казалось бы, давно забытых фронтах. Но слышны и другие голоса. Президент Франции Эммануэль Макрон поддерживает идею Европы от Лиссабона до Владивостока. Смело выступает этот сын Галлии за создание новой системы европейской безопасности.

И момент, кажется, настал. В условиях стратегического соперничества между США и Китаем единственное решение для Европы Макрон видит в сбалансированном подходе в отношениях с Россией.

Эта книга должна помочь понять суть процессов, происходящих на постсоветском пространстве. Для этого ее авторы и совершили совместное путешествие по странам бывшего СССР. Они описали схожие и отличающиеся друг от друга пути, которыми после 1991 года пошли 15 республик, некогда составлявшие СССР. Кроме того, авторы уделили внимание противоречивому отношению Запада к этому гигантскому региону.

Томас Кунце и Томас Фогель Москва – Цюрих, 2020 год

Падение колосса. Распад СССР

Встреча с Михаилом Горбачевым в Мюнхене

В июле 2009 года в Мюнхене мы пригласили на телевизионное интервью бывшего генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачева. Это было одно из тех редких интервью, которые вообще дает бывший президент Советского Союза. Он был доволен своей неудержимой, как и прежде, популярностью в Германии, но было видно, что он и устал от нее. В то время в Мюнхене при поддержке российского президента и бундесканцлера Германии проходило заседание немецко-российского форума «Петербургский диалог».

Наряду с последним премьер-министром ГДР Лотаром де Мезьером Горбачев до 2008 года был президентом координационного комитета этого форума со стороны России. Позднее на этом посту его сменил бывший премьер-министр России Виктор Зубков.

Горбачев появился в назначенном месте, в подготовленной для интервью комнате в отеле Bayerischer Hof со своим многолетним сотрудником и доверенным лицом Кареном Карагезяном. У Горбачева были проблемы со спиной – в этот день каждый шаг давался ему с трудом. Он не захотел усесться в удобное кресло и вместо этого попросил принести ему обычный стул. Для лучшей концентрации, по его словам. Спустя 20 лет после падения Берлинской стены нас интересовал ретроспективный взгляд Горбачева на это событие, так как в ходе последующих месяцев изменилась не только Европа, – с политической карты мира исчез Советский Союз, и в мире воцарился новый порядок. Мы спросили, что он чувствовал в день падения стены и, главное, существовала ли в тот день возможность поменять ход истории. А после вопроса, задумывался ли он хотя бы раз о том, чтобы ввести танки в ГДР, Горбачев чуть было не захотел завершить разговор. «Только в том случае, если бы на моем посту сидел авантюрист, – ответил он взволнованно. – Падения стены и всего, что последовало за этим, нельзя было избежать – и никак иначе». И энергично добавил: «Необходимо осознавать ответственность за свою страну и за мир. Иначе ты не на своем месте»[3]. Совместно с бундесканцлером Гельмутом Колем Михаил Горбачев стал одним из архитекторов воссоединения Германии. Более того, у обоих политиков было и более масштабное видение: они мечтали об объединенной Европе, которая включала бы в себя Россию и территорию, простирающуюся от Атлантики до Владивостока.

Авторы книги Томас Фогель и Томас Кунце с Михаилом Горбачевым и Кареном Карагезяном (справа налево)

Встреча с Горбачевым в Москве

Пять лет спустя, в ноябре 2014 года, состоялась наша новая встреча с М. С. Горбачевым на совместном заседании Фонда Горбачева и Фонда Конрада Аденауэра в Москве. Нобелевский лауреат недавно прошел курс лечения в больнице. Он передвигался медленно, однако был очень рад вновь оказаться на публике. Тема заседания «25 лет после падения Берлинской стены» быстро отошла на задний план. Украина, одна из бывших союзных республик, находилась в политическом кризисе. Выбор между более тесным сближением с Евросоюзом с одной стороны и с Россией с другой разделил страну на две части. В Киеве прошли массовые протесты, украинский президент Виктор Янукович был вынужден бежать в Россию. После проведения референдума, результаты которого Киев категорически отказался признавать, в состав Российской Федерации вошли Крымский полуостров и город Севастополь, являвшиеся после распада СССР частью Украины. Гражданская война на востоке Украины, ненадолго прерываемая шаткими соглашениями о прекращении огня, уже унесла тысячи жизней.

За спинами участников конфликта на Украине, как и во времена холодной войны, стоят Россия и Запад. Без малого тридцати лет, прошедших после падения «железного занавеса», оказалось недостаточно, чтобы преодолеть сложившиеся за предшествующие десятилетия идеологические предубеждения, когда существовала конфронтация между Востоком и Западом. Концепция общего Европейского дома, к которому относилась бы и Россия, стала еще менее реальной, чем до своего появления. По мнению Горбачева, Запад не сдержал свои обещания, данные ему в переломном 1989 году. Запад объявил себя победителем в холодной войне и получил преимущество за счет ослабления России. Достигнутое в 1989 году доверие было разрушено. Примеры тому, по мнению Горбачева: расширение НАТО на Восток, война в Югославии и отделение Косово от Сербии, военные конфликты в Ираке, Ливии и Сирии. «И кто больше всех страдает от этого? – задает он вопрос. – Европа, наш общий дом».

Горбачева заботит будущее Европы, и он предупреждает о «новой холодной войне», которая таит в себе потенциал более серьезных горячих конфликтов.

Его слова довольно интересны, ведь Горбачев не является политическим авантюристом. В переломных 1989–1991 годах он показал себя человеком, осознающим свою ответственность. Лишь в двух трагических ситуациях он уступил давлению консерваторов из Политбюро ЦК КПСС, выступавших сторонниками жесткой линии. В апреле 1989 года в городе Тбилиси подразделения Министерства внутренних дел Грузинской ССР (ОМОН) применили силу против демонстрантов, что привело к гибели 19 человек; а в январе 1991 года Горбачев санкционировал введение войск в прибалтийские республики, при этом в Литве погибли 14, а в Латвии – 4 человека.

Распад СССР уже было невозможно остановить. Одним из захватывающих и шокирующих его последствий является нынешняя ситуация на Украине: речь идет о праве украинцев на самоопределение, что для европейцев является несомненной очевидностью. У России же, напротив, другое восприятие этого: так, коммуникация с Западом оказалась нарушена. В то время как последний желает теснее привязать Украину к ЕС и НАТО, Россия добивается сохранения статус-кво властной структуры. Обе стороны мимоходом задевают друг друга. Горбачев напомнил о необходимости создания новых основ для сотрудничества между Россией и Западом. Но Запад отмахивается: присоединение Крыма к России он воспринимает как аннексию и пытается поставить Россию на место с помощью санкций.

Брежнев – Андропов – Черненко – Горбачев – Перестройка

Михаил Горбачев, родившийся в 1931 году в селе Привольное в 150 километрах от Ставрополя, столицы одноименного края (Северный Кавказ), очутился в Москве благодаря Юрию Андропову. Андропов, также родом из-под Ставрополья, занимал пост генерального секретаря ЦК КПСС с ноября 1982 года вплоть до своей смерти в феврале 1984-го и по мере сил поддерживал молодого Горбачева. Как позднее и сам Михаил Горбачев, Андропов уже в то время предпринимал попытки провести реформы зачерствевшего социализма эпохи Брежнева. Андропов скончался спустя менее полутора лет после вступления в должность генсека. Его место занял противник реформ Константин Черненко, находившийся уже в преклонном возрасте и скончавшийся после 13 месяцев пребывания у власти. Брежнев ушел из жизни 10 ноября 1982 года, Андропов – 9 февраля 1984 года, а Черненко скончался 10 марта 1985 года – так, практически ежегодно в Москву прибывали главы государств и правительств со всего мира для участия в траурных мероприятиях. В то время в Советском Союзе был популярен анекдот о дикторе новостной телепрограммы «Время», который начинал свое выступление словами: «Дорогие товарищи! Вы, конечно, будете смеяться, но нас опять постигла тяжелая утрата…».

Назначение Михаила Горбачева в марте 1985 года на должность нового руководителя Коммунистической партии Советского Союза (КПСС) обозначило начало конца социалистической системы. После смерти Черненко в Москве консолидировались силы, которые посредством проведения радикальных реформ хотели вывести страну из застоя. В начале 80-х годов советский режим пребывал в состоянии стагнации. В результате подавления критики ужесточилась внутренняя политика в самом СССР, застопорились попытки проведения реформ. Во внешнеполитическом отношении великая держава противилась любым переменам, а экономика лежала в руинах. Гонка вооружений и необходимость идти вровень с США требовали от всей советской экономики неимоверного напряжения, с которым она больше не справлялась. В феврале – марте 1986 года в Москве прошел XXVII съезд КПСС. Михаил Горбачев представил свои тезисы, некоторые слова из которых – «перестройка» и «гласность» – стали крылатыми и прочно вошли в историю. Озадаченные депутаты и удивленная мировая общественность внимали исходящим из уст генерального секретаря КПСС требованиям, которые казались откровенно революционными. «В течение ряда лет <…>, – говорил в своем выступлении Горбачев, – практические действия партийных и государственных органов отставали от требований времени, самой жизни. <…>. Проблемы в развитии страны нарастали быстрее, чем решались. Инертность, застылость форм и методов управления, снижение динамизма в работе, нарастание бюрократизма – все это наносило немалый ущерб делу…»[4].

Однако, несмотря на красивые слова, перестройка началась с проведения антиалкогольной кампании и призывов к населению больше работать. Водка в Советском Союзе стала дефицитом. Именно эти нововведения вошли в коллективную память многих советских граждан.

Гласность мало ощущалась как в начале реформ, так и после катастрофы на ядерном реакторе Чернобыльской АЭС в апреле 1986 года. Освещение этого события было схоже с давно известным в СССР способом подачи информации, что на фоне масштаба аварии было особо отягчающим обстоятельством. В то время как радиоактивное облако становилось все больше и больше, Кремль был озабочен нераспространением информации о трагедии, дабы в мире не сложилась «негативное впечатление о его вооружении»[5].

Лишь после того, как на огромные структурные проблемы страны наложилось падение мировых цен на нефть и Советский Союз начал испытывать трудности с осуществлением платежей, Горбачев начал проведение всеобъемлющих реформ. Началась радикальная перестройка общества. В программу реструктуризации вошли демократизация внутренней жизни КПСС, расширение прав предприятий (хозрасчет) и судебная реформа. В 1987 году Горбачев отверг доктрину Брежнева[6] и в ходе одного из своих визитов в Прагу заявил о том, что общая основа политических взаимоотношений между социалистическими государствами должна основываться на независимости. Каждая нация должна самостоятельно выбрать свой путь развития и сама решать судьбу своего государства, своей территории и своих ресурсов. К его словам стали прислушиваться не только в странах – участниках Варшавского договора, но и в советских республиках.

Судьбоносный 1989 год

Авторы книги по-разному наблюдали за разворачивающимися событиями. Один из нас, будучи швейцарцем, мог беспрепятственно ездить по всему миру, второй такой возможности не имел. И тем не менее Советский Союз и его государства-сателлиты представлялись со стороны Швейцарии этаким монолитным колоссом.

Люди на Западе были далеки от эпицентра событий. Отдых во Франции, Италии или США и другие удовольствия, которые предлагает человеку жизнь в капиталистическом мире, позволяли одному из нас с большим интересом наблюдать за изменениями в странах так называемого Восточного блока, которые при этом абсолютно не затрагивали его собственную жизнь. Так или иначе, никто накануне 1989 года не мог предвидеть, как сильно изменится мир в течение нескольких недель. На Востоке же за драматическими поворотами истории 2-й половины 80-х годов наблюдали с большой надеждой. Ведь все то, что произошло вслед за этими изменениями, пошатнуло устои системы, в которой жили миллионы людей.

Начавшийся в 1988 году вывод войск из Афганистана косвенным образом дал понять, что Советский Союз больше не собирается осуществлять вооруженную интервенцию для поддержания коммунистических режимов. Стремясь сохранить режим, Горбачев оповестил мир о крахе мировой социалистической системы. Подобная политика привела к демократизации режима в Польше, ставшей пионером декоммунизации среди стран Восточного блока. В июне 1989 года в результате проведения полусвободных выборов профсоюзное объединение «Солидарность» получило большинство мест в Сейме. 19 августа 1989 года президент Польши Войцех Ярузельский поручил формирование правительства католику-интеллектуалу и советнику Леха Валенсы Тадеушу Мазовецкому. Таким образом, Польша стала первой страной Варшавского договора, правительство которой возглавил некоммунист.

Не менее стремительно проходили перемены в Венгрии. 10 июня 1989 года в Будапеште в торжественной обстановке был перезахоронен казненный в 1958 году бывший премьер-министр Имре Надь. Таким образом, это событие стало символом реабилитации жертв восстания 1956 года, жестоко подавленного войсками стран Варшавского договора. Венгерское телевидение вело прямую трансляцию церемонии перезахоронения. В 12 часов дня по всей Венгрии раздался звон колоколов. На Площади героев 250 тыс. человек запели национальный гимн страны. Траурные речи символизировали сведение счетов с коммунизмом.

Когда летом 1989 года президент США Джордж Буш-старший и его супруга Барбара посетили Венгрию, перед зданием парламента в Будапеште их, несмотря на проливной дождь, встречали десятки тысяч человек. А когда показался автомобильный кортеж с президентской четой, в толпе началось неописуемое ликование. Двумя месяцами ранее, 30 мая 1989 года, президент США в своей речи – вероятно, лучшей за весь период его президентства – сделал своему советскому коллеге предложение завершить холодную войну и, таким образом, раскол Европы. В обмен на это он взял на себя обязательство уважать интересы безопасности СССР и развивать экономическое сотрудничество. Эта речь послужила сигналом для восточноевропейских стран. Складывалось отчетливое ощущение того, что этой речью начинается новая глава мировой истории. 10 сентября 1989 года Венгрия стала первой страной, поднявшей «железный занавес». 9 ноября 1989 года рухнула Берлинская стена. Советский Союз не препятствовал этому.

Благодарность не является политической категорией, однако многие граждане СССР ожидали от Запада именно благодарности или, по меньшей мере, некого подобия этого чувства. Сегодня они чувствуют себя преданными – ведь в 1989 году они хотели сообща построить «Европейский дом».

Советский Союз содрогнулся

Когда в 1989 году в Мюнхене мы беседовали с Михаилом Горбачевым, у нас появилось чувство, что, несмотря на нападки и критику, которые по сей день высказываются в его адрес на его Родине, он гордится своими достижениями. Возможно, однако, это метод самозащиты. Потому что распада СССР, который последовал за историческим разворотом Восточной Европы и позднее был охарактеризован Владимиром Путиным как «крупнейшая геополитическая катастрофа XX столетия», он никогда не желал. В свое время он надеялся сделать Советский Союз лучше, превратив его в социал-демократическое государство. Однако предоставление политических свобод в системе с истощенной экономикой и развалившейся инфраструктурой невольно привело к хаосу и концу диктатуры. По сравнению с другими советскими правителями с точки зрения коммунистической диктатуры Горбачев был слабым партийным руководителем. Китайские коммунисты выбрали иной путь. Они основательно реформировали свою экономику, но не позволили поставить под сомнение монополию Коммунистической партии на политическую власть в их стране.

Как показал дальнейший ход истории, политика Горбачева привела к динамичным процессам, которые оказалось невозможно остановить. Вследствие перестройки и гласности в 1980-х годов Кремль все больше терял контроль над страной: в советских республиках началось брожение, в первую очередь на периферии СССР. Армяне были первыми, кто стал использовать политику Горбачева в своих интересах. Они потребовали, чтобы Нагорный Карабах – анклав в соседней Азербайджанской республике, населенный преимущественно армянами, – вновь был присоединен к Армении. В 1960-е годы советской власти удавалось более-менее сдерживать национальную и религиозную рознь между армянами-христианами и азербайджанцами-мусульманами. Теперь же разразился открытый конфликт, в результате которого Закавказье в 1988 году оказалось на грани гражданской войны. Кровавые столкновения и погромы начали происходить все чаще. Горбачев оказался бессилен. Когда в декабре 1988 года против него восстали также и силы природы, и в Армении произошло разрушительное землетрясение, унесшее жизни 25 тыс. человек, он окончательно утратил контроль над ситуацией в Закавказье. После того как в Ленинакане (ныне Гюмри), одном из наиболее пострадавших городов, дешевые советские панельные дома рухнули как карточные домики, оставив полмиллиона людей без крыши над головой, от него ожидали действий, а не проповедей о перестройке. Однако средств не было. На Закавказье надвигались еще бо́льшие трудности. Осенью 1988 года в Грузии на демонстрациях стали набирать силу антирусские настроения. Здесь Горбачев совершил свое первое преступление: он позволил вмешаться ОМОНу[7] – спецподразделению советского МВД. 9 апреля 1989 года против участников массового митинга в Тбилиси был применен слезоточивый газ. От отравления погибло 14 демонстрантов, общее же количество убитых составило 19 человек[8].

В Средней Азии также участились беспорядки. В узбекской части Ферганской долины весной 1989 года произошли погромы турок-месхетинцев, более сотни из них были буквально вырезаны. В так называемом Ошском конфликте между киргизами и узбеками в июне 1990 года погибло более ста человек, тысячи людей были ранены.

В Молдавской ССР тысячи демонстрантов требовали закрепить за молдавским (румынским) языком статус государственного.

Экономические бедствия также продолжали нарастать: 4 июня 1989 года под Уфой взорвался аварийный участок газопровода. Для 575 пассажиров поезда, проходившего в этот злополучный момент по маршруту Транссибирской магистрали, помощь прибыла слишком поздно. Сокрушающая сила взрыва унесла их жизни.

В Прибалтийских республиках, которые в 1940 году, уже после начала Второй мировой войны, вошли в состав СССР, дух перестройки и гласности привел к зарождению движения за независимость. Эстонцы, литовцы и латыши начали вспоминать свои национальные гимны, строго запрещенные в советские времена. «Отчизна, мое счастье и радость моя!»… 11 сентября 1989 эти строки старого эстонского гимна разом запели 300 тыс. жителей Таллина. Движение за независимость в Прибалтийских республиках и серия мирных акций протеста перестроечных лет вошли в историю как «поющая революция».

Кремлевские консерваторы и в первую очередь многие военные были чрезвычайно обеспокоены. Им не нравилось, что «их» Советский Союз отказался от доктрины Брежнева и тем самым – от контроля над странами социалистического лагеря. Теперь же перед ними возникла угроза распада многонациональной страны, которую основал Ленин и спаял кровью Сталин. В марте 1989 года состоялись выборы на Съезд народных депутатов, где 2/3 депутатов впервые были избраны реальным всеобщим голосованием. Для многих высоких чиновников и военных это стало очередной катастрофой: они не получили ни одного места в Президиуме Съезда.

Ненормальное положение вещей

В то время один из нас работал журналистом в швейцарской газете Luzerner Tagesblatt, а второй учился в Лейпциге и был непосредственным участником революционных преобразований в своей стране. Сложилось какое-то ненормальное положение вещей: в то время, когда Запад превозносил Горбачева, в ГДР были запрещены советские газеты. Прошли те времена, когда средства массовой информации ГДР прославляли политику «большого брата» – Советского Союза – и добивались расположения генеральных секретарей КПСС. Политика СЕПГ придерживалась принципа дистанцирования. Его суть как нельзя лучше охарактеризовал его автор Курт Хагер, охарактеризовавший политику ГДР следующим образом: «Если ваш сосед решил переклеить обои в своей квартире, почувствуете ли вы себя обязанным также обклеить новыми обоями вашу квартиру?»[9] В ГДР о выборах на Съезд народных депутатов в марте 1989 года сообщалось в сдержанно-прохладном тоне, в то время как западные газеты ликовали по поводу выборов в Советском Союзе: «Советские многопартийные выборы. Диссидент Андрей Сахаров, живший в изгнании до 1986 года, избран в высший орган власти СССР»[10], – под таким заголовком, например, вышла швейцарская газета Neue Zürcher Zeitung.

Физик и нобелевский лауреат А. Д. Сахаров был вынужден жить в ссылке в закрытом городе Горький вплоть до 1986 года. Во время одного из заседаний Съезда народных депутатов он начал открыто критиковать вызволившего его из ссылки Горбачева и требовать проведения еще более радикальных реформ, среди которых была отмена политической монополии КПСС. К этому моменту падение Берлинской стены уже произошло, а распад Советского Союза был лишь вопросом времени. Консервативные противники Горбачева в Политбюро это чувствовали и с тревогой наблюдали, как власть ускользает у них из рук. Тон их выступлений становился все более агрессивным. Любой восторг, сопровождавший выступления Горбачева на Западе и, прежде всего присвоение ему в 1990 году Нобелевской премии мира, служили для них подтверждением, что во главе КПСС находится слабый лидер, а то и вовсе предатель.

Первые декларации независимости советских республик

Экономическая и социальная ситуация в СССР в конце 1989 года была крайне напряженной. В Сибири проходили забастовки горняков, требовавших выдачи хотя бы одного куска мыла в неделю на человека. Перестройка увязала в болоте коррупции. На рыночной реформе Горбачева, казалось, наживались лишь криминальные структуры и спекулянты. Ими контролировалось распределение и без того скудного ассортимента товаров, который остался от советского планового хозяйства, безалаберности и хаоса перестройки.

Когда весной 1990 года Литвой (11 марта), Латвией (4 мая) и Эстонией (8 мая) была провозглашена независимость и Горбачев был освистан во время проведения традиционного майского парада на Красной площади, он осознал, что утратил бразды правления страной. В январе 1990 года КПСС по настоянию Горбачева отказалась от монополии на власть в стране, так же как это произошло месяцем ранее с Социалистической единой партией Германии. С 15 марта 1990 года Горбачев находился в должности, которой раньше не существовало, – президента СССР, страны, которая была на пороге распада. В апреле 1990 года Съезд народных депутатов Российской Советской Федеративной Социалистической республики – самой большой и значимой республики СССР – задекларировал неотъемлемый суверенитет РСФСР над естественными ресурсами страны, равно как и приоритет российских законов над союзными. Месяц спустя Борис Ельцин, некогда прибывший в Москву благодаря поддержке Михаила Горбачева и считавшийся радикальным реформатором, стал председателем Верховного совета РСФСР, а вместе с этим – и главным противником Горбачева. 12 июня 1990 года Россия объявила о собственном суверенитете.

Среднеазиатские республики Казахстан, Кыргызстан, Узбекистан, Таджикистан и Туркменистан пока молчали, в остальном же Союз находился на пороге распада. Горбачев изо всех сил пытался заключить новый союзный договор, который должен был спасти разваливающийся Советский Союз посредством расширения полномочий входивших в его состав республик. Параллельно с этими процессами шло разрушение централизованной плановой экономики. В июле 1990 года пришлось посягнуть на главное социалистическое богатство – цены на хлеб. Они выросли на 100 % и сопровождались массовыми протестами. Затишье 1989 года сменилось «исключительной за всю послевоенную историю СССР рецессией»[11], – доверительно телеграфировало в Бонн германское посольство в Москве. Национальный доход страны упал на 4 %, производительность труда – на 3 %.

Де-факто Москва находилась под «финансовой капельницей» ФРГ. Сюда текли миллиарды. Юридические тонкости вокруг воссоединения Германии пока еще не были полностью урегулированы, и немецкий бундесканцлер Гельмут Коль делал все возможное для поддержки Горбачева. Поначалу, после того как в 1986 году в интервью одному американскому журналу Коль привел неудачное сравнение Михаила Горбачева с Йозефом Геббельсом[12], руководитель Кремля был невысокого мнения о канцлере ФРГ. Они помирились только в июне 1989 года в Бонне во время визита Горбачева. Год спустя, в июле 1990 года, на Кавказе произошла легендарная «встреча в свитерах»[13] обоих политиков. После щедрых финансовых предложений Коля Горбачев согласился на воссоединение Германии и ее «полный и неограниченный суверенитет». Это подразумевало и вступление Германии в НАТО. 12 сентября 1990 года в Москве был подписан Договор об окончательном урегулировании в отношении Германии, а 3 октября немцы праздновали объединение страны.

Денежная реформа Павлова

После объединения Германии Советский Союз просуществовал еще около года, и 1991 год в области внутренней и внешней политики стал судьбоносным для русского народа, равно как и для остальных «наций и народностей» огромной империи. А январь этого года прочно занял особое место в коллективной памяти граждан СССР.

Так произошло, например, и с Алексеем Борисовичем Злобиным, нашим другом из Москвы. Родившийся в 1963 году в Кабуле, выросший в узбекском городе Ташкенте, осевший после развала Союза сначала в Риге, затем во Владивостоке и, наконец, в Москве, он олицетворяет собой русского человека, чья судьба отражает необычный жизненный путь бывших «советских граждан» того поколения. Алексей сохранил все свои старые паспорта. Удивительно, как ему удалось это сделать в помешанных на бюрократии государствах в то время, когда нужно было сдавать паспорта после истечения срока их действия. В советском, узбекском и российском паспортах в графе «место рождения» указан город Ташкент. Власти не хотели (впрочем, не желают и по сей день), чтобы в документах «всплывал» город Кабул, где его родители работали в советском посольстве в 60-е годы: соблюдение секретности – превыше всего. Изучавший музыку и затем руководивший театром в Ташкенте Алексей, будучи предприимчивым человеком, решил в 1993 году воспользоваться преимуществами нового времени. Сначала он попытался осесть в латвийском городе Рига, однако затем, после неудачи в бизнесе, перебрался во Владивосток, потом в Москву, где основал рекламное агентство и сегодня прилично зарабатывает. Для него этот шаг был необходим, потому что у его родителей, оставшихся в Ташкенте, как и у многих бывших советских граждан, в январе 1991 года были де-факто конфискованы все сбережения.

Валентин Павлов, назначенный Горбачевым новым премьер-министром СССР, 22 января 1991 года объявил о том, что начиная со следующего дня, то есть с 23 января 1991 года, на всей территории Советского Союза прекращают хождение денежные банкноты достоинством в 50 и 100 рублей. Согласно заявлению властей, эта мера должна была помочь в борьбе с «нетрудовыми доходами» граждан, со взятками и фальшивомонетничеством, а также против «теневой экономики», и должна была понизить уровень инфляции[14]. У граждан Союза было только три дня, чтобы успеть обменять имевшие широкое хождение купюры старого образца на новые банкноты. Обмен денег проходил хаотично: перед филиалами Государственных сберегательных касс (Сбербанк) образовались километровые очереди, доходило до драк. Ко всему прочему, можно было обменять не более 1000 рублей на человека. По советским меркам родители Алексея всегда хорошо зарабатывали. Почти весь свой заработок они хранили дома. В то время это было обычным делом – во многих семьях до сих пор так делают. Его семья потеряла больше 12 тыс. рублей – то есть почти все свои сбережения. Для поколения пострадавших тогда людей Павлов, скончавшийся в 2003 году, по сей день остается самым ненавистным человеком. «Павловская» денежная реформа, на которую его благословил Горбачев, по своей сути, привела к конфискации сбережений у всех слоев населения и подорвала остатки доверия населения к действиям правительства. Одновременно эта реформа обозначила начало самого глубокого кризиса Советского Союза с начала его существования.

Перестройка против Горбачева

Точкой невозврата, после которой политика перестройки обратилась против своего инициатора, стал 1991 год. Первый человек советского государства не мог больше бороться со своими консервативными противниками, которые сообща стали объединяться против него. Наперекор всем своим прежним принципам в январе 1991 года Горбачев даже одобрил применение военной силы в Прибалтике. Но отделение Прибалтийских республик от Советского Союза было уже не остановить.

Россия – ядро СССР – также больше не желала возвращаться к советским принципам. Несмотря на запрет демонстраций и ввод войск, в марте 1991 года в центре Москвы более 100 тыс. человек вышли на митинг за дальнейшее проведение реформ. Но под реформами они не подразумевали реформы Горбачева. Будущего сильного руководителя многие из них видели в Борисе Ельцине, ставшем в июне 1991 года первым свободно избранным президентом России. Несмотря на достижения Горбачева во внешней политике того периода, его популярность среди населения страны падала. Для подписания Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений, предусматривавшего уничтожение 7000 единиц стратегического атомного оружия, в конце июля 1991 года Москву с визитом посетил президент США Джордж Буш-старший. Однако внутренняя политика Советского Союза становилась все более нестабильной.

19 августа 1991 года весь мир затаил дыхание. Ранним утром официальное Телеграфное агентство Советского Союза (ТАСС) сообщило о болезни Горбачева. Исполнение его обязанностей принял на себя вице-президент Геннадий Янаев. Речь шла о путче приверженцев ортодоксально-коммунистических сил. Горбачева, отдыхавшего вместе с супругой и дочерью на своей даче в Крыму, взяли под домашний арест. Известный всей стране своей любовью к водке Янаев и остальные заговорщики, среди которых оказались премьер-министр Валентин Павлов, председатель Верховного совета СССР Анатолий Лукьянов, министр внутренних дел СССР Борис Пуго, министр обороны СССР Дмитрий Язов, руководитель КГБ СССР Владимир Крючков, объявили о введении чрезвычайного положения и создали Государственный комитет по чрезвычайному положению СССР (ГКЧП), взявший на себя власть в стране. Советское телевидение прекратило трансляцию обычных телевизионных программ. По всем каналам весь день шел показ балета П. И. Чайковского «Лебединое озеро». Однако путч был не только неумело подготовлен, но и само настроение общества было неправильно оценено путчистами. В Москве и Ленинграде прошли массовые демонстрации против путчистов. Солдаты и офицеры отказывались повиноваться группе Янаева.

Попытка переворота провалилась после появления российского президента Ельцина 21 августа 1991 года. Он взобрался на один из танков, стоявших перед московским «Белым домом» – местом его работы, – и объявил всеобщую забастовку. Спустя три дня после начала путча с хаосом было покончено. Заговорщики были арестованы, Горбачев смог вернуться обратно в Москву. Но с этих пор он остался лишь номинальным президентом. Борис Ельцин использовал свой звездный час, чтобы овладеть всей властью. Будучи президентом России, он перетягивал на себя все больше союзных полномочий и как только мог публично изживал пока еще действующего президента СССР.

В августе 1991 года Михаил Горбачев ушел с должности генерального секретаря ЦК КПСС. В ноябре 1991 года Борис Ельцин запретил деятельность КПСС на всей территории России. Все еще надеявшийся на подписание нового союзного договора Горбачев вынужден был лишь безучастно наблюдать за тем, как 8 декабря 1991 года в белорусском доме отдыха руководители трех союзных республик России, Украины и Белоруссии – Борис Ельцин, Леонид Кравчук и Станислав Шушкевич – создали Содружество независимых государств (СНГ) путем подписания так называемых Беловежских соглашений.

Горбачев вел борьбу за утраченную должность. Еще 18 декабря 1991 года он направил письмо руководителям неотделившихся союзных республик, в котором также предложил расформировать СССР, а в качестве правопреемника СССР создать Содружество Европейских и Азиатских Государств. Тем самым он хотел сформировать надгосударственную структуру и обеспечить себе политическое будущее. Однако Ельцин, Кравчук и Шушкевич не были заинтересованы в этом. 21 декабря 1991 года они встретились с лидерами оставшихся восьми союзных республик в столице Казахстана Алма-Ате. В принятом там документе было официально заявлено: «Независимые государства – Азербайджанская Республика, Республика Армения, Республика Беларусь, Республика Казахстан, Республика Кыргызстан, Республика Молдова, Российская Федерация, Республика Таджикистан, Туркменистан, Республика Узбекистан и Украина – заявляют о нижеследующем: <…>. С образованием Содружества Независимых Государств Союз ССР прекращает свое существование»[15].

Так все республики Союза, имевшие статус союзных республик, официально вышли из состава СССР. Кроме сегодняшней Российской Федерации, упомянутый статус имели еще четырнадцать: Эстония, Латвия, Литва, Украина, Белоруссия, Молдавия, Грузия, Армения, Азербайджан, Узбекистан, Туркменистан, Казахстан, Таджикистан и Кыргызстан. 24 декабря 1991 года Российская Федерация стала правопреемницей СССР в Совете Безопасности Организации Объединенных Наций.

«Желаю всем вам всего самого доброго!»

25 декабря 1991 года Михаил Горбачев в последний раз в качестве президента СССР обратился с телевизионной речью ко всему «советскому народу» и, явно растерянный, объявил о распаде СССР и своей отставке: «Дорогие соотечественники! Сограждане! В силу сложившейся ситуации с образованием Содружества Независимых Государств я прекращаю свою деятельность на посту Президента СССР <…>. Возобладала линия на расчленение страны и разъединение государства <…>. Я покидаю свой пост с тревогой. Но и с надеждой, с верой в вас, в вашу мудрость и силу духа. Мы – наследники великой цивилизации, и сейчас от всех и каждого зависит, чтобы она возродилась к новой современной и достойной жизни. <…> Желаю всем вам всего самого доброго»[16].

Президент России Борис Ельцин во время антигорбачевского путча в своей эмоциональной речи перед зданием правительства призывает население к всеобщей забастовке. 20 августа 1991 года

В тот же день в 19 часов 30 минут с Кремля был спущен красный флаг Советского Союза и поднят российский триколор. Кремль, в котором размещалось высшее руководство СССР, стал резиденцией президента Российской Федерации.

«Это был единственный раз, – рассказывал один из очевидцев тех событий, – когда я видел своего отца плачущим… В последние годы правления Сталина папа сидел в лагере, после этого он больше никогда не смог излечиться от туберкулеза. Но даже это не могло отобрать у него веру во что-то хорошее, что было при советской власти». Истории такого рода можно услышать во всех странах бывшего Советского Союза. Когда исчезло тоталитарное государство и в новых независимых республиках с начала 90-х годов стремительными темпами стали развиваться капиталистические порядки, по стабильному порядку вещей и социальной защищенности советского общества начали тосковать многие бывшие советские граждане.

Параллельные процессы. От статуса граждан СССР к обретению новой национальной идентичности

Страны-изгои?

«Душанбе, Ашхабад, Бишкек, Кишинёв? О чем идет речь? Это столицы? Что это за страны?» Когда живешь и работаешь журналистом в Швейцарии и оттуда на протяжении четверти века наблюдаешь за изменениями в постсоветских республиках, неизбежно сталкиваешься с информационным вакуумом и стереотипами о каждой из пятнадцати, входивших когда-то в СССР. Относятся ли некоторые бывшие советские республики к государствам, названным Джорджем Бушем-старшим странами-изгоями (rogue states), которые дестабилизируют целые регионы? Представления о них порою можно назвать забавными, а иногда вовсе нелепыми и абсурдными.

Во времена холодной войны в университетах стран, находящихся за пределами «железного занавеса», можно было изучать такую академическую дисциплину, как советология. Кондолиза Райс, госсекретарь в администрации американского президента Джорджа У. Буша, в период с 2005 по 2009 год была одним из таких советологов. В наше время приверженцы этой школы продолжают котироваться среди политиков и дипломатов США и все еще переносят старый образ врага на новую Россию. К таким людям относится и Джон Маккейн, в 2008 году проигравший Бараку Обаме выборы на пост президента США. Как минимум начиная с украинского кризиса влиятельный американский сенатор является для россиян воплощением американских противников России. Занимавший в 2014–2017 годах должность посла США в Москве Джон Теффт также воспринимался в качестве сторонника жесткой политики по отношению к России.

В Западной Германии в ведомстве Федерального министерства внутренних дел даже существовал Институт советологии[17]. После 1991 года советологи с их косными идеологическими взглядами нередко способствовали изображению России в черно-белых тонах, как это было принято во времена холодной войны, тогда как дифференцированный подход лишь очень медленно уступал место привычным стереотипам.

Новые государства появились на политической карте мира словно из ниоткуда. Их «мать» – советская страна – так долго была изолирована от остального мира, что для многих из нас (людей, живших за пределами «железного занавеса») весь Советский Союз был «русским». Многообразие огромной империи, которое проявилось после ее распада, стало очевидным лишь со временем. Большинство постсоветских республик до сих пор не относятся к числу предпочтительных мест для отдыха и путешествий, и иностранные туристы часто удивляются тому, что в Азербайджане, Туркменистане или Узбекистане не говорят на русском языке. Некоторое время назад мы вместе с двумя англичанами и двумя чеченцами ехали в лифте одного из московских отелей. Чеченцы – на вид типичные кавказцы с темными глазами и черными волосами – разговаривали друг с другом. Когда на своем этаже они вышли из лифта, а мы с англичанами поехали дальше вниз, один из них сказал другому: «Все русские выглядят как-то одинаково».

Русский язык в бывших союзных республиках

Советский Союз был изолированной страной. Тем двум англичанам было тяжело отличить русских от чеченцев: большинство иностранцев, путешествующих по постсоветским республикам, приходят в замешательство, прежде всего от многообразия языков. На всей территории бывшего СССР говорят более чем на 200 языках, из них только в России – на 130[18]. Тем не менее русский язык все еще связывает все страны бывшего Союза, даже если его влияние в отдельных государствах ввиду языковой политики в значительной мере пошло на спад. На Украине и в Беларуси по сей день можно без проблем объясняться на русском языке, в России это вовсе само собой разумеющийся факт. Так или иначе, три славянских языка – русский, белорусский и украинский – схожи, и люди в значительной степени понимают друг друга. Поэтому намерения политиков по дискриминации носителей тех или иных языков вызвали сопротивление. Попытки такого рода подогревают сепаратистские настроения, как это произошло в начале 2014 года на Украине. Ее новое правительство предприняло попытку запретить дальнейшее ведение официального делопроизводства на языках национальных меньшинств, среди которых на первом месте русский. Парламент одобрил этот запрет.

Языковые конфликты все чаще возникают и в Средней Азии и Закавказье. Хотя часть политической элиты, перенявшей власть в 1991 году, титульными языками своих стран почти не владеет, либо владеет ими в недостаточной степени, повышение значимости национальных языков играло важную роль в процессе образования независимых государств. Титульные языки были возведены в ранг государственных, что часто происходило с пренебрежением языковыми реалиями. Спустя 29 лет после распада СССР подрастающее поколение в бывших союзных республиках – Грузии, Азербайджане, Узбекистане, Таджикистане и Туркменистане – все реже говорит по-русски и плохо понимает его. Между тем в Армении, Казахстане и Кыргызстане русский язык все еще распространен повсюду. Вследствие масштабной политики русификации до 1991 года русский язык звучал в каждом уголке огромного Советского Союза. Ликвидация безграмотности многих народов СССР в 1920-е и 1930-е годы проводилась на русском языке, а не на их национальных языках.

Спустя почти 30 лет после обретения независимости бывшими странами СССР перед нами разворачивается яркая картина происходящих в них процессов. Языковая политика новых государств, с одной стороны, привела к укреплению собственной национальной идентичности. С другой стороны, сотни тысяч русских, занимавших в советское время ведущие должности в технической, культурной, научной и управленческой сферах, эмигрировали из этих стран, оставив после себя интеллектуальный вакуум. К тому же процесс повышения престижа национальных языков в некоторых регионах был необдуманным и осуществлялся без продуманной концепции.

Сегодня многие представители молодого поколения в Таджикистане, Узбекистане или Азербайджане не понимают русский язык. По истечении целых десятилетий совместной истории это первое поколение, которое не говорит на двух языках, – потеря, которая никогда больше не восполнится. Тем не менее, если посчитать общее количество русскоговорящих людей, будь то граждане России, билингвы или представители русской диаспоры за рубежом, то во всем мире по приблизительным подсчетам проживает примерно 280 млн русскоязычных людей.

Россия – многонациональное государство; ненцы на Крайнем Севере

Роскошные клиники и медицина для бедных

Все республики бывшего СССР, как и прежде, объединяет очень многое. Это объясняется общим советским прошлым и русской колонизацией в дореволюционную эпоху. С другой стороны, спустя 29 лет независимости различия в некоторых сферах могли бы быть и не такими огромными. Между состоянием застоя в одних странах и активной модернизацией в других зияет гигантская пропасть. Одна только статистика числа интернет-пользователей в странах бывшего Союза показывает колоссальное преимущество, которое получили прибалтийские государства. В то время как в Эстонии к Интернету подключено 88 % населения, в Латвии – 81 %, а в Литве – 77 %, в Таджикистане это чуть менее 22 %, а в Туркменистане – 21 %[19].

Социальное развитие, тесно связанное с экономическим, непосредственно влияет на продолжительность жизни. Самая большая продолжительность жизни наблюдается в странах Прибалтики и Закавказья. В Азербайджане мужчины живут в среднем 70 лет, женщины – 76. В Эстонии мужчины умирают примерно в 73 года, а женщины в 82 года. Список замыкает Туркменистан, где продолжительность жизни составляет 65 лет у мужчин и 72 лет у женщин. Россия с продолжительностью жизни в 66 лет у мужчин и 77 лет у женщин также занимает одно из последних мест[20].

Профилактическая медицина и качество лечения больных во многих странах бывшего Союза значительно ухудшились по сравнению с советским периодом. Бесплатное медицинское обслуживание существует лишь на бумаге, на практике же оно работает плохо. Конечно же, в Москве и других больших городах СНГ имеются больницы, какие стоит поискать и на Западе: в одной из роскошных московских клиник рядом с приемной играет арфистка, получившая классическое музыкальное образование. На заднем плане журчит фонтан с подсветкой. Ассистентки врачей, с достоинством вышагивающие по толстым коврам, сопровождают пациентов в нужное им отделение. В приемных стоят удобные кожаные диваны. Услужливые медсестры предлагают прохладные напитки. Есть клиники, которые производят впечатление скорее роскошных отелей, чем больниц. Обслуживание в них в большинстве случаев первоклассное. В них самое лучшее медицинское оборудование с Запада. Время ожидания – незначительное. Но цены – непомерные.

Конечно же, имеются и другие медицинские учреждения. Граждане имеют право получить бесплатное медицинское обслуживание в государственной поликлинике. Однако во многих муниципальных больницах порой царит хаос. Все палаты заполнены под завязку, а те, кому не хватило места в палатах, лежат в коридорах больницы. Однако при этом есть те, кто лежит не в одной из переполненных палат, а в комфортной комнате. Такая роскошь может достаться тем, кто оплатит свое пребывание в больнице или тайком сунет врачам и медсестрам конверты с деньгами. Существование постсоветской системы здравоохранения зачастую сопровождается взятками. В других бывших государствах Восточного блока ситуация аналогичная. Бывшие советские граждане почти в унисон жалеют об утраченном и хорошем повсеместном медицинском обслуживании в СССР, которое было настоящим достижением для огромной империи. Системе здравоохранения в Советском Союзе было что показать даже в международном сравнении, включая получение медицинского образования и проведение исследований.

После 1991 года на территории бывшего СССР рухнула не только система здравоохранения. Повсеместно пошла на спад научно-исследовательская деятельность, аналогичная ситуация сложилась и в системе образования. Как и в любом тоталитарном государстве, в советское время наблюдался переизбыток идеологии, однако помимо нее существовали структуры, которые гарантировали получение основного общего образования. От всего этого в большинстве новых республик почти ничего не осталось. Во многих из них коррупция системы образования достигает таких масштабов, которые невозможно было представить в СССР. Чем южнее скользит взгляд по карте постсоветского пространства, тем чаще подтверждается этот вывод.

«Советский человек» и «коммунистические гены»

В 2001 году в газете Die Welt вышла статья под заголовком «У советского человека дела идут очень хорошо»[21], подразумевая при этом и восточных немцев. Автор статьи засвидетельствовала у людей, живших когда-то за «железным занавесом», наличие «рабского менталитета»: «У советского человека не было собственной инициативы, он приспособлялся к рамочным условиям, создаваемым государством, ожидая от него прежде всего экономических гарантий. За свою лояльность по отношению к коммунистическому режиму <…> он мог вести жизнь, при которой его экономическая безопасность в значительной мере была отделена от его личного вклада. После переломного периода <…> такой образ жизни не сильно изменился»[22]. Газета Neue Zürcher Zeitung в 2006 году писала следующее: «Советский Союз уже давно развалился, однако его внутренние структуры продолжают жить. <…> Простой гражданин сердится, но старается приспособиться. Он до сих пор существует, этот “хомо советикус”»[23].

Понятие «хомо советикус» придумал советский и российский писатель, логик и диссидент Александр Зиновьев (1922–2006). Его одноименный роман, в котором Зиновьев описывает выведенный коммунистическими идеологами образ «нового человека» и который запрещали издавать в СССР, в 1978 году появился на немецком языке. А на родном русском роман был опубликован лишь в 1982 году в одном из эмигрантских издательств. «Им ведь действительно удалось воспитать нового человека, – рассуждает Зиновьев. – Но что за человека? Трусливое, эгоистичное, лживое и безынициативное создание – противоположность проекта новый “человек”»[24].

Впрочем, многие театральные деятели, кинорежиссеры и актеры были критично настроены к происходившему в советское время. Некоторые из них принадлежали к числу диссидентов. Их соотечественники даже придумали понятие «совок», которое объединяло для них все, что связано с жизнью в Советском Союзе. При этом коннотация не всегда была негативной: для многих из них это было время молодости и веры в «улучшенный» социализм.

На Западе, где выражение «коммунистические гены»[25] стало метафорой, это сочетание не вписывается в рамки имеющихся клише. Однако такое понятие затрагивает нерв целого поколения и описывает чувства многих представителей тогдашней советской интеллигенции.

То, что объединяет до сих пор советских людей: Сталин, Великая Отечественная война и Афганистан

Неважно, эстонец ты, литовец, русский, украинец, грузин, армянин, узбек или таджик: те, кто вырос в Советском Союзе, несмотря на различное и часто несовместимое друг с другом социальное развитие, остаются связаны между собой невидимыми нитями.

С одной стороны, их объединяют память об эпохе Сталина. Сталинский террор уничтожил значительную часть своего собственного народа. И было неважно, шла ли речь о представителях элиты старого общества или о сторонниках большевизма. В тюрьмах и лагерях ГУЛАГа Советского Союза в невообразимых условиях умирали рабочие, крестьяне, интеллектуалы, солдаты и офицеры Красной армии, большевистские лидеры и в конечном счете – сами преданные палачи системы.

Наводящее ужас слово ГУЛАГ было аббревиатурой Главного управления лагерей и мест заключения НКВД/МВД СССР. Сеть лагерей ГУЛАГ растянулась по всей территории СССР: от Полярного круга до Средней Азии и от Украины до побережья Тихого океана. С брутальной целеустремленностью, не останавливаясь перед количеством жертв, Сталин плетьми пытался гнать Советскую Россию в индустриальную современность.

Когда 5 марта 1953 года вождь скончался, он оставил после себя другую страну. Принудительная коллективизация, массовый голод и полицейский террор унесли жизни от 10 до 20 млн людей[26]. 18 млн человек прошли лагеря ГУЛАГа. Еще шесть миллионов были отправлены в ссылку[27].

В Магадане, «столице ГУЛАГа» на Дальнем Востоке России, о жертвах сталинских репрессий напоминает «Маска скорби» – 15-метровый монумент скульптора Эрнста Неизвестного, установленный в 1996 году на склоне горы. В России не так много памятников такого рода, в отличие от памятников Ленину, коих не счесть и которые, как и прежде, стоят на главных площадях практически всех городов. Осмысление истории системы ГУЛАГа произошло только после 1991 года. Во многих советских республиках смена элит не происходила – хорошо работал механизм вытеснения. Победа Советского Союза в Великой Отечественной войне – значительно более чтимая, чем победа во Второй мировой войне, – относится к тем историческим событиям, из которых Советский Союз черпал патриотизм и самосознание. Сегодня 9 мая – День Победы над гитлеровским фашизмом, как и прежде, объединяет Россию с остальными бывшими союзными республиками – пусть и не со всеми из них. Для прибалтийских государств начало Второй мировой войны означает начало советской оккупации; 9 мая в Эстонии, Латвии и Литве больше не является официальным праздником. В Грузии праздник был отменен во времена президентства Михаила Саакашвили. В Узбекистане 9 мая больше не называется Днем Победы, а получил название День памяти и почестей. Военный парад в честь 9 мая там больше не проводится, в этот день происходит лишь возложение венков, а также воздаются почести жертвам сталинизма. На Украине в 2015 году День Победы был переименован в День памяти и примирения. Отношение ко Дню Победы в постсоветских государствах равнозначно показателю их близости к России.

Мемориал «Маска скорби» в Магадане

Для Кремля и большинства россиян День Победы является днем общей гордости и столпом национального самосознания России. Парад Победы на Красной площади 9 мая 2015 года в честь 70-летней годовщины окончания войны прошел на фоне накаляющегося кризиса на Украине и возрастающего взаимного отчуждения Запада и России. Страны-победительницы, состоявшие в альянсе с Советским Союзом, из-за ситуации с Крымом и обстановки в Восточной Украине были представлены разве что на уровне послов – достаточно спорное решение, учитывая то, что Советский Союз с приблизительно 27 млн погибших вынес на своих плечах основную тяжесть войны. Между тем Россия провела самый грандиозный военный парад за всю историю и постаралась придать этому мероприятию героический пафос. Тот факт, что из-за политики Сталина миллионы жителей страны подверглись репрессиям или должны были отдать свои жизни, остается при этом в стороне. Иностранцев, в наше время посещающих возвышающийся над городом и напоминающий о погибших в битве за Сталинград советских солдатах монумент «Родина-мать» в Волгограде, бывшем Сталинграде, удивляет преемственность советской истории в экспозиции. Для многих людей, выросших в Советском Союзе, это не является проблемой. Как и прежде, Сталин представляется не только диктатором, но и великим полководцем и модернизатором страны. И это несмотря на то, что на территории бывшей коммунистической державы по сей день сложно найти семью, чьих предков не затронули события этого ужасного периода.

Кроме воспоминаний о сталинской эпохе и ее последствиях советских людей связывает одно из последних событий эпохи Советского Союза – война в Афганистане. В период с 1979 по 1989 год эта война унесла жизни 12 тыс. советских солдат. Часто они предавались земле в условиях полной секретности.

В узбекском городе Ташкенте на городском кладбище № 2 похоронено много погибших в Афганской войне. По советской традиции к надгробиям прикрепляются фотографии похороненных людей. На этом кладбище сотни надгробий юношей, многим из которых пришлось отдать свою жизнь в 18-летнем возрасте. Дата смерти у всех приходится на 1980-е годы. Молодые люди погибли в борьбе против вооруженных на американские деньги афганских моджахедов, из движения которых впоследствии возник Талибан.

Афганская кампания в СССР не была популярной. Один из ветеранов Афганистана как-то сказал: «Во время Афганской войны я впервые засомневался в правдивости наших средств массовой информации. Не только я, но и большинство офицеров. Наши солдаты умирали или были ранены, а газеты писали, что мы не участвуем в боевых действиях. <…> Было невозможно объяснить солдатам, зачем мы там отказались»[28]

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Schewardnadse E. Als der eiserne Vorhang zerriss. Begegnungen und Erinnerungen. Duisburg, 2007. S. 208.

Вернуться

2

Полуостров Крым, входивший в состав Украины, был в 2014 году присоединен к России, что на данный момент не признало большинство стран мира.

Вернуться

3

Ср.: интервью Томаса Фогеля с Михаилом Горбачевым. Показ от 21.10.2009, в передаче Zehn vor zehn (Швейцарское телевидение).

Вернуться

4

XXVII. Parteitag der KPdSU. Sowjetunion zu neuen Ufern? Dokumente und Materialien. Düsseldorf, 1986. S. 24.

Вернуться

5

Ср.: Jaroschinskaja A. Lüge-86. Die geheimen Tschernobyl-Dokumente. URL: http://sciencev1.orf.at/news/144299.html (дата обращения 13.08.2015) и http://www.eurozine.com/articles/2006–04-21-yaroshinskaya-de.html (дата обращения 13.08.2015).

Вернуться

6

«Доктрина Брежнева» являлась изъявлением притязаний Советского Союза на господствующее положение среди участников Варшавского пакта. Она была обнародована 12 ноября 1968 года и должна была постфактум оправдать вторжение войск государств – участников Варшавского договора в Чехословакию. Согласно данной доктрине, в случае возникновения угрозы для социалистического строя в одном из государств Восточного блока СССР смог бы осуществить вооруженную интервенцию.

Вернуться

7

ОМОН (Отряд милиции особого назначения) – специальное подразделение российской полиции.

Вернуться

8

Ср.: Bischof H. Georgien. Gefahren für die Staatlichkeit. Electronic ed., Bonn. EDV-Stelle der FES 1997. URL: http://www.fes.de/fulltext/aussenpolitik/00023.html (дата обращения 13.08.2015).

Вернуться

9

Главный идеолог ГДР, член Политбюро СЕПГ Курт Хагер (Hager) в марте 1987 года дал интервью журналу Stern, в котором на вопрос о том, насколько руководство ГДР чувствует себя обязанным процессу перестройки в Советском Союзе, ответил: «Если ваш сосед решил переклеить обои в своей квартире, почувствуете ли вы себя обязанным также обновить обои в вашей?»

Вернуться

10

Sowjetische Wahlen mit mehreren Kandidaten. 1989. Интернет-версия швейцарской ежедневной газеты NZZ-online, 26.03.2009. URL: http://www.nzz.ch/nachrichten/politik/international/sowjetische_wahlen_mit_mehreren_kandidaten_1.2260663.html (дата обращения 13.08.2015).

Вернуться

11

Цит. по: «Da müssen wir nachschieben» // Spiegel. 18.02.1991. URL: http://www.spiegel.de/spiegel/print/d-13489177.html (дата обращения 13.08.2015).

Вернуться

12

В интервью газете Newsweek в октябре 1986 года Гельмут Коль сказал о Михаиле Горбачеве: «Это современный коммунистический вождь, который никогда не был ни в Калифорнии, ни в Голливуде, однако кое-что понимает в пиаре. Геббельс также понимал в пиаре. Вещи нужно называть своими именами!»

Вернуться

13

Снимки телевизионной передачи, вошедшие в историю, изображают Гельмута Коля и Михаила Горбачева в шерстяных свитерах во время их встречи на Кавказе в ходе беседы об объединении Германии.

Вернуться

14

Ср. «Anschlag auf Ersparnisse. Wie die Geldreform den Zerfall der Sowjetunion forcierte». URL: http://de.sputniknews.com/meinungen/20110202/258251116.html (дата обращения 29.11.2015).

Вернуться

15

Цит. по: Neues Deutschland. 23.12.1991.

Вернуться

16

Цитата из выступления, находящиеся в одном из документов Европейского Архива: Europa-Archiv. 1992. Bd. 8. S. 306 u.w. URL: http://www.1000dokumente.de/index.html?c=document_ru&dokument=0020_rue&object=translation&st=&l=de (дата обращения 12.08.2015).

Вернуться

17

Федеральный институт по изучению марксизма-ленинизма (Институт советологии) был переименован в 1966 году в Федеральный институт восточных и международных исследований (BIOst). Институт находится в г. Кёльн. В 2000 году институт был расформирован, а его бывшие сотрудники стали сотрудниками Фонда науки и политики (SWP).

Вернуться

18

Ср.: Организация «Gesellschaft für bedrohte Völker» (в соавторстве): Исчезающие языки. Отчет по правам человека, номер 63, март 2010 года, стр. 45 и далее.

Вернуться

19

https://data.worldbank.org/indicator/IT.NET.USER.ZS (дата обращения 25.11.2019).

Вернуться

20

http://apps.who.int/gho/data/node.main.LIFECOUNTRY?lang=en (дата обращения 25.11.2019).

Вернуться

21

Mackow J. // Welt, 20.04.2001.

Вернуться

22

Ibidem.

Вернуться

23

Jurjew O. Russland-der alte neue Mensch in der neuen alten Gesellschaft // NZZ. 27.05.2010.

Вернуться

24

Ibidem.

Вернуться

25

Holm K. Zweite Enteignung. Der “Homo sovieticus“ nach dem Verlust seiner Heimat // FAZ. 28.02.1992.

Вернуться

26

Уже на протяжении десятилетий историки в этом вопросе не сходятся в едином мнении.

Вернуться

27

Ср.: Applebaum A. Gulag. Berlin, 2003. S. 11.

Вернуться

28

Цит. по: Galeotti M. Afghanistan. The Soviet Unións Last War. London, 1995.

Вернуться