# Бомбила. Современные рассказы

Модест Майский

В книге собраны современные истории о буднях таксиста, которому приходится после работы крутить по ночам баранку, подвергая свою жизнь риску. А также другие увлекательные истории.Главы из книги: «На охоте за королями», «Нападение», «Умный пёс и автоподстава», «Я и железнодорожный переезд», «Жадный полицейский и знак «кирпич», «Денежная купюра», «Разбитая дорога», «На парковке», «Бодался бык с большегрузом», «Я и он», «Чёрный кошелёк», «Трудно быть честным» и другие.Юмор, ирония, приключения.

Фотограф Модест Майский

Корректор Алина Тарасова

Редактор Денис Николаев


Благодарности:

фото взято с бесплатного фотостока https://www.piqsels.com/ru/public-domain-photo-frrip

фото взято с бесплатного фотостока https://www.piqsels.com/ru/public-domain-photo-zboly

фото с бесплатного фотостока https://www.piqsels.com/ru/public-domain-photo-zbyyy

Обложка взята с бесплатного фотостока


© Модест Майский, 2025

© Модест Майский, фотографии, 2025


ISBN 978-5-0055-4811-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Пролог

Я частным извозом занимался в городе ещё не долго, но уже изучил все нюансы и риски. Я работал таксистом днём и ночью. Отдохну от баранки немного дома, посплю, поем, и опять сажусь за надоевший порядком руль, по-другому не получалось. Хочешь что-то заработать, паши, как вол. Я знал эту истину, и так поступал.

Я помнил, что больше всего можно было заработать на извозе людей либо утром, когда те спешат на производство, и готовы почти на всё, лишь бы их довезли до места, либо поздним вечером, когда они возвращаются домой.

В это время автобусов и маршруток по городу ходит мало, и такси востребовано всегда, несмотря на огромную конкуренцию между такими же, как я, водителями. Поэтому я выезжал чаще всего на «охоту» за клиентом рано утром, с трудом вылезая из постели, после бурной очередной ночи с молодой женой.

Я знал, что работа у таксиста не из лёгких, надо быть профессионалом, не зевать, оставаться за рулём всегда собранным, бдительным и сосредоточенным, чтобы не допустить аварии, не наехать ненароком на зазевавшегося пешехода, или просто пьяного, которому «море по колено». Потом неприятностей не оберёшься.

К тому же работа эта опасная, неблагодарная, непредсказуемая, приходится возить разных людей. Многие, кто садится к тебе в машину, бывают раздражёнными, злыми, неуравновешенными.

Хватает и «кидал», которые после их доставки на место потом не платят за проезд. Иногда убегают от меня, а иногда начинают угрожать, если от них требую оплаты.

Попадаются наркоманы. Те вообще «без башни», и с ними лучше не связываться. Могут запросто заточку в бок сунуть, если им что-то не понравится.

Есть судимые, отсидевшие недавно срок. Таких видно по их поведению почти сразу. А кто знает, что у них на уме?

Но за день у меня получалась хорошая сумма, и приходилось ради этого терпеть все неудобства.

Непосвящённому, назови я её, такой заработок покажется приличным. На самом деле он гораздо скромнее. Старенький отечественный автомобиль постоянно требует техобслуживания, а то и доброго ремонта, часто просто ломается.

На починку нужно время, а значит, «простой» в работе, который никто не оплатит. Нужны запчасти. А самое главное – деньги.

Дороги в городе тоже не подарок, особенно после выхода из зимы: разбиты, имеют ямы, куда легко можно угодить одним, а то и несколькими колёсами, особенно в ночное время.

Всё это потом сказывается на состоянии автомобиля, его пригодности к эксплуатации.

Заправляться тоже надо, а бензин дорогой, и цена на него всё время растёт.

Можно попробовать перейти на газ, но там тоже существуют свои нюансы. Переход на него стоит дорого. А за его оборудованием всё время надо следить. Ведь газ – не шутки. А вдруг произойдёт утечка и взрыв.

В результате получается замкнутый круг. После серьёзного ремонта авто, приходится влезать в долги. Потом отрабатывать. Затем снова – ремонт…

И всё же для многих такая работа, как и для меня – единственный шанс выжить.

## Глава 1 На охоте за «королями»

Конец января. Я нахожусь на зимней сессии 10 дней. Посещаю занятия. Слушаю лекции, сдаю зачеты и экзамены по разным предметам.

Я учусь заочно в университете на 4 курсе. Дома находится молодая жена с маленькой дочкой. К концу месяца у нас с женой в квартире шаром покати. Денег у нас нет от слова совсем, есть нам тоже нечего. Даже макароны закончились. Поиздержались на новогодние праздники, поистратились. А до зарплаты ещё несколько дней терпеть. И одолжить не у кого, чтобы до неё дотянуть. А родители находятся далеко. Да они и сами еле сводят концы с концами при такой нашей жизни в нашей стране. Я даже после занятий не езжу домой на трамвае, который к тому же еще плохо ходит по вечерам – денег на него у меня нет. А хожу пешком по скрипучему от мороза снегу. Хорошо хоть идти мне недалеко – примерно три-четыре километра, что для молодого человека, то есть меня, сущий пустяк.

Я сегодня вернулся домой после занятий раньше, чем обычно – сократили одну пару и студенты мои сокурсники разошлись по своим съёмным квартирам. А потому выезжаю на своих старых зеленого цвета Жигулях первой модели гонять по вечернему заснеженному городу «королей», чтобы хоть что-то заработать и купить нам с женой и дочкой еды. Хорошо хоть полбака бензина в машине еще оставалось.

Уже стемнело. Сыплет обильный снег. Он засыпает дома и деревья, асфальтированную дорогу вместе с её вечными колдобинами. Хоть это хорошо, и не может не радовать. Меньше свою машину бить буду. Вокруг все белым-бело. Автомобилей в городе не много. И мне сегодня везет, как никогда. Желающих взять такси хватает. Не успею отвезти одних клиентов по указанному адресу, как мне по пути по дороге попадаются другие. Правда, платят плохо. В ходу ещё 1,3,5,10 рублевые бумажки. За трешку можно проехать на такси несколько километров. Вот и суют мне мятые трешки, пятерки, а то и рубли.


Я принимаю плату за проезд, а все купюры бросаю в бардачок машины. Набрал их почти полный бардачок. Время больше 23 часов. Я уже почти три часа мотаюсь по городу. Чувствую усталость. Пора ехать домой, отдохнуть под крылышком молодой жены. Купить по дороге продукты, порадовать дома жену и дочурку вкусненьким.

Я уже представляю, как возвращаюсь домой, как меня встречает с улыбкой молодая жена…

Только отвёз очередного клиента – мужчину, получил пятерку и бросил в бардачок, как тут же подобрал и повёз женщину. Надо работать, конечно, пока прёт. Успею отдохнуть.

– Вот тут, направо, – вдруг командует она мне. А я послушно, не задумываюсь, выполняю ее просьбу.

– Почти приехали, – добавляет она.

Как вдруг её голос заглушает внезапно включенный сзади громкоговоритель:

– Водитель Жигулей номер… прижаться вправо и остановиться.

Смотрю в зеркало заднего вида и вижу патрульную машину, присыпанную снегом, которая едет за мной. Вот же, чёрт. Откуда она только взялась?

Я выполняю команду и останавливаюсь. Больше мне ничего не остается. Женщина говорит, что живет рядом, рассчитывается со мной и уходит, хлопнув передней правой дверью машины.

Зато ко мне подходит здоровенный гаишник в форменном обмундировании, представляется и требует права и документы на машину.

Я их достаю из внутреннего кармана и отдаю ему.

– Почему нарушаем? – задает он традиционный вопрос.

– Что я нарушил, командир?

– Поехал на знак въезд запрещен.

– Где?

– Вон там знак сзади тебя висит.

– Ничего там нет и не висит.

– Пойди и посмотри.

Выхожу из машины, иду, проваливаясь своими полусапожками по щиколотку в снег, оставляя на нём тёмные в ночи следы, ищу знак.

Снег лезет мне в глаза и лицо, пробирается за шиворот моей черной куртки.

Я вижу, что действительно, знак висит. Он засыпан наполовину снегом. Не мудрено, что я его даже не заметил.

– Садись в мою машину, – приглашает патрульный, когда я иду обратно к своей. – Будем составлять протокол за нарушение правил дорожного движения.

Сажусь. Разговариваю уже с другим стражем порядка. Тот, что ко мне подошёл, садится в машину сзади.

– Как будем платить штраф, на месте, или составим протокол? – спрашивает у меня сидящий впереди.

– А что там за штраф, командир, сколько нужно? На месте можно оплатить?

– Можно на месте. Штраф составляет 300 рублей после недавнего принятия нового закона о ПДД.

– Что так много?

– Штрафы выросли. Вот, смотри.

Инспектор достает мне тонкую синего цвета брошюрку по правилам дорожного движения, находит соответствующий моему нарушению пункт, где действительно говорится о том, что штраф за него предусмотрен в размере 300 рублей. Я читаю и не верю своим глазам. Надо же мне было попасться. Вот тебе и все, что называется, приехали. Это я весь вечер гонял «королей», чтобы потом всё, что заработал непосильным трудом, отдать жадным до халявы инспекторам, да ещё и остаться должным. Ведь я точно не набрал с клиентов за весь вечер 300 рублей. А дома меня ждёт голодная семья.

– А если на месте оплатить, то пополам, так? – интересуюсь у патрульного.

Я знаю, что если составят протокол, то изымут и права. Дадут временную справку вместо прав, по которой можно какое-то время будет ездить на своем автомобиле. Но права все равно надо будет забирать, а значит ехать в ГАИ и заплатить штраф в два раза больше, чем оплатить сейчас.

– Хорошо, давай так.

Иду в машину, считаю, что я за вечер заработал. Насчитал 140 рублей. Не густо. Я думал, что будет больше. Возвращаюсь назад и отдаю все купюры до одной. Все по 1,3,5 и 10 рублей. Их много. Получилась целая пачка мятых купюр.

– На, считай, – протягиваю деньги.

– Ты что, под церковью целый вечер стоял и их там собирал? – лыбится гаишник. Он или смеется, или шутит, я не знаю. Мне не до шуток. Мне хочется сквозь землю провалиться от отчаяния. Причем не самому, а вместе с наглыми инспекторами. Отомстить им за то, что они меня сейчас «раздевают».

– Можно сказать и так, – отвечаю нехотя.

– Держи, и не нарушай.

Инспектор протягивает мне мои документы. Патрульная машина разворачивается и уезжает. А я в свою очередь еду домой. Настроения нет. Работать больше не могу и не хочу. Я полностью выпотрошен и опустошен. Мне надо восстановить силы после такого стресса. Хорошо бы дома выпить водки граммов двести, только вот где её теперь взять? У нас нет ни капли спиртного.

Дома меня встречают у двери жена и маленькая дочь. Она почему-то еще не спит.

Смотрят любопытными и голодными глазами, что я им принес. А я впервые за все время пришел домой с пустыми руками после своей вечерней работы. Обычно, когда я шел таксовать, я всегда что-то зарабатывал. А на этот раз у меня просто все отняли более крутые и наглые охотники-разбойники, чем я, и с этим ничего не поделать.

– Ну что, как поработал, много натаксовал? – интересуется жена.

А я прячу от нее глаза. Мне почему-то становится стыдно и неудобно.

– Было много. Да все инспекторы отобрали. Видно, им больше нужно, чем нам. Они всегда голодные…

Жена несколько секунд молчит.

– Не переживай. Я вот борщ сварила. Из того, что нашла. Иди, садись, поешь. А им пусть это вылезет боком, – наконец, заключает она.

– Чтоб они перевернулись на своем патрульном драндулете, – добавляю я, все ещё злясь и обижаясь, то ли на себя, то ли на обобравших меня инспекторов. – И отыгралось это на них горькими слезами.

А потом я ем пустой без навара борщ, а сам думаю, какая у меня хорошая и понимающая жена, и что мне очень повезло, что я нахожусь с ней рядом. А деньги, ну а что деньги? Это дело наживное. Я завтра опять вечером поеду таксовать… Главное, не встретить на своем пути «охотников» покруче. А ещё не нарушать правила дорожного движения, внимательно следить за дорогой и знаками, чтобы не было повода ко мне приставать и меня до нитки обирать.

## Глава 2 Нападение

Говорят, что когда берёшь в долг крупную сумму денег, то твой долг через какое-то время обязательно станет больше. Ты возьмёшь еще, чтобы рассчитаться с первым, а значит долг вырастет опять. А ещё говорят, что беда не приходит одна, за ней следует другая. Так произошло и со мной.

Мой заводской цех сократил выпуск продукции, а потом и вовсе остановился, и я остался не у дел. Пришлось не просто подрабатывать время от времени таксистом-бомбилой, как я всё время это делал раньше по вечерам, а срочно переквалифицироваться на эту профессию. Сделать эту работу основной, которая будет приносить семье доход, и за счёт этого жить и кормить себя и детей.

Таким образом, я, как и многие граждане нашей страны после того, как лишился работы, занялся частным извозом. А что мне ещё оставалось делать? Жить за что-то ведь было надо.

Первое время у меня на моей новой работе всё было хорошо. Я был ей доволен.

А потом пришла беда.

В тот предпраздничный день «королей» (богатых клиентов) было много. На работе у людей проходили «корпоративы», и многие труженики после них возвращались домой поздно и «навеселе». К тому же многие люди специально по этому случаю оставили дома свои автомобили, чтобы после принятия спиртного на грудь вечером в честь праздника не садиться пьяными за руль.

«Мотаться» на своей старенькой Ладе и подвозить пассажиров мне в тот холодный вечер приходилось по заваленному снегом городу постоянно. Не успевал я доставить на место одних клиентов, как от диспетчера поступал новый заказ, и я его брал. «Не отказываться же от работы, пока прёт, завтра такого уже не будет», – думал я. – «Опять настанут „голодные“ дни».

К 22 часам вечера я успел неплохо заработать, да и «вымотаться» хорошо тоже, и даже подумывал, не поехать ли домой, чтобы отдохнуть, поужинать, лечь пораньше и выспаться, наконец. Всех денег ведь никогда не заработаешь. А дома меня ждали молодая жена и мой ребёнок, и я предвкушал, как мы все вместе сначала поужинаем, а потом вдвоём с женой приятно проведем романтический вечер при свечах и бокалах с шампанским, а затем завалимся в постель.

Но тут у меня на пути на заснеженной обочине чёрной укатанной машинами дороги появились очередные голосующие клиенты, кутающиеся от пронизывающего ветра в свою зимнюю тёплую одежду с поднятыми воротниками. А я неожиданно для самого себя вдруг остановился возле них, чтобы их подобрать, и сделал это скорее по привычке, машинально, особо над этим не задумываясь.

А посадил их к себе в машину ещё потому, что они назвали адрес их доставки, который был как раз по дороге ко мне домой. Я ещё подумал, отвезу их, последних на сегодняшний вечер, и уже тогда поставлю машину на стоянку и пойду со спокойной совестью отдыхать.

Чтобы не попасть впросак и не посадить к себе в машину опасных людей, я относился к пассажирам всегда очень осторожно. Подозрительных, голосующих на дороге, в частности, нескольких мужчин, обычно не брал, ощущая грозившую мне опасность интуитивно, пользовался помощью диспетчера.

Мне помогало в этом «шестое» чувство. Я словно видел таких людей насквозь. Может поэтому ночная работа для меня всегда оканчивалась хорошо, без особых приключений.

Но так было только до этого вечера. Подсознание на этот раз, очевидно, не сработало, когда я посадил к себе в машину трёх крепких молодых парней, голосовавших на обочине. Может из-за усталости, может по другой причине, кто знает?

Как только они оказались в салоне моей машины, у меня засосало где-то под ложечкой. От них исходила опасность и угроза, и я это сразу почувствовал.

К тому же весь их вид и манера поведения не внушали ничего хорошего. Их голоса были грубыми, с акцентом, и, не церемонясь, они начали повелевать.

Парни сразу дали мне понять, кто хозяин в машине. А потом велели притормозить у обочины и приставили к горлу блеснувший в руках одного из них нож, угрожали использовать его, если я хотя бы пошевелюсь.

– Ладно, ладно, буду смирным, – старался я их успокоить.

Парни обчистили мои карманы, отобрали деньги, документы, и пересадили меня в пассажирское кресло на переднем сидении.

Один из нападавших уселся за руль.

Они катались по ночному городу, явно кого-то или что-то высматривая, негромко переругиваясь между собой.

А вокруг, как обычно, мелькала праздничная иллюминация в витринах магазинов. Блестели светом ларьки. Проносились с горящими фарами автомобили, в том числе зеленоглазые со светящимися шашечками и без них такси. Спешили домой «весёлые» и счастливые пешеходы.

В салоне машины было душно, накурено. Остервенело стучало сердце. Я думал о своей семье: жене, ребенке, как они будут без меня, если со мной что-то нехорошее произойдёт.

Знакомые рассказывали мне о подобных случаях. Но это было не со мной, а с другими, с чужими мне людьми. Я даже представить себе не мог, что подобное может случиться со мной.

«Закрой ему глаза», – вдруг услышал за спиной хриплый с акцентом голос.

Я сразу понял, что терять мне больше нечего. Я тут же рванул от себя ручку дверей и выпрыгнул из машины на ходу, сильно ударившись об асфальт, моментально почувствовал дикую боль в руке, отчего у меня на миг перехватило дыхание и посыпались из глаз искры.

А потом, несмотря на боль, резво вскочил, и, держа раненую руку другой, бросился бежать со всех ног к пожарной части, находившейся неподалёку.

Меня не преследовали, а дали по «газам» и были таковы, растворившись в потоке машин, в том числе таких же, как и у меня, такси.

Итогом ночной поездки стали потеря денег и документов, двойной перелом руки и найденная лишь утром с «покоцаным» кузовом, без капли бензина и полностью разряженным аккумулятором моя машина. Её бросили, не выключив света.

Хорошо, что угонщики хоть ни на кого из пешеходов не наехали, а то мне за это, возможно, пришлось бы ответить. Поди потом докажи в полиции, что ты не верблюд, и что это не ты совершил наезд, а твои обидчики, которые отобрали у тебя машину, а ты еле спасся от них, а не наехал на пешехода и поэтому где-то сам бросил машину, чтобы обвинить в этом других…

Через несколько дней после ремонта я опять выехал таксовать на своей машине, несмотря на поломанную руку, которая была в гипсе. «А что делать, кушать ведь хочется», – объяснял я свой поступок таким же, как и я водителям, занимающимся частным извозом.

## Глава 3 Умный пёс и автоподстава

Однажды под вечер меня попросили перевезти на своей старой видавшей виды машине «ВАЗ» большого лохматого пса в другой город.

Я тогда, как многие мои друзья, и хорошие знакомые, не работал – предприятие разорилось и приказало всем нам долго жить. Я занимался тем, что много и постоянно таксовал по своему городу, возил в своей машине пассажиров днём и ночью. Доход был не очень большой, но на жизнь, в целом, как и на хлеб с маслом хватало.

Я в тот день как обычно стоял на стоянке такси, находился на окраине нашего города, где недалеко проживал, ожидая пассажиров. Сзади за мной выстроились такие же таксисты, как я. Как вдруг ко мне подошёл молодой мужчина с большим псом, которого он держал на коротком поводке. Пес, кстати, был без намордника.

– Здравствуйте, сказал он, такси свободно, до М. нас довезешь?

Я посмотрел на мужчину и его большого четвероного друга, даже не зная в первые секунды, что ему на это сказать.

Я не знаю наверняка, какой пёс был породы. Скорее всего, это было что-то среднее между кавказской овчаркой и московской сторожевой, но я могу и ошибаться. Пес выглядел довольно внушительно. У него была большая голова с бело-серой и рыжей шерстью и толстые широкие лапы. А весил он килограммов 60, на мой взгляд, а может и больше.

– Такси свободно, – ответил я, и, помолчав немного, задал ему вопрос: – А вы вообще как себе представляете нашу поездку с собакой без намордника в машине?

– Да я уже езжу так не в первый раз, – сказал мужик. – Проблем ни разу не было. Спроси вон у ребят, если мне не веришь, других таксистов, они меня тут все хорошо знают.

К нам неожиданно подошёл Сашка, такой же молодой таксист, как я. Только он находился за мной в очереди на поездку с клиентом.

– Вовчик, если ты не хочешь ехать с собакой, то уступай мне свою очередь, я их отвезу, – предложил он мне.

– Я подумаю, – сказал я, чтобы назойливый Сашка от меня отстал. Но он не уходил, а продолжал стоять возле меня в ожидании моего решения.

А я тем временем лихорадочно соображал, что мне делать, браться за перевозку пса или отказаться от этого сомнительного занятия.

Кстати, город, куда надо было ехать, находился примерно в двадцати километрах от моего посёлка. За 20 минут можно было оказаться на месте. Конечно, в зависимости от загруженности трассы. Я вспомнил услышанные когда-то от одного мудрого человека слова о том, что никогда не стоит отказываться от любой работы, потому что завтра ее может не быть вообще. А я был уже научен горьким опытом, когда из-за закрытия фабрики, которая была градообразующей в нашем поселке, лишился работы. К тому же хозяин пса предложил за его перевозку хороший гонорар. А кушать между тем хочется каждый день. И не только мне, но и моим родным и близким.

В общем, взвесив все за и против, я не стал отказываться от этого нового для меня дела.

– Мой пёс спокойный, и очень умный. Он зря никогда не лает, не кусается вообще, и никого просто так не трогает, если его не раздражают или ему не надоедают, – сказал хозяин собаки мне перед посадкой в мою машину.

Я тогда не понял последнюю его фразу. А переспрашивать не стал, что хозяин хотел этим сказать. Но он, видно, знал, что говорил, и я в этом очень скоро убедился сам.

– Хорошо, – ответил я ему. – Поехали. А там посмотрим. Только постели на сиденье какое-нибудь покрывало, чтобы уберечь его от шерсти собаки…

Итак, мы поехали. Пёс находился в машине на заднем сиденье у меня за спиной. Всю дорогу он вёл себя спокойно – рядом с ним на заднем сиденье был его хозяин. Я помнил, что мне нельзя резко тормозить. Потому что в этом случае голова пса оказалась бы на моей голове. В моей старой машине тогда не было подголовников на передние сиденья. Я их перед этим как нарочно снял с сидений. Я, конечно, понимал, чем это чревато в случае аварии, но все равно рисковал. А пасть у собаки была такой большой, что я серьезно опасался, что он, возможно, даже может откусить мне голову, если только очень захочет, и широко откроет рот. И уже жалел, что пустил пса в салон машины без намордника.

У нас в квартире жили одно время пес породы боксёр тигрового цвета с огромной слюнявой пастью с загнутыми назад острыми клыками, и серая обыкновенная кошка по кличке Сонька. Мы всегда кормили их в одно время и вместе, конечно, из разных мисок. А ставили их недалеко друг от друга, на кухне. Кошка первой съедала все, что было в её миске. Затем она сидела в пару метрах от пса, облизывалась, и пристально наблюдала, как тот быстро ел, глотал кашу либо грыз кости. А потом не выдерживала и начинала медленно подвигаться к чужой миске, в надежде поживиться чем-нибудь из неё. Но разве можно отобрать у собаки еду, тем более, когда она ест? «Боксер» этого стерпеть, конечно, не мог. И делиться с кошкой своим обедом не собирался. Он косился на неё и сначала рычал. Но эти меры кошку не останавливали. Она продолжала медленно приближаться к миске пса с едой. Тогда он со злобой бросался на неё. Он делал это с такой яростью, что мы думали, что он сейчас её разорвет. Но пес хватал её за голову, целиком погружая её в свою пасть, и она полностью оказывалась у него во рту. Затем он грозно рычал, слегка прижимал зубами шею кошки, и отпускал её голову на свободу. Предупреждал так, мол, не лезь в мою миску, а то тебе не поздоровится. И кошка всегда после этого поворачивалась и просто уходила подальше от собаки, и больше не пыталась подойти к чужой миске с едой. Но если бы он сжал челюсти крепче, шея кошки хрустнула бы, как тонкая ветка, а её голова осталась бы у него во рту.

А сейчас все это жило в моем разыгравшемся не на шутку воображении. Находясь в этот момент за рулем, я отчетливо представлял себя на месте кошки, даже, возможно, что чувствовал себя кошкой, позади которой находился пес с огромной головой, большой пастью и острыми клыками, готовый в любой момент схватить в пасть мою голову и сомкнуть клыки.

Так мы и ехали, и все было хорошо до поры до времени.

Но вскоре ситуация поменялось кардинально. На подъезде к городу, а было это уже под самый вечер, возникла «пробка» из машин. Все хотели быстрей проехать, и наглецы лезли вперёд. Стояло лето, было жарко, пес тяжело дышал, и теперь я боялся, что его слюни будут не только в салоне машины, но и у меня на голове, и опять мысленно ругал себя за то, что согласился на эту поездку и перевозку животного.

Нас поджимала легковушка, в которой находилось несколько человек, мужчин и женщин, и которой я не хотел уступать дорогу. Я тоже спешил, мне нужно было отвезти пса, а потом ещё возвращаться домой, и мы долго ехали впритык на расстоянии нескольких сантиметров. Окна в машинах были открыты полностью. Пёс смотрел на чужих людей, которые находились от него на расстоянии не больше метра, и всё время облизывался. Не знаю, что происходило в его собачьей башке, почему он себя так вёл, не знаю, что думали на счет этого наши соперники, но они все же не выдержали такого напряжения и отстали от нас, пропустив нашу машину вперед. У них, по-видимому, сдали нервы, и они решили больше не рисковать и не испытывать судьбу, поскольку было неизвестно, что она приготовила для всех нас на этот раз.