Роджер Желязны
Ночь в тоскливом октябре

Посвящается Мэри Шелли, Эдгару Аллану По, Брэму Стокеру, cэру Артуру Конан Дойлу, Г. Ф. Лавкрафту, Рэю Брэдбери, Роберту Блоху, Альберту Пейсону Терхьюну и создателям многих старых добрых фильмов – с благодарностью

Roger Zelazny

A NIGHT IN THE LONESOME OCTOBER

Copyright © 1993 by Roger Zelazny

© Н. Х. Ибрагимова, перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

Я сторожевой пес. Меня зовут Нюх. Сейчас я живу со своим хозяином Джеком неподалеку от Лондона. Я люблю ночной Сохо – его темные улицы, насыщенные запахами туманы. В это время стоит тишина, и мы выходим на долгие прогулки. Джек – хранитель заклятья и должен большую часть своей работы делать по ночам, дабы не совершилось худшее. Пока он занят, я стою на страже. Если появляется кто-нибудь, я вою.

Мы хранители нескольких заклятий, и наша работа очень важна. Мне приходится следить за Тварью в Круге, за Тварью в Шкафу и за Тварью в Дорожном Сундуке, не говоря уже о Тварях в Зеркале. Когда они пытаются выбраться, я поднимаю отчаянный лай. Они меня боятся. Не знаю, что бы я делал, если бы они все попытались вырваться на волю одновременно. Приходится часто рычать, однако это хорошая тренировка.

Если нужно, я приношу Джеку разные полезные предметы – его волшебную палочку или большой нож со старинными надписями на лезвии. Я всегда знаю точно, когда они ему понадобятся, потому что это моя работа – наблюдать и знать. Мне нравится быть сторожевым псом, больше, чем тем, кем я был раньше, до того, как Джек призвал меня и поручил эту работу.

Когда мы гуляем, Джек и я, другие собаки меня боятся. Иногда мне хочется поболтать и сравнить свои впечатления с мнением других сторожевых псов о работе и хозяевах, но я и вправду нагоняю на них страх.

Недавно, когда мы были ночью на кладбище, ко мне все же подошел один престарелый сторожевой пес, и мы немного побеседовали.

– Привет. Я – сторожевой пес.

– Я тоже.

– Я за тобой наблюдал.

– А я за тобой.

– Зачем твой человек копает глубокую яму?

– Там, внизу, есть кое-что, в чем он нуждается.

– Ах так. Мне кажется, ему не следует этого делать.

– Можно взглянуть на твои зубы?

– Да. Пожалуйста. А на твои можно?

– Конечно.

– В полном порядке. Ты не мог бы оставить для меня где-нибудь поблизости приличную кость?

– Пожалуй, это можно устроить.

– Это вы были здесь в прошлом месяце?

– Нет, это конкуренты. Мы отоваривались в другом месте.

– У них не было сторожевого пса.

– Это они не подумали. И что ты сделал?

– Полаял хорошенько. Они занервничали и ушли.

– Хорошо. В таком случае мы, возможно, все еще впереди.

– Давно работаешь со своим человеком?

– Сто лет. А ты сколько сторожишь кладбище?

– Всю жизнь.

– Нравится?

– Жить можно, – сказал он.

Джеку нужно много ингредиентов для работы, потому что скоро предстоит большое дело. Наверно, лучше всего рассказать о событиях день за днем[1].

1 октября

Делал обход. Тварь в Круге меняла форму и в конце концов приняла вид весьма привлекательной собачьей леди. Но я не поддался на обман и не нарушил границу Круга. С запахом ей справиться не удалось.

– Прекрасная попытка, – сказал я ей.

– Ты свое получишь, дворняга, – ответила Тварь.

Я прошел мимо разнообразных зеркал. Запертые в них Твари извивались и злобно урчали. Я показал им зубы, и они убрались прочь.

Тварь в Дорожном Сундуке билась в стенки, она зашипела и зафыркала, когда почуяла мое вторжение в ее пределы. Я заворчал. Тварь снова зашипела. Я зарычал. Она замолкла.

Потом я поднялся на чердак и проверил Тварь в Шкафу. Она скреблась в стенки, когда я вошел, но затихла, как только я приблизился.

– Как дела там, внутри? – спросил я.

– Были бы намного лучше, если бы кое-кто повернул ключ в замке.

– Для тебя, может, и лучше.

– Я могла бы найти для тебя много отличных косточек – крупных, свежих, сочных, сплошь покрытых мясом.

– Спасибо, только что откушал.

– Так чего же ты хочешь?

– В данный момент – ничего особенного.

– Ну, а я хочу выбраться отсюда. Подумай, какую цену ты за это назначишь, и давай поговорим.

– Ты получишь свой шанс, со временем.

– Не люблю ждать.

– Это плохо.

– Иди в задницу, шавка.

– Ц-ц-ц! – ответил я и ушел, когда она начала браниться в еще более крепких выражениях.

Я вернулся вниз, прошел через библиотеку, принюхиваясь к запаху пыльных томов, специй, трав и других интересных веществ, в гостиную, откуда стал смотреть в окно на улицу. Вел наблюдение, конечно. Это же моя работа.

2 октября

Вчера ночью мы отправились на прогулку и в поле, далеко от дома, на том месте, где было совершено убийство, выкопали корень мандрагоры, хозяин завернул его в шелковый лоскут и отнес прямо на свое рабочее место. Мне было слышно, как он добродушно болтает с Тварью в Круге. У Джека длинный список ингредиентов, и все должно делаться строго по инструкции.

Кошка по имени Серая Метелка кралась скользящей кошачьей походкой вокруг дома, заглядывая к нам в окна. Я ничего не имею против кошек. То есть могу погонять, а могу оставить в покое. Но Серая Метелка принадлежит Сумасшедшей Джил[2], которая живет на холме, ближе к городу, и кошка, конечно, шпионит для своей хозяйки. Я зарычал, чтобы дать ей понять, что ее заметили.

– Рано принялся сторожить, верный Нюх, – прошипела она.

– Рано принялась шпионить, Серая, – ответил я.

– У каждого из нас свои задания.

– Верно.

– Итак, началось.

– Началось.

– Все идет хорошо?

– Пока что. А у вас?

– Тоже. В настоящий момент, полагаю, легче всего просто вот так задать вопрос.

– …Но кошки вечно подкрадываются, – добавил я.

Она вскинула голову, подняла лапу и стала ее разглядывать.

– Есть особое удовольствие в том, чтобы затаиться.

– Для кошек, – сказал я.

– …И узнаешь что-нибудь новенькое.

– Например?

– Я не первая зашла к вам сегодня. Мой предшественник оставил следы. Ты знаешь об этом, верный сторож?

– Нет, – ответил я. – Кто это был?

– Филин, Ночной Ветер, приспешник Морриса и Маккаба. Я видела, как он пролетел на рассвете, и нашла перо на заднем дворе. Перо присыпано порошком мумии, чтобы нанести вам вред.

– Почему ты мне об этом рассказываешь?

– Возможно, потому, что я – кошка и мне нравится поступать нелогично. Я хочу оказать тебе услугу. Я заберу это перо с собой и оставлю у них под окном, спрячу в кустах.

– Я тут рыскал вокруг вчера после прогулки, – сказал я. – Был около вашего дома, на холме. Видел Шипучку, черного полоза, который обитает в животе безумного монаха, Растова. Он терся о ваш дверной косяк, рассыпая чешую.

– Вот как! А почему ты мне это рассказываешь?

– Плачу долги.

– Мог бы выразиться как-нибудь иначе.

– Это между нами.

– Ты странная собака, Нюх.

– Ты странная кошка, Серая Метелка.

– Как и положено кошке.

И она растворилась в темноте. Как ей и положено.

3 октября

Прошлой ночью мы снова гуляли, и хозяин охотился. Он накинул плащ и сказал мне:

– Нюх, принеси!

И по тому, как он это сказал, я понял, что ему нужен нож. Я принес нож, и мы вышли. Нам не сопутствовала удача. Мы долго искали ингредиенты, попали в скверную заварушку и в довершение ко всему – нас обнаружили. Я подал предупредительный сигнал, и нам пришлось удирать. Преследовали нас долго, пока я, в конце концов, не отстал и не тяпнул преследователя за ногу. Когда Джек потом отмывался, он сказал, что я отличный сторожевой пес. Я был очень горд.

Позднее он выпустил меня поразнюхать кругом. Я проверил дом Растова, там было темно. Вышел по делам, полагаю. Лежа за кустом у дома Сумасшедшей Джил, я слышал, как она хихикает и разговаривает с Серой Метелкой. Они только что вернулись с прогулки. Метла возле двери черного хода еще не остыла.

У дома Морриса и Маккаба я проявил особую осторожность: Ночной Ветер с наступлением темноты обладает большой силой и может оказаться где угодно.

Из почти голых ветвей вишни послышалось тоненькое хихиканье. Я принюхался, но в воздухе не пахло раздражающей подписью Ночного Ветра. Однако присутствовало нечто другое.

Снова послышался тонкий смешок – настолько тонкий, что человек его бы и не расслышал.

– Кто там? – спросил я.

С дерева сорвался пучок листьев, развернулся, стрелой понесся вниз и, с головокружительной скоростью прошивая воздух, запетлял над моей головой.

– Еще один из тех, кто наблюдает, – раздался слабый писк.

– В нашей округе становится тесно, – заметил я. – Ты можешь называть меня Нюх. Как позволишь называть тебя?

– Игла, – ответил он. – Кому ты служишь?

– Джеку, – ответил я. – А ты сам?

– Графу[3], – сказал он.

– Ты не знаешь, нашли ли Моррис и Маккаб свои ингредиенты?

– Да, – ответил он.

– А сумасшедшая свои нашла?

– Уверен, нашла.

– Тогда она идет наравне с нами. Все же, еще рано…

– Когда Граф вступил в Игру?

– Две ночи назад, – сказал он.

– Сколько всего игроков?

– Я не знаю, – ответил он. Потом взмыл ввысь и пропал.

Жизнь неожиданно еще больше осложнилась, и у меня не было возможности узнать, Открывающие они или Закрывающие.

Возвращаясь назад, я почувствовал, что за мной следят, и очень умело.

Я не смог засечь преследователя и выбрал длинный кружной путь. Он потом оставил меня в покое и переключился на кого-то другого. Я поспешил домой с докладом.

4 октября

Дождливый день. И вдобавок ветреный. Я сделал обход.

– Иди в задницу, дворняга.

– Взаимно.

– Привет, Твари.

Скользят, извиваются.

– Как насчет того, чтобы меня выпустить?

– Не-а.

– Настанет мой день.

– Не сегодня.

Все как обычно. Все, кажется, в порядке.

– Как насчет колли? Тебе нравятся рыженькие?

– Тебе так и не удается более-менее сносно изобразить собаку. Пока.

– Сукин сын!

Я проверил все окна и двери изнутри, потом выбрался с черного хода через свой личный люк и проверил все снаружи. Хозяин Джек спал или отдыхал в своей комнате без света. Не обнаружил никаких сюрпризов того сорта, о которых мы говорили с Серой Метелкой на днях. Нашел нечто иное: один-единственный отпечаток лапы, большей, чем моя, под деревом у дома. Сопутствующий запах и все соседние следы смыло дождем. Я покружился в поле в поисках других следов вторжения, но больше ничего не нашел. Старик, живущий дальше по дороге, у себя во дворе срезал с дерева омелу тонким сверкающим серпом. На его плече сидела белка. Еще один новенький.

Я заговорил с белкой из-за изгороди:

– Вы участвуете в Игре?

Он прыгнул на другое плечо хозяина, поближе ко мне, и, выглянув оттуда, протрещал:

– Кто спрашивает?

– Зови меня Нюх, – ответил я.

– Зови меня Плут, – сказал он. – Да, полагаю, участвуем. В последний момент решили – спешка, спешка.

– Открывающий или Закрывающий?

– Невежливо! Невежливо спрашивать! Тебе это известно!

– Хотел попытаться проверить, не новички ли вы.

– Не такие уж новички, чтобы выдать что-либо. Так что ты это брось.

– Ладно.

– Подожди. А в Игре есть полоз?

– Ты хочешь, чтобы я выдал тебе кое-что. Тем не менее – да, есть: Шипучка. Берегись. Его хозяин – сумасшедший.

– А разве все они не такие?

Мы рассмеялись, и я слинял.

В тот вечер мы опять вышли из дому. Перешли через мост и долго, долго шли. Великий Детектив[4] тоже бродил со своим спутником, последний прихрамывал после недавних ночных похождений. Мы дважды прошли мимо них в тумане. Но этой ночью Джек взял волшебную палочку, чтобы стать с ней в центре города и в полночь поймать луч звездного света в хрустальный флакон. Как только часы пробили двенадцать, жидкость во флаконе засияла красноватым светом и где-то вдалеке поднялся вой. Мне он не был знаком. Я даже не был уверен, что выла собака. И все же это был язык моих сородичей, и долгие протяжные звуки означали: «Пропал!» Когда я понял, я почувствовал, что «Пропал!» При этом шерсть у меня на загривке встала дыбом.

– Почему ты рычишь, друг? – спросил Джек.

Я не сказал. Я не был уверен.

5 октября

Я позавтракал в темноте и сделал обход дома. Все было в должном порядке. Хозяин спал, поэтому я выбрался наружу и обшарил окрестности. До начала дня еще оставалось время.

Я пошел через холм, к дому Сумасшедшей Джил. Там было темно и тихо. Тогда я свернул к ветхому жилищу Растова. Тут я уловил запах и поискал его источник. Наверху садовой ограды неподвижно лежала маленькая фигурка.

– Серая Метелка, – позвал я. – Спишь?

– Сплю, но все слышу, – донеслось в ответ. – Кошачья дрема бывает полезна. Чем занимаешься, Нюх?

– Проверяю одну свою идею. Она не касается ни тебя, ни твоей госпожи. Непосредственно не касается. Я иду к дому Растова.

Она исчезла со стены и через секунду оказалась возле меня. Я уловил желтый отсвет ее глаз.

– Я пойду с тобой, если это не секретная работа.

– Пошли.

Через некоторое время я спросил:

– Все тихо?

– У нас дома – да, – ответила она. – Но я слышала, что в городе совершено убийство. Ваша работа?

– Нет. Мы были в городе, но по другим делам. Где ты об этом слышала?

– Здесь был Ночной Ветер. Мы немного поболтали. Он прилетел из-за реки, из города. Человека разорвали на куски; похоже, что это сделал какой-то необыкновенно свирепый пес. Я подумала о тебе.

– Не я, не я.

– Будут еще такие случаи, конечно, так как другие тоже ищут ингредиенты. Это насторожит людей, улицы будут лучше охранять с сегодняшнего дня и до большого события.

– Наверное, так. Жаль.

Мы подошли к дому Растова. Окна слабо светились.

– Он поздно работает.

– Или очень рано.

Мысленно я проследил путь обратно к своему дому. Потом повернулся и направился через поля к старой ферме, где проживали Моррис и Маккаб. Серая Метелка шла рядом. Луна медленно вставала над горизонтом. Облака быстро скользили по небу. Глаза Серой Метелки вспыхивали.

Когда мы добрались до места, я остановился в высокой траве. В доме горел свет.

– Тоже работают, – сказала она.

– Кто? – раздался с крыши амбара голос Ночного Ветра.

– Ответим?

– Почему бы и нет? – сказал я.

Она назвала свое имя. Я – свое. Ночной Ветер покинул насест, покружился над нами и опустился в траву.

– Вы друг друга знаете, – заметил он. – Что вам здесь нужно?

– Я хотел спросить тебя об этом убийстве в городе, – сказал я. – Ты видел?

– Только после того, как оно произошло и было обнаружено.

– Так ты не видел, кто из нас это сделал?

– Нет. Если это действительно был один из нас.

– А сколько нас ты знаешь?

– Не уверен, можно ли разглашать такие сведения. Возможно, это запрещено.

– Тогда давай меняться. Мы перечислим тех, кого знаем мы, а ты назовешь известных тебе.

Он повернул голову назад, в противоположную от нас сторону, подумал, затем сказал:

– Наверное, это справедливо. Мы сэкономим время. Начнем. Вы знаете моих хозяев, я – ваших. Четыре человека.

– Растов, с Шипучкой, – подсказала Серая Метелка. – Пять.

– Я о них знаю, – ответил филин.

– Старик, который живет дальше от меня по дороге, по-видимому, друид, – сказал я. – Он срезал омелу по старинному обычаю, и у него есть друг – белка по имени Плут.

– Вот как? – удивился Ночной Ветер. – Я не знал.

– Человека зовут Оуэн, – заявила Серая Метелка. – Я за ними наблюдаю. И это шесть.

Ночной Ветер сказал:

– Уже три ночи бродит по кладбищам маленький горбатый человечек. Я видел его при полной луне во время патрульного полета и решил последить за ним. Он отнес свою добычу в большой фермерский дом к югу отсюда – на крыше полно громоотводов, и там постоянно бушует гроза – и отдал высокому человеку, которого называл «Добрый Доктор»[5]. Возможно, это – седьмой или даже седьмой и восьмой

– Ты нам покажешь это место?

– Охотно.

Следуя за Ночным Ветром, мы пришли к фермерскому дому. В подвале горел свет, но окна были закрыты шторами. В смеси запахов, окружавших жилище Доброго Доктора, один был самым отчетливым: запах смерти.

– Спасибо, – сказал я Ночному Ветру. – У тебя есть кто-нибудь еще?

– Нет. А у вас?

– Нет.

– Тогда, я бы сказал, мы квиты.

Он взлетел и скрылся в темноте.

Пригнув голову к земле, я обнюхивал пространство под окном и одновременно, в уме, пытался соединить линиями дома Морриса и Маккаба, Сумасшедшей Джил, мой собственный, Оуэна, других. Получалась довольно сложная схема, которую трудно было удержать в памяти. Но я чувствовал, что на этом пути могут быть открытия. Вдруг за окном что-то ярко вспыхнуло и раздался такой треск, что я подскочил. Через секунду в воздухе различился озон, а из дома донесся хохот.

– Да, за этим местом стоит понаблюдать, – заметила Серая Метелка, неожиданно очутившаяся высоко на ветке. – Уходим?

– Да.

Мы поспешили назад, и я оставил ее у дома Джил (опускаю прилагательное перед именем ее хозяйки из вежливости), продолжать кошачью дрему на стене. Дома я обнаружил еще один отпечаток лапы.

6 октября

Тревога! Сегодня утром я услышал, как треснуло зеркало, и поднял отчаянный лай, пытаясь удержать ползунов внутри. Джек услыхал шум, принес свою цивильную волшебную палочку и перенес Тварей в другое зеркало – точно как Желтый Император. Это зеркало намного меньше, что, возможно, послужит им хорошим уроком, а может, и нет. Не понимаю, как они это проделали. Постоянно давили на какую-то одну трещинку, вероятнее всего. Хорошо еще, что они меня боятся.

Джек ушел к себе, а я вышел из дому. Солнце светило сквозь серые и белые облака, а из запахов в воздухе носились только острые ароматы осени. Ночью я мысленно проводил линии. То, что я пытался сделать, было бы намного легче для Ночного Ветра, Иглы или даже Плута. Трудно созданию, привязанному к земле, представить себе местность так, как я старался ее увидеть. У меня получилась сложная диаграмма с внешней границей и пересекающимися лучами внутри. Создав такой чертеж, я мог делать с ним то, чего не могли другие. Он не был законченным, потому что я не знал, где находится Граф – и некоторые другие игроки, которые, возможно, были мне еще неизвестны.

Тем не менее уже было на что опереться в поисках разгадки.

Я отправился в путь и вышел через двор и поле на тропинку, по которой добрался до цели. Слева от меня росли большие старые деревья, одно дерево – направо через дорогу. Но место, которое я так тщательно рассчитал, составляя карту в уме, к несчастью, находилось посредине дороги. Не очень-то любезно с его стороны. Хотя бы на перекрестке.

Ближайший дом был справа от меня и в нескольких сотнях ярдах позади в том направлении, откуда я пришел. В нем обитала, как я знал, пожилая супружеская пара. Они кормили птиц, работали в саду и ругались каждую субботу по вечерам, когда муж, пошатываясь, добирался домой из паба. Вряд ли они были участниками Игры.

Решил, однако, поразмыслить. Обшаривая обочины дороги, я услыхал знакомый голос:

– Нюх!

– Ночной Ветер! Ты где?

– У тебя над головой. В дереве есть дупло. Слишком задержался с возвращением. Забрался сюда, чтобы спрятаться от дневного света. Наши с тобой предположения совпадают, да?

– Похоже, мы проводим одинаковые линии.

– И все же, это не может быть тем самым местом.

– Да. Это центр нашей схемы, но место не то.

– Следовательно, схема неполная. Но ведь мы не знаем, где находится Граф.

– Если он единственный, о ком мы не знаем. Событие должно произойти в центре созданной нами схемы.

– Да. Что будем делать?

– Ты можешь проследить за Иглой до дома Графа?

– Летучие мыши чертовски беспорядочно летают.

– А мне это и подавно не удастся. Думаю, что и Серая Метелка не сможет.

– Нет. В любом случае кошкам нельзя доверять. Все, на что они годятся, – так это только на струны для теннисной ракетки.

– Так ты проследишь за Иглой?

– Сначала надо найти маленького негодяя. Я понаблюдаю за ним сегодня ночью.

– Сообщи мне, если что-нибудь обнаружишь.

– Подумаю.

– Ты не проиграешь. Может случится, что и тебе надо будет послать кого-то с поручением в дневное время.

– Это правда. Скажи, почему игроки всегда выстраиваются по определенной схеме вокруг центра событий, а?

– Сам поражаюсь, – сказал я.

Я вернулся домой, порычал на Тварей в Зеркале – теперь оно было в прихожей, – просто, чтобы дать им понять, что я на страже. Тварь в Дорожном Сундуке сидела тихо. Я велел Твари в Шкафу заткнуться. Она колотила в стенки так, что дом сотрясался. Пришлось мне несколько раз гавкнуть, она притихла. Тварь в Круге (она сидела в подвале) превратилась в пекинеса.

– Тебе нравятся миниатюрные дамы? – спросила она. – Подойди и возьми ее, здоровый парниша.

Она все же больше пахла Тварью, чем собакой.

– Ты не очень-то умна, – сказал я.

Пекинес сделал мне вслед презрительный жест задней лапой, когда я уходил, – очень трудно вывернуть лапу подобным образом.

7 октября

Прошлой ночью мы снова выходили из дому в поисках новых ингредиентов для Большой Работы. Стоял густой туман, и вокруг было много патрульных. Нас это не остановило, но усложнило нашу задачу. Сверкнул нож хозяина, вскрикнула женщина, послышался треск разрываемой ткани. Убегая, мы налетели на Великого Детектива, и я сбил с ног его спутника, который по причине своей хромоты не успел увернуться.

Когда мы перешли мост, Джек развернул полоску ткани.

– То что надо. Она в самом деле зеленая, – отметил он.

Дело в том, что в список необходимых ему материалов входил край зеленого плаща, в который должна быть одета женщина непременно с рыжими волосами, и отрезать его следовало в полночь, именно этого числа. Конечно, все это тонкости волшебства оставались для меня тайной за семью печатями. Джек был счастлив, поэтому доволен был и я.

Гораздо позже, после безуспешных поисков Ночного Ветра, я вернулся домой и дремал в гостиной, как вдруг услышал тихий скребущий звук в другой половине дома. Потом стало тихо. Я вошел в режим выслеживания и принялся за расследование.

В кухне и кладовке – никого. Сделал несколько кругов. У входа в холл уловил запах. Остановился, прислушался. Засек легкое движение – внизу и впереди справа. Увидел.

Перед Зеркалом, наблюдая за скользкими Тварями, сидела большая черная крыса. Я перестал дышать, прокрался вперед, так, чтобы схватить ее одним коротким рывком, и сказал:

– Полагаю, ты развлекаешься последние мгновения своей жизни.

Зверек подскочил, а я обрушился на него, ухватив за основание шеи.

– Подожди! Я все объясню! – крикнул он. – Нюх! Ты Нюх! Я пришел повидать тебя!

Я не сжимал зубов и не ослаблял хватки. Одно резкое движение – и у него будет сломан позвоночник.

– Мне о тебе рассказал Игла, – торопился он. – А Плут объяснил, как тебя найти.

Я не мог ответить, рот был занят.

– Плут говорил, что ты умный, я хотел поговорить. Никого не было, и я вошел через ту маленькую дверцу. Будь добр, отпусти меня.

Я отнес крысу в угол, опустил на пол и сам сел напротив.

– Итак, ты – участник Игры, – сказал я.

– Да.

– Тогда ты должен знать, что проникновение в дом другого игрока без приглашения подлежит наказанию.

– Да, но это был единственный доступный для меня способ связаться с тобой.

– Что же ты хочешь рассказать?

– Я знаю Шипучку, а Шипучка знает Ночного Ветра…

– Это все?

– Шипучке Ночной Ветер сказал, что ты много знаешь об игроках и их замыслах. И что ты иногда обмениваешься информацией. Я бы хотел кое-что предложить.

– Почему ты не предложил это Ночному Ветру?

– Я не знаком с Ночным Ветром. Совы пугают меня. Кроме того, я слышал, что он держит клюв на замке. Все прячет под перья и прижимает крылья ближе к телу.

Он захихикал над собственной шуткой. Я промолчал.

– Если ты просто хотел поговорить, зачем ты шнырял вокруг? – спросил я.

– Меня очень заинтересовали Твари в Зеркале.

– Ты в первый раз сюда забрался?

– Да!

– С кем ты?

– С Добрым Доктором.

– У меня есть подруга по имени Серая Метелка, она по случайности – кошка. И часто здесь бывает. Если я узнаю, что ты что-то затеваешь недоброе, я попрошу ее приходить сюда регулярно.

– Я не ищу неприятностей, черт побери! Давай не будем впутывать сюда кошку!

– Ладно. Что ты предлагаешь в обмен и что тебе нужно?

– Я хочу, чтобы ты назвал мне всех известных тебе участников Игры и сказал, где они живут.

– А что я получу?

– Я знаю, где отдыхает Граф.

– Эту информацию собирался добыть Ночной Ветер.

– У него не хватает ловкости, чтобы проследить за Иглой в лесу. Совы не могут летать зигзагами, как летучие мыши.

– Возможно, ты прав. Отведешь меня к этому месту?

– Да. В обмен на список участников.

– Хорошо, – сказал я. – Но это ты пришел ко мне. Поэтому я ставлю условия. Сначала покажи мне это место. Потом я скажу тебе, кто еще играет.

– Согласен.

– А как тебя называть?

– Бубон, – ответил он.

Я отступил назад и сказал:

– Пойдем.

Было холодно, ветрено и сыро. На западе, низко над горизонтом, висело несколько облаков. Звезды казались очень близкими.

– В какую сторону? – спросил я.

Он указал на юго-восток и двинулся в этом направлении. Я пошел следом. Мы пересекли поле, вошли в рощу.

– Это тот самый лес, где Игла мог оторваться от Ночного Ветра?

– Тот самый.

Он повел меня между деревьями. Скоро мы вышли на поляну, и он остановился среди замшелых каменных обломков, сохранившихся тут, видимо, с незапамятных времен.

– Ну? – спросил я.

– Вот это место.

– Остатки старой церкви.

Я прошел вперед, принюхиваясь. Ничего похожего… На пологом холме, посреди развалин, в груде камней я заметил щель, заглянул в нее и увидел, что вниз идет ход.

– Бубон, – позвал я. – Посмотри.

– Похоже, что когда-то очень давно здесь был совсем иной ландшафт. Часть поверхности, на которой мы сейчас стоим, ушла под землю и заросла. Подозреваю, что под нами равелины. Как ты думаешь?

– Не знаю. Я никогда не был там, внутри, – ответил он. – Это не то место. Кладбище – под холмом, вон там.

Он двинулся в том направлении, куда указывал, а я последовал за ним – мимо полузасыпанных могильных камней, разрушенного склепа. Бубон ринулся вперед.

– Здесь дыра, – сообщил он. – Его место там, внизу.

Я заглянул. Было слишком темно, чтобы я смог что-нибудь разглядеть. Вот если бы с нами сейчас был Ночной Ветер или Серая Метелка.

– Остается поверить тебе на слово, – сказал я.

– Назови же мне имена и места, как обещал.

– Скажу по дороге.

– Это место действует тебе на нервы?

– Это неподходящий месяц, чтобы рисковать, – ответил я.

Он засмеялся.

– Очень смешно!

– И правда смешно, – ответил я.

Умирающая луна взошла над верхушками деревьев, освещая нам путь.

* * *

В полночь я обретаю дар речи. Я встал, потянулся и ждал, когда часы перестанут бить. Джек, тоже поднявшийся специально по этому случаю, наблюдал за мной с интересом и насмешливо одновременно.

– Трудный был день, Нюх? – спросил он.

– У нас был посетитель, пока ты спал. Крыса по имени Бубон, – сказал я, – компаньон Доброго Доктора.

– И что?

– Мы обменялись сведениями. Список игроков на место могилы Графа. Он говорит, что могила на кладбище у развалин церкви на юго-востоке. Показал мне это место.

– Хорошая работа, – похвалил Джек. – Как это влияет на твои расчеты?

– Трудно сказать. Собираюсь все это обдумать, а потом мне придется понаблюдать.

– Игра еще в самом начале, – сказал он. – Ты же знаешь, как может меняться картина.

– Это правда, – ответил я. – Но по крайней мере, теперь мы немного лучше информированы, чем прежде. Конечно, нужно проверить содержимое склепа днем, чтобы быть уверенным. Думаю, мне удастся убедить Серую Метелку это проделать.

– Не Шипучку?

– Я больше доверяю кошке, и раз уж приходится идти на сделку, то охотнее имел бы дело с ней, чем с кем-то другим.

– Значит, тебе известны ее убеждения?

Я отрицательно покачал головой.

– Нет, руководствуюсь чувствами.

– Она говорила о своей хозяйке, Джил?

– Без каких-либо подробностей.

– Мне кажется, эта леди гораздо моложе, чем старается показать.

– Возможно. Я не знаю. Никогда ее не встречал.

– А я встречал. Дай мне знать, если кошка заговорит о том, на чьей они стороне.

– Хорошо, но она не заговорит, а спрашивать я не собираюсь.

– Ну, как знаешь.

– Вообще-то никто из нас ничего не выиграет, предлагая информацию в такое время. Но можно кое-что проиграть в плане сотрудничества. Если только у тебя не возникла настоятельная необходимость в информации, о которой я не знаю. В таком случае, однако…

– Я понимаю. Оставим это. Ты ничего такого не узнал об остальных?

– Нет. Мы сегодня выходим?

– Пока нам хватит. У тебя какие-то планы?

– Немного расчетов и много отдыха.

– Ну что ж, неплохо.

– Ты помнишь, как тогда, в Дижоне, эта леди с другой стороны умудрилась тебя сбить?

– Трудно забыть такое. Почему ты спрашиваешь?

– Просто так. Воспоминания. Спокойной ночи, Джек.

Я пошел в свой любимый угол и устроился там, положив голову на лапы.

– Спокойной ночи, Нюх.

Я слышал его удаляющиеся шаги. Пришло время навестить Рычуна и взять у него очередной урок слежки. Вскоре окружающий мир исчез.

8 октября

Вчера ночью и сегодня утром я мысленно провел еще несколько линий, но, прежде чем мне удалось составить более-менее приемлемую схему, к нам пожаловал гость.

Я пролаял два раза, когда раздался звонок. Джек открыл дверь. Высокий, солидный человек с темными волосами, улыбаясь, стоял на пороге.

– Привет, – произнес он, – меня зовут Ларри Тальбот. Я ваш новый сосед и счел возможным засвидетельствовать свое почтение.

– Не хотите ли войти и выпить со мной чашечку чаю? – спросил Джек.

– Благодарю.

Джек провел его в гостиную и, извинившись, вышел на кухню. Я остался наблюдать. Тальбот несколько раз взглянул на свою ладонь. Потом внимательно осмотрел меня.

– Славный парень, – сказал он.

Я открыл пасть, вывалил наружу язык и часто задышал. Но не подошел к нему. Что-то такое было в его запахе – какой-то намек на дикость, который меня озадачил.

Джек вернулся с чаем и печеньем, и они некоторое время болтали – о соседях, о погоде, о недавней вспышке серьезных ограблений, об убийствах. Я наблюдал за ними – двое солидных мужчин, у обоих в лице что-то от хищника, – они прихлебывали чай и рассуждали об экзотических цветах, которые выращивал Тальбот, о том, каково им будет в этом климате, даже в доме.

Затем с чердака донесся ужасный треск. Я немедленно покинул комнату и, стремительно огибая углы, понесся прыжками по лестнице. Тварь стояла перед распахнутой дверью шкафа.

– Свободна! – объявила она, разминая лапы, складывая и расправляя черные чешуйчатые крылья. – Свободна!

– Черта с два! – оскалившись, я прыгнул.

Я ударил ее, отбросив обратно в шкаф. Полоснул зубами дважды, слева и справа, когда она попыталась схватить меня. Припал к полу и укусил за ногу. Потом снова бросился на нее, и она отпрянула к задней стенке своей тюрьмы, оставив в воздухе густой запах мускуса. Я навалился на дверь, захлопнул ее и попытался закрыть щеколду лапой. Как раз в этот момент вошел Джек и сделал это вместо меня. В правой руке он небрежно держал нож.

– Ты образцовый сторожевой пес, Нюх! – провозгласил он.

Через секунду появился Ларри Тальбот.

– Проблемы? – спросил он. – Могу ли я чем-либо помочь?

Джек в одно мгновение спрятал нож и обернулся.

– Нет, спасибо, – ответил он. – Это не так серьезно, как могло показаться по шуму. Вернемся к нашему чаю?

Они вышли. Я последовал за ними вниз по лестнице, Тальбот двигался так же бесшумно, как и мой хозяин. У меня почему-то возникло ощущение, что он – участник Игры и что этот инцидент убедил его и в нашей к ней причастности. Уходя, он сказал:

– Предвижу, что нам предстоят трудные дни, прежде чем истечет этот месяц. Если вам понадобится помощь – любая, – можете на меня рассчитывать.

Несколько долгих мгновений Джек изучающе смотрел на него, потом ответил:

– Вы так говорите, даже не зная моих убеждений?

– Думаю, я их знаю, – ответил Тальбот.

– Но каким образом?

– Хороший у вас пес, – сказал Тальбот. – Умеет закрывать двери.

С этим он ушел. Я проводил его до дома, конечно, чтобы посмотреть, действительно ли он живет там, где сказал. Убедившись в том, что так оно и есть, я понял, что мне предстоит провести новые линии. Занятно, однако.

Он ни разу не обернулся и не посмотрел назад, но я не сомневался, он знает, что я всю дорогу шел следом.

Позже я лежал во дворе, делал расчеты. Задача усложнялась. Послышались шаги. Приблизились. Замерли.

– Хороший пес, – услышал я голос, который мог принадлежать очень древнему джентльмену. Это был друид. Он что-то швырнул через садовую ограду во двор, и это что-то шлепнулось на землю рядом со мной. – Хороший пес, – повторил Оуэн и пошел дальше, а я обследовал предмет. Это был кусок мяса. Только самая неразборчивая бездомная собака не усомнилась бы в нем, хотя он благоухал экзотическими приправами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Действие книги разворачивается в течение месяца перед Хэллоуином, или Днем Всех Святых, который празднуется 1 ноября. В канун Дня всех святых, 31 октября, по поверьям друидов, принц Тьмы собирает души умерших и отводит их в рай. В ночь с 31 октября на 1 ноября злые духи борются с христианскими святыми, и для того чтобы их отпугнуть, люди зажигают огни, устраивают фейерверки, надевают страшные маски. Этот праздник всегда связан с появлением духов, гоблинов, колдунов, скелетов, кошек и т. п. Джек, или Джек-с-фонарем, – наиболее типичный из символов Хэллоуина. Он изгнан и из Рая, и из Ада и обречен бродить по земле, освещая свой путь фонарем.

Вернуться

2

Джек и Джил – популярные персонажи детских английских стишков и считалочек. Они также часто встречаются в старых текстах, означая в таких случаях просто «парень» и «девушка». В XIX веке рассказы о приключениях этой пары были очень популярны; по ним ставили пантомимы.

Вернуться

3

Имеется в виду граф Дракула, знаменитый вампир.

Вернуться

4

Очевидно, имеется в виду знаменитый Шерлок Холмс.

Вернуться

5

Добрый Доктор – доктор Франкенштейн, произведший на свет существо. В дальнейшем под «Франкенштейном» стали подразумевать не доктора, а самого созданного им монстра.

Вернуться