Нидейла Нэльте
Режим соблазнения активирован

Пролог

Бежать. Бежать без оглядки.

Но я стою. Смотрю на оружие в руках обступивших меня людей. Чёрные комбинезоны, тонкие маски, скрывающие лица. И даже не могу сообразить, мужчины или женщины передо мной.

Раньше я никогда не впадала в ступор. До того случая.

А сейчас даже двинуться не могу. В голове бьётся отчаянная мысль: слава всем высшим силам, что детей уже успела передать!

И ещё одна: неужели кто-то узнал? Всё пропало?

Они молчат. Лишь сужают круг, и я не понимаю, как себя вести. Кто я для них? Дочь одного из самых влиятельных людей Галактики? Незнакомка, подвернувшаяся под руку, лёгкая добыча? Или… это не случайность, что меня окружили именно здесь и сейчас?

Первые мгновения шока проходят. Мне удаётся пересчитать их – девять. Даже вспоминаю об оружии, которое рефлекторно выскочило в руку – невидимое для нападающих. Новый нано-механизм, разработанный в корпорации моего отца. Пока и в продажу не поступил.

Но их больше. Выстрелю в одного – атакуют остальные. А я понятия не имею об их возможностях.

Слишком захудалая планета. Слишком много всяких отбросов здесь ошивается. Потому мы её и выбрали, разумеется. И вот плюс на моих глазах превращается в минус.

До космопорта совсем ничего. Там корабль. Там охрана.

Но мне туда не попасть.

Они молчат – и я тоже не рискую подавать голос. Есть много всяких штук, которые могут распознать. А я здесь не то чтобы официально.

Оглядываюсь назад, на мой внезапно забарахливший аэробот. Добежать до него, спрятаться внутри? А дальше? Связь тоже прервалась. И что меня дёрнуло дойти до космопорта пешком? Ну, кроме невозможности вызвать спасателей по причине заглохшей связи.

Нужно было сообразить, что это неспроста. Расслабилась.

– Даже не думай, – произносит один из них.

Голос синтетический, изменён. Или… бездна, это не люди? Но мой определитель молчит. Значит и не киборги. Кто тогда?

Волосы под капюшоном становятся дыбом. Однажды я уже побывала по ту сторону смерти. И выжила лишь чудом.

Тот, который говорил, делает едва уловимое движение, и всё вокруг превращается в хаос. Со всех сторон на меня бросаются тёмные фигуры, я отстреливаюсь, уже понимая, что на них серьёзная защита.

А в следующий миг передо мной откуда-то выпрыгивает мужчина. Определитель подаёт тонкий сигнал прямо в мозг – теперь уже точно стопроцентный киборг. Боевой!

На гигантской скорости проходит круговой волной, и нападающие сосредотачиваются на нём.

– Уходи, – на миг оборачивается он ко мне, выстрелив в ближайшего прямо из своей руки.

И я бросаюсь куда-то напролом. В сторону с основного тракта, прячусь за придорожными деревцами. Оглядываюсь – киборг стоит спиной, прикрывая моё отступление, удерживает нападавших. Да и их движения, прямо сказать, не вполне людские.

Но времени присматриваться нет, и я мчусь, мчусь в сторону космопорта, стараясь держаться границы деревьев.

Шум борьбы, лязг отдаляется, ещё раз оглядываюсь – но на дороге лишь месиво, в котором ничего не различишь. Да я и не пытаюсь, запыхавшись, долетаю до прозрачной силовой ограды. Живот сжимается от напряжения, но дыхание пытаюсь держать – не зря же занимаюсь.

Или зря! В самый ответственный момент снова напал ступор!

Злюсь, прикладывая ладонь к полю. Оно с мягким чавком пропускает меня, и только там, внутри, я выдыхаю. Несколько мгновений выравниваю дыхание. Оборачиваюсь.

Вдали на дороге всё ещё потасовка. Куда только местная полиция смотрит?

Увы, не та планета, чтобы на неё надеяться.

«Мэл, это ты? Всё в порядке?» – просыпается комм, поступает прямо мне в голову сообщение от мозга корабля.

– Я, – шепчу в ответ, наномикрофон улавливает, передаёт дальше. – Виола, продиагностируй сбой связи.

«Исполняю».

Отлипнув от поля, пробегаю оставшееся расстояние до своего красавчика. Несколько лет назад – роскошная пилотная модель. А сейчас отец давно уже называет его «рухлядью» и предлагает сменить. Но я не сдаюсь.

На космодроме пусто, вдали виднеются другие судёнышки. Но их так мало, что между нами можно организовать поле для гольфа. Потому друг другу не мешаем.

Люк приветливо поднимается, пропуская.

– Мэл, это какой-то внешний сбой, – детским голоском докладывает система.

– Подай увеличение трассы, по которой я бежала, рядом с аэроботом, – прошу, плюхнувшись в кресло пилота.

Кораблик у меня мобильной конструкции. Сейчас мне каюты не нужны, потому всё пространство без разгородок. Вместе и пульт, и кухонная зона, и медибокс, и даже диван для отдыха.

– Я не видела, как ты бежала, – сообщает Виола, передавая эмоциональную озадаченность.

– Разумеется. Всю связь отрубили.

Запнувшись, задумываюсь. Ох, неспроста это нападение. И замаскировались первоклассно.

Над пультом вспыхивает виртуальный экран, камера медленно зуммирует трассу.

– Надо бы забрать аэробот, – бормочу, но на самом деле меня волнует совершенно иное.

Однако дорога уже пуста. Лишь на полотне айр-покрытия виднеются разворочанные остатки боевого киборга.

Улетать. Чем скорее, тем лучше! Не ввязываясь ни в какие сомнительные авантюры!

Но сердце царапают вопросы. Что за киборг? Откуда? Посланный отцом прикрыть меня? Не верю. Если бы отец узнал, чем я тут занята, не то что киборга – просто запер бы меня и не выпускал. Да и я – дочь главы корпорации, которая этих самых киборгов производит. Я знаю о них всё! Или почти всё.

А такого как-то сходу и не припомню. Впрочем, оболочка может быть любой, в модели бы покопаться…

Передав сигнал о вылете, приподнимаю свой кораблик на обычных поверхностных двигателях. Провожу сквозь поле, чтобы опуститься тут же, на трассе. Возле аэробота.

Пусто, ни следа нападавших, будто они всё унесли с собой.

Пока Виола производит погрузку отказавшего транспорта, я зачем-то выхожу. Темнеет, опускаются сумерки. Холодает.

Поёжившись в своём лёгком комбинезоне, обхожу остатки киборга.

Н-да уж, разворотили его знатно. Но сигнал всё ещё есть. Нанороботы работают, восстанавливая. Правда, с такими повреждениями вряд ли справятся, тут медибокс только. Ну или наша починочная в корпорации.

А оружием-то как нашпигован…

Не нужно тебе это, Мелагрен. Уходи. Забери все свои следы и беги!

И всё же, спасал ли он меня, или просто включился режим защиты человека?

И какая у него модель?

И…

Чёрт, почему у него блок чувств не отключен? Киборги же сражаясь выключают его, чтобы боли не чувствовать!

Да чтоб вас всех!

– Виола, – произношу тихо. – Погрузи этого тоже.

Глава первая

Мелагрен

– Снова эти «бессмертные» буянят, – ворчит Лиония, указывая головой на настенный стереоэкран.

– Угу, – соглашаюсь не глядя.

– Это из-за них Кэрран не едет, точно тебе говорю, – не унимается сестра. Прикладывается к бокалу, внимательно следит за новостями.

– Струсил? – поднимаю бровь.

– Осторожность и трусость – разные вещи, – изрекает она.

– А ты, я смотрю, очень заинтересована в этом союзе.

– В союзе заинтересованы отцы. Но если удастся в довесок к контракту заполучить ещё и красавчика, то почему нет? Слушай, ты когда уже на мужиков начнёшь обращать внимание?

Никогда, хочу сказать, но лишь пожимаю плечами. Сестра ничего не знает… и не узнает, надеюсь.

– Тебе ж сколько лет уже! Мотаешься там непонятно куда, а всё без толку.

Очень даже с толком. Правда, ни сестре, ни папе об этом знать не надобно. Это мой сознательный выбор.

Пробежавшись по показаниям пульта управления, снова поднимаю взгляд к экрану, с которого смотрит Лиония. Из дома, из своей просторной комнаты с потрясающей панорамой на столицу Куона.

– Ну хоть секс-киборга тебе подарить, что ли? – тянет с надеждой.

– Захочу – сама выберу, – вяло отмахиваюсь от надоевшей темы. – Сколько можно мусолить?

– И отец там хотел твой корабль проверить…

А вот это уже настораживает. Напрягаюсь, стараюсь не показать. Опускаю глаза к своему бокалу, чуть пригубив из него.

Лиония эффектная блондинка, вся в маму. В отличие от меня, брюнетки. Похожи у нас только глаза. Синие, как у мамы.

Мамы, которую не смогли спасти, невзирая на все деньги нашего отца.

– Я уже большая девочка и даже техосмотр своего корабля могу провести без папочки, – фыркаю, отключаясь.

Если бы она только знала!

Задумчиво смотрю на затухающий виртуальный экран. Ещё раз отпиваю из бокала: после этакой передряги не помешает. Потом решительно отставляю в сторону: мне нужна трезвая голова.

Нет, сестра точно не при чём. Ни взгляда, ни намёка за весь разговор – не она отправила киборга прикрывать мою задницу. Да и не стала бы: моя сестра – истинная аристократка, воспитанная среди золотой молодёжи. Я и сама такой была… до поры до времени. Пока не попала в передрягу, из которой вышла совсем другим человеком.

Главное – вышла.

Вздохнув, поворачиваюсь к своей находке. Медибокс попикивает, передавая данные, восстанавливает моего нежданного спасителя. Но меня больше всего интересует модель.

Как так вышло, что я, дочь главы корпорации, фактически монополиста по производству киборгов, не признала её?

– АР-24, – переводит Виола на общий язык сообщение медибокса.

Хм. И не припомню такого.

– Что за серия? – спрашиваю.

Виола молчит какое-то время: перебирает гигабайты информации.

– Лимитированная серия, сделана на заказ. Информация скрыта.

– Что значит скрыта? – изумляюсь: я вообще-то не только дочь главы, но ещё и штатный психолог. Работаю в отцовской корпорации. Оцениваю степень самостоятельности клонов. Ну и киборгов заодно, которых из них создают. У меня есть доступ везде! По крайней мере, я так думала. До сих пор не сталкивалась с его отсутствием.

Сжав перед собой руки, закусив губу прохожусь по пространству – перегородки мне всё ещё не нужны, и места, чтобы шагать, много. Приближаюсь к медибоксу.

Киборг стоит в нём, как в упаковочной коробке. Глаза распахнуты, но зрачки не реагируют.

Уже полностью восстановленный – по крайней мере, внешность. Сложные технологии и оружие медибокс не чинит.

Остатки комбинезона частично воссозданы нанороботами, но по большей части отсутствуют: у меня с собой нет столько материала. Фактически прикрыты только бёдра и немного ноги.

Рассматриваю широкую грудь, сильные руки. Чуть резкие черты лица. Тёмные короткие волосы, светлые глаза. Очень удачная внешность, боевых киборгов обычно создают с упором именно на защитные свойства, а не на вид. Вот сексуальные игрушки – да, там каких моделей только не встретишь.

И всё же этот мне чем-то импонирует. Хотя, может, импонировал любой бы, кто ринулся меня спасать.

Зачем?

Прикрыв глаза, настраиваюсь. Эта способность появилась недавно. Как раз после того, как меня вернули к жизни.

Видеть так называемую душу, живую суть людской сущности. То, из-за чего разгорелся скандал, из-за чего нас пытались закрыть. И почему отец решил заключить союз с Авеном Рошшассом, отцом обожаемого сестрой Кэррана и по совместительству наследника планеты Ламан, где киборги всё ещё могут свободно производиться. Расширение, так сказать, мощностей и территории влияния.

Для чего союз нужен Ламану – не знаю, не вникала.

Скольжу взглядом по своей находке, пытаюсь высмотреть сгусток энергии, которая показывает, есть ли в нём самоосознание и насколько оно велико. Но АР-24, похоже, чист. Не вижу никаких отклонений или облаков, которые можно было бы принять за человеческую сущность. Машина.

На виртуальном экране бегут последние сообщения. Корабль мерно преодолевает космическое пространство, а я не представляю, что дальше делать. Куда деть моё ценное имущество? И кому оно вообще принадлежит?

И что за модель такая секретная? А то вдруг заявлюсь с ней домой, и папу кондрашка хватит.

Но по базе пробивать не рискую. Для начала разобраться бы, что это за серия и почему я о ней не знаю.

Выдыхаю. Надо покопаться в настройках, но у меня с собой нет оборудования. Я всё же детей вожу, а не киборгов ремонтирую.

Ладно, для начала пообщаюсь, что ли.

Нащупываю на всякий случай нейтрализатор. Кто его знает, какие команды могут сработать у чужого киборга.

И приказываю медибоксу отвориться.

АР-24

Жив? Или это уже тот мир? Странно в нём, вибрация, как на мелком драндулете.

Кто я? Где я?

Ядрёный атом, ничего не болит… Счастье.

Если не скопытился, то как сюда попал?

Последнее, что помню, – сумасшедший полёт, потом – смутные тени… на меня напали? Похитили?

Этот придурок разбился бы! Надо было дать ему сверзиться! Мало того, что раут проиграл, с трассы сорвался, так ещё и вляпался в какое-то дерьмо.

Не могу пошевелиться, тело абсолютно не слушается.

Судя по вчерашним ощущениям, меня искромсали на куски. С кем я сражался?

Какая-то девушка на дороге, которую я должен защитить.

Или не я?

Воспоминания путаются и перемешиваются.

И всё же совершенно точно помню схватку. И дикую боль, раздирающую внутренности, которую ничем не приглушить. А потом отключка. Болевой шок, наверное.

Я в палате? Или всё-таки на том свете?

Хочу открыть глаза, осмотреться, позвать, спросить. Но не могу.

Паника накрывает всё естество. Долетался? Парализован?

Загрузите меня в медибокс!

Эбонитовый х-хвост! Я уже в медибоксе! Но абсолютно ничего не ощущаю, будто кто-то повернул переключатель и просто отрубил все органы чувств. Только остаточная память об оторванных конечностях, вывороченных внутренностях…

Это невозможно. С таким не живут. Разве что киборги.

Взгляд фокусируется сам собой, пытаюсь сообразить, что к чему. Но всё плывёт, не могу понять, что вижу, как вижу. Что происходит.

Мелагрен

Прозрачное стекло медибокса открывается, выпуская киборга. Привычно оглядываю, отыскивая едва уловимые детали, чтобы понять, насколько он отлажен. Или лучше перестраховаться, утилизировать.

– Идентификация, – произношу стандартную команду.

На миг зрачки будто едва расширяются, всматриваюсь, пытаюсь сообразить, не показалось ли. Но ничего больше не замечаю. Возможно, остаточные реакции после медибокса.

– Модель АР-24, первая серия, год выпуска пятьсот восемьдесят седьмой по исчислению Куона.

Хм, так это давненько. Уже больше десяти лет.

– Имя есть?

– Принц.

Чего? Приподнимаю бровь, прыскаю, не удержавшись. Это скорее какой-нибудь позывной.

– Ну что ж, Принц, – отвечаю, сажусь в кресло в небольшой кухонной зоне.

Киборг поворачивается за мной, не сводит внимательного взгляда. Наливаю себе крепкого чаю:

– Почему ты вдруг ринулся меня спасать?

– Приоритетная задача.

Хм. С чего бы?

– Что ты делал на Ладе? Кто тебя послал?

– Информация удалена.

Приехали.

– Кто твой хозяин?

– Мелагрен Эбетт.

Рука с булочкой застывает на полдороге до рта.

– Подробнее? – выжимаю из себя, уже понимая, что никакая это не случайность. Тёзки, конечно, случаются, но не в этот раз.

– Мелагрен Эбетт, дочь Эйшеля Эбетта, создателя корпорации «Кибериум», планета Куон, город Апиваль.

АР-24

Принц?! Серьёзно?! Мне всё больше кажется, что это чья-то дурацкая шутка.

Я в долбанном киборге? Да как такое возможно?

Девчонка ржёт, жрёт какую-то булку, а я продолжаю говорить то, о чём и понятия не имею, пока её челюсть отвисает.

Моё тело ни хрена мне не принадлежит. Да и не моё оно нахрен! Не чувствую его – похоже, этот режим действительно выключен. Но и управлять не могу. Тупой консервной банкой, внутри которой я оказался, управляет процессор и что там ещё в киборгах нашпиговано. Так и вижу, как внутри лазят мелкие нано-частицы, контролируют работу систем. Твою ж эбонитовую лаву!

Мелагрен. Что-то знакомое…

Какого клона! Это она теперь моя хозяйка?!

– Предыдущий хозяин? – продолжает девчонка допрос по всем правилам.

– Информация отсутствует, – отвечает моё новое тело без моего участия.

«Объект: Мелагрен Эбетт», – вспыхивает не то надпись перед глазами, не то звук в ушах. Даже не сразу соображаю, что это, похоже, мозговой импульс.

Видать, постепенно вживаюсь. Начинаю воспринимать всю информацию, а не только ту, которая привычна людскому восприятию.

«Первоначальная цель: вхождение в доверие.

Цель принята. Приступаю.

Операция: сканирование эмоционального отклика.»

«Э, погоди, на кой это надо?» – спрашиваю у неизвестного, хозяйничающего в моей голове. Но ответа не получаю. Бездушная машина что-то решает сама с собой, анализирует, принимает и отвергает кучи параметров, за которыми не успеваю.

Смотрю на девушку. Точнее, не могу смотреть, даже двинуть глазами в моей нынешней ситуации огромная роскошь. Но в данный конкретный момент киборг смотрит на неё. И я могу её увидеть. И узнать…

Мелагрен! Точно!

Кажется, память начинает понемногу возвращаться.

Глава вторая

Мелагрен

Хм. Всё страньше и страньше. И не нравится мне всё больше.

Ладно, человек имеет право удалить себя из списка владельцев. Ничего, восстановлю. Только вот как я там оказалась?

– Договор купли-продажи? – спрашиваю на всякий случай, не особенно рассчитывая на результат.

– Мне не передавали, – отвечает моё новое, хм, имущество.

Ну, это тоже вещь не особо нужная, после того, как новый хозяин прописан в настройках. Хотя где-то на наших серверах должен храниться. Продавать киборгов минуя нас запрещено. Мы отслеживаем все их перемещения.

Да только всегда находились желающие миновать.

И что мы имеем с гуся?

Киборг каким-то образом попал именно туда, где на меня напали. По чьей-то указке следил?

– Последнее сражение, – произношу. – Отчёт.

– К сожалению, данные повреждены.

Немудрено. Он был почти в клочья. Но это говорит о том, что нападали на него тоже киборги? С людьми он справился бы на раз. Или они его остановили бы – нейтрализатором.

И ведь на месте ничего не осталось. Значит, кто-то замёл все следы…

– Активируй блок чувств, – произношу. – Стандартная проверка.

На всякий случай поднимаю перед собой нейтрализатор.

АР-24

Эта штуковина в её руках вызывает всплеск воспоминаний вместе с желанием отшатнуться. Хотя за последние пару лет нейтрализаторы плотно вошли в нашу жизнь, я и сам не раз пользовался такими. Раньше.

Но сейчас выстреливает совершенно иное.

Как прихожу в себя, открываю глаза… точнее, пытаюсь. Не могу понять, что происходит, что с моим телом.

Наверное, я уже в теле киборга, но ещё не догоняю этого.

«Ну что, ублюдок, получил?»

«Тебе больше не быть человеком!»

«Попробуй, так понравится?»

Я не вижу их лиц, не могу узнать голосов, но от сыплющихся оскорблений всё внутри вскипает. А тело не движется, только во все стороны разбегаются импульсы от нейтрализаторов у них в руках. Не просто обездвиживают, но и передают болевые сигналы в мозг.

Мне везёт. Отключаюсь, решив, что это кошмар после аварии.

Который как-то затянулся…

Всегда был уверен, что киборги боли не испытывают. Что у них остаются лишь преобразованные сигналы рецепторов, необходимые для нормальной работы кибернетического организма.

Похоже, я ошибался.

– Равновесие на одной ноге, – тем временем выдаёт «хозяйка», эбонит её в нефрит, стандартный набор команд для проверки реакций.

Тело без моего участия поднимает левую ногу, и глаза девчонки сужаются. Вообще-то, стандартный киборг должен запросить уточнения, на какой именно ноге. В кого меня, блин, засунули?

Впрочем, она пока реагирует спокойно. Нейтрализатор не активирует. Это небольшой процент самостоятельности, некоторые киборги им наделены.

Задания усложняются, я кручусь, кувыркаюсь, выделываю какие-то кульбиты. Ух ты, а вот это бы, да в моём нормальном теле! На аэроборде очень даже пригодилось бы. Надо запомнить.

Ядрён клон, о чём я думаю! Где оно, моё настоящее тело? Наверняка уже избавились.

Это я навсегда здесь заперт?!

Приступ паники заставляет кричать, метаться, биться невидимыми кулаками в несуществующие стены. Но бездушная машина не выпускает и сотой доли этих эмоций на поверхность, продолжает исполнять идиотские приказы странной девки.

Она всегда была немного того. Не от мира сего, будто и не дочь магната-миллиардера. Может, и не всегда, но те пару лет, что мы знакомы – точно.

Угрюмая, молчаливая, нудная, ещё и работать вздумала. Да не в управлении, а на каких-то низших должностях. Странная баба, в общем. Почему меня занесло именно к ней?

– На колени, – выдаёт эта странная баба.

Да ты с ума сошла?! А не выкусишь ли?!

Но тело слушается само по себе, вне моего желания и возмущения.

Ну, стерва, дождёшься, отомщу…

Впрочем, это тоже из стандартных проверок. Киборгу пофиг, его невозможно унизить. Для него что крутой кульбит, что коленопреклонённая поза равнозначны. Так и определяют тех из них, в ком начинает развиваться самоосознание.

Только они давно уже это просекли и не демонстрируют. Устарели ваши примочки, мисс Эбетт!

Мелагрен

Стандартные реакции на стандартные тесты. Но что-то внутри царапает, вызывает неприятное ощущение, будто упускаю из виду важную деталь.

Тщательно всё фиксирую в отдельном файлике: вдруг понадобится проанализировать повторно.

– Через четырнадцать минут выходим из подпространства, – раздаётся бойкий голосок Виолы.

– Знаешь, что, – тяну задумчиво, оглядывая застывшего киборга. – Давай-ка заедем на Копернию, к Баллену.

– Принято, – пульт высвечивает изменение курса. – Расчётное время полёта двенадцать часов.

М-да, долговато. Коперния совсем в другом конце Галактики, туда даже киборги не дошли толком ещё. Баллен как раз работает в представительстве «Кибериума», покрывает, так сказать, новые территории. А заодно имеет собственную мастерскую.

Впрочем, на другом корабле можно и несколько дней добираться. Это мой способен совершать подпространственные прыжки на двойное расстояние.

С Балленом мы вместе учились. Он тогда ещё не знал, чья я дочь – не любила афишировать, ради этого даже специально на другую планету забралась. Потом неожиданно встретились в корпорации отца. Он, оказывается, всегда мечтал там работать.

Не люблю являться непрошенной, как снег на голову. Но, во-первых, из подпространства не позвонишь. А во-вторых, дело срочное, да и не хочу, чтобы кто-нибудь перехватил сигнал. Отключение связи до сих пор тревожит.

– Отчёт, – отдаю последнюю стандартную команду, прежде чем отправить киборга в режим ожидания.

– Системы работают стабильно. Повреждения не фиксируются. Пуст излучатель мас-сорок. Пуст заряд блао-сто. Пуст карабин зео-двенадцать…

Внимательно слушаю всё перечисляемое оружие. Киборг тщательно, начиная с крупных и доходя до самых мелких, производит ревизию своих боевых мощностей. Н-да уж. Прямо машину смерти подкинули. Аж озноб по плечам. Хорошо, что всё пустое.

– Гражданский режим, заряд оружия не требуется, – отвечаю.

– Принято, – сообщает киборг.

– Вот и отлично.

– Фиксирую последствия сбоя в системе связи, – вдруг продолжает, гм, Принц.

– Э… Виола! Он к тебе подключился? – настораживаюсь.

– Стандартная схема взаимодействия двух совместимых устройств, принадлежащих одному хозяину, – отвечает АР-24.

– Он щекотный, – сообщает ИскИн моего корабля.

Улыбаюсь непроизвольно.

– Вам нравится программа эмоциональной имитации? – интересуется Принц.

Угу, пошла вторая фаза: настройка на предпочтения хозяина.

– А ещё мне нравится горячий чай, – ворчу, отхлебнув из чашки, в которой давно уже всё остыло.

– И булочки с вишней, – похоже, кто-то просканировал мой перекус.

– Ты планируешь мне их печь? – хмыкаю.

– Могу загрузить себе любую необходимую программу.

– Отлично. А теперь подробнее, – присматриваюсь подозрительно к киборгу. – Что ты знаешь о сбое связи?

– Вирус, проникший в систему.

– А-а-а! – вскрикивает детский голосок. – Вирус! Мэл, я заболела? Я умру?

– Тише, детка. Просто прогони антивирусом.

– Гоняла! Ничего не нахожу!

– Я могу… – начинает Принц, но перебиваю:

– Нет уж, мы сами поищем.

У Баллена, например. Не хочется мне, чтобы новое приобретение что-нибудь запускало в системы Виолы.

Смотрю несколько мгновений в его серо-голубые глаза, пытаюсь сообразить. Если его подослали те же, кто организовал потасовку… зачем сообщать мне о вирусе? Да и вообще, как они могли предугадать, что я заберу развороченного киборга, потрачу кучу средств на его восстановление? Или он действует по более сложной программе? Пытается войти в доверие, например?

Или его всё-таки прислали меня защитить? Кто? От кого?

– Отсутствует заряд в правом верхнем плазмомёте, – продолжает ревизию теперь уже моего корабля это кибернетическое чудовище.

Разумеется, отсутствует. Отец не понял бы, если бы я решила заправить плазмомёт. А ещё больше не понял бы, куда потратила заряд. Вот у Баллена, может, и наполню. А то всё некогда к нему заглянуть.

– Фиксируется поломка аэробота.

– Я в курсе, – хмыкаю, если бы не она, то и ты тут не стоял бы!

– Обнаружен скрытый раздел…

– А вот туда не лезь! – стараюсь отвечать спокойно, хотя хочется вскочить и отогнать нейтрализатором этого настырного. Ишь, куда забрался! – И вообще, прекратить инвентаризацию, я распоряжений не давала.

– Принято, – спокойно отвечает АР-24. – Соединение прервано.

– Виола?

– Прервано, – подтверждает та.

Хм, пожалуй, мы договоримся. Рада, что я прописана у него хозяйкой.

– А теперь включи свою эмоциональную имитацию, Принц, – откидываюсь на спинку.

Мужчина как-то неуловимо меняется. Будто начинают работать немного иные мимические мышцы. Перестаёт быть безучастным. На губах появляется мягкая, располагающая улыбка. Даже глаза словно загораются живым огоньком.

Плавным движением поднимается с колен. Ну что ж, тест пройден. Не заметила ни малейшего проявления эмоций за весь разговор.

Недолюбливаю я эти имитации. На лекциях мы изучали основные психотипы личностей, но в сложных имитациях сейчас соединяют множество подтипов. Приходится постоянно напоминать себе, что рядом не человек. Что за душой у него – пустота. Точнее, вместо.

Я предпочитаю чёткое разделение людей и машин

Отправлю-ка его в режим ожидания. Мне поспать бы, да вряд ли засну, не по себе что-то. Как подумаю, что мы вдвоём на корабле посреди космоса… Даже без всего своего оружия, он меня пугает. И зачем я только забрала эту гору человекоподобных обломков?!

– Сделать вам кофе? – совершенно чётко просекает мои потребности киборг. Точнее, конечно, это программа высчитывает наиболее вероятные пожелания.

Но улыбка его становится такой обаятельной, что непроизвольно улыбаюсь в ответ.

– Сделай два, – предлагаю.

– И булочки? – педантично уточняет Принц, направляясь к кухонной зоне.

– Тебе же тоже нужно подкрепиться, – фыркаю. – А вообще, можешь даже пайки разогреть. Что-то я проголодалась.

– Обычная еда не способна поддерживать все потребности кибернетического организма.

– А то я не знаю. Но те же эротические игрушки или кибер-эскорт часто участвуют в застольях и романтических ужинах.

– Вы желаете, чтобы я загрузил какие-нибудь эротические программы? – оборачивается.

– Угу, с такими плечами и этой срамной повязочкой предложение звучит очень интересно.

Он на миг замирает, словно давая полюбоваться своими рельефами. Делает шаг ко мне.

– Нет-нет, – пугаюсь, на всякий случай подскочив с кресла. – Достаточно тех, что в наличии. Это я так. Разговор поддерживаю. Прости, специального питания для киборгов у меня нет, у Баллена закупимся.

Киборг продолжает смотреть – то ли вычленяет в моём потоке приказы, то ли просто подвисает.

– Продолжай! – взмахиваю рукой в сторону комбайна, и Принц наконец-то разворачивается обратно.

Не скажу, что зрелище от этого становится менее захватывающим. Полуобнажённый мужчина у плиты – это же прямо мечта большей половины женского населения.

АР-24 вытаскивает из морозилки два брикета и скидывает их в комбайн, ловко освободив от упаковки. Запускает его прикосновением.

Заставляю себя отвести взгляд, вспениваю из пола стол возле дивана. Хотя, пожалуй, лучше отодвину, рядом на диване сидеть не стоит.

– Баллен – ваш жених? – находит тем временем киборг тему для беседы.

Глава третья

АР-24

Нет, ну какова стерва! Может, она знает обо мне и так изощрённо издевается? Из тех, кто меня сюда запихали? Не зря же управление у неё? Мутная лошадка. Сколько времени меня на коленях торчать заставила!

Ещё и язва, оказывается. Не ожидал. Только реакция на мужиков какая-то странная. Из моих знакомых баб почти все пользуют эротических киборгов. Потом нормальный парень не представляет, с какой стороны подступиться. Тьфу.

Мощная боевая машина куховарит, как какой-то бытовой раб! В доверие входит приготовлением кофе и вопросами о женихе? Да ладно, не верю, что это и правда на девчонок действует.

Хотя… Если ему нужно войти в доверие, значит, она тоже не в курсе о его планах? И обо мне внутри, соответственно. Тогда, реакция логична. Она его… меня то есть, боится. И засыпать, похоже, не планирует. А зря: что она ему противопоставит, если он решит ей шею свернуть? Разве только сам корабль нападение заблокирует.

– Друг, – отвечает Мелагрен. – Учились вместе. У него ремонтная мастерская, проверит, всё ли нормально восстановилось.

– Спасибо, Мэл, – прямо чувствую, как губы растягиваются в улыбку. В голосе появляется едва уловимая вибрация.

Но хозяйка улыбается в ответ, и даже будто искренне.

А кстати, ведь действительно. Начинаю чувствовать тело. Управлять не могу, но движения ощутимы. Руки выкидывают упаковку от брикетов в утилизатор. Выбирают приготовление капучино. Сам бы я предложил ей двойного эспрессо. Хотя после стресса, может, и не нужно такого крепкого. Вот себе точно сделал бы покрепче.

Между прочим, вся информация от процессора должна поступать в мозг. Не знаю, как они у киборгов интегрируются и где хранятся данные, но именно мозг отдаёт команды органам. Значит, доступ должен иметь ко всему.

И этот мозг теперь мой!

Моё нынешнее тело достаёт порции, садится за стол, услужливо выставив перед Мелагрен её тарелку с чашкой и дурацкой булочкой, далась она ему. Девчонка-то предусмотрительно поставила два сидения друг напротив друга, боится приближаться.

Не слушаю, о чём они там болтают, пытаюсь сосредоточиться на памяти. Не на своей – а на памяти этого тела. Что там у нас имеется? Ничего, пустота какая-то. Ладно, тогда какие программы загружены? Это ведь всё равно, что в комп заглянуть. Только встроенный. Ничего сложного, и паролей нет. Я себе на время соревнований тоже внедрял, для ускорения анализа и реакций.

Усиленно нащупываю эту связь, ловлю ощущение.

Вот, ещё немного, ну хоть верхние слои. Для начала.

Есть!

О-о-о, да у него тут весь эротический софт загружен! Если бы я мог закашляться, непременно закашлялся бы. Что он ей лапшал, мол, подгрузить ли?

Это уже становится интересно.

Не успеваю сообразить, как меня словно волной вышвыривает из доступа. Ещё таблички «заперто» не хватает.

Ах ты, клоний сын! Значит, как отрывать руки-ноги, так я всё чувствую. А как телом распоряжаться, так хрен?

В ярости мечусь внутри, но от этого система будто ещё сильнее закрывается, уходит под полный контроль процессора.

Нет, если бы процессор контролировал полностью весь мозг, не появлялись бы киборги, внутри которых развилась личность. А я совершенно точно знаю, что такие существуют. Хитровывернутые твари.

Надеюсь, хоть со мной такой не соседствует? Вроде пока никого не видно. Если его сознание не скрывается где-то рядом.

Эбонитовый х-хвост! Вот как тут успокоиться, если даже вдохнуть-выдохнуть не можешь! Нет, чёртов киборг дышит, конечно, хотя и не дышать способен с час. А мне остаётся только сосредоточиться на его дыхании, прочувствовать. Войти в ритм.

Прислушиваюсь ко вкусу. Неплохой тут у неё кофе, крепкий. Этот боевой клон, нашпигованный нанороботами, себе даже двойной сделал. Вот и гадай теперь, учёл мои пожелания, или просто двойной лучше энергией заряжает?

А кораблик ничего так. Из скоростных. Уже не новый, но ещё вполне.

Тоже люблю мобильные конструкции. Сейчас здесь одно просторное помещение, а понадобится – и с десяток кают можно организовать.

Интересно, что там в скрытых разделах, чего она так завелась? Никак, боитесь, что повытаскивают ваши скелеты из шкафов, мисс Эбетт?

Еда у неё тут очень даже. От дочки магната другого и не ждал. Углубляюсь в процесс, пытаюсь прочувствовать вкус, движения рук. Слиться с ними.

Ничего, я ещё укрощу этого чурбана. И найду тех, кто меня в него запихнул.

Не дождётесь.

Пока программа продолжает налаживание отношений с хозяйкой, я исследую перепавшее тело, насколько это мне сейчас подвластно.

– Я пока ещё не знаю ваших предпочтений, поэтому мне сложно поддерживать разговор, – произносит киборг. – Расскажите о себе?

– А какая у тебя в памяти есть информация обо мне?

А девчонка-то смекалистая, всё проверяет и проверяет нас. Тоже пытается вычислить, откуда мы на неё свалились.

– Мелагрен Эбетт, двадцать три стандартных земных года, около двадцати пяти по летоисчислению Куона. Живёте с отцом и сестрой, мать погибла три года назад. Медицинская ошибка.

– Ошибка?! – взвивается вдруг Мелагрен, а меня преследует устойчивое ощущение, что киборг специально тонко и умело выводит её на эмоции. Знает верные триггеры. – Да если бы не запрет клонирования… именно тогда, в тот год! Именно тогда «Кибериум» заставили вычистить все базы. А ведь отец растил клонов – и матери, и нас с сестрой. Как раз на такой вот случай, если понадобится внезапная пересадка, или там… и ему просто не дали воспользоваться. Понимаешь? Он задействовал деньги, связи, всё. И – не успел.

Надо же. Я не знал.

АР-24 молчит, давая выговориться, и я тоже на время забываю о своих собственных заботах. Но Мэл, сама себя оборвав, замолкает. Только губы сжимаются.

– Понимаю, – тихо произносит киборг. Хозяйка вздрагивает, бросает на него странный взгляд.

А вот сейчас надо бы её успокоить… наверное. Даже пытаюсь послать сигнал в мозг, но тот, кто владеет этим самым мозгом, посылает меня обратно. В смысле – полностью игнорирует.

Девчонку тоже не трогает. Уж не знаю, почему – может, по его подсчётам, отношения не настолько близки.

Глава четвёртая

Мелагрен

Вот чёрт, нервы сдают. Я-то думала, что уже отпустила это. А снова выскочило. Это всё от стресса и напряжения.

Поднимаюсь немного успокоиться, глотнуть воды. Киборг наблюдает – хорошая у него программа личностной имитации. Нужно будет узнать версию да почитать описание.

– Извините, я не хотел затронуть болезненную тему, – произносит Принц. Судя по звуку – тоже успел подняться.

– Всё нормально, – отвечаю ровно. Оборачиваюсь, чтобы держать в поле зрения.

Оказывается, он уже рядом. Приблизился совершенно бесшумно, заставив вздрогнуть.

Протягивает мне руку. Смотрю настороженно.

– Потанцуем? – предлагает.

Серьёзно?!

Боже, раньше я обожала танцы, вечеринки и веселье. А за последнее время так углубилась в работу, что и не помню, когда отдыхала нормально. Да и перестали они меня привлекать почему-то.

– А давай! – соглашаюсь неожиданно даже для себя. – Виола, запусти какую-нибудь музыку.

– Сейчас…

Несколько мгновений тишины, Виола перебирает саунд-треки. А после звучат первые ноты, и я понимаю: это именно то, что нужно!

То, что соответствует не только моему настроению, но и подсознательному желанию танцевать с этаким красавчиком, позабыв, что на самом деле он бездушная машина. Двигается-то потрясающе, мышцы прокачаны и вообще… повязочка эта из остатка штанов…

И руки у него тёплые, людские. Всё-таки когда машина настолько человекоподобна, сложно помнить, что она такое на самом деле.

Мелодия медленная, плавная, гармоничная. И Принц тоже медленно обхватывает меня ладонями, начиная движения.

Боже, я мчусь где-то в подпространстве, за сотни светолет от дома, танцую с боевым киборгом с имитацией эмоций личности! Под аккомпанемент корабля, в котором скрыта ещё более невероятная тайна!

АР-24 ведёт уверенно, будто для того его и создали, а вовсе не боевиком. А я вспоминаю про нейтрализатор в кармане, и понимаю: в случае чего – даже вытащить не успею. Одна надежда, что рядом со мной вполне стандартный образец с отлаженной работой программ.

Образец очень даже отлажен, и программы у него, гм, интересные.

Понемногу, почти незаметно сокращает между нами расстояние – настолько, что начинаю чувствовать на коже его дыхание.

Проводит вдруг руками по моим плечам, поднимает пальцы к щеке, едва касаясь. Наклоняется ближе, сквозь тряпочку ощущаю то, чего мне совсем не хотелось бы ощущать.

Вздрогнув, отстраняюсь.

– Что-нибудь не так, Мэл? – тихо, придав голосу хрипотцы и вибрации, произносит Принц.

Да всё не так!

– Отключить режим имитации! – рявкаю. – И вообще… отключиться до моего приказа.

– Исполняю.

Жадно всматриваюсь в его лицо, почему-то ожидаю увидеть сожаление. Но с облегчением замечаю лишь пробежавшую волну вернувшихся на прежнее место мимических мышц.

Лицо затвердевает холодной маской, взгляд становится расфокусированным. Киборг делает несколько шагов и застывает в небольшой нише между медибоксом и морозильной камерой.

Какое-то время смотрю на него. Но глаза закрываются, грудь вздымается неспешно, в режиме замедления систем. И под повязочкой больше ничего лишнего не выделяется.

АР-24

Ну надо ж было так обломать. Чурбану-то по барабану, он себе пометил результат и назначил «смену поведенческой модели». А я прочувствовал все реакции тела. Включая принудительное погашение желания.

Истукан продолжает анализировать, делает какие-то выводы, которые я пока не могу просмотреть.

Девчонка всё-таки отгораживается от нас перегородкой. Отделяет себе каюту. Но судя по долетающим звукам – не спит.

Мои глаза закрыты, но уши нет. И хотя процессор звуки фильтрует, мне удаётся слышать. Как она ходит, снова варит кофе, принимает душ, несколько раз выглядывает… наверное, наблюдает за мной из-за перегородки.

Время тянется медленно. В какой-то момент я, похоже, отключаюсь, хотя усиленно пытаюсь слушать и заодно разбираться в начинке выданного мне тела.

Видимо, тоже стресс даёт себя знать. Или как его обозвать, если без участия гормонов.

Просыпаюсь от резкого:

– Принц, прибыли. Стандартный режим.

Мелагрен

Ну и полёт. Извелась вся, под глазами синяки. Поспать так и не удалось, кофе действовало всё хуже, пришлось даже стимулятор глотнуть. Но он вызвал только временный эффект.

Дожилась. На собственном корабле от каждого шороха подскакивать. И ведь знаю, что Виола предупредит в случае чего, даже может отключить киборга как приоритетная база. И всё равно расслабиться не выходит.

Корабль выныривает из подпространства, экран отображает Копернию. Выдаёт сводку параметров.

– Принц, прибыли, – бужу киборга. Подумав, на всякий случай предупреждаю: – Стандартный режим.

Хватит с меня эмоциональных имитаций.

У Баллена сейчас вечер, уже почти ночь. Н-да, совсем нехорошо… Но что поделать.

Виола проходит пограничный контроль, но я не волнуюсь. Станции полностью автоматизированы, а у меня допуск и от корпорации, и по положению нашей семьи.

Поэтому пока она решает технические вопросы, активирую комм и связываюсь с давним другом.

– Оставьте сообщение, я перезвоню! – сообщает автоответчик бравым голосом Баллена.

– Бал, ты там? Это Мелагрен! – зову встревоженно. Не хотелось бы ждать, хотя мало ли, какие у него планы на вечер.

Несколько мгновений прислушиваюсь к тишине, повторяю:

– Баллен?

– Мэл?! – виртуальный экран наконец-то вспыхивает изображением фрагмента комнаты с окном на заднем плане.

Баллен перед зеркалом, явно куда-то собирается, и судя по зачёсанным коротким волосам, нарядной рубахе с металлическим отливом, боюсь, я в планы не вписываюсь.

– Какими судьбами?

– Бал, ты мне очень нужен.

– А до утра не подождёт? – с надеждой спрашивает тот.

Может, и подождало бы, да я ещё несколько часов наедине с этим нежданным подарочком точно свихнусь.

– Никак, – качаю головой. – Мне безумно нужна твоя помощь. Можешь перенести своё свидание?

– А с чего ты решила…

– Знаю тебя хорошо, – фыркаю.

– Ну вот что ты за человек, Мэл, – добродушно ворчит Баллен. – Без зазрения совести срываешь другим свидания.

– Если ты убедишь меня, что мне не о чем беспокоиться, честное слово, у моей совести состоится почётное зазрение, – хмыкаю.

– Ладно, что с тобой сделаешь? – машет рукой Баллен, усмехаясь.

– Открой мне стоянку, – предлагаю.

Дом у Бала немаленький, раскинулся на берегу океана в некотором отдалении от города. Там же, на участке, обустроена личная стоянка, куда мой кораблик как раз неплохо помещается.

Не хочу останавливаться в космопорту, да и аэробот тоже лучше сразу показать специалисту.

Окидываю взглядом Принца. Да, видок тот ещё. Но у меня не во что его одеть, да и не уверена, надо ли. Или лучше утилизировать подобру-поздорову, во избежание лишних неприятностей.

И Баллен сможет отправиться на своё свидание. И я успокоюсь и отосплюсь.

– Принц, – произношу, остановив взгляд на утилизаторе.

Глава пятая

АР-24

– … деактивация и утилизация, – отдаёт команду Мелагрен.

Э-э-э! Ты чего это надумала с недосыпа?! Нахрен меня вообще спасать было, оставила бы на дороге, может, те, кто подбросили, и забрали бы, да вылечили… тьфу, починили в смысле! А то разбрасываться таким материалом… нерационально!

– Ваш приказ нерационален, – отвечает чурбан, снова совпадая с моими мыслями. Или всё-таки я на него хоть как-то, да влияю?

Мелагрен хмурится, нервно приглаживает встрёпанные волосы.

– Во избежание жалоб в компанию «Кибериум», прежде чем исполнять такой приказ, я обязан убедиться в вашей вменяемости.

– Вменяемости?! Ах ты… клон недоделанный! Я и есть представитель «Кибериума», жалоб не будет! – девчонка сердится, и я обливаюсь потом, ожидая, что решит настоять на своём из общего упрямства. Образно, конечно, не в прямом смысле: чурбан непрошибаем и потеть не планирует.

Хотя, похоже, доля ехидства в нём тоже имеется. Интересно, это от разработчиков, или моя передалась?

– Я должен проверить ваше давление, уровень кортизола и наличие опьяняющих и наркотических веществ.

Девчонка смотрит несколько мгновений почти с ненавистью. После вдруг закидывает голову и смеётся:

– Ладно, живи. А то действительно нерационально.

Всю свою сознательную жизнь я был за научный подход. Не сомневался, что за всё в организме отвечают гормоны и разные химические реакции, а всяческие изыскания этих, которые пытаются души в клонов пересаживать, – бред и пиар.

Но сейчас, даже не имея доступа к телу, испытываю облегчение и затухающий жар. Накативший при осознании, что меня заставят прыгнуть в утилизатор.

Этому-то что, он машина, а я буду там ощущать, как моё тело разлетается на молекулы!

Мелагрен

Н-да уж, не для того я его чинила. Да и как тогда узнаю, кто его ко мне прислал? Нет, не будем терять единственное звено.

Смотрю на него подозрительно. Это наши действительно начали ставить такую программу? Или некоторые киборги соображают лучше иных людей?

– Пристегнитесь, приземляемся, – сообщает Виола, отвлекая мысли от утилизатора.

Бросаю ещё один взгляд на АР-24. Он вдруг улыбается в ответ.

Обаятельная же зараза!

Жду не дождусь, когда Бал с ним поработает, прошивку изучит.

Опускаюсь в кресло за пультом, для Принца организовываю ещё одно, подальше. Прозрачные ремни клацают, пристёгивая нас. Коперния стремительно приближается в виртуальной модели над пультом.

Баллен встречает внизу. Уже успел переодеться в рабочий комбинезон, вытащил из комма виртуальный флажок с эмблемой «Кибериума» и машет им, усмехаясь на все тридцать два.

Смотрю на него через экран, жду, когда двигатели погаснут и можно будет снять защитное поле вокруг корабля.

Наконец, ремни отстёгиваются, втягиваются в кресла.

– Идём, – встаю, приближаюсь к люку.

Киборг бесшумно оказывается сзади. Кошусь на него, но он бесстрастно молчит.

Виола открывает люк, опускает трап к земле.

Дурацкая улыбочка слетает с лица Баллена, когда следом за мной из корабля выходит киборг в своей набедренной тряпочке.

Друг закашливается, подавая мне руку:

– Мэл, ты что, секс-игрушку прикупила?

– А он похож на секс-игрушку? – любопытствую, мнение эксперта в этом вопросе очень интересно.

– Не то что бы… но смазливый слишком для боевого.

Ничего он не смазливый. Я бы сказала, скорее суровая мужская красота: резкие скулы, твёрдая линия подбородка, прямой нос. Разве что глаза – да, почти живые и очень уж хороши. На свету отдают больше в голубой, чем в серый.

– Вот и расскажи мне, что в нём напичкано.

– Мэл, ты выглядишь, будто полночи не спала. А до этого полночи гоняла по пересечённой местности.

– Примерно так и было, – хмыкаю, с удовольствием вдыхая солёный тёплый воздух.

Издали, снизу слышен шум прибоя – дом Бала находится сверху на возвышении. В вечерней прохладе ещё сохраняется тепло жаркого дня. Фонари постоянно меняют абстрактные формы, освещая дорожки, которые ведут одна в шикарный особняк направо, почти сплошь состоящий из окон и террас. А вторая – к мастерской налево и немного дальше, с отдельным входом для частных посетителей.

– Я так понимаю, нам туда, – тычет Баллен виртуальным флажком в сторону последней.

– Угу, – киваю, ощущая, что ноги начинают заплетаться.

Была бы уже давно дома, видела бы десятый сон, если бы не…

Бросаю взгляд на киборга, который невозмутимо шагает чуть позади.

– Идём, всё мне расскажешь, – Бал уже успел убрать свой дурацкий флажок, лицо посерьёзнело. Похоже, проникся проблемой.

– Сначала хочу твоего независимого экспертного мнения, – говорю.

– Ладно, – пожимает друг плечами.

Заводит меня в просторный зал со множеством диванов для посетителей. Но сейчас здесь никого, даже кибернетических слуг не видно.

– Вижу, ты действительно расчистил себе вечер. Прости, что помешала.

– Да ладно, вечер предполагает быть намного интереснее, чем я рассчитывал, – ухмыляется Бал, хлопнув Принца по плечу. Тот как обычно не проявляет реакций. – Девушек вокруг много, а ты у меня одна. Кофе хочешь?

– Я скоро сама в кофе превращусь.

Пройдя зал ожидания, входим в собственно мастерскую. Большую и очень высокую комнату, нашпигованную всевозможными приборами от и до.

Замечаю герметичный мегабокс с нанороботами, несколько медибоксов различного уровня и назначения и даже парочку протезов, что валяются на операционных столах.

– Режим ревизии и починки. Отключение всех систем. Полный доступ мастеру, – командую киборгу, а сама опускаюсь на небольшой диванчик возле рабочего стола с огромным сетевиком.

Над столом парит в режиме ожидания голограмма полуобнажённой блондинки с пышными формами. Хочу съехидничать о заставке, но глаза сами собой слипаются.

Сейчас, буквально минуточку полежу, пока Баллен присматривает за киборгом…

– Мэл! – резко вырывает меня из сна тревожное прикосновение к плечу.

В окна бьёт яркое южное солнце: похоже, остаток ночи я проспала. Диван, правда, короткий, ноги не вытянуть, но меня просто вырубило. Баллен даже укрыл мягким пледиком.

А теперь он стоит рядом с таким обеспокоенным видом, что подскакиваю. Тело занемело от неудобной позы, делаю несколько поворотов, разминаю шею.

– Я закончил диагностику, Мэл. И, по-хорошему, должен сообщить о тебе властям.

Глава шестая

Мелагрен

– Так. Давай начнём с кофе, – мотаю головой, куда сразу же слетаются воспоминания обо всём случившемся.

Пока Баллен, хмурясь, поворачивается к кофемашине, я отлучаюсь в небольшую комнатушку привести себя в порядок, умыться да хоть как-то пригладить растрёпанные волосы.

Киборг лежит на одном из операционных столов. С закрытыми глазами и небрежно накинутой на чресла тряпочкой из остатков брюк.

Лицо расслаблено, кое-где к телу присоединены провода, сверху перемигиваются информационными панелями несколько приборов. И виртуальная блондинка тут же присела, присматривается к своему электронному собрату.

Едва выхожу из комнатушки, взгляд сразу же цепляется за него, и отвести я уже не могу. Словно зомби приближаюсь, пытаясь понять, что испытываю.

Бал сказал, донести властям? Но разумеется, не донесёт.

Друг подходит с чашкой ароматного кофе и парой конфет на блюдце. Формирует из полей специальный маленький столик, куда и ставит свои угощения.

– Что ты нарыл? – вздыхаю, не сводя взгляда с киборга. Не покидает ощущение, будто он слышит меня. Хотя по всем параметрам не должен: системы отключены.

– Это боевая линейка, Мэл. Лимитированный заказ, причём я даже не сразу нашёл концы. Пришлось вскрывать базу… э-э-э… отцу не говори. Их изготовили по запросу Ламана десяток лет назад.

– Ламана? – хмурюсь, вот раньше понятия не имела ни о каком Ламане.

Пока два года назад папаша-владелец и его сынок, богатенький повеса, не объявились на нашем горизонте. Для заключения контракта. Ну и романа с Лионией по совместительству. Контрактом занимался папаша, разумеется, а роман крутил сынок.

А оказывается, Ламан ещё десять лет назад что-то у нас заказывал. Тайком.

– Серия разрабатывалась для колонизации какой-то планеты, должна была передавать сведения, возвращению не подлежала. Условия тяжёлые, неожиданности, хищники, враги, все дела – не для людей, в общем. Вшит блок воспроизводства, по которому твой медибокс его полностью восстановил. Как он здесь очутился – космос его знает. В нём нашпиговано столько мелкой потайной херни, не передать! Ладно хоть сейчас все запасы пустуют.

Глаза Баллена загораются фанатичным блеском – сразу видно, человек оседлал любимого конька.

– А красота-то ему там зачем? – недоумеваю.

– Клоны для этой серии брались с самой развитой мускулатурой и выдержкой, и для эро-серии похожие, потому наши не слишком заморачивались с переменой внешности. Так, небольшие отличия.

– Условия труда почти идентичны, – хмыкаю.

– Ага. И там, и там режим повышенной ответственности и выносливости, – ржёт Бал.

– Угу. Это всё, что ты должен сообщить обо мне и моём новом приобретении?

Засовываю в рот конфету и снова отпиваю немного кофе. В голове так и не проясняется: усталость и дальний перелёт дают себя знать.

– Далеко не всё. Во-первых и в самых главных. Нейтрализатор на него не подействует.

Рука застывает с чашкой на полпути ко рту, по спине пробегает ледяной озноб.

Это значит… Боже! Я двенадцать часов летела с машиной, которую даже остановить не смогла бы?!

Нейтрализаторы вошли в нашу жизнь недавно.

Вообще, идея создания киборгов бродила в умах человечества уже давно, но до сих пор это заканчивалось провалами. Эксперименты на людях дали страшные результаты и были запрещены, всякие вживления механизмов, оказалось, имеют кучу побочек.

От идеи человекоподобных машин отказывались не единожды, по совершенно разным причинам. Но она не покидала умы, и, наконец, вылилась в создание «Кибериума».

Когда появились технологии по скоростному выращиванию клонов, и мой отец, тогда ещё молодой специалист, с несколькими такими же фанатами своего дела, придумали совмещать клонов с нанороботами.

Микроскопические создания усиливали каркас и свойства, полностью всё контролировали и при этом не мешали работе систем организма.

Первые сведения о сознании, которое может развиться внутри киборга, начали появляться лет десять назад. До этого клоны приравнивались к выращиваемым овощам, а тут вдруг выяснилось, что и в них может завестись личность.

«Какая личность всего-то за несколько месяцев роста?» – кричали одни.

«Природа отомстила!» – вопили вторые.

Пока учёные изучали, доказывали и опровергали, прошёл ещё пяток лет. А потом – бум, кровавая потасовка с десятками погибших, из которой вышли победителями, разумеется, киборги.

Возвраты, суды, компенсации… полный запрет на производство клонов. Приказ уничтожить всех уже выращенных. Видимо, чтобы не возиться с неполноценными недоразвитыми личностями, которые могли там зародиться.

Это были сложные времена для нашей компании, но она выстояла.

И для нашей семьи. Маму спасти не удалось. Но мы тоже выстояли.

Тогда отец взялся за запуск в производство нейтрализатора. У него уже имелись наработки, и вот общественности была представлена небольшая трубочка, которая может парализовать любого киборга. Через воздействие на нанороботов.

А теперь оказывается, что не любого. Разумеется, когда производство возобновилось, более поздние модели стали делать полностью подвластными нейтрализатору. Но и на большинство ранних он вполне неплохо воздействовал.

– У АР-24 другой принцип взаимодействия нанороботов, – продолжает Баллен, и я выхожу из оцепенения. – Ну то есть, конечно, какой-то эффект будет, но в основном как воздействие на болевые рецепторы. Полностью не удержит, разве что десятком самых мощных одновременно. И то не факт.

Не удержит, значит. Но Принц же ничего мне не сделал? И Виола не нашла ничего подозрительного.

– В быту таких киборгов использовать нельзя, отработав, они должны уничтожаться, слишком опасны и большой процент самостоятельности, – продолжает Бал.

– Позывной тоже странный для колонизатора, – брякаю невпопад.

– Принц? – хмыкает. – Это не его позывной. Это позже внесли коррективы. Кстати, об этом я тоже хотел поговорить во-вторых. Твой новый дружок нашпигован по уши нелегальным софтом непонятного производства.

– Это каким? – спрашиваю подозрительно, залпом допивая остывший кофе.

– Мне тоже интересно, прикинь. Ты же знаешь, я поддерживаю связь с некоторыми, гм… не вполне легальными производителями. Чтобы быть в курсе и держать руку на пульсе. Так вот, я не знаю никого, кто производил бы такие программы.

– А я как раз надеялась почитать краткое описание его эмоциональной имитации…

– Я бы все их почитал, – угрюмо сообщает Бал. – Как мог продиагностировал, но за исправную работу не ручаюсь. Нужно часами копаться в кодах, чтобы что-нибудь нарыть. Однако! – поднимает палец вверх, другой рукой приподнимая повязочку, – несколько эротических программ я откопал. Кстати, советую попробовать, должно быть круто.

– Ты извращенец! – выдираю у него из рук остаток киборговых брюк и прикрываю всё, что Бал пытается разрекламировать. Ощущаю, как щёки заливает жар.

Не та тема, которая мне приятна. Во всяком случае, после возвращения к жизни.

– Ну там реально писали со знанием дела, я бы и себе качнул. Да только пока не нашёл, как взломать защиту от копирования.

– Он ещё и неповторимый, – фыркаю.

А потом задумываюсь. Если в АР-24 установлен софт, что тогда он предлагал загрузить? Этот киборг обманывает хозяйку? Зачем?!

– А я действительно прописана у него в хозяевах? – спрашиваю, аж руки сжимаю, так страшно услышать ответ.

Глава седьмая

Мелагрен

– Прописана. Но как я тебе говорил, софт непонятный и неизученный. Поэтому гарантий – сама понимаешь.

– Ну хоть других хозяев на горизонте не наблюдается? – хмурюсь.

– Не наблюдается, – уверяет Бал. – Я так понимаю, раз ты его не уничтожила, он тебе зачем-то нужен. А теперь рассказывай, где ты надыбала этого зверя.

Вздохнув, разживаюсь ещё одной конфетой и вслед за Балленом топаю к дивану, на котором умудрилась проспать несколько часов. В общих чертах рассказываю о нападении.

– А что ты делала на Ладе, Мэл? – подозрительно интересуется друг, не знающий про вторую сторону моей жизни.

– Не важно, – хмуро отзываюсь.

Хотя, на самом деле, может быть и важно.

– Если хочешь, чтобы я тебе помог… лучше расскажи всё, – Бал всегда был слишком проницательным. Впрочем, без этого, наверное, и не добился бы таких высот в карьере.

– Не хочу втягивать тебя, – вздыхаю.

– Уже втянула, – отвечает серьёзно. – Лада – не та планета, где стоит бывать девушке твоего положения. Я не удивился бы, если бы кто-нибудь попытался схватить банально ради выкупа.

– И я так думала, но киборг сюда совсем не вписывается. А особенно… такой.

– Рассказывай, – настойчиво повторяет Бал, набивая что-то у себя в коммуникаторе. – Сейчас, пожрать закажу.

– Ты же знаешь мою специализацию? – вздохнув, решаюсь.

– Ты тестируешь клонов, – кивает.

– У нас осталось очень мало человекоподобных линеек, везде, где можно, заменяем чистыми механизмами. Боевых, в частности, сейчас вообще не производим. Во всяком случае, на Куоне они запрещены, да и весь Альянс не в восторге. Разве вот если с Ламаном договоримся… Потому что заказчиков хватает.

В том числе и среди властей, которые официально запрещают. Ага.

– А кто, по-твоему, впаривает нашу продукцию на Копернии? – хмыкает Бал. – Сейчас в основном и остались секс-серии да прислуга. Некоторые предпочитают именно людские обличия. Ну и обслуживание всех предыдущих, разумеется, – кивает на свою внушительную мастерскую.

– Есть ещё производственные линейки. Но их совсем мало, – соглашаюсь. – А в целом – всё. И каждый клон проходит сложное многоступенчатое обследование на предмет развития сознания.

– Да, теперь с этим жёстко. Я не очень вникал, как вы там их тестируете, меня больше волнует техническая сторона. Это как-то связано с Ладой?

– Не то чтобы… Понимаешь, есть чёткие показатели. Клоны тестируются в возрасте, соответствующем году, пяти годам, десяти, пятнадцати, двадцати – это уже перед запуском в продажу. В год практически невозможно ничего обнаружить, а вот пять и десять – решающие. Именно в этот период становится заметно, завелась ли там личность. И это самая большая наша ответственность. Потому что если пропустим – дальше они становятся хитрее и учатся скрывать.

Нас прерывает поднос, влетевший в бесшумно отворившиеся двери. Из десятка тарелок, которыми он уставлен, поднимаются умопомрачительные ароматы, и я ощущаю, как набегает голодная слюна.

– Ты Принца тоже покорми, что ли, – прошу.

– Я зарядил его, – отзывается Бал.

АР-24

Зарядил он! И развонялся тут своей жрачкой, сейчас живот сводить начнёт! Мой чурбан, правда, отключен, так что не знаю, чей это будет живот, но запах я прекрасно чую. Мог бы – поднялся бы и шею свернул за такое издевательство! Зарядил энергетической дрянью, силы есть, а насыщения никакого.

Но лежу, куда ж я денусь. С любопытством прислушиваюсь, чем это таким в корпорации Эйшеля Эбетта занята его младшенькая дочурка. И как её, действительно, занесло на нищую планету, где собирается всякая космическая шваль. Оттуда и рабов, говорят, таскают да продают втихаря любителям. Так что ей ещё повезло.

– И ты ездила на Ладу кого-то протестировать? – Бала интересует тот же вопрос.

– Слушай, – вспыхивает девчонка, – если ты будешь меня подгонять, я так и не решусь ничего тебе рассказать! Это, знаешь ли, непросто!

– Молчу, молчу, – я не вижу его жестов, но судя по фырканью Мэл, её дружок изображает что-то смешное.

Несколько минут они жуют. Баллен больше не подгоняет, и Мелагрен наконец-то решается продолжить.

– Это правда тяжело, Бал, – вздыхает. – Есть чёткие показатели, когда совершенно очевидно, что сознания не имеется, перед нами чистый клон, тело которого подходит для запуска нанороботов и эксплуатации в виде киборга. Есть показатели, когда ясно, что имеется развитие, которое можно соотнести с человеческим. И чем раньше мы это определим, тем лучше: нанороботы вводятся не в последний момент, а постепенно, с самого рождения. Сначала – те, что составляют процессор, иначе взаимодействия не выйдет. После, в несколько ступеней, все остальные, необходимые для функционирования. Если мы определяем сознание, то замедляем рост организма, по возможности выводим нанороботов и передаём детей на обучение как полноценных людей. Ещё и оплачиваем это самое обучение.

Насколько я помню, это было условием, на котором «Кибериуму» разрешили производство киборгов. Начинаю злиться: едят там, запахами дразнят и никак до сути не дойдут! Значит, наша мисс Эбетт решает, кто из детей станет киборгом, а кто – пойдёт учиться?

– Есть и ещё одна категория, – тихо добавляет Мелагрен. – Те, у кого процент сознательности выше, чем у киборга, но ниже, чем у человека. Они подлежат мягкой эвтаназии… или попросту усыплению. Во избежание.

– И разумеется, списать проще, чем обучить и выпустить в жизнь, – понимающе отвечает Бал. Да он же в этом крутится, наверняка знает больше, чем говорит!

– И это тоже, – голос Мелагрен по-прежнему тих. Кажется, она даже есть перестаёт. – И ещё эта верхняя шкала… она очень зыбкая, понимаешь? Двадцать пять процентов отклонения, и не больше. Вот кто-то набирает на тестах семьдесят шесть, и он живёт. А кто-то семьдесят четыре, и я должна отдать приказ усыпить…

– Не представляю, как ты за это взялась, Мэл, – тихо отзывается Баллен. Похоже, обнимает её.

– Именно потому и взялась, – голос Мелагрен вдруг становится твёрдым, почти вижу, как она взмахивает своими тёмными волосами, густыми ресницами. Решительная. – Это мы выращиваем клонов! Это наша ответственность! Мы не можем просто брать и убивать их, как неугодных.

Похоже, это личное. Что она там говорила о матери?

– Я отсекаю только агрессивных и необучаемых, тех, которые могут нести угрозу обществу. А остальным даю шанс. Лада почти не контролируется. Я выкупила участок, построила интернат. И отвожу туда детей. Из тех, которых списали на усыпление. С ними работают. Обучают.

– А дальше, Мэл? Ты не сможешь обеспечить всех. Разве нет? Ты берёшь на себя такую ответственность, а если не приживутся? А если не разовьются? Затаят злобу и объявят войну человечеству? Ведь тесты придумывали и прорабатывали не случайные люди.

– Их не так много, Бал. На тысячу не больше одного-двух. Всё же развиться, плавая в биожидкости и вырастая в ускоренном темпе, очень маловероятно. И я считаю, что это того стоит. Я сама отвожу их, потому что мой корабль не проверяют.

– И сколько сейчас у тебя детей?

– Около двух сотен, собранных за два года.

– Ты понимаешь, чем это тебе грозит, Мэл?

– Ничем, если ты меня не сдашь, – ворчит девчонка. Кажется, бросает взгляд на меня, потому что переспрашивает: – Этот точно отключен? Не может нас записывать?

– Стопудово, – отзывается Баллен.

Ну, мы с чурбаном их действительно не записываем. Вроде бы.

– Я как раз передала детей и возвращалась на корабль, – продолжает моя новая хозяйка. – Не думаю, что нападение может быть связано с этим. Просто не представляю, каким боком оно может касаться детей! Кто-то узнал? Ну так пожаловался бы или попытался шантажировать. При чём тут боевой киборг вообще?!

Да, да, мне тоже интересно! И при чём тут я – интересно вдвойне!

– И всё же они выследили тебя, Мэл. Просчитали твой путь. И даже предугадали твои действия! Девяносто девять процентов людей бросили бы развороченного киборга и умчались подальше. И только та, кто вот уже второй год спасает клонов, могла пожалеть его и подобрать.

– Может, я не пожалела, а решила докопаться до правды, – ворчит Мэл.

– В любом случае, тебя прописали его хозяйкой до того.

Мэл замолкает – задумывается, наверное.

– И зачем? – спрашивает.

– Это уж нужно у тебя спросить. Зачем ты им?

– Интересно, что было бы, привези я его домой, а не к тебе? Логично ведь протестировать на родном предприятии. Конфисковали бы, наверняка. Так какая у него цель? Попасть в «Кибериум»? А дальше?

– Для этого нет необходимости делать тебя его хозяйкой. Ты же не знала, что на него нейтрализатор не действует.

– Думаешь, они и тебя просчитали?

– Учитывая, что мы с тобой уже полгода не виделись… не думаю.

Учитывая, что у чурбана цель войти в доверие… по-моему, тут намного сложнее.

– Можно, конечно, попробовать всё стереть и загрузить наши, стандартные настройки… – Бал явно что-то чует, отменным чутьём специалиста.

Мэл молчит некоторое время. А я обнаруживаю шевеление внутри… Будто какая-то из программ начинает работать. Скрытых. Похоже, этот технический гений всё же что-то пропустил?

– Ой, – встрепенувшись, вспоминает Мелагрен. – Посмотри ещё корабль, пожалуйста. Не нравится мне разрыв связи. И, э-э-э… плазмомёт сможешь зарядить?

– А из него ты где успела пульнуть?

– Потом как-нибудь… Это уже давно было, к делу не относится.

– Заряжу, – вздыхает Бал.

– А этот, – наверное, Мэл кивает в мою сторону, – сказал, в корабле вирус. И аэробота тоже глянь: поломка странная.

– Давай я тебе аэробот заменю, а с твоим повожусь. Мало ли, может, узнаю ещё что. Корабль сейчас просканирую.

Мелагрен

Баллен поднимается. Бросаю последний взгляд на киборга, встаю следом – нужно же дать доступ к системам Виолы. Не люблю, когда в ней кто-то копается, но своими силами никаких вирусов мы не нашли.

Проходим снова пустым залом ожидания. На улице уже жара в самом разгаре, это внутри микроклимат поддерживается специальными установками.

– Слушай, пойду я поплаваю, пока ты будешь разбираться, – говорю, разомлев от запаха солёных брызг и дальнего плеска волн.

– Лифт там, – машет Бал рукой в сторону прозрачного столба, уходящего вниз к берегу.

– Виола, – произношу в коммуникатор. – Баллен проверит тебя на вирусы, даю доступ.

«Ура! Он меня вылечит!» – долетает ответ в голову.

Баллен даже внутрь не заходит – во входном люке появляется диагностическое гнездо. Дождавшись, пока друг пристроится туда со своими приборами, разворачиваюсь и иду к лифту.

Спустя минуту воздушный поток приносит меня на берег. Мягкие языки волн лижут чистейший песок.

Вдыхаю полной грудью. Здорово! Пусто!

Скинув комбинезон, с удовольствием забегаю в тёплую солёную воду.

Может, в отпуск пора? Уже два года нигде не была, всё кажется, стоит хоть ненадолго уехать, и на работе случится катастрофа.

АР-24

«Объект отдаляется.

Первоначальная цель не достигнута.

Диагностика организма: системы отключены.

Резервный перезапуск систем.

Сканирование обстановки: объект отсутствует.

Цель: поиск объекта».

Киборг открывает глаза, поднимается. Наконец-то могу осмотреться – вокруг пусто, на подносе остатки завтрака. Жаль, мой чурбан без разрешения брать не может. Во всяком случае, обычно киборги не могут – что тут у этого в мозгах, кто его знает.

Но, похоже, подзарядки энергией ему достаточно, разворачивается к двери.

Блин, хоть бы тряпочку захватил, что ли?

О, останавливается, поднимает остаток брюк. Видимо, программы, запрещающие показываться на людях без одежды, всё же установлены.

«Сканирование: ткань. Полноценную одежду не заменяет. Можно использовать для целей «прикрыть интимные участки тела». Ношение вне дома обязательно.

Надеть?

Отклонить. Несоответствие цели».

Вот клоний сын! Не знаю, что там у него установлено, но явно не стандартный набор! И цели такие же прибабахнутые! И что там вообще чему не соответствует?!

Вокруг пусто. Правда, терзают меня смутные сомнения… Его вроде бы оставили деактивированным. Возникнут новые вопросы. А мне бы до первоначальных установок и предыдущих хозяев добраться, пока эта парочка действительно не решила всё стереть.

Узнаю, кто запер меня сюда… Достану его хоть привидением!

«Объект обнаружен: координаты 27-14-96».

Странная система, мне она ни о чём не говорит. Но киборг, похоже, точно знает, где Мелагрен.

«Объект находится в море. Опасности не обнаружено. Данных о планете недостаточно.

Варианты действий:

– Запросить информацию в базе?

Отклонено. Отсутствует связь с первоначальной целью.

– Приравнять ситуацию к опасной?

Принято. Ситуация приравнена к опасной. Цель: вхождение в доверие и сближение.

Режим: операция по спасению».

Чего? Какого… Плавает баба, ты что, собрался её из моря выволакивать?!

Увы, моих беззвучных воплей никто не слышит. Киборг вдруг срывается с места и бросается куда-то вперёд и вниз.

Глава восьмая

Мелагрен

Плыву. Никого не трогаю.

Да тут и трогать, в общем-то, некого: всё давным-давно расчищено, имитации кораллов и всяких там мурен с осьминогами где надо понатыканы, я даже не уверена, что рыбки вокруг живые!

Красота. Чистый горизонт, яркое солнце, прозрачная вода – и никого. Полная релаксация. То, что мне было нужно…

Угу.

Вдруг сверху, прямо со скалы, рассекая воздух мчит торпеда…

Очуметь! Не торпеда, а какой-то голый мужик, сзади которого слегка искрят двигатели, оставляя тонкий дымный след.

Это Бал тут новый вид экстремального туризма завёл?! Хоть бы предупредил!

С перепугу пытаюсь отрулить подальше и занырнуть поглубже, в надежде, что мужик как-нибудь мимо пролетит…

Не с моим счастьем.

Торпедоподобный входит в прибрежные воды, всполошив безмятежный штиль высокими пенными волнами. Даже искусственные рыбы предпочитают убраться с его пути подальше.

Но вместо того, чтобы плыть себе восвояси, он на всех парусах выруливает ко мне. Те же двигатели взбалтывают бухту, уж не знаю, в каком месте они у него установлены.

Нет, могло быть и хуже, конечно, он мог бы просто свалиться мне на голову, придавив своей тушей ко дну! Но когда стальные руки подхватывают, вытаскивая меня из глубин, начинаю отчаянно сопротивляться.

Зажмурившись, царапаюсь, отбиваюсь и страшно жалею, что всё оборудование, осталось на берегу.

На мужика это не производит никакого впечатления. Он поднимает меня над водой – надо отдать должное, не позволяя хлебнуть.

– Опасность миновала, – сообщает знакомым голосом Принца, бережно вынося на берег.

Приоткрываю глаза, по которым стекают пекучие солёные капли. Оказывается, я уже вцепилась в мощную шею, а он – и когда только успел? – расположил меня почти лёжа, прямо как невесту перед въездом в новый дом. Правда, вместо потрясающего платья на мне лишь мокрое бельё.

– Это где у тебя двигатели?! – выдаю первое, что приходит в голову.

– Два встроены в бёдра, два в стопы и ладони, есть ещё резервные усиленной мощности на спине. Озвучить параметры?

– Не надо, – передёргиваюсь. – И вообще! Тебя же выключили!

К нам приближаются несколько летающих дронов, проверить, что это за нарушители спокойствия завелись на пляже, который, вероятно, за всю свою историю не видел подобной сцены. Баллен не любитель вечеринок на своей территории, предпочитает отрываться вне дома.

– Отдаление от хозяйки на критическое расстояние в незнакомой и превентивно опасной среде, – рапортует этот непрошибаемый, бережно опуская меня на тёплый песок.

– Это не опасная среда, – фыркаю, – тут всё давно облагорожено и наш покой блюдут роботы.

Пытаюсь высвободиться из сильных рук, а то как-то не слишком уютно лежать тут в объятиях моего обнажённого имущества, воинственно потрясшего пляж своими достоинствами.

– Принято, устанавливаю контакт, – сообщает.

– Надо было до того устанавливать.

– Я был выключен, – сообщает это кибернетическое недоразумение.

Да он троллит меня, что ли?!

– Мэл! – из пневмолифта показывается Баллен. Озадаченно приближается к нам – я совсем отодвигаюсь от Принца, и АР-24 наконец выпускает меня из рук, застывая невозмутимой маской рядом на песке.

– Мой охранник решил, что я в опасности, – смеюсь.

– Режим взаимодействия с незнакомой средой, – кивает Баллен. – У-у, колонизатор!

– Слушай, но ведь он действительно защищает меня. Это так мило, – улыбаюсь. Не сдержавшись, прыскаю, вспоминая невиданное зрелище боевого киборга, парящего в сосредоточенном прыжке средь небесной синевы. – Кто же его отправил меня прикрывать? И от кого?!

– Узнаешь – познакомь, – хмуро отвечает Баллен. – Потому что вирусов в твоем космолёте я не нашёл.

Пытаюсь осознать, что это означает. Перевожу взгляд на своё невозмутимое имущество.

Комм на руке подаёт сигнал прямо в мозг.

«Лиония», – сообщает Виола.

Покосившись на спутников, поднимаюсь и отхожу немного в сторону. Прямо на руке вырастает объёмное изображение сестры.

– Мэл, где ты? – спрашивает встревоженно, но я не даю обзора, делаю так, чтобы видно было только моё лицо.

– По делам летала.

– Я тебя из душа вытащила? – сестра останавливает взгляд на моих мокрых прядях. После добавляет с ехидцей: – Или от свидания оторвала?

Ага, два в одном.

– Лин, что-нибудь случилось?

– Случилось! Давай скорее домой, нужно поговорить.

И как мне это «скорее» организовать, если до дома добираться не меньше восьми часов? Да и не хочу я пока тащить домой свой новый довесок.

АР-24

Как вспомню глаза девчонки, когда я мчал на неё сверху, сразу на ржач пробивает. Ожидал, что насторожатся самовольному включению, но они списали всё на программы колонизации. Правильно, наверное: там, где нет людей, без изрядной доли самостоятельности не обойтись.

Прислушиваюсь, киборг немного усиливает слух – чтобы голос хозяйки до нас долетал.

– … давай встретимся где-нибудь на Парадизе, – предлагает Мэл.

– Да ну, туда часа четыре лететь.

– Мне тоже. Так что если хочешь поскорее – вылетай. Или жди, пока до дома доберусь. Только у меня тут ещё… дела.

– Ладно, – ворчит Лиония. – Может, и правда развеяться.

Баллену тем временем тоже приходит какой-то сигнал в коммуникатор. Замечаю, как киборг пытается заглянуть по сети. Но, видимо, получает отказ в доступе.

Вот ядрён клон, мне бы контроль над процессором… да что там процессором, хотя бы над мозгом. Вообще-то я в юности тоже увлекался созданием программ, всё хотел такую написать, чтобы от настоящей личности не отличить. И даже начал. Забросил потом, правда, застрял на каком-то этапе.

Но немного шарю.

Есть там момент, когда управление телом передаётся от процессора мозгу и наоборот. Мне бы просочиться как раз в него…

Я ведь чувствую тело. Всё, что с ним происходит – блок чувств по-прежнему активирован. Снова пытаюсь слиться, сродниться. Хотя бы повернуть глаза от Бала, на которого смотрит киборг, к Мелагрен.

Кажется, даже что-то получается. Но не уверен, что это не движения самого киборга.

Медленно, с натугой пытаюсь опустить веки.

Есть! Пока не понимаю, то ли мои мысли всё же влияют на действия чурбана, то ли мне удаётся хоть немного подчинить его, но настроение подскакивает.

За попытками шевельнуть рукой едва не пропускаю момент, когда Мэл заканчивает договариваться с сестрой и возвращается к нам.

– Я тут решил серийный номер твоего киборга пробить, – сообщает её дружок. – Информация пришла.

– И? – Мэл снова опускается на песок, подаётся вперёд – я тоже машинально подаюсь… чтобы обнаружить, что тело по-прежнему не подвластно мне.

– До пятьсот девяносто пятого года работал, как и предполагалось, на Старусе, последним прислал отчёт о масштабном сражении с местными хищниками. После этого считался вышедшим из строя.

– Получается, кто-то прилетел аж на дикий Старус, чтобы подобрать его? – хмурится Мэл.

Мне тоже интересно. В доступной мне памяти чурбана – девственная чистота по поводу его прошлой жизни.

– Если чуть задержишься, попытаюсь выяснить, где он всплыл, кто продавал или хотя бы чинил. Должны же были его привести в нормальное состояние.

– Задержусь. Мне бы душ принять. И кстати, есть что-нибудь приличное для моего спасителя? – кивает на меня.

– Подберём, – Баллен поднимается, подаёт ей руку.

Мэл забирает с песка свою одежду, идём к дому. На этот раз без спецэффектов, с помощью банального пневмовика.

Баллен отправляет нас по душевым в гостевых спальнях. Прислушиваюсь к воде за стеной, но Мелагрен явно спешит, выходит буквально пяток минут спустя.

Мой чурбан тут же закрывает свои краны, наскоро смыв пену с доставшегося мне тела.

За дверью на широкой гостевой кровати ждёт стандартный полётный комбинезон тёмно-серебряного цвета.

Одеваясь, слышу, как в соседней комнате приводит себя в порядок Мелагрен. Киборг анализирует варианты проникновения к ней под предлогами, не слишком отличными от того, который заставил нас мчаться со скалы на реактивных – или какие там у меня нынче встроены – двигателях. Но пока перебирает и отметает их, из-за дверей раздаётся клич Баллена:

– Мэл! Похоже, есть кое-что!

Глава девятая

АР-24

Мэл заметно ускоряется, но я всё равно оказываюсь снаружи раньше.

Вкус у парня ничего. Мой дом тоже не беден, но не могу не оценить огромный круглый холл. Здесь пусто – ни людей, ни электронных слуг. И очень спокойно, умиротворяюще.

Справа и слева – прозрачные двери на террасу и к стоянке, соответственно. Позади – веер гостевых комнат, впереди – остальная часть дома.

Но Бал туда не ведёт, плюхается на круглый голубоватый диван по центру, вокруг фонтана-водопада. Машет рукой, Мэл подходит и устраивается рядом. Ну и мы с киборгом следом.

Хозяйка скользит по мне взглядом. Улыбается рассеянно.

Странная она. Большинство девчонок именно голый мужик привлечёт, а этой вроде больше комбинезон нравится. Сдаётся мне, киборг со своим эро-софтом ещё намучается.

Становлюсь у неё за спиной. Всё пытаюсь найти лазейку, перехватить управление телом. Потому что как-то надо выходить на контакт.

Хотя… киборги с зародившейся личностью подлежат ликвидации. От греха подальше. И правильно: расплодили кучу недоразвитых клонов, потом сами же с ними не справляемся. А дальше что? Пойдут всякие ущемления прав киборгов, оплата труда… и под конец мы на них батрачить начнём.

Так что на контакт выходить, пожалуй, не стоит. Не хочется, чтобы ликвидировали и меня за компанию. А вот взять расследование в свои руки – остро необходимо.

Пока борюсь с процессором за управление хотя бы глазами – куда смотреть, – Баллен высвечивает перед собой голографическую картинку космической станции. Ощетинившись антеннами, она плывёт среди звёзд, а рядом красным высвечиваются виртуальные показатели.

– Пока ты спала, пошерстил я по своим знакомым, – сообщает Баллен. – Продажу твоего спасителя, к сожалению, отследить не удалось – а может, его и не продавали. Зато только что скинули: недавно такую же модель чинили на «Перигее». Чинили тайно, но поскольку модель очень уж необычная и приметная, немного инфы просочилось.

– Это какая-то станция вроде? – сводит брови Мэл в попытках вспомнить.

«Перигей», – бежит перед внутренним взором информация: координаты, размеры, количество пребывающих, похоже, скачанные из местной открытой сети.

И тут же прошивает тревожный сигнал, от которого я вздрогнул бы, если бы мог.

«Опасность!

Удалить информацию.

Принято: информация удалена».

Охренев, пытаюсь сообразить, что это сейчас было.

– …перекупщики краденого, подпольные азартные игры, нелегальный софт и прочее, – перечисляет прелести «Перигея» Бал.

Мой чурбан слушает, будто заново. Понятия не имея, о чём разговор. Хорошо хоть из моей памяти ничего удалить не может. А то как-то это… брр.

Очень странная реакция. Если предположить, что именно там его и восстанавливали… Но я-то как туда попал?

Мелагрен

– Привёз его некий Пьер, широко известный в узких кругах. Полная диагностика, восстановление повреждений – потратил кругленькую сумму. Явно не свою, но кто заказчик – не знаю.

– Ты говорил, софт неизвестный… – бормочу.

– Неизвестный, – соглашается Бал. – Софт там не меняли, только восстановили тело и обновили часть нанороботов. И… я бы не советовал тебе лезть туда лично. Ты, конечно, девушка отчаянная и деньги творят чудеса, но лучше найми кого-нибудь.

– Знаю я одного Пьера… – тяну задумчиво. – Если это один и тот же человек. У него ещё сынишка мелкий, которого везде за собой таскает? Да?

– Ты полна сюрпризов, – хмыкает Баллен. – Может, есть ещё какая-то сторона твоей жизни, о которой я не в курсе?

– И не одна, – смеюсь.

– Я не могу полететь с тобой, Мэл, но ты ведь знаешь. Если нужна помощь – я всегда… Оставишь своего? – кивает на АР-24. – Покопаюсь, может, ещё что нарою.

– Хочешь секс-софтом воспользоваться, чтобы не простаивал? – смеюсь.

– Хакнуть и скачать.

– Лететь на «Перигей» лучше с боевым киборгом, чем без, – пожимаю плечами. – А я как раз буду неподалёку с Лионией встречаться.

– Не лезь туда одна, Мэл, я серьёзно, – Бал хмурится. – Я дал информацию для того, чтобы ты всё обдумала и наняла подходящих людей, а не бросалась сломя голову. Пообещай.

– Возможно, и не придётся, – улыбаюсь. – У меня тоже есть пара знакомых. Спасибо, Бал!

Смотрю на киборга. Ещё четыре часа вместе? Может, всё-таки оставить здесь с его чудо-софтом? Или наоборот, пока есть время – потестировать…

– Может, задержишься ещё немного? – встрёпывает ёжик тёмных волос Бал, пока мы наблюдаем за погрузкой на корабль нового аэробота.

– Лиония была взволнована, – отвечаю. – Семья…

– Понимаю, – кивает Бал. – Но очень мне не нравится этот твой новый напарник. И вирусы…

– Кстати! – оборачиваюсь к Принцу. – Можешь выгрузить Балу свой антиривирус? Или как ты там обнаружил вирусы у Виолы?

– Копирование запрещено, – бесстрастно сообщает АР-24.

– Кем?

– Разработчиками.

Бал приподнимает брови: продумали, мол. Ну, да, в лицензионном ПО тоже нельзя копаться: будь ты хоть трижды хозяин, а нулевые настройки не изменить. Другое дело, что хакеры преспокойно копаются…

– А кто разработчики – информация скрыта? – хмыкаю.

– Совершенно верно, – соглашается киборг.

– Всё, что мог, я зафиксировал. Попытаюсь покопаться, потрясу знакомых, если что-нибудь нарою – сообщу. А лучше – сдай его в «Кибериум», пусть там изучат.

Может, и лучше. Задумчиво смотрю на непроницаемого Принца. У меня будет четыре часа, чтобы всё обдумать.

Качнув головой, Бал крепко обнимает меня напоследок.

– Береги себя, – напутствует.

Чмокаю его в щёку, благодарю за всё и поскорее захожу внутрь. Пока решительности хватает.

Принц бесстрастно поднимается следом, устраивается в своём кресле – только на миг мне кажется, будто взгляд становится каким-то слишком живым, что ли. Сознательным… даже не так – одушевлённым.

Но сколько ни всматриваюсь, больше ничего не вижу. Так-то взгляд у киборгов тоже не тупой, вполне осмысленный.

Бал внизу отходит за поле, смотрю с виртуального экрана, как машет рукой, пока Виола тестирует системы.

– Во мне уже нет вирусов, да, Мэл? – спрашивает, материализовавшись детской фигуркой на специальной платформе пульта.

– Надеюсь, – вздыхаю, пока ремни набирают материальность и пристёгивают нас с Принцем.

Виола рапортует, пульт перемигивается индикаторами, по виртуальным панелям бегут сообщения.

А я вспоминаю тот ужасный день два года назад, который изменил всю мою жизнь.

Я до сих пор не знаю, кто это был. Возможно, стоило сообщить папе, но он ходил всё ещё в шоке от смерти мамы, и мне не хотелось его пугать.

Меня ведь спасли. А некоторые побочные эффекты не в счёт.

Зато я совершенно точно знаю, что на моих спасителей работает некий Пьер. Берётся за самую опасную работу. Тоже, видимо, за душой свои скелеты.

С некоторыми из моих новых знакомых я поддерживаю отношения. Редкие и тайные, потому что определённые способности несут за собой больше проблем и побочных явлений, чем пользы.

Только вот им проще напрямую сказать мне, что я в опасности, чем подсылать киборга! А если это не они, значит, Пьер исполнял другой заказ.

И, возможно, мне удастся узнать, какой…

Если это тот самый Пьер, конечно.

Мысли путаются, пытаюсь разложить по полочкам, перейдя на внутренний контакт с мозгом корабля. Чтобы собрать всё в одном месте. Ну и киборгу не показывать заодно.

– Прыжок в гиперпространство завершён, – рапортует Виола, растворяя ремни безопасности. – Расчётное время полёта три часа сорок восемь минут. Чем желаешь заняться?

– Не чем, а кем, – хмыкаю, оборачиваясь к АР-24.

– Мэл! – тот призывно сверкает глазами, поднимается.

Под комбинезоном перекатываются мышцы, Принц делает шаг вперёд.

– У тебя есть краткое описание установленных программ? – спрашиваю.

– Нет, – киборг едва скользящим шагом приближается ко мне и произносит интимным чуть хриплым голосом: – Но могу показать…

Глава десятая

АР-24

Что это он ей показывать собрался? Комбинацию из одного пальца? И двух, гм… я бы сказанул, да процессор не даст.

Эти пламенные взгляды и страдальческий тон реально на кого-то действуют? Нет, ну мне особо не приходилось девиц соблазнять, чаще сами вешались, но вот это всё такое… я бы заржал, не сдерживай чурбан мои мышцы!

Хотя, эротические линейки самые раскупаемые, даже боевых обгоняют. Значит, на кого-то точно действует.

– Так, погоди, ты неверно понял команду! – Мэл упирается руками в мою грудь, когда до её губ остаётся совсем немного.

Киборг смотрит исключительно на них, видимо, создавая нужный эффект. Фиксирует учащение пульса: похоже, действительно действует.

– Применить другую программу? – шепчет, и на какие-то мгновения мне и самому хочется посмотреть, чем это закончится. Продолжить движение, ощутить вкус…

Я ведь ощущаю вкусы, ядрён клон!

– Просто выведи на экран, – немного нервно взмахивает девчонка рукой.

Почему-то представляю пару сотен неприличных стереороликов, в качестве, так сказать, инструкции по пользованию. Но мой невозмутимый со-тельник, подключившись к экрану корабля, выпускает целые абзацы, исписанные незнакомым шрифтом.

– Так, стоп. Что это за язык? Точно не общий, – тут же обращает внимание Мелагрен.

– Поиск по базе данных. Соответствие отсутствует.

– Не поняла. Ты не знаешь, на каком языке написана твоя программа?

– Нет.

– Но Бал ничего не говорил… Значит, имеется дубликат на общем?

– Частичный.

– Час от часу не легче, – Мэл отворачивается, трёт лоб.

Что-то происходит… не успеваю засечь, как киборг вдруг выбрасывает руку, хватает её за плечи:

– Копирование запрещено!

Вижу перепуганные глаза девчонки, расширившиеся зрачки. Хрупкие плечи того и гляди треснут под пальцами. Да что это с ним?!

Пытаюсь перехватить управление, зря она не оставила его там со своим дружком! Или не перепрошила.

Мелагрен

«Готово! Заскринила!» – сообщает напрямую в мозг Виола.

«Отправишь Балу сразу, как выйдем из подпространства!» – передаю мысленно.

– Копирование запрещено! – киборг вдруг выбрасывает вперёд руки, хватает меня железными пальцами, смотрит страшным, безжизненным взглядом.

Доигралась!

– Отпусти! – дёргаюсь, на миг его хватка ослабевает, будто две программы вступили в диссонанс.

Жуть разливается по телу, осознание, что я одна в космосе с неуправляемым монстром, напичканным каким-то левым софтом. Лучше бы оставила его Балу разбираться!

Пытаюсь сунуть руку в карман за нейтрализатором. Но всё же приказ отпустить действует.

– Сбой системы, – сообщает киборг, расслабляя пальцы на моих плечах. – Перезагрузка.

Отступаю назад, тяжело дышу. Как-то же учуял мою хитрость!

Ох, надеюсь, он не запустит новых вирусов в Виолу. Перепроверяю тайный раздел – но не похоже, чтобы там кто-нибудь копался.

С трудом подавляю желание огреть его зарядом нейтрализатора. Чтобы знал, как беззащитных девушек хватать!

Киборг открывает глаза. Спокойный ясный взгляд, ни следа былой вспышки. Зрачки фокусируются, останавливаются на мне.

– АР-24 к работе готов. Какие будут распоряжения, хозяйка?

АР-24

Удалось! Мне это удалось! На миг, но я завладел телом!

И заставил его перезапуститься.

Похоже, задача сохранить эту тайну у него в таком же приоритете, как подчинение хозяйке.

Девчонка молодец, быстро подавила всплеск ужаса, взяла себя в руки. Даже до нейтрализатора дотянулась. Хорошо хоть не применила.

– Отчёт, – приказывает, возвращаясь в своё кресло.

Надо же, не трясётся, не истерит.

– Приоритет защиты информации вступил в противоречие с приоритетом защиты хозяйки.

Странно, прежде чем киборг произносит слова, они вспыхивают у меня в мозгу на долю мгновения.

Пока разбираюсь, что изменилось, с трудом удерживаю нить разговора.

– У тебя не стоит ограничение нападения на человека?

– Стоит, – отвечает киборг, и я осознаю: врёт. Нет у него никаких ограничений!

– Сменить приоритеты. Приоритет защиты хозяйки первый. Приоритет ненападения на человека – второй.

– Принято.

И снова он лжёт! Откуда-то знаю это, будто ловлю хвосты команд, которые его ведут.

Как бы подать знак? Похоже, мы каким-то образом интегрировались при последней перезагрузке. И все команды, проходя через мозг, становятся мне видны.

Мне-то светиться нельзя, но девчонка явно в опасности. Какой-то дерьмовый ей достался защитничек, себе на уме. Точнее, не себе – хрен знает кому.

Но она этого не видит. Слишком привыкла к киборгам в своём окружении, уверена, что всё под контролем.

Пытаюсь поднять руку, даже что-то со скрипом удаётся, однако процессор почти сразу пресекает движение. И до языка с голосовыми связками добраться пока не удаётся.

Мелагрен

Ненападение на людей в киборгах зашивается на самых первых уровнях подкорки. Что бы там ему ни меняли, но это наше изделие, потому я в целом спокойна. Хотя у колонизаторов могут быть, конечно, некоторые расширения. Ну мало ли, на осваиваемых планетах попадаются всякие браконьеры, нелицензионные добытчики полезных ископаемых и просто бандиты. Только убийства даже в этих случаях запрещены.

Смотрю задумчиво – киборг стоит, не предпринимает никаких попыток действовать. Наверное, полностью перепрошить его было бы самым правильным. Но я хочу докопаться до сути!

– Садись, – говорю, и киборг бесстрастно возвращается в своё кресло. – Я лечу на встречу с сестрой.

– Мне переключиться в сопроводительный режим? – с готовностью предлагает Принц.

– Нет, – морщусь. – Определитель всё равно покажет ей, кто ты. А я пока не собираюсь никого посвящать. Поэтому ты останешься в корабле в ждущем режиме.

– Принято.

Почему-то перед глазами всплывает картина, как голый очумевший мужик несётся спасать меня от Лионии или ещё кого-нибудь, кого он примет за угрозу. Вздрогнув, трясу головой, чтобы избавиться от навязчивой картинки, в которой он использует своё эффектное заднее ускорение.

Наверное, что-то отражается в моём лице, потому что киборг смотрит заинтересованно, сужает-расширяет зрачки, словно считывает какие-то реакции.

Ну, считывать ему положено, конечно. Особенно пока идёт настройка на новую хозяйку. Но я всё равно приказываю:

– Не вздумай бросаться голым спасать меня! И одетым тоже… – запинаюсь, почему-то в голову забирается паническая мысль: а вдруг действительно кто-нибудь нападёт? Последнее время как-то неспокойно… На всякий случай добавляю: – Если я сама не позову. Оставлю доступ через Виолу.

– Принято, – покладисто соглашается киборг. Есть надежда, что разговор с сестрой пройдёт без лишних неожиданностей.

«Мэл! – вдруг ввинчивается в голову предупреждающий оклик Виолы. – Песец!»

В первый миг думаю, что это нам пришёл песец. Всё-таки имитационные программы иногда бывают слишком… неординарными.

А после киборг напрягается. Смотрит куда-то в сторону, будто сканирует обшивку.

Ну хоть не меня на этот раз!

– Обнаружен посторонний органический объект, – произносит, и одновременно Виола передаёт картинку белого пушистого зверька.

Откуда он тут взялся? Завёлся в особняке на жаркой половине Копернии? Полярный песец? И почему, вообще, ни Виола, ни Принц его не просканировали…

И тут до меня доходит!

А Бал-то без подарочка меня не отпустил. Узнаю одну из последних разработок нашей лаборатории. Этакого разведчика с нанороботами, сборщика информации под прикрытием. В идеале – незасекаемого, разрабатывали для частной разведывательной корпорации на базе технологии наших негуманоидных братьев асайлэтов.

И похоже, киборг его действительно не принял за искусственную систему.

Органический – это хорошо. Просто отлично.

Бал даже меня не предупредил – и правильно…

Зверёк, похоже, чует наше повышенное к себе внимание, и, шебарша за обшивкой, пытается протолкнуться куда-то вглубь конструкций.

«Виола?» – подаю мысль.

«Разработка асайлэтов, – подтверждает мои выводы мозг корабля. – Бал предупредил. Скинуть в него данные пока не могу – Принц засечёт».

Логично. Мои переговоры с ИскИном его вряд ли насторожат, а вот информацию, передаваемую песцу, может счесть алогичной и перехватить.

С любопытством ожидаю, что он будет делать. Неплохой способ скоротать четыре часа полёта. Надеюсь, палить в обшивку не начнёт… да и нечем вроде бы.

– Рекомендую проверить системы корабля, – произносит киборг, бесшумными движениями передвигаясь в сторону уходящего всё дальше зверька.

– Зачем это? – возмущается Виола вслух.

Проявляется девчушкой с длинными кудряшками и следует призраком за нами.

– Потому что ты не заметила лишнего «пассажира», – в голосе Принца чудятся снисходительные нотки, хотя вроде бы программа эмоциональной имитации должна быть отключена. Я только блок чувств оставляла.

– А у меня не было установки отслеживать нелегалов! – парирует Виола, хотя на самом деле этим она тоже занимается.

– Это стандартные настройки, – не уступает Принц. – Объект нужно найти и обезвредить.

– Сам ты объект! – не разделяет его претензий Виола. – А он хорошенький!

Меня охватывает очень странное ощущение: присутствовать при перепалке двух искусственных интеллектов. Ну, не вполне искусственных… по крайней мере у одной из них.

Да и у киборга тоже глаза как-то странно разгораются.

– Ты снова эмоциональную имитацию запустил? – спрашиваю подозрительно.

– Она запускается, если ситуация просчитывается как соответствующая, – сообщает тот.

Ага, значит, зверька опасным не классифицирует. Уже плюс.

– И как ты предлагаешь обезвреживать несчастного?

– Самый простой способ – уничтожить.

– Значит, так. Уничтожать мы никого не будем, пусть живёт.

– Он может повредить механизмы, – настаивает на своём АР-24. – Помеху необходимо изловить.

– Излови, – соглашаюсь.

Глава одиннадцатая

АР-24

Движения киборга точные, экономные. Сканеры засекают за обшивкой тепловые контуры – не знаю, каким образом успеваю в них сориентироваться. Видимо, мозг привычен к взаимодействию с процессором, большим скоростям и объёмам передачи информации.

Однако проводимый им анализ доказывает, что он всего лишь машина. Сложная, но действующая по вложенным в неё программам, и увидеть что-то за пределами этих программ ей не дано.

Она расценивает в песце опасность исключительно вредительскую: вероятность прогрызть обшивку (процент небольшой, но имеется), сдохнуть в важных элементах корабля, испортив его работу (процент большой), сожрать продукты (значительно снизить необходимый НЗ).

Но на главный вопрос: каким образом белый пушистый зверь попал на корабль, ограничивается банальным «недостаточно данных».

А зря. Если бы забрался какой-нибудь песчаный варан, я тоже внимания не обратил бы. Но тут… может, Мэл в курсе?

«Реакция хозяйки: девяносто пять процентов правды», – моментально расписывает сам себе киборг.

Клоний сын! Похоже, мои мысли всё же долетают до мозга и заставляют процессор реагировать!

Надо учиться разделять.

«Возможность притворства: ноль, пять процента.

Вероятность предыдущего знакомства с объектом: один, и три процента.

Обмен данными с объектом: ноль процентов.

Погрешности вычисления: пять процентов с учётом человеческой непредсказуемости.

Объект причислен к классу вредителей. Подлежит дератизации.

Поправка с учётом последней коррекции приказа: отлов без повреждений.

Объект причислен к классу домашних любимцев».

О, да. Не надо нам таких любимцев подозрительных.

Все оружейные запасы киборга пусты, не то пульнул бы парализующим. Срывать обшивку тоже не дело – хоть в этом мы согласны, «опасность разгерметизации».

Внутри тела работает только то, что зависит от питания, вроде тех же двигателей. Никакие дополнительные снаряды им не нужны.

Но я пока не настолько его контролирую, чтобы провести инвентаризацию всех дополнительных устройств.

Специальные хваты, чтобы по стене взбираться, тоже заряжены. Ими и воспользовавшись, мы с киборгом лезем наверх, следуя за песцом.

Доступ к корабельному ИскИну по-прежнему закрыт. Не уверен, что мой чурбан не смог бы его взломать, но пока придерживается наложенных хозяйкой ограничений.

– Виола, перекрой вент-контейнер! – командует киборг.

Внутри по-прежнему возникают варианты реплик. А что, если…

– Хочешь, чтобы все задохнулись? – ворчит корабельный ИскИн.

Пытаюсь перехватить управление голосом, ответить своей фразой, но процессор готов озвучивать лишь одну из уже сгенерированных.

«Принято», – знаю, что скажет, усиленно пытаюсь выбрать хотя бы из предложенных. Для начала:

– Временно перекрой.

Получилось! Он озвучивает именно то, на что я указал! Добавляю расширение, в раках режима эмоциональной имитации:

– Расчётная безопасность до пяти минут.

– Хорошо, – звонким голосом рапортует система. Что за прикол придавать ИскИну вид ребёнка? Какие-то материнские инстинкты?

Оставив процессору выслеживание и собственно отлов песца, сосредотачиваюсь на контроле за репликами. Может, так понемногу и справлюсь.

– Прикрой кормовые втулки!

– Сделано!

Кажется, начинаю входить в азарт.

– Теперь открой и сразу же загороди задвижкой трубу утилизатора… Да не эту! Кормовую!

– Точнее формулировать надо! – оскорбляется Виола.

– Некогда! Сейчас мы его…

Процессор генерирует всё больше команд с учётом моих пожеланий, но пока исключительно в рамках ситуации. Зато выбирать я уже наловчился, сам не понимаю, как так происходит. Они вспыхивают, я одобряю – и готово.

Ловлю на себе смешливый взгляд Мелагрен.

– Что-нибудь не так, хозяйка? – уточняю на всякий случай, в надежде, что удастся нагенерировать чуть больше реплик в её сторону. Но процессор неумолим, перед ним иная задача.

– Ты как мальчишка на охоте, – хмыкает.

– Приказа отключить эмоциональную имитацию не поступало, – отвечаю. – Отключить?

На последнем вопросе настаивает процессор, и я замираю. Если отключит, меня может снова отшвырнуть обратно.

Мэл смотрит несколько мгновений, пожимает плечами.

– Оставляй. Таким ты мне нравишься больше, чем сексуально-озабоченным.

Серьёзно? Ну, отлично.

– Песец в приоритете, – сообщаю.

Мэл начинает хохотать. И чего она в обществе становится такой угрюмой? Хотя, вспоминая Баллена, не в любом.

Мелагрен

АР-24 взбирается на стену – о, у него и молекулярные хваты в наличии! Удобное, но не дешёвое удовольствие, в базовую комплектацию не входит.

Прыгает, что-то командует Виоле, которая проявляется голограммой прямо под потолком и с любопытством следит за действием.

Песец дёргает куда-то вглубь корабля, киборг пытается просунуть руку в техническое отверстие, прикрытое панелью. Не дотягивается – почти жду, что сейчас ругнётся.

Но он лишь спрыгивает из-под потолка на пол, принимая охотничью стойку.

В следующие два часа прихожу к выводу, что Бал добавил в своего подкидыша ещё и специальную программу, чтобы занять нас на время перелёта. Сам же предлагал эро-софт испытать, а тут такая подлянка!

Впрочем, я испытывать всё равно не собиралась, пусть кому интересно, те и тестируют.

Принц неожиданно меняется. Становится каким-то даже озорным, почти настоящим. В движениях остаётся всё той же рациональной машиной, но программа эмоциональной имитации добавляет повадки, реплики, загоревшиеся глаза – будто правда увлёкся охотой.

Если бы я лично не просмотрела его на предмет души, могла бы усомниться, что передо мной машина!

И я не лукавила, такая программа мне действительно нравится больше. Даже удаётся немного расслабиться, пока они с Виолой методично загоняют зверька к нам в каюту.

«Мэл! Ты должна коснуться его первой!» – напоминает Виола.

Точно! Чтобы запечатлеть связь.

– В вентиляции! – рапортует детский голосок уже вслух.

– Скоро будет здесь! – АР-24 собирается поставить ногу на стену.

– Стой! – командую. – Подними меня!

– Вероятность опасности не меньше пятидесяти процентов.

– Я умею обращаться с песцами! – сообщаю.

Принц несколько мгновений молчит, видимо просчитывает ситуацию.

Не знаю, есть ли у него что-то по этому поводу в базе данных, потому, пока он не начал спрашивать, где я обзавелась столь ценными умениями, сообщаю:

– Это приказ!

Киборг покоряется, хотя мне мерещится, будто неохотно.

Тем и опасна эта эмоциональная имитация. Не люблю её. Машина должна оставаться машиной, иначе начинаем переносить на неё наши людские эмоции и привязанности. Но она ничего не испытывает, только имитирует – остальное человеческий разум додумывает сам.

Принц осторожно подхватывает меня, и на какие-то мгновения я пугаюсь, вспоминая, как схватил за плечи… воспоминания вырываются лавиной – о предыдущем нападении, и о другом, двухгодичной давности. Когда рядом тот, кто сильнее, и ты против него не можешь ничего.

Надо было какую-нибудь мебель организовать и взобраться без него – но поздно. Принц уже поднимает меня – осторожно, почти бережно. Чтобы я могла дотянуться, но при этом будто в любой момент готов отдёрнуть обратно.

– Ой, какой хорошенький! – нематериальная девчушка тянет призрачные ручки к высунувшейся из вентиляции мордочке.

– Моя база располагает сведениями об опасных песцах, – сообщает киборг.

– Это кто тут опасный песец, – бормочу, покосившись на него.

Поднимаю руки. Зверёк обнюхивает, осторожно касаюсь головы, запускаю пальцы в мягкую белую шёрстку.

Миг – и пушкарь послушно перетекает ко мне, мазнув пушистым хвостом по щеке.

Ну вот, нежданно-негаданно обзавелась домашним любимцем. Корабельным, точнее. И что бы Баллену какого-нибудь банального котика или щенка не подбросить?

– Нетипичное поведение представителя семейства псовых, – сообщает АР-24, аккуратно ставя меня на пол, но не спеша убирать руки.

– Знаешь, сколько специально выведенных разновидностей, в частности для домашнего разведения? – пожимаю плечами.

– Расширяю базу. Как вы выяснили, что он из домашних?

– Почувствовала, – привожу аргумент, который обычно нечем крыть машинам. В их расчётах всегда закладываются погрешности на интуицию, шестое чувство и прочие чисто человеческие примочки.

– Нерациональная предпосылка к действию, – журит киборг.

Всё-таки отстраняюсь, песец будто почуял, смотрит на киборга приобнажив клыки. Выпрыгивает с рук на пол и даже пытается задрать заднюю лапу возле обидчика.

Киборг отскакивает назад, песец демонстративно загребает передней лапой – и откуда это Бал напичкал его такими манерами?! Небось использовал всё, что было под рукой!

Песец проносится по дивану, смахивает со стола тарелку – Виола ловит полем и плавно возвращает обратно. Зверёк пробегает по кухонным приборам, перепрыгивает пульт управления и забивается куда-то за кресло.

– Изъять? – спрашивает Принц, снова превращаясь в киборга. Даже странно, что сразу же вслед не ломанулся.

– Пусть осваивается, – качаю головой.

– До выхода из подпространства двадцать три минуты, – отчитывается Виола.

С удивлением смотрю на часы. Надо же! Поездка действительно промчалась незаметно. И весьма бурно.

– Пообедать желаете? – спрашивает Принц.

Хм, похоже, кто-то свой запас энергии тоже растратил в погоне за песцом.

– Давай поедим, – пожимаю плечами, опускаясь на диван.

Смотрю, как он включает комбайн, возвращаясь к эротическому подтексту. И кто его такой озабоченной программой осчастливил?

Медленно, плавно добавляет каких-то ингредиентов. Запускает в работу. Оборачивается, призывно глядя в глаза.

Прыскаю. Несколько секунд киборг растерянно сканирует меня взглядом, видимо, считывая реакции и переключая протоколы.

– Итак, – напоминаю. – Как приземлимся, я ухожу. За мной не идёшь, в мои дела не вмешиваешься, к сестре не приближаешься.

– Приказ принят.

– А знаешь, что… настройся-ка на мой нано-комм.

Киборг замирает на мгновение.

– Настройка произведена.

Исключаю из доступа к моему мозгу – ещё не хватало от киборга импульсы принимать, пусть по обычной связи говорит. Зато сама, в случае чего, смогу призвать.

Глава двенадцатая

Мелагрен

Парадиз – давно обустроенная, приятная и тёплая планета. Большую её часть занимают курорты и лечебницы. Атмосфера изначально была близка к земной, даже некоторые виды фауны и флоры пересекались, только люди здесь почему-то не завелись, наследить не успели.

Планету сразу же прибрали к рукам, лишь немного подогнав экосистему под нас. Отделили дикие зоны, распродали наиболее подходящие для туризма и отдыха, и на выходе получили очень неплохой генератор галактической валюты.

Только сила тяжести чуть меньше, потому ходит шутка, что на Парадизе все худеют, главное, нормальную гравитацию не включать.

В детстве мы с родителями несколько раз бывали здесь, у них даже есть любимый отель, построенный в виде парящей радуги над морем. На гравитаторах.

Космопорт, тоже на гравитаторах, парит над самим отелем, повыше в атмосфере, чтобы не мешать. Хитроумный купол пропускает корабли и заодно удерживает нужную атмосферу и температуру.

Виола виртуозно пришвартовывается в выделенный нам отсек. Принца отправляю в спящий режим. Песца, подумав, оставляю с ним – пусть собирает данные, Бал ведь наверняка на это рассчитывал. Оплачиваю заправку.

И, выдохнув, выхожу из люка, рядом с которым уже ждёт аэротакси.

Обычно на Парадизе охватывает ощущение лёгкости, праздника – ведь для того сюда и едут. Но сейчас почему-то не покидает тревога, какое-то смутное предчувствие.

Отмахнувшись, решаю, что просто нервы сдают.

Лиония прилетела чуть раньше, даже номер сняла, чтобы нам никто не мешал. На самом верху, с шикарной панорамой на море, ближайшие острова и город на большем из них.

– Мисс Эбетт ждёт вас, мисс Эбетт, – подлетает встречающий дрон, едва вхожу в прозрачный холл с видом на море. – Идёмте, провожу вас.

Вот, совсем другое дело! Машина до мозга костей… ну в смысле, до ИскИна и металлических креплений. Мелкая, круглая, летающая. Без какой бы то ни было органики. Не то, что некоторые…

Поднимаемся открытым панорамным лифтом, который скользит прямо по изогнутой дуге. Останавливаемся у широкой двери, хочу связаться с Виолой, пока дрон подаёт сигнал Лионии. Спросить, всё ли в порядке…

Но решительно обрываю себя. А то уже перебор.

Это всего лишь техника! И без указания хозяина она будет спокойно почивать в ждущем режиме.

Лиония выходит сразу же, обнимает меня с традиционным поцелуем в щёчку и, даже не дослушав приветственную речь дрона, закрывает дверь.

– Ну и куда ты собралась, что не можешь домой прилететь? – спрашивает недовольно.

Глаза взволнованные, движения неровные.

– Рассказывай, – произношу настороженно, усаживаясь за прозрачный стол, состоящий из сплошных полей.

На столе новенькая, только откупоренная бутылка местного жёлтого вина, местные же лёгкие закуски, эстетично разложенные по нескольким тарелкам.

Меленькие разноцветные кружочки и квадратики, соления и сладости – названия блюд мне незнакомы, поэтому запихиваю в рот первое, что попадается под руку.

Специальные поля приподнимают бутылку, наливают мне во второй бокал. К первому прикладывается сестра.

– Сопьёшься, – хмыкаю.

– Мэл, не уходи от ответа.

– Нужно решить один вопрос, – отвечаю. – Так получилось. Что стряслось?

Лиония как всегда изящна. Лёгкое пастельное платье с открытой спиной, босоножки на шпильках – я в своём комбезе даже как-то неуютно себя ощущаю.

Поднимается, и, простучав по сверкающему полу, делает несколько шагов к лоджии и обратно.

– Кэрран пропал.

– Чего? – недоумеваю, не могу решить: то ли она от скуки, то ли правда нафантазировала себе что-то.

– Пропал.

– От женитьбы сбежал, что ли? – ехидничаю.

– Я серьёзно, – Лин абсолютно не поддерживает шутку. Впрочем, почти никогда и не поддерживала.

– Да об этом бы уже вся Галактика трубила! Шутка ли, наследник Ламана, сын самого Авена Рошшасса!

– А вот не трубят! – резко обрывает.

– Хорошо. И почему нельзя было сказать мне об этом через комм?

– Папа запретил. Авен, как я поняла, передал ему тайком.

– Да весь Ламан нашпигован киборгами, как он вообще мог пропасть оттуда?! Нет, ну такой избалованный тюфяк, конечно…

– Этот твой «тюфяк» тайком от отца куда-то летал…

– Чего это он мой? Это ты по нему вздыхала.

– И несколько человек спас, оказывается.

– Тебе и не такое расскажут задним числом.

– Мэл, Авена шантажируют. Я точно не знаю, какие у них требования, папа не сказал. Но он всполошился и велел забрать тебя домой.

– Так, погоди, а я-то при чём?

– Думает, что это может быть связано с нашим контрактом, который мы хотели подписать с Ламаном. Переживает.

Контракт. Может, и нападение на меня… и мой киборг – тоже как-то с этим связаны?

Ставлю на стол бокал и накрепко задумываюсь. Что мне делать? Лететь домой, рассказать обо всём папе?

А если цель Принца – изначально попасть в нашу семью? Может, вообще лучше избавиться от него?

Но он сейчас единственная зацепка.

Сзади, из двери в смежную комнату, раздаётся шевеление – вздрагиваю, оборачиваюсь резко. Но к нам выходит всего лишь пара киборгов.

– Сэм, Кул, – узнаю наших домашних телохранителей, с недоумением смотрю на сестру.

– Отец настоял, чтобы взяла с собой. И если не смогу уговорить тебя лететь сразу же домой – одного оставила тебе.

Ого, значит, всё действительно серьёзно.

– Да мне… – заминаюсь. Сказать, что завела своего? Но я пока не готова предъявить его семье. – Что ещё папа рассказывал?

– Ничего. Авен успел только предупредить. Когда я улетала, папа ждал, что ещё станет известно. Может, уже что-нибудь узнал, но через комм строго-настрого запретил спрашивать и обсуждать. Так что давай-ка домой, Мэл.

Домой… Пожалуй, мне сейчас ещё нужнее пообщаться с Пьером. Вот и предлог: разыскать сыночка мульти-миллиардера.

Так. Проверю, как там АР-24. Только вот что рассказать Лионии… В последнее время мы стали отдаляться.

«Принц», – зову. В ответ тишина.

Прислушиваюсь несколько мгновений. Может, отключился, пока меня нет? Связь здесь должна работать, Парадиз не Лада.

«Виола, что там с Принцем?» – обращаюсь к мозгу корабля.

Несколько долей секунды Виола молчит, хотя ощущаю её присутствие. Словно то ли сканирует что-то, то ли перезапускает какие-то системы.

«Мэл! – сигнализирует тревожно. – Его нет. Он ушёл!»

«Как ушёл? Куда?!»

«Передал моим системам протокол безопасности. Проверка периметра, стандартные функции охраны».

«Зачем ты его выпустила?!»

«Ты не приказывала не выпускать».

Так. Судорожно начинаю вспоминать, что я приказывала. Точно помню, что приказала ему не приближаться ко мне и к Лионии. Может, он действительно всего лишь исполняет вложенную программу? Обход периметра, сканирование на предмет опасности…

«Он осматривает отсек?» – спрашиваю с надеждой, хотя чую чувствительной точкой, что не может быть всё так просто.

«Нет», – подтверждает чуйку пятой точки Виола.

Я совершенно однозначно приказала не идти за мной. Но если он не отправился за мной, то – куда?

«Связывался с кем-нибудь?»

«Только сканирование местной сети».

«Виола, срочно разыщи его!»

– Мэл, ты зависла? – похоже, сестра зовёт меня уже не первый раз.

«Он улетел из космопорта!» – приходит недоумённо-панический мысленный вопль. Виола кидает мне координаты и карту в коммуникатор.

Идрит-ангидрит! Куда это он чухнул? А в случае чего, мне перед местными властями объясняться?!

«Отправь ко мне аэробот… и песца тоже», – добавляю, подумав. Надо было Принца у Бала оставить, пусть колупался бы в нём, пока не разберётся, что там за софт такой намешан.

А так хоть песец, что сможет, соберёт. Надеюсь, первые отчёты Баллену уже отправил.

«Песца тоже нет, – обречённо добавляет Виола. – Бал наделил его большими полномочиями, а ты не говорила, что нужно задержать… Он вышел вместе Принцем»

– Прости, Лин, я быстро! – подскакиваю и под недоуменные взгляды сестры вылетаю из номера.

Мчусь наверх, на стоянку для аэроботов. Убеждаю себя, что Бал аэробот заменил, значит, он должен работать исправно. Потому что не отпускает иррациональное чувство, что машина, которая подвела один раз, подведёт в самый нужный момент и второй.

Глава тринадцатая

АР-24

Ждущий режим – отличная возможность покопаться в программе. Система останавливается, задействованы только фоновые процессы и мозг. Блок чувств не отключен, поэтому могу их воспринимать, минуя процессор.

Впрочем, запахи стандартные, звуков практически нет, даже снаружи не доносятся: звукоизоляция. Осторожно пытаюсь открыть глаза, чтобы не разбудить систему.

Интересно, а ведь язык, на котором написаны программы и проходит внутренний диалог, действительно странный. Не могу его идентифицировать, но неясным образом понимаю, будто мозг давно уже адаптирован именно к нему – а мне лишь остаётся употреблять то, что выдали в пользование.

И эти программы очень похожи на те, которыми мы баловались в юности.

Процессор всё-таки засекает мою внутреннюю деятельность, проводит проверку систем.

Так, пока у меня нет возможности перехватить контроль, буду подталкивать его в нужном направлении. Всё-таки с человеческим мозгом ни один искусственный не сравнится! Какие бы сложные комбинации в нём ни использовали.

«Проверка местонахождения хозяйки.

Координаты: 45-29-193», – снова выдаёт неясные цифры киборг.

Не знаю, относительно чего он их берёт, впрочем, не важно пока. Главное, что находит Мелагрен исправно.

«Вхождение в доверие: помехи исполнению.

Приказ не приближаться.

Возвращение в ждущий режим».

«Отклонить, – рискую вмешаться. Процессор, похоже, пока не замечает ничего подозрительного. Сразу же подсовываю другую задачу: – Сканирование сети Парадиза».

«Сканирую», – соглашается процессор.

Скорость, с которой он поглощает информацию, даже для адаптированного мозга велика. А мне не нужно внимание Виолы. Мэл же не разрешила за ней идти, а выходить не запретила. По крайней мере, в последнем приказе, который, соответственно, аннулирует любые предыдущие. Ну, для процессора.

И Виоле не приказала удерживать нас тут. Значит, у меня есть время. И гнаться за Мэл мне нахрен не сдалось. Мне нужно добраться до этого Пьера или как его там. И пока что нам с ней по пути.

Только желательно разыскивать этого Пьера не с пустыми руками. Ну и прочими загашниками.

«Скрытый поиск: возможность заправки арсенала.

Дополнительное условие: нелегальная.

Защита от просмотра», – это чтобы Виола не просекла.

«Принято», – процессор согласен, что зарядиться – хорошая идея. Отлично.

Продолжает сканировать сеть в обычном режиме, чтобы не насторожить корабельный ИскИн, и одновременно останавливаться на всяких починочных.

Как и на любой туристической планете, на Парадизе есть места исключительно для богатых, вроде того, где мы сейчас. А есть – для всех остальных. В том числе и не вполне законопослушных.

Ещё несколько мгновений выбираем. Процессор предлагает автоматизированные, я отклоняю: с людьми договориться проще, чем с тупыми ИскИнами. И не очень тупыми. Те сразу начнут требовать разрешение хозяйки.

Мэл как раз прилетела в отель – мой чурбан по-прежнему её пасёт.

Передаём Виоле стандартный протокол телохранителя. На несколько мгновений замираю: если она откажет, так и останусь здесь болванчиком. Песцов ловить да нащупывать, с какой стороны к хозяйке пристроить эротический софт.

Песец, кстати, открывает глаз. Точно не случайно он здесь оказался.

Виола отворяет дверь без проблем, даже толком не выйдя из режима ожидания. Все протоколы соблюдены, опасности нет. Песец бодренько проскальзывает у меня между ног.

«Отключить связь с хозяйкой, – предлагаю процессору. Ещё немного, и сработаемся. По крайней мере, чем-то посторонним он меня не воспринимает. – Причина: вероятность запрета пополнения арсенала».

Процессор какое-то время обрабатывает: видимо, такой вариант логической цепочки для него внове. Но противоречий не находит. Хозяйка сказала подключиться к её комму, но не приказывала оставаться на связи постоянно. Кроме того, мы по-прежнему можем засечь её местоположение и в случае опасности рвануть туда.

И она в отеле с сестрой, куда нас категорически не пропустит приказ. Если у моего чурбана, конечно, ещё какой-нибудь особый софт не припасен.

Процессор прокручивает это диалогами в голове, пока, наконец, не приходит к согласию с самим собой. И со мной.

«Связь с хозяйкой отключена».

«Сделать запись разговора с сестрой», – рискую подбросить идею напоследок.

«Принято».

Супер, потом просмотрю, о чём они там болтали.

Тем временем успеваем выйти из нашего отсека. Лететь далеко, почти на другую сторону Парадиза – поблизости ничего подобного нет, разумеется. Здесь всё под контролем и полиции, и ИскИнов.

Тем же каналом, каким Мелагрен вызывала аэротакси, вызываем скоростной аэролёт. В надежде, что она это заметит, только когда придёт счёт на оплату. А может, и вовсе не заметит: не похоже, чтобы она деньги считала, сорит скорее. Папочкины, почему б и не.

Аэролёт опускается на стоянку, как раз когда мы выходим туда же. Песец прыгает чуть позади.

«Домашний любимец. Вернуть на корабль», – засекает процессор.

«Отменить: приказ не поступал».

«Принято».

Может, и нужно бы вернуть, но не хочется потратить ещё полдня на отлов песца в космопорту.

Аэролёт полностью автоматизирован. Задаю режим перевозки неживых грузов. Мне к нагрузкам не привыкать, да и процессор скорректирует, если вдруг сильные перегрузки. В крайнем случае, временно блок чувств отключим. На максимальной скорости можно уложиться минут в тридцать-сорок. Ещё столько же обратно. А там – неизвестно, сколько займёт.

Надеюсь, она с сестрой пару часов поболтает. А то и до завтра задержится.

Мелагрен

Не то чтобы я стремилась обмануть сестру – просто не хотела при ней решать эти вопросы.

Самым правильным, наверное, было бы вызвать полицию, пусть отлавливают беглого киборга.

Но это же означает очередной скандал вокруг нашей семьи! Журналисты слетятся как коршуны, папа расстроится…

И потом… я сама проверяла Принца, в нём нет самоосознания! А значит, он действует по заданной программе, и мне просто необходимо выяснить, по какой.

Но увы, похоже, быстро не управлюсь. Моё кибернетическое недоразумение рвануло куда-то на другой конец планеты, и что ему только там понадобилось?

У меня отличный, скоростной аэробот. Но всё равно такую же скорость не развить.

Ещё и на вызовы не отвечает, паршивец! Нужно будет точнее формулировать приказы, не привыкла я к киборгам в быту, как бы странно это ни звучало от дочери главы «Кибериума».

Нет, дома у нас их полно, конечно. Но управляются общим ИскИном, а на работе я всё больше с осознанными детьми контактирую.

Настигающие шаги, будто меня кто-то преследует, заставляют резко затормозить, развернуться…

Кул. Выдыхаю.

– Лиония приказала прикрыть тебя, Мэл, – произносит киборг ровно.

Эх. Этого следовало ожидать… и, пожалуй, он может мне пригодиться. Хорошо знакомый, много раз протестированный киборг, который точно не обладает никаким дополнительным софтом.

Специальный тёмно-синий комбез. И внешность у него абсолютно стандартная, неброская, фигура скорее худая, чем накачанная. На мощность не влияет, а в некоторых вопросах не самый высокий рост даёт больше преимуществ.

– Идём, – вздыхаю. – Прикроешь.

Аэробот уже прибыл. Задаю курс, откидываюсь в пилотском кресле. Кул сидит в соседнем, успешно притворяясь мебелью – в отличие от Принца, ему это превосходно удаётся.

– Отключи запись и любые запоминающие функции, – приказываю, когда аэробот становится на курс.

– Принято, – отвечает киборг, на миг даже высвечивает мне соответствующую надпись глазами. Виртуальную.

Вряд ли, конечно, папа или сестра решат за мной шпионить, но и поинтересоваться, чем я таким занималась, могут.

А я, пока время есть, решаю набрать Бала. И это не тот разговор, который стоит знать родным. Как и всю мою эпопею с АР-24.

– Ну что там у тебя, Мэл? – Баллен отвечает сразу. Судя по заднему плану, который высвечивается в комме, – он всё ещё в своей мастерской-лаборатории.

– Песец, – хмыкаю, наблюдая за его реакцией.

– Мой или твой собственный? – приподнимает бровь Баллен.

– Твой, – смеюсь не без облегчения. – Но почему песец?!

– Что было в наличии, – разводит руками Бал.

– Расскажи, что он может-то.

– А твой красавчик не подслушивает?

– Мой красавчик сбежал, – вздыхаю. – Понятия не имею, куда. Вот лечу выяснять.

– Ты это… может, не сама?

– Кул со мной, – на миг поворачиваю комм, чтобы зацепить застывшего киборга. – Лин привезла.

– Хорошо, – кивает Баллен. – А я тут твой аэробот разбираю. Вирусы ищу.

Теребит пару мгновений нижнюю губу, задумавшись.

– Мэл, – вскидывается. – Ты уверена, что он… ну, это странное поведение для киборга. Возможно, конечно, на Парадизе активировалась какая-то программа, но ведь вы там незапланированно.

– Я сама его тестировала, Бал, – отвечаю, понимая, к чему он клонит.

– Тесты не всегда дают стопроцентную гарантию.

Вообще-то я его и просматривала сама. Бал об этой моей новой способности не знает… и через всю Вселенную точно не нужно ему о ней сообщать. Тем более… вдруг я всё-таки ошиблась, чего-то не доглядела? АР-24 тогда только приходил в себя, мало ли. Во сне, например, отличить сознательных намного сложнее.

– Попробую перепроверить, – соглашаюсь. Всё же слишком странный экземпляр, надо будет ещё разок глянуть. – Так что с песцом-то?

– Я в твой корабельный ИскИн инструкцию загрузил, поищи. Приказал беречь от Принца.

– Отлично, – улыбаюсь, – вот сейчас и поизучаю.

АР-24

«Хозяйка летит следом: останавливаюсь».

У, чурбан упрямый!

«Отклонить», – спешу перехватить управление.

И чего ей взбрендило за мной ломануться? Чего с сестрой не сиделось?!

«Приоритетная задача – вхождение в доверие. Необходима смена курса».

«Смена приоритетной задачи: приоритетная задача – пополнение арсенала».

«Отклонить. Приоритетная задача – вхождение в доверие к Мелагрен Эбетт. Арсенал может помешать. Возвращение», – настаивает чурбан.

«Отклонить, – не сдаюсь. – Пополнение арсенала необходимо для защиты хозяйки. Продолжить полёт».

Интересно, у киборгов бывает шизофрения? По крайней мере, наш затянувшийся внутренний спор именно её мне и напоминает.

Разбивает его сама Мелагрен. Видимо, дочке миллиардера стреляет мысль связаться со службой проката аэролётов. Изначально она не показалась мне особенно достойным противником.

В конце концов, я нынче тоже её имущество. Усмехаюсь криво. И если она не станет оплачивать перемещение своего киборга, никто нас никуда не повезёт.

Машина замедляется. Зря я сейчас, не думал, что станет пасти меня. Казалось самым удачным временем.

Злюсь. Значит, придётся дожидаться до «Перигея», если она вообще решит туда лететь.

Пытаюсь просчитать, что ещё можно предпринять, но аэролёт разворачивается и, больше не реагируя на запросы киборга, летит навстречу хозяйке. Ядрён клон.

Хоть бы не сочла меня бракованным! Впрочем, она и сейчас-то от меня шарахается.

Пытаюсь продумать линию поведения и ответы.

Эбонитовый х-хвост! Она ещё и второго киборга прихватила!

Глава четырнадцатая

Мелагрен

Хорошо, что решила проверить, как этот паршивец аэролёт заказывал. Заодно и отменить удалось.

Аэролёт доставляет киборга прямо ко мне на борт. Проводит воздушную стыковку, прокладывает пневморукав и переправляет беглое имущество для воссоединения с хозяйкой.

Приходится оплатить расходы, конечно. А заодно перевести Кула в режим телохранителя. Мало ли, что там на уме у этого нестандартного.

АР-24 заходит как ни в чём не бывало, с бесстрастной физиономией и точными машинными движениями. Вместе с ним проскакивает песец и усаживается мне на колени.

Аэролёт, отстыковавшись, улетает, а я на несколько мгновений задумываюсь, куда дальше. Вернуться к Лионии? Домой? Предварительно избавившись от Принца и проблем, которые он вокруг себя создаёт. Или всё-таки Пьера разыскать?

Задаю пока курс обратно на радужную гостиницу и оборачиваюсь к Принцу.

– И почему ты не ответил на вызов? – спрашиваю.

– Связь с вашим коммуникатором была отключена, – бесстрастно заявляет тот.

– Логично, – хмыкаю. – Тогда зачем ты отключил связь?

– Вы не отдавали приказ оставить её включённой.

Хм, ну вообще обычно техника адаптирована к людским приказам. Но в целом не подкопаешься. Действительно, не отдавала.

– Почему ты не оставил её включённой? – переформулирую вопрос.

– При уходе в ждущий режим связь отключилась. Не было приказа активировать её, – заводит ту же пластинку Принц.

Обычно она не отключается. Но чёрт его знает, что там в левом палёном софте…

– Допустим, – соглашаюсь. – И куда это ты рванул?

– Сбой системы, – сообщает после едва уловимой заминки.

– Отчёт, – требую.

– Ошибка Е-522, ошибка Д-7826, ошибка… – монотонно перечисляет киборг.

Стараюсь не вздохнуть. Мне эти коды ничего не говорят: программы-то незнакомы.

– Тебя проверил Баллен. Ты не должен сбоить.

– Провожу самодиагностику, – соглашается Принц и надолго уходит в себя.

Глаза прикрыты, веки едва уловимо подрагивают от движения глазных яблок.

Пока жду, вдруг отчётливо понимаю, что других ответов не будет. Сообщит о ещё парочке ошибок и проведёт ещё парочку диагностик. Если бы я его купила, то просто сдала бы обратно. Впрочем, насколько мне известно, в «Кибериуме» таких сбоев не бывало. Чтобы киборг самолично куда-то рванул. Но этот же бывший колонист…

Ответов действительно не получаю. Зато принимаю решение.

Открываю виртуальное окно. Хочу позвонить сестре, но в последний момент передумываю. Она наверняка начнёт настаивать на своём. Поэтому просто наговариваю сообщение:

«Прости, Лин, возникли непредвиденные дела. Я всё поняла, как можно скорее лечу домой. Кул со мной.»

Ставлю отложенную отправку, чтобы послание к ней пришло, когда я уже буду далеко в подпространстве.

Меняю курс аэробота прямиком на корабль – хочу взлететь без лишних задержек.

АР-24 молчит, не отсвечивает, даже подкатить со своим эро-софтом не пытается. Кула на всякий случай оставляю в режиме телохранителя.

И, едва Виола производит взлёт и ныряет в подпространство, поднимаюсь и приближаюсь к Принцу.

– Режим эмоциональной имитации, – приказываю.

Рассматриваю, как меняются мышцы лица, как киборг начинает улыбаться, говорить что-то.

Не слушаю толком, вглядываюсь внимательно, просматриваю его ещё раз на наличие души.

В режиме эмоциональной имитации они обычно расслабляются. Нащупать живое сознание легче.

Хотя, это дети. Со взрослыми сложнее: те наоборот, осторожнее, хитрее, скрытнее. Тесты вообще прекрасно обходят. Опытные.

Но мою способность – не должны. Жаль, она появилась не так давно. Нюансы различать не всегда удаётся, да и с учителями не особенно складывается.

– Чем бы вы хотели заняться в полёте? Мэл? Можно мне вас так называть? – отыгрывает эмоции киборг.

Но я молчу, стою полуприкрыв глаза, и настраиваюсь, выискиваю хоть что-нибудь. Пятнышко, дымку, серебристую тень – обычно я вижу это так.

Как правило, оно клубится у сердца или возле головы, но иногда расползается, растворяется, будто прячется. Поэтому иду методично сверху вниз, от головы – всматриваясь в глаза – к плечам, груди…

И упускаю момент, когда, не дождавшись моего ответа и, видимо, приняв взгляды за согласие, киборг сокращает между нами расстояние.

Вот, вон там что-то…

Вздрагиваю от прикосновения. Сильные руки прижимают к себе, чуткие пальцы проходятся по спине, и мои губы тонут в губах, словно специально созданных для поцелуев.

И чёртов софт очень даже неплохо прописан! Потому что впервые после нападения я не дёргаюсь от того, что рядом мужчина. Большой и сильный – сильнее меня в несколько раз!

А может, всё дело в том, что продолжаю выискивать, высматривать, и не отдаю до конца себе отчёт в происходящем.

Что это там? Вот оно…

Идрить!

Всё-таки самоосознание! И как я пропустила?! Но сейчас совершенно ясно вижу: там что-то есть! И оно поднимается выше, из груди, клубится возле головы, словно тоже увлекается поцелуем…

Тоже?!

Отпрянув, упираюсь ладонями в сильную грудь.

– Ты что делаешь?!

– Использую режим эмоций, – отвечает Принц.

Угу, а не нелегальный ли эротический софт?!

– Без моего разрешения не смей меня целовать… и вообще прикасаться! – вырывается скорее, чем успеваю сообразить.

– Принято, – с улыбкой сообщает киборг, чем задевает меня ещё сильнее. Внешне – чистая имитация! И он будет с улыбкой принимать от меня что угодно, если только я не прикажу сменить психотип.

А что внутри? Достаточно разумная личность? Или только-только зародившаяся? Знает ли он о софте, о целях, для которых его ко мне подбросили? Как найти с ним контакт?

И вообще, не опасно ли показывать, что заметила?

Для начала надо попытаться наладить отношения. Или уже поздно, проще сразу вывести на чистую воду? Что там говорил Баллен про нейтрализаторы?

АР-24

Странная баба. То пожирает меня глазами, будто сейчас набросится и начнёт раздевать. То отталкивает. Ещё и приказ не прикасаться. Хоть бы у киборга замыкания не случилось в попытках его обойти. Он уже варианты просчитывает. И я даже парочку для себя подмечаю…

Может, это у неё что-то личное? Тогда тех, кто послал чурбана, ждёт сюрприз.

А ведь, ядрёный атом, приятно! Интересно, киборги могут испытывать удовольствие?

Мелагрен отходит. Смотрит… странно. На миг накрывает паническим ощущением, что узнала, увидела, каким-то образом заглянула прямо мне в глаза.

Мне! А не моему чурбану.

– Давай… поговорим, – поводит рукой в сторону дивана и даже делает первый шаг.

– Какие темы вам интересны, Мэл? – АР-24 принимает приглашение, садится рядом.

Девчонка кажется напряжённой, хотя весьма неплохо владеет собой.

Кул, тот второй киборг, вдруг поднимается с кресла, в котором сидел с начала полёта. Приближается. Запоздало замечаю, что Мелагрен словно бы бессознательным жестом засунула руку в карман. АР-24 не придаёт значения, всё в пределах логических взаимодействий.

Но меня ситуация настораживает. Она догадалась и решила обезвредить?

И если догадалась, то о чём? Вряд ли обо мне, тогда…

От разумных киборгов предпочитают избавляться, чтобы не иметь лишний гемор.

«Данные сканирования: объект прикасается к нейтрализатору.

Анализ поведенческой реакции…»

Ага, дошло, наконец. Киборг пытается считать, определить состояние Мелагрен, чтобы скорректировать дальнейшее поведение.

Что она задумала? Дружок же предупредил её: нейтрализатор меня не удержит, а болевой импульс только разозлит. Точнее… хм. Киборга он не может разозлить, боль для него всего лишь сигнал. А вот разумного…

Нет, я не должен ей ничего показать. По крайней мере, пока.

Программа эмоциональной имитации растягивает губы в улыбку, вкладывает в рот слова, но киборг отмечает и учитывает все движения – и хозяйки, и второго киборга, который стоит позади, и даже песца, высунувшего любопытную морду. Может, ещё и на встроенную камеру записывает?

– Запрет на переход в боевой режим, – произносит хозяйка.

– Принято, – соглашается киборг, и Мэл всё-таки активирует нейтрализатор.

Ого, сильная дрянь! Ну ещё бы, у дочки главы…

Одна из причин, для чего Ламану необходим договор с «Кибериумом»: сильные нейтрализаторы, которые помогут очистить планету…

Тело выкручивает, нанороботы начинают передвигаться медленно, словно завязая в крови и межклеточной жидкости. Тут и там взрываются болевые импульсы – если бы не контроль чурбана, не уверен, что я сдержался бы, не заорал.

Единственным желанием вспыхивает броситься к девчонке, выбить из рук эту дрянь. Тут же пугаюсь, не передадутся ли побуждения киборгу – иначе точно выдам себя.

В следующий миг Кул обхватывает меня сзади, прижав руки к бокам, удерживая за грудь.

Похоже, нейтрализатор настроен выборочно.

– Что происходит, Мэл? – программе удаётся неплохо отыграть если не испуг, то озадаченность.

Боевой режим мог бы разогнать работу нанороботов почти до расчётного состояния, но мы с киборгом единогласно отклоняем такой вариант. Он из-за хозяйского запрета, я – в надежде ещё какое-то время остаться неузнанным.

Тем более, что воздействие прекращается, хотя Мелагрен продолжает настороженно всматриваться нам в глаза.

– Я знаю, кто ты, – произносит твёрдо. – Давай поговорим.

Панически соображаю, чем же я выдал себя.

Глава пятнадцатая

Мелагрен

Рискованно, но другого варианта всё равно нет. Заставить взрослого киборга проявить реакцию практически невозможно. Если управляет процессор под контролем нанороботов, ни одна мимическая мышца не дрогнет.

Но мне всё же удаётся заметить крохотный миг, в который его лицо перекосилось от ярости и ненависти.

Какое бы у него ни было задание, он ненавидит меня. Возможно, с радостью бы прибил, если бы не необходимость защищать хозяйку.

Пока он не в боевом режиме, нейтрализатор хоть как-то блокирует работу нанороботов. Всё-таки отец настаивает, чтобы мы носили с собой самые мощные модели самых последних разработок.

Но Бал говорил, это для АР-24 болезненно. Безумно страшно осознавать, что там, за бесстрастной физиономией, скрывается адская боль. Потому поскорее снимаю воздействие.

Как правило киборги учатся отдавать приказы собственному процессору, а то и отключать его. Но бывает и такое, в основном на ранних стадиях, когда это не удаётся. Ослабление нанороботов даст ему шанс говорить.

Жду. По первой фразе можно многое понять, и потому нервничаю.

Дети часто начинают плакать, им страшно. Со взрослыми сложнее. Кто-то идёт на контакт, сочтя меня достойной доверия. А кто-то и помалкивает, боясь раскрываться.

– С удовольствием поговорю с тобой, Мэл, – продолжает хвататься за фразочки из программы Принц.

По крайней мере теперь знаю, что он способен разговаривать без участия процессора. Некоторые просто не умеют от себя – им обязательно нужна подсказка программы.

Но у него сейчас нет никаких подсказок, пока работа процессора и нанороботов не восстановится.

– Давай так, – вытаскиваю руку из кармана, протягиваю к нему обе и разворачиваю ладонями вверх. – Извини за нейтрализатор, я не знаю, как ты его воспринимаешь, но мне нужно было ослабить влияние нанороботов и приостановить работу процессора. Кстати, если хочешь, у меня есть программы, которые могут вообще его отключить.

Внимательно вглядываюсь, однако киборг снова безэмоционален.

– Сдавать тебя я никуда не буду. Но Кул пока присмотрит, тут уж прости – я передам ему приоритетные права. Чем быстрее позволишь мне убедиться, что ты не опасен, тем быстрее я смогу тебя отпустить. Это часть моей работы, у меня есть все необходимые полномочия. Знаю, что в тебя вложили какую-то программу, которая тебя ведёт и как-то связана со мной. Чем раньше мы с ней разберёмся, тем раньше освободим тебя. Ты готов к сотрудничеству, или нужно время подумать?

АР-24

Да, конечно, всё так просто! Злит, у неё даже мысли нет, что я могу не распоряжаться телом. Ну разумеется, обычные самоосознанные спокойно распоряжаются. А если не распоряжается – значит, не самоосознан.

Наверное, это меня и выдало, соображаю запоздало. Если процессор не работает, обычный киборг не может отвечать.

Хотя за погашение нанороботов я ей всё же благодарен. И мне даже удалось произнести фразу! Пока процессор был в состоянии поддерживать только внутренний диалог и порывался перейти в боевой режим.

Может, стоило подать другой знак? Отгоняю сомнения, верную ли фразу произнёс.

У них действительно есть такой софт?

Почему бы и нет? Для киборгов.

Эксперименты с переселениями душ вне закона, хотя «бессмертные» вот уже сколько лет борются за свои права.

Смотрю на неё, не представляя, что лучше. Притвориться сбойнувшим киборгом (а что вы хотели с левым софтом, надо ставить лицензию!) или самоосознанным? В любом случае наиболее вероятный расклад – она отправит меня на утилизацию как некоммуникабельного и потенциально опасного. Что бы там ни пела.

Потому что действительно проще ликвидировать, чем брать на себя ответственность. Я тоже всегда был за ликвидацию, что бы внутри ни завелось.

А теперь вот сам завёлся.

Очень изощрённая месть. Я даже начинаю догадываться, чья. Понять бы ещё – как?

Процессор возвращается к работе, но мне уже значительно легче ориентироваться. Будто мозг наконец интегрировался и со мной, и с ним. Похоже, даже могу выбирать движения – правда, только из предложенных.

Перебираю разные варианты ответов, пока Мэл смотрит, ожидая. Останавливаюсь на одном.

– Потанцуем? – губы складываются в улыбку, протягиваю руку – Кул позволяет мне её вытащить, но сам ещё сильнее напрягается в режиме защиты хозяйки.

Мелагрен вздыхает:

– Ладно, у тебя есть немного времени подумать.

Немного – это сколько? Что она собирается делать?

– Какие у вас дальнейшие планы? – учтиво спрашиваю, но девчонка хитро щурится:

– Обсудим, когда решишь разговаривать нормально.

Поднимается, поворачивается к комбайну. Задаёт программы.

Кул предусмотрительно становится между ней и мной. Стою, не знаю, что предпринять. Вроде бы режим эмоций не выключен, но и соблазнять её не место и не время – даже процессор рассчитывает вероятность как очень низкую.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.