Владимир Шишков
Индивид. Тёмная сторона Солнца

Кем бы ты не был, мир тебе и свет.
Кем бы ты не был, грош тебе цена.
И все равно ведь где-то в вышине
и для тебя горит звезда одна.

Группа «Пикник»

Глава 1

– Здравствуйте, здравствуйте, и еще раз здравствуйте уважаемые гости нашей студии и телезрители! – Сверкая улыбкой привычно затараторил телеведущий Антон Махалов. – Сегодня у нас наверно самая необычная программа за все время выхода нашего шоу. Прямо сейчас вы увидите двух уникальных людей и узнаете такую необычную историю, в которую хотя и вериться с трудом, что даже у меня сначала были сомнения в ее подлинности, но факты и доказательства того, что все в их рассказе во всяком случае очень похоже на правду, в которой мы и попробуем разобраться. А для начала я вам представлю нашу экспертную комиссию.

Махалов театрально взмахнул рукой.

– И так знакомьтесь, депутат Госдумы от партии «одна Россия» Александр Сергеевич Тыров.

Щекастый депутат с мрачным выражением лица посмотрев в камеру молча кивнул головой и поправив позолоченные очки застыл в кресле.

– Профессор медицины, врач – нейрохирург Вячеслав Александрович Кленов.

Сухопарый мужчина со смеющимися глазами улыбнулся и поерзав пятой точкой по сидению откинулся на спинку кресла.

– Священник «отец» Агапий.

Чуть заметно наклонив голову, высокий человек в сутане сидел, неподвижно упираясь на посох, чем необычайно походил на монаха средних веков явно играя под этот образ.

– Елена Михайловна Берг. Врач – психолог.

Полноватая женщина бальзаковского возраста довольно мило улыбнувшись сказала:

– Вообще то еще психотерапевт и невролог.

На что телеведущий ответил:

– Это еще лучше. Следующий наш эксперт Андрей Карлович Дробан. Астролог – эзотерик.

Мужчина лет шестидесяти привстал и демонстративно шутливо поклонился.

– И последним в этой комиссии представляю моего коллегу с канала «ген тв» телеведущего программы «интересное и очевидное» Арчибальда Генриховича Козлова.

Арчибальд встал и поднял обе руки в приветственном жесте под дружественный гул аудитории.

– А теперь наши не побоюсь этого слова уникальные гости – Ольга и Андрей! Прошу в студию!

Массовка разразилась аплодисментами.

В зал вошли молодая женщина лет этак двадцати, и мужчина примерно сорокалетнего возраста и в нерешительности остановились. Явно было видно их растерянность перед сотнями глаз и несколькими телекамерами, уставившимися на них с разных ракурсов.

– Прошу вас присаживайтесь поудобнее на диванчик. – Показал на него Антон и после того, как они расположились продолжил. – И так наши уважаемые эксперты, я добавлю немного интриги в наше сегодняшнее шоу и спрошу вас. Как вы думаете кем могут приходится эти два человека друг другу при условии, что являются родственниками?

– Вы нас как-то сразу озадачили такой постановкой вопроса Антон, но, пожалуй, я попробую на него ответить. – Первой решила высказаться психолог. – Конечно судя по возрасту они больше подходят на отца с дочерью, хотя внешне и не очень-то похожи, они отличаются формой глаз, носа и даже ушей, но если есть интрига, то понятно, что это не так. Тут можно предположить несколько вариантов. Может дедушка с внучкой или взрослый брат с сестрой от разных родителей, я думаю, что может быть даже прадедушка с правнучкой или дядя с тетей.

– Хорошие варианты, но поверьте пока ни один не подходит. – Все так же лучезарно улыбаясь ответил Махалов.

– А они вообще то точно родственники? – Решил уточнить астролог.

– Да. И я бы добавил ближайшие.

– Ну тогда может она его клон?

– Нет. На сколько я знаю, клонирование у нас запрещено. Есть еще какие-нибудь версии?

– Судя по возрасту и исходя из моей логики то я думаю, что она его любовница и на счет остального даже заморачиваться не стоит. – Вставил депутат. – Поверьте моему опыту в конце концов выяснится, что так все и будет.

– Вашей логике не откажешь, но тут вы не угадали. – Телеведущий ухмыльнулся и укоризненно покачал головой.

– Кому ни будь из них делали переливание крови от другого? Или они обменялись органами? – Спросил Арчибальд Генрихович. – Я надеюсь не половыми? Хотя все возможно в нашем мире. Сейчас говорят это модно. Слава богу в основном на западе и кажется в Таиланде. В нашей стране пока нет. Хотя может это я просто не все знаю.

– Это довольно-таки интересная версия, но, к счастью, нашим гостям не пришлось обмениваться э.… органами.

На несколько секунд все замолчали, переваривая все вышесказанное.

– Не томите Антон. И так понятно, что все не так просто. А если бы было иначе, то и сегодняшней передачи не было.

– Вот в этом вы абсолютно правы. Мне не хочется затягивать нашу программу на долго, так как ограничение по времени все же есть, поэтому сейчас вы неслыханно удивитесь. – Продолжил Махалов. – А я спрошу наших гостей. Андрей и Ольга, вы готовы нам раскрыть вашу тайну?

Мужчина, помолчав пару секунд как будто набирался смелости, посмотрел на девушку, затем уверено кивнул головой и выдохнув воздух, скопившийся в груди, не громко произнес:

– Да. Я готов. Это… моя мама.

Зал замер. Несколько мгновений все как будто заволокло тишиной. Массовке тоже никто не подал сигнала к наигранным аплодисментам и люди молча обдумывали эти простые слова. Мужчина застенчиво улыбался.

– Что?

– Что?

– ЧТО?! КАК ЭТО?!

– Это моя мама. – Еще раз более твердо повторил Андрей.

– Вы хотите сказать, что эта девушка ваша мама? – Удивленным голосом спросил Дробан. Его лицо выражало крайнее недоверие того, что он только что услышал. Впрочем, такие же лица были не только у экспертов, но и почти у всех людей в зале.

– Ну да. У всех людей есть мама и папа, по-другому и быть не может, я не исключение.

– Я спрашиваю в смысле того, почему она такая молодая?

– А почему? Вы что, больны прогерией? – Быстро задал вопрос Кленов. – Судя по вашей так называемой маме тогда у вас должен быть синдром Гилфорда. Но при этом вы не выглядите как маленький старик. А если взять за основу синдром Вернера, то ваша мама должна быть как минимум в два раза старше. Что-то не сходится… Или может, наоборот, это у вашей мамы образовался тот самый уникальный ген, который был обнаружен у одной японской женщины еще в девяностых годах прошлого века?

Кленов вопросительно подняв брови с интересом уставился на девушку.

– Браво профессор! – Воскликнул Махалов и картинно взмахнул руками. – Вы быстро сориентировались. Вот что значит профессионализм. Мне даже показалось что вы все знали заранее и хорошо подготовились к этой передаче. Сейчас я поясню всем эту историю. Многие люди, наверное, уже и не помнят, но действительно в девяносто втором году пожилая японка по имени Сей Сенагон в возрасте семидесяти пяти лет стала стремительно молодеть. А происходило это так… Сначала у нее седые волосы потемнели, затем прорезались зубы, еще через год все наладилось по женской части. В общем время для нее повернуло назад, невероятно, но факт. А еще через два года она развелась со своим старым мужем и вышла замуж за сорокалетнего банковского служащего по имени Тикамото, от которого и родила через девять месяцев ребенка. Кстати, вся информация есть в интернете, можете проверить.

– Да. Это действительно так. Ее обследовали наши японские коллеги – геронтологи и обнаружили ген способный уничтожать стареющие и умершие клетки. – Кленов задумчиво потер правый висок. – Его назвали ген молодости, сошедший с ума и истребляющий вместо здоровых клеток – больные… Кстати это не единственный случай. Насколько я помню в Тбилиси тоже был такой человек. Фамилию запамятовал, но в свои пятьдесят он выглядел на пятнадцать. К сожалению, он скончался в возрасте пятидесяти четырёх лет. А к передаче я не готовился. Просто в девяностых мы с коллегами бурно обсуждали такие случаи и даже хотели попытаться вырастить такую клетку в нашей лаборатории, но как-то не получилось. Было мало данных, да и денег, честно говоря, на обширные исследования в то время не было. А на одном энтузиазме далеко не уедешь.

Махалов покивал головой в знак согласия.

– Я вам скажу следующее. Таких случаев было гораздо больше. Просто не все фиксировались должным образом. А если взять средние века – то таких людей инквизиция бесцеремонно отправляла на костер. Вот как-то так все происходило.

– Я тоже читала про японку в газете, – сказала Елена Михайловна – но мне тогда показалось что это обыкновенная журналистская утка и принимать это за правду было абсурдно.

– Нет, нет. Это действительно так и было. Как я уже говорил есть доказательства что все это правда. Удивительная, конечно, но правда.

– Допустим, что это все так как вы нам представляете и с девушкой уже более-менее что-то понятно. Хотя меня, честно говоря, все еще одолевают сомнения. – Взял слово Арчибальд Генрихович. – А в чем уникальность этого э.… молодого человека кроме того, что он является ее сыном? Кстати, сколько вам лет Андрей?

Мужчина усмехнулся.

– Спасибо за молодого человека. Мне уже пятьдесят восемь.

– У вас что – тот же ген передался по наследству? – Козлов с усмешкой прищурил глаза.

– Нет. – Мужчина, явно нервничая на пару секунд замолчал как бы размышляя стоит ли дальше говорить, но потом все-таки продолжил. – Этот ген или как правильно выразился профессор «сумасшедшая клетка», выращена полуискуственно.

– Как понять – полуискуственно ?

– В теле человека.

– И кто же ее вырастил?

Андрей тяжело вздохнул.

– Я.

– Так вы врач? Или ученый?

– Ни то ни другое, даже близко не стоял. Но как говорят в Одессе – вы будете смеятся… Я электрик.

– Электрик?! В смысле работаете с электричеством?

– Ну да. Я понимаю, что все это со стороны выглядит как-то по-дурацки наивно и неправдоподобно, но это действительно так. Я не врач и не ученый. Я, скорее всего если описывать вещи своими именами, то получаюсь наверно – целитель.

– Так вы экстрасенс?

– Честно говоря я не люблю этого слова. У нас из ста экстрасенсов – девяносто девять являются жуликами и мошенниками.

– А вы значит честный целитель?

– Ха. Чтобы поверить в эту чушь нужно быть полным лохом. – Завелся депутат. – Я, конечно, понимаю уважаемый Антон что вам нужна сенсация и все такое, но так разводить людей это ерунда полная. В конце концов выяснится, что они аферисты и просто водят нас за нос для каких-то своих целей. А цель как мы все понимаем – одна, выманить денег с глупцов которые ему поверят и побегут к ним омолаживаться.

– Вы не верите? – Улыбнулся телеведущий. – Это правильно. Я тоже с начала не поверил. Но у нас есть неопровержимые доказательства что все это сущая правда. Наша команда журналистов хорошо поработала, и мы собрали все факты, касающиеся этого дела. Скажите Андрей, вы готовы рассказать, что же все-таки произошло с вами на самом деле и почему вы стали э.… целителем?

– Да. Конечно.

– А сейчас несколько минут рекламы. И после нее вы услышите удивительный рассказ нашего гостя. Не переключайтесь.

– И так мы снова в нашей студии и готовы узнать у наших героев что же с ними произошло на самом деле.

– Я в общем то не слишком красноречивый рассказчик и не могу красиво описать все словами но попробую. – Начал Андрей и после небольшой паузы продолжил. – Все случилось два года тому назад…

В это весеннее, но мрачное утро с неба капал мелкий противный дождик. Порывистый ветер бросал холодные капли в лицо электромонтеру Андрею Асташеву тем самым делая его настроение унылым. До конца его сорока пятидневной вахты оставалось еще восемь дней.

Открыв вагончик электриков своим ключом, он, повесив промокшую куртку над самодельным электрообогревателем и включил чайник. Бросив пакетик чая в кружку с отбитой ручкой, присел на стул и задумался.

«Так, сахар закончился еще вчера, а денег осталось только на сигареты. Придется почистить кабель. Хотя кусок небольшой, но килограмма два меди я из него вытащу. Хорошо еще что за питание в конце вахты вычитают, а то бы точно пришлось хер без соли доедать».

В дверь постучали и в вагончик вошел бригадир штукатуров Курбан Фатхуллаев таща смотанную переноску.

– Привет командир! – Жизнерадостно улыбаясь поздоровался он с Андреем. – Посмотри пожалуйста что-то опять эта хрень не работает. Уже надоело к тебе бегать с ней. То работает, то не работает.

Он бросил моток проводов на пол.

– Здорово. – Ответил Андрей. – Эту переноску еще год назад надо было выбросить. Скажи своему прорабу пусть новую покупает. На этой изоленты больше, чем резины. Да и твои охламоны на нее постоянно что ни будь роняют.

– Э дорогой, кто нам чего новое покупает. Ты ведь сам знаешь, что по их отчетам у нас вся техника новая, немецкая и японская. А на самом деле?

– Да знаю я. У тебя, когда вахта заканчивается?

– Через два дня.

– Счастливчик. Домой поедешь?

– Конечно дорогой. Куда же еще. У нас там уже тепло, хорошо. До осени буду дома.

– А потом?

– Потом опять сюда в этот большой долбаный аул.

– Не любишь Москву?

– Э, нет конечно. За что ее любить? Мы здесь по двенадцать, а иногда и по четырнадцать часов в день без выходных вкалываем. Сам знаешь. И по театрам с музеями ходить как-то не получается. Да еще и начальники постоянно обмануть хотят. Но все равно я здесь заработаю в пять раз больше, чем у себя на родине.

– Да, это точно. Ты хорошо говоришь по русски Курбан, в отличие от своих земляков. Учился у нас?

– Нет, в Самарканде. Меня отец заставлял. Хотя лучше бы было по английски научится разговаривать. И уехать куда ни будь в Европу или Америку. – Фатхуллаев мечтательно зажмурился.

– И что бы ты там делал? Тоже штукатурил?

– Не знаю. Но рабочие в любой стране всегда нужны. Там во всяком случае порядка больше, и заработки выше.

– Согласен. Слушай Курбан, у тебя сахар есть?

– Есть дорогой. Принести?

– Если можешь. А то у меня закончился, а пустую воду уже надоело пить. А я пока твою переноску посмотрю.

– Хорошо, через пять минут принесу.

Фатхуллаев ушел, а Андрей, одев перчатки стал медленно разматывать кабель ища обрыв. Но не прошло и двух минут как дверь распахнулась и в вагончик влетел энергетик Березин Андрей Виссарионович.

– Так тезка, работаешь? Это хорошо. Давай бросай эту хренотень и дуй на первый корпус. У тебя там поэтажник на втором этаже упал, надо побыстрей напругу дать, а то сщас работяги опять жаловаться пойдут.

«Блин! Вот и попил чайку. И надо было ему с самого утра приперется».

– Андрей Виссарионович, а может подождут полчасика? Я бы закончил здесь.

– Некогда. Чем быстрее закончишь, тем быстрей освободишься. Давай шевели батонами.

Андрей натянул не успевшую высохнуть куртку и одев каску вышел из вагончика под пронизывающий по-весеннему ветер.

В здании строящегося двадцати пятиэтажного дома еще не было ни окон, ни дверей и сквозняки гуляли по всем этажам. Поежившись от утреннего холода, Андрей подошел к рубильнику и потянул ручку вниз. Повесив на дверцу табличку с надписью «не включать, работают люди», он со спокойной душой поплелся на второй этаж. Буквально через минуту порывом ветра табличку сдуло с рубильника и отбросило в сторону.

Поэтажный щит с вывалившимися автоматами лежал на боку опрокинутый ветром.

«Вот блин чертовая погода. Хорошо хоть не замкнуло, а то пришлось бы и вставки менять».

Подняв щит и поправив треногу, Асташев стал перебирать автоматы.

В это время два плиточника из таджикской бригады решили замесить раствор клея, но дрель без электричества никак не хотела включатся.

– Э, опять эти электрики задолбали, надоели уже. Когда мы уже нормально работать будем? – Сказал один из них по имени Миран. – Сколько будем сидеть? Давай Латип сбегай в будку к прорабу, спроси сколько ждать надо?

– Почему я? Иди сам спроси. Я каждый день по двадцать раз на пятый этаж бегаю. Устал уже.

– Э, ты по русски лучше говоришь. И вообще я старший.

– Какой ты старший, кто тебя им сделал?!

– Я старше тебя на два года.

– Да хоть на десять лет. Хочешь иди, а я лучше здесь посижу. У меня все равно плитки на восемь метров больше положено.

Миран понял, что Латипа не переубедить. Если тому что-то втемяшилось в голову, то выбить это оттуда не представлялось возможным. Он сплюнул себе под ноги и медленно пошел к лестнице.

Дойдя до вагончика с надписью «электромастерская», он увидал замок на двери.

«Ай шайтан. Наверно не пришел еще. И что, сколько ждать его надо? Может через час только придет. За это время я смог бы два метра плитки положить или даже три.»

Рванувший порыв ветра бросил капли холодного дождя Мирану за шиворот куртки. От чего тот скрючился и плюнув в сторону электромастерской пошел обратно в здание.

Зайдя на первый этаж, Миран достал щепотку насвая и бросив ее под язык огляделся по сторонам. Взгляд его уперся в стоящий у стены выключенный рубильник. На упавшую перевернутую табличку он не обратил внимания. Тем более что по русски читать он мог не так уж и много.

«Так вот в чем дело. Какой-то ишак просто выключил нам свет что бы мы не работали. Надо включить и не стоит этого шайтанам Ана электрика искать».

Он с энтузиазмом подошел к рубильнику и решительно потянул ручку вверх.

Удар тока в триста восемьдесят вольт отбросил ничего не подозревающего Асташева от поэтажника с такой силой, что он, пролетев два метра ударился головой об бетонную стену и потерял сознание, не успев даже вскрикнуть.

«Не понял. Что за хрень? Я же обесточил этот долбаный поэтажник.» – Андрей, кряхтя, медленно поднялся на ноги выходя из бессознательного состояния. Во рту стоял вкус серы, будто бы коробок спичек в рот запихнули.

Он с опаской подошел к щитку и воткнул индикатор в приходящий провод. Лампочка на нем вспыхнула ярким светом.

Асташев спустился вниз к рубильнику.

«И какая же скотина его включила? Сейчас хрен кого найдешь. Вон и табличку выбросили. Блин, поймаю в задницу ему провод под напругой запихну».

Он дотронулся до затылка и зашипел от боли. На голове уже набухла шишка от удара о стену. Вся ладонь была в крови.

«Только этого не хватало. Надо бы перекисью промыть и перевязать чтоб зараза какая ни будь не прицепилась.»

Шатаясь, Андрей вышел во двор стройки и поплелся к вагончику, но по дороге вспомнил что в аптечке у него кроме анальгина и напальчников ничего нет. Он, поменяв направление пошел в прорабскую. У них то точно аптечка полная должна быть.

Вышедший из штаба строительства старший прораб Николай Бортников закурил сигарету и оглянулся по сторонам. Погода не радовала. Дождь всегда нагонял на него уныние. Ему на глаза попался шатающийся электрик, медленно идущий в его сторону.

«Ага. – подумал он – Наверно с бодуна товарищ прется. Ишь как шатает. Ну – ну. Сщас я тебе выпишу пропиздон в таблетках».

От мысли что кому-то сейчас попадет по полной программе, он даже злорадно улыбнулся. Но его планам не суждено было сбыться. Удар молнии, осветивший стройплощадку, попал точно в Асташева и последовавший за ним через долю секунды гром заставил подпрыгнуть прораба чуть ли не до потолка навеса.

От ужаса увиденного он на несколько секунд впал в ступор и очнулся, когда ветер плеснул ему в лицо холодными каплями дождя.

– Эй, кто ни будь, помогите! – Крикнул Николай и с опаской оглядываясь на небо побежал к дымящему телу.

На его крик из штаба выбежали несколько человек и тоже поспешили на помощь, среди них был и энергетик.

Встав вокруг лежавшего в позе эмбриона Асташева кто-то из мастеров спросил:

– Что случилось?

– В него молния попала. Сам видел. – Ответил Бортников. – Жаль мужика.

Посмотрев на тех, кто был рядом, он сказал ближайшему ИТРовцу :

– Синюгин сбегай позвони в скорую. Объясни там что случилось, пусть катафалк присылают.

– А может он еще живой?

Бортников с сомнением покачал головой.

– Вряд ли. В молнии миллион вольт наверно. От такого хрен выживешь, он скорее всего весь внутри зажарился. Но попробуй толкни его на всякий случай.

Синюгин осторожно дотронулся носком сапога до Андрея. Никакой реакции не последовало и он, чертыхнувшись побежал в штаб звонить.

– Так Березин. Вызывай кого ни будь на замену своему электрику. И принесите кто ни будь брезент со склада, а то не хорошо ему под дождем мокнуть.

Дав указания Бортников, пошел в штаб думая, как бы так поделикатнее сообщить семье Асташева о несчастном случае. Но решил дождатся врача и попробовать переложить эту обязанность на него.

Через двадцать минут сверкая проблесковыми маячками подъехала машина скорой помощи. Молодой врач Иван Корнелюк в сопровождении медсестры Ирины Антоновой и охранника энергично подошли к телу. Последний приподнял и откинул брезент в сторону.

Пощупав пульс Корнелюк, отрицательно покачал головой.

– Летальный исход. Скажи водителю пусть тащит носилки. – Сказал он медсестре, та послушно отправилась к автомобилю.

– Мне нужны его документы. Надо все оформить должным образом. – Обратился к охраннику.

– Это вам надо в штаб зайти. Они там все знают. – Кивнул в сторону вагончиков охранник.

Корнелюк медленно пошел к штабу. Он не любил писать всяческие отчеты, но это приходилось делать по необходимости. Спросив, кто старший, Иван уже было хотел задать вопрос Бортникову по оформлению документов, но вбежавшая медсестра с криком – Он жив! Заставила его развернутся и опрометью бежать обратно. Следом бросился и прораб.

– Мы начали класть его на носилки, а он застонал. – Быстро докладывала Антонова.

– Странно. А пульса не было, я ведь проверял. – Почти оправдывался Иван. – Быстро подготовь кардиомонитор. Проверим сердце, может у него какой ни будь пост летальный импульс сработал.

Пока медсестра, морщась от запаха горелого мяса, расстёгивала одежду на Асташеве и ставила ему присоски аппарата на грудь, Иван озадачено хмыкал себе под нос». Это же надо было так ошибится, но это все-таки лучше, чем труп везти.»

Кардиомонитор, включившись показал несколько слабых импульсов биения сердца и противно запищав высветил прямую линию.

– Мы его теряем. – Всхлипнула Ира.

– Спокойно. Не паникуй. Коли ему три кубика адреналина. – Корнелюк включил дефибриллятор и приложил два плоских электрода к груди Андрея.

Разряд постоянного тока в десять тысяч вольт выгнул измученное тело электрика подбросив тем самым его на носилках. Монитор пискнул и отключился.

Ударив по нему кулаком, Иван со злостью выругался.

– Вот старье. Надо уже давно менять эту рухлядь. Серега, – обратился он к водителю – врубай сирену и гони в больницу!

Глава 2

– Вот так все примерно и было. А потом я очнулся в реанимации. Два дня лежал без сознания, а когда пришел в себя то почувствовал, что во мне что-то изменилось, но что сразу и не понял. – Продолжал свой рассказ Андрей. – Я не помню, как меня ударило молнией и как реанимировали электрошоком. Это все мне рассказали уже потом… Я не видел никаких тоннелей и столбов света, так же как классических рая или ада. Хотя может я просто этого не помню… А вот дальше случилось следующее. Пришла медсестра померить температуру и когда ставила градусник дотронулась до меня. В тот момент меня как будто опять током шарахнуло… Тьфу блин. Неприятные ассоциации, но по-другому не объяснить…

Асташев ненадолго смолк, собираясь с воспоминаниями и через несколько секунд продолжил.

– Я просто на физическом уровне ощутил не смотря на свою, именно ее боль в ногах и в тот же момент в голове возникла мысль, что вылечить их можно несколькими способами буквально за пару минут. Мне честно сначала это показалось даже забавным, с чего бы это вдруг, но тогда решил промолчать. Тем более что в тот момент я еще был очень слаб и даже языком было трудно ворочать. Да и не хотелось выглядеть идиотом если это не так.

На следующий день, когда почувствовал себя уже более-менее сносно, я, лежа на в общем то неудобной койке подумал, что было бы неплохо побыстрей вылечится и уехать домой. Все-таки наши больницы – это далеко не гостиничные номера и долго там находится действует слишком угнетающе.

Но у меня были ожоги четвертой степени. Обгорела левая рука, грудь и щека. Лечащий врач на утреннем обходе заверил что там мне придется провести не меньше месяца. От этого настроение упало еще больше.

Мой сосед по палате такой же забинтованный, как и я находился в еще более худшем состоянии. Он обгорел на пожаре спасая троих детей из деревянного дома. Спас всех, но сам пострадал очень сильно. Его тело обгорело больше чем на половину, и он постоянно ныл от боли и периодически терял сознание.

Меня это страшно раздражало так как кроме этого мычания и смотрения в потолок заняться было нечем. Телевизора, впрочем, как и радио в нашей палате не было.

И вот в один момент, когда он опять начал завывать, у меня в голове как будто что взорвалось, во всяком случае было такое ощущение и я не выдержал и сказал:

– Успокойся. Сейчас у тебя вся боль пройдет.

На самом деле я хотел вызвать медсестру и попросить, чтобы она дала ему что ни будь успокоительное. Слышать, как мучается этот человек уже было невыносимо для моих нервов. Но самое странное случилось сразу же после моих слов. Он затих и мне даже на секунду показалось что он умер. Но еще более странное я услышал в ответ.

– Блин! А ведь действительно все прошло!

Он повернул голову и посмотрел на меня. А я тогда еще не все осознавая, что произошло, так же с интересом разглядывал его.

– Надо же. Совершенно ничего не болит. Может я уже того, откинулся? Да вроде нет. Как так то, а?

Если сказать, что я и сам был прямо-таки ошарашен от этого, то значит ничего не сказать.

– Все нормально. – Ответил я. – Сейчас у тебя все заживет и через пару дней уже выпишут.

Тогда я даже не думал, насколько был прав. Уже в этот же день он встал с кровати и начал расхаживать по палате от чего медсестра и врач пришли в ужас, и все пытались уложить его обратно. А он отвечал, что все нормально и он уже готов к выписке.

Для меня все это так же выглядело фантастично. В течении этих не двух, а трех дней я наблюдал за ним и уже тогда пришел к выводу что организм человека имеет гораздо больший потенциал выживаемости чем мы думаем. Разговаривали мы с ним на разные темы, но в основном о его состоянии на то время. Я как-то сразу сообразил, что являлось такой внезапной причиной его выздоровления и отметил про себя наверно какие-то зачатки гипнотизера или сугестолога. На четвертый день врач признал его полностью здоровым, так как его кожа полностью восстановилась и в тот же день его выписали.

А вот у меня, к сожалению, процесс несколько затянулся, хотя я пытался сам себе внушить что мне все лучше и лучше. Мне тогда захотелось поэкспериментировать на ком ни будь еще, но в палате я теперь был один и поэтому решил попробовать для начала на одной из медсестер.

– Скажите Лидия Александровна, у вас ведь болят ноги? – Задал я ей вопрос, когда она в очередной раз зашла в палату.

– Да. Иногда так сильно что никакие мази не спасают. И что я только не делала, массажи, прогревы, но ничего не помогает.

– Хотите я вам помогу?

– Каким образом?

– Дотроньтесь до моей руки.

– И что будет?

– Узнаете.

После того как она сделала это, я сказал:

– Принесите мне десяток иголок потоньше и немножко спирта для дезинфекции.

Она усмехнулась.

– Вы что, будете меня пытать вставляя их под ногти?

– Ну что вы Лидия Александровна. Только под кожу. Вы слышали про иглотерапию по китайской методике?

– Конечно. Но никогда не сталкивалась. А вы что учились на иглотерапевта?

– Да. У очень хорошего специалиста.

Признаюсь честно, но я тогда соврал. Конечно же я нигде такому не учился, а только слышал, но знание об этом как-то само пришло мне в голову из ниоткуда. Странно, конечно, но в тот момент я был на сто процентов уверен, что если сделать всего несколько проколов в ее теле, в основном на бедрах и спине в определенных точках, то ноги болеть точно не будут.

Она с сомнением покачала головой, но иголки все-таки принесла. Смочив их в спирту, я без сомнения как будто делал это много раз, воткнул их в тело женщины и замер, ожидая результата.

– Оу! – Воскликнула она. – У меня такое ощущение что по ногам будто жар идет. Действительно, боль как рукой сняло.

Через три минуты я вытащил иголки, и медсестра прошлась по палате.

– Надо же! Да вы гений Андрей Владимирович! Я сейчас всем расскажу об этом.

– Подождите Лидия Александровна. У меня к вам большая просьба. Не надо никому ничего рассказывать. А то меня замучают вопросами раньше времени. А я еще не очень хорошо себя чувствую.

– Ой, я за это должна вас отблагодарить. Хотите я вам сейчас тоже вколю что ни будь обезболивающее?

– Спасибо, не надо. А вот если вы мне принесете зеркало, это будет самое то.

– Конечно, конечно. Без проблем.

Медсестра убежала и вскоре вернулась с небольшим настольным зеркалом.

Внимательно осмотрев свое лицо и тело, я опять-таки с несвойственной мне убежденностью проткнул пятью иглами грудь в районе сердца. Погрузив их на разную глубину от одного до трех миллиметров. Я почему-то знал, что это поможет мне быстрее восстановить здоровье.

Продержав иглы так несколько минут, я вытащил их и после этого спокойно завернувшись в одеяло заснул.

Уже на следующий день мне стало настолько лучше, что так и распирало от желания что-либо делать, а лучше вообще сбежать из больницы, но тело в районе ожогов чесалось со страшной силой. Это как я понимал шло заживление организма.

В больнице мне пришлось провести еще четыре дня, хотя я мог уйти оттуда уже на второй, но Лидия Александровна не удержалась и рассказала по секрету своим коллегам что я с ней сделал. После этого все санитарки, медсестры и даже врачи оккупировали мою палату чуть не со слезами в глазах прося помочь им в той или иной болезни.

– И вы всем помогли? – Задал вопрос Махалов.

– А что мне оставалось делать? Понимаете, я ведь не бревно какое-то бесчувственное. Вы даже не представляете сколько у нас действительно больных людей.

– Сколько?

– Девяносто девять процентов. Исключение составляют разве что дети, да и то не все. В общем я еле дождался выписки и поехал в свою контору за расчетом. Моя вахта уже закончилась, и я уже тогда решил на стройку не возвращаться.

Получив деньги, я уехал домой. Моя мама тогда еще не знала, что со мной случилось. Конечно, мы общались по телефону, но я не хотел ее пугать, все-таки старый человек слишком близко все принимает к сердцу.

– А вы живете вместе с мамой?

– Да. Я давно уже разведен. Детей нет… пока. На свое жилье тогда еще не заработал. Ну так вот. Когда я приехал домой и обнял маму, я почувствовал столько боли от ее болезней, что чуть сам в обморок не упал тут же. Конечно, я ей все рассказал, что случилось и каким необычным даром я стал обладать. И в этот же день уже серьезно стал заниматься ее здоровьем. Через интернет заказал китайские иглы для терапии, ну а пока они не пришли приходилось лечить обычными.

– Вы лечите только иглотерапией?

– Нет конечно. Человеческий организм так многогранен. Помогают и таблетки, и различные мази. Кому-то достаточно хорошо пропарится в бане, а другому наоборот прыгнуть в ледяную воду. Одному полезен укус пчелы, другому змеиный яд. Но эффективнее иглотерапии и гипноза пока ничего не придумали. Если только хирурги, но этим только чего ни будь отрезать.

– Да. Смешно.

Асташев хмыкнул.

– Было бы смешно если бы не было так печально. За эти два года я вылечил уже не мало людей, в том числе и от смертельных болезней, в основном своих родственников и друзей.

– А если человек не является вашим родственником или другом, то лечить вы его не будете?

– Ну почему же. Те, кто ко мне приходят, все получают помощь. Просто обо мне мало кто знает. Мне ведь пока реклама не нужна. Со всех, кого лечу я беру честное слово что они про меня не будут распространятся. Только вот люди часто не выполняют свои обещания. Винить их за это тоже как бы нельзя, все-таки человеческая натура такова что шила в мешке не утаишь. Вы ведь тоже меня нашли благодаря слухам.

– Да, это действительно так. Скажите, а почему вам не нужна реклама? Ведь кажется надо делать совсем наоборот.

– Это вы так считаете. Но если разобраться с юридической точки зрения то, кто я? Не врач, и лечить не имею права. Вы ведь понимаете, что у нас без бумажки ты букашка. А поступить в мединститут пока не могу.

– Почему?

– Элементарно. Денег нет чтобы поступить на платный факультет. Да и не хотелось, честно говоря, выглядеть этаким стариком на фоне малолетних детей сидящим за партой. Но примерно через год, ну или чуть больше или меньше, я буду выглядеть также как и моя мама. Вот тогда и попытаюсь поступить в институт.

– На счет денег не беспокойтесь, как я обещал за эту передачу мы вам оплатим первый курс учебы в любом медицинском институте.

– Спасибо.

– А вот кстати. Как вы все-таки добились такого поразительного эффекта со своей мамой?

– Ну это долго объяснять. К тому же считайте это моей тайной. Хочу только добавить, что это долгий процесс.

– Я так понимаю вы можете омолодить любого человека? – Удивленно поднял брови Махалов.

– Не знаю… Вряд ли. Теоретически все возможно. Практически делать этого ни с кем не буду.

– Но почему? Вы бы могли на этом заработать просто бешеные деньги.

– Поверьте не все можно оценить деньгами. Еще два года тому назад, до того случая с молнией, мне действительно хотелось стать если и не миллионером, то хотя бы богатым человеком, но видно что-то такое в моем мозгу произошло, что я совершенно изменился. К тому же я наверно все-таки больше социалист чем капиталист. Человеку если он, конечно, не полный отморозок, трудно перестроится на новый лад и предать все то, чему нас учили с детства. А я все-таки родился и вырос в СССР. Вы ведь меня понимаете?

– Да, конечно. Но сейчас не будем поднимать тему о том при каком строе нам жить лучше, как говорится время покажет. Ну а что нам скажут наши эксперты? – Обратился телеведущий к членам комиссии. – Что вы думаете об этой удивительной истории?

– Вообще то уже бывали случаи наподобие этого. – Первым заговорил Арчибальд Генрихович задумчиво потерев подбородок. – Кого-то бьет молния, кого-то током. Насколько я помню был даже случай, когда человека ударили палкой по голове и после этого он стал говорить на всех языках мира, даже на мертвых. Так что я думаю, что все, о чем нам говорил Андрей, это вполне может быть правдой.

– Как говорил один классический персонаж – голова предмет темный и лечению не подлежит. Но я думаю, что во всяком случае это очень похоже на правду. – Вставил астролог.

– На счет головы не надо так говорить. Мы уже давно головы лечим. Конечно, не всегда успешно, но это так – мелочи. – С усмешкой сказал Кленов. – А не хотели бы вы Андрей вместе с вашей мамой поработать у нас в клинике?

– Кем поработать?

– Ну, скажем в качестве пациентов, или даже наших сотрудников. Мы бы провели несколько экспериментов, взяли бы анализы, обследовали вас полностью.

– Спасибо, не надо. Мне совсем не хочется быть подопытным кроликом, да и маме тоже.

– Почему? Вы бы могли продвинуть нашу науку далеко вперед.

– Я не хочу ничего продвигать. К вам попадешь так вы сразу в голову электродов понапихаете и будете разбирать по кусочкам пока совсем не замучаете. Нет, нет, об этом даже и речи быть не может.

– А что по этому поводу скажет отец Агапий? Как церковь относится к таким людям?

– Все что происходит с человеком это от бога. Без его вмешательства даже волос с головы не упадет. Я не знаю, что будет дальше, но если сущность этого человека будет направлена на добро, то я думаю, что господь все сделано правильно. Ведь абы кому такое не дается.

– А вот я считаю, что все это какая-то подстава. – Отрицательно качая головой сказал Тыров. – Рассказ этого м.… молодого человека без сомнения интересный, и девушка сидит красивая, но выдумать можно и не такое. Я бы хотел доказательств.

– Каких доказательств? Вы хотите увидеть документы?

– Я вас умоляю. Любые документы можно подделать и заверить всеми существующими печатями и подписями. Это не доказательства. Вот для начала я хотел бы спросить Ольгу. Сколько вам на самом деле лет?

– Мне восемьдесят два года. – Необычайно звонким голоском ответила девушка. – Я понимаю ваше недоверие и могу показать свой паспорт и пенсионное удостоверение, но понятно, что вас это не устроит. Зато у меня восстановилась память, и я могу, конечно, рассказать обо всем что со мной было за всю жизнь. Но опять же, поверите ли вы во все это?

– Если память хорошая, то можно выучить и вызубрить любую биографию. Так что это тоже доказательство так себе. Ну ладно. А вот можете ли вы Андрей прямо сейчас дать точное заключение по болезням у нескольких людей, сидящих в этом зале и вылечить хотя бы одного из них, но так чтобы мы действительно все поверили?

Асташев, улыбнувшись положительно кивнул головой.

– Я догадывался что мне устроят такую проверку. Поэтому прихватил кое какие инструменты для этого. Показывайте кого я должен обследовать.

– Мы несколько усложним эту задачу. – Сказал Махалов. – Сейчас мы выберем пять человек и каждый из них напишет на листке бумаги о своих болезнях или что у них болит. Ну а вы постараетесь максимально точно определить, что с этими людьми. И так прошу вас уважаемые эксперты выбирайте кого хотите из зала.

Несколько человек на которых указали члены комиссии торопливо вышли на сцену, где телеведущий раздал им по листку бумаги и авторучки.

– Пожалуйста напишите все что у вас болит и обозначьте свои листки вашими именами и фамилиями что бы мы не перепутали ничего.

Через минуту он собрал все записи.

– Ну вот и все. Приступайте Андрей!

Асташев подошел к первой довольно полноватой женщине лет тридцати пяти и дотронулся до ее руки.

– У этой женщины проблемы с сердцем, часто болит спина, колени, ощущаю так же некоторые проблемы с легкими, а также периодически ноет шея и затылок. Названия этих болезней я не знаю, так как я все-таки не врач и не учил их. Но зато могу с уверенностью сказать, что вылечить их можно иглотерапией всего за два сеанса. В том числе и начавшееся ожирение.

– Как ваше имя? – Обратился к ней Махалов.

– Алевтина Георгиевна.

– Скажите все так как описывает Андрей?

– Да. Это очень точное описание. – Ответила она и задала вопрос Асташеву. – Скажите, а можно ли к вам попасть на прием? А то надоело все время таблетки пить.

– Извините, но я не работаю в Москве.

– Но дайте хотя бы ваш адрес. Я приеду в любое место, где вам удобно и заплачу сколько скажете. Я очень, очень хочу похудеть.

– Ну вот вам и первый клиент от нас Андрей. Что скажете? – Сказал Махалов.

– Извините, но пока нет. У нас с вами договор.

– Да это действительно так. Уважаемые телезрители и гости нашей студии. В самом деле мы договорились с Андреем и Ольгой не раскрывать их место жительства, а также их фамилии и все что может нанести им какие-либо неудобства.

Примерно тоже самое Асташев проделал и с остальными четырьмя людьми вышедших на сцену. Все признали абсолютно точную оценку его анализа.

– А теперь может вы продемонстрируете свои э.… врачебные способности и вылечите кого ни будь из наших гостей прямо сейчас?

Андрей пожал плечами.

– Да, конечно. Только давайте сделаем это максимально честно. Скажите есть ли в зале человек, у которого что ни будь сильно болит?

Худощавый мужчина лет эдак пятидесяти поднял руку как ученик на уроке и почти прокричал:

– У меня очень голова болит. Уже две таблетки анальгина выпил. Не помогает.

Андрей кивнул головой.

– Пожалуйста подойдите.

После того как будущий пациент спустился на сцену, он также как и остальных тронул его руку и попросил телеведущего что бы принесли стул. Буквально через минуту стульчик был доставлен. И после того, как мужчина устроился на нем, Асташев сказал:

– У этого человека действительно большая проблема с головой. У него очень сгустилась кровь и закупоривает сосуды ведущие к мозгу. И если я не ошибаюсь, то это называется пред-инсультным состоянием. Также в его голове находится небольшая опухоль, которую я сейчас попробую удалить. Ну и как говорили в старом цирке – беременным и нервным просьба не смотреть. Как вас зовут?

– Николай.

– Ничего не бойтесь Николай. Просто расслабьтесь.

Он открыл свой небольшой саквояж и достав коробочку с китайскими иглами начал быстро втыкать их в затылок, виски и шею. Вставив последнюю двадцатую восьмую по счету иголку от чего, голова последнего стала напоминать ощетинившегося ежика, Андрей глубоко вздохнул и отошел чуть в сторону. Зал завороженно наблюдал за его действиями.

– Смотрите, смотрите у него кровь пошла! – Кто-то крикнул из зала.

Камера оператора взяла крупным планом лицо мужчины. Из носа, уха и уголка правого глаза действительно потекли струйки довольно-таки темной крови. Что на фоне бледного лица выглядело действительно зловеще.

– А он не умрет прямо сейчас? А то у нас тогда точно будут неприятности. – Сказал ошарашенный таким поворотом Махалов.

– Не беспокойтесь. Ему сейчас уже намного лучше, чем пять минут назад. Ведь так? – Асташев вопросительно посмотрел на Николая.

Тот молча прикрыл глаза в знак согласия. Он испытывал эйфорию и даже говорить ему не хотелось в этот момент. Телеведущий подозвал одного из своих помощников и попросил того принести полотенце для подопытного что бы стереть кровь.

– Ну вот и все. – Сказал Андрей, вытащив все иголки и аккуратно складывая их в небольшую коробочку.

– А мне что теперь делать? – Задал вопрос мужчина, вытирая кровь с лица.

– Все что хотите. Можете наслаждаться жизнью. А вообще надо почаще обследоваться. Это касается всех, кому не безразлично свое здоровье.

Зал восторженно загудел и люди захлопали, не дожидаясь команды режиссёра. Асташев поморщился, ему захотелось уйти так как он не привык к публичности.

– Да! Это просто сенсация! Впервые на ваших глазах в нашей студии произошло чудо исцеления благодаря вот этому человеку! Браво Андрей! Эти аплодисменты только для вас! А сейчас ненадолго прервемся на рекламу!

Глава 3

– Ну а что нам скажут уважаемые эксперты сейчас, когда на ваших глазах произошла столь э.… уникальная операция? Вы все еще не верите Александр Сергеевич? – Махалов и сам был потрясен от увиденного, одно дело слышать о таком, а другое наблюдать в непосредственной близости от происходящего.

Депутат после операции, произошедшей на его глазах, также как и многие был слегка шокирован произошедшим, но сдаваться не собирался и немного помявшись сказал:

– Ну не знаю, не знаю. Выглядит это все довольно-таки убедительно конечно, но сомнения все-таки пока остаются. В любом случае лечить людей этому человеку нельзя, так как он сам признался, что не врач. А доверять ни пойми кому, я бы не стал. Да и остальным не советую.

– Ваша позиция понятна. Что скажут остальные?

– А что вы сами скажете об этом своем даре Андрей? В мире людей часто бьет молниями и не все конечно умирают, но я не слышала, чтобы кто-то из них стал обладать такими паранормальными способностями. Как вы это объясните? – Спросила Елена Михайловна.

– Да. Каким образом такие знания приходят вам в голову? – Поддержал ее Кленов.

– Честно не знаю. Может у меня какие-то извилины в голове слиплись или выгнулись в обратную сторону. – Асташев с усмешкой пожал плечами. – И эти знания приходят спонтанно, когда я дотрагиваюсь до кожи человека. Но откуда они берутся мне не известно, может действительно от высших сил, или из космоса. Я просматривал соответствующую литературу на эту тему, так как мне самому интересно что происходит. Не помню, где прочитал такую версию, что существует информационное поле земли, в котором отражаются все события, произошедшие за все время жизни на нашей планете. Может к такому каналу я и подключился. Вспомните Вангу, она ведь тоже стала ясновидящей после того, как попала в смерч. Так что может я и не один такой, просто не о всех известно.

– Как я и говорил, мы нашли и пообщались со многими людьми, которых вылечил Андрей. – Всплеснул руками Махалов. – И все они подтверждают его целительство, которое чудным образом отразилось на их здоровье. Но какие вам еще нужны доказательства после увиденного прямо сейчас? Лично я уже не сомневаюсь. Хотя скажу честно еще полчаса назад все-таки червячок сомнения присутствовал где-то в глубине моих мыслей.

– Тут много можно говорить на эту тему о доверии или не доверии, но лично я после увиденного могу сказать, что у нас совершенно чудесным образом появился человек, который действительно делает такие вещи, о которых можно только мечтать. – Взял слово Дробан. – И я даже попрошу вас Андрей, если вам не очень сложно осмотрите пожалуйста и меня после передачи.

Асташев молча кивнул, выражая свое согласие. Зал загудел и взорвался выкриками.

– И меня!

– И меня!

– Да че там, осмотрите всех!

Андрей обалдело смотрел вокруг себя не зная, что делать. На выручку ему пришел телеведущий.

– Извините дорогие друзья и не обижайтесь пожалуйста, но у нас все-таки не поликлиника, да и формально Андрей не имеет право давать заключение по болезням и уж тем более ему пока нельзя лечить людей. То, что произошло у нас в студии является исключением из правил только ради эксперимента и ничего больше. А я надеюсь, что наш дорогой гость все-таки поступит в институт и выучится на врача и тогда уже сможет лечить нас всех на законных основаниях. А кстати Андрей каким врачом вы хотите стать?

– Я думаю лучше всего мне подходит быть терапевтом, это как-то ближе к тому, что я умею. Тут ведь главное определить, что это за болезнь, ну а лечение это уже дело техники.

– Скажите пожалуйста Андрей, а все-таки сколько будет стоить такая операция по омоложению у вас, когда вы станете полноценным врачом? Можно ли будет все-таки рассчитывать на то, что вы будете их делать? – Спросила Елена Михайловна. – Я думаю мало кто отказался бы от такого продления молодости.

Асташев ненадолго задумался.

– Понимаете, как я уже говорил мне не хочется давать вам ложную надежду и обещать, что омоложу всех на земле. Физически это просто невозможно. Да и не нужно. На нашей планете если не ошибаюсь сейчас живет около семи миллиардов человек. А если люди не станут умирать, то, что будет дальше? Я ведь не могу никого научить исцелять, потому что каждый человек, как и его организм и его болезни индивидуальны. И если даже лечить двух людей от одной и той же болезни, но при условии, что до этого они болели еще чем-либо по-разному, то и лечение будет происходить немного по-другому. Вот как-то так если по-простому объяснять. Ну а свою маму я как уже говорил, мне пришлось омолаживать в течении двух лет и сейчас я должен контролировать ее здоровье… Теперь представьте что за это же время я мог вылечить от действительно смертельных болезней две а может быть и три тысячи человек, и как по вашему что будет лучше, эти тысячи выздоровевших или один скажем так омоложенный ?

Елена Михайловна, насупившись пожала плечами.

– Я понимаю, что это конечно вопрос морали, но ведь вы предпочли омолодить свою маму, а не лечить столько больных? Я правильно понимаю?

– Да. Но это моя мама! И для меня она дороже миллионов и миллиардов не знакомых мне людей. Видите, как все просто… Но если даже когда ни будь все-таки встанет передо мной такая задача, ну на пример понадобятся много денег, пока не знаю для чего, но всякое бывает, то тогда я и озвучу сумму такой операции.

– И все-таки хотя бы намекните на сколько можно рассчитывать?

Асташев покачал головой и вздохнув ответил.

– Какие же вы неугомонные. Ну хорошо, если это вас так интересует, то я думаю, что миллиарда вполне может хватить.

– А почему так много? У нас в стране миллиард рублей, может быть, только у олигархов каких ни будь.

– А я разве говорил про рубли? По мне так евро более интересная валюта. – Широко улыбаясь ответил Андрей.

– Значит нам не на что рассчитывать. Жаль. А почему именно такая сумма, куда вам ее тратить?

– Куплю остров, где ни будь в океане и сбегу туда что бы никто не задавал мне никаких вопросов… Все Антон, я уже устал. Давайте заканчивать.

– Да. И так уважаемые телезрители и гости нашей студии сейчас нам действительно надо заканчивать это шоу, но надеюсь это не последняя встреча с нашими сегодняшними героями и мы обязательно встретимся с ними еще не один раз. Мы постараемся сделать следующую встречу еще более интересной. Если у вас возникли какие-либо вопросы к Ольге и Андрею, присылайте их нам на почту, и мы зададим их в следующей передаче. Всем спасибо и до свидания! И не забудьте, как всегда, включить телевизор на первом канале в девятнадцать часов!

– Ну вот все и закончилось. – Сказал Махалов Андрею. – Как вам наше шоу?

– Я действительно устал и мама тоже. Все-таки сидеть и отвечать на вопросы три часа это слишком долго. Я даже на вахте, когда работал электриком так не выматывался.

– Поверьте это не много. Нам теперь придется еще пару дней монтировать передачу прежде, чем в эфир выпускать. Но у меня к вам личная просьба. Сможете и меня с семьей осмотреть? Знаете, я был поражен как вы этого э… Николая вылечили. Он что действительно был так плох?

– Да. Еще чуть чуть и точно бы загнулся.

– Ну у вас и выражения.

– Зато точные. Я ведь не гуманитарий какой-то. Если вам это действительно надо, тогда конечно помогу. Только уговор чтобы никто не знал наш адрес. Сами понимаете – задолбают.

– Понятно понятно. Я могила. Постараюсь сделать так что бы ваши данные никуда не просочились.

К ним подошел депутат Тыров.

– Скажите Андрей. Могу ли я рассчитывать на взаимное сотрудничество?

Асташев усмехнулся.

– Какое?

– Ну вы могли бы поработать на нас. Гарантирую высокую зарплату и полное покровительство.

– Но ведь вы же не верите во все это и считаете меня шарлатаном.

– Не совсем так. Ну вы же понимаете, кто-то должен всегда быть настроен против. Так сказать, в оппозиции.

– Я вас понял. Извините, но пока ничего не получится. Вот когда я выучусь на врача, тогда и поговорим.

– Если у вас есть потребность в дипломе, так это не проблема. Вам их напечатают за один день даже вместе с проводкой по всей базе данных. Я распоряжусь.

– Спасибо не надо. Я как-то с детства привык все делать честно. Тем более что мне нужно действительно научится стать настоящим врачом, а не просто ни пойми кем.

Андрей посмотрел вокруг себя. Больше половины массовки никуда не ушли и терпеливо ждали, когда можно будет тоже подойти и попросить о чем-то своем.

– Антон выручайте. Или я прямо сейчас сбегу с мамой на вокзал.

– Граждане! Передача окончена. Расходитесь пожалуйста.

Вы еще встретитесь с Андреем очень скоро, а сейчас извините.

Вы же понимаете человеку надо отдохнуть.

После этих слов народ не спеша поплелся на выход. Махалов подхватив Андрея и Ольгу под руки спешно вывел их за кулисы.

Скоростная электричка плавно тронулась и постепенно набирая ход отправилась в Ярославль. Андрей, откинувшись в кресле прикрыл глаза и попытался чуток подремать, но сделать это ему не удалось.

– И что мы теперь будем делать? – Спросила его Ольга.

– А что? Будем так же жить. Я сейчас соберу все документы и через полгода поступлю в институт. Надеюсь, за это время тоже помолодею. Ну а у тебя пенсия скоро. Можешь сходить на дискотеку.

Сама мысль о том, что его мама в свои восемьдесят два года будет отплясывать на танцах привела его в смешливое настроение. Он явственно представил, что она может и найти себе какого ни будь восемнадцатилетнего бойфренда и … Тьфу. От такого Андрей даже фыркнул.

– Че смеешься?

– Да так. Думаю, что дальше делать. Почтальонша и так на тебя косо смотрит. Она в сорок лет выглядит старше тебя в два раза. Хорошо, что знает уже много лет, а так бы уже доложила в пенсионный фонд что ты не та, за кого себя выдаешь.

– Не будет докладывать. Ты же ей здоровье подправил.

– Да уж. Если бы не это, то точно стуканула. Но все равно, мне кажется, что нас скоро вычислят и начнется свистопляска после этой передачи. Напрасно я все-таки согласился там сниматься. Как представлю, что толпа людей будет постоянно дежурить около дома. Прям аж жуть берет.

– Ну что сделано не вернешь. Да и вроде не все так плохо. Заработаешь больше, чем на своей вахте, и из дома никуда ехать не надо.

– Мама ты не понимаешь. У меня тогда никакой личной жизни не будет. Да и налоговая наверно докопается.

– Это не проблема. Зарегистрируйся самозанятым и плати какие-то там проценты. А для работы сними кабинет в поликлинике или еще где ни будь и возле дома никого не будет. Я не вижу ничего страшного в том если ты людей будешь лечить. Все равно про тебя уже многие у нас знают.

– Тогда у меня вообще времени ни на что не останется.

– А куда его тебе девать? Ну поучишься немного. Хочешь поживи в общаге или сними квартиру рядом с институтом. Заведи там себе какие-нибудь шуры – муры с какой ни будь студенткой. Можешь даже обрюхатить ее.

– Ну мама!

– А что мама? Я что-то неправильно говорю? Кстати, как ты отнесешься к тому если я вдруг опять выйду замуж?

Андрей ошалело посмотрел на мать.

– Ну мам ты даешь.

– А что? Я ведь тоже человек, и тоже хочу развлечений.

– Тебе что, кто-то нравится?

– А нет. Это я так, к слову, на всякий случай. Честно говоря, мне захотелось попутешествовать по свету. Но на мою пенсию только до Ярославля и обратно на автобусе ездить. Так что придется теперь тебе поработать как следует и обеспечить мою невзрачную старость, до которой меня довело наше такое умное государство… Интересно какая скотина решила, что мне можно прожить на восемь тысяч сраных рублей. Сами то вон такие морды отъели что за три дня не обсерешь.

– Мама не выражайся. Это не красиво.

– Ты меня еще поучи, молокосос! Вот дать бы тебе по шее.

Андрей засмеялся.

– А по шее то за что?

– Было бы за что, так вообще убить надо было еще в детстве. Ха-ха. Шучу конечно. Просто как вспомню что ты до трех лет мою сиську сосал и постоянно какал в пеленки, так смеятся хочется. Представь ты весь в какашках ползаешь по комнате и …

– Ну мам хватит о моем счастливом детстве. Давай, о чем ни будь серьезном поговорим. Сколько тебе надо будет денег на путешествия?

– Не знаю. Я уже тридцать лет никуда не выезжала. Последний раз еще при советской власти в сочи с подругой ездили. Ты помнишь, наверное, тетю Галю, царствие ей небесное. Жаль не дожила до сегодняшних дней. Так нам тогда всего триста рублей на двоих хватило. А сейчас этой нищенской пенсии только на продукты хватает, да и то на дешевые.

Андрей озадаченно нахмурился.

– Хорошо мам. Деньги будут. Надо будет сходить в банк и сделать тебе кредитную карточку, и я тебе буду переводить туда любую сумму, которая потребуется, надеюсь слишком шиковать ты не будешь.

– Ты решил все-таки лечить людей?

– Придется. Во всяком случае это лучше, чем на стройке вкалывать. Честно говоря, мне как-то стыдно брать за это деньги, но куда деваться?

– А почему ты должен стыдится? Разве ты воруешь как чиновники? Нет. Если к тебе придет бедняк без копейки за душой ты ему что откажешь? Бери с тех, у кого есть. А особливо наглых разводи по полной программе.

– Мама откуда ты таких слов нахваталась?

– С телевизора вестимо, где ж еще то. А че ты удивляешься. Одних только теле докторов послушаешь так волосы дыбом встанут, а если еще и новости с сериалами смотреть постоянно, так вообще можно мозгами поехать.

Асташев ненадолго задумался.

– Вот только далеко тебе уезжать нельзя. Нам обязательно надо встречаться хотя бы раз в две недели. Иначе процесс омоложения может выйти из-под контроля. Ты ведь знаешь, что я еще работаю над этим.

– А что может случится если я задержусь где ни будь?

– Ну, ты станешь еще моложе. Разве тебе хочется превратиться в ребенка? Нет, я смогу конечно и пеленки менять, но не стоит доводить до этого.

– Неужели нельзя остановить эти клетки?

– Если я это сделаю сейчас, то ты постареешь за несколько месяцев до начального состояния. Тут главное достичь равновесия не торопясь. Возможно, пройдет еще очень много времени что бы мутировал этот суперген. А без него пока будем подпитывать организм переливанием. Я надеюсь, что в чей ни будь крови найдутся такие антитела.

Ольга надула губки.

– Не хочу быть ребенком. Да и старой как раньше тоже не хочу. Мне нравится сегодняшний возраст, хотя годик можно и скинуть. И я хочу на права поучиться, мне машина нужна, такая ализариново красненькая или малиновая.

– Мама, ты начинаешь себя вести как капризная девчонка. Надо немного подождать и все будет хорошо. А теперь давай немного отдохнем до Ярославля.

Электричка, мерно издавая скрипы неслась по рельсам и под негромкий стук колес Андрей заснул.

Глава 4

Сидя в душном классе на второй паре, Андрей откровенно скучал. Не без удовольствия рассматривая свою однокурсницу Юлечку Туманову точнее ее ножки и неплохую прямо-таки точеную фигурку. Может попробовать замутить с ней отношения для так сказать плотских утех. Думал он. Ничего серьезного, а так ради разгрузки организма. Последнее время гормоны били в голову и не давали сосредоточится на учебе. Да и учиться уже так не хотелось как в самом начале. Ничего интересного в том, как их обучали не было, ученики просто зубрили предметы и писали конспекты.

В мединститут он поступил без проблем заплатив нужную сумму, как говорится любой каприз за ваши деньги. Никто даже не обратил внимания на то сколько ему лет и старую фотографию в паспорте, на которую он сейчас был совершенно не похож. Женщина из приемной комиссии автоматически вписала его данные в журнал и выдав студенческий билет уже через минуту забыла о нем. Что, собственно, было ему на руку.

Дружбы с однокурсниками он не искал, так легкий приятельский треп и совместные перекуры на переменах и вообще старался быть не заметным и выделятся из толпы. Это его потихоньку раскрепощало перед молодежью. У них были свои какие-то пока еще не до конца понятные ему ценности. В основном как он понял всех интересовало только бабло, какие-то модные клубы и вечеринки, что его пока что не особенно привлекало.

Дверь в класс распахнулась и в него вошла секретарша ректора Светлана Аркадьевна Довицкая и подойдя к учителю что-то шепнула ему на ухо.

– Здесь присутствует Андрей Асташев? – Спросил учитель литературы. Предмета, который по мнению Андрея был совершенно не нужен в медицинском институте.

Асташев молча поднял руку.

– Вас вызывают к ректору.

Это еще зачем? – Подумал он. – Неужели все-таки узнали что-то обо мне? Ай яй яй, как-то слишком быстро. Но да ладно, сейчас разберемся.

Он неторопливо встал из-за стола и захватив свою тетрадь прошел на выход, где его ждала секретарша. С оценивающим взглядом Светлана Аркадьевна сказала:

– Идемте со мной. Вас там ждут.

– Кто?

Она не посчитала нужным отвечать и горделиво виляя в общем то упругой попкой пошла вперед.

Ну ну. Какие мы высокомерные. Надо же, даже ответить западло. – Внутренний смех разбирал Андрея. Он представил ее делающей минет этому высохшему от старости почти семидесятилетнему ректору и злорадно улыбнулся.

Войдя в приемную, где уже сидели двое мужчин, одетых в одинаковые костюмы с одинаковыми короткими прическами и с такими же одинаково колючими взглядами он насторожился.

Секретарша остановила его жестом и вошла в кабинет ректора. Выйдя уже через секунду, сказала:

– Лев Давидович ждет вас.

За т-образным столом сидели сам ректор Пурховицкий и еще трое неизвестных почему-то сразу не понравившихся Андрею мужчин среднего возраста. На него иногда накатывало такое вот отталкивающее чувство к некоторым людям.

– Асташев Андрей Владимирович? – Спросил один из них, судя по всему, старший из этой троицы.

Ну вот, ни здрасте тебе, ни пожалуйста. – Подумал Андрей и ответил. – Допустим.

Он решил пока не брать инициативу в свои руки и посмотреть, что дальше будет.

– Долго же мы вас искали. – Мужчина потряс ксерокопией его паспорта. – Вы должны поехать с нами… В Москву.

Андрей сделал удивленное лицо.

– С чего бы это?

– У меня приказ от замминистра МВД Горибулина, доставить вас к нему.

Так, это уже переходит все границы. Разговор только начался, а меня уже это начало раздражать. Пора наглеть. – Асташев внутренне негодовал. Он прошел к столу, и сев на стул поудобнее откинувшись прищурено стал рассматривать этих людей.

– Первый раз о таком слышу. Ну и зачем же я ему понадобился?

– Это ведь вы снимались в передаче у Махалова полгода назад?

– И что?

– Вы не ответили.

– Вы тоже. Я первый задал вопрос. Так что, если хотите нормально разговаривать, потрудитесь быть повежливее. Иначе я вас сейчас пошлю подальше, да и сам тоже уйду, только в другую сторону.

Пурховицкий ничего не понимая сидел в своем кресле вытаращив глаза и с ужасом смотрел на Асташева. В таком тоне разговаривать с представителями власти было для него чем-то непостижимым. Сам он до колик боялся людей, имеющих удостоверения с короткими абревиатурами.

– Ты как разговариваешь сопляк! – Почти выкрикнул второй из троицы, небольшой мужичок с необычно зелеными глазами выпучив их не хуже хамелеона.

Ага! – Пришла Андрею в голову мысль. – Они наверняка еще не до конца понимают, что мне не восемнадцать лет и на испуг меня хер возьмешь. Это вам не тридцать седьмой год. Щас у нас демократия, будь она не ладна.

– Слышь ты клоун. Таким тоном будешь со своими родственниками разговаривать.

– Да ты !… Да я!

– Головка от огнетушителя! – Все так же спокойно сказал Андрей и насмешливо посмотрел на них.

– Да он издевается! Чего мы с ним тут миндальничаем товарищ полковник. Давайте его в машину и поедем уже! Там ему все объяснят, где раки зимуют! – Разбушевался мужичонка.

Да он точно дурак. Либо таким очень умело притворяется. Интересно чего они хотят добиться таким способом? Могли ведь просто по культурному поговорить.

– Уймись Коля. – Примирительно начал полковник. – Ты не на допросе, сейчас действительно надо по-другому. Извините Андрей э… Владимирович, но у меня действительно приказ от замминистра доставить вас к нему и как можно быстрее.

– А я еще раз спрашиваю с какой стати? Даже если сам ваш министр прикажет, то мне, честно говоря, наплевать. Я ему не подчиняюсь. И не собираюсь выполнять какие-либо требования, тем более от какого-то его заместителя. Что ему от меня надо?

– Не знаю. У нас только приказ…

– Надоело полковник! Я здесь всего три минуты нахожусь, а вы меня уже задолбали. Еще раз повторяю, мне никто приказать не может. Я не военный и уж слава богу не мент. Так что прощайте!

Асташев встал с твердым намерением уйти.

– Подождите! Сейчас я позвоню зам министру. Сами с ним говорите. – Сказал полковник и быстро стал набирать номер на своем телефоне.

Андрей решил еще немного задержатся что бы до конца расставить все точки над и.

– Товарищ генерал-майор! Звонарев беспокоит. Наш подоз… тьфу, подопеч…, ну в общем гражданин Асташев отказывается ехать к вам. Какие будут указания ?… Понял, передаю трубку.

Полковник протянул телефон Андрею.

– Але.

– Андрей Владимирович, меня зовут Ильдар Масулович Горибулин. Я хотел пригласить вас для работы в нашей закрытой больнице.

– Знаете Ильдар Масулович, так как приглашали ваши сотрудники, то мне у вас работать что-то не хочется. Да я и не собираюсь этого делать в любом случае. Так что извините.

– Хм… Я вас услышал. Они будут наказаны.

– Не стоит. Я все равно не хочу.

– Может вас все-таки устроит большая зарплата и служебная квартира? Можем даже предоставить автомобиль с водителем. Так не вопрос.

– Спасибо, не надо. В Москву я в любом случае в ближайшее время не собираюсь. Все остальное мне тоже не интересно.

– Ну что же. Жаль, очень жаль. Если вас не затруднит передайте трубку Звонареву.

Полковник, стоя на вытяжку выслушал своего начальника и зло бросив взгляд на Андрея сказал:

– Напрасно вы гражданин Асташев отказались. Но да ладно, может еще встретимся. Пойдемте товарищи.

Андрей не стал выходить вместе с ними, и решил поговорить с ректором.

– Уважаемый Лев Давидович. Вы меня, конечно, извините, но мне не нравится, что кто попало может придти сюда и вызвать меня с урока. За которые я, к вашему сведению, плачу не маленькие деньги.

Пурховицкий все еще не совсем отошедший от последних событий в его кабинете с недоумением и даже с некоторым затаённым страхом глядел на Асташева.

– А как так? А это что вообще было? Неужели вы и есть тот самый человек, ну который у Махалова был? Я ведь смотрел эту передачу, но, честно говоря, все же думал, что это какая-то выдумка. Да и вы там вроде постарше будете. Это что правда, что ли?

– Как видите. Но давайте вернемся к нашему вопросу. Я надеюсь, что про это никто не узнает. И я хочу, что бы больше меня не отвлекали всякие там непонятные личности. Иначе поверьте уж на слово, я могу сделать так что вы тоже пожалеете.

– Хорошо, хорошо уважаемый Андрей… Владимирович. Больше вас никто не побеспокоит. А могу ли я вас попросить… Ну понимаете я уж старый стал, ну и …

– Что вернуть молодость? – Откровенно ухмыляясь Асташев вперил свой взгляд в трусливые глаза Пурховицкого.

– Не совсем. Я же понимаю, что на это вы не пойдете. А вот если бы можно было потенцию подправить. Вы же видели мою секретаршу. А я только глазами смотрю. Даже таблетки не помогают… Помогите голубчик, я в долгу не останусь.

Андрей прикинул что в принципе ничего такого глобального ректор не просит, а выгода от его лечения будет очень даже кстати.

– Хорошо. Раздевайтесь.

И достал из кармана пиджака коробочку с иглами, которую всегда носил с собой.

Холодный ветер бросал мелкие колючие снежинки в лицо Андрею заставляя щурить глаза и делая видимость обзора не более двадцати метров. Он, не обращая внимания на в общем то мерзопакостную погоду быстрым шагом шел домой. На сегодня у него был назначен всего один клиент. Впрочем, больше двух он старался не брать и дело было не в том, что он уставал, совсем даже наоборот, прилив сил, когда он вылечивал очередного бедолагу даже прибавлялось. Но работа работой, а отдых тоже требовался.

Денег также теперь хватало на все его бытовые нужды. Никакой фиксированной ставки на лечение у него не было, и он даже не упоминал о том, что кто-то ему должен, но люди сами оставляли ему столько сколько считали нужным, и этого хватало с головой на то, чтобы жить без проблем. Андрей даже стал подумывать о покупке новой машины, так как старая жигулевская пятерка который год ржавела в покосившемся деревянном гараже. Сам он был не фанатичный автолюбитель и никогда не любил возится с железками и постоянно что-либо ремонтировать, а без этого на отечественных автомобилях ездить можно только с молитвами.

– Эй мужик, закурить есть?

Услышал он грубый с хрипотцой голос. К нему развязной походкой шел человек в короткой кожаной куртке и почему-то в темных очках, хотя на улице и так было темно.

Этот не из наших – Подумал Андрей и слегка напрягся. Он вместе с матерью жил на левой стороне маленького городка Тутаева куда переехал еще десять лет назад из глубинки и конечно же знать всех местных жителей не мог, но большая часть их все-таки попадалась на глаза хоть раз.

Нащупав в кармане пачку сигарет, он вытащил ее вместе с зажигалкой и тут же ему в район желудка уперлось лезвие ножа. Сзади подбежали еще двое в таких же куртках, но без очков и встали по бокам.

Наверно грабить будут. – Пришла в голову первая мысль. – Хотя не очень-то похоже.

Ему почему-то стало смешно. Грабёж в нашем городке, где у большинства людей только мелочь в карманах, как-то не вяжется с этой ситуацией и ехать сюда на периферию только за этим было бы не целесообразно.

– Не дергайся фраерок. Это ведь ты Асташев будешь? – Задал вопрос очкастый.

– А что, похож?

– Похож, похож. Это я так для уточнения. Значит слушай сюда фраер. Серьезные люди тобой заинтересовались. Ты тут бабло рубишь, как сыр в масле катаешься, а нам зону греть надо. Так что будешь отстегивать нам половину за заботу о тебе.

Андрей аж фыркнул от такой наглости. Этож надо какой цирк устроили. Тоже мне братки из девяностых. Может какого ни будь пацанчика лошару не знавшего жизни они и могли развести на деньги, но тут у ребятишек выйдет большой облом. Хорошо, что внешность играет большую роль и никто не думает о том, что опыт за почти без малого шесть десятков лет на его стороне. Ну ну бандитики, сейчас посмеемся, но сначала выясним кто за этим наездом стоит.

– Ну и кто же у нас такие серьезные люди, которым я должен отстегивать?

– Ты Миху апшеронского знаешь? Мы под ним ходим. Значит ему и будешь башлять. Все вкурил ?

– И где же обитает такой Миха, как мне его найти?

– Ты наверно че то не понял фраер. Его не надо искать, мы к тебе сами приходить будем, ну а ты соответственно отстегивать будешь. Понял?

– Понял.

Видя, что дальнейший разговор все равно ни к чему не приведет, Андрей решил действовать. Глубоко вздохнув, он, опустив в карман сигареты, вытащил коробочку с иглами и быстрыми движениями воткнул по две иглы каждому из них в основание шеи. Проделано это было так молниеносно, что никто из этих гопников не успел ничего предпринять.

– А сейчас остолбенейте! Вы не сможете двигаться пока я вам не разрешу!

Все трое застыли на месте. Асташев отошел от них на шаг и полюбовавшись на эту картину сказал:

– А теперь рассказывайте все по порядку, кто такой этот ваш Миха, какого хрена ему именно от меня понадобилось, и вообще, что происходит. Только правду. Вранье я почувствую сразу и тогда вы отсюда уже живыми точно не уйдете. Тебе говорю очкарик, отвечай.

– Тогда тебе точно карачун будет фраер.

Андрей подошел к нему и дав щелбана в лоб, снял очки и посмотрел в глаза. В них он увидел страх человека, который не мог даже дернуться и ничего сделать в ответ. Двое его подъдельников также стояли без движения со скрюченными в гримасах лицами.

– Ну что же. Так как свободного времени у меня мало, даю вам одну минуту. Того кто расскажет, отпущу.

– А остальные?

– Остальные останутся в параличе до конца жизни. Нашему обществу такие как вы без надобности. Чем меньше вас будет, тем лучше люди жить станут. Все, время пошло.

Андрей достал сигарету и с наслаждением закурил, даже не обращая внимания на ветер.

– Я все скажу только отпустите нас с братом. – Жалостливо попросил один из тех, кто пришел вместе с очкариком.

– У вас что тут родственный подряд? – Удивился Асташев.

– Ну так получилось.

– Стой я сам все расскажу! Они все равно ничего не знают! – Почти выкрикнул первый.

– Ага… Битва за жизнь началась. Хорошо. Отпущу всех, но при условии ничего не скрывать. Если не поверю значит вам только хуже будет.

– Ладно, ладно. Значит так. Нет никакого Михи апшеронского, точнее он есть но его нет. – Начал говорить очкарик.

– Это как понимать? Есть, нет?

– Ну Миха то есть, но он просто барыга. Так мелкий жулик, ну а мы у него на подхвате.

– Значит вы еще мельче чем он.

– Не в этом дело.

Андрей расхохотался.

– Ну ну, давай дальше.

– К нему какой-то мент приходил. И сказал, что надо на тебя наехать и сделать так чтобы ты типа забздел и к мусарам на поклон пришел за защитой.

– А ты откуда знаешь?

– Так я в подсобке магазина в это время сидел, ну и услышал.

– Подслушивал значит.

– Случайно вышло.

– Ага. Понятно. А у твоего Михея магазин значит.

– Да так магазинчик. Всякой херней торгует.

– А к ментам у него какое отношение?

– Ну так это, он же недавно из зоны откинулся, решил бизнесом заняться, а они его крышуют.

– А за что сидел?

– Да так. Травку толкал ну и еще чего-то.

– Теперь понятно.

Андрей задумался. Так вот откуда ноги растут. Это все-таки те мудилы вместе со своим зам министром решили добиться своего. Ага, как же, вот хрен вам по всей морде господа хорошие, хотя какие вы хорошие, гниль одна. Скорее всего еще что ни будь попробуют предпринять, так что надо стать поосторожнее. Чеж с этими гопниками то сотворить, так что бы запомнили на всю жизнь?

– Значит так граждане тунеядцы и хулиганы, слушайте мою команду. О том что здесь было забыть начисто. Дальше, сейчас пойдете по своим домам и с сегодняшнего дня вы станете законопослушными гражданами и никогда больше не будете никому доставлять проблем. Устроитесь работать, лучше куда ни будь на стройку, а если вдруг захотите натворить что ни будь плохое, то в тот же момент вас разобьет паралич.

Асташев смотрел в их остекленевшие глаза и поражался собственной власти над этими так сказать не самыми лучшими представителями человечества. Честно говоря, ему было противно.

– А сейчас пошли вон отсюда! Уроды.

Проконтролировав их бегство с места не состоявшегося наезда, он тоже направился домой до которого осталось всего то сотня шагов.

Так. С сегодняшним днем все понятно. – Думал Андрей. – А что будет завтра? Менты наверно опять попытаются какую ни будь подлянку кинуть. С них станется. Эти долбоголовые, пока каждому лично по башке не настучишь, наверно не отстанут. И че делать? Может встретится с этим гребаным зам министром и внушить ему тоже что ни будь такое, о чем он всю оставшуюся жизнь жалеть будет? А что. Как вариант сгодится. Ладно, подожду пока. Вот если еще раз дернутся тогда посмотрим. А пока надо маму отправить куда ни будь отдохнуть. Пусть некоторое время, где ни будь поживет, вот хотя бы в Сочи. Сейчас правда не сезон отдыха, да и купаться в море холодно, зато никто и мешать не будет. Все решено. Сейчас попробую уговорить.

Глава 5

Андрей сидел на предпоследней паре и откровенно пялился на Елизавету Говоркову сидящую слева впереди него. Последнее время гормоны играли со страшной силой подавляя все остальные инстинкты. В общем то ему нравились все девушки попадавшие в поле его зрения, но общаться со своими однокурсницами он не хотел из-за боязни привязаться к какой-либо из них и быть им чем-то обязанным. Поэтому пока что продолжал пользоваться услугами проституток, что конечно выглядело не очень хорошо с точки зрения каких-либо пуритан и неплохо опустошало кошелек, но подавляло на время его сексуальные желания.

Эх Лиза, Лиза, Лизавета, я люблю тебя за это. И за это, и за то, что ты пропила пальто. Красивая ты девчоночка, но портить тебе дальнейшую жизнь не хочется, тем более один из однокурсников некий Гриша Кирасин просто с ума сходил по ней и даже заметно чах от пока что не разделённой любви. Ну и хрен с ним. Да и с ней в принципе тоже.

Если бы ему было действительно столько лет на сколько он выглядел, то тогда стоило побороться за чье ни будь внимание прекрасного пола, но хотя мозги тоже претерпели преобразование в лучшую сторону, то опыт прожитых лет нашептывал что не стоит торопиться. Хотя иногда так и подмывало выкинуть что-то из ряда вон выходящее.

– А сейчас перейдем к практическим занятиям. – Сказал учитель анатомии бывший врач с сорокалетним стажем Виталий Аристархович Балинков. После того как один из его помощников выкатил кресло на колесиках с сидящей на нем худощавой дергающейся женщиной. – Ну с голубчики, сейчас проверим чему вы научились за время пребывания в нашем заведении. И так кто первый сможет правильно диагностировать болезнь нашей пациентки, тот получит пять баллов.

Одна из учениц подняла руку и сказала: – Болезнь Паркинсона?

– Не угадала! – С улыбкой ответил Балинков. – Кто еще выскажет предположение?

– Цереброанальный паралич! – Ответила еще одна ученица.

– А вот вы почти угадали девушка. Только правильнее называется церебральный, а с анналами это к проктологам. Ну да ладно. Сегодня мы будем учиться как правильно обезболить человека с таким заболеванием. И так наша постоянная пациентка Надежда, которая любезно предоставляет свое тело для вашей практики. К сожалению, вылечить полностью такую болезнь не представляется возможным, но облегчить мучения можно, хотя и придется очень постараться. Ну с, кто здесь самый смелый? Кто хочет попробовать сделать массаж?

– Но это же работа для медсестер или санитаров? Почему мы должны делать массаж? – Спросил кто-то из учеников.

– А вы представьте, что работаете, где ни будь в деревенской больнице, где кроме вас нет больше никого. Вам придется не только лекарства выписывать, но и перевязки делать. И возможно даже оперировать людей, и роды принимать, и много еще чего. Или вы думаете вас сразу после окончания института сразу возьмут в какую ни будь центральную клинику? Нет батенька, это вы дешевых сериалов насмотрелись по телевизору. Вы должны знать и уметь делать все сами, а медсестры это просто вспомогательный инструмент так сказать. Так что дерзайте.

В зале стихло, никто не высказывал желания быть первым. Андрей внимательно посмотрел на женщину и встретился с ней глазами в которых увидел такую затаенную, безысходную боль, что, не выдержав поднял руку вверх.

– А вот и первый доброволец! – С улыбкой произнес Балинков. – Ну с, молодой человек вы готовы попробовать?

– Да профессор! Но у меня вопрос.

– Вопрос – это хорошо. Только я, к сожалению, не профессор и даже не доцент. Ну да ладно, спрашивайте молодой человек.

– Скажите Виталий Аристархович, эта болезнь врожденная или приобретенная?

– Это само собой врожденная. Вкратце называется дцп, или детский церебральный паралич и происходит в основном у недоношенных детей, но распознать ее не всегда легко в первые дни рождения. Иногда это можно сделать только в два три года. Поражена центральная нервная система со всеми вытекающими так сказать последствиями.

– И вы утверждаете, что она неизлечима?

– Ну в моей практике такого, к сожалению, не было. Облегчить боль еще можно, но вот полностью вылечить не представляется возможным. Всегда остаются побочные эффекты.

– А вы не будете против если я попробую на ней свой метод.

– У вас есть свой метод лечения дцп ? – Искренне удивился Балинов. – И каким образом вы хотите это сделать?

– Я применю иглотерапию. Если вы не возражаете.

– А вы действительно умеете? И где учились такому?

– У моего отца был товарищ китаец. Вот он меня этому обучал еще давно в детстве. – Соврал Андрей. Ну не рассказывать же всем историю о том, как он получил свои способности.

– Ну чтож, иглотерапия в принципе не новое изобретение, имеет тысячелетнюю историю во врачебном искусстве и в некоторых случаях действительно помогает, и мы тоже пробовали на некоторых наших пациентах, но грандиозных успехов так и не добились. Я думаю, Надежда не будет возражать. Она бедняжка уже столько всего испытала, что одной попыткой больше или меньше ей не повредит. Прошу вас, приступайте, а мы все посмотрим.

Асташев вытащил коробочку с иглами уже ставшей такой привычной, что он с ней не расставался почти никогда. Как всегда, дотронувшись до руки женщины, он сказал:

– Ее надо раздеть и положить на стол животом вниз.

Балинов махнул рукой помощнику.

– Принесите процедурный стол.

Тот быстро вышел и через пару минут вкатил нечто напоминающий каталку на колесиках. Вместе с Андреем они раздели Надежду до трусов и уложили на покрытый чистой простыней стол.

Глядя на это изгибающееся тело, бьющееся в мелких конвульсиях, ему стало так жаль бедную женщину, что он решил вылечить ее во что бы то ни стало. Без раздумья Андрей воткнул первую иглу в основание позвоночника и дальше с нарастающей быстротой стал втыкать остальные.

– Ай яй яй. – Тонким голосом запищала Надежда и потеряла сознание.

Не обращая на это внимание, Асташев, обхватив ее голову обеими руками стал внушать тихим голосом прямо в ухо.

– Спи. Все твои болезни уходят. Когда я хлопну в ладоши, ты проснешься здоровым человеком. Спи глубоко и набирайся сил.

Обмякшее тело женщины лежало на каталке и не шевелилось. Весь класс затаив дыхание наблюдал за его манипуляциями. Через несколько минут Андрей, вытащив все иглы, хлопнул в ладони и сказал:

– Подъем!

Надежда открыла глаза и самостоятельно села на столе. Медленно поводя шеей, она склонила голову вниз и стыдливо прикрыла грудь руками от нескольких десятков пар глаз, в основном мужских столь внимательно рассматривающих эту деталь ее обнаженного тела.

– Вот и все! – Асташев театрально развел руки. – Надо только повторить еще три раза такую процедуру, и она будет полностью здорова.

– Не может быть! Неужели вы это сделали? – Балинов не веря своим глазам подошел к женщине и провел рукой у нее по спине. – Надо же, да вы голубчик самородок просто какой-то. Это нам всем у вас еще поучится надо. Так, я сегодня же пойду к ректору и …

– Не надо Виталий Аристархович никуда ходить. Дело в том, что я хоть и занимаюсь иглотерапией, но все же не до конца знаю ее полностью и я сам все еще учусь. А в данной ситуации просто повезло.

– Вы так считаете? Может все-таки …

– Спасибо, не надо.

– Как ваша фамилия молодой человек?

– Асташев Андрей Владимирович.

Балинов с интересом посмотрел на него и в недоумении покачал головой.

– А знаете у меня такое ощущение что я такое уже видел, но не помню, где и с чем это связано. Однако вам Андрей Владимирович за это максимальная оценка в пятьдесят баллов. И, честно говоря, я поражен. Если вы и в дальнейшем будете делать такие успехи, то звание лучшего врача вам гарантировано.

– Спасибо.

– Ну а вы милочка что расселись? – Обратился Балинов к Надежде. – Одевайтесь и можете идти домой. Позовите ее сопровождающего.

– А что дальше доктор?

– Как что? Живите и наслаждайтесь теперь всеми доступными способами. Лично я так бы и поступил на вашем месте и не забудьте придти еще на три сеанса сюда. Вы ведь не откажетесь вылечить ее до конца Андрей Владимирович?

– Да пожалуйста.

– Это конечно хорошо, и спасибо молодому человеку что вылечил, но получается, что теперь мне пенсию по инвалидности не будут давать? И как дальше быть? Я ведь никогда не работала и не на кого не училась все это время пока была больна. – Сказала Надежда.

Балинов задумался.

– Даже не знаю, что и ответить. Первый раз с такой ситуацией сталкиваюсь. Обычно люди вне себя от радости, когда выздоравливают. Наверно придется вам все-таки на кого ни будь выучится и устроится на работу. Или вы может хотите, чтобы вас обратно сделали инвалидом?

– Нет, нет, что вы.

Закурив сигарету, Андрей облокотился на перила в курилке, расположенной на задней части двора мединститута. Он размышлял о дальнейшей жизни. В принципе то, что произошло сегодня могло дать самый не предсказуемый результат. С одной стороны известности пока не очень-то и хотелось, он вспомнил как реагировали люди еще тогда на передаче у Махалова, а с другой так про него все равно многие уже знают. Честно говоря, Асташев просто не любил толпу и старался всегда быть подальше от больших скоплений народа. Так было всегда. Даже будучи электромонтером, он выбирал такую работу, где меньше надо было контактировать с людьми.

Последнее время до того случая с ударом молнии, одиночество было его частью жизни, о чем он собственно и не жалел. Жена, с которой так и не нашел общих интересов из-за отсутствия детей, ушла. Друзья детства занимались своими семьями и имевшие уже даже внуков тоже как-то пропали из поля зрения и лишь изредка перезванивались с ним, да и то в основном просто из интереса узнать жив еще или уже сыграл в ящик. Так что в его интересах оставались только книги, интернет и конечно же мама.

– Эй, брат! Можно тебя на минуту спросить?

Из раздумий о жизни его прервал сокурсник, некий Сосун Шадян, которого в группе дабы не слишком смеятся, называли русским именем Саша. Его отец, видно, был комиком, так как брата Сосуна вообще назвал Кончал. Вспоминая это, Андрей внутри себя просто ржал от смеха, но внешне никогда не показывал, так как не хотелось обижать кого бы то ни было.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.