Лавина Кёрки
Трещина в камне

В честь приезда посланника короля граф устраивал большой пир. В зале разместили несколько дополнительных столов, чтобы поместилась свита посланника. Было тесно и шумно. В знак уважения для важного гостя запекли фазана. Виночерпий распорядился открыть бочонок лучшего вина и лично преподнес первую чашу посланнику. Было ощущение праздника, которое только усилилось, когда посланник короля, граф и графиня покинули обед. Можно было продолжать пить, есть мясо и веселиться гораздо более свободно.

Эггерант понял, что настал хороший момент, чтобы по-тихому улизнуть. Его дядя ушел вместе с графом, а остальных взрослых мальчик-подросток интересовал гораздо меньше, чем вкусное вино. Так что его исчезновение оказалось незамеченным.

Едва Эггерант оказался за пределами зала, к нему подскочила Гильметина, схватила за руку и потащила за собой.

– Эй, куда ты меня ведешь? – спросил мальчик, не понимая, что происходит.

– Тихо ты, – шикнула Гильметина. – Скоро все узнаешь.

Эггеранту оставалось только послушно следовать за своей подругой.

С Гильметиной он познакомился около года назад, когда ее вместе с младшей сестрой привезли на воспитание к графу. Вроде как их отец, вассал графа, поссорился со своим синьором, пошел на него войной и проиграл. Граф позволил своему дерзкому вассалу оставить свой замок, однако взял в качестве залога верности его дочерей и наследниц.

Эггерант сам уже несколько лет воспитывался вдалеке от родителей. Им занимался по мере сил и возможностей его дядя Идо де Вержи, рыцарь и доверенное лицо графа. Для Эггеранта, младшего сына, это был лучший возможный способ пробиться по жизни и в один прекрасный день получить свой замок и свою землю. Тем не менее вдали от семьи мальчик чувствовал себя порой очень одиноко, и поэтому он понимал, каково должно быть девочке, оторванной от родных и привезенной во враждебное к ней место.

Они держали свою дружбу в секрете, зная, что она не найдет одобрения у взрослых. По счастью, замок был большой, и игры двух детей оставались незамеченными.

Гильметина привела Эггеранта в комнату сенешаля.

– Нам же сюда нельзя, – возмутился было мальчик, но девочка его прервала:

– Не бойся, сенешаль занят пиром. К тому же мы тут не задержимся.

Гильметина подошла к висящему на стене гобелену, на котором была изображена прекрасная светловолосая дева с единорогом, и отодвинула его. За ним оказалась дверь.

– Скрытый проход? – удивился Эггерант.

– Да. Он ведет ко всем самым важным комнатам в замке.

– Ого! Как ты про него узнала?

– Подслушала разговор графини, – Гильметина хитро улыбнулась. – Ну, пойдем.

Девочка быстро зажгла свечу, чтобы освещать себе дорогу, и юркнула в проход. Эггеранту было немного не по себе от такого явно запретного развлечения, однако он испугался, что Гильметина сочтет его трусом, и потому последовал за ней.

Проход был узким и холодным. Эггерант старался не думать, что этим проходами пользуются не только сенешаль и графиня, но и местные весьма упитанные крысы.

Гильметина шла вперед очень уверенно. Эггеранту показалось, что она уже знает дорогу. Наконец девочка остановилась. Она повернулась к Эггеранту, приложила к губам палец, а затем указала на две небольшие дырочки в стене. У Эггеранта замерло сердце, когда он приблизился к одной из них.

По ту сторону стены находился кабинет графа, где он обычно занимался делами. Сейчас в кабинете находился сам граф, посланник короля, графиня и дядя Эггеранта. Между посланником и графом шла спокойная вежливая беседа об актуальных делах. Налоги, проблемы вассалов, военная помощь, новости об урожае. Скучные государственные вопросы, которые вгоняли Эггеранта в тоску. Мальчик хотел было шепнуть Гильметине, что, наверное, стоит уже уходить, как неожиданно тема разговора сменилась.

– Вы знаете, граф, на самом деле я приехал совсем по другому поводу. Его величество считает, что вам кое-что надо знать, – голос посланника зазвучал как-то загадочно.

– Вот как! – удивился граф.

– Мне бы хотелось обсудить это с вами тет-а-тет, – посланник выразительно посмотрел сначала на дядю Эггеранта, а затем на графиню.

Граф перехватил его взгляд.

– Идо де Вержи не раз спасал мою жизнь. Нет таких вопросов, которых я ему не доверяю. То же самое касается моей супруги, которая ревностно защищает интересы нашей семьи.

Посланник немного скривился, тем не менее его ответ был крайне дипломатичным.

– Вы счастливый человек, граф, раз вы окружены столь надежными людьми. В наше время такое нечасто встретишь. Но уж сколь король доверяет вам, а вы доверяете своей супруге и своему рыцарю, то кто я такой, чтобы ставить это все под сомнение.

В ответ граф лишь слабо улыбнулся и пригубил вино.

Посланник сделал небольшую паузу, прежде чем начать.

– Граф, вы когда-нибудь слышали об alius?

– Пожалуй, нет. Слово же латинское? Может быть, это что-то по церковной тематике.

Посланник снисходительно покачал головой:

– Ах, если бы. Но нет. Alius – это люди. Внешне они ничем не отличаются от нас с вами. Однако они наделены силами, которых нет у обычных людей.

– Какая именно сила? Они что, могут поднимать тяжести или что-то в этом роде? – недоумевал граф.

– У каждого alius своя сила. Мы слышали о женщине, которая управляла огнем. И о мужчине, способном изменять полет летящей стрелы. Вроде как были те, кто исцеляет прикосновением, повелевает животными, даже создает иллюзии.

– Но это же ведьмовство! Магия! – вскрикнула графиня.

– Да, многие так и считают. К сожалению, не только крестьяне. Один из графов, не хочу называть его имени, недавно казнил девушку. Она… как бы это правильней описать… ее урожай мог взойти за считаные часы. Мы с его величеством подозреваем, что девушка была alius, но, увы, мы узнали про нее уже после казни. Досадно. Нашему королю она была бы крайне полезна. Поэтому он и решил посвятить своих доверенных вассалов в эту тайну. Он надеется, что если вдруг в вашем графстве обнаружится alius, то его величество о нем узнает. Безусловно, его величество щедро отблагодарит.

– И без всякой награды я буду рад услужить, – граф поспешил заверить посланника. – И все же, как узнать этих alius? Если они не глупцы, то наверняка скрывают свои способности.

– Это хороший вопрос, граф. Есть общие признаки, по которым можно распознать alius. Они практически не болеют. Их раны быстро заживают. Они не стареют и очень долго живут. Мы слышали, что некоторым уже больше двухсот лет. А еще они не могут иметь детей.

– Ясно. И кто же еще посвящен в эту тайну? – поинтересовался граф.

Однако узнать ответ на этот вопрос Эггеранту было не суждено. Они с Гильметиной услышали какой-то шорох на лестнице и поспешили побыстрее покинуть запретные тайные ходы.

Одна из лестниц вывела их в сад, где подростки уселись на скамье. Некоторое время висела напряженная тишина. Эггерант и Гильметина обдумывали то, что они только что услышали.

Первой заговорила Гильметина:

– А, наверное, здорово быть одним из этих alius. Представляешь, ты можешь делать что-то такое волшебное и живешь очень-очень долго.

В голосе девочки зазвучали мечтательные нотки. Эггерант взглянул на подругу. Гильметина смотрела на небо, на раскинувшиеся над их головами звезды, и лицо ее светилось. Мальчик понял: она представляет себя одной из этих alius, и ей нравится то, что она воображает.

– Я бы хотела быть alius, – продолжила Гильметина. – Как там сказал посланник? Повелевать огнем. Изменять полет стрел. Да с такой силой меня бы слушался сам король! Я была бы такой важной. Я бы что-то значила. А ты, Эггерант, хотел бы быть alius?

В отличие от Гильметины, Эггерант не был столь воодушевлен услышанным. Одна лишь мысль об обладании такой силой вызывала у него страх. Пусть посланник этого прямо и не сказал, но из его слов стало понятно, что судьба этих alius крайне непростая. Им не суждено жить простой жизнью и радоваться обычным вещам. Они должны прятаться, скрываться, иначе их либо убьют, либо поработят. Зачем такая сила, если она лишь помешает воплощению всего, чего Эггерант так хотел: стать, как и дядя, прославленным рыцарем, за свои заслуги получить замок и, может, даже титул, жениться на прекрасной девушке, иметь много детей.

И все же, чтобы не расстраивать Гильметину, Эггерант тихо пробормотал:

– Да, хотел бы.

Девочка радостно улыбнулась в ответ на слова своего друга и снова перевела взгляд на звезды. Эггерант понимал, что она вся мыслями об этих alius и рисует в голове свою прекрасную жизнь в качестве одной из них. Сам мальчик, впрочем, постарался об alius не думать. Alius его пугали, а Эггерант не хотел чувствовать себя трусом.

Так они и сидели молча в саду, пока их не вспугнула немного нетрезвая группа, которая шла по саду, громко горланя песни. Чтобы не быть замеченными, детям пришлось разделиться. Время к тому же было позднее, поэтому Эггерант и Гильметина отправились спать, каждый в свою часть замка.

В ту ночь обоим детям снились сны про alius. Гильметине хорошие, приятные, после которых просыпаешься поутру окрыленным и с улыбкой на лице. Сны Эггеранта, напротив, были запутанными, пугающими. Когда Эггерант проснулся, он до сих пор ощущал бегающие по коже мурашки. «Лучше бы я никогда не знал про этих alius!» – в сердцах подумал мальчик и захотел забыть про них и про страшные сны, которые из-за них снились.

Несколько дней Эггерант специально избегал Гильметину, зная, что она прожужжит ему все уши своими alius. Он надеялся, что это увлечение быстро покинет подругу, но короткая встреча убедила мальчика, что alius все глубже и глубже проникают в голову Гильметины. Это испугало мальчика даже сильнее, чем сами alius. Эггерант не хотел ссориться с Гильметиной и осознанно разрывать их тайную дружбу, но и общаться с ней как прежде он тоже не хотел.

Мальчика выручил случай. Граф отправил его дядю вместе с небольшим отрядом следить за сбором податей. Эггерант напросился вместе с ними. Дядя сомневался, не маловат ли его племянник для таких приключений, но Эггерант убедил его, что одни только тренировки в замке не сделают из него настоящего рыцаря. Дядя вынужден был согласиться.

Эггерант провел в дороге несколько месяцев. Когда он вернулся в замок, Гильметины там уже не было. Ее отец щедро заплатил графу за возращение своих дочерей. Эггерант одновременно расстроился и вздохнул с облегчением. Ему было жаль потерять подругу, но он радовался, что Гильметина вернулась к семье и ему не придется больше слышать об alius. Теперь можно спокойно про них забыть.

Битва была в самом разгаре, когда Идо де Вержи выбили из седла. Эггерант, как оруженосец своего дяди, сразу же бросился ему на помощь. В тяжелых доспехах Идо, даже если он и не ранен, будет непросто встать. В легкой кольчуге Эггерант был более мобилен, чем дядя, хотя и менее защищен.

Не успел оруженосец подскочить к своему рыцарю, как он заметил, что на них идет противник – рыцарь в полном облачении.

Эггерант выхватил меч, намереваясь принять бой. Он должен защищать своего дядю любой ценой. Это его долг оруженосца. Эггерант понимал, что поединок не будет равным. У него мало шансов против хорошо защищенного и явно более опытного бойца, но юноша не собирался сдаваться.

Удары противника были сильными, мощными. Эггерант успевал их отразить, но это требовало от него больших усилий. Тем не менее он смог начать атаковать. Рыцарь отступал, но не сдавался. Пару раз меч Эггеранта проскальзывал по доспехам противника.

«Эх, если бы не броня!» – возмущался про себя Эггерант.

Краем глаза он успел заметить, что, пока он сражался с рыцарем, другой оруженосец помог дяде подняться. Отвлекшись буквально на мгновение, Эггерант пропустил удар. Меч рыцаря рассек ему правое бедро. Оруженосец сжал зубы от боли. В глазах на минуту потемнело. Тело начало быстро ослабевать. Даже меч в его руках теперь казался невероятно тяжелым. И все же Эггерант снова попытался атаковать. Рыцарь лишь оттолкнул его от себя. Оруженосец упал. Он увидел занесенный над ним клинок.

На секунду время будто остановилось для Эггеранта. Хоть меч еще и был над ним, он уже чувствовал, как тот входит в его грудь, рассекая кольчугу. Еще не возникшая боль породила внутри приятное покалывание, которое сначала распространилось по всему телу, а затем резко сжалась в точку.

Рыцарь пошатнулся, сделал пару шагов назад. Он попытался поднять меч, но ему будто не хватало сил на это. Эггерант воспользовался ситуацией. Превозмогая уже не такую сильную боль в бедре, он поднялся на ноги и резко рубанул от плеча, целясь в горло. Лезвие скользнуло между шлемом и латами. Кровь веером брызнула. Рыцарь повалился на спину.

Поверженный враг уже больше не интересовал Эггеранта. Он поспешил к своему дяде. Он был контужен, но не ранен.

– Вот это бой, мой мальчик! – Идо положил ему руку на плечо. – Раненый одолел опытного рыцаря. Пример для всех других оруженосцев. Но сражение еще не выиграно. Помогите мне вернуться на коня.

Усадив дядю в седло, Эггерант оглянулся. К поверженному им рыцарю подбежали его оруженосцы. Они сняли с хозяина шлем, обнажив морщинистое и сухое лицо седого старика.

«Странно, – подумал Эггерант. – Дрался он, как молодой и крепкий мужчина».

В той битве армия графа победила. Победа принесла долгожданный мир с соседом. В честь заключения мира граф решил устроить большой турнир, а также посвятить особо отличившихся молодых воинов в рыцари. Среди них был и Эггерант.

Как того требовала традиция, ночь перед своим посвящением в рыцари Эггерант провел в молитвах. Он шептал слова прощения. Бессонная ночь давала о себе знать. Состояние у будущего рыцаря было для него непривычное. Бесконечное бормотание молитв, искреннее, честное. Небольшая усталость. Волнение от предстоящего дня. Холод: Эггерант был в одной легкой льняной рубахе, а ночи были уже холодными. Эггерант то впадал в забытье, то возвращался обратно в ясное сознание.

Едва горизонт окрасился желто-красными лучами солнца, пришел его дядя и два других старых рыцаря.

– Пора, – сказал дядя.

Его отвели в баню, где совместно с двумя другими будущими рыцарями их вымыли и облачили в новые, белоснежные одежды.

– Смотрю, твое бедро уже полностью зажило, – отметил Идо во время омовения. – На молодых все так быстро заживает.