Валерия Баранцева
История одного тубуса, или Внезапное исчезновение

– Осторожно, двери закрываются, следующая станция «Сокольники». Уважаемые пассажиры, при выходе из поезда не забывайте свои вещи.

Эту механическую фразу я регулярно слышу без малого три года. Ну, с небольшим перерывом на лето и новогодние праздники. Каждый будний день я еду из Подмосковья полчаса на электричке до Белорусского вокзала. Дальше спускаюсь в метро, проезжаю три станции по кольцевой до «Комсомольской», терплю длинный переход на радиальную линию и перемещаюсь в вагон из центра. Сначала «Красносельская», а сразу за ней мои «Сокольники». Поднявшись наверх, иду вдоль дороги по длинному тротуару и попадаю в Институт. Нахожусь на парах, перемещаюсь по разным этажам и аудиториям, ну и в столовой студенческой отдыхаю. А вечером по тому же маршруту обратно. Метро-электричка-автобус до дома. И завтра опять – автобус-электричка-метро. Кому-то такая жизнь покажется однообразной, но я не жалуюсь. Да и Хозяйка моя на учебу ездит с удовольствием, хотя я вижу, как она иногда устает.

– Хозяйка? – удивленно спросите вы. У нее, как и у всех людей, есть имя, но мне приятно называть ее именно так. Как-то это более величественно, что ли.

А вот у меня имени нет. Есть только фирма-производитель, диаметр и еще немало заводских характеристик, но кому они интересны? Да и сам я интересен небольшому кругу людей технических и творческих специальностей. Все потому что я – чертежный тубус.

Хозяйка приобрела меня перед своим поступлением в Институт. По правде говоря, я и тогда был не самой современной моделью, но с каждым новым потоком первокурсников мои комплексы только росли. При этом я внешне сдавал, потому что жизнь у Хозяйки, помимо учебы, была весьма насыщенная. Один раз она ехала к подруге в другой город и зачем-то засунула меня на грязную третью полку поезда, откуда я плашмя упал, причем еще и ударился об плацкартный стол. В другой раз они с одногруппниками праздновали день рождения старосты, и один нехороший человек пролил на меня какую-то прозрачную жидкость с очень мерзким запахом. Хотя они эту жидкость умудрялись пить весь вечер, и им было очень весело. Странные они, ей богу. Но все эти страдания меркнут по сравнению с Джеком.

Джек – собака Хозяйки. Видите, даже у него имя есть, хотя он явно глупее меня будет. Когда он только появился в доме, то очень любил носиться и все грызть. Ножки стула, тапочки, без разницы. Хозяйка от него меня всячески прятала, но однажды не уследила. До сих пор помню липкое ощущение ужаса, когда ты зажат в углу, а на тебя медленно надвигается слюнявая пасть с огромными клыками. И как они крепко стискивают тебя, намертво вгрызаясь в корпус и погружаясь в него все глубже и глубже… Бррр, не будем о грустном.

Самое обидное, что Хозяйка Джека даже особо не ругала. Мол, зубы у него режутся. Ага, конечно. Самого бы его покусать, да мне нечем.

Но потом Джек подрос и немного успокоился. К нему у меня все равно осталась легкая неприязнь, однако это не самые негативные чувства, что я испытывал. По правде говоря, у чертежных тубусов скудноватый спектр эмоций, но если я кого и ненавижу, то Этого.

У него тоже есть имя, но я не хочу его называть. Как и вспоминать лишний раз, но, увы, порой непроизвольно получается.

Хотя бы потому, что Этот подарил Хозяйке Джека. У меня еще тогда зародилось подозрение, что от него будут одни проблемы.

Начиналось-то все хорошо. Мы с Этим появились у Хозяйки почти одновременно – после вступительных экзаменов в Институт. Помню, как он ее фотографировал со мной в парке «Сокольники» в осенних листьях. Такую красивую и счастливую. Переснимал много раз и выбирал с ней «самую-самую» фотографию для Инстаграма. Даже искусно делал вид, что ему это нравится.

– Ты не понимаешь! Это не просто фотография, это новый этап в моей жизни! Через много лет будем вместе вспоминать, какой я была на первом курсе, – говорила она тогда.

А он ей сказал, что с каждым годом она будет только лучше. Видели бы вы ее улыбку…

Помню наш первый совместный новый год. Точнее, не наш, а их. Хозяйка тогда про меня почти не вспоминала – положила под батарею на кухне и все. Ее и Этого я видел только когда они приходили поесть – иначе вообще решил бы, что они сбежали. Да и на кухне они не задерживались – могли просто разогреть еду и уйти довольные в другую комнату. Говорю, люди очень странные. Чем можно заниматься столько времени наедине – понятия не имею.

Вспомнить про меня Хозяйке пришлось, как только началась первая сессия. Даже чертежные тубусы знают, что это очень страшно. Тогда я даже немного злорадствовал, потому что она стала проводить со мной куда больше времени, чем с Этим. И Этого такой расклад не сильно радовал. Зимой он еще держался. Только подколол пару раз, что «эта учеба» Хозяйке дороже, чем их отношения. Но я точно знаю, что это было не так. Тубусы видят многое. Как она в перерывах между набросками в очередной раз перечитывала их переписку и бежала прямо из ванной, когда Этот звонил. Как долго собиралась с ним на встречу, и какой светящейся с нее приходила. Казалось, что бы могло случиться?