Максим Калашников
Крылья над Преисподней. Россия и Мегакризис XXI века

© Калашников М., 2021

© ООО «Яуза-каталог», 2021

Вместо предисловия: 20 лет спустя

Долго ли, коротко ли, а с моей первой книги цикла, со «Сломанного меча империи», минуло 22 года. Как раз в момент, когда ваш покорный слуга пишет эти строки. С тех пор была еще целая серия книг о русских возможностях и вероятных сценариях будущего. Что ж, время изменилось. Мои прогнозы стали сбываться в главном: тот мир, что возник после гибели Советского Союза, после 1991 года, начал обваливаться на наших глазах. Рушится миропорядок, казавшийся привычным. Все теряет четкость очертаний и начинает оплывать. И Евросоюз, и НАТО, и тот позорный «порядок», что воцарился на обломках Советского Союза. Рассыпаются Всемирная торговая организация, становится фикцией Организация Объединенных Наций. И то ли ты еще увидишь дальше, мой друг-читатель!

Отлично помню, как все начиналось в 1989-м. 30 лет мелькнули, словно в горячечном сне. И вот нынче начинается новый цикл испытаний. Как глубоко правы те, кто еще тогда говорил: то, что случилось с Советским Союзом в конце 80-х, еще ждет остальной мир!

Что ожидает нас в грядущие 30 лет, к середине XXI столетия? Преисподняя, друзья мои. К тому времени воедино сольются несколько мегакризисов – и хлынут дальше разрушительным селем. Знаете такой грязевой поток, что идет с гор и тащит с собою камни? Это и есть примерная аналогия того, что нас ожидает. Род человеческий ждет нешуточное испытание. Впрочем, мы поговорим об этом дальше и куда как подробнее.

Меня не перестает поражать скоротечность произошедшего. Сказал вам о 1989-м, но на самом-то деле лавина сорвалась в 1979 году, со ввода наших войск в Афганистан. Теперь мы понимаем, как все стремительно развивалось. Всего лишь 12 лет спустя настанет другой черный декабрь 1991 года, расчленение СССР в Беловежской пуще. А до этого будет декабрь 1986-го – первые антирусские беспорядки в стране, в столице Казахстана – Алма-Ате…

А потом последует кошмарный разгром колонн уже российской армии, штурмовавших Грозный в декабре 1994 года, и весь мир обойдет страшное фото тела погибшего танкиста, объеденное собаками. Череп с остатками красного мяса, скалящийся из танкового шлемофона…

Мне в звуках и запахах вспоминается то лето накануне, в 1979-м. Веселая Одесса. Зеленый двор нашего дома – маленький внутренний мирок на проспекте Шевченко, 6/6. Милые детские игры со взрывпакетами и металлическим натрием. Как он эффектно взрывался в воде! И свежий номер «Техники – молодежи», где в гостях у редакции французский журнал «ЭнциклоПиф» и где интереснейшие статьи о будущих орбитальных поселениях, о грандиозном плане развития промышленного роботостроения в СССР, о начале первой пятилетки в 1929-м. Гарун Тазиев рассказывает об исследовании вулканов, на развороте – интереснейшая статья в рубрике «Наш танковый музей». Мы спорим о причинах массовых самоубийств китов, что стали выбрасываться на берег. Саня Бутель высказывает предположение, что на дне океана существует таинственная неизвестная цивилизация, мы вспоминаем статью в «Антологии таинственных случаев». А рядом – все в шляпах и рубашках навыпуск – прогуливаются офицеры – ветераны Великой Отечественной, говоря о чем-то своем. Они еще очень добры, с войны минуло всего 34 года. Она тогда отстояла от нас ближе, чем то лето 1979-го – от зимнего вечера накануне 2020-го, когда я пишу эти строки. Да и тем ветеранам тогда было иной раз почти столько же лет, сколько мне, грешному, нынче…

Тот мир казался незыблемым, сложившимся, вечным. Боже, как он быстро рассыпался в прах! И уже в декабре 1991-го я буду пересчитывать запас консервов и концентратов в нашей московской квартире, кусая локти по поводу того, что не смог обзавестись хотя бы гладким стволом…

Вот и нынешний порядок вещей, многим представлявшийся таким же прочным, уж поплыл-поехал. Наступает штормовое время. Только теперь уже не только для нас, но и для всего мира…

* * *

Обрубок Великой России, прозванный Российской Федерацией, подходит к сему историческому моменту отнюдь не в лучшем состоянии. Что мы имеем? Карикатурно сырьевую экономику и пирамидальную маразматическую бюрократию, далеко переплюнувшую советскую. Крысиную, воровскую «илитку», что душит все живое, воруя самозабвенно, как в последний день Помпей. Пирамида ее власти, простите за мой французский, сложена из оплывающего дерьма.

Чего хорошего удалось добиться? Дописывая «Битву за небеса» 31 декабря 1999 года, Максим Калашников заклинал следующего правителя РФ: сохрани единство страны и не дай погибнуть ракетно-ядерному потенциалу!

Будем честными и справедливыми: и то и другое власти удалось. Но себя крысиная «илитка» не забыла – она вознаградила себя баснословными откатами и распилами, умопомрачительными окладами в своих госкорпорациях, квартирами по полгектара, роскошными виллами и яхтами с эсминец величиною. Орава алчных дебилов учинила себе пиры-оргии потребления, напрочь остановив развитие страны. Хотя пропаганда и надсаживается, трубя о великих победах и небывалых достижениях, мы видим, что экономика топчется на месте уже второй десяток лет. И экономика РФ – всего лишь на уровне Испании, размазанная на гигантскую территорию.

Они кричат о том, будто промышленность развивается, что три четверти перерабатывающей индустрии создано после 2000 года. Да, но молчат о том, что наблюдается это потому, что погибло с тех пор в разы больше наукоемких предприятий и перерабатывающих заводов!

Пропаганда вопит о росте «несырьевого экспорта», но скрывает, что за него выдают вывоз из страны сырья – зерна, пиломатериалов, электричества. Или едва переработанного сырья. Вывоз же оружия, разного рода машин, готовых изделий, электроники колеблется в пределах 6–7 %. В 1979 году, отнюдь не самом лучшем для СССР, эта цифра составляла 17,5 %, и экспорт оружия тут не учитывался! И если турки, покупая российское зерно, пре вращают его в муку и макароны, продавая их по всему миру, то расейские крысы даже этого сделать не в силах.

Дорог сейчас в год строится почти вдвое меньше, чем при Ельцине. Или в семь раз меньше, чем в РСФСР при Хрущеве. Сейчас – около 1 000 километров в год. А при Никите Кукурузном и по 11,6 тысячи в строй ежегодно вводили. Это при той архаичной технике и без нефтяных триллионов…

Куда ни ткни – видны прорехи на заду. В 2019-м вице-премьер Борисов заявил, что в РФ нет серийного производства современной микроэлектроники. Интересно, а из чего вы тогда свое чудо-оружие делаете? Безбожно завалены программы по гражданскому авиастроению и судостроению, в космосе пошло отставание даже от Китая. На новые самолеты, заменяющие прежние Ан-2, приходится ставить американские моторы «Лайкоминг» – свое моторостроение убито. А роботизация промышленности? По разным данным, на 10 тысяч работников в РФ приходится то ли два, то ли три робота. В Китае – 49. В Сербии – 110, в Швейцарии – 119. Итальянцы имеют 160 роботов на каждые 10 тысяч рабочих, Соединенные Штаты – 176, Тайвань – 190, Германия – 301, Япония – 305, Сингапур – 398, Южная Корея – 531.

И так – что ни возьми! Если СССР был великой станкостроительной державой, если его станки шли на экспорт в Италию, если мы делали первые в мире лазерные обрабатывающие центры, то теперь в РФ производство станков от советского уровня – статистическая погрешность на самом дне. Даже по энерговооруженности сельского хозяйства РФ – в далекой… хвосте. Всего 2,5 лошадиной силы на гектар. В ЕС и Белоруссии – четыре. С 2000 года парк агромашин в РФ сокращался!

И ведь это при том, что на страну с 2000 года лились золотые дожди нефтедолларов. Три с лишним триллиона. Куда они делись? А вот проели, расточили, пустили на чушь всякую. Превратили в никому не нужные олимпийские и футбольные стадионы, в роскошь начальства, украли, вложили в иностранные ценные бумаги, «засолили» в резервах, больше теперь смахивающих на гробовые. И те шансы, что ваш покорный слуга описывал в своих книгах начиная с 2003 года, оказались бездарно промотаны.

Зато русский город Донецк – в осаде и под обстрелами. Чего раньше и в самом черном кошмаре присниться не могло. И на Украине разрушают памятники героям Великой Отечественной, пока Москва их исправно газом и горючим снабжает…

Чтобы встретить мировой шторм, нужна отличная государственная организация. Система управления. Но и тут, если поглядеть на РФ, полный завал. То, что бюрократия здесь грузна и тупа, полбеды. Она еще и пронизана безответственностью и воровством. Все, что можно, она проваливает. Она – плод многолетнего отбора подлейших из подлых, циничнейших из циничных, умеющих лишь угождать начальству. При этом она страдает невыносимыми спесью и самодурством.

Государственная система РФ давно превратилась в пугало для окружающих. Никаких честных выборов. Подавленное местное самоуправление. Нет важнейшего элемента – независимого состязательного суда, отчего страна превратилась в клоаку беззакония. Зато есть самая отвратительная полицейщина. Огромная орда дармоедов в погонах, занятых не заботой о нашей безопасности, а вымогательством и грабежом, рейдерством и заказными уголовными делами. Эти твари с легкостью ломают человеческие судьбы, швыряя людей на тюремные нары и разрушая то, что они создавали долгими годами напряженного труда. Расейские «суды» не знают оправдательных приговоров, послушно повторяя то, что написало «следствие». Выражение «Басманное правосудие» стало таким же горьким и крылатым, как и старинное – «Шемякин суд». Безмерно расплодившись, стаи силовиков буквально уничтожают все, что еще дышит и работает, захватывая созданные другими предприятия. Причем работают в паре с так называемыми госбанками. Одно лишь это обрекает РФ на низкую живучесть в мировом шторме. Уж о том, что творят с нами правительство и Центральный банк, просто умолчу. Тут никаких американских санкций не нужно. Сами все уморят и по ветру пустят.

Да, в отнюдь не лучшем положении РФ встречает новую глобальную смуту. Можно сказать, в препоганом, как ни лакируй все это пропагандой…

* * *

Думаю, что конец нынешней воровской и сырьевой «илитки» предрешен. Так или иначе, но он случится. Допустим, мы с вами смогли не допустить распада РФ и взяли ее судьбу в свои руки. Продули дымящийся ствол маузера. Что дальше? Что делать?

Сейчас вы видим, как одна волна глобального кризиса в XXI столетии сменяет другую. Причем каждый новый пенящийся вал становится все тяжелее по геополитическим последствиям.

Кризис лопания пузыря доткомов, спаливший три триллиона долларов в 2000–2001 годах, вылился в кошмар Манхэттена 11 сентября 2001 года и локальные войны в Афганистане и Ираке. Уж тогда было ясно, что тараны башен-небоскребов в Нью-Йорке – дело рук отнюдь не мусульман, а неких сил внутри Соединенных Штатов. Ведь дальше последовали вторжение американцев и их союзников по НАТО в Афганистан, в 2003-м – американо-иракская война. Зародилась слабая надежда на возрождение имперской мощи США, на «Новый американский век». Последствием той волны кризиса стал и первый Майдан на Украине. Равно как и выход Заатлантической республики из договора об ограничении противоракетной обороны. В этот период на Западе начинаются первые крупные уличные протесты антиглобалистов.

Вторая волна 2008–2010 годов уже потрясла устои, потребовав от американских властей гигантских денежных вливаний в банки своей страны, запуска на полную мощь печатного станка (эмиссии), который и сейчас не остановлен. Геополитическими последствиями сей волны стали смуты и гражданские войны в арабском мире: полыхнули Тунис и Египет, скорчились в пламени гражданских войн Сирия и Ливия, фактически прекратив свое существование как единые государства. На грани смут оказались Иран, Египет и Алжир, едва удержавшиеся на краю пропасти. Опасно забурлила Турция.

Российская Федерация претерпела огромный спад экономики и в итоге десяток лет топталась на месте, а едва восстановив докризисный уровень, опять впала в застой. В 2012 году в ней случились массовые уличные протесты против правящего режима. В ответ на это начался курс на мертворожденное «великодержавие»: усиленное перевооружение, громкая имперская риторика – но при сохранении неолиберально-монетаристского курса, обрекающего РФ на статус вымирающего сырьевого придатка Запада, Китая, Турции.

А цепочки последствий второй волны тянулись все дальше. Украина, испытав страшный спад экономики в 2009–2010 годах, взорвалась вторым Майданом в конце 2013 года. Дальше последовал Крымско-Донбасский кризис, война на востоке бывшей УССР. Кремль потерял Украину, не создав полноценной Новороссии. Он бросил в ад русских Донбасса, полез воевать в Сирию. РФ оказалась в состоянии Второй Холодной войны с Западом, все глубже просаживая свою сырьевую экономику благодаря не столько санкциям Запада, сколько «мудрости» собственных правительства и Центробанка. Страна начала тонуть в нищете и бедности. Цены на нефть упали в полтора раза по сравнению с началом 2014 года. В стране стала расти массовая ненависть к власти. И вот уже президент Путин 15 января 2020 года дал старт второй (с 1985 года) перестройке в уменьшенной с тех пор стране. Затеял перекройку власти в условиях опасного экономического кризиса. Попомните мои слова – болтанку страна получит знатную и надолго, перестройка сама станет фактором нарастания кризиса. Экономический-то курс, что обеспечивает русскую деградацию, оставлен прежним. И вы еще, читатель, узрите все последствия сего шага.

А последствия удара глобального кризиса 2008–2010 годов тянутся все дальше. Теперь уже не только Украина и страны периферии впали в опасное состояния постоянной внутренней смуты. Чудовищное социальное расслоение, наплыв мигрантов и бегство рабочей силы в дешевые страны в результате глобализации вызвали первые бунты белых низов в странах старого Запада, в ядре капиталистической системы. Полыхнул бунт «желтых жилетов» во Франции. Британцы проголосовали за выход из Евросоюза. Американцы в 2016 году выбрали националиста и протекциониста Трампа, который не скрывал планов покончить с либеральной глобализацией и возвращать промышленность в страну. Крах старого мира с неизбежным шоком стал неминуемым. Либеральные жрецы со страхом заговорили о том, что раздел планеты на протекционистские миры-экономики вызовет страшный и всеобщий спад, самую болезненную ломку. В ядре капиталистической системы внутренний кризис принимает самые разнообразные формы. И сепаратизма в том числе. Угроза откола Каталонии от Испании («отделимся – и будем жить богаче!») совершенно реальна. Причем упования сепаратистов до боли напоминают бредни украинских сепаратистов, откалывавших Украину от Советского Союза. Мол, сейчас поднимем прапоры-флаги – и станем кататься, як сыр в масле. Напомнить, чем это кончилось? Но Западу все это еще предстоит пройти. Хотят отделиться Шотландия (от Соединенного Королевства), фламандцы – от Бельгии. И в Италии силен сепаратизм Севера. Там уж и Венеция (область Венето) все сильнее разглагольствует о самостийности. Но любой раскол одной из стран старой Европы может запустить цепную реакцию финансового кризиса.

Везде «элиты» терпят крах, неважно – левые или правые. В нарыв, готовый лопнуть, в зону постоянного социально-экономического бедствия превратилась «социалистическая» Венесуэла. Но бунтуют и жители Чили, «осчастливленной» либерально-монетаристскими реформами со времен Пиночета. Крах потерпели левые режимы в Эквадоре и Боливии. Дрожит от «подземных толчков» Аргентина, мотает Бразилию. Даже Китай оказался под угрозой спада и острейшего внутреннего кризиса, все более утопая в проблемах. Везде «элиты» выказали хамство и спесь, оторвавшись от своих народов и презирая их. Везде вызревают «гроздья гнева» – смуты и бунты. Невиданное дело: в Америке, оплоте традиционной ненависти к социализму и коммунизму, значительной силой становятся политики-леваки. Правда, они тоже способны вызвать крах, но это вопрос уже второй.

И снова катит в глаза опасность следующей волны глобального социально-экономического и политического кризиса. Теперь все усложняется не только зримой угрозой низовых бунтов в самом сердце капитализма, в странах бывшего «золотого миллиарда». Нет, еще подпирает и усиливающееся глобальное потепление, и новый виток технического развития, что делает ненужными десятки миллионов старых рабочих мест. Экономисты с замиранием сердца ожидают, когда лопнет гигантский пузырь на американском рынке акций, дав старт всемирной депрессии. С гибельным для сырьевых стран падением котировок на нефть, газ и металлы, причем на долгие годы вперед. Все усложняется перспективой ожесточенных торговых войн, огораживаний национальных рынков, нарастающим глобальным потеплением. В начале 2020 года, когда пишутся эти строки, глава Международного валютного фонда (МВФ) Кристалина Георгиева заголосила об угрозе кошмарной, второй Великой депрессии, как в 1929 году, указав на чудовищное имущественное расслоение даже в богатых странах. Словно все откатилось на век назад. Да, страшно заканчивается эра реванша богатых, начатая в 1979–1981 годах Тэтчер в Британии, а Рейганом – в США. За 40 лет так называемые неолибералы с их «свободным рынком» поставили человечество на край преисподней.

Третья волна мирового кризиса еще придет. Быть может, друг мой, вы читаете эту книгу многие годы спустя после ее выхода. Наверное, вы уже оцените, насколько тяжелыми и затяжными стали геополитические последствия оной волны. Они-то явно будут покруче, чем каузальные цепи 2008–2010 годов. И вы сами удивитесь тому, какой перетряске подверглось человечество какой-нибудь десяток лет с момента выхода в свет нашей книги.

Но и все эти штормовые валы – всего лишь цветочки. На фоне «ягод» Мегакризиса середины XXI века, чьи черные тучи поднимаются на дальнем горизонте.

Что делать русским в этом мире, что рушится, раскалывается и вопит от адской боли?

Ответ один: придется превращать Российскую Федерацию в страну-ковчег. Вести индустриализацию в условиях бурь и потрясений. Как? Об этом и повествует наша книга.

Часть первая. От массового потребления – к массовому вымиранию

Глава 1. Война за землю и воду

Почему русским потребуется страна-ковчег? Потому что длинный XXI век еще покажет свой жестокий лик. Как там назвал наш будущий мир Томас Фридман, рисуя проблемы перенаселенной планеты, страдающей от потепления климата? «Жаркий, плоский, многолюдный». Но и без него мы знаем, какая страшная и кровавая перестройка ожидает человечество. Год 2050-й, когда на Земшаре окажется 9,1 миллиарда душ, уже недалек. Для сравнения: в 1940 году насчитывалось 2,3 миллиарда землян. И уже тогда кто-то говорил о нехватке жизненного пространства.

Неотвратимые муки

Мир и так ждет мучительная ломка из-за краха Второй глобализации и разделения человечества на новые экономические и военно-политические блоки-империи. Это – попомните мои слова – приведет к первоначальному экономическому спаду у всех без исключения. Добавьте к сему болезненную ломку, вызванную переходом на роботизацию производства многих сфер человеческой деятельности, образование армий «лишних ртов», невероятный рост населения стран нищего Юга, которые и вовсе никому не нужны. Но теперь наложите на сие уродливое разрастание мегалополисов, нарастание нехватки плодородных земель и пресной воды. Добавьте в сие ведьмино варево беснование самого дикого религиозного и этнического фанатизма, падение цены человеческой жизни, массовые психопандемии – и перепад в населенности стран богатого Запада (нового Рима) с нищей цветной периферией. Наложите на это климатическую ломку, засухи и ураганы, введите в уравнение явное расползание ядерного и ракетного оружия по планете. Это ведь в 1945 году ракета Фау-2 и атомная бомба слыли невероятными и немыслимыми для большинства стран чудесами. А теперь даже межконтинентальные реактивные снаряды и ядерные заряды все более превращаются в «оружие бедных». О прогрессе средств уничтожения из разряда биологических и химических мы просто молчим.

Господа и товарищи! Если мир в 1914–1945 годах умылся кровью, познав невиданные дотоле ужасы, то неужели нынешний век фазовых переходов окажется мирным? Да нет, мы узрим и новое Великое переселение народов, и локальные ядерные конфликты, и очаги иррегулярных и регулярных войн, ведущихся уже не столько за нефть, но уже за пресную воду и пригодные для жизни земли. Мы опять станем свидетелями вырезания целых племен и народов. И боевые корабли станут разрезать волны замусоренных океанов, и остатки пластикового мусора будут стучать в их борта. Уже ясно, что отказ ведущих стран мира от космической гонки в конце 1960-х никак не позволяет нам переселяться в новые миры или даже просто создавать «эфирные» поселения в космосе и на Луне. Точно так же человечество, отравленное духом финансового капитализма, не смогло основать и плавучих городов в теплом поясе океанов. Зато, вынеся производства в Азию, оно превратило ее в огромный источник отбросов, покрывающих планету и грозящих уничтожить планктон в океане – основу пищевой пирамиды морской фауны и легкие Земли.

Коса смерти: новые эпидемии

Но – чу! – в зловещую ткань Кризиса кризисов вплетается и угроза моровых поветрий, огромных пандемий. Ударом колокола, пускай и больше паникой, нежели поистине повальным мором, стала вспышка китайского коронавируса в 2020 году. Именно она показала, насколько страшны могут быть действительно смертельные эпидемии для тонкого налета цивилизации. Даже пришедшая из троеградья Ухань вирусная пневмония нанесла страшный удар по мировой экономике, пошатнув принципы свободной торговли и свободы передвижений, общественные институты, саму мораль. Безумие локдаунов-карантинов поставило на грань краха экономики самых богатых стран мира, расстроило их финансы, невиданно увеличила государственный долг Соединенных Штатов и подтолкнула эту страну к порогу буквально гражданской войны. И если она грянет, то коллапс второй экономики планеты весь мир свалит в тяжелейший экономический спад, череду локальных войн, революций и усобиц, катастрофические кризисы стран, чье существование зависит от добычи и продажи сырья. Ибо спрос на него сожмется. Свой ад ожидает и РФ, и Украину с их сырьевыми экономиками.

Мы увидели, как сотни миллионов двуногих буквально сходили с ума от страха и ужаса, как многие были готовы закидывать камнями и жечь автобусы с теми, кого везли на карантин. Мы увидели, как по миру поползли самые дикие и бредовые слухи, как пандемия вируса переросла в пандемию психическую, в массовое умопомешательство, подобные тем, что настигали людей в Средние века. Как в темные, воняющие немытыми телами столетия, люди лишились рационального мышления. Тогда они ничего не знали и не понимали, что бури дуют в силу законов атмосферной циркуляции. Они считали, что бури, равно как и засухи, и эпидемии (о микробах они не ведали), – непременно дело рук колдунов или ведьм, а не действие объективных законов природы. Сегодня невежественные суеверия вернулись в новом обличье. Место ведьм заняли масоны, тайные службы Запада и Китая, «мировое правительство», «комитет трехсот» и проч… А где ведьмы – там непременно жди и охоты на них. Научно-критическое мышление гибнет в паникующем стаде двуногих, не видящих РЕАЛЬНУЮ угрозу.

Сей вирус ведь недаром пошел с рынка, где в Ухане торгуют экзотическими животными. Он – плод рекомбинации вирусов змей и летучих мышей. Китай вообще давно превратился в гигантский природный реактор по рекомбинациям и мутациям вирусов. Огромное скученное расселение, много водоемов, перелетных птиц, свиней и свинарников. (Организм свиньи – вообще отличная ходячая лаборатория, где вирусы, подцепленные от животных, мутируют и приобретают способность перепрыгивать на человека.) Ведь, попадая в тот или иной организм, вирус «разбирается», чтобы потом собраться при воспроизведении. А поскольку в тела заболевших людей и животных попадают и другие вирусы, происходит мозаичная рекомбинация – и получаются новые вирусы, объединяющие особенности и свойства «родителей».

Юго-Восточная Азия и без всяких «секретных биолабораторий» представляет из себя гигантскую фабрику по производству все новых и новых вирусных болезней.

Прочитайте «Пандемию» Сони Шах (издание 2017 года). Это история пандемий, начиная с холеры, которая явилась в мир из прибрежной зоны Бенгалии по мере ее колонизации британцами. В начале XIX века (раньше люди холеры не знали) холерный вибрион перепрыгнул на человека с веслоногих рачков, живших в болотистых лесах Сундабарана, в бассейне Бенгальского залива. Когда колонизаторы начали вырубки мангровых зарослей здесь и попробовали сажать рис, все и началось. Шах описывает то, как сегодня китайцы, едящие экзотических диких животных (по своим идиотским поверьям) сами превратили рынки в лаборатории про рекомбинации вирусов. На этих рынках, где китайцы покупают себе на стол всякую дичину, встречаются животные, которые в реальной жизни никогда не встретились бы. Рождаются новые вирусы, которые могут перескакивать на человека – а затем разноситься по глобализованному миру с помощью потоков грузов и пассажиров, кораблями и самолетами. В 2011-м коронавирус на рынке Гуанчжоу перекинулся с подковоносых летучих мышей на енотовидных собак, китайских барсуков, змей и пальмовых циветт (диких кошек). Все это китайцы поедают, с тем чтобы обрести здоровье диких зверей и еще какой-то фэньшуй. Получившийся в результате рекомбинированный коронавирус стал поражать слизистую оболочку человека: родилась атипичная пневмония. Теперь нечто подобное произошло и на рынке в Ухани в конце 2019-го. Китайские рынки, где экзотические животные с разных концов света дышат, мочатся, испражняются и питаются бок о бок, – клоаки и рассадники новых пандемий.

Но китайские рынки и привычки китаез жрать всякую гадость (согласно их «медицине») – лишь полбеды…

На все это наложите такую веселенькую «приправу», как ускоренные мутации не только прионов и вирусов, но и бактерий, что приобретают стойкость к лекарствам-антибиотикам. Люди, применяя антибиотики на птицефабриках, в животноводстве и, если можно так выразиться, в быту, вызвали мощное перерождение микромира. Микроорганизмы, плодясь с огромными скоростями, обмениваются генетической информацией. Поэтому коли один микроорганизм приобрел устойчивость к антибиотикам, то передает ее остальным видам микрожизни. И теперь мир стоит на пороге новых эпидемий, перед коими привычные лекарства малодейственны. Особый кошмар вирусологов – рекомбинация особо убийственных вирусов, когда они обмениваются генетической информацией. К чему это может привести в знойном перенаселенном мире с растущей антисанитарией?

Не так давно попала в руки прелюбопытнейшая книга американца Натана Вульфа «Вирусная буря» (The Viral Storm). У нас ее перевели как «Смертельный шторм: эпоха новых эпидемий». Вульф – один из создателей центра Глобального прогнозирования вирусных инфекций в Сан-Франциско (Global Viral Forecasting, GVF). GVF заявлен как центр раннего выявления пандемий по всему земному шару. Однако от этого до управления эпидемиями – даже не полшажка. Америка и здесь рвется вперед, овладевая невидимым миром вирусов.

Сам Вульф – фигура незаурядная. Типичный представитель энтузиастов междисциплинарных исследований. Сначала он был приматологом-обезьяноведом, но затем приобрел еще одну специализацию – микробиолога, вирусоведа. Он работал в экспедициях, нашедших природные очаги СПИДа и вируса Эбола, которые первоначально терзали шимпанзе. А поскольку местные негры охотятся на высших обезьян, то и заразились этими вирусами при освежевании и разделке добычи. Сказки о том, что СПИД и Эбола выведены в секретных лабораториях, – именно что сказки. В лабораториях мог ли «доделать» эти вирусы, но их природное происхождение доказано железно. Книгу Вульфа читаешь как продолжение «Охотников за микробами», научного бестселлера Поля де Крюи 1930-х годов.

Вульф показывает, что в современном мире опасность эпидемий растет с каждым годом. Почему? Многие болезнетворные вирусы перешли к человеку от диких и особенно – домашних животных. Попав в наш организм, вирусы изменились. Мы, жители Старого Света (Евразии и Африки) уже принесли свои жертвы и выработали сопротивляемость оным вирусам. Зато мы, белые, превратились в настоящее оружие массового поражения, когда с начала XVI века вошли в контакт с жителями Америки, Океании и Австралии. Принесенные нами болезни выкашивали целые первобытные племена: у них-то иммунитета к «привычным» нам вирусам не имелось. Это отлично описано в труде Джареда Даймонда «Ружья, микробы и сталь».

Но теперь произошел еще один скачок: из-за глобализации, всепроникающего мирового рынка, развития туризма и доступной реактивной авиации в мир скученных больших городов попали новые вирусы, раньше обитавшие в глухих уголках той же Африки. Те, к коим человечество непривычно. Они и создают угрозу новых пандемий с самыми трагическими последствиями.

Вульф приводит пример: птичий грипп, разразившийся в 2003 году, приводил к смертности 60 % заболевших: они умирали от того, что их легкие заполнялись жидкостью. Страшный вирус гриппа-испанки, уничтоживший десятки миллионов людей в 1918–1919 годах, кончался смертью лишь в 20 % случаев. Хорошо, что птичий грипп плохо распространяется от человека к человеку. Это спасло человечество в 2004 году от большой трагедии. Однако в 2009 году появился свиной грипп. Он отличается превосходной распространяемостью, хотя от него гибнет не более 1 % захворавших.

Но вирусы – штука, склонная к стремительным мутациям. Встречаясь в организме носителя, вирусы обмениваются генами. Вполне может быть, как пишет Вульф, птичий грипп станет очень вирулентным, а свиной – гораздо более убийственным. Можно предположить, что оба вируса, встретившись в организме человека или животного, создадут еще один вид смертельно опасного «мозаичного» вируса. Того, что будет и распространяться, как огонь в прерии, и убивать 60 % зараженных.

Жаркая, влажная, перенаселенная Юго-Восточная Азия стала просто огромным биореактором. Тут есть большие и малые свинофермы, где животные пьют воду из теплых грязных водоемов. И массы перелетных птиц – носителей опасных вирусов. Их помет попадает в воду, а из нее – в организмы свиней, каковые представляют из себя ходячие лаборатории по рекомбинации вирусов. Именно в организме свиней возникают мутанты, способные передаваться человеку.

Впрочем, только ли в Азии происходит подобное? Сегодня большинство продовольствия производится в сверхкрупных капиталистических индустриальных хозяйствах. Интересный факт: если в 1967-м в Соединенных Штатах насчитывалось около миллиона свиноферм, то к 2005 году их было немногим более 100 тысяч. Укрупнение и монополизация налицо. В той же Америке всего четыре компании производят более половины говядины, свинины и куриного мяса. В сущности, те же тенденции господства сверхкрупных хозяйств на рынке и в РФ. Они становятся поставщиками торговых сетей-монополистов.

Но именно тут и начинается беда. Огромные фермы Запада – это те же самые огромные «лаборатории», где животных пичкают антибиотиками и гормонами роста. Здесь животные и птица становятся «реакторами», внутри коих рождаются микроорганизмы, устойчивые к антибиотикам, которые затем (через обеденный стол) попадают и в организм людей. Однако пичканье антибиотиками и стимуляторами роста понятно: капитализм требует быстрой прибыли, снижения издержек производства и сжатия времени. В комбикорм тоже добавляются разные химические добавки (вроде китайского антиоксиданта сантохина), которые ядовиты и попадают в мясо. Ну а коль все монополизировано, то монополии не шибко пекутся о качестве продукта. Куда ты денешься, потребитель? Не свинья – все съешь. Ибо дешево предлагаем.

Там же, на огромных фермах-комплексах, в организмы животных попадают вирусы людей (и наоборот), а иногда и вирусы, заносимые птицами. Внутри животных вирусы обмениваются генетической информацией и тоже приобретают новые, «мозаичные» формы. А если животным в комплексах-гигантах дают корм с костной мукой от погибших животных (как было в Англии, где коров покормили такой мукой от овец, погибших из-за овечьей почесухи), то в мясо попадают и вовсе грозные микроорганизмы – прионы. Например, прионы коровьего бешенства (уничтожающего мозг больного), как это было в Британии конца 90-х.

Такими же «фабриками новых пандемий» становятся и современные больницы. «В последнее время медицина столкнулась с целой волной так называемых больничных супермикробов, устойчивых почти ко всем возможным антибиотикам, которые рождаются в условиях медицинских стационаров и заражают без того ослабленных больных…»[1]

Но вот что меня лично занимает: а ведь такую работу по созданию оружия пандемий можно сделать и искусственно, в лаборатории. Хотя это крайне опасно. В конце книги Н. Вульфа узнаю: оказывается, в знаменитой Лос-Аламосской национальной лаборатории США, в этой колыбели ядерного проекта 1941–1945 годов, существует «Банк генов». Электронная база данных фрагментов ДНК, пополняющаяся ежегодно миллионами новых генетических последовательностей. По состоянию на 2011 год сей банк насчитывал более 100 миллиардов фрагментов ДНК. С ним можно сличить любую последовательность генов, выявленных в биологических пробах. Банк позволяет обнаружить: а от чего умер вот этот человек? От известного вируса, уже имеющегося в лос-аламосском банке, – или же от неизвестного, каковой будет «расшифрован» и тоже помещен в хранилище данных.

При этом DARPA, Агентство передовых разработок Пентагона, разрабатывает программу «Предсказание». Ее цель – эффективно прогнозировать естественную эволюцию любого вируса. Как вы понимаете, отсюда до управления эволюцией – всего пара шагов.

Наконец, сам Вульф создал в США центр глобального обнаружения пандемий и их отслеживания – GVF. Причем он описывает, как в Америке можно следить за ситуацией в режиме реального времени, анализируя медицинские запросы в «Гугле» с «Твиттером» и интенсивность медицинских вызовов по мобильным телефонам. Это – четкие критерии вспышек заболеваний.

А теперь сложите кусочки мозаики. Видите, американцы начали осваивать громадный, невидимый мир вирусов. Рывок в информационно-вычислительных технологиях сделал это возможным. Отсюда идет прямой путь к созданию нового оружия тайных мировых войн. Ведь можно будет и создавать новые смертоносные вирусы, и опустошать ими целые страны. Ведь в отличие от прямого военного нападения, от открытого применения ракетно-ядерного оружия доказать факт применения вирусного оружия практически невозможно. При этом того, кого надо, агрессор вовремя вакцинирует, защитив от поражения. Например, у себя дома.

Вульф пишет, что западная наука вплотную подошла к познанию вирусной природы рака. Теперь она понимает, что состав микрофауны в организме человека способен влиять даже на ускорение или замедление его старения.

К чему я это? Да к тому, что мы стоим на переломе эпох. К тому, что враг наш обрел неимоверную силу.

Так что пустыни и руины городов с белеющими человеческими костями нам уже обеспечены. Как и пятна радиоактивных заражений на месте ударов примитивных ядерных боезарядов. Каждые встречи Джи-20, удручающе пустые, ведут дело к такой новой реальности.

Бешеные матки мира сего

Давайте поглядим, где будет расти население и что мы получим к 2050 году. Эфиопия увеличит популяцию с 83 до 174 миллионов душ. Что ж, ждите и нового всплеска пиратства у Африканского рога и в Красном море, и столкновений за воду Нила с египтянами. Ведь Египет распухнет до 133 миллионов жителей. А ему уже недостает воды для орошаемого земледелия.

Вьетнам нарастит свое население с 92 до 112 миллионов человек. Филиппины – с 92 до 140 миллионов. Нищая Мексика пускай не столь впечатляюще, но тоже увеличит население – до 129 миллионов с теперешних 110. Зато население Нигерии возрастет до 289 миллионов человек в 2050 году (155 миллионов на 2009 год). Неописуемо бедная Бенгалия-Бангладеш – это 222 миллиона человек с нынешних 170 миллионов. Пакистан по числу насельников далеко превзойдет СССР 1989 года и даже нынешние США – 335 миллионов (рост со 181 миллиона в 2009-м). Да, это при том, что Синд-Пакистан и теперь терзает нехватка воды и земли. Страна контрастов, Бразилия (привет генералам песчаных карьеров) нарастит популяцию со 194 до 219 миллионов.

Население Индонезии даст рост с 230 (2009 год) до 288 миллионов человек. Индия с ее чудовищным расслоением на разные миры обгонит Китай и достигнет численности в 1,6 миллиарда – с теперешних 1,2. Сама КНР должна вырасти в популяции умеренно – до 1,4 миллиарда с нынешних расчетных 1,3.

Зато японцев к 2050-му окажется изрядно меньше, ибо население Ниппона съежится со 127 до 102 миллионов. Да, невеселое грядущее у бывших потрясателей всей Азии.

РФ при нынешних тенденциях лишится 25 миллионов душ и снизит свое население до 116 миллионов. Зато Соединенные Штаты достигнут планки в 404 миллиона человек (сейчас – 315)[2].

Как видите, именно самые нищие, раздираемые противоречиями, страдающие от жажды и малоземелья страны и станут кипящими демографическими котлами. К чему это приведет? Максим Калашников напомнит, что в 1850-е, когда тогдашняя Япония капитулировала перед слабенькими пароходо-фрегатами янки, никто и представить себе не мог будущих самураев на ревущих истребителях «Зеро» или на торпедоносцах «Накадзима», стартующих с японских авианосцев. Причем такое будущее наступило тогда достаточно скоро…

Первое и самое страшное, с чем столкнется палимый зноем, перенаселенный мир, – с жаждой. С нехваткой пресной воды. С войнами за нее и за плодородные земли. И с голодом в нищем Южном поясе…

Планетарная жажда

Нынешнее недалекое человечество, состоящее наполовину из горожан, не слишком хорошо представляет, насколько мы зависим от пресной воды. И что не иссякание нефти, а именно нехватка чистой несоленой водицы может столкнуть нас в сущий ад. Из 1,4 миллиарда кубических километров воды на планете лишь 1 % – пригодная для нас пресная вода. Если исключить из него малодоступные ледники и подземную воду, то останутся реки и озера – главный источник живительной влаги для питья, бытовых нужд, промышленности и сельского хозяйства. Не будет воды – ждите голода и спада индустрии. Агрохозяйство – самый большой потребитель пресной воды (70 %). Промышленность – 20 %. Бытовые нужды – 10 %.

Мало кто задумывается над тем, сколько пресной воды требуется для поддержания нынешней цивилизации. Скажем, тонна пшеницы обходится в 1 000 тонн воды. Кило мяса обходится в 1,5–1,8 тонны влаги. Производство одного автомобиля – это до 300 тонн воды. Свой «водяной эквивалент» имеют текстиль и пластик, металл и топливо. Даже для добычи нефти тоже требуется вода. А уж для добычи углеводородов из сланцев и подавно!

Первыми забили тревогу американцы. Осенью 2008 года Пентагон в лице Командования объединенных сил США (USJFCOM) выдал в свет любопытный документ. Некую военную доктрину, названную «Среда для действий Объединенных сил» (The Joint Operating Environment – JOE). Это – попытка заглянуть в будущее на четверть века вперед и понять: в какой среде придется воевать и вести операции в мире 2030-х?

Американские военные провидцы не рисуют картины будущего мира в мальтузианском стиле, обезумевшим от голода. Успехи в генной модификации растений и домашнего скота позволяют надеяться, по их разумению, на новую «зеленую революцию». Однако продовольственная проблема обострится в странах, где не хватает плодородных земель, а население быстро растет. Главная проблема четверть века спустя будет состоять в распределении продовольствия. Сможет ли человечество быстро перебрасывать провиант в проблемные регионы? Объединенным силам наверняка придется участвовать в таких операциях, обеспечивая не только переброску продовольствия, но и обеспечение порядка в его распределении.

Другая проблема – это болезни, поражающие сельхозкультуры. Военные аналитики напоминают, что в 1954 году 40 % урожая пшеницы в США было уничтожено болезнью почернения стеблей (black-stem disease). Новая версия этой болезни (Ug99) теперь распространяется в Африке и, возможно, может достичь Пакистана. И это крайне опасно (особенно из-за распространения по миру одних и тех же культур, подверженных одним и тем же болезням). Недуги, поражающие зерновые и картофель, в прошлом неоднократно вызывали голод, внешние и внутренние конфликты, приводили к коллапсам государственной власти. То же самое может быть и в 2030-е. Как показывает опыт, в зонах голода бывает полно вооруженных людей. И это усложняет задачи Объединенных сил на продовольственном поприще.

Прогнозируются и конфликты из-за морских (рыбных) ресурсов. Причем с применением боевых кораблей.

Гораздо более остра проблема пресной воды. Сельское хозяйство занимает долю в 70 % в ежегодном потреблении пресной воды (промышленность – 20 %, домохозяйства – 10 %). Развитые страны намного рациональнее и эффективнее используют воду в агросфере (примерно на 30 % эффективнее), нежели страны бедные. И это в перспективе ведет к тому, что на Ближнем Востоке и в Северной Африке наступит водяной голод. Уже в 2030-е годы ирригация потребует больше воды, чем есть в распоряжении 30 развивающихся стран.

Американцы в 2008 году рассчитали: через четверть века проблема пресной воды станет терзать 3 миллиарда людей. Скудость дождей в засушливых регионах заставляет крестьян использовать подземные воды для орошения полей. Но это ведет к понижению горизонта подземных вод на 1–3 метра в год. Чтобы восстановить эти уровни, нужны столетия. Вот еще одна громадная угроза: истощение подземных вод во многих бедных странах.

Нехватка воды может стать причиной ожесточенных войн и конфликтов. Как пишут авторы JOE, не в последнюю очередь израильско-арабская Семидневная война 1967 года началась из-за попыток Иордании и Сирии перегородить реку Иордан. А сегодня Турция строит плотины на Тигре и Евфрате, отбирая часть их стока и создавая проблемы для Ирака и Сирии. Конфликты из-за пресной воды в ближайшем будущем грозят дестабилизировать целые регионы. Дарфур в Судане, залитый кровью, – это возможное будущее для многих страдающих от жажды земель планеты. С коллапсом государственных систем управления, со вспышками межплеменной и межрелигиозной резни. Вооруженные группы станут драться за источники влаги, на фоне эпидемий, распространяющихся от антисанитарии. Кстати, в третьем мире все это усугубится еще и массами неочищенных сточных вод, извергаемых в природу разросшимися городами с примитивным коммунальным хозяйством и трущобами.

Как решать эти проблемы, аналитики Объединенных сил не пишут. Просто советуют американским командирам действовать в районах жажды, эпидемий и загрязнения максимально осторожно. Чтобы не терять личный состав из-за инфекций.

В январе 2008 года авторитетная американская некоммерческая организация World Future Society («Общество будущего мира») выступила с 10 прогнозами относительно будущего, подчас – до рубежа 2050-х и даже 2080 года. WFS – неправительственная некоммерческая организация, объединяющая 25 тысяч членов в 80 странах мира. Имеет свой журнал The Futurist.

Пресная вода в XXI веке станет тем, чем была нефть в ХХ веке. Дефицит воды, по мнению WFS, будет терзать как развитые, так и развивающиеся страны. Ожидается совершенствование опреснительных технологий. Так, уже сегодня в Калифорнии стоит 13 заводов по опреснению морской воды – чтобы обеспечить 10–20 % питьевых потребностей штата в следующие 20 лет. Опреснительные технологии – вот что станет мировым «мейнстримом». Трудно поспорить с таким пророчеством. Жажда (в дополнение к голоду и дефициту доступной нефти) – вот что ждет человечество на перенаселенной Земле. Русским нужно приготовиться к тому, чтобы отстаивать свои пространства, где сосредоточены 25 % глобальных запасов пресной воды.

Сегодня образовался настоящий пояс регионов, бурлящих молодым и злым населением. Вернее, полумесяц «молодых регионов» – от Андских гор через земли южнее Сахары и далее на Средний Восток, Кавказ и северную часть Южной Азии. Однако рождаемость кое-где идет на спад. Например, в Иране. Причем драматически. Если в 1985 году одна иранка рожала в среднем шестерых детей, то теперь – только двоих. Судя по всему, Кавказ тоже остановит быстрое саморазмножение.

Старый закон истории гласит: чем больше в народе молодых и буйных – тем нация агрессивнее и неспокойнее. Тем более она склонна к войнам и бунтам. К 2025 году высокая доля молодежи сохранится лишь в Африке южнее Сахары, отчасти на Среднем Востоке и на больших островах Тихого океана. Уже сейчас нехватка земли и воды терзает 21 страну с населением в 600 миллионов человек. К 2025 году таких стран будет уже 36, а число душ, попавших в зону голода, дорастет до 1,4 миллиарда. Здесь окажутся Бурунди и Колумбия, Эфиопия и отколовшаяся от нее Эритрея, Малави, Пакистан и остатки Сирии. Особенно страшна нехватка вод в развивающихся странах – до 70 % ее потребляет именно сельское хозяйство. В то же время обеспеченные люди в незападном мире норовят питаться на западный манер, богатой протеином пищей. А ее производство требует еще больше воды и горючего. Да и зерна для откорма скота и птицы тоже. Количество же стран – основных экспортеров зерна на Земле небольшое: США, Канада, Аргентина и Австралия. И если тамошние правительства часть земель отведут на производство сырья для биотоплива, проблема голода резко обострится.

Все усугубится нездоровой урбанизацией, бегством бедных в разрастающиеся грязные супермегаполисы. К 2025 году 57 % населения планеты будут обитать в «каменных джунглях», полностью завися от подвоза продовольствия. К 19 нынешним «мегагородам» в 2025 году добавятся еще восемь. Все они, за исключением одного, будут в Азии и Африке южнее Сахары. Впрочем, рост ждет и здешние небольшие города: они станут расползаться по дорогам (и их перекресткам), а также по береговой линии. И все они – потребители, а не производители еды. Им нужна и вода. К 2050 году уже 70 % землян станут горожанами. А поскольку города третьего мира – экологические монстры, они станут интенсивно загрязнять пресную воду. Опреснение морской воды тоже проблемы не решает: и дорого, и образуется в результате крайне сгущенный рассол, который сбрасывают в моря. Водный голод усугубит азиатская экологическая катастрофа. Ганг в Индии – уже сточная вонючая канава. Притчей во языцех стала река Читарум на Яве (Индонезия), где воды не видно из-за слоя мусора на поверхности – пластиковых бутылок и бытового мусора. Массовый вывод производства с Запада в эту дешевую страну уничтожил реку: ее берега заняли полтысячи текстильных фабрик. Однако близки к состоянию сточных канав река Ямуна в Индии (и тот же Ганг), Буриганга в Бангладеш, китайские Сонгхуа и Желтая река, филиппинская Марилао. Очень неблагополучны Миссисипи в США и река Сарно на юге Италии. Все больше проблем у великой китайской Янцзы, что поит треть населения Поднебесной. И на нее берегах – свыше 10 тысяч заводов. Вообще экологические бедствия и проблема пресной чистой воды весьма связаны.

Впрочем, жажда и проблема пресной воды – сами по себе источник грядущих конфликтов. Разным государствам будет трудно договариваться об использовании общих источников воды. Например, потенциальное яблоко раздора – Гималайский регион, ледниками которого питаются главные реки Китая, Пакистана и Индии. Или, скажем, палестинские территории, где находятся главные водные ресурсы Израиля. Уже очевиден грядущий конфликт между Египтом с одной стороны и Суданом с другой из-за нильского стока. В Египте уже не хватает воды для орошаемого земледелия. Специалисты пророчат борьбу за воду между Китаем и Индией.

Пресная вода

Или вот Ферганская долина в Средней Азии, где уже не хватает воды. После гибели СССР Таджикистан и Киргизия, владея горными реками, теперь не торопятся делиться водой с Узбекистаном. Они хотят вырабатывать электричество на ГЭС, а узбекам вода нужна для выращивания хлеба и хлопка. Амударья и Сырдарья давно исчерпали свои возможности. Да и планы Туркмении строить новый канал, питаемый Амударьей, встречают резкую реакцию Ташкента. Того и гляди, появится новый Тамерлан в Узбекистане – воитель за воду. А там и Китай подоспеет…

Да чего уж об Азии? Пока еще в начальной стадии – конфликт между Соединенными Штатами и Канадой за мелеющие Великие Озера…

Американцы в начале 2000-х прогнозировали не полномасштабные войны за воду, но – конфликты низкой интенсивности. То есть все-таки войны, хотя и партизанско-иррегулярные. Но, как мы знаем, они тоже могут быть крайне истребительными. Этнические чистки и геноцид людям давно и хорошо знакомы.

В 2006 году Дэвид Уосделл (Wasdell) напомнил: недавно (на тот момент) на Иберийском полуострове и юге Франции случилась хоть и не засуха, но маловодье из-за сильной жары. Однако французы совершенно не желали делиться водой с испанцами, отговариваясь тем, что, мол, самим не хватает. Засухи еще не было, но уже замаячил призрак серьезного конфликта за природный ресурс – воду. Сегодня, на исходе 2010-х, мы знаем, что пресная вода становится яблоком раздора в Италии и причиной сепаратизма Падании – севера страны. Он уже не сильно стремится делиться своей водой с центром и особенно югом Италии. Вышла на свет божий еще одна проблема: ускоренного исчерпания подземных горизонтов пресной воды. В той же Италии лишь в окрестностях Рима – более 40 тысяч артезианских скважин. Высасывая воду из недр, итальянцы вызвали обмеление Тибра – его вода уходит под землю. Проблема опустошения подземных вод приняла европейский размах. Не так уж много великих рек в этой части Старого Света, вот и приходится бурить скважины (и не только в Европе нарастает эта беда).

«Нехватка чистой пресной поверхностной воды заставляет многие страны активнее использовать подземные воды. В Евросоюзе уже 70 % всей воды, используемой водопотребителями, берется из подземных водоносных слоев. В Дании, Литве и Австрии грунтовые воды – единственный источник пресной воды для народного потребления.

В засушливых странах вода практически полностью берется из подземных источников (Марокко – 75 %, Тунис – 95 %, Саудовская Аравия и Мальта – 100 %). Подземные водоносные слои залегают повсюду, но не везде они возобновляемы. Так, в Северной Африке и на Аравийском полуострове они заполнились водой около 10 000 лет назад, когда климат здесь был более влажным. В Экваториальной и Южной Африке дела с подземными водами обстоят значительно лучше. Проливные тропические дожди способствуют быстрому восстановлению запасов подземных вод…»[3]

Воображая немыслимое: взгляд из Пентагона

В 2004 году Пентагон предал гласности доклад Питера Шварца и Дага Рэндалла «Вообразим немыслимое», посвященный последствиям климатической «ломки» в ближайшие 20 лет. Конечно, его можно считать очередным «возбудителем общественного мнения», «страшилкой» – такой же, как и «достоверные сведения» об оружии массового поражения у Саддама Хусейна годом ранее. И все же давайте познакомимся с положениями этого доклада повнимательнее. Ибо климат Земли меняется на наших с вами глазах. И уж к середине столетия все эти тенденции наберут ход.

Итак, в силу пока неизвестных доподлинно причин началось «глобальное потепление»: Арктика очищается ото льдов, ледники отступают. Масса пресной воды изливается в океан. Зимы становятся слякотными и малоснежными. Однако это оборачивается не потеплением, а похолоданием. Нарушается течение Гольфстрима, несущее тепло востоку США, Англии, Европе, Скандинавии. На Британских островах, в Голландии и Скандинавии (они ведь рядышком расположены) каждую зиму стоят буквально сибирские морозы. Некогда незамерзающие порты сковываются льдом. Замерзает и некогда теплое Северное море. Расход нефти резко возрастает. Неприспособленные к суровым зимам европейские города начинают вымерзать.

Нарушение привычной циркуляции воды в океане вызывает сильные ветры, приводит к уменьшению выпадения осадков в главных регионах – поставщиках продовольствия. В бедных тропических странах начинается голод, миллионы беженцев уходят туда, где жизнь кажется лучше. Они устремляются в Европу и США. Ураганы сносят дамбы в США и Голландии, вызывая огромные затопления. Уровень моря из-за таяния льдов поднимается.

Европе придется туго: внутри нее образуются потоки беженцев – европейцы из Скандинавии и с севера континента потянутся в более южные районы. А с юга ЕС придется сдерживать орды беженцев из Африки. Впрочем, испытания ждут и Соединенные Штаты. Их климат станет более сухим и ветреным, летом они станут страдать от засух. Производство зерна в США сократится, а это спровоцирует мировой голод. Америка замкнется в себе, используя ресурсы прежде всего для прокорма своего населения, укрепления собственных границ и удержания под контролем американского социума.

Крайне скверно придется Китаю. Зимы в нем станут более долгими и суровыми, лето – более жарким. Голод повлечет за собой хаос и бунты, китайцы обратят взор на энергетические ресурсы РФ. Впрочем, китайцам тоже придется иметь дело с наплывом беженцев из Южной Азии. Такие страны, как Бангладеш, потерпят полный крах. Индия начнет корчиться в муках. Опасная ситуация: три обладателя ядерного оружия (КНР, Индия и Пакистан) окажутся на грани краха и хаоса. Добавим ко всему прочему кризис в тамошней промышленности, что работала на рынки Запада и давала заработки сотням миллионов «дешевых рабочих». Лишившись средств к существованию, эти тьмы китайцев, индусов и пакистанцев обезумеют.

В таком мире неминуемо начнутся войны. Слишком у многих возникнет желание поправить свои дела за счет соседей. Китаю срочно понадобятся южно-сибирские и приморские территории РФ. Восточная и Центральная Европа позарится на Украину, Белоруссию и РФ: ведь там и нефть, и газ, и черноземы, и пресная вода. Японцы сами (или в союзе с американцами) возжелают оторвать Сахалин, заполучив его запасы нефти и газа. Начнутся яростные схватки за бассейны рек, за воду для орошения полей и питья.

Стремясь обеспечить себя энергией, все, кто только сможет, начнут строить атомную энергетику. Но ей всегда сопутствует и ядерное оружие: АЭС – фабрики для наработки плутониевой взрывчатки. Ядерные технологии станут бурно распространяться. Ядерным оружием помимо нынешних его обладателей (США, РФ, Великобритания, Франция, КНР, Пакистан, Индия, Израиль) обзаведутся Германия, Япония, Иран, Египет, Северная Корея. Вполне возможно, появится оно и в Латинской Америке. В неизбежных конфликтах кто-нибудь да и пустит его в ход.

В сошедшем с ума, терзаемом бедствиями мире начинают создаваться неожиданные союзы. Возможно, США и Канада ради выживания сольются в одно супергосударство. Обе Кореи соединятся, создав страну промышленно развитую, высокотехнологичную – и при этом с сильной армией и ядерным оружием.

А это, читатель, уже не «посиделки» в негосударственном фонде. Это – документ Министерства обороны США…

В 2006 году о тяжелых последствиях «зеленой революции» в глобальном сельском хозяйстве (1960–1970-е годы) говорил индийский исследователь П.К. Кесаван (P.C. Kesavan), профессор Фонда исследований М.С. Сваминатана (M.S. Swamina than Research Foundation). Перевод агро сферы на полную механизацию, интенсивное возделывание полей, применение только высокопроизводительных сортов растений и пород животных, широкое использование минеральных удобрений вкупе с ядохимикатами – все это ведет к интенсивному загрязнению окружающей среды, засолению и деградации почв, отравлению рек и озер, уничтожению биоэкосистем. Горький факт: на фоне роста населения планеты площади земель аграрного назначения только уменьшаются, тогда как резервы роста продуктивности сельского хозяйства индустриального типа уже исчерпаны. Его рост сопровождается увеличением сжигания углеводородного топлива, что усугубляет климатические бедствия планеты. По сути дела, ради спасения Земли придется создавать совсем другое сельское хозяйство – биотехноэкологическое…

Редактор «Сайентифик Америкен» Джордж Массер (Musser) в том же 2006-м был встревожен массой выброса углекислого газа в воздушный океан. Хотя богатство человечества растет быстрее, чем эти выбросы (что внушает надеж ду на лучшее), однако в абсолютном выражении объемы выбросов все равно увеличиваются. Конечно, Запад стал использовать более экономичные моторы внутреннего сгорания с увеличенной по сравнению с началом 1970-х годов степенью сжатия топливно-воздушной смеси в цилиндрах. Однако автомобильное загрязнение атмосферы углекислым и угарным газами с тех пор выросло на 23 %! Оказывается, сами автомобили за минувшие 35 лет стали значительно тяжелее, а жители Запада стали ездить на них гораздо больше, чем в начале 70-х. Скажем, в США – на 16 % больше, чем во времена исхода Вьетнамской войны. Оно и понятно: автомобиль – символ и божество общества потребления. Поэтому нужна новая мировая политика: не только наращивать эффективность использования энергии, но и сокращать потребление углеводородного топлива. Массер считает, что во второй половине нового века человечеству, если оно хочет уцелеть, придется построить сугубо устойчивую, ресурсосберегающую экономику вкупе с политикой жесткого ограничения численности человечества. Естественно, с сокращением безудержного потребления…

Тот же 2006-й. Об опасном разрушении почвенного слоя под действием плугов говорил геолог и почвовед Дэвид Р. Монтгомери (профессор Университета Вашингтона в Сиэтле). Особую опасность представляет современное интенсивное земледелие. Даже в высокоразвитых Соединенных Штатах почва губится ударными темпами. Еще в 1930-е годы президент Франклин Рузвельт заявил: «Нация, которая разрушает свои почвы, разрушает саму себя». Красивые слова так и остались словами. Монтгомери привел пример исследований местности в 200 милях к востоку от Сиэтла, в так называемом Пэлоузе (Palouse area). За 60 последних лет плуги уничтожили 5–6-футовый слой почвы (1,5–1,8 м) – со скоростью 1 дюйм (2,5 см) в год. А всего уже разрушена половина плодородного слоя. В Теннесси в некоторых местах утрачено по 4–5 футов почвы за последние 230 лет. Все это – последствия ведения интенсивного, механизированного сельского хозяйства с плужной вспашкой. То есть, несмотря на то что в Америке в 30-е годы было создано специальное агентство по сохранению почв (Soil Conservation System), все равно потеря почвы идет быстрее, чем ее восстановление.

И это – в богатых и культурных США. Что же говорить о более бедных странах, где местному населению приходится выжимать из аграрных угодий максимум урожая и прибыли? Между тем разрушение плодородного слоя – это не только уменьшение возможностей человечества прокормить себя, это еще и превращение огромных районов в пустыни. Пример? Северная Африка, где еще во времена первых римских императоров цвели оливковые рощи и колосились хлеба на полях. Однако уже в III веке н. э. из-за разрушения почвенного слоя сюда пришли пески Сахары. А теперь Северная Африка – это территория с полностью уничтоженной почвой. Нечто подобное грозит теперь и Америке, пока еще основной житнице планеты. Недаром Оклахому уже окрестили Пыльной чашей (Dust Bowl).

Что делать? Необходимо изобретать новое, по терминологии Монтгомери, «устойчивое» земледелие. Среди трех критически важных проблем в обозримом будущем он называет именно такую агрикультуру вкупе с эрозией почв и уничтожением биоразнообразия. Но что это за sustainable agriculture? Монтгомери называет так возделывание многих культур (немонокультурное земледелие) в одном хозяйстве, более широкое использование «древесных культур» вроде оливковых деревьев, которые служат еще и защитниками плодородного слоя, а также использование не однолетних, а многолетних полевых культур. Плюс к тому – еще и непахотное земледелие.

Но такое устойчивое земледелие, отметим уже мы, по урожайности в несколько крат уступает индустриальному, «нефтепрожорливо»-тракторному агрохозяйству. И переход на устойчивую модель села, увы, потребует радикального сокращения не только крупного рогатого скота (он требует зерновых кормов), но числа людей-едоков на планете.

Да, неплохое добавление к перспективе глобальной жажды! Куда двинутся массы населения Ирана, Ирака, Пакистана, Северной Индии, Бангладеш, Афганистана, Узбекистана, Таджикистана, Туркмении и Киргизии, спасаясь от голода и жажды? На север. Под каким знаменем? Под стягом воинствующего ислама. Понятное дело, что голод и жажда большинство уничтожит на месте. Но кто-то и сможет сорваться в новое Великое переселение народов.

Часть переселенцев из Азии попытается прорваться в Европу как нелегальные иммигранты, и поток таковых из Центральной Азии смешается с потоком беженцев из Африки. А остальные (пускай и в лице отчаянных боевиков) двинут вперед, сметая для начала светские режимы в Ашхабаде, Ташкенте, Душанбе, Бишкеке. Но в Средней Азии не хватает воды, мало орошенной земли. Значит, нужно идти дальше, в Казахстан. Но и там с водой плохо. Значит, новые варвары попробуют пойти дальше – в низовья Волги и на Урал, в южную Сибирь! Там, где есть земли, леса и большие реки. И впереди будут идти закаленные почти в семидесятилетних боях афганские боевики: пуштуны, белуджи и узбеки.

Вне всякого сомнения, они используют все возможности для нелегальной миграции в Европу и на наши земли, пустеющие из-за вымирания коренного населения. Что такое наплыв мигрантов (беженцев и выгонцев) из Африки и с Ближнего Востока, ЕС знает уже сегодня. Когда массы народа погонят еще и жажда с голодом в середине сего века, все это покажется сущим баловством на фоне настоящего бедствия. Эксперты прогнозируют, что мигрантами в середине текущего столетия могут стать от 300 до 700 миллионов душ. А это грозит крушением цивилизации.

Кстати, гораздо более серьезной опасностью для нас может стать организованный исход китайцев. В те же Приморье и Забайкалье. Тут не кибитки – тут мотоколонны возможны. Помимо обычных миграции и просачивания…

Все взаимосвязано. Нарастание жажды и нехватки земель на бедном плодящемся Юге – это и голод, и эпидемии с дикой антисанитарией, и слом общественных институтов. А дальше – и кровопролитные «неправильные» войны, фанатизм и садистская жестокость, эпидемии телесные и психические, новое Великое переселение, применение оружия массового поражения, причем уже не только государствами, но и негосударственными игроками. Сие уже никакими силами не отвратить – время упущено.

Строить Россию-ковчег по-хорошему надо уже сейчас. Слишком мало времени осталось до середины Жестокого века…

Глава 2. Великие испытания – но и великие возможности!

Завтра принадлежит только сильным и умным!

Меня совершенно не волнует судьба обывателей. Каждому – свое. Глубоко презираю нынешних люмпенов с их растянутыми футболками, пивными брюхами и кроссовками. Туповатые и ограниченные, они ползают на дне. Банальные заботы, убогие мыслишки. Где-то что-то урвать, получить подачку, что-то купить на распродаже или со скидкой, «по акции». Банальные мечты о сладкой жизни, о тачке и смарт фоне, завистливое перелистывание бульварных журнальчиков с иллюстрациями роскоши звезд – «Живут же люди, нам бы так!» Таковы же и их жены, бесформенные расплывшиеся бабы…

Тьфу! Вот дети ваши нам нужны. Мы из них Людей сделаем…

Также мне наплевать на тех странных особей, что целиком уходят в виртуальный мир Сети. Хотите – и погружайтесь вовсе в ваши игры, плавая в ваннах с введенным в желудок зондом, и пусть вас кормят дешевыми смесями. Презираю глупых. Немилосердное будущее и Россия-ковчег приемлют лишь сильных духом и готовых на долгие усилия. На труд и подвиг, как бы высокопарно сие ни звучало.

Возможные образы великого потепления

Давайте представим себе мир воплощенного глобального потепления. Северный Ледовитый океан теперь свободен ото льда, он – аналог холодного, но незамерзающего Северного моря между Норвегией и Англией. В самой Англии дуют муссоны, ураганы приносят красноватую пыль из африканской пустыни. На волнах морских качаются «острова» пластикового мусора. Полоса пустынь разрослась-расширилась. Пески Каракумов и Кызылкумов захватили Калмыкию, вышли к Волге. Степи стали опустыниваться. Пустыни наступают на несчастный Пакистан, захватывают Афганистан с Ираном. Пески Аравии словно движутся навстречу Каракумам, хотя их все равно разделяют горы Ирана и хребет Копет-Даг. И только русла Тигра и Евфрата отделяют их от разрастающихся в Иране пустынь Дешт-э-Лут и Дешт-э-Кевир.

Пустыня Гоби стремится на север, приближаясь к Байкалу, с востока как бы обходя его и вклиниваясь глубоко на север, в русское Забайкалье. Даже в Индии Великая пустыня на северо-западе разрастается. Даже в сердце Турции возникает небольшая пустыня. Аравийская пустыня выходит на берега Индийского океана, окончательно покрывая густонаселенный Йемен. К юго-западу от нее, через Красное море и Оманский залив, опустынивается Африканский рог – с Эфиопией, Эритреей и Сомали. Новая засушливая зона Африканского рога словно движется навстречу наступающей с севера Сахаре. Да, на фоне нарастающего дефицита пресной воды, при угрозе конфликтов Судана и Египта за сток вод великого Нила…

Наступление пустынь

Пески Сахары, точно воины победоносной армии, выходят на южные берега Средиземного моря. Они словно пересекают его и получают первые плацдармы в Европе – новую жаркую и безводную местность на востоке Пиренейского полуострова, а возможно и на Сицилии. Пески Сахары ползут и на юг Африки – опять-таки встречь расширяющимся голодным и засушливым землям и Африканского рога, и Калахари на самом юге Черного материка. Калахари наступает на территории Намибии, Ботсваны и ЮАР. Она вторгается даже в часть Анголы.

Впору говорить о формировании некоей Великой Афро-Евразийской пустыни. Огромное песчаное море Сахары соединяется через Египет и Синай с пустынями Аравии и Ирана, а они – с пустынями Средней Азии и Гоби. Первые – пускай и небольшие – пустыни возникают на северном побережье Черного моря, в Новороссии, на самом юге бывшей Украинской ССР. Пустыня зарождается даже в Китае, к западу от Бохайского залива и к юго-востоку от Пекина.

И это – в мире, где свирепствует водный голод, где миллионы нищих беженцев и выгонцев из Африки и Ближнего Востока рвутся в относительно благополучную Европу. А опустынивание Средней Азии и Казахстана так же гонит людей на Север, в пределы Российской Федерации. Пустыни поставят на грань выживания регионы с самым бурным ростом населения, друзья мои. Считается, что зона голодных земель (а это не только песчаные моря!) не распространяется выше 30-го градуса северной широты и южнее 30 градусов южной. Однако оные пределы будут преодолены.

Если планетарная климатическая ломка продолжится и будет становиться жарче, то нас ждет и замедление движения воздушных масс. Нас ждут стойкие антициклоны, что будут делать зимы – студенее, а летний зной – злее. Помните, какая адская и застойная жара накрыла Москву и центр РФ летом 2010-го, когда воздух еще и наполнял дым от торфяных пожаров? Да и лесные гари в знойном климате станут куда чаще – в дополнение к хищнической вырубке «зеленых легких» планеты. Потепление суши и мирового океана сделает ураганы более сильными и частыми.

Линия снегов в горах станет отступать все выше, ледники примутся таять, уменьшая речные стоки и усугубляя глобальную нехватку пресной воды. Достаточно сказать, что в китайском Тянь-Шане сток вод с ледников с 1964 года уменьшился более чем на 20 процентов, создавая серьезные проблемы для севера КНР. Впрочем, и Альпы в старушке Европе с середины го столетия утратили 54 % площади ледников.

Потепление атмосферы и насыщение ее углекислым газом приведет к тому, что воды Мирового океана станут поглощать двуокись углерода. Да, они просветлеют от этого – но зато начнется вымирание планктона и коралловых рифов. Дело в том, что микроорганизмы с кальциевым скелетом (фораминиферы) – начало пищевой цепочки. Их вымирание усугубится при повышении аппетита куда более крупных обитателей океана: ластоногих, усатых китов, пелагических (живущих в верхних слоях океана) рыб. Все это приведет к сокращению популяции и их тоже. Упадет добыча рыболовецких флотов – но зато освободившуюся нишу займут склизкие медузы. Например, огромные медузы Номура, каковые уже сейчас стали бичом японских рыбаков и распространяются в северной части Тихого океана. Медузы неприхотливы, загрязненный и бедный кислородом океан станет для них раем. А вот у человечества добавится продовольственных проблем.

На наших родных просторах пойдет таяние вечной мерзлоты. Тундра начнет превращаться в топкие плавни. Таяние вечной мерзлоты выбросит в воздушный океан планеты огромные объемы метана и углекислого газа, усиливая мировое потепление.

Переворачивание мировой «шахматной доски»

Напрашивается твердый вывод: обстановка странным образом напоминает начало ХХ века. Но если тогда шла кровавая борьба за передел мировых рынков, за «распечатывание» рынков колоний, причем с помощью долгих и «правильных» мировых войн, то теперь… Теперь прежний миропорядок полетит к черту лишь в силу климатическо-экологической ломки, не считая остальных факторов. Она сметет прежние границы и повлечет за собою массовые переселения сотен миллионов людей. И войны здесь будут иррегулярными, максимум – локальными, с применением маломощных ядерных боеприпасов. Споры о конце капитализма можно прекращать: виден явный и очень страшный его предел. К нему и должна готовиться РФ – чтобы стать тем самым Ноевым ковчегом. Встречать новую эпоху нужно не только с карабином в руках – но во всеоружии Нового курса. Используя и смелые социальные преобразования, и новую урбанизацию, и плоды научно-технической революции. Умные тракторы и комбайны тут не менее важны, чем танки и боевые беспилотники.

Мне понятно, что к середине сего века вся мировая политика изменится до неузнаваемости, повинуясь страшным вызовам и самым драматическим переменам. Считаю, например, что нынешние противоречия с Украиной отойдут далеко на задний план – придется выживать и строить новую цивилизацию вместе. Потому что от потоков беженцев и выгонцев из черных и мусульманских стран рискуют пострадать и великороссы, и малороссы-украинцы. Никакая Европа тут не поможет – она сама скрючится от своей боли и проблем.

Наступать, а не отсиживаться!

В подступающем инферно Российская Федерация имеет неплохие возможности выстоять и даже расшириться. Во всяком случае, теоретически. 40 миллионов заброшенных с 1991 года гектаров пахотных земель. Пояс плодородных черноземов. Причем на долю РФ приходится половина (48 %) их глобальных запасов – 153 миллиона гектаров (1,53 миллиона квадратных километров). Если добавить Украину с ее 9 % мировых черноземов (27,8 миллиона гектаров, 0,278 миллиона квадратных километров), то у нас – большинство таких ценных почв.

У нас есть обширные площади лесов и тайги. На территории одной лишь РФ текут могучие и полноводные реки. У нас – около 60 значительных речных систем. Мы не только о Волге. Тут вам и Обь, и Лена, и Амур, и Енисей с Иртышом, и Днепр с Доном, и Двина, и Ангара… А если считать и Украину-Малороссию (вместе с Новороссией)? Общий с РФ Днепр, Днестр, Южный Буг и Буг Западный, часть Дуная, Северский Донец, Горынь, Десна…

У нас в распоряжении – бескрайние просторы Сибири, пригодные для жизни даже в условиях глобального потепления. С их природными кладовыми. У нас и Русская-то равнина толком не заселена! Доступ к северным морям, Черному морю на юге и Тихому океану на востоке – огромное русское преимущество. Вижу огромные комплексы марикультуры: мы сами (не только в море, но и в прибрежной полосе суши!) можем выращивать ценнейшие биоресурсы – моллюсков, крабов, водоросли. Источник не только обогащенной пищи, но и лекарств, и биологически активных добавок. Мы совершим переход от примитивного вычерпывания моря рыболовецкими «эскадрами» к возделыванию акваторий. К разведению рыб и морской флоры. Возрожденный русский флот обеспечит надежную охрану наших морских владений, прикроет Арктику. Если она освободится ото льдов, то станет возможным маневр ВМС между Кольским полуостровом и Владивостоком. Севморпуть, будучи кратчайшей трассой между Юго-Восточной Азией и Европой (на 20–40 % короче Суэцкого и Панамского маршрутов), заработает в полную силу. Откроются трансполярные пути.

А на суше мы совершим не только футурополисную и транспортную революции. Наше сельское хозяйство превратится в агробиоиндустрию. Это – не только чистые съестные продукты, но обогащенная, здраворазвивающая пища новой эпохи. Это производство естественных лекарств и биологически активных средств из трав и кореньев. Технология холодной углекислотной эскстракции, сохраненная нами со времен Советского Союза, позволяет извлекать из растений их уникальные химические соединения. Вот вам ворота в пленительную, захватывающую, полную смысла жизнь!

Не хватает нам лишь людей и волевого, умного государства, не пораженного проказой цинизма, коррупции и казнокрадства. Не хватает нам своего государства, что, объединяя разделенные с 1991-го русские земли, делает ставку на местное самоуправление, на народосбережение и хозяйственность, на «сосредоточение» и всемерное развитие. Государства, что занимается Делом, а не расплескиванием ресурсов на всякие там Сирию, олимпиады и футбольные чемпионаты. Времени-то до середины жестокого века – каких-то 30 лет! К этому времени тем, кто родился в 2000-м, будет всего 50, эпоху суровых испытаний увижу и я, рожденный в 1966-м. Мне отмерен срок на сем свете до 2051-го…

И понятна стратегия выживания: надо не только обустраивать собственную страну, но и тянуть в нее всех тех европейцев, кому тесно, гнусно и невыносимо в выжившей из ума, потерявшей волю Европе. Нам нужны те, кто готов ехать в великую страну огромных возможностей, в Сверхновую Россию. В страну-ковчег. Нам нужны германцы и скандинавы, южные и западные славяне, кельты и представители романских народов. Даже и англосаксы – тоже нужны. Всех сможем сделать русскими. Здесь можно развернуться, стать аграрием или промышленником, найти интересную работу, строить, обзавестись домом и детьми. Без удушающей «толерастии» и тьмы глупейших предрассудков. Европейцы нам намного желательнее, нежели пришельцы из «засахарской» Африки или с Ближнего Востока. С Востока нам нужны культурные и трудолюбивые персы прежде всего.

Есть Казахстан – возможное убежище для множества людей с Востока. С плодородными почвами, которые можно оживить с помощью высокотехнологичного орошения по израильскому образцу. У русских имеется в распоряжении могучее геополитическое оружие – сток сибирских рек. Всегда можно вернуться к тому, чтобы перебросить часть его в степи и полупустыни Казахстана. На русских условиях, естественно. Здесь можно создать огромную новую житницу, заняв работой миллионы людей. Причем давление на Казахстан с юга и со стороны Китая сделает его лояльным к русским. Мы вам – воду и защиту со стороны русских военно-научных сил. Вы нам – часть хлеба. Китай не сможет с нами здесь соперничать – воды ему самому не хватает. В ходе климатической ломки и нарастания водного голода нам открывается возможность для возвращения контроля над большей частью Каспия. Во всяком случае, не только Астрахань, но и Мангышлак, и Красноводск могут стать нашими оплотами. Возможная экспансия Китая отлично сдерживается с помощью ракетно-ядерного щита, перспективных космических вооружений и воздушно-космического флота. Да и сами русские военно-научные силы.

«…Мир принадлежит тем, кто сильней. Кто хочет жить, должен властвовать. Мы – владыки мира! Владыки над морями и землями! Владыки над звездами! Владыки Вселенной!…»

Эти слова Карел Чапек в 1920-е вложил в уста вождя роботов, Радия. Они верны и нынче.

Нас ждут не только большие испытания, но и великие возможности. Но не для глупых обывателей и не для тех, кто бежал в виртуальные бесплодные миры…

Империя-ковчег и степи…

Обозревая возможное суровое будущее в жарком, страдающем от жажды, голода, смут и войн мире, рисуя чертеж нашей империи-ковчега, обратим наш взор на просторы к югу от Уральских гор и к востоку от Волги. На, как бы сказали раньше, киргиз-кайсацкия степи…

Что такое – бывшие степные, целинные земли Казахстана? Читаем прелюбопытнейшие воспоминания из 1985 года, опубликованные Валерием Ярхо в журнале «Загадки истории», № 30 за 2019 год. Итак, окрестности станции Тогузак, Кустанайская область. Фактически – Южный Урал, примыкающий с юга к Челябинской области.

Как пишет В. Ярхо, их, водителей грузовиков и армейских резервистов, бросили на уборку хлебов на давно уж распаханной к тому времени целине.

«Ближайшим очагом городской культуры был поселок Комсомолец, который находился на расстоянии пятидесяти километров. Где-то неподалеку находилось село Шадыксаевка… Что находилось в других секторах пространства, местные жители точно не знали и на всякий случай говорили, что там «ничего нет до самого Байконура». Мнение это базировалось на том, что спустя сутки после запусков космических кораблей с той стороны неизменно приходил ураган, сметавший и уносивший в степь все, что не было надежно закреплено. Дороги туда не было, а попытки доехать степью до чего-нибудь, отправляясь в эту сторону, ни к чему хорошему не приводили.

В дикой степи сгинуть так же просто, как в горной тайге или полярной тундре. Наши командиры… советовали новичкам не покидать асфальтированных дорог. Проселок легко было потерять, заблудившись в том краю, где нет воды, где днем жара, а ночью – заморозки.

Мы уже видели кубанские степи, полные спелой пшеницы, но казахские степи – совсем иные. Малообжитые, огромные – сколь взору хватит до горизонта – пространства, не имеющие конца-края. Сравнить степь можно только с морем. Колосья под ветром и волнуются-то как волны. И это море надо было скосить, обмолотить и вывезти на элеваторы…»

Ярхо вспоминает, что в 1985 году поселок совхоза был правильно спланирован и застроен двухэтажными домами из шлакоблоков и одноэтажными – из белого силикатного кирпича. Здесь были (хвала цивилизации Советского Союза) большой клуб с колоннами, двухэтажная каменная школа, почта, три магазина. Большой яблоневый сад на краю населенного пункта. Именно сюда, на ток близ поселка, поступал поток зерна, который колонны грузовиков везли на железнодорожную станцию с огромным элеватором. «Столько много зерна не видел я ни до, ни после того! Огромные бурты высотой в два человеческих роста растягивались метров на 30–40 в длину…» «Кроме хлеба и картошки, степная земля ничего не родила. Зато там привольно было держать бычков и овец. Дирекция совхоза на прокорм «партизан» каждый день давала бычка и особого расхода в этом не видела. Многие хозяева также держали скотину. Осенью, после расчета по уборке, сдачи бычков и продажи картошки денег у поселковых скапливалось много, но тратить их им было совершенно не на что. В поселковых магазинах продавались водка, рыбные консервы, крупы с макаронами и всякая мелочевка. За всем остальным ездили в Кустанай или Челябинск…»

Увы, уже тогда жизнь здесь была далека от идеала. Обиталось в поселке серо и скучно, кино и танцев было мало, чтобы развеять скуку. Поэтому люди стремились уехать в большие города – в Челябинск или Златоуст. Оставались здесь по большей части высланные по суду из больших городов да женщины трудной судьбы – вернувшиеся из больших городов «разведенки» с детьми. Они вовсю спали с проезжими дальнобойщиками. Здесь многие курили анашу из дикой конопли. Процветали пьянство и половая распущенность среди детей…

А теперь представим иную картину. То же самое – но с нашими дополнениями. Итак, на полях в степи – роботизированные комбайны «Ростсельмаша». Один оператор управляет десятком машин. Ориентация по спутникам «ГЛОНАС» позволяет убирать урожай с изумительной точностью – комбайн не захватывает уже убранную полосу. Система электронного картографирования хозяйства дает повышенную урожайность за счет точного внесения удобрений.

Посмотрите на технику сегодняшнего «Ростсельмаша»: это уже цифровая экономика! Автоматизированные комбайны движутся по картографированным с помощью спутниковой навигации полям. Это – земледелие высокой точности. Уже сейчас комбайны ростовского производства подключены к системе «Агротроник». Все данные о работе машин стекаются в одну базу данных завода. Собственник комбайна может войти туда и спланировать оптимальную работу техники, затраты на нее, минимизировать производственные потери, оптимизировать логистику. Можно наиболее рационально управлять парком своих машин и поднимать эффективность всего хозяйства. Видно все: сколько техника работала, сколько – простаивала, сколько горючего сожгла. Ты замечаешь любой неконтролируемый слив топлива, видишь объемы намолота. Система позволяет вычертить трассы движения комбайнов по полям, причем они планируются так рационально, что расход горючего снижается до необходимого минимума (комбайн ходит буквально на автопилоте). Это же позволяет добиваться самого большого урожая. После того как урожай собран, «Агротроник» позволяет построить карту урожайности, покажет «гиблые пятна», позволит спланировать внесение удобрений и высев на следующий год. На тех «пятнах», где урожай низок, можно провести анализ почвы и внести потом нужные вещества. Так сказать, точечно применить удобрения, без их перерасхода на других участках. (Мы рассказали об умных комбайнах, но на Кировском заводе в СПб делают и смарт-тракторы.)

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

https://www.medikforum.ru/medicine/11742-bolnichnye-infekcii-samye-zaraznye.html

Вернуться

2

https://www.mirprognozov.ru/prognosis/society/oon-prognoz-nase-leniya-zemli-k-2050-godu/

Вернуться

3

http://www.vigorconsult.ru/resources/mirovoy-ryinok-presnoy-vodyi/

Вернуться