Карина Сирин
По ту сторону Земли

Глава 1

…Кто бы мог подумать, что я окажусь в таком положении. Сижу за столом, вся растрепанная, уставшая, но… счастливая. Потому что весь этот ужас закончился и теперь все хорошо. Нужно решить только одну проблему: вернуться домой. Но есть кое-что, а, вернее, кое-кто, из-за кого я не хочу возвращаться на Землю. И этот кое-кто сейчас сидит напротив меня и ждет, когда я приму решение.

Никогда бы не подумала, что этот выбор будет настолько тяжелым. Дома меня ждут колледж, друзья, родители и сестренка, но здесь…Здесь я чувствую себя по-настоящему живой. Несмотря на тот ужас, что мне пришлось пережить, мне нравится этот мир и люди в нем, если, конечно, их можно назвать людьми.

Для зелья уже собраны все ингредиенты, осталась только моя кровь. И вот я сижу с ножом в дрожащей от напряжения руке, пытаясь сосредоточиться. Сердце словно разрывается на тысячи хаотично движущихся осколков, у каждого из которых своя причина уйти или остаться…

Кстати, мы не познакомились. Меня зовут Трейси Саммерс, мне восемнадцать и мне осталось учиться меньше года в одном из колледжей Англии в небольшом городке с красивым названием Портсмут, прежде чем я поступлю в Кембриджский университет. Ну, вернее, может быть, поступлю. Хотите знать, как моя спокойная жизнь превратилась в кошмар и бесконечную череду проблем и вопросов, на которые нет ответов? Тогда…

– Трейси. Трейси! Треейсиии!!!!!! – меня вырвал из объятий Морфея голос Кейтлин, моей сестренки. Я потянулась и высунула голову из-под одеяла.

– Чего тебе? Не видно, я сплю, – мой взгляд упал на будильник. – Восемь часов!? Кейтлин, сегодня воскресенье, а я недавно сдала свой проект и мне просто необходимо выспаться! Чего такого ужасного могло случиться, что ты разбудила меня в восемь часов???

– Ты что? Сегодня же Хэллоуин! Ты обещала сходить со мной в магазин за костюмом! И пойти со мной собирать конфеты! – Кейтлин начала топать ногами по полу так сильно, что у меня в голове словно начал танцевать чечетку гризли. Еще бы, я почти неделю не спала, работая над проектом, необходимым для поступления в университет.

– Да-да, точно, костюм…Что? Конфеты? Кейтлин, тебе уже десять, а ты все еще хочешь бегать по домам с криками «угощение или шутка»? – я встала с кровати, натянула халат и отправилась в ванную. Кейтлин фыркнула и пошла за мной.

– Я хочу повеселиться, прежде чем ты уйдешь на костюмированный бал, ты ведь все равно не возьмешь меня с собой…– задумчиво протянула Кейтлин, глядя, как я намазываю пасту на зубную щетку.

– Да, не возьму. Но не потому что не хочу, а потому что я сама не решила, пойду ли я на него. Я так устала за эти два месяца, – я выключила воду и потянулась к полотенцу.

– Вот именно! Ты так долго сидела за своим проектом для Кембриджа, а ведь на самом деле не хочешь изучать правоведение, или как там его, – Кейтлин вышла из ванной и села на кровать.

– Международные правовые отношения… Может быть, пока не хочу, но уверена, это мне пригодится,– задумчиво проговорила я, открыв дверцы шкафа и вытащив джинсы.

– Ты уверена или наши родители? – Кейтлин кивнула в сторону двери.– Брось, Трейси, ты ведь так любишь всякие загадочные штучки! Ты прочитала столько фантастики за восемнадцать лет, сколько один человек и за всю жизнь не прочтет, – она возбужденно вскочила с кровати. – Да у тебя все книжные полки заставлены Гербертом Уэлзом и Рэем Брэдбери!

– И что ты мне предлагаешь? К сожалению профессии «ездит по миру и спасает человечество» еще не ввели на бирже труда,– я улыбнулась, достала из шкафа 2 кофты и повернулась к ней. – Зеленую с ремнем или желтую с серой жилеткой?

– Зеленую, – показала на кофту Кейтлин. Что ж, у моей сестренки безупречный вкус, несмотря на небольшое количество лет. – Ну, я думаю, ты была бы очень востребована, ну а для начала, почему бы не выбрать историю или… забыла. Как называют людей, которые ездят по миру и откапывают чужие кости? – Кейтлин посмотрела на меня и подняла вверх большой палец. – Ну ты как всегда великолепна.

– Спасибо, – я улыбнулась. – Это археологи, и, к сожалению, я вряд ли могу пойти учиться на археолога, как бы мне этого не хотелось, сама знаешь почему, – я тоже кивнула в сторону двери. – Вряд ли они оценят, что их дочь решила стать археологом, а не дипломированным юристом.

– Попробуй хотя бы поговорить с ними, – сказала Кейтлин. – Мне же мама все разрешает.

Я вздохнула и взяла в руки расчёску.

– К сожалению, мне не десять лет.

– «Трейси! Кейтлин! Ну где вы там? Завтрак давно на столе!» – из кухни донесся мамин голос. Кейтлин умоляюще посмотрела на меня.

– Что? Что??? – я посмотрела на ее милое лицо и не смогла сдержаться. – Хорошо, мы пойдем за конфетами…Но ненадолго, и с нами пойдут Холли и Генри. А пока пойдем завтракать.

– Урааааа!!! – восторженно закричала Кейтлин и выбежала из моей спальни. – Мама! Трейси идет со мной за конфетами!!!

Я лишь вздохнула, положила расчёску и отправилась на кухню. Хотела бы я, чтобы мне было десять, проблем в этом возрасте куда меньше, и для того чтобы быть счастливым нужно не так уж много…

На кухне уже сидели мама с папой, Кейтлин как раз устраивалась на стуле. На столе источали чудесный аромат оладьи, уложенные горкой и политые клубничным сиропом.

– Ну что, как дела с твоим проектом? – спросил отец, отложив газету в сторону и потянувшись за новой порцией оладий.

– Ммм, все хорошо, я уже закончила и отдала его на проверку, если мне повезет, то я получу Кембриджскую стипендию в следующем году, – я положила на тарелку пару оладий и отхлебнула чай. Зеленый, то, что нужно. – Правда, он занял гораздо больше времени, чем я намеревалась на него потратить.

– Ничего, – папа ободряюще похлопал меня по спине. – Зато когда ты закончишь Кембридж, тебе обеспечена прекрасная работа при Парламенте. В конце концов, мои отец и дед, как и я, тоже имели юридическое образование, так что это почти семейная традиция, – он засмеялся и поднес кружку ко рту. – Ох, милая, чай остыл, ты не заваришь свежий?

– Да, конечно, – мама встала из-за стола и подошла к шкафчику. Я пыталась расправиться с оладьей, которую все никак не могла доесть.

– А мне кажется, что было бы классно, если бы Трейси была бы архео…арх…археологом, вот! – влезла Кейтлин.

Раздался звон разбивающегося заварочного чайника, выпавшего из рук у мамы, чашка в руках отца накренилась, и все содержимое вылилось на его любимые светлые брюки. Даже я поперхнулась злосчастной оладьей от неожиданного заявления.

– Эм, что? Кейтлин, детка, Трейси ведь очень хочет быть юристом, так? – мама посмотрел на меня так, что мне захотелось провалиться сквозь землю. – Дорогой, ты испачкал брюки, возьми чистые в шкафу.

– А? Что? Да, точно, брюки, – папа встал и, ничего не сказав, отправился в спальню.

– Кейтлин, милая, ты не принесешь тряпку, нужно убрать осколки, – мама посмотрела на мою сестренку.

– Эээ, да, конечно, – Кейтлин встала и направилась к выходу и , остановившись ненадолго возле меня, сказала. – Прости, я хотела помочь. – С этими словами она вышла из кухни.

Мама укоризненно посмотрела на меня.

– Трейси, детка, ну какой из тебя археолог? Представляешь, какие на раскопках условия? Ты ведь ненавидишь жару и не переносишь сильный холод. К тому же, неужели ты считаешь привлекательным езду по Богом забытым закуткам и раскапывание чужих костей? – мама села напротив и улыбнулась. Я попыталась сделать то же самое, но у меня получилось хуже, чем у нее. – А с дипломом из Кембриджа ты сможешь повидать лучшие места планеты, у тебя будет хорошая жизнь и высокооплачиваемая работа. Разве не этого ты всегда хотела? – она вопросительно уставилась на меня.

– Я… Я не знаю, мам… Я понимаю что это будет правильно, и все действительно будет хорошо, но… – я замялась, потому что сама не понимала, почему так не хочу быть юристом. – У меня… не лежит к этому душа.

– Душа не лежит? – мама засмеялась. – Трейси, ты помнишь, кем я работаю?

– Мммм, конечно, ты переводчик, – я посмотрела на маму и поняла, к чему идет диалог. – Ты тоже не хотела быть переводчиком?

Мама повернулась к окну.

– Ты знаешь, я ведь прекрасно понимаю, откуда такая тяга к приключениям, – она посмотрела на меня. – Я в твоем возрасте была такой же. Хотела путешествовать, не хотела учиться… Выучиться на переводчика меня заставили родители, с их же помощью я нашла работу. И поначалу мне было нелегко. Но потом на одном из деловых переговоров я встретила твоего отца, тогда еще начинающего адвоката. И посмотри: сейчас я абсолютно счастлива. У меня чудесный муж, отличная работа и прекрасные дочери. Тяга к приключениям – всего лишь юношеский максимализм, и он пройдет быстрее, чем ты осознаешь, что должна была заниматься чем-то совсем другим, – мама улыбнулась. Я улыбнулась в ответ.

– А знаешь, мам, ты права. Наверное, я не тот человек, который может заниматься раскапыванием костей, – я встала из-за стола и начала собирать осколки. – Эх, мне нравился этот чайник.

– А вот и тряпка! – в кухню вбежала растрепанная Кейтлин. – Я ее по всем шкафчикам в ванной искала!

Мы с мамой переглянулись и засмеялись, она взяла тряпку у Кейтлин и забрала у меня осколки. – Я сама уберу, порежешься еще. Идите-ка лучше в магазин, а то все детские костюмы заберут. И себе что-нибудь присмотри, – мама посмотрела на меня и подмигнула. – Сегодня ведь Хэллоуин, и в парке бал, повеселитесь как следует.

– Ураа, по магазинам! – Кейтлин тут же побежала переодеваться. Мы с мамой вышли в холл. Папа, уже в чистых брюках, как раз собирался уходить.

–Трейси, я надеюсь, слова твоей сестры были детской шуткой? – он с надеждой посмотрел на меня. – Разумеется, ты можешь выбрать любую понравившуюся тебе профессию, но я все же очень хочу, чтобы у тебя был диплом юриста. В конце концов, кто-то должен продолжать традиции, а шебутная Кейтлин на адвоката не тянет, – папа засмеялся.

– Конечно, пап, право как раз для меня, – улыбнулась я. Папа поцеловал нас с мамой и отправился на работу.

– Вот и отлично, – мама повернулась ко мне. – Как хорошо, когда все вопросы так быстро решаются, – она замолчала на секунду. – Кажется, твой сотовый звонит. Иди скорее, наверное, это Холли.

– Точно, – прислушалась я. – Я быстро.

Новенький телефон действительно разрывался, странно, что я не сразу услышала его. Наверное, недосып сказывается. Я поднесла телефон к уху. Мама не ошиблась, мне действительно звонила Холли.

– Я помню, что у вас большой дом, но ведь не да такой степени, чтобы искать телефон полчаса, – проворчала Холли. – Что-то случилось?

– Да так, тихий семейный завтрак,– вздохнула я и легла на кровать.

– Ммм, что-то я плохо представляю «тихие семейные завтраки» в вашей семье, – усмехнулась Холли. – Ой, подожди, вторая линия! Должно быть это Кайли. Минутку…

– Ну чего так долго? – нетерпеливо проговорила Кайли в трубку. – Ты отвечаешь на звонок медленнее, чем моя бабушка! Кстати, привет, Трейси, как жизнь? – она как всегда пребывала в чудесном расположении духа.

– Ох, даже не спрашивай… – я встала с кровати, подошла к окну и посмотрела в окно. С этой стороны открывался потрясающий вид на залив. – Поскорей бы закончить колледж и уехать в университет, может быть, тогда мне перестанут постоянно указывать, что и как для меня лучше.

– Наша Трейси как обычно в «отличном» настроении, – съязвила Кайли.

– Так, оставим мысли «ах, как меня достала эта жизнь» на потом, – перебила ее Холли. – Сегодня же Хэллоуин! Давайте веселиться!

– Я не уверена что пойду с вами на Хэллоуин. – я повернулась к зеркалу и начала перебирать пузырьки с кремами, стоящими на полке. – Сегодня моих сил хватит только на « лежать и смотреть кино по телеку».

– Чтооо??? -крики были такими громкими, что первым желанием было отшвырнуть телефон подальше, чтобы их не слышать.

– Ты не можешь!

– Мы ведь договорились еще летом!

– Костюмы уже заказаны!

– Тебе обязательно нужно пойти!

Пара слов о моих подругах. Мы с Холли и Кайли знакомы почти всю жизнь. Ну, если не всю, то с того момента как мой мозг стал запоминать хоть какие-то события, мы всегда были втроем. Втроем пошли в детский сад, закончили младшую и среднюю школу, поступили в колледж при Кембридже. Кайли – веселая, заводная, с ней нам с Холли никогда не приходилось скучать. Холли – ее полная противоположность, спокойная, уравновешенная, готовая всегда прийти на помощь. И есть я, с борющимися во мне апатичной хандрой и неуемной жаждой приключений.

Поход на предстоящий Хэллоуин, разумеется, был идеей Кайли. Мы все лето только и говорили о том, как отпразднуем один из самых «жутких» праздников в году. И вот теперь мое желание пойти на Хэллоуин резко куда-то испарилось.

– Не знаю… – вздохнула я. – У меня дурное предчувствие и…

– Ох, Трейси, да хватит уже! – прервала меня Кайли. – Заканчивай со своими сверхъестественными штуками.

– Кайли права, – присоединилась к ней Холли. – Трейси, мы должны пойти на праздник. В конце концов, мы столько готовились! Мы что, зря принимали участие в волонтерстве в парке, чтобы теперь все пропустить???

– Я так понимаю, выбора вы мне не оставляете, – подытожила я. – Ладно, скорее всего, у меня паранойя. Вы правы, я столько работала, наверное, мне необходим отдых.

– Ну наконец-то, – облегченно вздохнула Кайли. – В какой-то момент мне показалось, что ты действительно не пойдешь.

– Кстати, вы с Кейтлин идете в этом году за конфетами? – спросила Холли. – Потому что Генри жаждет чего-нибудь сладкого на праздник, а купленные мамой сладости он категорически отвергает.

– Дааа…– протянула я. – Кейтлин тоже одержима желанием собирать конфеты. Давай встретимся в Нортгемптауне через два часа. Кайли, ты с нами?

– О нет, – тут же воскликнула Кайли. – Мне не очень нравится идея ходить с малышами и клянчить у людей конфеты. Вы идите с детишками, а я заберу наши костюмы. Встретимся у меня дома в семь часов.

– Отлично, увидимся, – Холли положила трубку, Кайли последовала ее примеру.

Я села на кровать и вздохнула. Дверь тихонько приоткрылась, показалась голова Кейтлин.

– Ну что, мы идем?

– Да, конечно, – я встала с кровати, взяла сумку и подошла к двери. – Как я могу лишить любимую сестренку такого удовольствия…

***

Нортгемптаун был небольшим торговым городком, где каждый мог найти себе товар по душе, будь то одежда, свежевыращенные тепличные овощи или ювелирные украшения.

Холли и Генри уже ждали нас возле магазинчика BURBERRY, во время Хэллоуина специализирующегося еще и на детских костюмах. Генри и Кейтлин убежали вперед, рассматривая бесчисленные ряды костюмов фей, пиратов и привидений. Мы с Холли шли следом, обсуждая предстоящий праздник.

– Я так рада, что ты все же решила пойти на Хэллоуин, – пробормотала Холли, перебирая вешалки с одеждой. – Надо же, смотри, – она протянула мне одну из вешалок. – Индейка на день Благодарения! Господи, чего только не придумают для детей!

– Жутковато, – я сморщилась и повесила костюм обратно. – Уж скорее этот костюм напугает детишек, чем они кого-нибудь в этом костюме. Ой, смотри какая прелесть!

– Прелесть? – Холли покосилась на костюм, который я сняла с кронштейна. – Мне кажется ты со словом слегка ошиблась. Это еще хуже, чем индейка. Вряд ли Кейтлин захочет одеть такое.

– Ооо, ты не знаешь Кейтлин, – я закатила глаза. – Ей только дай напугать кого-нибудь. Думаю это самое то, кроме того, у нас не так уж много времени.

– Мдаа, Вот Кайли повезло, никаких младших братьев и сестер, никаких походов за конфетами, никакого нытья по поводу «мам, а она…», – усмехнулась Холли. – Я конечно очень люблю Генри, но иногда он бывает просто невыносимым.

– Впрочем, как и Кейтлин, – вздохнула я. – А вот и они.

– Ой, а что это? – к нам подбежали Кейтлин и Генри. – Ух, сестричка, я тебя обожаю! Какой чудный костюм! – Кейтлин выхватила у меня вешалку.

– Скорее уж чудной… – съязвил Генри. – Тебе в нем только на кладбище конфеты собирать.

– Хахаха, очень смешно. Я хотя бы выбрала не дурацкую тыкву!

– Это не тыква, а тыквоголовый Джек! И он не дурацкий!!!

– Ладно, детишки, – примирительно сказала Холли. – Давайте-ка бегите в примерочную, у нас не так уж много времени. Если вы не поторопитесь, у нас не будет возможности собирать конфеты.

После ее заявления детей как ветром сдуло. Мы прошли к кассе и устроились на мягком кожаном диване.

– Ловко ты с ними, – я посмотрела на часы. – ого, уже три часа! В этом магазинчике время просто летит!

– Да уж, – согласилась Холли. – Впрочем, так всегда бывает, когда мы заняты походом по магазинам. А насчет Генри с Кейтлин – ты просто уже забыла, как много в этом возрасте значат конфеты.

– Ну, не так уж давно это было, – рассмеялась я. – Смотри! Ребята, вы выглядите просто потрясно! – я встала и обошла Кейтлин, чтобы посмотреть на нее со спины. – И сшито отлично. Ну, Генри, думаю, в твоем случае комплименты излишни, и так понятно, что этот костюм замечательный.

– Трейси права, выглядите круто. Жутковато правда, но наверное, это самое то, – заключила Холли. – А теперь поторопитесь, у нас очень мало времени. Пожалуйста, срежьте ярлыки с костюмов и упакуйте их одежду, – обратилась она к продавщице. – Они пойдут сразу так.

Продавщица аккуратно срезала бирки с вещей и упаковала одежду в пакет. Когда мы вышли из магазина, часы показывали половину четвертого. Стараясь не терять времени, мы сели на автобус и поспешили вернуться в Портсмут. Добираться до города около часа, а ведь к семи нам с Холли нужно было успеть приехать к Кайли и начать подготовку к основной части веселья.

Глава 2

– … О Господи, у меня уже голова идет кругом от этого ужаса, – Холли с трудом несла пакет, доверху набитый конфетами. – Ребята, может вам уже хватит? Мешки уже давно полные!

– Но мы еще не во всех домах побывали! – возмутился Генри. – Кроме того, еще рано идти домой, мы даже до конца улицы не дошли!

– Да-да! – подхватила Кейтлин. – А у Хендерсенов в конце улицы всегда самые вкусные конфеты!!!

– Детки, я все понимаю, это очень весело и увлекательно, но мы с Холли должны готовиться к вечеринке, – я попыталась хоть как-то вразумить сестренку. Мешок с конфетами на моем плече тоже начал казаться непомерно тяжелым. – В конце концов, мы тоже хотим праздника, и он слегка отличается от вашего…

– Не слегка! – перебила меня Холли, закидывая мешок себе на плечо. – Трейси, как ты его так несешь!? По-моему, это еще хуже, чем нести просто в руках! Я так грыжу заработаю! Или у меня вообще вырастет горб!

– Хотел бы я тогда посмотреть на тебя, – засмеялся Генри. – Ты итак похожа на динозавра, а уж с горбом…

– Так, все, хватит! – вмешалась я. – Кейтлин, Генри, вы ведь хотите конфеты от миссис Хендерсен, так? Тогда давайте просто дойдем до конца улицы и попросим у нее немного, а потом пойдем домой. – Я посмотрела на них. – Думаю, это наиболее приемлемый вариант для всех нас.

Кейтлин и Генри недовольно переглянулись. Конечно, будь их воля, мы бы целый месяц собирали конфеты и пугали местное население. Но мы с Холли были не особо заинтересованы в сборе сладостей, и детишек нужно было как-то подстегнуть.

– Ну хорошо, – раздраженно протянула Кейтлин, одернув постоянно задирающуюся юбку. – К тому же, этот костюм хоть и красивый, но жутко неудобный. Ну что, Генри, как думаешь, у нас достаточно конфет, чтобы согласиться?

Разумеется, конфет было более чем предостаточно, так что Генри под грозным взглядом старшей сестры просто не мог не согласиться. Миссис Хендерсен была как всегда очень приветлива и дала Кейтлин и Генри столько печенья, что мы с Холли до последнего сомневались, сможем ли мы донести все угощения до дома. Кейтлин решила немного посидеть с Генри и поесть конфет. Когда мы подошли к дому Джеймсов, часы показывали уже половину седьмого. Оставив конфеты и с трудом разгибая спины, мы поспешили к Кайли.

***

– Ну где вы были, я вас уже заждалась!!! – недовольно проговорила Кайли, впуская нас. – Родители давно ушли в гости, а я тут просто с ума сходила от скуки!

– Да ладно тебе, – протянула Холли, проходя в просторную прихожую. – Держу пари, ты уже сто раз перемерила наши наряды на Хэллоуин!

– Действительно, Кайли, – поддержала ее я. – Ни за что не поверю, что ты не смогла бы найти себе занятие, пока ждала нас.

– Ну, знаете… Одно дело – перебирать шкаф с вещами, чтобы освободить немного места для новых, и другое – по несколько десятков раз переодеваться, пытаясь выбрать наряд! – мы прошли в спальню и Кайли потрясла перед нами вешалками с разноцветными костюмами. – Кстати если вы не против, я отложила себе красный, – она приложила вешалку к себе. – Думаю, мне пойдет быть вампиршей.

– Ну конечно, что ты еще могла выбрать, – усмехнулась Холли, перебирая оставшиеся вешалки. – Знаешь Кайли, мне иногда кажется, что у тебя пунктик. Почему из всего разнообразия цветов ты всегда выбираешь красный? Тебе это не кажется жутким?

Я усмехнулась, оглядев комнату. Действительно, у Кайли была необъяснимая тяга к красным и розовым оттенкам. Бледно-розовые шторы мягкими волнами струились по бокам окон, темно-бордовый плед на кровати был усеян коралловыми, пурпурными и алыми подушками. Даже мягкие игрушки в ее комнате сочетались с интерьером. Хотя, если честно, игрушка была всего одна: огромный и даже слегка жутковатый красного цвета медведь, стоящий в углу комнаты. Кайли проследила мой взгляд и сердито фыркнула.

– Не надо так смотреть на Флаффи. И вообще…

– Что? Флаффи? Кайли, ты серьезно? – Холли уже не могла сдерживать смех. – Столько лет он тут стоит, а я только сейчас узнала, что у этой жути есть имя.

– Перестань! – Кайли, видимо, самой было немного смешно, но она пыталась изо всех сил сохранять невозмутимый вид. – Бедному медведю уже лет сто! Сколько я себя помню, он всегда тут стоит, не стоит оскорблять его чувства! И вообще, как будто у тебя нет никаких пунктиков. Ты же каждую неделю по три часа проводишь дома, потирая пыль со своих фарфоровых кошечек, как ненормальная!

– Омг.. Хей! – Холли кинула в нее одну из подушек, лежавших на кровати. – Они действительно очень милые, так что…

Кайли уже подняла подушку и подумывала, как бы получше запустить ее обратно, и я решила, что пора заканчивать.

– Ну все, у нас не так много времени, чтобы тратить его на такие споры.. Вот, посмотрите, – я вытащила из кучи костюмов платье. – Зеленое. О, к нему еще и венок есть.. А это что?

– Нуу, это, видимо, обувь. – Холли задумчиво по вертела в руках непонятные сапожки, сделанные из той же легкой ткани, что и платье. – Видимо это костюм нимфы. Правда, выглядит не очень надежно.

– Ну, я же не могу разгуливать по парку с голыми ступнями, – я приложила вешалку к себе и посмотрела в зеркало. – Ну как? Что скажете?

– Трейси, ты бесподобна, – Кайли похлопала в ладоши и повернулась к Холли. – Ну, а ты что выберешь?

– Нуу, дайте-ка подумать, – Холли придирчиво оглядела вешалки с одеждой.– Вампирша и нимфа… Даже не знаю, чем бы все это уравновесить… Ну ка, а это что?– она извлекла короткое сине-желтое платье. – О, Белоснежка, думаю, мне подойдет, как думаете?

– Думаю, да. Тебе определенно пойдет. Нужен только небольшой штрих, – протянула я.– Кайли, у вас в холодильнике найдутся яблоки?

– Вроде на кухне есть парочка, – задумалась Кайли. – Ладно, этот вопрос можно решить позже, а пока давайте одеваться.

Они с Холли начали натягивать костюмы, а я вновь посмотрела в зеркало. Пожалуй, они правы, и у меня паранойя, потому что даже самой себе я не могла объяснить нехорошее предчувствие.

…Организаторы действительно постарались на славу. После двухчасовых сборов мы наконец-то оказались в потрясающе украшенном парке. Повсюду стояли свечи, вырезанные из тыкв. На деревьях, жутко скрипя, раскачивались скелеты, и все было забрызгано бутафорской кровью и обтянуто паутиной.

– Мда, девчонки, тут нам определенно будет чем заняться, – воскликнула Кайли, поправляя плащ и оглядывая толпу.– Думаю, нужно что-нибудь выпить и поискать знакомых.

– Это будет проблематично, – ответила Холли.– Как видишь тут почти все в масках.

– Да, пожалуй,– протянула я. – Хотя подожди, вон там, в белом платье, не Шарлотта?

– Не знаю, слишком темно, да и толпа большая…– Кайли прищурилась и встала на носочки, чтобы разглядеть девушку в костюме ангела. – Да, это она, только в парике. Хей, кстати, а ей идет быть брюнеткой, может, ей волосы перекрасить?

– Ну вот сейчас и поинтересуешься, – Холли схватила ее за руку и потащила сквозь толпу. – Трейси.. Трейсии! Эй, очнись, ты идешь или так и будешь стоять у входа в парк?

– ..А? Что? Да, простите, я иду, – я поправила волосы и пошла за ними. Паранойя стремительно прогрессировала, но я ничего не могла с собой поделать.

– Ооо, кого я вижу! – меня вырвал из раздумий громкий голос Шарлотты. – Холли, Трейси, рада вас видеть! Ну а ты, как обычно, в своем репертуаре, – она повернулась к Кайли. – Ну хоть вы ей скажите, что нельзя все время носить красное!

– Они постоянно мне об этом говорят, – усмехнулась Кайли, приобнимая Шарлотту, – Но думаю, что скоро все смирятся с этим.

– Да уж, скорее снег пойдет, чем она наденет что-то не алого оттенка, – съязвила Холли. – Кстати, насчет костюмов. Шарлотта, тебе твой ну просто очень идет, особенно парик, не хочешь сменить цвет волос на темный?

– Да, Кайли права, костюм замечательный, – поддержала ее я. – Мне нравятся крылья, такие миниатюрные, но очень правдоподобные.

– О, спасибо, – Шарлотта улыбнулась и показала на столы с закусками, длинными рядами протянувшиеся вдоль небольшой аллеи. – Не хотите чего-нибудь выпить? Здесь отличный яблочный пунш.

– Да, было бы неплохо слегка освежиться, – я посмотрела на Кайли и Холли. Те утвердительно кивнули. – А то от такого количества народу у меня в глазах рябит.

С Шарлоттой мы были знакомы не так давно, как друг с другом, но за пару лет успели стать неплохими друзьями. Она с семьей переехала из северного Йоркшира, и мы вместе поступали в колледж. Веселая блондинка и хохотушка, она всех заражала своей легкостью и жизнерадостностью. Постоянные вечеринки, организация благотворительных акций от университета, различные конференции – не было, пожалуй, ни одного мероприятия, в котором она не приняла бы активного участия. Впрочем, организация Хэллоуина в парке в основном тоже была ее заслугой.

– Ух ты, сколько всего! – воскликнула Холли, когда мы подошли к столу. – Да, вы тут на славу постарались!

– Ну, времени у нас было не так много, так что тут в основном сладости и напитки, – пояснила Шарлотта. – Кто будет пунш? – она взяла в руки красный пластиковый стакан, украшенный наклейками в виде костей и пауков.

– Я, пожалуй, – я подняла вверх руку. – Только не очень полный, не хочется остаток вечера мучиться от похмелья.

– Думаю, я тоже попробую, – Кайли протянула руку к чистому стакану. – Только мне хочется малиновый.

– И понятно почему, в следующем году специально для тебя закажу томатный пунш, – раздался у нас за спинами смешок.

– Винс! О Господи, не могу поверить, что ты здесь! – Кайли мигом забыла про пунш и повисла на шее высокого темноволосого парня в костюме пирата.

– Ну как знаешь, – усмехнулся тот, одной рукой обнимая ее, а другой протягивая ей стакан с густым бордовым пуншем. – Хотя… Сегодня Хэллоуин, кто знает, может я тебе привиделся?

– Галлюцинации не могут посетить столько людей сразу, даже сегодня, – возразила я, поставив свой стакан на столик. – Кайли, подвинься, не ты одна соскучилась.

– Ахах, – усмехнулся парень. – Не переживай, Трейси, успеем наговориться, вечеринка обещает быть длинной, – он притянул меня к себе. Объятия оказались такими сильными, что мне заломило спину.

– Кхм… да, наверное… Винс, ты меня задушишь, – я слегка пихнула его в бок, чтобы ослабить хватку. – Со сломанными ребрами будет не очень удобно разговаривать.

– И это называется «она скучала», – вновь усмехнулся парень, разжимая руки и поворачиваясь к Холли. – Ну что, ты меня обнимешь или все еще дуешься?

– На что? На то, что уехал, даже не попрощавшись? – проворчала Холли, все же обхватив того одной рукой за талию.

– Да уж, твой отъезд был, мягко говоря, неожиданным, – согласилась с ней Шарлотта. – Винс, я очень рада тебя видеть, но тут еще куча дел, нужно помочь ребятам с аппаратурой на сцене. Программа начнется через полтора часа, так что развлекайтесь, – она протянула парню стакан с пуншем.

– О, спасибо, – поблагодарил ее тот. – Иди сюда, с тобой мы еще не обнимались, – он подошел к Шарлотте. – Классный цвет волос, кстати.

– Спасибо. Ладно, мне нужно бежать, увидимся! – последнее слово уже звучало из оживленной толпы.

Холли налила себе пунш и произнесла:

– Нет, определенно Шарлотта молодец, так все организовать. И как она еще на ногах держится? – она повернулась к парню. – Ну, а теперь ты. Давай рассказывай, мы ждем кучу веселых историй.

– Да-да, – хором оживились мы с Кайли. – Ну и как там в Канаде?..

Винсент Роджерс был хорошим другом нашего трио. Он был сыном начальника полиции Портсмута и жил по соседству с Холли, и они дружили еще с пеленок. К слову, именно она познакомила его со мной и Кайли в младшей школе, и с тех пор вечно жаждущий приключений Винс стал неотъемлемой частью нашей компании. Мы до сих пор вспоминаем, как нам было лет по десять, и мы решили пойти ночью в Портсмутский парк посмотреть на фей, после того как у мама Кайли на ее дне рождения рассказала нам историю про Питера Пена. Результатом были порванное платье Кайли, громкий плач Холли, мои разбитые коленки и раздраженный отсутствием фей Винс. Ну и конечно же двухнедельный домашний арест для всех четверых…

Какими бы хорошими мы не были друзьями, всегда было понятно: Холли в сердце Винсента было отведено особое место. Сначала они казались просто очень близкими друзьями, почти братом и сестрой, но пару лет назад всем стало понятно, что их двоих связывает что-то большее. И начались вполне типичные в таких случаях походы в кино, цветы, подарки и даже (!) серенады под окном: Винс неплохо играл на гитаре. Но около восьми месяцев назад у них начались проблемы с общением. До сих пор перед глазами стоит заплаканное лицо Холли, сквозь слезы рассказывающей о том, что они поссорились, и раздраженный голос Винса по телефону, не понимающего, что опять произошло.

Причиной оказалась их многолетняя дружба. Уж слишком хорошо они знали друг друга, чтобы их недостатки и ставшие предсказуемыми поступки не вставали на пути. Постепенно Холли с Винсом пришли к взаимному согласию остаться друзьями, но напряжение не пропало. А полгода назад Винс неожиданно уехал на семестровую учебу по обмену в одном из Канадских колледжей. Попрощавшись со всеми, кроме Холли. Последующие звонки с извинениями не принесли особо плодотворных результатов, так что неудивительно, что она встретила его не очень тепло.

…– Ооо, там было очень здорово, хотя я и сильно скучал по всем, – Винс посмотрел на Холли, пристально разглядывающую гирлянды на деревьях и допивающую пунш. – Особенно по тебе, Холлз.

– Думаю, для оправданий маловато будет, – проворчала она, все же повернувшись к нему лицом. – Мог хотя бы позвонить перед отъездом, а не из Канады.

– Холли, я… я даже не знаю как тебе объяснить, – выдохнул Винс, – Слушай, я обещаю, мы обязательно поговорим, но чуть позже, мне нужно поздороваться с остальными. Я присоединюсь к вам, когда закончится торжественная часть, и мы повеселимся, хорошо? – он поправил качающуюся с левой стороны шпагу и посмотрел на нас.

– … Да, конечно, только вот как ты найдешь нас в такой толпе…, – прервала неловкое молчание Кайли.

–Эээ, Кайли, не пугай меня. – засмеялся Винс. – Мы все-таки в 21 веке живем, я надеюсь за полгода, которые меня здесь не было, мобильными вы пользоваться не разучились?

– Хахаха, очень смешно, – ответила я, доставая из маленькой сумочки телефон. Видимо, сотовый с собой был только у меня, но я не была уверена, что его аккумулятор достаточно заряжен, чтобы проработать всю ночь.

– Ничего, придумаю что-нибудь, в крайнем случае, – он кивнул Кайли, – твой костюмчик трудно не заметить, я вас найду. Ну а если нет, встретимся здесь же после того как закончатся конкурсы. Ну, я пойду, – Винс еще раз окинул нас взглядом и быстрым шагом направился к центру парка.

– Нет, даже не думай об этом, – я строго посмотрела на заметно погрустневшую Холли. – В конце концов, из нас троих грущу обычно я, а раз уж даже я пытаюсь веселиться, то и ты не смей думать о плохом.

– Трейси права, Холлз, – поддержала меня Кайли. – Он вернулся, все хорошо, вам просто нужно поговорить и все.

– Тогда почему он ведет себя так, будто ничего не произошло? – ответила Холли и залпом опрокинула в себя содержимое стакана. – Отличный пунш, кстати, никто не хочет еще?

– Да, пунш удался, по еще одному стаканчику не помешает, но Холли, давай пока не будем увлекаться, – я попыталась слегка умерить ее пыл. – Напиться мы всегда успеем, а сюда пришли веселиться.

– И она опять права, – вновь подхватила Кайли. – Холли, мы действительно пришли развлечься, ты ведь больше всех сюда хотела, и что теперь?

– Ладно, ладно, я поняла! – перебила ее Холли. – Действительно, и чего я так переживаю. Кстати, смотрите! – она указала рукой на рассеивающиеся тучи. – Похоже, ночь будет ясной. И вдобавок сегодня полнолуние!

– Точно, совсем вылетело из головы, – протянула я и посмотрела на небо. Полупрозрачные облака мягко обволакивали ровный красновато-желтый круг луны, похожий на большую головку созревшего сыра. – Тогда чего мы ждем?

– Действительно, пойдем уже, Холлз, мы все веселье пропускаем, – Кайли начала подпихивать ее к площадке.

– Да иду я, иду, – рассмеялась та. – И не переживай, мой внутренний голос подсказывает, что веселья и приключений сегодня будет больше чем достаточно.

– Надеюсь, в хорошем смысле, – пробормотала я.

Мы отправились к столам с напитками, на этот раз свежевыжатыми соками, которые готовил за стойкой симпатичный бармен, хотя мне явно не помешал бы пунш, а еще лучше неразбавленный скотч. Словно чья-то липкая рука начинала сжимать сердце, а глаза затягивала пелена недавних ночных кошмаров. Нехорошее предчувствие возвращалось. Благо, в кровь уже попало достаточное количество подогретого рома, чтобы хотя бы попытаться затолкать его в самый дальний уголок сознания и продолжить веселиться.

Взяв по стакану сока, мы решили пройтись по площадке, на которой размещались палатки со сладостями и киоски с игрушками вроде резиновых скелетов, бутафорской крови и волшебных палочек.

Портсмут был маленьким городком, где все друг друга знали, поэтому пройти полметра и не поздороваться со знакомыми практически не получалось. Организаторы в основном были из нашего колледжа, поэтому у нас была чудесная возможность поучаствовать в куче разных смешных конкурсов. Холли умудрилась достать яблоко из глубокого таза с водой, почти не испортив макияж. Я прошла через пещеру «Старого Мертвого Джо», и Холли с Кайли вдоволь повеселились, слушая мои крики, доносившиеся из павильона, где приходилось засовывать руки во всевозможные миски со странными субстанциями, от брусничного джема до резиновых червей. Ну а Кайли нашла палатку гадалки, решив погадать на суженого. К слову сказать, ответ от одетой в еще более жуткий костюм, чем она сама, женщины она услышала невразумительный: «найдешь свою любовь по ту сторону Земли».

– Дамы и господа! Минуточку внимания! – громко прозвучал голос из колонок, и мы поспешили к сцене, на которую вышел мэр города в костюме дьявола. – Я хочу поздравить всех с праздником! Издавна считалось, что в эту ночь падает завеса между мирами живых и мертвых, и духи наполняют наш мир! Так давайте задобрим их нашей жизнерадостностью! Веселитесь, пока не упадете без сил!!! – его раскатистый смех звучал уже лишь отголосками в кричащей изо всех сил толпе.

На сцену вышла местная музыкальная группа. Мы выпили еще по стаканчику пунша и продолжили веселиться. Гадания, татуировки в виде каких-то кельтских знаков, нанесенные карандашами для боди-арта, ритуалы на удачу: мы попробовали почти все. Разгоряченная алкоголем и шумом, Кайли даже поднялась на сцену, где с группой исполнила что-то из The Rolling Stones.

Уже уставшие, мы решили немного отдохнуть. Винс появился ненадолго, чтобы предупредить, что он отлучится и не сможет прогуляться с нами. Они с Холли поговорили о чем-то около 15-20 минут, после чего он, наскоро попрощавшись, вновь растворился в толпе.

– Хей, Холли, вот теперь я тебя узнаю, – похлопала в ладоши Кайли, когда Винс ушел. – Что он тебе такого сказал, что ты так расцвела?

– Да, – я выкинула пустой, уже пятый за вечер, стакан в урну. – И почему он так быстро ушел?

– Давайте в другом месте поговорим, – Холли явно слегка смутилась. – Желательно там, где музыку не так сильно слышно, – она допила остатки пунша и тоже выбросила стакан. – А то у меня уже голова побаливает от шума.

– А может от алкоголя? – усмехнулась Кайли, поправляя плащ и допивая содержимое своего стакана.

– Холли права, неплохо было бы поискать местечко потише и отдохнуть, – я огляделась по сторонам. – Можем пойти в восточную часть парка, ну, где реставрирующийся фонтан, там, скорее всего, не так много людей.

– Ну тогда почему мы еще здесь? – Кайли выжидающе посмотрела на нас. – Да, не мешает отдохнуть немного, скоро всего лишь полночь, а мы такие разбитые. Вперед!

Глава 3

Мы направились к отключенному фонтану. Он стоял здесь, сколько я себя помню, и давно не ремонтировался. Мэрия несколько лет порывалась выделить деньги на реставрацию, но работы начались только несколько месяцев назад, и к Хэллоуину закончить ремонт не успели, поэтому восточная часть парка была «украшена» строительными материалами и инвентарем. Шум постепенно стихал, и мы медленно брели по темной, совсем не освещенной тропинке. Мы дошли до развилки и решили присесть на одну из скамеек, стоящих вокруг небольшой клумбы, которую явно давно не поливали.

– Ооо, как же я устала… – протянула Кайли, садясь на скамейку и ослабляя тесьму на плаще. – Еще и двенадцати-то нет, а я чувствую себя как выжатый лимон.

– Наверное, не стоило пить столько пунша, – задумчиво проговорила я, устраиваясь рядом с ней. Легкое головокружение начинало превращаться в довольно ощутимую головную боль, хотя язык даже не заплетался, да и на ногах мы все держались довольно неплохо.

– Определенно стоило, – подытожила Холли, устраиваясь прямо на траве рядом со скамейкой и снимая с ног туфли. – Как же болят ноги! Больше никогда не надену такую обувь!

– Да уж, – ухмыльнулась Кайли. – Бьюсь об заклад, у Белоснежки в гардеробе не было туфель на таких каблуках.

– Итак, – я повернулась к Холли. Было очень интересно узнать, о чем они с Винсентом разговаривали. – Холлз, мы ждем историю.

– …Какую? – Холли посмотрела на меня с наигранным недоумением, но уже через секунду рассмеялась. – Трейси, вам с Кайли только повод дай обсудить нас с Винсом.

– Неправда! – возмущенно воскликнула Кайли, вскочив со скамейки. Ослабленные тесемки плаща развязались, атласный кусок ткани змейкой сполз с ее плеч, запутавшись в ногах так, что удержаться на них она не смогла, рухнув прямо на клумбу. Мы с Холли рассмеялись.

– Кайли, ты неподражаема, – я с трудом могла говорить сквозь смех. – Ну как можно так упасть, а?

– Кое-кому действительно стоило остановиться на третьем стакане, – съязвила Холли. – Уже на ногах не держишься.

– Ну ладно, – я постаралась изобразить серьезное выражение лица, хотя надутая Кайли-вампирша, сверлящая нас взглядом, сидя прямо в засохшей клумбе, выглядела очень комично. – Ты как? Цела? Ничего не болит?

– Да что со мной будет, – проворчала она, пытаясь освободить ноги. – Хотя помощь все же не помешала бы, – она показала на тесьму, завернувшуюся вокруг пожелтевших стеблей.

– Сейчас, я помогу, – Холли поднялась с травы и босиком подошла к клумбе. – Черт! Трейси, помоги, они тут сильно спутались. Трейси. Треейсии!!! Ты опять уснула?

– А? Нет, сейчас, – я присела на корточки и начала распутывать узлы. Тесьма за считанные секунды запуталась просто немыслимым образом, что отвлекло меня от увиденного.

– Что с тобой, смерть увидела? – обеспокоенно спросила Кайли, наблюдая за тем, как я дрожащими пальцами пытаюсь отделить тесемки плаща от сухих стеблей. – Или похмелье началось? Ты такая бледная…

– Да не дергайся ты, – проворчала Холли. – Еще немного … так…Трейси, потяни за тот конец.. Фух, готово, – выдохнув, Холли помогла Кайли подняться и отдала изрядно испачкавшийся плащ. – И как ты умудрилась так запутаться?

– Сама не знаю, – пробормотала та, оттряхивая сухостой от плаща. – Как будто что-то меня держало. – Кайли повернулась ко мне. – И все-таки, что ты там увидела?

– Теперь уже сама не знаю, – задумчиво ответила я, пытаясь вытянуть из памяти расплывчатый образ. – Что то белое, то ли сову, то ли кролика, не знаю.

– Нуу, это неудивительно, – рассмеялась Холли, устроившись на скамейке. – Тут же есть мини-зоопарк, может бедное животное ошалело от шума и решило устроить сиесту? Так что не надо себя… Что это там?

– Где? – хором спросили мы с Кайли, смотря на вытянутую руку, указывающую на клумбу.

– Эээ, цветы. Высохшие. И очень агрессивные, уж я то знаю, – усмехнулась Кайли. – Вот, смотри, оказывается, я даже поцарапалась об шипы, – она вытянула вперед обтянутые перчатками руки, на одной из которых действительно были заметны красноватые следы.

– Да я не про это, – раздраженно произнесла Холли, резко поднявшись со скамьи и указав в центр усаженного высохшими цветами круга. – Вон там, блестит, что это?

– Сейчас посмотрим, – я пробралась в центр клумбы и наклонилась, чтобы получше рассмотреть предмет, на который указывала Холли.

– Ну, Трейси, не тяни, что это? – нетерпеливо проговорила Кайли, переминаясь с одной ноги на другую.

– Это…какая-то цепочка… вернее, больше похоже на медальон, – задумчиво протянула я, подняв с земли круглую подвеску с синим камнем на старой серебряной цепочке. – И судя по всему, дорогая. Посмотрите, похоже, это сапфир, – я отдала цепочку Холли и перебралась на дорожку.

– Да, сапфир, но я никогда не видела таких больших камней, – произнесла Кайли, рассматривая медальон. – Наверняка кто-то потерял.

– Нужно будет сдать его в бюро находок у входа в парк, когда вечеринка закончится, – сказала я. – Холли, держи, у тебя на платье как раз есть карман с замком.

– Хорошо, только не потерять бы, – Холли осторожно обернула цепочку вокруг подвески и бережно положила в карман платья. – Тот, кто оборонил здесь такую красоту, наверняка места себе не находит.

– Так, дорогущий медальон в клумбе – это круто, но кажется, мы забываем о главном, – Кайли вновь заняла место на скамейке. – Теперь, Холлз, тебе не отвертеться. Мы ждем подробного отчета о вашем с Винсом разговоре.

– Да, – согласилась я, подсаживаясь к ней. – И кстати, мы не сплетничаем. Мы всего лишь беспокоимся о тебе. Когда в прошлый раз ты не захотела нам ничего рассказывать, вы с Винсом расстались и он уехал в Канаду. Теперь что, вы вместе сбежать решили?

– Нет конечно, – Холли засмеялась и заняла свое место на траве. – Он просто извинился за то, что не попрощался. С одной стороны, я его понимаю, – она задумчиво смотрела под ноги, собираясь с мыслями. – Мы ведь сильно поссорились, я, скорее всего, даже трубку бы не взяла, если бы он позвонил. А вообще… Мы больше не вместе, но все еще друзья. – она ухмыльнулась. – Во всяком случае, я на это надеюсь.

– Ладно, тут вы и без нас разберетесь, – сказала я. – Но почему он так внезапно уехал?

– Опять, кстати, – хмыкнула Кайли. Холли несколько секунд посверлила ее взглядом, и она вскинула вверх ладони: – Все, все! Я молчу! Но он в последнее время действительно часто исчезает!

– Хах, это да, – Усмехнулась Холли, накручивая темные локоны на палец. – Просто его самолет прилетел сегодня вечером, и дома он был всего пять минут, чтобы переодеться и сразу приехать сюда. А его отец просил привезти из Канады какие-то очень важные документы. Винс оставил их на кровати у себя в комнате, но мистер Роджерс их там не обнаружил. Поэтому Винс поехал домой, чтобы найти папку и отдать отцу. Кроме того, он обещал вернуться на вечеринку, если поиски не займут много времени. Ну,… Как-то так, – она шумно выдохнула.

– Странно, что мистеру Роджерсу понадобились документы в такой поздний час, – задумчиво протянула Кайли. – Хотя… Который сейчас час в Канаде?

– Около полудня, учитывая, что у нас через полчаса полночь, – хмыкнула я, доставая телефон и глядя на время. На экране отчетливо высветились цифры: 23:36. – Вернее, через двадцать с небольшим минут. Смотрите-ка, а время-то летит!

– Да уж, – согласилась Холли, потягиваясь на скамейке. – И кстати, мне гораздо лучше, голова почти не болит.

– Ну, тогда может быть нам стоит пойти на площадку? – я повернулась к подругам. – Через двадцать минут салют, было бы неплохо поторопиться, если мы хотим занять места с хорошим обзором.

– Это точно, – Кайли встала со скамьи и накинула на плечи плащ. – В прошлом году мы смотрели салют сквозь кроны деревьев.

– Ну, все было не так уж плохо, – Холли тоже поднялась и пощупала карман. – Только нужно зайти в бюро находок и оставить там медальон. Не хочу носить такие дорогие вещи в кармане, – она огляделась по сторонам. – В какую нам сторону?

Мы с Кайли тоже начали осматриваться. Как я уже говорила, к цветочной клумбе сходилось несколько тропинок. Одинаковых. И ни одна из них не была освещена. Светло было только около клумбы, над которой располагался одинокий фонарь.

– Эээ, Трейси? – Кайли повернулась ко мне. – Скажи, что ты помнишь, куда нам идти.

– Я точно не помню, но нам вроде сюда, – я неуверенным жестом показала на тропинку с противоположной стороны клумбы. – Кажется, мы пришли оттуда.

– Да, точно! – воскликнула Холли, поворачиваясь к нам. – Мы пришли с той стороны, обошли клумбу и сели на скамейку с противоположной стороны!

– Сначала да, но ты посмотри вокруг! – Кайли взмахнула рукой. – Тут шесть скамеек вокруг клумбы. И шесть дорожек между ними. Ты уверена, что когда я упала, мы сели на ту же самую, что и с начала?

– Так мы ничего не решим, – я направилась к выбранной дорожке. – Пойдемте по этой. В конце концов, это же парк, а не лес! – я обернулась и кивнула в сторону дорожки. – В худшем случае мы выйдем к границе парка, а оттуда точно можно будет добраться до площадки.

– Даа, не леес, – задумчиво протянула Холли. – Однако деревьев здесь явно больше, чем всего остального, так что ночью тут все же жутковато.

– Эй, Белоснежка, что с тобой? – Кайли явно была настроена куда оптимистичнее. – Ты же должна любить дикую природу, как никак с гномами в роще живешь.

Я рассмеялась, а Холли недовольно фыркнула:

– Думаю, тебе будет не так смешно, если мы заблудимся. Ладно, все, прекрати! – она оттолкнула от себя Кайли, которая подпихивала ее в спину в сторону дорожки. – Я сама пойду, не толкайся!

Мы направились в ту часть парка, из которой, как нам показалось, мы пришли.

Становилось все мрачнее и мрачнее. Деревья и кусты, растущие по краям дорожки, становились гуще, затейливо переплетаясь друг с другом и образуя своего рода зеленые стены. Тучи в небе почти совсем рассеялись, а большая луна приобрела вид желтого скалящегося черепа, что определенно не способствовало сохранению рассудительности и спокойствия. Когда у нас над головами, разорвав тишину, громко закричала ночная птица, я не выдержала и остановилась.

– Вам не кажется, что мы идем не туда? Я вообще в парке такого места не помню!

– Трейси, не начинай, – Кайли прошла еще несколько шагов вперед и повернулась ко мне. На ее лице было не самое ободряющее выражение лица, но она была единственной, кто хоть как-то старался сохранить спокойствие. Холли каждую секунду испуганно озиралась по сторонам, да и мне было не по себе от происходящего. Пунш и скотч окончательно выветрились, оставив нас один на один с происходящим вокруг.

Я достала из сумочки телефон, чтобы проверить время. Но электронный кусок пластмассы оказался бесполезным.

– Черт! Заряд кончился! Даже времени не узнать! Кайли, я серьезно, мы ошиблись с дорожкой. Мы не отсюда пришли!

– Я понимаю, это странно. И жутковато, – Кайли подошла к Холли и похлопала ее по щекам. – Эй, ты как? Холлз, ну ты как ребенок, это была просто птица. А это, – она показала рукой на деревья. – Обыкновенный парк. Парк, который мы вдоль и поперек знаем. Мы не можем здесь заблудиться.

– Да, но мы идем уже 10 минут и даже музыки не слышно, а от площадки до клумбы минут пять ходьбы, – я попыталась вразумить ее. – Нам правда стоит пойти обратно и попробовать другую дорожку.

– Эй…Эй! Смотрите! Что там? – Холли дрожащей рукой показывала за деревья.

– Это… свет! Кажется там горит фонарь или вроде того! – воскликнула Кайли.

Страх начал отступать, наличие электричества поблизости немного успокоило нас.

– Тогда почему мы еще стоим тут? – я перелезла через кусты и пошагала по поляне. – Пойдемте скорее, мне уже надоело здесь бродить, все веселье пропускаем!

Долго уговаривать Кайли, а тем более Холли не пришлось. Кайли предусмотрительно сняла плащ, который цеплялся за сухие ветки на кустах, а Холли скинула туфли и побежала по прохладной траве босиком. По мере того как мы пробирались сквозь чересчур густую лесопосадку, свет становился все ярче и ярче. Каково же было наше удивление, когда вместо освещенной фонарями танцевальной площадки и веселящихся вокруг людей мы увидели… избушку!

Это была самая сказочная избушка, которую можно было себе представить. Мне сразу вспомнилось, как в детстве мама читала нам с Кейтлин русские сказки, и больше всего нам нравилась сказка про Бабу-Ягу, живущую в избе, держащейся на двух гигантских куриных ногах, которая заманивала принцев в свое логово и варила их них суп. Так вот, если бы старушка увидела это сооружение, она не задумываясь приватизировала бы его.

Гигантские куриные ноги держали небольшой деревянный одноэтажный домик с высокой крышей, сооруженной из соломы и березовой коры. Окна были затянуты паутиной так сильно, что невозможно было разобрать, кто находился внутри. А в избушке определенно кто то был. Об этом свидетельствовал свет, падающий из окон на траву и освещающий все вокруг так ярко, что казалось, что сейчас полдень. Похоже, что в избе был камин, потому что из небольшой трубы, находившейся на крыше, вылетал едва заметный дымок.

В целом место было не из приятных. Повсюду были засохшие цветы, паутина и обглоданные кости. Причем последние действительно были везде. Оконные рамы, ограда для избушки, подобия цветников, даже лестничные перила – все было сделано из абсолютно белоснежных костей. В добавок ко всему на перилах у входа сидела гигантская черная птица, при ближайшем рассмотрении оказавшаяся искусно сделанным чучелом ворона. Собственно, все это послужило причиной нашего единогласного вывода: избушка – одна из многочисленных декораций к Хэллоуину, а значит мы не так уж далеко от центральной площадки. Дело за малым: зайти внутрь и узнать у тех, кто внутри, в какую сторону нам следует идти.

Кайли резво поднялась по ступенькам и постучала в дверь. Открывать нам не торопились.

– Эй! Ау! Есть здесь кто? – Кайли продолжила стучать. – Уснули что ли? Сегодня Хэллоуин, угощение или шутка?

Под настойчивым стуком дверь поддалась, со скрипом распахиваясь внутрь и словно приглашая войти.

– Ну, что там? – нетерпеливо спросила Холли. – Там кто-нибудь есть?

– Нет…– пробормотала Кайли. – Но поверьте, это не самое странное… Идите сюда.

Мы с Холли мигом взлетели на крыльцо и уставились в дверной проем. Повсюду стояли… свечи!

–Но…как это… как это возможно? – я почувствовала, что голова опять начинает кружиться. Вот только в обморок упасть не хватало…

– Свечи…– Холли подошла вплотную к порогу. – Но… Они не могут так ярко светить… В домике не так уж светло, как тогда освещается опушка?

– Не знаю… но очень хочу узнать, подвинься, – Кайли сделала решительный шаг через порог, но Холли вовремя схватила ее за руку.

– С ума сошла? – она потянула ее вниз по лестнице. – Не надо туда заходить! И вообще, нужно уходить отсюда, мне это место категорически не нравится, – пыталась она вразумить Кайли. – Кому вообще понадобилось ставить этот домик так далеко от места, где проходит представление? Здесь ведь все еще не слышно никаких звуков: ни людей, ни музыки!

– Ну кто-то же его сюда поставил, не из воздуха же он возник, – Кайли отдернула руку. – Холлз, перестань, Хэллоуин – праздник для пугливых детишек, а мы вроде как давно выросли. Ничего страшного или необъяснимого не случится! Так что вы как хотите, а я, пожалуй, войду внутрь, – с этими словами она перешагнула через порог. – Видите! Все отлично, я жива и здорова.

Я собралась тоже войти внутрь, но Холли перегородила вход.

–Трейси, и ты туда же? – она умоляюще посмотрела на меня. – Неужели тебе не кажется странным все это? У меня дурное предчувствие, здесь что-то не так!

– Холли, меня это предчувствие сегодня весь день не покидает, – я вздохнула и огляделась по сторонам. – С другой стороны, подумай сама, что может случиться внутри? В худшем случае мы останемся в домике до утра. И потом, становится холодно, а внутри хотя бы согреться можно, – я перешагнула порог вслед за Кайли, которая наблюдала за нами изнутри. Холли ничего не оставалось, как присоединиться к нам.

– Что ж, видит Бог, я была против, что бы не случилось, – пробормотала Холли и тоже вошла внутрь.

– Да не трусь, – Кайли улыбнулась и ободряюще похлопала ее по плечу. – Все будет отлично. Мы только осмотримся немного и пойдем обратно. Смотри сколько всего здесь! – она окинула домик рукой. Мы огляделись.

Маленькая с виду, избушка была довольно внушительной изнутри. Три небольшие комнатки отделялись друг от друга тоненькими стенами, сделанными из чего-то вроде дубовой коры и то ли смолы, то ли чего-то, похожего на деготь. Оконные рамы, как оказалось, были обиты костями не только снаружи, но и изнутри. Кто-то явно потратил уйму времени, вырезая узоры на отвратительно натуральных костях, покрытых, как и сами окна, толстым слоем пыли и затянутых паутиной.

Комнатка, в которой мы оказались, переступив порог, была, судя по всему, гостиной. Слева находился камин, сложенный из грубых желтовато-серых камней, в котором догорали последние угольки. Над камином висело большое зеркало в тяжелой латунной раме. Под зеркалом находилась небольшая полка, заставленная разнообразными безделушками. Чего там только не было: бронзовые статуэтки каких-то божеств, ловцы снов, покрытые пылью склянки с непонятными травами и жидкостями внутри.

Кайли взяла одну из них в руки и громко чихнула, сдувая пыль:

– Надо же, обычная лаванда, – она принюхалась и повертела баночку в руках.

– А ты чего ожидала? Протухших лягушачьих глаз? – съязвила Холли. Из нас троих ей изучение домика доставляло меньше всего удовольствия. Она прошлась по комнате и села на большую винтажную софу, усыпанную подушками. Софа занимала почти полкомнаты, так что кроме нее здесь были лишь небольшой комод, заваленный тем же хламом, что и полка над камином, и несколько картин в таких же, как и зеркало, рамах. – Я посижу здесь, подожду, если вы хотите осмотреться.

– Трусишка, – пробормотала Кайли и перешла в другую комнату. Мое любопытство взяло верх над страхом, и я решила последовать за ней. – Мы недолго, – я повернулась к Холли. – Может, здесь все-таки кто-то есть, и он просто спит где-нибудь в уголке. Сейчас вернемся, – я откинула обветшалую шторку, заменявшую дверь, и перешла в следующую комнату, очевидно, кухню, что стало понятно по полкам с облупившейся краской, маленькому дребезжащему холодильнику и даже раковине, вмонтированной в один из шкафов.

– Ну ничего себе, – Кайли открутила кран и подставила руку под струю воды. – Горячая! – она повернула ко мне удивленное лицо. – Трейси, она горячая! Откуда здесь горячая вода?

– Меня больше интересует, куда она уходит, – пробормотала я, открыв шкаф под раковиной. – Смотри, здесь нет труб. Вообще никаких труб. Ладно, предположим, поступать она может из какого-нибудь блока, но ведь должна же она куда-то уходить! – я провела по абсолютно гладкой снаружи стальной поверхности. Она слегка нагрелась от горячей воды, но на том месте, откуда должна была отходить сливная труба, был лишь плотный металл.

Реальность никак не сходилась с тем, что происходило в этом доме. Мысленно я понимала, что вода не может браться из ниоткуда и уходить в никуда. Впрочем, как и холодильник работать без электричества. Но маленький рефрижератор исправно гудел, явно потребляя количество энергии, которое не могут производить обычные батарейки. Внутри мы даже обнаружили несколько пластмассовых мисочек со льдом.

Кроме гарнитура с раковиной и холодильника в комнате были большой круглый стол, накрытый на удивление белоснежной скатертью, лишь слегка обезображенной паутиной, и шесть резных стульев вокруг него. Были и несколько картин, в простых, но тем не менее очень красивых деревянных рамах, и большие часы с кукушкой, стремительно отсчитывающие минуты. И было еще кое-что, нарушающее обветшалый образ дома и придающее ему жилой вид.

Повсюду на кухне стояли вазы, наполненные фруктами, ягодами, какими-то семенами, сушеными листьями клена и дуба и даже хвойными ветками. Все выглядело настолько свежим и так приятно пахло, что Кайли, не удержавшись, схватила яблоко и поднесла ко рту.

– Нет! Не ешь! – я схватила ее так крепко, что она покачнулась, и выпавшее из рук яблоко с шумом укатилось в последнюю, третью комнатку, вход в которую был прикрыт плотными бархатными шторами темно-синего цвета.

В комнату вбежала напуганная Холли:

– Что у вас здесь происходит?.. Вау, вот это да, – она огляделась вокруг и даже присвистнула от удивления. Потом недоуменно кивнула на холодильник. – Здесь есть электричество?

– Нет, – я отодвинула один из стульев и устроилась на нем. – Но это не самое удивительное.

Кайли вновь подошла к раковине и открутила кран, сразу открыв шкаф под ней.

– Но… Как? – Холли осторожно протянула руку к воде. – Невероятно… Тут ведь даже труб водопроводных нет по близости. – Она отдернула руку и осторожно закрутила кран. – А что все-таки упало?

– Кайли, видимо, очень проголодалась и решила отведать яблочек, – я хмыкнула и кивнула в сторону вазы.

– С ума сошла? – Холли повернулась к Кайли, рассматривающей одну из картин. – Ты посмотри вокруг! Здесь лучше вообще ничего не трогать!

– Ладно, все, я поняла! – та раздраженно повела плечами и отвлеклась от картины. – Просто из всего, что есть в этом доме, фрукты самые безобидные. И потом, – она махнула рукой в сторону гостиной. – Я же понюхала баночку с лавандой, и посмотри-ка, жива!

– Ладно, хватит ругаться, – я встала из-за стола и показала на синие шторы. – Мы будем смотреть, что в третьей комнате или нет?

Кайли утвердительно кивнула головой, а Холли посмотрела на меня испепеляющим взглядом.

– Что? – я вопросительно посмотрела на нее. – Да ладно тебе, Холлз, какая теперь разница? В конце концов, мне интересно, что еще более необъяснимое может находиться там, – с этими словами я распахнула шторы, закрывающие вход.

То, что предстало перед нашими взорами, явно не ожидал увидеть никто из нас троих.

– … , – Кайли решила не стесняться в выражениях.

– Знаешь, – задумчиво протянула Холли, разглядывая третью комнату.– В другом случае меня бы возмутили такие ругательства, но сейчас ты права, это … .

– Ну что, – я почувствовала, как в горле образовывается ком, и тяжело сглотнула. – Так и будем стоять или зайдем внутрь?

– Ты, пожалуй, права, – Холли подошла к порогу. – Раз уж мы оказались здесь, сюда мы просто не можем не зайти.

Вся комната, которая оказалась раза в два больше, чем две другие, была сверху донизу забита… драгоценностями! Паркет из золотых слитков, мраморные колонны, покрытые алмазной пылью, свечи в бронзовых подсвечниках и платиновый потолок, в котором отражалось все до мельчайших деталей.

Повсюду стояли сундуки, доверху забитые тиарами, кольцами, разнообразными массивными подвесками и обыкновенными золотыми монетами вперемешку с драгоценными камнями самых разных размеров: от маленьких жемчужин до изумрудов с куриное яйцо.

– Эй, – я окликнула Кайли, которая потянулась к серебряной диадеме. – Мы только смотрим и ничего больше. Ничего здесь не трогайте!

– Трейси права, – Холли потянула ее в сторону от сундука. – Здесь лучше ничего не трогать.

– Почему? – страх похоже окончательно покинул Кайли, впрочем, как и здравый смысл. Она подошла ко мне и обвела руками все пространство в комнате. – Трейси, ты только посмотри на это! И не говори, что если кто-то из нас что-то потрогает, все кончится плохо. Я тоже смотрела фильмы о проклятых пиратских сокровищах. Но напоминаю, мы находимся в парке. В парке, который исходили вдоль и поперек по триста раз! Здесь не может быть сокровищ, тем более лежащих на виду!

– Ничего себе на виду, – отбила Холли. – Если ты забыла, то мы заблудились в парке, который, как ты говоришь, исходили вдоль и поперек.

– Давайте не будем ругаться и спорить, – я подошла к одной из колонн. – Смотрите-ка лучше сюда, что это? – я подула на золотую табличку, прикрепленную к колонне.

– Тут надпись явно не на английском, – протянула Кайли. – Холлз, это вроде по твоей части.

– Это на латыни, – Холли пригляделась к табличке. – Lux et mundo corde, qui non nisi in animo meo, relinquo. Дословно не переведу, что это означает, но что то вроде: «Кто носит свет внутри, сможет войти». Хах, похоже нас причислили к носящим свет, – она повернулась к нам.

– Ладно, мы уже и так вошли, – Холли указала в центр комнаты. – А там что?

Прямо по середине стоял небольшой круглый алтарь из золота, держащийся на одной ножке, обитой красным бархатом. На алтаре стояли несколько свечей и кадка с дымящимися благовониями. В центре располагалось небольшое отверстие очень знакомой формы.

– Где-то я уже видела подобное, – я нахмурила брови, судорожно пытаясь вспомнить, почему этот силуэт кажется таким знакомым. – Вот только где и когда…

– А я вот хорошо помню, где, – память Кайли явно была лучше моей. – Холли, дай-ка мне медальон, который мы нашли.

Холли расстегнула молнию на кармашке платья и достала подвеску. Сразу стало понятно, на что была похоже отверстие: скорее всего медальон должен был лежать именно там.

– Тут что-то написано, – я ткнула пальцем в еще одну золотую табличку. – Вроде опять на латыни. Холлз, переведешь?

– Что бы вы без меня делали, – Холли смахнула пыль с алтаря и уставилась на табличку. – Я… Я не знаю, что тут написано, – озадаченно произнесла она через несколько секунд. – Буквы знакомые, но слова…Я не знаю, что они означают, могу только прочесть: «Saoirse, bhfeidhm, éadrom, draíochta». Хотя éadrom вроде на ирландском означает душу или свет или что-то вроде того, не помню, – она подвинулась, отдав мне медальон. – Ну что ж, мы вроде как собирались вернуть медальон, и, кажется, нашли хозяина. Ну, или во всяком случае, место, где он хранился.

– Да, пожалуй, следует положить его на место и уходить отсюда, нужно найти выход из парка, – я повертела медальон в руках.

– Ну чего ты копаешься, – Кайли со вздохом выхватила медальон из моих рук, отцепила подвеску от цепочки и поднесла к алтарю. – Оставляем его и уходим, – с этими словами она положила медальон в отверстие. Послышался едва заметный глухой щелчок. – Что это был за звук?

– Не знаю. Вроде ничего не изменилось, – я оглядела комнату. – Ладно, пошли отсюда, – я отдернула занавеску и вновь оказалась в кухне.

Уйти из избушки нам не удалось. Наступила полночь, и последние произнесенные мной слова слились с гулкими ударами часов и криками кукушки. Комната вдруг начала вращаться, и я почувствовала, что теряю сознание. Последним, что я увидела и услышала, было перекошенное от страха лицо Холли и истошный визг Кайли.

Глава 4

Я проснулась от солнечных лучей, мягко падающих на лицо через затемненные окна. На несколько мгновений мне показалось, что я дома, в своей комнате, а свет неяркий, так как на окнах довольно плотные занавески. Какое-то время я просто лежала на спине, пока не осознала, что подо мной не кровать, а жесткий пол. Сначала я не придала этому значения, так как последние несколько месяцев довольно часто просыпалась на застеленном ковром полу от мучивших меня ночных кошмаров. Но быстро вспомнилась прошлая ночь, и я, не открывая глаз, села. Из-за внезапно наступившего утра все произошедшее казалось лишь плохим сном.

– Господи, приснится же такое, – я со стоном разомкнула веки.

Я сидела в центре одной из комнат злополучной избушки. Повсюду были разбросаны осколки, еще вчера вечером бывшие вазами с фруктами. Сами фрукты, хвоя и сушеные листья тоже были разбросаны по полу. Холодильник был опрокинут, шкафы, оказавшиеся абсолютно пустыми, открыты, старинные часы разломаны на мелкие кусочки.

Все на кухне было превращено в хлам. Уцелели лишь стол и несколько стульев.

Я попыталась встать, оперевшись на руки. Спину тут же заломило, видимо ночью я нехило ударилась об холодильник или ножку стула. Схватившись за спинку одного из стульев, я все же смогла подняться. Сразу закружилась голова и словно тысячи ножей впились в ногу. Я посмотрела вниз и обнаружила, что правая лодыжка угрожающе посинела и распухла.

Я опустилась на стул, закрыв лицо руками. Что же это такое? Почему если с нами случаются неприятности, то всегда по полной программе? Почему мы забрели так далеко, да еще и посреди ночи? Почему мы вообще зашли в эту избушку? Как так получилось, что вместо того, чтобы бежать из этого странного места сломя голову, мы решили потешить свое любопытство, как дурочки в идиотских фильмах ужасов? И кстати, где Кайли и Холли? Столько вопросов… Надеюсь, хоть на последний найдется ответ…

Я услышала стон, доносящийся из соседней комнаты, и резко подняла голову.

– Кайли? Холли? Девчонки, вы живы? – каждое слово в голове отдавалось так, будто я стояла возле монастырского колокола.

– Даа, – синие шторы раздвинулись, и я увидела Кайли, придерживающую рукой голову. – Ты как, в порядке?

– Похоже, ногу вывихнула, – я показала на лодыжку. – Перетянуть бы чем-нибудь. У тебя что?

– Ничего серьезного, просто небольшое сотрясение, – она поморщилась, потирая затылок. – Уж слишком голова болит. Ну, и пара синяков на руке, – она показала на локоть, на котором образовался фиолетово-желтый кровоподтек. – Сейчас, потерпи немного, – Кайли начала рыться в полках и извлекла из одной нечто, похожее на большой платок. – Я постараюсь перетянуть ногу.

Когда она закончила, я вновь попыталась встать. Платок зафиксировал ногу, и я могла не только стоять, но и худо-бедно ходить. Но меня не покидало ощущение, что что-то не как, будто чего-то не хватает. Видимо, Кайли посетила та же мысль, потому что как только мы посмотрели друг на друга, ее лицо исказилось гримасой ужаса.

– Холли… Где Холли?! – Кайли, споткнувшись, бросилась обратно в комнату. Я ринулась вслед за ней так быстро, насколько позволяла растянутая нога.

– Я ее не вижу, – я озадаченно огляделась по сторонам.

– Может она проснулась раньше и пошла за помощью? – Кайли внимательно присмотрелась к сундукам.

– Она бы не ушла без нас, – в голове проносились жуткие мысли, и я изо всех сил пыталась не паниковать.

Раздался звук падающих на пол монет и слабый стон, через мгновение сменившийся оглушающим криком.

– Холли! – мы подбежали к горе монет, из-за которой доносился крик и увидели ее, наполовину заваленную золотом.

– Что? Что болит? Не шевелись, – Кайли пыталась успокоить извивающуюся от боли Холли, в то время как я откапывала ее ноги.

– Вот черт! – я вскочила так, что в лодыжку снова будто впились ножи. – Кайли, здесь все очень плохо!

Правая нога Холлз была неестественно вывернута, и, учитывая, что это была единственная конечность, которой она старалась не шевелить, напрашивался очевидный вывод – у нашей подруги перелом.

– Трейси, не стой! Там на кухне несколько сломанных стульев, принеси две ножки и найди где-нибудь нож, – Кайли бросилась к порогу и начала сдирать занавески.

Я помчалась на кухню, открывая все ящики подряд в поисках ножа и по пути собирая ножки от стульев.

– Ножа нет, но я нашла это, – я протянула Кайли старую затупившуюся бритву. – Думаю, подойдет.

– Отлично, – она начала кромсать шторы на широкие полоски. – Спокойно, Холлз, все будет хорошо.

Холли ничего не ответила. Она уже не кричала, только очень тяжело дышала и лишь тихонько всхлипнула несколько раз, когда я приподняла ей голову и подложила подушку, принесенную из гостиной.

– Ну а теперь держись… – Кайли присела рядом со мной и вложила мне в руки лоскуток. – Зажми ей рот, я попытаюсь вправить ногу.

– О Господи, – я с ужасом посмотрела на нее. – Ты попытаешься что? Кайли, ты уверена, что вообще знаешь, как это делается?

– Если ты не забыла, то я все прошлое лето провела в Китае, помогая пострадавшим от тайфуна, – Кайли расчистила сломанную ногу от монет. – Я там чему только не научилась: и переломы вправлять, и жгуты накладывать, теоретически могу даже перелить кровь. Ну что, ты готова? – она посмотрела на Холли.

Та едва слышно прошептала: – Как будто у меня есть выбор…Пожалуйста, давай быстрее, очень больно.

– Ну ладно, – я вложила свернутый из лоскутка жгут ей в рот и повернулась к Кайли. – Что мне делать?

– Зажмурься и не кричи, когда закричит Холлз, – она слегка изогнула рот в ухмылке. – На самом деле просто держи ее покрепче за руки. А то через несколько секунд она будет готова меня ими задушить, – Кайли тяжело вздохнула и взялась за ногу.

Десять минут нескончаемого крика Холли показались мне вечностью. Когда Кайли закончила вправлять кости, мы вместе наложили на ногу шины и осторожно перенесли подругу на софу в гостиной.

– Нужно приложить что-нибудь холодное. В холодильнике был лед, принесешь? – я повернулась к Кайли.

Та кивнула и скрылась на кухне.

– У тебя с ногой что? – прошептала Холли, кивнув на перевязанную лодыжку.

– А, это? Ерунда, – я попыталась придать лицу ободряющее выражение. – Вывих. Сначала было больно, но теперь уже нормально хожу. Так что не переживай, – я села рядом с ней. – С тобой все будет хорошо.

– Надеюсь, – Холли вздохнула. – Очень болит.

– А вот и лед, – Кайли вошла в комнату, держа в руках пакет, завернутый в оставшиеся лоскутки синей шторы. – Осторожно, осторожно, вот так, – она аккуратно приложила пакет к голени, устроилась у Холли в ногах и посмотрела на меня. – Ну, что будем делать дальше?

– Как что, выйдем из этой чертовой избушки и попытаемся найти помощь, в парке наверняка кто-нибудь есть, – я порылась в подушках и извлекла наружу сумочку, которую вчера кинула на софу, как только мы вошли в дом. – Телефон окончательно умер, – я кинула ее обратно на подушки и сжала руками виски. – Ну почему я не догадалась зарядить его перед праздником?

– Теперь уже неважно, – Холли вздохнула. – Кайли, может, вам действительно стоит поискать кого-нибудь? В парке наверняка должны быть хотя бы охранники или волонтеры.

– Боюсь, это невозможно, – каменным голосом ответила та, глядя в одно из мутных окон.

– Кайли, ты чего? – я встала и потрясла ее за плечи. – Пожалуйста, только не сейчас, не паникуй. Все будет хорошо, нам нужно лишь позвать на помощь.

– Я с удовольствием посмотрю, как ты это сделаешь, – Кайли раздраженно дернула плечом и встала. – Трейси, я в порядке, во всяком случае, почти. И я тоже очень хочу убраться отсюда подальше и нормально помочь Холли! Но разуй глаза и посмотри в окно! Мы не в парке! Это место даже близко не напоминает парк!!!

– О чем ты…? – я нахмурилась и обернулась, чтобы посмотреть в окно. Последние слова комом застряли в горле. – Что за черт?

– Что там? – Холли озабоченно приподняла голову. – Где мы?

– Не вставай, сместишь кости, – Кайли подошла к ней. – Мне бы тоже очень хотелось знать, где мы. Ну, Трейси, что скажешь?

– … , – прошептала я, отходя от окна. – … , больше сказать нечего.

– Девочки, мне неловко прерывать вас от решения важных проблем, но еще немного, и я опять начну орать, – Холли тяжело задышала. – Я понимаю, что таблеток здесь нет, но…

– Нужно заварить ей чай с ромашкой и мятой. – Кайли подошла к комоду и начала заглядывать во все склянки подряд. – Здесь должно быть что-то успокаивающее.

– С ума сошла? – я подошла к ней. – Хочешь поить ее этим? Кто знает, что туда еще кроме трав намешано?

– Есть идеи получше? – Кайли посмотрела на меня. – Я думала, ты поняла: помощи нам ждать неоткуда.

– Ну почему неоткуда… Может и есть откуда, – я посмотрела в сторону двери.

– Нет, даже не думай об этом. – Кайли проследила мой взгляд. – Одна ты туда не пойдешь ни за что!

– Как ты сама говоришь, есть идеи получше? – съязвила я. – Что ты собираешься делать после того, как заваришь Холли чай? Поболтать? Прилечь поспать? Обед приготовить? Может, новоселье отметим? Кайли, мы не можем вечно оставаться здесь!

– Я понимаю, – она отставила отобранные с комода склянки в сторону. – Я понимаю, что нам придется выйти и выяснить, где мы. Я имею ввиду, тебя ничего не смущает? Избушка была в парке. В парке! А теперь мы непонятно где! И ты хочешь пойти и прогуляться по окрестностям, не имея ни малейшего представления о том, что может ожидать за дверью? Тебе нельзя идти туда одной!

– Да, мне страшно не меньше твоего, – я кивнула в сторону софы. – Но мы не можем оставить Холли здесь одну. Кто-то должен быть с ней.

– Трейси, Кайли права, – мы услышали голос Холли и повернулись. – Тебе нельзя идти одной. – Она говорила, с трудом произнося слова. – Со мной здесь ничего не случится. Тебе и впрямь лучше подождать Кайли и пойти с ней.

– Ты же не думаешь, что мы оставим тебя здесь одну? – Кайли улыбнулась ей и, вздохнув, повернулась ко мне. – Я не знаю, Трейси. – Она наморщила лоб. – Это может быть опасно.

– Тогда мне не остается ничего другого, как перешагнуть порог со словами « да я смеюсь в лицо опасности», – я улыбнулась и схватилась за ручку двери. – Присмотри за Холли. Тут еще есть дрова, можешь попытаться разжечь огонь, кстати, не удивлюсь, если здесь есть спички, – я открыла дверь и оказалась на крыльце.

– Удачи! – голос Кайли смешался со скрипом закрывающейся двери.

Яркие солнечные лучи били в глаза так сильно, что я поморщилась и с полузакрытыми глазами спустилась по лестнице, стараясь не прикасаться к перилам, при дневном свете кажущимся все такими же жуткими.

Кайли была права, место, в котором мы оказались, и близко не напоминало родной парк. Вместо привычных асфальтированных дорожек под ногами чувствовались острые камни, впивающиеся в ноги при каждом шаге. Трава здесь явно была не газонной, судя по мелким сиреневым соцветиям на кончиках тоненьких зелено-фиолетовых стеблей. Небо было таким чистым, что казалось, будто кто-то сверху набросил на земной шар голубой, хорошо отглаженный платок. Но это было далеко не самым удивительным.

Прямо с крыльца избушки открывался удивительный вид на прекрасное горное озеро, прозрачное и чистое настолько, что вода казалась голубой из-за отражавшегося в ней неба. Озеро было окружено тысячей величественных хвойных деревьев с настолько толстыми стволами, что их вряд ли можно было бы обхватить руками. Сосны, ели, лиственницы, кедры, пихты, даже кипарис и можжевельник: здесь было так много разных деревьев, что весь лес походил на искусно сделанную икебану.

За озером и деревьями величественно возвышались скалистые горы с заснеженными верхушками. Я огляделась вокруг. Горы окружали озеро и лес со всех сторон, образуя своеобразную чашу. Пейзаж был настолько прекрасным и удивительным, что с трудом укладывался в голове тот факт, что я нахожусь так далеко от дома. С другой стороны, какая-то часть меня явно отказывалась воспринимать это место как волшебную страну, поэтому первой мыслью, пришедшей мне на ум, было то, что мы находимся где-то на севере Ирландии, ну или на худой конец Шотландии.

Я спустилась к озеру. Несмотря на яркое солнце, было довольно прохладно, и я ожидала зачерпнуть рукой ледяную ключевую воду. Но озеро превзошло все мои ожидания.

– Надо же, горячая, – пробормотала я самой себе. – Видимо здесь гейзер или вроде того, вода теплее, чем парное молоко!

Я встала и еще раз огляделась. При свете дня это место производило приятное впечатление, заставляя чувство опасности отступать. Все казалось таким сказочным: свист ветра, шелест хвои, небольшие мягкие волны, ударяющиеся об острые камни. Не было слышно только птичьего щебетания.

Постояв немного, прислушиваясь к звукам природы, я решила пройти немного вглубь леса, в надежде найти что-нибудь вроде охотничьего домика или на худой конец автомобильную трассу, чтобы попросить помощи и заодно узнать, где вообще мы находимся.

В лесу было очень тихо. Густая хвоя не почти не пропускала ветер и солнечные лучи, поэтому я медленно брела по опавшим еловым иголкам, прислушиваясь лишь к собственным шагам. Было очень непривычно идти в тишине. Ни птиц, ни насекомых, ни хоть каких-нибудь зверушек – здесь не было ни одной живой души, кроме меня.

С другой стороны, тишина благотворно влияла на мыслительный процесс. Я шла, раздумывая над вчерашним праздником: над тем, как мы выбирали костюмы для моей сестренки и братика Холли, о небольшом казусе за завтраком, о том, как Холли и Кайли уговаривали меня пойти на Хэллоуин. И о том чувстве, как будто обязательно должно что-то произойти. « Мда, чутье как всегда меня не подвело» – пронеслось у меня в голове, и я невольно заулыбалась.

Несмотря на всю абсурдность ситуации, настроение было приподнятым. Я думала, что после такой переполненной событиями ночи и не менее беспокойного утра я буду чувствовать себя как минимум разбитой, но нет. То ли на меня благотворно влиял местный воздух, то ли организм включил защитную реакцию на стресс, то ли я просто наконец-то нормально выспалась без обычно мучивших меня кошмаров, отключившись от удара обо что-то тяжелое: мне было хорошо. Пожалуй, даже слишком хорошо.

Я шла по лесу все увереннее и увереннее, словно какое-то внутреннее чувство вело меня. Я чувствовала себя как рыба в воде, ну, или как нимфа в лесу. «Что ж, в таком случае мой костюм на Хэллоуин как раз подходит» – опять прошептал внутренний голос, дав еще один повод для улыбки.

Так я и шла, наедине с собой и своими мыслями, наверное, около десяти-пятнадцати минут. Я почему-то настолько была уверенна в собственной безопасности, что не заметила, как умиротворяющая тишина сменилась гробовой, а хвоя под почти голыми ступнями неприятно зашуршала. Я сделала еще один шаг и почувствовала, как все вокруг начинает менять свое расположение. « О нет, только не опять» – мне вспомнилась вчерашняя ночь и то, как избушка начала вращаться с бешеной скоростью. Но все кончилось довольно быстро. В ноги больно врезались веревки, и я открыла глаза.

Я висела на высоте двух или двух с половиной метров над землей на не очень высокой сосновой ветке, в сетке, умело сплетенной из веревок. Видимо, ее делал настоящий профессионал, потому что выбраться отсюда самостоятельно не представлялось возможным.

– Эй! Эээй!!!! Кто-нибудь! Помогите! – я начала кричать, но спустя пару минут поняла, что это бесполезно. Раз уж я до сих пор не обнаружила никаких следов пребывания хоть каких-нибудь живых существ, сейчас меня тоже вряд ли кто-нибудь услышит, а от избушки я ушла слишком далеко, чтобы Кайли и Холли могли меня услышать. «Что же мне делать? Как выбраться отсюда? Вот дурочка, нужно было хотя бы бритву с собой захватить…» – с такими мыслями я просидела около получаса.

– Ну все, нельзя так просто сидеть тут и ждать, нужно хоть что-то делать. А раз уж ничего, кроме как громко кричать, я сейчас не могу, то… Ааааааа!!!! Помогииитеее!!! На помоощь!!! Я в ловушке, вытащите меня!!!

– Кхм-кхм, – чей-то внезапный смешок заставил меня вздрогнуть от неожиданности. – Я бы на твоем месте не кричал так громко здесь, знаешь, мало ли кто услышит, – мне было не очень хорошо видно, и я поняла только, что к сосне, на которой я висела, подошел не очень высокий молодой парень.

– О, слава Богу!!! Я думала, меня никогда никто не услышит! Вы первый, кого я здесь встретила за последний час. Вы, наверное, местный смотритель? Места здесь прекрасные, только вот заблудиться легко. Пожалуйста, помогите мне, самой мне не выбраться отсюда, – я показала на сетку. До сих пор вспоминаю этот момент и думаю: как я могла быть такой дурочкой и не понять, что человек, на которого я смотрела, даже человеком-то не был…

– Да уж, заблудиться здесь легко, особенно чужим, тем, кто не из здешних мест. Ты ведь не отсюда? – голос у незнакомца был вкрадчивым, да и вопрос прозвучал скорее как утверждение.

– Знать бы еще, где я, – я нервно улыбнулась. – Понимаете, я и мои подруги отмечали Хэллоуин в парке, а потом решили пройтись немного, а потом эта избушка и, – страх начинал сжимать горло, и я вываливала на парня, стоящего внизу, любую информацию, лишь бы не оставаться в тишине.

– Ты и твои подруги? Ты не одна здесь? – паренек явно не отличался манерами, потому что перебил меня слишком резко, услышав о Кайли и Холли.

– Нет, не одна, – я понимала, что мне уже лучше ничего не говорить, но уже просто не могла замолчать, ведь каждый раз, когда незнакомец прерывал меня, чтобы что-нибудь спросить, вывих снова напоминал о себе, впрочем, как и впивавшаяся в кожу сетка. – Мои подруги сейчас в домике с огромными куриными ножками. Я не знаю, как мы вообще здесь оказались, я даже не знаю, где мы, но у одной из них сломана нога и ей срочно нужна помощь… Может быть, вы все-таки поможете мне спуститься? – я почувствовала, как начинаю заметно нервничать.

– А зачем? – в голосе незнакомца послышались неприязнь и угроза. – Видишь ли, детка, ты попала в очень нехорошее место. Туда, куда такие, как ты, попадать вообще не должны, – он усмехнулся и обошел дерево, на котором я висела. – Все равно придется тебя поймать и убить, а ты очень удачно облегчила работу: сама пришла, сама позвала, сама все рассказала. А за подруг не волнуйся, мы о них позаботимся, – зловещие смешки начинали пугать, не говоря уже о тех вещах, о которых он рассказывал.

– Мне только маньяка здесь не хватало… Пожалуйста, отпустите меня, – я умоляюще посмотрела на него, но когда поняла, что помощи от него не дождаться, вновь громко закричала. – Аааааааа!!!! Помогииитеееее!!!!

– Здесь тебе никто не поможет, – жестко произнес незнакомец, и я с ужасом заметила, что мы с ним уже не одни. Из-за деревьев начали выходить люди. Хотя, теперь я уже не была так уверена в том, что все они были людьми. Сетка перестала раскачиваться из стороны в сторону, и я поняла, что тот, с кем я разговаривала, не похож на человека. Более того, он даже молодым то не был. Голос оказался обманчивым, потому что незнакомец был больше похож на старика.

Его тело было обтянуто жуткой сухой кожей грязно-желтого цвета. Лицо было изуродовано морщинами и покрыто просто немыслимыми язвами и бородавками. Брови сходились на переносице, делая и без того маленькие темные глаза еще меньше. Но больше всего меня поразили уши, торчащие из-за грязных темных волос длиной примерно до плеч: большие, вытянутые, заостренные на концах и такого же отвратительно-желтого цвета. Незнакомец оказался одетым в непонятные лохмотья, вроде чего-то среднего между нарядом Робин Гуда и рясами монахов-отшельников.

Самым ужасным было то, что существа, собиравшиеся возле сосны, были как две капли воды похожи на него. Все одного роста, с такой же желтой кожей, огромными ушами и такими же отвратительными нарядами. Когда их собралось около двадцати, я не выдержала и опять закричала.

– Да заткните ее кто-нибудь! – с этими словами один из них извлек из складок одежды длинный слегка загнутый на конце нож и резко разрезал веревку.

Я тут же упала на землю. Мало мне было одного вывиха, так теперь, похоже, я и спину повредила. Адская боль пронзила все тело, так что я не могла произнести ни слова и лишь слегка вздрагивала.

Непонятные существа буквально облепили меня со всех сторон. Вблизи они казались еще более устрашающими. Я снова хотела закричать, но кто-то ударил меня по лицу и тихо произнес:

– Еще хотя бы один звук, и все закончится очень плохо для тебя.

– Для меня все и так закончится явно не очень хорошо, – перед глазами плясами мушки от звонкой пощечины, но ко мне сразу вернулась способность говорить. – Кто же вы такие? – я еще раз окинула толпу.

– Я же сказал, заткнись, – один из них вновь занес руку для очередного удара, но кто-то остановил его.

– Оставь ее!

– В чем дело, Фабиан? – в своем спасителе я узнала того незнакомца, который первым явился на мои крики.

– Да ты только принюхайся к ней! – Фабиан внимательно посмотрел на меня, а потом повернулся к своему «собеседнику». – Все принюхайтесь! Неужели никто не чувствует?

– …Немыслимо… Этого не может быть… Магия… – со всех сторон послышался шепот. Фабиан поставил меня на ноги и посмотрел так, что мне захотелось сквозь землю провалиться:

– Ты сказала, что не знаешь, где ты. Тогда почему от тебя так пахнет магией? Не заставляй меня делать тебе еще больнее. – он явно был готов получить ответы любым путем.

– Что? Что значит, пахнет магией? Какой магией? Это все выдумки, сказки, – после увиденного я и сама не была уверена в том, что говорю, но поверить в волшебство мой мозг категорически отказывался, несмотря на все произошедшее.

– Значит, ты не ведьма? И не знаешь, как сюда попала? – меня схватили за плечи и резко встряхнули.

– Нет, не знаю, – я почувствовала, как все начинает медленно плыть перед глазами. – Ведьм не существует, это выдумки….

Все присутствующие оглушительно рассмеялись. С трудом выровняв дыхание, один из них подошел ко мне:

– С тобой очень захочет поговорить кое-кто. А пока поспи немного, – мне на голову резко надели темный мешок…

***

… Я проснулась от того, что веревка натирала руки. Я оказалась подвешенной к какому-то дереву. Ноги едва касались земли, рот был заткнут скомканным лоскутом ткани. Прямо передо мной было кострище, обложенное большими камнями. « Надеюсь, меня не сожгут живьем» – пронеслось в голове.

– Ооо, принцесса проснулась, смотрите-ка, – ко мне подошел один из желтокожих монстров. – Уж как только мы тебя не будили – все напрасно, как вы там, на Земле, говорите, как спящая красавица, да? – он раскатисто рассмеялся.

К костру собиралось все больше желающих посмотреть на мою скромную персону.

– Значит так, – незнакомец продолжил говорить, и я поняла, что передо мной тот же, что и в лесу – Фабиан. – Схема старая, я спрашиваю, ты отвечаешь. Если я спрашиваю, и ты не отвечаешь, то мы получаем ответы грубой силой. Итак, какой вариант мы выбираем?

– Спрашивайте, – буркнула я.

– Ну начнем с простых вопросов: ты говорила, что не одна здесь. Кто еще с тобой, сколько их и где они находятся? – Фабиан и остальные начали сверлить меня взглядом. Надо же, эти существа и впрямь думают, что я буду отвечать на их вопросы. Странно, что они вообще говорить умеют, тем более на английском.

– Я повторю вопрос: кто еще с тобой??? – желтокожий схватил меня за волосы, и я невольно вскрикнула. – Мне повторить еще раз?

– Эй! Что здесь творится? Где девчонка?

Монстр отпустил меня и отошел на пару шагов, продолжая смотреть мне в глаза.

– Она здесь, хозяин.

Толпа почтительно расступилась, пропуская еще одно желтокожее существо, на вид еще более старое, чем остальные. Оно подошло ко мне и с шумом втянуло воздух.

– Человек. И магия. Немыслимое и отвратительное сочетание, – их вождь, а, судя по почтительному молчанию остальных, он был здесь главным, медленно скользил по мне взглядом. – Откуда же ты здесь взялась? – его последнее изречение явно относилось ко мне.

– Ваши… даже не знаю, как их назвать, привели меня сюда и подвесили, как кусок мяса, – во мне проснулась неизвестно откуда взявшаяся смелость. На несколько секунд в воздухе все словно замерло, а потом все без исключения разразились смехом.

– Видишь ли, ты по своей сути ты впрямь не более, чем кусок мяса, – смех старика больше напоминал кашель или попросту кряхтение. – Итак, на чем вы с ней остановились? – он повернулся к Фабиану. – Ах да. Сколько еще таких, как ты в этом лесу?

И вновь повисла напряженная тишина. Жаль, что здесь не было сверчков, их скрип чудесно оттенял бы мои «немые» ответы.

– Как я вижу, ты не очень то разговорчива. Ну что ж, тебе же хуже. Валтор, действуй.

Одно из существ, стоящих возле костра, судя по всему Валтор, подошло к костру и подняло какую-то железку. Я успела лишь подумать о том, какие у них все-таки странные имена: Фабиан, Валтор, или как их там, когда раскаленная палка с круглым диском размером с большую монету вонзилась мне в живот.

– Аааааааааа!!!!!!!!!!!!!!! – мой крик, казалось, мог бы достигнуть Северного полюса.

– Ну что, надеюсь, теперь ты будешь более многословной. Я повторю вопрос: кто еще с тобой?! – похоже, ситуация начинала раздражать их вождя, потому что говорить он начал громче, но медленнее, делая длинные паузы между словами.

Я молчала. Но уже не только потому, что боялась за Кайли и Холли. Скорее всего, если бы я смогла сейчас говорить, я бы выдала их местоположение тотчас же, лишь бы снова не испытывать эту боль. Палка словно прошла насквозь и сожгла все внутренности. Просто, к счастью для моих подруг, от страха и шока язык отказывался мне подчиниться.

– …И она опять молчит. Никогда бы не подумал, что эти ходячие куски мяса настолько выносливы, – вождь повернулся к Фабиану. – От нее вообще будет толк?

– Те, кто приходил десять лет назад, были куда менее терпимыми к боли, господин, – Фабиан, похоже, сам был в недоумении от того что я молчу. Он снова подошел ко мне и наклонился к моему уху. – Детка, ты можешь и дальше не отвечать на наши вопросы, но зачем терпеть всю эту боль, если можно освободиться прямо сейчас? Просто скажи, где они, и мы тебя отпустим.

В ответ он получил лишь мой полный злобы взгляд. Ага, отпустят они меня, как же! Еще и до дома подбросят! Не он ли пять минут назад угрожал мне смертью в муках, если я ничего им не скажу?

– Ну что ж, Валтор, – Фабиан отступил на пару шагов назад и сделал приглашающий жест одному их своих. – Развлекайся.

Монстр мерзко улыбнулся и вновь потянулся за палкой. На этот раз медленно, упиваясь ужасом в моих глазах от вида раскаленного железа, неумолимо приближающегося, на этот раз, к ноге.

–………. , – шок был таким сильным, что на этот раз я даже не смогла закричать, только задержала дыхание и напрягла мышцы настолько сильно, насколько их вообще может напрягать человек.

– Шохруххон!!! – раздался голос позади толпы, и я почувствовала, как раскаленное железо отлипает от ноги вместе с куском кожи. – Какого черта вы тут опять творите?

– О, кого я вижу. Эрик Фишер собственной персоной! Что-то потерял в лесу? Так иди и ищи, нечего путаться у нас под ногами! – вождь явно был недоволен новым гостем. А вот я была ему несказанно рада: даже если он был таким же плохим и страшным, как и эти монстры, он хотя бы на время прекратил мои пытки. Но мое счастье длилось недолго. Вождь повернулся к Валтору и показал на меня. – Продолжай, пока она не начнет говорить!

– Нет! – палка замерла в нескольких миллиметрах от моей руки, но на этот раз спасителем был кто-то другой. У первого, Эрика, как назвал его монстр, был мягкий, вкрадчивый, немного насмешливый голос. А этот прозвучал так, что невозможно было ослушаться.

– Проваливайте, здесь наша территория! – монстры были вне себя от ярости.

– Какие же вы, гоблины, все-таки грубые, – говорил уже кто-то третий, голос отличался от двух предыдущих.

Я пыталась осмыслить с трудом доходившую до меня информацию. Гоблины… Гоблинов не бывает. Это сказка. Всего-навсего одна из страшилок, которые придумывали взрослые, чтобы пугать непослушных детишек. Это существа могут быть кем или чем угодно, но гоблинами… Даже версия с инопланетянами звучала бы правдоподобнее. Голос тем временем продолжал:

– Кажется ты забыл, с кем ты разговариваешь, Шохруххон. Этот лес никогда не был вашим, – человек, похоже, привык ставить людей на место. – Вас выслали сюда ввиду вашего мерзкого и абсолютно неприемлемого в королевстве поведения. Мы даже позволили вам питаться живностью, населяющей лес, но вы не оставили ни одного живого существа в радиусе десяти километров! А теперь еще и терроризируете прилегающие к лесу города и деревушки! Так что проявите уважение, никчемные создания, и отпустите девушку!

– Да как ты смее… – старый гоблин не успел договорить и упал на землю, сраженный чем-то наподобие шаровой молнии или чем-то вроде того. Толпа ахнула и расступилась.

Я подняла голову и наконец-то смогла разглядеть своих спасителей. Сказать, что я была удивлена, значило бы не сказать ничего. После произошедшего я ожидала увидеть кого угодно: волосатых монстров, кентавров, говорящих единорогов: всех, кого мое сознание могло вытянуть из всех прочитанных мной книжек про сказочных и мифических персонажей.

Я была удивлена увидеть на поляне… людей. Да, в десяти шагах от меня стояли трое самых обыкновенных парней, похожих на тех, которых я каждый день видела в Портсмуте. Ну, разве что парни в Англии действительно были самыми обычными. В этих же все было немного другим, начиная с внешности: эти трое оказались просто потрясающе красивы.

Первый был под метр девяносто ростом и очень бледный. Светлые волосы были уложены гелем и зачесаны назад. Цвета глаз было не разобрать с такого расстояния, но в целом лицо было очень красивым. На губах играла ослепительная улыбка, слегка кривившаяся, когда он переводил взгляд на гоблинов. Одет парень был в темно-синие джинсы, футболку и серо-зеленую рубашку в клетку.

Второй был немного пониже, где-то метр восемьдесят пять, с темно-каштановыми волосами и очень мужественным лицом. Он был явно старше двух других лет эдак на пять, что, однако, не мешало ему выглядеть не менее привлекательным. Темные глаза с интересом и легким удивлением рассматривали меня. На нем были табачного цвета брюки и темно-серая толстовка с какой-то надписью.

Третий был приблизительно ростом со второго, и явно самый молодой из всех троих. Темные волосы мягко вились, обрамляя бледное лицо, которое прямо таки лучилось добродушием. Но взглянув ему в глаза, становилось понятно, что с ним шутки плохи: в них плескался холод, сопоставимый, пожалуй, лишь с водами Северного Ледовитого океана. Одет юноша был в черные узкие джинсы, черную рубашку и кожаную куртку.

Второй подошел к вождю и протянул ему руку:

– Поднимайся, Шохруххон. Мы пришли не затевать бойню. Просто отпустите девушку и с нами, и мы уйдем.

– Она человек, – кряхтя, гоблин поднялся и посмотрел на парня в кожаной куртке. – Она не может здесь оставаться.

– Мы знаем, – подал голос блондин, которому, как оказалось, принадлежал вкрадчивый, с легкой усмешкой, голос. – Для этого мы и пришли: разобраться, в чем дело. Десять лет назад вы уже перебили восемь человек, мы не позволим этой истории повториться. Убивать людей для пропитания запрещено не только на Земле, но и здесь.

Я молча переваривала услышанное. Убивать людей. Для пропитания. Боже, они что, людоеды? Так вот для чего нужен был такой костер… Только этого мне не хватало…

– Ты же знаешь, я не люблю повторять больше двух раз, – парень в кожаной куртке повернулся к старому гоблину и кивнул в мою сторону. – Развяжите ее.

Шохруххон скрипнул гнилыми зубами и кивнул Валтору. Тот с явным сожалением подошел ко мне и перерезал веревки, связывавшие руки, при этом успев шепнуть мне на ухо:

– Еще увидимся…

– Ну, это вряд ли, – к нам незаметно подкрался блондин. – Идти сможешь? – вопрос был, видимо, задан уже мне.

– Да… наверное, – ко мне вернулся голос, и я попыталась сделать шаг вперед. Лучше бы и не пыталась; лодыжка в подвешенном состоянии распухла, увеличившись в двое, а повязка, которую умело наложила мне Кайли, видимо потерялась в процессе моей транспортировки на поляну. Кроме того, ожоги, оставшиеся от железного прута, напоминали о себе с каждым моим шагом.

– Видимо, все-таки не можешь, – парень вовремя подхватил меня и поднял на руки. Или я от шока перестала адекватно реагировать на температуру, или светловолосый паренек очень замерз в одной то рубашке, но кожа его казалась просто ледяной. Я невольно поежилась. К нам подошел парень в кожаной куртке.

– Все в порядке? Ты как, жива? Потерпи, сейчас обработаем раны, – он повернулся к гоблинам, на удивление терпеливо и тихо стоящим небольшой кучкой за спиной их вождя. – Мы уходим. И хотим уйти тихо, мирно и без лишних жертв. За нами никто не идет, – он еще раз окинул взглядом толпу.

– Эх Марк, – Шохруххон недовольно покачал головой. – Слишком молод ты для занимаемой должности. Вы выслали нас в лес. Запретили питаться людьми. Нам! Великому и когда-то могущественному народу! Какие-то мерзкие волшебники, которые без магии и гроша не стоят! И теперь вы заявляетесь на нашу территорию и забираете у нас обед! Неужели вы думаете, что мы сдадимся вот так без боя?

– Вот черт, опять одежду заляпаем, – Парень в коричневых джинсах скинул толстовку, оставшись в тонкой футболке, соблазнительно натягивающейся от выступающих мускулов, и закинул ее за огромный валун. В течение следующих нескольких секунд блондин усадил меня на нее и сказал что то вроде: «Сделай нам одолжение: не высовывайся, пока мы не закончим здесь, ладно?»

Обычно меня возмущают такие слова, но сегодня я решила послушаться. За последние сутки на мне и так было слишком много ссадин, ран и ушибов, чтобы рваться в бой. Я замерла, вслушиваясь в тишину. Несколько минут все было спокойно, а потом… Я иногда смотрела с Кейтлин фильмы ужасов, но того, что происходило на опушке, я не видела ни в одном, даже самом жестоком кино.

Как уже стало понятно, долго сидеть за камнем и слушать душераздирающие крики я не смогла. Меньше чем через минуту я высунулась из-за камня и начала наблюдать за происходящим. Благо, желудок у меня всегда был крепкий, так что я просто сидела и надеялась, что меня не стошнит. А тошнотворных моментов тут было предостаточно.

За минуту трава успела заметно посинеть. Как оказалось, крови у гоблинов не было, и при ранах они источали какую-то мутно-голубоватую слизь. Везде валялись оторванные конечности и какие-то куски в лохмотьях, бывшие, очевидно, частями туловищ. Гоблинов на поляне почти не осталось, зато парни были целы и невредимы, без единой царапины.

Парень в кожаной куртке метал шаровые молнии, которые подбрасывали гоблинов в воздух, а блондин и парень в футболке голыми руками с жутким профессионализмом отрывали им руки и головы, перемещаясь по поляне с умопомрачительной скоростью.

Я была так увлечена происходящим, что не сразу почувствовала грубые руки, тянущие меня куда-то. Я повернулась и увидела Валтора, крепко схватившего меня за ноги. – Я же сказал, что мы еще увидимся.

– Не надолго! – я даже не успела закричать, чтобы позвать на помощь, как рядом со мной оказался блондин в клетчатой рубашке. В мгновение ока он просто вырвал Валтору руки и открутил голову. Синяя масса брызнула на лицо, руки и шею. Впрочем, я еще легко отделалась, потому что парень, обратившийся ко мне со словами: «Ты в порядке? Черт, вот упрямая, просил же не вылезать!», был с ног до головы покрыт этой дрянью. Помните, я говорила про крепкий желудок? Так вот, сегодня он предательски ухнул, и его содержимое оказалось на траве. Блондин с жалостью посмотрел на меня и протянул платок, извлеченный из кармана джинсов. – Держи, вытри лицо. Да уж, дома ты, наверное, не так развлекаешься, – он скривил губы в легкой улыбке.

– А для вас это развлечение, да? – я оглядела поляну, усеянную кусками плоти, и почувствовала, что сейчас начну просто кричать от подступающей истерики. – Это не смешно! Вы только что убили двадцать человек!

– Ну, во-первых, не человек, – К нам подошел парень в серой футболке. – Это были не люди. И кстати, можешь начинать привыкать к тому, что здесь вообще нет людей. А во-вторых, ты серьезно? Они бы съели тебя с потрохами, если бы не мы, может, лучше спасибо скажешь? – он поднял с земли толстовку.

– Спасибо, – кое-как выдавила я слова благодарности. – Почему нет людей? – до меня только что дошло сказанное им. – А вы тогда кто?

– Мы? – блондин переглянулся с парнем в футболке и с трудом подавил смешок. – Ну не люди уж точно, хотя и выглядим почти как вы.

– Потом будете объяснять девушке, кто мы такие, – к нам подошел третий парень, оттряхивающий слизь с рукавов кожаной куртки. – Давайте приберем здесь и уйдем. Шохруххон и еще двое сбежали, было бы глупо сидеть и ждать, когда они вернутся с подмогой.

– Ты называешь кучку гоблинов подмогой? – один из парней снял футболку и натянул на себя толстовку. К слову, мускулы под ней перекатывались еще более эффектно. – Да их можно хоть целый день как орешки щелкать!

– Марк прав, времени у нас в обрез, – блондин со вздохом начал поднимать с травы оторванные конечности и бросать их в костер. – Посиди пока, – он повернулся ко мне. – Позже договорим. И кстати, если тебе что-нибудь ударит в голову, и ты захочешь убежать, – он кивнул на лес. – Вероятность того, что ты выживешь здесь одна больше тридцати-сорока минут, практически равна нулю.

– Он прав, – парень в кожаной куртке отвлекся от «уборки» поляны и посмотрел на меня. – И если что, – он усмехнулся и кивнул на парня в толстовке. – Том быстро бегает, впрочем, как и Эрик.

…Следующие минут пятнадцать я молча наблюдала за тем, как они сжигают то, что осталось от гоблинов. В висках стучали молоточки, нога разболелась еще больше, а вдобавок ко всему мне не давали покоя слова, сказанные парнем в толстовке: «Мы? Ну не люди уж точно, хотя и выглядим почти как вы». Что он имел в виду? Кто же тогда они? А если они еще опаснее, чем были гоблины? Может, мне лучше действительно бежать?

Я еще раз оглядела поляну. Так, главное не рубить с плеча и как следует подумать. Ну куда я побегу с такой-то ногой. Они же смогут догнать меня, даже если будут идти обычным шагом! И потом, пока непонятно зачем, но они все же меня спасли. И есть вроде не собираются. Так что побег можно отложить на потом, а пока неплохо было бы разобраться, кто есть кто.

Парень в кожаной куртке стоял возле костра и прямо из рук подбрасывал в него огненные шарики. После пары часов в этом странном месте подобное начало восприниматься как должное. Если бы на поляне внезапно оказалась летающая корова, я бы, наверное, даже глазом не моргнула бы. Итак, вернемся к парню. Как же назвал его Шохруххон? Странно, что я запомнила имя этого старого предводителя гоблинов, а имя симпатичного парня теперь вспомнить не в состоянии. Как же его зовут? Макс? Мартин? А, точно, Марк! Парня в кожаной куртке зовут Марк!

Я перевела взгляд на блондина. Если его голос первым прервал пытки гоблинов, то его зовут Эрик. Тогда парень в толстовке… Я попыталась вспомнить, как его зовут, и через пару минут с сожалением осознала, что его по имени вроде пока не называли. Ну ладно, пусть пока остается парнем в толстовке.

– Эй, ты в порядке? – ко мне подошел Эрик.

– А похоже на то, что я в порядке? – я подняла на него отрешенный взгляд. – И вообще, почему все сегодня целый день спрашивают, в порядке ли я? А по моему виду что, не видно? Или у меня мозги вываливаться должны, чтобы было понятно, что нет?! – голос начал срываться на крик.

– Успокойся, – Эрик развернул мое лицо к себе и посмотрел мне в глаза. – Ты не дома, чтобы так истерить. Нам по большому счету должно быть все равно, что с тобой случится. Но раз уж мы пытаемся помочь, сделай одолжение – перестань хныкать как маленькая девочка.

Я хотела ответить ему, но не смогла. На душе вдруг резко стало очень спокойно.

– Да… Извините… Со мной раньше никогда не случалось ничего подобного… столько всего произошло… – я растеряно сидела на камне, удивляясь резкой перемене настроения.

– Все нормально, – Эрик выпрямился и повернулся к парню в толстовке. – Теперь вы сами.

– Нам придется задать тот же вопрос, что и они, – он кивнул на догорающий костер. – Как тебя зовут?

– Трейси…. Трейси Саммерс…

– Хорошо, Трейси, – парень отдернул толстовку. – Откуда ты и как здесь оказалась?

– Я живу в Англии, в Портсмуте. Это…

– Портсмут? – Эрик перебил меня и повернулся к Марку. – Я почти месяц не был на той стороне, но не думал, что мода в Англии так изменилась. – Он посмотрел на меня и кивнул на мою одежду. – Теперь все так ходят?

Впервые за день я оглядела себя и шумно выдохнула от удивления. Смотрелась я наверное действительно очень странно. Подол зеленого платья был разодран, превратившись в бахрому, да и само оно было в пыли, паутине и слизи. Волосы, которые не было возможности очистить от лака, фиксировавшего прическу, топорщились в разные стороны. Ну и вдобавок ко всему я была босой. Мое подобие обуви, не предполагавшее длительной ходьбы, окончательно развалилось, и ноги успели покрыться толстым слоем грязи.

– Нет, конечно, – я встала с камнем и попыталась хоть немного отряхнуть платье. – Мы с подругами отмечали Хэллоуин в парке и решили прогуляться немного, а потом…

Слушатели из парней были просто отменными, за все время моего повествования они не проронили не слова, отреагировав лишь когда я сказала про Холли.

– Твоей подруге нужна помощь, – Марк перевел взгляд на мою лодыжку. – Да и тебе бы не помешала.

– Ты помнишь, где «приземлилась» избушка? – парень в толстовке огляделся по сторонам. – В какой приблизительно стороне?

– Не знаю, я отключилась, когда меня вели сюда. Но там было озеро с теплой водой, – я сползла с камня и чуть не упала, вовремя схватившись за него.

– Озеро Надежды, – скорее утвердительно, чем вопросительно сказал Марк и посмотрел на меня. – Полчаса ходьбы отсюда. Идти сможешь?

– Да, – я оттолкнулась от камня и сделала пару шагов. Нога предательски подогнулась, и я опять начала падать. Подхватил меня Эрик, уже второй раз за сегодня.

– Ладно, я тебя понесу, – он поднял меня на руки. – Кстати, мы не представились. Я Эрик Фишер. А это, – он кивнул в сторону двух оставшихся. – Марк Эдисон и Томас Блейк.

Глава 5

Мы шли через лес. Ну, или сказать точнее, парни шли, а меня несли на руках. Ребята всю дорогу отпускали шуточки по поводу того, как я, Холли и Кайли здесь оказались. А мне не пришло в голову задать элементарный вопрос: где – здесь?

Спустя полчаса мы действительно вышли к озеру. Метрах в трехстах от нас располагалась избушка. Том, увидев ее, присвистнул:

– Вот это да! Сколько мы ее не видели? Десять лет?

– Да, с момента последнего открытия портала, – Марк тяжело вздохнул. – Десять лет мы жили спокойно и теперь…

– Ну, нашу жизнь едва ли можно назвать спокойной, – усмехнулся Эрик. – Кстати, Трейси, ты подозрительно молчалива. Почему ничего не спрашиваешь, ничему не удивляешься? Или ты каждый день переносишься в сказочных домиках черт знает куда?

– Очень смешно, – я попыталась ткнуть его в живот, но пальцы словно уперлись в бетон. Да у этого парня просто каменный пресс! – Когда происходят дикие необъяснимые вещи, иногда лучше не задавать лишних вопросов. Ответы могут не понравиться. У меня до сих пор не укладываются в голове гоблины, что говорить об остальном…

– Думаю, ты права, – мы подошли к избушке, и Том, поднявшись на крыльцо, постучал в дверь.

– …Трейси, слава Богу! – дверь открылась, и Кайли бросилась ко мне навстречу. – Тебя не было почти четыре часа!!! Мы с Холли уже не знали, что думать, я хотела идти за тобой!!! – ее взгляд переместился на парней. – Ты привела помощь? Где мы, рядом с Портсмутом?

– Не совсем, – ребята вошли в домик, и Марк заговорил. – Вы не в Портсмуте, но он гораздо ближе, чем вы можете себе представить.

– Что? – Кайли удивленно вскинула брови. – В смысле? А где мы тогда?

Парни переглянулись, и Том со вздохом произнес:

– Тяжелый вопрос. Вы, люди, привыкли, что все, что вас окружает, всегда поддается логическому объяснению и научному обоснованию. Вы не воспринимаете всерьез то, что не понимаете. Давайте отложим это на потом и поможем вашей подруге, – он кивнул на Холли, спящую на софе среди горы подушек.

– Да, конечно, – Кайли подошла к ней. – Я дала ей чай из мяты, ромашки и лаванды, и она уснула. Почти сразу, как ты ушла, – она повернулась ко мне.

– Ладно, – Марк присел рядом с Холли на софу и осмотрел ногу. – Кто вправлял кости?

– Эээ…я, – Кайли озадаченно посмотрела на него. – Что-то не так? Я что-то неправильно сделала?

– Как тебе сказать, – Марк встал и начал рыться в комоде. – Вправила ногу ты почти профессионально, придраться не к чему. Но, похоже, ты задела острым краем кости вену, и теперь у нее внутреннее кровотечение. Поэтому нога так разбухла. – Он извлек из одного из ящиков нож, на поиски которого я потратила кучу времени утром. – Нужно сделать разрез и выпустить кровь, пока не образовался тромб. Эээ… – он повернулся к Кайли.

– Кайли, – подсказала она. – Кайли Смит.

– Отлично, Кайли, я Марк, это Эрик и Том, – он кивнул головой на ребят, молчаливо стоящих в стороне. – Мне нужна будет горячая вода и календула или корни солодки, они наверняка есть здесь на комоде, – Кайли кивнула и скрылась на кухне, а он повернулся ко мне. – Трейси, поищи в шкафах чистую ткань.

– Здесь ее нет, мы уже искали, – я окинула взглядом гостиную. – На столе на кухне была скатерть, относительно чистая, – вдруг вспомнила я.

– Отлично, разрежь ее чем-нибудь на полоски, – Марк подошел к камину и начал нагревать на углях нож. – Эрик, Том, найдите доски подлиннее или что-то вроде того, ее нужно будет перенести.

Ребята скрылись за дверью, а я, сильно прихрамывая, пошла на кухню, где Кайли набирала воду в единственную уцелевшую вазу из-под фруктов.

– Кто они такие? – она поставила вазу на стол. – И в чем вы все вымазались? Что там с тобой вообще произошло?

– Даже не спрашивай, – я взяла бритву и принялась кромсать скатерть. – Нормальному человеку такое даже в кошмарах не приснится.

– Они не сказали, что это за место? – Кайли села рядом со мной и начала помогать.

– Если честно, я и не особо расспрашивала их, – тупая бритва не хотела разрезать плотный материал. – Мне пока достаточно было того, что я видела. – Я подняла на нее глаза. – Я не знаю, где мы, но явно очень далеко от дома. В этом лесу водятся гоблины, питающиеся человечиной. И не смотри на меня так! – взгляд Кайли словно спрашивал: «Какими наркотиками ты завтракала сегодня?» – Мне итак не по себе, посмотри на меня, – Я показала на ожоги. – Меня пытали каленым железом! А еще эти трое говорят, что они не люди! Хотя в это я могу поверить, Марк создает огонь их воздуха, а Том с Эриком способны двигаться с такой скоростью, что…

– ..Ветер в ушах свистит, – мы вздрогнули, не заметив Эрика, стоящего на пороге. – Ваша подруга проснулась.

Холли и впрямь очнулась, явно не понимая, где находится. Пока Марк объяснял ей, что он собирается делать, Том и Эрик принесли несколько гладко обструганных и скрепленных вместе досок. Кайли расставила на полу рядом с софой миски с горячей и холодной водой, лоскуты ткани и склянки с травами.

– Ну что, ты готова? – Марк посмотрел на Холли.

– Боюсь, у меня нет выбора… И потом, это лучше, чем если ее совсем отрежут, – Холли вздохнула и посмотрела на нас.

– Все будет хорошо, – я присела на край софы и взяла ее за руку. – Мы здесь, рядом.

– Нет, будет лучше, если вы выйдете отсюда, – Марк кивнул в сторону кухни. – Эрик, Том, займитесь кто-нибудь Трейси. Там ничего сложного, просто перетяните лодыжку и обработайте ожоги вот этим, – он указал рукой на одну из склянок на полке возле зеркала. А ты похоже везучая, – Марк повернулся к Кайли, – им здорово досталось, а ты почти цела и невредима. Обязательно скажи спасибо своему ангелу-хранителю.

– Ага, как только встречу его, – Кайли явно не нравилось, что эти парни ничего нам не рассказывают. Тем не менее она первой вышла на кухню. Я пошла за ней, Эрик и Том следом. На кухне парни поставили на место стол и подняли перевернутые стулья. Меня усадили на один из них, и Том начал перетягивать вывих, в то время как Эрик методично перемешивал в ступке какую-то кашицу.

– Как-то так, – Том поднялся с пола и сел на один из свободных стульев рядом с Кайли. – Теперь лучше?

Я встала и прошлась по кухне. Боль была уже не такой сильной, и я нормально держалась на ногах.

– Отлично, теперь снимай платье и ложись на стол, – Эрик поставил мисочку с зеленоватой кашицей на один из шкафчиков.

Видимо, у меня как то особенно изменилось выражение лица, потому что Том заливисто рассмеялся, а Кайли пару раз кашлянула. Эрик закатил глаза:

– О Господи, вы там в Портсмуте все такие испорченные? Я не смогу обработать рану на животе, если ты не снимешь платье!

Тут уже Кайли позволила себе несколько прерывистых смешков. Я гневно сверкнула глазами и аккуратно стянула платье, оставшись в одном белье. Потом села на край стола.

– Ну? – Эрик выжидающе посмотрел на меня. – Ложись!

Такую неловкость я не чувствовала никогда в жизни. Столешница оказалась холодной, и я дернулась, как только спина соприкоснулась с ней.

– Не шевелись, – Эрик взял в руки ступку и осторожно зачерпнул густую массу. – Будет больно.

– Отлично, чувак, ты ее успокоил, – Том с сочувствием посмотрел на меня.– Он хотел сказать, что будет не так больно, если ты не будешь шевелиться.

– Ага, я так и подумала, – я внимательно смотрела, как Эрик подносит руку к моему животу.

Зеленоватая масса, казалось, жгла живот еще больше, чем железная палка. Но пальцы, размазывающие ее по коже, были настолько холодными, что жжение проходило в ту же секунду, как только масса наносилась на ожог.

– Все, теперь полежи так, пока эта жижа не подсохнет, – Эрик положил пустую мисочку в раковину и устроился на третьем стуле.

– И когда она подсохнет? – Мне было холодно и неловко лежать раздетой на столе. – Мне долго так лежать?

– Хороший вопрос, – Эрик задумчиво оглядел меня с головы до ног. – Если честно, я даже не знаю, чем я тебя намазал. Спросишь у Марка, когда он закончит с Холли.

Судя по крикам, доносившимся из гостиной, дела Холли были гораздо хуже моих. Складывалось впечатление, что Марк решил разрезать ей не только ногу, но и все остальные конечности.

– Он там что, ей ногу по кусочкам отрезает? – мысли Тома сходились с моими. – Бедняжка, надо было сразу везти ее в город.

– До города она бы не доехала, – Эрик встал и подошел к окну. – Пришлось бы действительно отрезать ногу, здесь бы даже наши лекарства не помогли.

– Постойте-ка, город? Какой город? – Кайли удивленно посмотрела на Тома. – Здесь поблизости есть жилые поселения?

– А ты думала, мы здесь в пещерах живем? – Эрик усмехнулся и прислонился к стене.

– Я даже не понимаю, что ты имеешь ввиду, говоря «мы», откуда уж мне знать, где вы живете, вы не очень-то балуете нас информацией,– съязвила Кайли.

– Мы не уверены, что вам вообще стоит что-то знать об этом месте, – Том и Эрик переглянулись. – Трейси, ты говорила про медальон, где он? – Том повернулся ко мне.

– Как где, в соседней… – я перевела взгляд на третью комнату и замолчала.

– Ах да, я забыла сказать, – Кайли поднялась со стула и подошла к порогу. – Когда ты ушла, я пару минут посидела с Холли, а потом пошла заваривать травы. Не знаю, как такое возможно, но комната оказалась пустой, – она окинула взглядом голые деревянные стены.

Эрик поднялся и прошел в комнату, некогда усыпанную золотом и драгоценными камнями.

– Интересно, – пробормотал он, замерев прямо на том месте, где находился алтарь. – Том, иди сюда, чувствуешь?

Том встал и вошел в комнату вслед за Эриком. Через пару секунд раздался рассерженный возглас:

– Черт!

– Теперь хотя бы понятно, как эти трое сюда попали, – Эрик вышел из комнаты и посмотрел на нас с Кайли. – Девушки, на будущее, если еще раз заблудитесь и увидите подозрительного вида дом, наполовину сложенный из обглоданных человеческих костей и явно не вписывающийся в обстановку – не заходите туда, все может закончиться не очень хорошо, например, как сейчас. На вот, оденься, смесь вроде подсохла, – он снял с себя клетчатую рубашку, оставшись в футболке, и протянул ее мне.

Я поднялась со столешницы и с подозрением посмотрела на рубашку. Потом перевела взгляд на разорванное платье, валявшееся на полу. Эрик проследил мой взгляд:

– Серьезно? Хочешь напялить на себя эти лохмотья?

– Если бы ты только знал, сколько стоили эти лохмотья, – я вздохнула и взяла у него рубашку. – Спасибо.

– На здоровье, – он изобразил на лице некоторое подобие улыбки. Видимо, я как-то особенно ему не понравилась, потому что его красивое до неприличия лицо приобретало каменное выражение каждый раз, когда я открывала рот, чтобы что-то сказать.

– Так почему комната пустая? – Кайли решила отвлечь парней, пока я старательно застегивала пуговицы. – Всего четыре часа назад она была завалена золотом и драгоценностями по самую макушку!

– Это было хранилище Балора. Раз в десять лет в ночь на первое ноября появляется портал, способный проводить живых существ сквозь пространство. Положив медальон на алтарь, вы активировали портал, – Том начал нести какую-то невероятную чепуху. – Проблема вот в чем: для того, чтобы попасть сюда, необходимо магическое существо, – он переглянулся с Эриком. – А среди вас троих его вроде как нет.

– Подождите, – я посмотрела на Эрика. – вы сказали, что десять лет назад здесь уже были люди, восемь человек, если не ошибаюсь? – я перевела взгляд на Тома, и тот утвердительно кивнул. – И, может быть, кто-нибудь уже ответит на вопрос: где здесь?

Парни начали разглядывать пол под ногами. Да они что, издеваются? Мы уже битый час ждем ответа на один простой вопрос и никак не можем его получить!

– Да бросьте вы, – Кайли подошла к Тому и внимательно посмотрела в глаза. – Мне кажется, мы имеем право знать, в конце концов, я не удивлюсь, даже если вы скажете, что мы в гремучем канадском лесу или где-нибудь в Сибири.

– На самом деле, вы не так далеко от дома, – на кухню вышел Марк с окровавленными руками. – Вы все еще в Великобритании, но, скажем так, чтобы добраться до Портсмута, придется попотеть. Идите-ка лучше проведайте Холли. Ей не помешает ваша поддержка, а нам тут надо кое-что обсудить.

Я закатила глаза и пошла в гостиную. Кайли за мной. Холли все так же лежала на софе, но теперь вокруг валялись окровавленные тряпки, а некогда прозрачная вода в мисках окрасилась в густо-красный цвет.

– Холлз, ты как? – Кайли присела на край софы. – Очень больно?

– Теперь уже нет, – Холли приподнялась, и я подложила ей под голову еще одну подушку. – Спасибо. Трейси, кто эти парни и откуда они взялись? Где мы находимся?

– К сожалению, они не удостоили нас ответом ни на один из этих вопросов, – я вздохнула и посмотрела в окно. – Вернее, они сказали, что все еще в Англии или Шотландии, но вот где точно…Может, тебе нужно что-нибудь, воды, например? – я перевела взгляд на Холли.

– Да, я бы не отказалась от воды, – она посмотрела по сторонам. – Где-то тут должна быть чашка, в которую Кайли заваривала травы.

– Она уже на кухне, стоит на одном их шкафчиков, – Кайли кивнула в сторону порога.

– Хорошо, сейчас вернусь, – я вышла из гостиной и увидела парней, сидящих за столом и гневным шепотом что-то обсуждающих.

– Что? – Боже, если этот блондинчик еще раз скажет мне что-нибудь таким тоном, я его ударю!

– Холли захотела пить, я вышла за водой, – я поискала глазами кружку, обнаружила ее рядом с раковиной, открутила кран и молча стала наполнять ее водой. Все это время я спиной чувствовала на себе три пары внимательно наблюдающих за мной глаз. – Может, уже хватит сверлить меня взглядом? – я раздраженно обернулась. – Что-то не так?

– С вами слишком много возни и от вас слишком много шума, вот что не так, – ну все, он сам напросился…

– Эрик! – Марк одернул его прежде, чем я успела открыть рот. – Перестань! Они не виноваты, что так случилось!

– Да, он был немного грубоват, но я с ним согласен, – Том посмотрел сначала на Марка, потом на меня. – Если бы вы меньше совали нос куда не следует, было бы меньше проблем, в первую очередь у вас.

– Совали нос куда не следует?! – моему возмущению не было предела. – Да вы издеваетесь! Я бы никого в жизни не зашла в этот поганый дом, если бы не это дурацкое чувство страха и безысходности! Откуда нам было знать, что эта чертова избушка, чтоб ее, появится прямо посреди парка в самый разгар Хэллоуина?! И что она не будет простой декорацией?!

– Трейси, ну ты где? – на кухню вышла Кайли. – Что тут происходит? – она посмотрела на Марка.

– Мои друзья и твоя подруга нашли отличный момент для небольшого скандала, – тот поднялся со стула и взял у меня из рук чашку. – У вас пять минут, чтобы выговорить все, что накипело, а потом я хочу, чтобы мы все взяли себя в руки. – Его взгляд был таким спокойным, что мне стало не по себе. Этот парень вообще когда-нибудь искренне улыбается? – У вас много вопросов, я понимаю. Но Холли нужна более квалифицированная помощь, нежели моя, ну или хотя бы более современные лекарства, чем сушеные травки. Кайли, пойдем. У вас уже четыре минуты, – он буквально вытолкал Кайли в гостиную и задернул занавеску.

– Думаю, это не самое хорошее время для выяснения отношений, – Том кивнул в сторону дверного проема. – Может лучше поможем Марку и Кайли?

– Ну почему не самое хорошее, по мне так просто отличное, – я скрестила руки на груди и оперлась на один из шкафчиков. – Хотя к тебе у меня претензий никаких, зато к нему уже набралась целая куча, – я кивнула на Эрика.

– Интересно, чем же это я тебе так не угодил? – Эрик развернул свой стул так, чтобы сидеть ко мне лицом. – Между прочим, я тебя спас. Дважды. И на себе нес через весь лес.

– Проблема как раз в другом, – я усмехнулась. – Это я тебе, похоже, чем-то не угодила. Я не удивлюсь, если через полчаса ты попросишь меня перестать дышать, потому что тебя это раздражает.

– Трейси, ты не поверишь, но его это и впрямь раздражает, – Том посмотрел на Эрика, обхватившего лицо руками. – Но не потому, что ты ему не нравишься. Он… не выносит крови.

– Крови? – у меня в голове не укладывалось, как высокий и накачанный парень, недавно перебивший кучу гоблинов, может не выносить вида крови. – Я же переоделась вроде. Где он кровь-то нашел?

– Скажем так, мне не по себе от мысли, что на твоем теле есть кровоточащие раны, – Эрик поднял голову. – Прости, я действительно вел себя очень грубо, просто ваши бесконечные вопросы выводят из себя. Ладно, пойдем, – он встал и направился к гостиной. – Нам пора.

Я пожала плечами и вышла вслед за ним. Все-таки эти ребята ооочень странные. В гостиной Том и Эрик аккуратно переложили Холли на доски.

– Вы до города ее так понесете? – Кайли с недоверием посмотрела на Марка. – А если доски не выдержат?

– Альтернатив в любом случае нет, – Эрик с Томом разворачивали «носилки», чтобы вынести Холли на улицу. – И нет, мы пойдем не пешком. У нас есть машина, только пригнать ее сюда не представляется возможным.

– Вот так, аккуратно, старайтесь не задевать досками порог, – под чутким руководством Марка они вынесли Холли на улицу. Мы вышли следом.

Нам направо, – Марк показал пальцем в сторону от озера. – Если бы ты пошла туда, через десять минут вышла бы на автостраду, – он повернулся ко мне.

– А она не ищет легких путей, – Том ухмыльнулся. – У гоблинов была знатная вечеринка, да, Трейси?

– Очень смешно, – я обернулась на дом. – А что если избушку кто-нибудь найдет?

– Не найдет, – Марк произнес несколько непонятных слов и рассек рукой воздух. Через пару мгновений на том месте, где стояла избушка, уже ничего не было.

– Но…. Как? – нашему удивлению не было предела. Хорошо, что я догадалась захватить сумочку с собой, потому что теперь найти ее было бы проблематично.

– Все расскажем, когда доберемся до места, – Марк повернулся к нам. – И да, вам неплохо бы переодеться, – еще несколько непонятных слов, щелчок пальцами – и вот мы с Кайли рассматриваем друг друга с неподдельным любопытством.

На мне вдруг оказались синие узкие джинсы, серая футболка и теплая белая кофта. Кайли облачилась в такие же джинсы, только на пару тонов светлее, и темно-зеленую толстовку.

– Вау! Вот это мне уже гораздо больше нравится, – восторгу Кайли не было предела. – Да кто же ты такой?

– Я колдун, – Марк произнес это так, будто слово «колдун» у них означало «бухгалтер» или «разносчик пиццы». – Пойдем, а то как бы Холли хуже не стало.

Марк оказался прав: если бы я повернула от избушки направо, совсем скоро оказалась бы возле дороги. Широкая трасса проходила прямо через лес. На обочине сиротливо стоял небольшой черный микроавтобус. Правда, я не смогла разобрать марку машины: таких затейливых значков на капоте я никогда не видела.

Том щелкнул брелоком, и машина моргнула фарами, словно приветствуя нас. Мы погрузили носилки в машину. Эрик сел за руль, Том устроился на переднем сиденье, мы с Кайли и Марком разместились в кузове рядом с Холли.

– Никогда бы не подумала, что окажусь в одной машине с волшебником, – Кайли никак не могла отвести взгляд от Марка. – Как ты это делаешь? Как это вообще возможно?

– Ну, для начала, прошу, не называй меня волшебником, – начал Марк, но Том его перебил:

– Да, а то у Марка комплексы по этому поводу. Навевает мысли о стариках с бородой и в синих мантиях, расшитых желтыми звездами, ну или как вы люди сейчас представляете волшебников, да, приятель? – они с Эриком засмеялись. Марк бросил на них быстрый взгляд и продолжил:

– На самом деле они правы, я начинаю чувствовать себя старым. Поэтому как угодно, маг, колдун, ведьмак, но не волшебник. Кроме того, волшебники пользуются белой магией, не способной причинить вред. Мне же приходится частенько прибегать к черной, например, чтобы спасти чей-нибудь зад, – он посмотрел на меня.

Я лишь скривила губы в ответ. Все это время я ехала молча, разглядывая нашу новую компанию. Марк – колдун? Не может быть. Это сказки. В конце концов, если бы магия была реальной, люди знали бы об этом. С другой стороны, как объяснить гоблинов в лесу? Они были более чем реальными. Да и одежда, в которой я сидела, была далеко не иллюзией: вещи были почти такими же, какие я носила дома. Но Марк сказал, что мы едем в город. Как люди могут находиться так близко к этому лесу? Более того, как они могут каждый день ездить по этой дороге и ни разу не заметить ничего странного? Раз гоблины питаются людьми, здесь должно быть много пропавших без вести. Хотя, Марк сказал, что им нельзя охотиться. Охотиться…Боже, кажется, я начинаю сходить с ума…

Чтобы немного отвлечься, я посмотрела в окно. Лес давно закончился, и мы ехали через какое-то поле или степь. Через пару минут показались первые дома.

– Вау, вот это городок, – Кайли прилипла к окну, восхищенно рассматривая высокие красивые многоэтажки. – Что это за город? Далеко отсюда до Портсмута?

– Тенебрис. В переводе означает «город теней». Не очень, всего около тридцати миль, – за рулем Эрик стал куда более дружелюбным.

– Тридцать? – я удивилась. – Странно, никогда не слышала о таком.

– Тенебрис…Красиво. А на каком это языке? Не на английском точно, – Кайли слегка повернулась к Эрику, не отводя глаз от окна, в котором мелькали разноцветные витрины. Город действительно выглядел вполне обычным, но что-то в нем было такое, что отличало его от других городов Англии.

– Эээ, на местном, – Эрик проехал пару кварталов и свернул на дорогу, вдоль которой стояли маленькие частные дома. Хотя маленькими они выглядели лишь на фоне огромных высоток. На самом же деле это были огромные коттеджи, огороженные высокими заборами. – Только вы у себя говорите на современном английском. Здесь же большинство городов носят кельтские названия. Кстати мы приехали, – грузовик еще раз повернул, на этот раз налево, и остановился возле роскошного двухэтажного особняка с крышей цвета горького шоколада и такой же оградой. Том щелкнул чем-то на приборной панели, и автоматические ворота с легким шуршанием разъехались. Эрик припарковал микроавтобус под прозрачным навесом. – Выходим.

Парни извлекли носилки, и мы вместе вошли в дом. Там они переложили опять начавшую стонать Холли на огромный мягкий диван. Я огляделась по сторонам.

Дом был шикарным. Переступив порог, мы оказались в просторном холле, плавно перетекающем в гостиную. Темно-синие, почти черные плотные шторы и полупрозрачные белые занавески красиво струились, обрамляя огромные окна до пола. Напротив дивана располагался камин, над которым висела огромная плазма. Кроме пары метров темно-коричневого паркета, покрытого белоснежным ковром, их разделал стеклянный журнальный столик с затейливыми ножками. По всей комнате были расставлены растения в белоснежных горшках.

Эрик вышел из гостиной, но уже через пару секунд вернулся, держа в руках пару таблеток и стакан с водой. Одну он отдал Холли, другую протянул мне. – Вот, выпейте.

Я с недоверием покосилась на небольшую ярко-синюю пилюлю, лежавшую на бледной руке.

– Да ладно, Трейси, нельзя так не доверять тем, кто спас тебя от неминуемой смерти, – Эрик посмотрел на меня и улыбнулся. – Это просто лекарство. Оно поможет ранам затянуться.

– Ааа, жжется! – Холли, успевшая запить пилюлю водой, вдруг начала корчиться как от внезапных судорог. – Моя нога! Почему так больно?!

– Что вы ей дали? – Кайли накинулась на Марка. – Ей же больно, сделайте что-нибудь!

– Это реакция организма, через пару минут все пройдет, – Марк попытался успокоить ее. – Смотри, – он показал на внезапно замолчавшую Холли. – Ей гораздо лучше.

– Холлз, ты как? – я озадаченно посмотрела на нее, отвернувшись от Эрика.

Она ничего не ответила. Лишь пару секунд без движения полежала и… встала с дивана! Я не могла поверить своим глазам. Холли наклонилась и начала медленно развязывать узелки на кусках ткани, скреплявших шины, освобождая… абсолютно целую ногу. Не было ни перелома, ни разреза, сделанного Марком.

– Но… как? – Холли подняла голову и оглядела всех нас. – Что со мной? Что вы мне дали?

– Специальный фермент, ускоряющий процесс регенерации, – ответил Том. – Теперь можешь не только ходить, но и бегать, правда, я бы так не торопился, вдруг опять ногу сломаешь, – из его уст вырвался легкий смешок. – Трейси, ты будешь пить свою или предпочитаешь и дальше хромать?

Я снова повернулась к Эрику, взяла у него из рук пилюлю, положила в рот и запила водой. В глазах мгновенно потемнело, а живот и ногу скрутила жуткая боль.

– Ну что? – Кайли подошла ко мне, придержав за руку.

– …Больно, но терпеть можно, – я оперлась на ее плечо. – Каленое железо куда хуже.

Через несколько секунд боль прошла. Я расстегнула кофту и задрала футболку. На месте прежних ожогов не было ни царапинки. Чудодейственная таблетка заживила даже ранку двухдневной давности на руке, оставшуюся после неудачного пореза на кухне.

– Отлично, с этим разобрались, – Эрик показал на коридор и винтажную лестницу, ведущую на второй этаж. – Здесь одна ванная прямо по коридору и еще одна на втором этаже. Вам не мешало бы привести себя в порядок.

…Я даже не представляла, как соскучилась по горячему душу всего лишь за сутки. Горячая вода смывала грязь и засохшую на лице и руках синюю слизь. Я стояла под струей, наверное, с полчаса, обдумывая произошедшее. Если случится еще что-нибудь, не поддающееся логичному объяснению, я окончательно слечу с катушек. Откуда у этих парней такие лекарства? Как вообще возможно ускорить восстановительные процессы в организме настолько, что перелом сросся меньше чем за две минуты, не оставив и следа? Это опять магия или что-то еще? Мне вдруг вспомнилась последняя прочитанная мной книга об алхимиках. «А что, если все, что происходит, реально? Мне казалось, что это лишь дурной сон, очередной кошмар, а что, если нет? Вдруг магия на самом деле всегда была среди нас? Просто мы никогда ее не замечали…». Странные мысли в голове не давали мне покоя. Я выключила воду, вышла из душа и наскоро одевшись, спустилась вниз.

Все уже были на кухне. Видимо, ванных комнат здесь было больше двух, потому что парни тоже успели помыться и переодеться.

– А вот и наша русалочка, – Том пододвинул ко мне стул. – Присаживайся, чувствуй себя как дома.

– Это вряд ли, – протянула я, оглядывая кухню, обставленную с таким же изысканным вкусом, что и гостиная. – Так это твой дом? – Я повернулась к Тому.

– Ну, фактически он вообще-то мой, – Эрик отвлекся от плиты, на которой варилось что-то, источавшее восхитительный аромат. – Но эти двое проводят здесь столько времени, что он успел стать общим. Так что Том прав, чувствуй себя как дома.

Варево в кастрюльке оказалось восхитительным овощным супом. Впервые за день я поняла, как сильно проголодалась. Ели все молча. Ну, или почти все. Эрик почти не притронулся к еде, просто помешивая содержимое тарелки ложкой. «Странно, неужели не голоден?» – пронеслось у меня в голове.

За искусно сваренным крепким кофе мы начали расспросы. Хотя то, о чем мы спрашивали, больше походило на беседу сумасшедших, нежели на нормальные объяснения.

– По сколько вам лет? – Кайли ребята в первую очередь явно интересовали, как парни.

– …Боюсь, если мы не соврем, ты не поверишь, – они переглянулись между собой. – Давай будем считать, что мне слегка за двадцать, – начал Марк. – А Тому с Эриком около двадцати пяти.

– А если честно? – Холли посмотрела на Марка. – Думаю, нас теперь будет трудно чем-либо удивить.

Парни весело засмеялись. Первым отдышался Эрик:

– Ну, тогда мне семьсот восемьдесят, Тому почти девятьсот, а Марку сто двенадцать.

– Кхм, кхм… сколько?! – от неожиданных цифр я подавилась кофе. – Вы серьезно?

– Вы же сами просили правду, – Том улыбнулся.

– Ну хотя да, чему тут удивляться… – Кайли посмотрела на парней. – Просто вы не выглядите…

– Как дряблые сморчки? – веселился Марк. – Ну спасибо на добром слове.

– Ладно, давайте серьезно, – я посмотрела на Эрика. – Если вам действительно так много лет, почему вы не стареете?

– Ну на самом деле не стареют только они двое, – ответил Марк. – Я годам к восьмистам буду выглядеть уже лет на пятьдесят.

– …Мой мозг отказывается принимать эту информацию, – Холли сжала пальцами виски. – Перейдем к более трудным вопросам: как мы сюда попали? Я слышала слово «портал», можно как-то поподробнее, и желательно с более научным обоснованием.

– Рассказать тебе про пространственно-временной континуум? – Том повернулся к ней. – Думаю, простым языком будет все же понятнее. Комната, в которой вы оставили медальон, на самом деле – портал Балора. А сапфир в подвеске, про который ты рассказывала, – он подмигнул мне. – «Слезы демона».

– Балор? Кто это? И не думаю, что здесь замешаны демоны. Я помню таблички на латыни: в них говорилось о чистых душой или вроде того, – Кайли отхлебнула уже остывший кофе.

– Балор – Божество кельтов, одноглазый Бог смерти. Но не путайте его со скандинавским Одином. Балор куда опаснее и гораздо более жестокий. А насчет табличек… Балор, хоть и является предводителем огромной армии демонов, все же Бог, так что это неудивительно, – объяснил Эрик. – Меня больше интересует не то, как вы здесь оказались, а то, как вы вообще смогли пройти через портал без сверхъестественного существа. Десять лет назад кучку некромантов-любителей провел демон.

– Но для чего? – я посмотрела на него. – Зачем кому-то понадобилось переносить нас сюда?

Парни переглянулись. Потом Марк набрал в легкие побольше воздуха:

– Ладно, слушайте внимательно. Только не перебивайте…

Чем больше он говорил, тем больше у меня, Кайли и Холли отвисала челюсть. Мы даже и подумать не могли, насколько вляпались на этот раз.

– Все вы очень любите Хэллоуин, отмечаемый в канун дня всех святых. Но сейчас мало кто уделяет внимание тому, что раньше в этот день люди не веселились и не ходили по домам в поисках угощений. В этот день кельты, раньше населявшие территорию современной Англии, отмечали праздник сбора урожая, и, что как раз относится к делу, день почитания мертвых – Самайн. Позднее, уже с утверждением христианства в Великобритании и Ирландии, Самайн стал зваться кануном дня всех святых, но суть особо не изменилась: люди по прежнему верили, что в этот день грань между мирами живых и мертвых падает, и призраки, демоны и ожившие мертвецы наполняют поселения людей.

Кстати, отсюда и традиция носить маски. Сейчас вы надеваете их, чтобы пугать друг друга. Кельты же разрисовывали друг другу лица с немного иной целью – они считали, что маски делают их похожими на демонов и заставляют настоящую нечисть обходить их стороной. Пока шло «празднество», никто и не думал выпускать детей на улицу, тем более за конфетами. И длился праздник смерти не одну ночь, как вы наивно полагаете сейчас: Самайн отмечали, начиная с первой минуты двадцать девятого октября и заканчивая последней четвертого ноября. Всю неделю люди старались не выходить лишний раз из дома, и, конечно же, избегать кладбищ, лесов и заброшенных поселений.

Неудивительно, что Самайн оказался самым удачным днем для призвания Балора и ему подобных. Только вот вопреки мнениям всех ваших псевдошаманов, гадалок и прочих, сверхъестественное существо может быть вызвано лишь сверхъестественным. Человек призвать его не мог, хотя и обладал кое-какой энергией, необходимой для ритуала. Поэтому в течение трех дней на Земле должны были приноситься три добровольные человеческие жертвы во славу одноглазому Богу. После чего в ночь непосредственно самого Самайна группа людей должна переместиться сюда для жертвоприношения.

Как я уже говорил, десять лет назад это была кучка некромантов. Эти идиоты настолько верили в значимость их жертв, что трое их них не задумываясь отдали свои жизни в полное распоряжение демону, решившему призвать Балора, а все остальные понеслись сюда. К счастью, как бы это ни было жестоко, попав сюда, они угодили в лапы гоблинов, без лишних церемоний разорвавших их и приготовивших себе на ужин.

Тогда все немного пошумели насчет обошедшего нас стороной конца света и благополучно забыли. До сегодняшнего дня. Потому что сегодня утром небо окрасилось багровым пламенем. Совет заподозрил неладное, и нас отправили в лес проверить, не случилось ли чего. Собственно, это конец истории, потому что там мы обнаружили Трейси, с которой мило общались гоблины, – Марк закончил свой рассказ.

Пару минут мы просто сидели молча, переваривая услышанное. Я отказывалась верить своим ушам. Боги, демоны, жертвоприношения – только этого мне и не хватало…

– Марк, ты сказал, что Балора хотят освободить демоны, так? – Холли повернулась к нему. – Демоны хотят освободить демона? Какой в этом смысл? Он не может выбраться сам?

– Еще раз, – Ей ответил Том. – Балор не демон, а Бог. Несущий смерть и разрушения, но все же Бог. Кроме того, он придет не один. Те, кто пытается освободить его – демоны самого низшего уровня, так называемые фоморы, выполняющие самую грязную работу. Такие не нуждаются в человеческих телах, чтобы выбраться за пределы ада. Балору и его свите же понадобится оболочка. Наверняка вы много слышали про одержимых. Не знаю точно, как они это делают, но таким божествам, как Баргесту, Анку, Донну и другим необходимы человеческие тела, чтобы находиться вне ада. Они проникают в ваши души, заставляя содрогаться в конвульсиях от боли. А уж если демону удастся завладеть разумом человека… Его уже не спасти. Хорошая новость, Богов в человеческих «шкурах» можно убить. Единственная загвоздка: придется попотеть, чтобы застать его врасплох и приблизиться достаточно близко, чтобы нанести удар.

– Но если Балор Бог, как он оказался в аду? – Холли посмотрела на него. – Я хочу сказать, Боги ведь бессмертны, разве нет?

– К сожалению, не совсем, – Том отхлебнул остывший кофе. – Небольшая экскурсия в прошлое. Балор – в вашей ирландской и кельтской мифологии одноглазый бог смерти, предводитель уродливых демонов-фоморов, правивших на территории современной Англии до богини Дану. Он поражал врагов смертоносным взглядом своего единственного глаза, в который в детстве попали капли волшебного зелья. Он был убит Лугом, кельтским Богом солнца, и приговорен к вечным скитаниям в аду. Это было очень давно, так что думаю, он успел порядком обозлиться на наш мир. Если Балор и его демоны восстанут, здесь воцарится вечная смерть и не останется ничего живого.

– …Значит, мы жертвы для Балора? – Кайли посмотрела на Тома. – Но с нами не было демонов, поверьте, мы бы заметили.

– Магию на Земле вряд ли сможет увидеть человек, который в нее не верит, – ответил тот. – Скорее всего, вы слишком старались объяснить происходящее с точки зрения логики, чтобы понять, что здесь замешано что-то сверхъестественное. Другое дело, что демона не смогли почуять мы, а значит, с вами его действительно не было. Поэтому мы теперь ломаем голову над простым, но абсолютно необъяснимым вопросом: как три человека пересекли границу без посторонней помощи?

– Но мы ведь видели, как избушка исчезла прямо у нас на глазах! И я могу пощупать одежду, которая волшебным образом оказалась на нас, как только ты щелкнул пальцами! – я потеребила край кофты.

– Это другое… – вздохнул Эрик. – Наш мир насквозь пропитан магией. Не имеет значения, верите вы в нее или нет, вы все равно можете ее почувствовать. Равно как и пострадать. На Земле же нанести серьезный вред человеку, который в нее не верит, простая магия практически не может. И уж естественно…

– Минуточку, – Кайли перебила его. – Ваш мир. Ты сказал «Ваш мир». Что это значит? – она перевела взгляд сначала на Тома, потом на Марка. – И про какую границу вы все время говорите? Что-то мне подсказывает, что не про ту, которая отделяет мир живых от царства мертвых. Я все же задам еще раз вопрос, который вы уже несколько часов оставляете без ответа: куда нас, черт подери, занесло?!

Парни переглянулись.

– Вы до сих пор не поняли? – Том посмотрел на нас. – Девушки, мы не отвечали, потому что думали, что это итак очевидно…

– Очевидно? – Холли вскочила из-за стола. – Сначала вы говорите нам, что мы в Англии, а теперь несете какую-то чушь про «ваш мир»! Просто объясните нам, наконец, где мы находимся, и все!

– Не думаю, что вопросы на этом закончатся, – задумчиво протянул Марк. – Королевство, в котором вы находитесь, действительно носит название Великобритания. Но оно отличается от вашей Англии, – он посмотрел в глаза Кайли, потом на меня и в конце перевел взгляд на Холли. – Это не Земля.

– Я даже боюсь спрашивать, что же тогда? – мой голос заметно дрожал.

– Утопия, – принялся объяснять Марк. – Этот мир – что-то вроде зеркального отражения вашей планеты, ее другая сторона, населенная магическими существами.

– Можно еще раз, – Кайли закрыла глаза и принялась тереть виски. – Как называется это место?

– Утопия, – усмехнулся Том. – Вы переводите это слово как «мир, которого нет». Не так уж ошибочно, если учесть, что в вашей реальности его действительно не существует. Так что поздравляю, девушки, – он наигранно пару раз хлопнул в ладоши. – Вы официально по ту сторону Земли!

Глава 6

– … Мне нужно подышать, – Холли поставила пустую чашку в мойку и вышла из кухни.

– Мне тоже, – Кайли последовала ее примеру. Том с интересом посмотрел на меня:

– Трейси, а ты не хочешь выйти подышать?

Я молча смотрела в чашку с остатками остывшего кофе. Утопия. Мы не на Земле… Как же абсурдно это звучит! Мы не могли перенестись на другую планету! Хотя… Кто знает, теперь возможным кажется все что угодно. Но оказаться в другом мире, населенном магическими существами… Это уже слишком! Да эти трое прикалываются над нами!

– Откуда мне знать, что вы говорите правду? – я наконец оторвала взгляд от содержимого чашки. – Даже если допустить на минутку, что нас втянуло в портал, и мы перенеслись в какое-то другое место, как вы объясните существование планеты, которой нет во Вселенной?

– Технически, ее нет только в вашей Вселенной, – Марк покрутил в руках пустую чашку. – Вернее, во Вселенной, доступной вашему сознанию.

– Ты издеваешься? – я посмотрела на него. – Хочешь сказать, что Вселенных несколько?

– Не совсем так, – Марк отставил чашку и улыбнулся. – Трейси, ты производишь впечатление образованного человека. Скажи, ты веришь в инопланетян? Веришь, что на других планетах могла существовать жизнь?

– Ученые много спорят по этому поводу, но никаких убедительных документальных подтверждений существования инопланетного разума нет, – я не понимала, к чему он клонит. – Впрочем, как и доказательств их отсутствия.

– Отлично, уже лучше, – Эрик поднялся со стула и открыл один из настенных шкафов, достав оттуда маленькую упаковку то ли каких-то таблеток, то ли маленьких леденцов. Взяв один леденец, он положил его в рот и запил водой. Впервые за весь день я увидела, что хоть что-то попало ему в желудок. – А то большинство вас на Земле такие забавные: всегда с подозрением относятся ко всему, что не является хотя бы в какой-то степени научным, зато с легкостью попадаются на крючки вроде финансовых пирамид и прочих махинаций.

– Сейчас не об этом, – Марк отвлек меня от разглядывания Эрика. – Значит, фактически ты веришь в то, чего сама никогда не видела…

– Я не говорю, что верю, – я перебила его. – Я лишь сказала, что не отрицаю их существования.

– Хорошо, пусть так. Тогда почему ты так рьяно отрицаешь возможность существования альтернативного мира, так сказать параллельного Земле?

– Потому что в защиту гипотезы о существовании инопланетян есть хоть какие-то адекватные и относительно правдоподобные доводы, а то, что вы мне сейчас доказываете, просто какой-то бред! – я была уже не в силах сдержать эмоции.

– Какие же вы, люди, упертые, – Том вздохнул. – Всегда считаете, что вы совершеннее и разумнее остальных, но при этом ваш хваленый разум в девяноста девяти случаях из ста не в состоянии оценить ситуацию и сделать правильные выводы, – он встал из-за стола, подошел к раковине, открутил кран и подставил свою чашку под мощную струю. – А еще вы очень эгоистичные, – чашка перекочевала в сушку, а Том повернулся ко мне. – Как вы можете быть такими глупыми, чтобы не понимать – ваш мир не единственный! Все ваши фантастические фильмы и книги далеко не вымысел: все это придумано не на пустом месте! Миров бесконечное множество, раскрой глаза! Они пересекаются друг с другом, и каждый настолько же реален, как и предыдущий. В каждом свои правила. В каком-то существует магия. В каком-то – нет. Во всем есть баланс. Логично, что если в вашем мире нет волшебства, о котором повествуют столько легенд и сказок, где-то должен быть мир, который не может существовать без магии! И ты сейчас находишься в нем!

От его громкого голоса у меня разболелась голова, и я сжала руками виски. Эрик протянул мне стакан с водой:

– Держи. Мы понимаем, это может быть трудным для понимания. Просто смиритесь с тем, что все, что вы знали о Вселенной раньше, и реальность – как микроскопическая бактерия и большой синий кит. Если вы хотите помочь нам и не дать концу света начаться, лучше просто перестать думать об этом и принять действительность как должное.

– А потом мы вернемся домой? – я не заметила, как Холли и Кайли вернулись на кухню.

– Мы очень постараемся вернуть вас обратно, – Марк посмотрел на Холли. – А пока вам стоит отдохнуть немного. Мы свяжемся с Советом и выясним, что будем делать дальше, – он улыбнулся и вышел в холл. Том повернул голову в сторону девушек, стоящих у порога:

– Ну, у нас по меньшей мере пара часов, пока Марк дозвонится до Совета и они что-нибудь решат. Пойдем в гостиную. Кстати, наши тарелки ловят ваши каналы, – он сделал приглашающий жест рукой. Кайли пожала плечами и пошла за ним, Холли вместе с ними. Эрик посмотрел на меня, медленно потягивающую воду из граненого стакана:

– Ты идешь?

– Да, сейчас, – я встала и подошла к раковине. На пару секунд замешкалась, вспоминая кухню в избушке. – Здесь ведь тоже нет труб, да? – я показала на сливное отверстие. Эрик утвердительно кивнул. – Куда же уходит вода? И откуда она берется?

– Ну, берется она по трубам, – он подошел к раковине и открыл шкаф. – Смотри. Они сделаны из особых полимеров с добавлением концентрированной магии, поэтому кажется, что под мойкой действительно ничего нет, но если провести по стене, ты их почувствуешь. Попробуй.

Я протянула руку к стене и почувствовала, как пальцы наткнулись на преграду.

– У меня нет слов, – я с интересом ощупывала трубу. – А куда уходит вода? Здесь уж точно труб нет, – я провела рукой прямо под тем местом, где находилось сливное отверстие.

– Ну, здесь все немного сложнее, – Эрик улыбнулся. – Наши технологии ушли далеко вперед по сравнению с вашими достижениями. Внутрь встроены специальные магические кристаллы – гальдуры. В вашей скандинавской мифологии есть истории о Гальде. Люди в средневековье считали Гальд своего рода искусством заклинаний, закреплявшихся на рунах или кристаллах. С помощью этих заклинаний они лечили болезни, отгоняли злых духов, меняли погоду, могли повлиять на ход событий. На самом деле суть была не в заклинаниях, а в камнях. В то время те, кто населяет Утопию, делились магией и волшебными предметами с людьми, получая взамен славу и в дальнейшем отождествляясь с богами. Сейчас все иначе, – он грустно вздохнул и закрыл шкаф. – Вы настолько привязаны к вашим технологиям, что и представить себе не можете, что получаемую вами электроэнергию, крупномасштабное производство и прочие «прелести» можно заменить чем-то куда меньших размеров. Здесь внутри, – он ткнул пальцем в раковину. – Гальдур размером с маленькую пуговицу. Но его мощности достаточно, чтобы фильтровать поступающую воду и вновь отправлять ее в трубы. Кстати, все, что у вас зависит от электричества, у нас работает на кристаллах, – Эрик кивнул на холодильник. – Это вечный источник энергии, который всегда так мечтало получить человечество.

– Уму непостижимо, – я с восторгом переводила взгляд то на холодильник, то на раковину, то на улыбающегося Эрика. – Это… это волшебство… Просто потрясающе…

– Ну наконец-то, – он удовлетворенно выдохнул. – Хоть что-то произвело на тебя впечатление. А то пока у твоих подруг от рассказов Марка отвисали челюсти, ты сидела с таким выражением лица, с каким обычно сидят студенты на скучных лекциях.

– Скажем так, у меня был шок, – я подошла к столу и снова села за стол. Эрик устроился напротив. – Кстати, это к делу, может быть, не относится, но все же… Марк сказал, что он колдун. А вы с Томом тогда кто? Вы тоже владеете магией?

– Я точно нет, – Эрик растянул губы в улыбке и откинулся на стул. Я заметила, что его лицо посветлело, и он уже не кривился, глядя на меня. – Хотя Том умеет кое-что из магических штучек. Ну да он сам расскажет при случае. Что до меня… Знаешь, Трейси, мне кажется, из вас троих ты единственная, кто до сих пор не понял.

– В смысле? – я удивленно приподняла бровь. – Холли и Кайли уже в курсе? Но ты ведь не говорил…

– А ему и не надо было, – в кухню зашла Холли. – Брось, Трейси, ты что слепая? Неужели не видишь?

Я еще раз посмотрела на Эрика, и тут меня словно по голове ударили. Как я, прочитав столько книжек, не смогла понять очевидные вещи? Глаза всматривались в абсолютно идеальные черты лица и бледную кожу. Сразу вспомнились его холодные руки и то, что он не притронулся к еде. Все же так просто! Конечно, такие, как он, предпочитают на обед не суп…

Сердце бешено заколотилось. Эрик усмехнулся и посмотрел на меня с удовлетворением. – Спасибо, Холли.

– Пожалуйста, – я только теперь заметила, Что Холлз держится поодаль от него, стараясь не смотреть в глаза. – Марк сказал, что нам нужно быть в каком-то центре через полтора часа. У вас что, что-то вроде штаб-квартиры для волшебной команды по спасению мира?

– Да, вроде того, – Эрик усмехнулся. – Не оставишь нас на минутку? Мы сейчас придем.

– …Но ты же ходишь днем? – я продолжила задавать вопросы. – Я имею ввиду, вампиры должны сгорать на солнце, разве нет?

– Должны, – Эрик бросил взгляд в окно. – Но в этом мире магия успешно совмещается с наукой, позволяя достигать потрясающих успехов во всех сферах, особенно в фармацевтике, – он встал и достал из шкафчика те самые «леденцы». – Это – специальные препараты, содержащие набор веществ, которые вырабатываются живыми организмами. Мы по своей сути если и не совсем мертвые, то уж точно не живые. Мы можем быстро восстанавливаться, если хорошо…эээ… питаемся. Но наш организм сам ничего вырабатывать не способен. А это, – он потряс склянкой. – Позволяет спокойно ходить под солнцем без опаски сгореть и не чувствовать голод. Поэтому я хотел извиниться, если был слишком груб, – Эрик опять улыбнулся, обнажив белоснежные ровные зубы. – Кое-что в тебе меня действительно на тот момент очень раздражало.

– Перед такой улыбкой трудно устоять, – я посмотрела на него. – А как же клыки? У вампиров должны быть длинные клыки, разве нет?

– Они есть, но думаю, лучше ходить, не обнажая их без лишней надобности, – он снова улыбнулся, но на этот раз в глазах была заметна легкая грусть. – Не только люди боятся вампиров, скажем, с феями и некоторыми другими волшебными созданиями мы тоже не в лучших отношениях. Не из-за того, что мы плохо ладим, просто они слишком чувствительны к опасности. Впрочем, как и вы. Так что очень странно, что ты не догадалась. Холли поняла еще в лесу, в избушке, как только я к ней приблизился.

– Скажем так, я была слишком ошарашена происходящим вокруг, – я потеребила рукав кофты. – Да и честно говоря не чувствую я особой опасности.

– Окей, – Эрик поднялся со стула. – Потом еще поболтаем. Пойдем посмотрим, чем там заняты те четверо.

Когда мы переступили порог гостиной, Кайли, Том, Марк и Холли стояли и спорили о чем-то возле включенного телевизора. Том заметил нас с Эриком и воскликнул:

– А вот и сладкая парочка. Осторожно, Трейси, он кусается, – съязвил он и посмотрел на Эрика. – У нас тут небольшие разногласия по поводу выбора программы. Эти двое, – он кивнул в сторону девушек. – Хотят смотреть какой-то бредовый сериал по своему тв.

– Да пусть смотрят, нам все равно выезжать через полчаса, – Марк сел на диван, закинув одну ногу на другую. – И потом, их даже черт не переспорит…

Мы с Эриком устроились на другом конце дивана и уставились на мелькающие картинки. Том не соврал, кроме их собственных, здесь действительно были и наши каналы. Через полчаса Марк щелкнул пультом:

– Ладно, нам пора. Нехорошо будет, если мы опоздаем.

– Да мы всегда опаздываем, – Том встал и потянулся. – Так что это не имеет особого значения.

– Да, но в этот раз время дорого, – Эрик повернулся ко мне. – Девушки, почему бы вам пока не подышать воздухом? Мы выйдем через пару минут, нужно кое-что обсудить.

Мы с Кайли и Холли вышли на улицу. Несмотря на первое ноября, здесь было тепло. Солнце ярко освещало площадку перед домом, а легкий ветерок приятно щекотал лицо.

– Я гляжу кое-кто решил наладить тут свою личную жизнь? – Кайли с интересом посмотрела на меня.

– Что? В смысле? Я? – я расстегнула кофту. – С чего вы взяли?

– Да ладно, Трейси, по-твоему, мы не видим? – Холли похлопала меня по плечу. – Очнись! Не забывай о том, что он вампир, ладно? Потрясающий до жути, но все же вампир!

– Вы что, про Эрика? – я вытаращилась на нее. – С ума сошли? С чего вы вообще взяли?

– Нуу, во-первых, о чем вы так долго разговаривали на кухне? – Кайли явно было уже не переубедить. – А во-вторых, ты на него так смотришь… Как на десерт с вишенкой наверху. Эти парни опасны, лучше держаться от них на расстоянии, насколько возможно.

– Во-первых, – их глупые обвинения начинали раздражать. – Он просто рассказывал мне про Утопию. Ты же сама слышала! – я посмотрела на Холли. – А во-вторых, я не смотрю на него как на десерт, я…

– Оо, еще как смотришь, – Холли засмеялась, Кайли вслед за ней. – Трейси, да у тебя чуть ли не слюнки текут!

– …Хорошо, смотрю. Ну и что? – моя кожа приобрела оттенок свежего помидора. – Ну и что? Я же не говорю про то, как ты смотришь на Марка. Или Кайли на Тома.

– Эй, не надо тут…, – начала было Кайли, но я ее перебила:

– Почему? Потому что он тебе понравился? А как же «держаться подальше»?

– Они хотя бы едят нормальную еду. И теплые, – тихо сказала Холли, теребя край толстовки. К слову, Марк похлопотал и над ее нарядом, и теперь она была одета в темно-бордовые джинсы и черное худи. – И я не пускаю слюни по Марку.

– Пускаешь, – Кайли согласилась со мной. – И мне очень нравится Том, – смущенно призналась она. – А вообще, что с нами происходит? Всего каких-то три-четыре часа с ними, и мы уже как… как влюбленные дурочки! Да, они просто потрясающе красивы, но… это как-то неправильно!

– Угу, – я разглядывала идеально ровный слой бетона под ногами. – Мы так толком ничего о них не узнали, кроме того, что за нами их послал какой-то Совет.

– Значит, решено, – подытожила Холли. – Будем держаться от них подальше.

– Будете держаться подальше от кого? – мы так увлеклись, что не заметили Тома, направляющегося в машине.

– От… неприятностей. Мы будем держаться подальше от неприятностей, – Холли оказалась куда более находчивой, чем мы с Кайли.

– Не думаю, что у вас троих это получится, – к нам присоединились Марк и Эрик. – Вы просто каким-то немыслимым образом притягиваете проблемы. Особенно ты, – Марк посмотрел на меня. Я хотела было возмутиться, но Том меня опередил:

– Потом будете спорить, все в машину.

…Мы ехали не больше двадцати минут. Следовало признать, Тенебрис поражал своим великолепием и безукоризненной чистотой. Высокие дома, красивые яркие витрины, ветвистые деревья с едва начавшей желтеть листвой, идеально подстриженные газоны.

Здание, к которому подъехала машина, больше напоминало небольшой дворец или поместье, нежели штаб-квартиру.

– Приехали, – Эрик заглушил мотор и отстегнул ремень.

– Значит так, – Марк повернулся к нам. – Вы молча идете за нами и стараетесь не приближаться слишком близко к остальным. Если кто-нибудь поймет, что вы с Земли, у нас у всех будут большие проблемы.

– Разве ваш Совет не в курсе, что мы здесь? – Холли с удивлением посмотрела на него.

– Это место – вроде городской мэрии. Совет стоит на пару ступенек выше по политической лестнице и решает не только вопросы о благоустройстве города, но и те, которые лучше не вытаскивать на всеобщее обозрение, – пояснил Том. – Штаб-квартира располагается внизу, но чтобы туда попасть, придется пройти через парадный вход. Так что просто молча идите за нами, – он открыл дверь машины.

Мы без труда вошли в здание, изнутри казавшееся еще более огромным. Охрана даже не взглянула на нас, и мы, миновав холл, вошли в лифт.

– Пока вроде все хорошо, – парни явно заметно нервничали.

– Да что такого может случиться? – Кайли раздраженно дернула плечом.

– Если кто-нибудь поймет, что вы люди, тут поднимут тревогу, и в лучшем случае вас всех ждет массовая экзекуция на заднем дворе, – Марк явно был настроен пессимистично.

– А в худшем? – в голосе Холли послышалась дрожь.

– Боюсь предположить, – хмыкнул Эрик. Лифт негромко «дзынькнул», сообщив о прибытии на место. Железные двери раздвинулись, и я почувствовала, как к горлу подступает съеденный суп.

В глубине души я почти была уверена в том, что нас раскроют, как только мы выйдем из лифта. Но все шло как нельзя лучше. Мы оказались в просторном помещении с большим приемным столом и несколькими обитыми коричневой кожей стульями, стоявшими вдоль одной из стен. В углах стояли кадки с растениями, и, несмотря на отсутствие окон, здесь было светлее, чем под полуденным солнцем.

Никто не обратил на нас никакого внимания, лишь хорошенькая блондиночка в синем платье с глубоким декольте кивнула Марку и указала рукой налево. Мы шли в указанном направлении по широкому коридору с множеством дверей, пока Эрик не толкнул одну из них, и мы не оказались в комнате, напоминающей что-то вроде зала заседаний.

Вдоль стен располагались стеллажи с книгами и то ли кубками, то ли идолами, то ли другими старинными реликвиями. Под глянцевым белоснежным потолком висела огромная люстра, переливающаяся всеми цветами радуги каждый раз, когда поток воздуха колыхал небольшие кристаллы, причудливым образом нанизанные на леску. В центре комнаты стоял большой овальный стол из красного дерева и штук двадцать стульев. Чуть поодаль располагались несколько кресел и маленький журнальный столик с букетом свежих лилий и парой книг.

– Ждите здесь, я найду Ранделла, – Том переглянулся с Марком и вышел. Из-за их постоянных переглядок в стиле «Сказать им о чем-то важном? Нет, не думаю» мне все меньше хотелось оставаться в этом проклятом мире.

– Кто такой Ранделл? – Кайли устроилась на одном из стульев.

– Он – глава Совета, – Эрик вздохнул и сел рядом с ней. – И должен вас предупредить, у него скверный характер. Так что рекомендую несколько раз подумать, если захотите что-нибудь сказать.

– А кто он? Тоже колдун? – Холли заинтересованно посмотрела на Марка. – Немолодой?

– Ооо, «немолодой» не совсем то слово, – он рассмеялся, снимая куртку. – Я бы сказал, что Ранделл стар как мир, но это будет небольшим преувеличением, – он бросил куртку на одно из кресел. – Да, он колдун. Очень могущественный колдун. И я не знаю никого в этом мире, кто был бы старше него.

– Правда, – Эрик слегка замялся. – Когда он войдет, не смотрите на него слишком пристально, хорошо? Он… не совсем такой, каким вы можете его представить.

– В каком смысле не такой? – я заняла место напротив них. – С ним что-то не так?

– Еще около шестисот лет назад он был таким же, как мы все, – Марк, похоже, очень любил рассказывать истории. – Обычным магом, разве что чересчур вспыльчивым и излишне амбициозным. Ему всегда хотелось всего и сразу: больше свободы, больше сил, больше магии. Он увлекся магией Вуду. Более сильного проявления черной магии в таком чистом виде получить откуда-либо еще практически невозможно. Она наделяет практикующего таким могуществом, что тот может свернуть не только горы, но и разнести Вселенную на мелкие кусочки. Но с духами, которые овладевают душой, не под силу справиться даже самому сильному колдуну, о людях тем более говорить не приходится: все, кто так или иначе сталкивался с реальной магией Вуду на Земле, умирали от разъедавших их изнутри демонов. Так вот, Ранделл не был исключением. Он смог избавить душу от духов, сохранив при этом часть темных способностей. Но вот его физическая оболочка… В общем, его трудно воспринимать всерьез. И он очень не любит, когда его долго разглядывают.

– Что за ребячество… – Кайли нахмурила брови.

– Сейчас увидишь его и все поймешь, – Эрик встал со стула и повернулся к входу в комнату. – Они идут.

Дверь распахнулась в ту же секунду, едва он успел договорить. Я посмотрела на Тома и его спутников. Их было двое: мужчина лет тридцати, где-то под метр семьдесят пять ростом, с каштановыми коротко стрижеными волосами, одетый в серый отлично скроенный костюм, очевидно, Ранделл, и мальчик лет двенадцати со светлыми волосами и мутно-зелеными большими глазами, одетый в джинсы и светло-голубую рубашку.

Я внимательно посмотрела на человека, ну или не совсем человека в костюме. Да, на фоне парней он казался ниже и выглядел старше, однако больше ничем особым не выделялся. Почему Марк сказал, что его трудно воспринимать всерьез? По мне так как раз наоборот, он производит самое что ни на есть хорошее впечатление делового мужчины.

– Дэвид! Рад встрече, давно не виделись, – Эрик пожал руку… мужчине!

– Я бы сказал то же самое, но если честно я был бы рад увидеться при иных обстоятельствах, – он посмотрел на нас. – Это и есть наша проблема? Вернее, очевидно, целых три.

Я удивленно переводила взгляд то на мужчину, то на Эрика. Почему он зовет Ранделла Дэвидом? Хотя, может ему не нравится имя «Ранделл»? Уж слишком оно странное. И зачем они привели с собой ребенка?

Видимо, не я одна задавалась этим вопросом.

– А где Ранделл? – Холли повернулась к Тому.

– Он прямо перед вами, – наконец-то подал голос мальчик.

Я посмотрела на него еще раз и похолодела. Когда я увидела его в первый раз, что-то показалось мне странным, каким-то…недетским. Теперь я понимала, что. У мальчика был взгляд много повидавшего на свете старика, такой же уставший и тяжелый. Картинка начала складываться, но все становилось еще более непонятным.

– Ты Ранделл? Но…, – Эрик сжал мою руку так сильно, что я была не в силах продолжить.

– Что-то не так? – мальчик перевел на меня злой взгляд.

– Все отлично, – Эрик сжал руку еще сильнее. – Просто девушки все еще немного ошарашены происходящим. Вдобавок, – он кивнул на меня. – У этой с головой не все в порядке, так что не воспринимай всерьез все, что она говорит.

– У меня нет времени на пустую болтовню, так что предлагаю начать. Занимайте свободные места, – Ранделл влез на высокий стул, стоящий во главе стола. – Вы пришли сюда через портал. Кто его открыл? – спросил он, когда мы все разместились на стульях.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.