# Звёзды Эргирии. Повелитель Тёмных Глубин

Джулия Либур

В жизни каждого бога случаются неудачи, главное, вовремя выбраться из очередной передряги, а уж кто поможет, это неважно. Даже ребёнок может оказаться в нужном месте и в нужный час. Тем более, если это необычный ребёнок. Остаётся только воспользоваться счастливым шансом и отомстить тем, кто так опрометчиво решил нажить себе такого могущественного врага. И в первую очередь надо отомстить той, которая отвергла такого завидного ухажёра. Красив, как бог... Ах да, он же и есть бог. Ну, в общем, красив, могущественен, чего ещё желать? Ну и что, что у неё уже был жених. Мало ли. Пусть теперь слезами умывается, как и все те, кто помогал ей. Он, Повелитель Тёмных Глубин, обид не прощает.

Эта книга полностью является плодом воображения автора. Все встречающиеся в ней имена, персонажи, места и происшествия вымышлены. Любое сходство с реальными событиями, местностями, организациями либо личностями, как живыми, так и умершими, является абсолютно случайным.

## Введение

За окном моросил мелкий промозглый дождь. Даже смотреть на него было зябко и хотелось непроизвольно шмыгнуть носом. Сад, который в тёплую пору манил свежими красками и яркими бликами, сейчас стоял будто нахохлившись. Беренис в задумчивости смотрела в окно. Она закончила писать докторскую. Ещё надо было проверить и выправить рукопись, дать ей отлежаться и снова проверить, но основное уже сделано. Девушка работала, не отрываясь, почти год. Гримуар Озёрной Ведьмы, купленный у мэтра Ренье стал основой диссертации. Беренис так была погружена в работу всё это время, изучая гримуары, и выучила на память столько заклинаний, что порой уже саму себя ощущала ведьмой.

Работа с гримуаром затруднялась тем, что многое там было зашифровано или написано намёками. Беренис помогло знание древних языков. Её только очень удивляло, как могла простая ведьма, жившая в глуши, придумать свой язык, включающий слова из разных древних языков. Мало того, Озёрная Ведьма часть слов писала с конца, просто перевернув их и сделав так неузнаваемыми. Это было просто потрясающе! Беренис много времени потратила, чтобы разобраться со всем этим, а только потом она смогла приступить к самой диссертации. Нужно было отвлечься. Ей так хотелось прогуляться, но за окном унылые тучки намекали, что это плохая идея.

Поёжившись, как будто и впрямь побывала под дождём, она пошла в библиотеку. В конце концов, провести день с хорошей книгой, поющим чайником и печеньками это тоже вариант. Кот Мартин, обрадованный, что в доме происходит хоть какое-то движение, подняв хвост, бежал впереди, гордо показывая дорогу.

В библиотеке пришлось включить лампу и тиснёные корешки книг призывно поблёскивали в мягком жёлтом свете. Беренис побежала взглядом по полкам и вдруг тёмное, вернее, чёрное пятно между книгами привлекло её внимание. Видно, кто-то вынул книгу, но подойдя ближе, она увидела, что это не пустое место, а тоже корешок, только густого, чёрного, бархатистого цвета.

– Как же я забыла! Совсем заработалась! Вот то, что мне нужно. История Миров от таинственного незнакомца из Хаоса, которую я купила вместе Гримуаром Озёрной Ведьмы. Это получше любой прогулки. Я же начала её читать и первую историю буквально проглотила. Интересно, что за летопись там дальше.

Вытащив тяжёлый том, девушка в обнимку с ним, и в сопровождении мохнатой охраны, отправилась к заветному креслу у камина. Усевшись поуютнее и укутавшись пледом, Беренис подождала, пока Мартин тоже устроится у неё под боком и в предвкушении открыла бархатистый переплёт. Однако, тут же вспомнила, что, закончив читать первую повесть, она не смогла посмотреть, что за летопись идёт дальше. Страница была, будто склеена, и она отложила книгу, а потом ушла с головой в работу, забыв о ней.

Девушка аккуратно откинула атласную ленту, служившую закладкой и осторожно поддела страницу пальцем, боясь повредить её нечаянно. Но страница перевернулась с удивительной лёгкостью и Беренис увидела заголовок: «Летописи Эрги́рии или Повелитель Тёмных Глубин».

– А вот и новая летопись. Автор, насколько помнится, ведёт всегда своей дорогой. Последуем за ним.

Беренис прошлась по карте Эргирии, которая была нарисована на следующей странице, рассмотрела герб со звёздами. Ей очень нравилось, что книга пахла красками, но это был совсем не тот запах типографской краски, который все мы знаем. Это был аромат дыма, пряностей, яблок, травы, смешанный с кисловатым привкусом железа. Всё это сочеталось с запахом пергамента. Эта смесь бередила душу, очаровывала и удивляла. Фолианту столько лет, а запах совсем свежий, будто только вчера летописец, скрипя пером, выводил причудливые буквы. Девушка придвинула ближе столик, на котором стояли вазочки с конфетами, да чашкой чая и погрузилась в повествование, уже не удивляясь манере автора обращаться к читателю, как к единственному другу.


## Глава 1. Похищенный

Приветствую тебя, Мой Дорогой Друг. Я скучал по тебе, ибо тот, кто однажды взял в руки мою Историю Миров, становится поистине близок мне. Сегодня я отведу тебя в неизведанный мир. Доверься, эти приключения будут увлекательны. Ты познакомишься с героями моей истории, и возможно, кого-то узнаешь в будущем лично.

***

Э́йра оглянулась на мужа. Он стоял рядом с заказчиком и что-то рассказывал ему. По лицу их клиента трудно было понять что-либо, но Эйра ощущала его восхищение. Планета и впрямь получилась изумительная. А́рнэл создал слаженное мироустройство, умудрившись совместить и точно рассчитать в проекте все желания заказчика. Двойное солнце, пять лун, зоны вечно мягкого лета и вечного холода. Ей, как дизайнеру, тоже пришлось повозиться. Клиент хотел, чтобы пейзажи были выдержаны в одной палитре. Если это красный пейзаж, то всё только в оттенках красного, от воды до растительности. Причём ему нужно было, чтобы цветовые зоны переходили друг в друга в соответствии со световым спектром, а пейзажи органично менялись. Все пять лун, с поэтичными, по мнению заказчика, названиями: «Хрустальная», «Аквамариновая», «Золотая», «Серебряная» и «Бронзовая», должны были быть тоже выдержаны в соответствующих гаммах и пригодны для обитания.

Сейчас они как раз находились на одной из них. С Хрустальной луны, как, впрочем, и со всех остальных лун, открывался просто потрясающий вид на восходящую планету. Эйра любовалась пейзажем и прислушиваясь к щебетанию То́ндо. Они впервые оставили сына одного на попечении школы. До этого в поездки они отправлялись только по очереди. Но на сдачу объекта пришлось лететь вдвоём, а процедура занимала не одни сутки.

Супруги не сомневались в школе. Дети для дайрианцев такая редкая ценность, что за Тондо точно будет надлежащий присмотр. Просто планета, над которой они работали, находилась так далеко, что Эйра физически ощущала задержку в передаче чувств и мыслей, и это её напрягало. Но пока всё шло хорошо. Она слышала своего малыша постоянно, хоть и с небольшим отставанием. Вот он чему-то радуется. Ага, это кукла. Им как раз должны были доставить несколько, для обучения умению работать с оболочками.

Заказчик, похожий на красного палочника, подошёл к ней, и ещё раз выразил восхищение проделанной работой.

– Госпожа Эйра, я хотел бы договориться с Вами и Вашим мужем, о следующем заказе. Мой второй сын, на своё совершеннолетие, тоже должен получить собственную планету. Я уже примерно знаю его пожелания. В ближайшее время уточню все детали и тогда мы с вами сядем и обговорим будущий проект.

– Конечно, у Вас есть наши личные рэйлеры, вы всегда можете прислать сообщение и назначить встречу.

Попрощавшись, они отправились к своему кораблю и вдруг Эйра поняла, что не чувствует Тондо. Она замерла от страха и муж, тут же ощутив это, бросился к ней.

– Транслируй. Срочно транслируй отделу безопасности.

Сам Арнэл связался со школой. Сначала он не мог никого вызвать. Почему-то невозможно было установить связь. Его не чувствовали, возможно потому, что были заняты. А потом он услышал отчаянные призывы воспитателей, которые пытались найти его сына.

Космический корабль хотя и был настоящим, но требовался больше для антуража и комфорта, как и внешность Эйры и Арнэла. Жителям планеты Дайриан это было нужно, чтобы не смущать своих клиентов. Общаться с тёмно-серым облачком вместо существа из плоти, да ещё посредством мыслей, было непривычно для большинства жителей вселенных, с которыми дайрианцев связывали торгово-деловые отношения. Поэтому истинный облик этих магов знали немногие.

Для волшебников планеты Дайриан уже почти не существовало невозможных вещей. Их цивилизация возникла миллионы лет назад. Пережив все войны и катаклизмы, она выстояла и окрепла. Они давным-давно научились перемещаться между мирами и освоили галактическое пространство. При всей своей магической сущности им нравилось использовать новинки техногенных миров. Но самое удивительное было то, какое искусство они считали своим коньком. Среди продвинутых обитателей межгалактического сообщества они славились умением создавать миры. Как отдельные планеты, так и целые вселенные и даже галактики. Поэтому маги – дайрианцы были очень востребованы, но они брались не за всякий заказ. Для существования им требовались чувства. Чувство любви, чувство прекрасного, наслаждение творчеством было основой их физической жизни. Поэтому заказ, кроме прибыли, должен был обязательно принести эти ощущения.

Свою внешность маги успешно прятали за оболочками, когда это требовалось. Оболочки дайрианцы называли куклами. Существовала целая модная дизайнерская отрасль, занимающаяся созданием этих «нарядов».

Волшебники могли и без этого принять любой облик, но считали это неразумной тратой ресурсов. К тому же занимая оболочки, они реализовывали свою потребность вселяться в тела. Вселение в чужие тела, было особым предназначением дайрианцев, заложенное их творцами. Если дайрианец занимал живую оболочку, то мог ею управлять, легко оттеснив дух владельца. Правда, было это, когда они ещё только родились как раса, а вернее, были созданы. Дайрианцы относились к тем редким видам разумных магических существ, которые сумели подняться над своими создателями, обрести независимость и изменить свою судьбу.

Сейчас вселение в живую оболочку каралось законом и такого не происходило уже давным-давно. Заняв чужое тело, дайрианцы усиливали плохие или хорошие черты и способности. Поэтому было запрещено вселяться даже в те тела, которые дух покинул по каким-либо причинам. Ведь вселившись не в искусственную оболочку, а тело, в котором дух замер, любой ребёнок дайрианец увеличивал способности тела в тысячи раз. Поэтому на Дайриан, порой, прилетали охотники за детьми, прикидывающиеся простыми туристами.

Пройти контроль было очень трудно. Похитить ребёнка практически невозможно. Но это не останавливало тех, кто мечтал на своей планете завоевать владычество. И время от времени на планете судили очередного охотника, провалившего свою миссию. За всё время существования последней расы был похищен только один ребёнок. С его помощью была захвачена власть в одной из галактик. Совету безопасности, заседавшему день и ночь, удалось найти решение, как вернуть малыша обратно. После чего были потрачены невероятные усилия, чтобы для ребёнка это похищение прошло без последствий. Для него создали специальные условия на отдельной планете и моделировали особую реальность.

У родителей с детьми была постоянная и неразрывная связь. Дайрианцы и между собой общались только мысленно. А перемещаться они могли и без кораблей в любую точку вселенной. Детей умению управлять оболочками и перемещениям начинали учить позже. Паника Эйры была вполне понятна, ведь сейчас только их сын подходил для похищения. Остальные двадцать шесть детей планеты Дайриан были старше и уже получили обучение и опыт.

Эйра передала подробности последних минут общения с Тондо Совету Безопасности. Куклу, которой он восхищался перед исчезновением, так и не нашли. Дизайнерскому дому, который должен был доставить оболочку в школу, как оказалось, заказ отменили. Однако выяснилось, что работники школы этого не делали. Значит, куклой и заманили малыша. Плохо было, что связь Эйры с сыном была потеряна и все знали, что это значит.

## Глава 2. Поиски

Планету Дайриан охватила тревога. Похищенный малыш принадлежал к одной из самых уважаемых и могущественных семей. Как это могло произойти, если связь матери и ребёнка никогда не прерывается даже на секунду, Совет Безопасности понимал, но верилось в это с трудом. После последнего похищения, казалось, было учтено всё.

Каждый ребёнок на планете Дайриан это величайшая ценность. Потому что жители планеты, хотя и обладают могущественнейшими силами и живут почти вечно, однако, дети у них появляются так редко, что на всей планете существует только одна школа, в которой воспитываются всего двадцать семь детей разных возрастов. Крошка Тондо был единственным в яслях.

Проанализировано было всё. Задержали вылет всех кораблей. Все они были проверены с особой тщательностью, но ребёнка не нашли. И главное, мать его не чувствовала. Совершенно. В природе существовало только одно вещество, которое блокировало восприятие дайрианцев. Найти его можно было на планете, которая давным-давно взята была под контроль самими дайрианцами и строго охранялась. Все жители этой планеты были переселены на другую, с более благоприятными условиями и созданную для них специально. А на планете поставили охрану и закрыли её полностью для посещения. Но, видно, кто-то пробрался туда и украл то, что помогло ему затем похитить Тондо.

Эйра была в отчаянье. Быть практически всесильной и оказаться настолько беспомощной, что не суметь защитить своего ребёнка, для дайрианки было ударом. Она гнала свои страхи, полностью погрузившись в глубины пространственного сознания, надеясь услышать сына.

Сколько времени уже длится эта тишина? Так тихо, что ей кажется, она осталась совсем одна во всём мире. Отдел безопасности запретил общаться с ней всем абсолютно, чтобы она могла постоянно слушать, не появится ли Тондо. Что за звук? Кто-то весело щебечет. Это Тондо! Он что-то исследует! Где это место?

– Сынок, остановись! Остановись, опасность! Остановись!!!

Что это? Что за страшная волна почти первобытной ярости и злости. Куда попал её сын? Это живая оболочка! Живая! Тондо! Убегай! Поздно… Он не слышит. Её малыш опять исчез. Надо срочно сообщить мужу и Кааренгу, главе поискового отряда.

– Тондо попал в беду! Малыш проник в живую оболочку существа знакомого с магией и это тёмная магия. Он злобен, мстителен и сразу смог поставить защиту. Я еле успела прочесть координаты.

– Эйра, спокойно. Мы сейчас же туда отправимся. Арнэл и я ждём тебя на корабле.

Эйра передала то, что успела почувствовать главе поисковой комиссии, чтобы создать бусину воспоминаний. Теперь они хотя бы знали, где надо искать Тондо. Как только Эйра появилась на корабле, они сразу вылетели по направлению к Земле. Хотя слово «вылетели» здесь не подходит. Корабли дайрианцев быстро переносились в пространстве по мгновенно создаваемым порталам. При их умении перемещаться в любой мир, они всё равно использовали корабли или капсулы для антуража и удобства. В кораблях, кроме оболочек, находились лаборатории и оборудование для исследований. Да и чувствовали они себя на корабле как будто дома, где их окружали предметы искусства, причудливые растения и оболочки.

Дайрианцам не понадобилось много времени, чтобы понять, сколько миров на самом деле существует на Земле, и в каком из них находится Тондо. Нужный, оказался миром наполненным магией. Они сразу почувствовали это, как только переместились в него. Тут жили в основном боги и волшебники. Людей было мало. Кааренг покачал головой.

– В техногенном было бы проще. Да ещё и сам мир относительно молод, хотя это и не первое рождение миров на этой планете. Посмотрите, как бьют энергии. Правда, боги его стабилизировали примерно пятьсот лет назад.

Кааренг подключился к полю Эргирии, передавая информацию остальным. Вэйгард и Ойрен провели анализ.

– Этот мир влияет на все миры этой планеты. Здесь находится пантеон. Страна Богов, мифов, легенд и магии. Хотя он и не единственный, но другие миры, где живут боги, с мирами людей так не взаимодействуют. От этого же мира зависит вся совокупность параллелей.

– А Страна Богов радует своим устройством. Чувствуете? Тут довольно разумное управление.

– Тем более странно, что её житель похитил Тондо, и пока непонятно кто это вообще. Сущность скрыта.

– Да к сожалению, от нашего малыша мы получили ничтожно мало информации.

– Обратите внимание, что на информационном поле на данный момент чувствуется напряжённость, царящая в стране. Пока непонятно в чём дело. Кааренг ты решил, как надо действовать?

– Я предлагаю выдвинуть ультиматум и потребовать возвращения малыша. Надеюсь, они добровольно вернут нам ребёнка. Продемонстрировать на что мы способны, можно в любой момент, поэтому лучше начать с переговоров.

– Согласен. Насколько мы поняли, здесь правит Совет из трёх богов. Можем направиться прямо во дворец. Я чувствую, что верховные боги там.

– Корабль тогда лучше оставить здесь. Место безлюдное. Защита стоит. Увидеть его не смогут, проникнуть тем более.

Все согласились. Выбрали оболочки, подходящие под местный типаж, и вскоре уже стояли перед Дворцом Совета.

Дайрианцы несколько скептически относились к архитектуре, отступающей от геометрически лаконичных форм. Они считали, что простота архитектуры позволяет наполнять её более разнообразными деталями, но красоту дворца они оценили. Свежая зелень травы подчёркивала белизну мраморных плит, которыми была выложена дорога. Она вела к такому же белоснежному дворцу, искусно отделанному уже цветным мрамором. Крыша дворца сияла золотом, как и огромная двустворчатая дверь. Здание стояло на вымощенной цветной плиткой круглой площади. Вокруг раскинулся огромный парк, пестрящий цветами. В этом окружении дворец выглядел как драгоценность, которую положили на мягкую бархатную ткань, чтобы вдоволь полюбоваться ею. В этом была своя прелесть.

Двери были распахнуты и дайрианцы, пройдя их, оказались в огромном зале. По зеркальному полу к ним сразу заскользила красивая девушка. Поприветствовав их изящным полупоклоном, она спросила, что надо «дорогим чужеземцам». Кааренг, почувствовав искренность и непритворную доброжелательность, решил говорить прямо.

– Милая девушка, позвольте вас так называть, ибо мы не знаем местных титулов, мы действительно чужеземцы и прибыли с посольством. Вопрос наш срочный и нам надо увидеться с вашим Верховным Советом. Чтобы было понятно о чём речь, передайте, пожалуйста, Совету вот это.

Глава отряда протянул девушке перламутровый шарик размером со сливу.

– Не волнуйтесь, здесь нет ничего опасного. Это бусина воспоминаний. Её нужно положить на середину ладони и просто дунуть. Совет всё поймёт.

Девушка снова вежливо поклонилась и, взяв шарик, ушла, предложив гостям отдохнуть здесь же в зале на мягком диване около журчащего фонтанчика. Как только гости присели на диван, перед ними появился столик с фруктами и напитками.

Таронж – Бог Солнца, Дэйра – Богиня Земли и Риген – Бог Дождя, уже много лет составляющие Совет Эргирии, как раз обсуждали случившееся в последние дни. Когда им передали послание, Таронж, ни минуты не сомневаясь, положил перламутровую бусину на ладонь и дунул. Богов тут же буквально захлестнуло той яростью и злостью, которые успела принять Эйра перед тем, как связь с Тондо снова исчезла. Они знали кому принадлежит эта ярость и злость. Боги почувствовали, как пробудился Повелитель Тёмных Глубин.

Таронж стукнул по столу.

– Неужели это они? Позвать гостей!

Дайрианцы сразу ощутили удивление, недоверие, насторожённость и непонимание, исходящее от Богов, как только вошли в зал Совета. Их явно считали причастными к самому большому преступлению в этой стране: помощи заключённому тёмному богу. Поэтому Кааренг, представившись сам и представив своих спутников, сразу перешёл к рассказу о похищении.

Повествование дайрианца было удивительным. Боги переглянулись и Таронж в задумчивости обернулся к пришельцам.

– То есть, вы хотите сказать, что ваш ребёнок, обладающий огромными магическими возможностями, но ещё не обученный работать с ними, умеющий, к тому же вселяться в живое существо, находится сейчас в нашем мире? Мало того, он пробудил и освободил заключённого нами Повелителя Тёмных Глубин? Получается звезда, которая ударила в скалу и обрушила саркофаг, это была капсула, как вы её называете, в которой и находился ваш малыш? Но откуда она взялась? И почему вы сейчас не чувствуете вашего ребёнка, если, как вы утверждаете, у вас с ним постоянная связь?

– Мы считаем, что корабль похитителей по какой-то причине потерпел крушение, а капсулу просто выбросило с корабля. Ну а не чувствовать его мы можем по двум причинам: или кто-то блокирует наши попытки, или здесь задействовано то же самое вещество, о котором мы упоминали. Если Тондо успел вселиться в вашего заключённого, то ваш Тёмный Бог вполне мог препятствовать связи малыша с матерью.

– Что будет с малышом, если по какой-то причине Риммор погибнет?

– Ничего. Он покинет оболочку.

– Как происходит увеличение магического потенциала существа, в которое вселяется представитель вашей расы?

– Усиление способностей происходит только один раз. Но вот присоединять или объединять на время способности с другим магом, дайрианец может многократно.

– Вы готовы помочь нам сразиться с Риммором?

– Мы не имеем на это право. Наша раса очень известна. Дайриан входит в межгалактический союз и по закону, принятому этим союзом, мы не можем вмешиваться в дела других миров, если на нас не напали или не удерживают насильно представителя нашей расы. Тондо вселился добровольно. Это вы должны требовать от нас, так сказать, сатисфакции. И мы признаём свою вину. То, что это было похищение, не является оправданием. Не вы его совершили. Мы подвергли ваш мир опасности. Поэтому, как только Тондо добровольно покинет Повелителя Тёмных Глубин, мы готовы максимально компенсировать весь тот вред, который был и будет нанесён вашему миру. Мы многое можем.

– А если Тондо никогда не покинет Риммора и, благодаря его поддержке, он завоюет Эргирию, пролив море крови? Последствием этого будут изменения в мире людей, несущие боль и хаос. Вы, скорее всего, уже в курсе, что всё, что происходит в Эргирии, отражается на все миры людей. Их великое множество и в каждой параллели своя эпоха и своё течение событий. Как тогда быть?

– Это невозможно. Тондо чувствует ложь. Кроме того, он никогда не останется с тем, кто попытается удержать его против воли. Риммор не сможет долго держаться. Он проявит свою истинную сущность, и тогда потеряет малыша. Нужно просто немного подождать. Тондо прекрасно понимает, что нельзя причинять вред живым существам. Эти уроки уже пройдены им. К тому же мы приложим все усилия, чтобы достучаться до Тондо. Наша задача – забрать ребёнка как можно скорее.

– Хорошо. Тогда мы должны поддерживать друг друга. Через день состоится Совет, на котором мы просим вас присутствовать. Раньше, к сожалению, созвать его не получится.

– Благодарим вас. Мы на это рассчитываем и готовы помогать вам в меру разрешённого нашими законами. Позволено ли нам будет свободное время потратить на изучение вашей страны? Мы не будем пытаться проникнуть в тайны вашего управления.

– Безусловно. Вы наши гости. Дворец Совета и его библиотека открыты для вас.

– Благодарим ещё раз и надеемся, что мы сможем помочь друг другу.

Когда дайрианцы покинули Совет, Таронж достал свиток и, развернув, положил его на стол.

– Вы помните прорицание Великого Гримвида?

– Кажется, в Эргирии о нём слышал каждый. За пятьсот лет оно стало легендой. Хорошо, что полный текст известен лишь немногим, а то было бы толкователям раздолье.

– Теперь хотя бы понятно, что означает вторая душа из первого стиха. Пока прорицание исполняется в точности, а это говорит о том, что нас ждёт битва. Нам нужно срочно принять решение: готовы ли мы нарушить закон, который сами же и создали?

## Глава 3. Просто Прогулка

Артём сверлил взглядом затылок Игорёхи. Ему было интересно почувствует тот его взгляд, или нет. Пока не чувствовал. Да оно и понятно, сидел себе и украдкой в смартфоне копался. Катюха, его сестра уже несколько раз недовольно подталкивала брата локтем, когда учительница отворачивалась к доске. Не хватало ещё, чтобы их оставили после урока в первый же учебный день. В их гимназии это запросто. Но тут прозвенел звонок и прорвался в сознание его увлёкшегося друга. Он поднял глаза и, увидев недовольное лицо сестры, улыбнулся так обезоруживающе, что она только рукой махнула, оглянувшись на Артёма. А Игорь, запихнув учебник и тетрадь в сумку, подмигнул.

– Тёмыч, мы с Катюхой хотели мороженого, ты как?

– Пошли.

Заказав по паре шариков, они уселись за столик. Друзья не виделись всё лето, но Артём был молчалив и сразу уткнулся в креманку с мороженым.

– Ты чего такой? – спросила Катя.

– Не знаю, скучно.

– Ага, мы тоже скучали. Раньше у бабушки было интересней, – вставил Игорь.

– Ну конечно, оторвали тебя от любимой игрушки.

– Ну, ты прикинь, сколько бы я прошёл. А так, лето впустую.

– А так, ты вон загорел и мышцы нарастил. Каждый день на лодке. Скажи, Тём?

– Да, я бы на лодке с удовольствием. Всё лето в городе, даже комп осточертел.

– А давайте куда-нибудь пойдём! – предложил Игорёк.

– Куда? – оживился Артём.

– Помните, весной мы нашли вход в пещеру, а обследовать не успели?

– Давайте!

– Повезло, что первый день учёбы пришёлся на пятницу. В субботу не учимся. Можем прямо завтра пойти.

Пещеру они нашли, когда лазили по ближайшей к их городку лесистой горе. Вернее, это даже не гора, а холм. Вход они обнаружили случайно. Ребята спускались вниз по тропинке и Катя, которой захотелось пить, упустила бутыль с водой. Бутыль покатилась вниз, но не по тропинке, а в сторону и исчезла в кустах. Ребята побежали её искать, и там в кустах они обнаружили и бутыль, и довольно большое отверстие, оказавшееся узким входом в пещеру. Пещера казалась небольшой, но ребята надеялись, что там может найтись ещё какой-нибудь ход. Обследовать они её не успели. Не было с собой фонариков, а солнце уже садилось. Поэтому они просто заглянули в отверстие и договорились пойти в пещеру на следующие выходные, но пошёл дождь. Потом начались каникулы и Катя с Игорем уехали к бабушке.

Теперь стояла хорошая погода и они, наконец, были вместе. Обсудив, что надо брать с собой, ребята договорились встретиться в девять часов утра.

Хотя осень уже давала о себе знать, солнце пока не скупилось на тепло, и ребята в хорошем настроении дружно зашагали в сторону холма, болтая о всякой всячине. Катя была явно в приподнятом настроении.

– Мне так весело, как будто нас ждёт интересное приключение!

– Было бы здорово, но ты особо-то не мечтай.

– Почему?

– Ну что можно найти в той пещере? У нас ведь не исторические места. Нет древних городов, подземных ходов, монастырей и замков.

– Да, не везёт,– поддержал Артём,– но полазить по пещере, всё равно, интересно! Костёр разожжём. Я зажигалку взял.

– Это конечно! Мы колбаски и картошку прихватили.

– Ну вот и пришли.

Ребята свернули с тропинки и остановились перед кустами.

– Слушайте, а давайте, войдём в пещеру так, чтобы не ломать кусты. Может, мы потом из этой пещеры тайное убежище сделаем! – предложил Артём.

Оценив идею, ребята постарались как можно осторожнее пробраться к входу в пещеру. Достав фонари, они посветили внутрь. Пещера как пещера. Входить надо пригнувшись, но внутри можно стоять во весь рост. Сухо. Протиснувшись внутрь, ребята освещали стены пещеры, надеясь, увидеть какое-нибудь отверстие или второй выход. Пещера оказалась намного больше, чем они ожидали. Она была вытянутая, в длину метров пятнадцать и шесть-семь в ширину. Но потолок был низкий, и из-за этого пещера казалась меньше. Стены были неровные с выступами и нишами, в которых сгущались тени.

Подростки вышли на середину, чтобы удобнее было освещать стены. И Катя обратила внимание на косой луч света, падающий перед одной из ниш в глубине пещеры. Присмотревшись, она поняла, что это даже не ниша, а небольшой аппендикс. Луч был какой-то туманный, расплывчатый, как будто на солнышко набежали тучки. Но через расщелину, в которую они вошли, видно было, что солнце светит ярко. К тому же было непонятно вообще, откуда этот луч взялся. Вверху отверстий не было.

– Давайте посмотрим поближе, что там,– предложила Катя.

Они двинулись к лучу. Ребята даже не заметили, как они оказались в потоке бледного света, и то, что открылось за этим потоком, ошеломило их совершенно.

Там была ещё одна пещера, и в ней горел костёр. Вокруг костра они увидели несколько фигур. Зрелище было величественным, мирным и грозным одновременно. Потому что фигуры были совершенно необычны. Великан с бородой и густыми волосами рыжего цвета, одетый в кожаную безрукавку и с такими же браслетами на запястьях, стоял, опираясь на толстенный посох. Глаза его весело поблёскивали из-под нависающих бровей, а сам он напоминал викинга из какого-нибудь фэнтези. Рядом с ним сидела на камне, как на троне, прекрасная девушка, в платье, будто сотканном из серебристого тумана. Её нежное красивое лицо, казалось, освещено изнутри. Так обычно в фильмах фей изображают. Молодой, неулыбчивый русоволосый красавец полулежал недалеко от них. А по другую сторону костра находился смуглолицый, чернокудрый крепыш в одежде воина.

Игорёк зажмурил глаза. Мысли в голове заскакали испуганными зайцами: «Это я доигрался, что ли? Уже наяву мерещатся персонажи РПГ[1]? Надо подождать, может, само развеется. Интересно, только я их вижу?»

«Вот оно, приключение!»,– пронеслось в голове у Кати. И совершенно неожиданно для неё самой сказала, – «Здравствуйте, мы не знали, что пещера занята. Мы сейчас уйдём.».

Но, сразу, даже не оглянувшись, она поняла, что за спиной у неё стена, а вход каким-то образом оказался по другую сторону костра. И чтобы выйти, им надо пройти мимо… Кого? То, что у этих существ был человеческий облик, не имело никакого значения. Они были из совершенно другого мира.

Её слова отчасти успокоили брата. Но тут промелькнула другая тревожная мысль: «А вдруг это массовая галлюцинация? Испарения там, или ещё что-то повлияли? Я же не знаю кого они видят.»

У Артёма побежали мурашки по коже, но не от страха, а от неизвестности, необычности и, как ни странно, от радости, но он промолчал. Ребят охватило чувство, что здесь ждут именно их, но одновременно с чувством радости ощутили состояние неловкости и стеснённости. В пещере повисло молчание.

«А вам так хочется уйти?» – вдруг услышали они вопрос. Голос девушки был как серебристый колокольчик, но настолько тих, что ребятам показалось, он звучит внутри них. И в то же мгновенье в душе каждого родился ответ. И этот ответ тут же был услышан.

«Ну что же, мы знаем кто вы, позвольте представиться и нам.»,– бархатный голос светлолицего лучом прорезал полутьму пещеры, ярко осветив её на миг. Катя охнула, а Артём восхищённо задышал. Игорёк же, закрыв глаза, подумал: «Неужели это Гвин[2]? Но вижу его не только я. Значит, все видим одно и то же. Как же я смог всех нас переместить в игру? Так не бывает! А кто тогда все остальные персонажи? Я таких в Душах[3] не помню.»

А около девочки уже стоял смуглолицый воин, протягивая ей руку: «Не бойся, юная дева, пойдём, я провожу тебя к костру.» Хрипловатый голос его звучал, казалось, обычно, и рука его была тепла. Но, то ли после луча, то ли после странностей сегодняшнего дня, Кате показалось, что свет костра, падающий на незнакомца, не освещает его. А он уже усадил её на плоский, удобный камень и показал Игорю и Артёму, где разместиться им.

– Это Во́энэнг,– услышали ребята слова девушки, звучащие опять как будто в них самих. И воин качнул головой, как бы подтверждая её слова.

–Это Лу́нерд,– светлолицый также наклонил голову.

–Это Э́тфард,– рыжеволосый как будто слегка выпрямился, давая понять, что это его имя. И в свою очередь, сделав, что-то вроде поклона в сторону девушки прогудел: «А это Эда».

«Значит, не дарк соулс[4]. Что тогда?»,– нахмурился про себя Игорёк.

Воцарилось молчание. Потому что ребята просто не знали, что спросить. Слишком много вопросов роилось у них в головах, но все они казались глупыми. А их новые знакомые никуда не спешили, давая им время прийти в себя.

Наконец Катя спросила: «А где мы?»

Эда улыбнулась: «Не бойся, милая. Ты практически дома. Сделав, всего один шаг, ты увидишь снова знакомые своды. Ты хочешь сделать этот шаг?»

Катя посмотрела на ребят. Игорь и Артём сидели с такими заворожёнными лицами, что ей стало смешно. Она поняла. Что и у неё такое же выражение. Увидев Катину улыбку, заулыбались все.

«Ну вот и замечательно,– продолжила Эда, посчитавшая улыбки согласием остаться, – а теперь я расскажу вам, почему вы смогли нас увидеть и для чего это нужно.

Думаю, вы понимаете, что никогда и ни при каких обстоятельствах, вы не нашли бы дорогу сюда, если бы это не требовалось нам, жителям этого мира. Но ещё печальней, что сейчас это нужно и вашему миру. Угроза стала очень серьёзной.

Наш мир, это мир богов и волшебников. Мы разные. Как и люди. Есть добрые. Есть злые. Есть те, кто не хочет вмешиваться ни во что. Вернее, не хотел. Теперь нейтральных точно не будет.

Мы те, кого люди называют разными именами. Вы же изучали историю? И, наверное, обратили внимание, что у каждого народа есть богиня мудрости и бог света, бог-воин и бог-кузнец, есть боги врачеватели и боги любви, богиня судеб и бог времени. Мы откликаемся на все те имена, которые вы нам даёте, потому что мы любим людское племя. Оно даёт нам силу своей верой и своей любовью. И сейчас эта вера и любовь нужны нам как никогда.

– Но мы просто дети, пусть и не первоклашки, как можем мы помочь таким могущественным силам? – спросила Катя.

– Ты ещё пока многого не знаешь о ваших собственных силах. Но эти знания придут к вам во время нашего путешествия.

– Какого путешествия? Нам же надо быть дома к заходу солнца.

– А больше времени нам и не понадобится, – Улыбнулась Эда.

– Мы должны сражаться? – обрадовался Игорёк.

– Сражаться…, – задумчиво повторила Эда, – если ты о копьях и мечах, и это тоже. Но в основном вам предстоят другие сражения.

– Круто, и мы тоже станем магами и воинами?

– Да, но на время. Вы же понимаете, что не сможете унести эти способности обратно в свой мир.

– А помнить будем? – Поинтересовался Артём, любитель фэнтези, и потому поднаторевший в вопросах перемещений.

– Думаю нет, – ответила Эда, слегка задумавшись – Нам ещё не приходилось обращаться в ваш мир за помощью. Мы бы и сейчас это не сделали, если бы не цепь обстоятельств. Раз ты задаёшь этот вопрос, значит, знаешь, что воспоминания могут изменить вашу жизнь после возвращения, а этого нельзя допускать.

– Ещё мне всегда было интересно узнать про время. Как получается, что у вас мы будем, допустим, неделю, а у нас пройдёт час или и вовсе минута? – продолжал допытываться Артём.

– Мы можем считать это просто волшебством, если хотите. Пожалуй, так было бы лучше всего. На самом деле, даже в наиболее развитых мирах, время до сих пор не изучили в полной мере. Наука отстаёт в этом от нас. Может, потому что время относится к магии? В нашем мире, как и полагается, временем управляет божество, поэтому мы точно вернём вас вовремя. Нас больше беспокоит, насколько это повлияет на вас самих.

– И когда мы отправимся? – быстро спросил Игорёк, боясь упустить такой шанс.

Эда переглянулась со своими спутниками.

– Нетерпелив, как всегда,– пробасил Этфард. Эда с упрёком кинула на него взгляд, а внимательный Артём, уже задал вопрос.

– А откуда вы знаете, что он у нас торопыга? Вы наблюдали за нами?

– В общем, да,– опять осветив пещеру, ответил Лунерд, – Пришлось. А отправимся мы, как только вы подкрепите силы. Вы ведь уже проголодались?

– Ну да, есть немного. У нас с собой картофель и колбаски. А можно узнать побольше о вашем мире?

– Картофель и колбаски… Давайте лучше мы вас угостим. А пока будете перекусывать, Эда вам и расскажет о нашем мире.

Этфард, отстегнул котелок от пояса, и поставил его на костёр. Ребята в удивлении смотрели на это. Котелок болтался на поясе, и они видели, что он был совершенно пуст. Катя, решившая глаз не спускать, чтобы не прозевать ничего интересного, смотрела на котелок не отрываясь, но всё равно вдруг обнаружила, что в котелке уже греется мясо. А Этфард достал из котомки лепёшки и флягу.

Воэнэнг расставил на камне всё, что надо для трапезы и призывно махнул рукой ребятам.

– Прям котелок самобранка, – прошептал Игорёк.

И подростки, почувствовав, как же они голодны, не заставили себя больше упрашивать. Так вкусно, они не ели даже за домашним праздничным столом. Да, колбаски теперь только выбросить. Вкус мяса из котелка им точно не забыть. Артёму вдруг показалось, что он уже видел этот котелок, но отмахнулся от воспоминания как от назойливой мухи.

Эда, одобрительно улыбнувшись их аппетиту, начала рассказ: «В давние, древние, самые древние и далёкие времена, когда истории ещё не существовало, а мифы и легенды не только написаны, но даже и сложены ещё не были, появилась на земле первая раса богов. Говорят, что они вышли из кратера старого вулкана. Спали они там миллионы лет, потому что мир, в котором они жили до этого, был уничтожен. Правда это или нет, точно никто не знает, да и кратер вулкана никто и никогда не видел. Сами боги не помнили этого. Когда они вышли, то увидели, что мир вокруг непригляден и стали устраивать его, каждый в соответствии со вкусом.

Боги были непоседливы и воевали между собой, играя первобытными силами. Так проходили сотни тысяч лет. Часть богов разбрелась по другим мирам, а в этот мир пришли новые боги. Постепенно мир богов, устав от постоянных стычек и ссор, создал Совет, который навёл порядок в Эргирии, усмирил смутьянов, издал законы, определил владения. Принятые Законы были выбиты на особой скрижали, которую установили в зале Совета, чтобы подчеркнуть их незыблемость.

Скрижаль обладала волшебным свойством: истинно правый без боязни мог положить на неё руку во время клятвы, но лжецу никогда не удавалось это сделать. В Эргирии наступили счастливые, мирные времена. Услышав об этом сюда потянулись маги, волшебные существа и животные. Боги занимались развитием искусств, передавая свои умения людям, которые поселились в Эргирии позже, и за которыми боги «присматривали». Боги помогали людским племенам, живущим не только в их мире, но и в других земных мирах, которые постепенно появлялись.

Страна процветала, и каждый нашёл себе занятие по душе. Но в самой Эргирии не всем нравились эти изменения. Были те, кого не устраивала такая мирная жизнь. Особенно отличался один из богов. Он был могущественным владыкой и этим могуществом покрывал и поддерживал бесчинства тёмных сил. Этих бесчинств становилось всё больше и снова в Эргирии настали смутные времена.

Но богу было мало этого. Он хотел творить тёмные дела без оглядки на Совет. Раздираемый гордыней и жаждой поклонения, решил владыка свергнуть Совет и стать верховным богом. Он собрал приверженцев и снова погрузил страну в войну.

К счастью, нашлись герои, которые смогли одолеть смутьяна и ограничить его власть. После этого Эргирия жила счастливо почти пять столетий. Но сейчас нашей стране снова угрожает опасность, поэтому нам и нужна ваша помощь. Пока я больше ничего не могу вам рассказать. Остальное вы узнаете позже.»

Под рассказ Эды подростки довольно быстро управились с перекусом и, ощутив прилив сил, были готовы к приключениям. После еды им это казалось забавным, интересным и уже не выглядело странным, что боги обращаются к простым людям, вернее, даже детям, за помощью.

А жители иного мира смотрели на них в ожидании, готовые тронуться в путь. Катя оглянулась на тот вход, откуда они пришли и опять не обнаружила его. Тут великан Этфард просто тронул посохом камень, который легко отошёл в сторону и открыл выход.

Выйдя из пещеры, ребята увидели, что находятся также на лесистом холме. Но и холм, и деревья, и открывающиеся виды, были иные. Да и солнце было совсем утреннее, на подъёме. Спутники их на свету тоже смотрелись несколько иначе. Девушка Эда выглядела сейчас более осязаемой. Просто красота её была хрупкой, кожа уж очень светлой и нежной, а платье просто белым и воздушным. Воин, не отходивший от неё ни на шаг, выглядел тоже не так таинственно. Однако даже на ярком солнце его кожа не блестела под лучами, как это обычно бывает, а как будто поглощала их. Зато высокий красавец расцвёл ещё больше. Волосы его горели золотым блеском, а синие глаза стали как будто ярче. Да и улыбаться стал. Рыжеволосый и зеленоглазый Этфард тоже повеселел, и ребята обратили внимание, как легко он несёт свой толстенный посох, поигрывая им.

Катя всё время поглядывала на рыжеволосого здоровяка и ловила себя на мысли, что ей хочется идти с ним рядом, болтать просто так или пуститься наперегонки. «С чего это я? Это же не Игорёшка, чтобы я так вольно обращалась со взрослым. Представляю, что обо мне подумают, если я себя так поведу.» Она даже головой встряхнула и стала разглядывать окружающий пейзаж, чтобы отвлечься.

Время от времени их спутники с беспокойством поглядывали на хрупкую Эду. Ребята заметили, что ей трудно двигаться. Ножки её всё время спотыкались, и лёгкие туфельки были не приспособлены для похода. И тут Эда, лукаво им улыбнувшись, вдруг поднялась над землёй. Увидев ошарашенные лица ребят, она, скорчив милую гримаску, сказала, – «Не могу больше притворяться.» Лунерд же, глядя на них, рассмеялся: «Сестрёнка, ты б хоть предупредила мальцов». Ребята смущённо стали убеждать, что они совсем не удивились. Мало ли кто как привык передвигаться. Так-то, наверное, и в самом деле удобнее. Эда же, отозвавшись серебристым смехом, поплыла впереди рядом с Воэнэнгом.

Они довольно долго шли тропинками. Лес был красив и светел, у деревьев не было сухих сучьев или обломанных веток, трава мягка и зелена, а тропы усыпаны пружинящей хвоей, хотя лес был лиственный. Видя, что дотошный Артём обратил на это внимание Этфард, который шёл рядом с Катей и расспрашивал её о жизни в их мире сказал,– «Это Арфин постарался, мой отец, мы скоро придём к его жилищу».

Вскоре ребята действительно услышали журчание воды и вышли на поляну, примыкавшую к небольшой речке. На поляне стоял рубленый дом с небольшим подворьем, огороженным деревянным забором. Калитки, однако, не было, а во двор вела просто деревянная арка. Но войти во двор они не смогли. Подойдя к арке, Игорёк, хотевший ступить во двор, наткнулся на препятствие. Сразу поняв, что это магия, он остановился в ожидании.

Этфард хлопнул три раза в ладоши, но ребята увидели, что из дома уже выходит старец. Крепкий, ладный, седовласый с расшитой повязкой на лбу и в льняных одеждах, он выглядел так, будто сошёл с картинки в книге древних сказаний. Этфард наклонил голову в поклоне: «Мы пришли, отец» Все поклонились, и старец величественно наклонил голову в ответ.

Кате же почему-то захотелось броситься к старцу и обнять его. И самое странное, что она так и сделала. Причём старец ничуть не удивился, а как будто ждал этого. «Заходи дочка, я так рад тебя видеть, и вас мои дети» – обратился он к Артёму и Игорьку, также обнимая их.

В доме, как и снаружи, всё было из дерева. На чистом строганом столе стояли туеса с ягодами и лепёшками, горшки с сотовым мёдом и со сливками, кувшины с молоком и травяным настоем. Вдоль стен шли широкие лавки, с накиданными меховыми подушками. Катя, ощутившая небывалый прилив сил и радостной энергии, вдруг почувствовала, что вот в этом доме она готова остаться навсегда. «Неужели это магия так действует» – мелькнуло у неё в голове. У Артёма и Игорька, тоже были странные лица. Артём всё время оглядывался, как будто пытался что-то вспомнить, а Игорёк смотрел на Арфина не отрываясь.

– Сын мой, ты хочешь задать мне вопрос? – ответил на его взгляд Арфин, как будто с надеждой.

– Нет, нет, просто мне кажется, я вас знаю, но не понимаю откуда.

– Возможно, знаешь, – улыбнулся Арфин

– Это просто дежавю, я ещё не сталкивался с этим,– рассмеялся, как будто отмахнулся от сомнений, Игорёк.

– Перекусите дети мои, – вздохнув, показал на стол Арфин, – я ждал вас.

Упрашивать никого не пришлось и, разместившись за обширным столом, ребята принялись уплетать содержимое туесов. Казалось, они пару часов назад поели в пещере, но голод уже дал о себе знать. Каждый кусочек и каждый глоток были так вкусны. У ребят было такое чувство, как будто они могут свернуть горы и достать звёзды с неба. Артём заглянул в кувшин с настоем, потом понюхал содержимое. Пахло чем-то похожим на шалфей и чабрец, которые его бабушка любила добавлять в чай, да ещё примешивался какой-то свежий запах незнакомой травы.

Оживлённо болтая, ребята встали из-за стола и пошли к уже ожидающему их Этфарду. Тот стоял, держа в руках три простых деревянных посоха.

– Это вам, чтобы полегче было идти. Разбирайте.

Каждый взял себе посох. И тут стали происходить странные вещи. На том посохе, который держала Катя, вдруг появился узорный серебряный набалдашник в виде шара. А сам посох остался деревянным, но весь покрылся символами и оказался обвитым серебряной же змеёй.

У Игоря, посох стал хрустальным, но тоже с серебряным набалдашником в виде птицы, сидящей на ветке, и по самому посоху заструились серебряные ленты.

А вот у Артёма посох превратился в золотой. Вверх по посоху поднимались изображения саламандр, а набалдашником служила голова дракона.

Ребята почувствовали, что они ждали этих посохов. Что эти посохи неотделимы от них и нужны им как воздух.

Катя заворожённо смотрела, как серебряная змея всё время двигается, то поднимаясь, то опускаясь по посоху, как будто хотела коснуться Кати, но не решалась. Катя, держа посох одной рукой, протянула к змее вторую, нежно погладив её по голове. И змея моментально поняв, что ей разрешают покинуть посох, обвилась вокруг Катиной руки и легла ей на плечи. «Ты со мной» раздался её шёпот, и Катя совсем не удивилась.

Может, она всегда понимала змеиный язык? Она рассмеялась от счастья и подняла глаза на Артёма. Перед ней был не тот подросток, который только вчера сидел за соседней партой, а юноша с копной рыжих волос и горящими глазами. Он смотрел в глаза дракону со своего посоха и что-то тихо ему говорил.

С Игорем тоже произошли перемены. Гордая Птица с его посоха сидела у него на плече, а ленты на посохе, трепетали, переливаясь холодными искрами.

«Как непривычно видеть тебя в платье», – вдруг обратил внимание на сестру Игорь. Катя удивлённо посмотрела на себя и обнаружила, что мягкое, струящееся платье цвета древесной листвы плавно облегает её, а на ногах удобные кожаные туфельки, похожие на балетки.

Как же я пойду по лесу в таком платье подумала она и для проверки сделала несколько шагов. Но к её удивлению, платье даже помогало ей двигаться. Мало того, у неё появилось чувство, что вот ещё чуть-чуть, и она будет парить над землёй как Эда.

С одеждой ребят тоже произошли перемены. На ногах у них были мягкие замшевые сапоги, а сама одежда была у Игоря тёмно-синяя с серебром, а у Артёма красно-коричневых цветов с золотистой отделкой.

Игорь обернулся к Арфину, наблюдавшему все эти превращения.

– Это вы наколдовали?

– Нет, сын мой, вы и сами на многое способны. И, заметив вопрос появившейся в глазах юноши, добавил, – но всему своё время, и в нужный час ты всё узнаешь. А сейчас Этфард расскажет вам, какое оружие используют у нас и покажет, как это делать.

– Но вы говорили, что нам не только оружие понадобится.

– Сын мой, пока вы ещё не можете участвовать в магических поединках. Но сила, выносливость и умение мыслить стратегически во время боя, вам будут нужны. А это вы можете в себе выработать только тренировкой с оружием. Поэтому начнём.

Этфард кинул Артёму меч, и тот, к своему удивлению, довольно ловко поймал его. Этфард рассказал, как правильно стать в позицию, объяснил, как следить за противником, чтобы тот не застал Артёма врасплох. Затем показал несколько приёмов.

Поупражнявшись с Артёмом, кивнул Игорю, что теперь его черёд. Ребята занимались ещё пару часов. И даже Катя участвовала в тренировке.

Затем уставшие ребята пошли к дому, в дверях которого уже стоял, поджидая их Арфин. Из кухни тянуло запахом свежих лепёшек и мяса. Ребята, увидев снедь, стоявшую на столе, не заставили себя упрашивать. Они снова были голодны так, будто неделю не ели.

– А куда делись Лунерд, Воэнэнг и Эда,– спросил Артём у Этфарда за ужином.

– Они пошли проведать Рохису, это мать Лунерда и Эды. Мы тоже сходим туда завтра. А сейчас отправляйтесь на речку поплавать, а потом отдыхайте. Если оголодаете, так на столе всегда найдёте чем перекусить. Постелили вам в соседней горнице.

Обрадованно переглянувшись, дружная троица бросилась к речке. У Кати с собой были запасные шорты и футболка, которые она обязательно брала в любой поход, так что с купальным костюмом проблем не было. Ей, конечно, было интересно, в чём же тут плавают девушки, но она решила, что выяснит это позже.

После купания ребята уже буквально падали с ног. Зайдя в отведённую им комнату, они увидели три широкие лавки с набросанными шкурами и подушками.

– Давайте обсудим сложившуюся ситуацию,– предложил Артём, когда каждый пристроил посох и улёгся на свою лавку.

Но сделать этого они не смогли, потому что, как только головы коснулись подушек, их веки отяжелели и сами собой опустились.

***

Катя открыла глаза. Артём и Игорь мирно спали. Девочка оглянулась и увидела, что её посох светится. Вернее, светились символы зеленоватым тёплым светом. Катя села на лавке и стала их разглядывать, пытаясь угадать значения символов. Письмена древних в целом понятны. Знаки воды, солнца, луны и звёзд, людей, деревьев и растений. Но для чего они тут и как их правильно читать. Ведь это не просто украшения.

Задумавшись, она не замечала, как змея старается привлечь её внимание. Наконец сквозь раздумья пробился её шёпот: «Гардиса, повелительница моя, почему ты ничего не делаешь, Эсмес ждёт твоих приказов. Ты уже так долго смотришь на посох. Тебе нужно лекарство? Но никто не болен»

Тут Катя поняла, что это к ней обращается змея, что зовут змею Эсмес, и что именно её она называет повелительницей и Гардисой. И имя это отозвалось в ней сразу. Это действительно её имя. В памяти начали проноситься странные образы. Вот она стоит на поляне перед костром, над которым висит котелок. Лунный свет опускается молочно-туманным лучом прямо в котелок и клубится там, превращаясь в отвар, а она добавляет туда травы. Эсмес же в это время лежит у неё на плече готовая по приказу принести ей нужный ингредиент.

«Я что колдунья?» – с некоторым страхом подумала Катя. Но тут в памяти всплыла ещё одна сцена. Больной ребёнок на руках у плачущей матери. И Катя терпеливо, по капле поит его отваром. Малыш открывает глаза, и слёзы горя превращаются в слёзы радости. Отец ребёнка, стоявший до того в стороне, бросается к Кате и целует подол её платья, называя её госпожой, феей-спасительницей и прекрасной богиней. Люди вокруг смотрят на неё с восторгом и любовью. Значит, не колдунья, во всяком случае не злая, облегчённо вздыхает она.

А как же тогда змея? Ведь змеи – это такие существа, которых добрыми не назовёшь. Но протянув руку и наблюдая, как Эсмес радостно обвилась вокруг неё и поползла, чтобы устроиться у неё на плечах, поняла: змеи такие же, как и все другие существа. Они нападают, когда считают, что им угрожает прямая опасность и не трогают, если могут избежать столкновения. Всё как всегда в этом мире. Просто у них есть яд и это заставляет людей бояться. Но ведь и у пчелы есть яд. К тому же не зря змея считается символом мудрости. А мудрость не может быть злой или доброй.

Так кто же она. И почему её называют феей и богиней. И что она вообще может, и зачем она здесь. И почему ей прямо не скажут обо всём, если она и так должна всё узнать…

## Глава 4. Воспоминания

В следующий раз глаза она открыла уже на рассвете, когда за окном стал волной подниматься утренний птичий гомон.

За завтраком ребята сидели очень тихо, уйдя каждый в свои мысли. Арфин, понаблюдав за ребятами, спросил их: «Как вам спалось, дети мои?»

Игорь встрепенулся.

– Я летал ночью, отец.

И вдруг понял, что назвал Арфина отцом. Причём сделал это легко и привычно. Замерев на секунду, после осознания этого момента, он решил не задерживаться на нём и продолжил.

– Я летал вместе с птицей со своего посоха. Зовут её Фунир. Мы летели над прекрасной страной. Было странно, что я лечу рядом с птицей, так легко и свободно, как дышу. Правда, внизу порой начинали клониться деревья под порывами ветра, и тогда Фунир просила меня лететь тише. Я спрашивал почему, но она говорила: «Повелитель, ты знаешь». Ничего прекраснее не было в моей жизни. Я даже не хотел просыпаться.

– И я тоже летал, но на драконе Рохвиффе со своего посоха, – подал голос Артём, – Мы улетели очень далеко, перелетев через море. Там были совсем пустынные места. Мы долетели до вулкана и стали на самом краю кратера. Я стоял, а у моих ног бурлила лава. Я наклонился и зачерпнул её ладонью, как будто это вода морская. На берегу этого огненного озера играли саламандры. Они все собрались вокруг меня. Спрашивали, где я был так долго. Я тоже не видел сна прекрасней. Мне было спокойно и уютно и хотелось играть и плескаться этой лавой.

– А что ты видела, доченька? – спросил Катю Арфин

– А я варила в котелке лунный свет и этим целебным отваром лечила ребёнка. Отец, а кто я?

– Ты всё узнаешь, дочка. Немного осталось.

– А что мы будем делать сегодня?

– Сейчас сходим в гости к Рохисе. До её дома совсем недалеко, так что дойдём быстро. Потом все вместе на Совет. А там, если время будет, ещё потренируемся.

Когда все встали из-за стола, Катя засмотрелась на Артёма. Он так изменился за это время. Плечи, казалось, стали шире, глаза сияли и тёмно-рыжие волосы, кудрявой копной спускались на плечи. Артём обернулся, как будто почувствовал её взгляд. Встретившись глазами, оба залились краской. Что это со мной, подумала Катя. Игорь же, взглянув на Артёма, пошутил: «Ещё и в путь не отправились, а тебе уже жарко. Потом, глянув на сестру, удивлённо вскинул брови, её волосы стали тёмного почти чёрного цвета, а глаза остались, как и прежде синие.

– Ты сегодня прямо как фея, сказал он, волосы так необычно заплела, и когда успела только.

Катя и впрямь выглядела по-другому. Белая, сияющая кожа, ярко-синие глаза и тёмные волосы, уложенные в необычную причёску, делали её облик необычно-волшебным.

Этфард, который уже стоял во дворе, махнул им рукой. Пора мол и в путь. Они пошли за Этфардом по тропинке усыпанной хвоей. Катя вся в думах о ночных видениях шла, держась за спиной Артёма. Но ходить по лесным тропинкам не такое уж лёгкое занятие. Даже если, они пружинят от мягкого покрытия, а на ногах удобные туфли. Катя шла, вспоминая, как ночью светились символы на её посохе. И вдруг, когда она запнулась в очередной раз за корень дерева, ей вспомнился символ, состоящий из волнистых вертикальных линий. Он всплыл в сознании светящийся, как и ночью, зелёным светом. Идти вдруг стало так легко и Катя осознала, что она плывёт над землёй как Эда.

Артём, обернувшийся в этот момент назад, застыл с открытым ртом. А Этфард, услышавший, что кто-то остановился, тоже оглянулся. За ним и Игорь захотел узнать, что ж такое происходит.

– Как это у тебя получается? – Артём в восхищении смотрел на Катю.

– Не знаю. Вспомнила символ с посоха и вот уже плыву по воздуху.

– Что чувствуешь? – Сразу перешёл к практическим вопросам Игорь

– Не могу передать.

– Ну как это, – допытывался Игорь,– тебя, например, ветром унести может?

– Почему-то не думаю. Мне кажется, что я могу удержаться на месте, если захочу.

– Что-то я не верю. Сейчас проверим, – рассмеялся Игорь и в шутку дунул на Катю.

Катя осталась на месте хотя подол её платья затрепетал на ветру, но по лесу пошёл шелест и ветки деревьев заметались с укоризной. С ближайших кустов на землю посыпались мелкие ветки и листва, а молодые деревца склонило к земле. Игорь, не понявший сначала что случилось, в удивлении оглянулся, как будто искал, откуда же взялся этот могучий порыв ветра. Артём же сразу сообразивший, в чём дело предложил повторить, только тихо. Игорь дунул очень осторожно, наблюдая, что же произойдёт на этот раз. Снова по лесу пошёл волной шелест. А Катя увидела, что посох Игоря, как будто ожил. Ленты искрились и вились по посоху, а птица раскрыла крылья, как будто хотела сорваться в полёт.

– Я ветер, ошеломлённо проговорил Игорь. Вот почему ночью деревья гнулись, когда я летал во сне.

– Или это не сон был? Задал он вопрос, глядя на Этфарда, но ответа ждать не стал.

Крутнув посох, он вдруг оторвался от земли и с ликующим смехом взвился над ними. Отлетев подальше, он сделал круг над лесом, но понял, что погорячился. Внизу деревья повалило от образовавшегося смерча. Сразу придя в себя, Игорь взмахнул рукой, как будто забирая порыв обратно и опустился на землю рядом с Этфардом. Его голубые глаза сияли от восторга, а светлые пряди волос, непонятно когда отросшие, разметались во все стороны.

– Ох, как же я соскучился по полётам, – сказал он

– А когда ты летал до этого? – спросила Катя.

– Всю жизнь. Мне кажется всю жизнь. Я знаю точно, что я это делал. Я помню это. Вернее, я помню это ощущение полёта. Я знаю, что мне надо делать, когда лечу, или как остановить порыв, как будто я уже родился с этим знанием.

Артём, внимательно слушавший Игоря, вдруг повернулся, и отойдя от тропинки, взял сухую ветку, валявшуюся под деревом, и щёлкнул пальцем. Она загорелась, а Артём стал гладить огонь как котёнка, ласково шепча ему что-то. И огонь словно живое существо, слушал, выбрасывая трепетные язычки пламени, а потом погас, как будто спрятался.

Катя обернулась к Этфарду.

– Так мы из этого мира? Кто мы? Как нас зовут? И почему мы были детьми в каком-то другом мире? Мы останемся здесь теперь навсегда? А что за опасности свалились на нашу страну?

– Сестра моя Гардиса, ты забыла, что всему своё время?

Имя Гардиса заставило вспыхнуть щёки Кати радостным румянцем. Это было её имя, которое произносили жители этой страны с радостью, благодарностью и любовью.

– Значит, Идар – ветер, Андвин – огонь, а я?

– Ты знаешь наши имена в этом мире? – перебил сестру Игорь

– Выходит, знаю. Не поняла, как это получилось. Как же так, мы что-то знаем, а что-то нет.

– Вы вспоминаете. И воспоминания всплывают в вас сильнее с каждой минутой. Скоро вы уже всё вспомните. Я не могу вам подсказывать. Вы всё должны сделать сами. Пойдёмте дальше. – ответил Этфард

– Но ты ведь назвал меня по имени. Значит, ты можешь подсказывать! – воскликнула Катя

– Нет. Это была случайность. А случайность – это уже предначертание, то, что требуется вам на пути воспоминаний, – ответил Этфард

– Но почему, почему нельзя просто взять и рассказать нам всё! Мы сэкономили бы столько времени. Я же понимаю, что какая-то опасность нависла над страной, и мы нужны ей, – в отчаянии воскликнула Катя.

– Вы очень нужны Эргирии. Как воздух и солнце. Но вы нужны полные сил, тех сил, которые спасительны для страны. Но силы эти к вам вернутся, только если вы сами вспомните всё. А потому не будем тратить время. В путь! – Этфард хлопнул по плечу Артёма.

День назад Артём упал бы от этого хлопка, а сейчас лишь покачнулся. Этфард, удовлетворённо хмыкнув, направился по тропинке, Игорь пошёл за ним, а следом отправились Катя и Артём.

Они шагали гуськом, погружённые в свои мысли. Невольно каждый из них силился вызвать в себе воспоминания. Так и шли, молча по тропинке, пока над ними вдруг не раздался треск. Катя, которая не шла, а плыла над землёй, от неожиданности опустилась на тропинку и еле успела увернуться от ветки, хлёстко пролетевшей прямо над ней. Кто-то подхватил её, увлекая в сторону. Она оглянулась и увидела, что Артём крепко держит её, огромное дерево, как будто застыло в воздухе, а Игорь, присевший на корточки, тихонько дует на него, придавая ему нужное направление. Сдув дерево в сторону от тропинки, где оно упало, поломав молодой подлесок, Игорь вдохнул воздух полной грудью и оглянулся на спутников.

– Как ты? – спросил он Катю

Катя, ещё ошеломлённая произошедшим, подошла и уткнулась ему в плечо.

– Испугалась

– Почему не отлетела?

– Не знаю. Растерялась. Как хорошо, что вы оба успели. Как думаешь, дерево само упало?

Этфард, который уже изучал место, где дерево обломилось, сказал

– Внешне, похоже, что само. Старое. Дупло прямо у основания. Вообще, отец следит за такими деревьями, знает их и убирает, когда уже ничего нельзя поделать. Дойдём до Рохисы, и Эда посмотрит всё ли тут чисто.

– А Эда может?

– Может. Она же богиня Луны. А это всегда связано с ви́деньем. Она так увидела, когда Воэнэнг был ранен, и спасла его.

– Как это?

– Воэнэнг, на самом деле, сын могущественного Бога Морских Пучин. Тёмного бога. Отец предназначил ему в жёны морскую волшебницу. Клан их был независим, умели они уходить в другие миры и Повелитель Тёмных Глубин хотел с их помощью усилить своё влияние. Но Воэнэнг уже давно любил Эду, как и она его. Они боялись признаться родителям. Эду ещё мать могла понять, а вот Владыка Морской никогда бы не согласился. Его жестокий нрав известен всем. Свою дочь он насильно выдал замуж за демона, Владыку Подземья. Хорошо, что потом они поладили и даже полюбили друг друга. Ольге́р дал И́ринг свободу, и она может, как и до замужества, следить за родниками и ручьями. Он даже подружился с Воэнэнгом.

Воэнэнг набрался храбрости и сказал отцу, что хочет жениться на Эде. Тот пришёл в ярость и заявил, что если сын его ослушается, то он проклянёт его. Родительское проклятие не испугало Воэнэнга, и он ушёл, заявив, что уходит навсегда из родительского дома. Что было потом, никто не знает. Эда прождала Воэнэнга весь вечер и решила посмотреть, что с ним произошло. В своём туманном шаре она увидела, что израненный, он лежит, не подавая признаков жизни. Тогда она бросилась к нему и с помощью брата и матери доставила к целительнице.

Фея вылечила Воэнэнга. Но при условии, что Эда вынесет вопрос о своём замужестве на Совет Эргирии. Эда согласилась. Совет призвал прорицателей, и те сказали, что союз этот во благо для страны. Любовь нельзя ни игнорировать, ни пытаться уничтожить. Любовь – это дар, который даётся тёмным богам очень редко и дар этот надо принимать с благодарностью. Совет разрешил этот брак, но Воэнэнг должен был доказать свою любовь. Ему дали испытания, с которыми он успешно справился и вот они вместе и счастливы.

– Так Воэнэнг тёмный бог?

– Смотря что ты хочешь сказать. Деление на тёмных и светлых богов это условность. Тёмными богами мы называем владык, связанных с определёнными стихиями и мирами. Не всегда тёмные боги – это плохие боги. Миры, которыми они управляют, накладывают на них свой отпечаток, как и они на свои миры, конечно. Вот, например, Воэнэнг. Матерью Воэнэнга была светлая лесная богиня, а он Бог Теней и Ночи, а значит, Тёмный Бог. Но ночь может быть звёздная, мирная и прекрасная, а может быть страшная, мрачная и разрушительно грозовая. Но с тех пор как Воэнэнг женат на Эде, даже грозы ночные не наносят урона Эргирии. Каждую ночь Воэнэнг рука об руку с Эдой берегут покой нашей страны.

Тёмным, бога могут назвать не только по той стихии, которой он управляет, но ещё и потому, что он не гнушается использовать свою силу против богов и людей. Однако таких богов сейчас практически нет. Даже демоны старательно несут службу на благо Эргирии. Но есть тёмные боги во всех смыслах.

– А кто ранил Воэнэнга?

– Он не знает. Говорит, что на него напали сзади. Эда тоже не смогла увидеть момент нападения. Всё было затянуто мглой.

– Не пойму, на какие-то вопросы ты отвечаешь, а на какие-то нет, – ворчливо поинтересовался Игорь-Идар

– Всё просто, когда мне можно ответить на вопрос, я отвечаю, а когда нельзя, то я просто не могу это сделать. Язык как будто прилипает, значит, эту часть важно вспомнить вам самим. Ну вот, мы и пришли. Смотрите, Эда встречает нас.

## Глава 5. Волшебный сад

Эда действительно встречала гостей. Она сидела под яблоней на деревянной резной скамье. Гардиса даже остановилась, так красиво выглядел сад за спиной Богини Луны. Деревья располагались, как будто небольшими рощами, а между ними стлались поляны с изумрудной травой и цветами. Гардиса понимала, глядя на сочетание цветов на полянках, что цветы именно посажены, но выглядели они так, будто выросли там сами. Каждое дерево гнулось под тяжестью плодов. Идар сорвал грушу с дерева, а на её месте тут же выросла новая.

–Это как? – удивился он.

– Так моя матушка – Богиня Плодородия, – рассмеялась Эда

Откусив грушу, Идар как будто в детство попал . Он вспомнил, сколько времени он тут провёл мальчишкой. Это было любимым местом их игр. Гардиса и Андвин тоже стояли, как зачарованные, любуясь садом. Вдруг на полянке появилась олениха с оленёнком. И Гардиса звонко рассмеялась, напугав их. Они тут же исчезли за кустом.

– Ты чего, – спросил Идар?

– Не помнишь, как мы получили тумаков от такой же оленихи, когда решили поиграть с её оленёнком?

Тут Андвин с Идаром тоже начали хохотать. Эда, улыбаясь, поднялась со скамьи и поплыла перед ними, показывая дорогу. Но Идар уже знал, куда надо идти и знал, что они увидят.

Дом совсем не изменился. Идар помнил его отлично. Увитый розами и жасмином белый дом выглядел так сказочно и нарядно, что невозможно было пройти мимо. Да никто никогда и не проходил. Все знали, что Рохиса всегда рада гостям и на её просторной кухне каждого ждёт корзина с фруктами.

Андвин приостановился, не понимал, почему он так волнуется. Однако затем его охватило такое радостное чувство, что он буквально побежал вперёд, опережая Идара, и, увидев в дверях дома Рохису, воскликнул:

– Матушка, я вернулся, – осознав в этот миг, что это его отчий дом

Рохиса обняла его, прижав к себе и замерев.

– Сын мой как же я счастлива, – прошептала она.

Гардиса смотрела на эту встречу и её озарило, почему она назвала Арфина отцом, а с Этфардом хотелось побегать наперегонки. И тут же нахлынули воспоминания, как она, Этфард и Идар постоянно устраивали шуточные соревнования. Идар, до которого в этот момент тоже всё дошло, ошеломлённо смотрел то на Гардису, то на Этфарда.

– Вы хоть стреляйте теперь, а я обратно не вернусь,– заявил он.

– Брат мой,– прогудел Этфард,– высшая цель движет нами, и мы будем поступать как должно.

– Поступать как должно, – передразнил Идар Этфарда, – пожил бы без магии. Ладно, куда деваться, пошли брат. Как ты, здоровяк толстокожий, вообще моим братом оказался?

Этфард ухмыльнулся. Толстокожий здоровяк. Идар с детства его так называл. Значит, вспомнил.

Войдя в дом, они уселись вокруг просторного стола.

– Как тебе живётся в мире людей, сынок,– спросила Рохиса

– Хорошо матушка. Но всё равно, какое счастье, что мы лишены воспоминаний, а то я бы и дня там не вынес.

– Ты силён духом, мой сын, и вынес бы и это. Но цель перерождения вовсе не в том, чтобы помнить свою истинную сущность. Цель в том, чтобы прийти к ней снова в процессе новой жизни и стать ещё лучше, чем был. Трудно нам будет возвращать вас обратно в мир смертных, но опасность, нависшая над Эргирией, требует вашего вмешательства.

– Матушка, расскажи же, что происходит и зачем мы нужны.

– Сынок, погоди ещё немного. Мы должны предстать перед Советом Эргирии. Перед этим я расскажу что могу, остальное узнаешь там. А пока пройдись по саду. Тебе это вернёт ещё часть воспоминаний, а с ними и сил.

Все поднялись из-за стола и вышли в сад. Андвин в задумчивости пошёл по тропинке, которая вывела его к невысокой мшистой скале, из-под которой бил родник, наполняя маленький каменный бассейн и выливаясь из него, бежал по специально проложенному руслу. Андвин, напившись родниковой воды, присел тут же на мягкой траве, прислонившись к пружинистому мху, и закрыл глаза.

В голове роились мысли и в памяти вдруг всплыло имя. Риммор. Это он Тёмный Бог Морских Пучин и отец Воэнэнга. А ещё Риммор тот, с кем он бился в жестоком поединке и одолел. Но первый удар тогда принял на себя Идар.

Риммор напал, когда все воины были заняты отражением мелких набегов на границах Эргирии, которые, как выяснилось позже, сам же Риммор и подготовил. Только Идар оказался случайно рядом с Гардисой. Его легко ранило, и Этфард отправил его подлечиться, а заодно доложить Совету обстановку и проверить как там дела. Внезапно дом Арфина окружили, и только поставленная им защита спасла Гардису от похищения. Риммор, а напал именно он, в свою очередь, окружил дом магическим кольцом, что не помешало Арфину попросить у Совета помощи. Но выбраться из дома они с Гардисой уже не могли.

Идар вызвал Риммора на бой. Тогда он ещё не знал, что меч Риммора не просто наносит раны, а отбирает жизненные силы. Идару важно было отвлечь напавших от дома Арфина, и ему это удалось. Пока он бился с Риммором, Арфин с Гардисой смогли исчезнуть. Сам Риммор во время битвы не мог поддерживать кольцо вокруг дома, а обычным колдунам не под силу было тягаться с Богом Леса и Богиней Мудрости и Врачевания.

Бог Ветра держался в бою сколько мог. Но он был молод и не так искушён в битвах, как Владыка Морских пучин. Риммору удалось ранить Идара, но тут подоспели войска Совета и сам Андвин. Два воинства стояли напротив друг друга, готовые к жестокой битве. Андвин уже знал, как они могут избежать кровопролития, но если он ошибётся, то страна навсегда подпадёт под власть Повелителя Тёмных Глубин. Однако, иного шанса избавиться от Тёмного Владыки у Эргирии не было, поэтому он просто кивнул Таронжу, и Бог Солнца от имени Совета предложил Риммору решить вопрос поединком между ним и Богом Огня.

Бог Морских Пучин ни секунды не медлил с согласием. Имя Андвина было для него ненавистно. Победить соперника и получить вдобавок власть над Эргирией, а потом и Гардису, было достойной наградой в его глазах. С горящими от радости глазами он наблюдал, как Андвин отходит на свою позицию, отстёгивает ножны и откидывает их, как ему подают щит, и следом он показывает, что готов к бою. Риммор тоже снял ножны и отбросил их, чтобы не мешали в бою.

Всё это всплывает отрывками, но достаточно связанно. Следом он видит, как Риммор лежит на земле раненый, не в состоянии подняться. Он сам, Идар и Гардиса стоят вокруг него, читая заклинание «Отнятия Силы».

Вот почему они вынуждены пока жить в ином мире. Они совершили, пусть и вынужденное, но преступление. Отнятие магических и божественных сил карается законом. Совет попросил их свершить это, потому что они трое связаны крепчайшими узами и могли действовать как одно целое, а для заклинания это непременное условие. Но даже свершённое во благо преступление подлежит искуплению и, если их призвали, это означает только одно: Риммор на свободе.

***

Гардиса тихо шла между деревьями, любуясь цветами. Она нагибалась, когда видела особо привлекательный цветок, касалась его лепестков, и память услужливо подсказывала ей название и полезные свойства. Вдруг девушка почувствовала знакомый запах, и перед глазами всплыло поле боя. Цветок, нежно-сиреневый цветок с тонким ароматом бросает она в котелок с отваром. Переждав несколько мгновений, черпает оттуда лечебное питьё и спешит напоить им раненого Идара. А совсем рядом слышится гул. Это два воинства расходятся, чтобы освободить место для поединка Андвина с Риммором. Идар без сознания и Гардиса поит его по капле. Вот затрепетали ресницы, вот порозовели губы и краски вернулись к мертвенно-бледному лицу.

Но это было позже. Гардиса похолодела, вспомнив то отчаяние, когда ей принесли на носилках брата. Она тогда сразу поняла, что если не потеряла его ещё, то произойдёт это совсем скоро. Видно было, что кольцо его жизни поблёкло и скоро совсем исчезнет. Все, или почти все, жизненные силы забрал Риммор у её брата. Меч Риммора, как оказалось, наносил только смертельные раны. Даже лёгкий порез этим мечом забирал у жертв силы и жизненную энергию.

Стукнув посохом и отдав приказ Эсмес, достала Гардиса котелок и, подхватив луч солнца, начала творить своё волшебство. К солнечному лучу она добавила силу её божественного рода, а через пару минут Эсмес протягивала ей «скромного эльфа», так звали в народе этот хрупкий цветок с чарующим запахом. Сиреневый скромник всегда прятался в траве, как эльф прячется от ярких солнечных лучей. Обладал он чудесным свойством возвращать силы тем, кто их потерял и находился буквально на грани небытия. Говорят, вырос цветок из слёз Звёздной феи, которая хотела вернуть силы любимому эльфу, раненному в бою. Но сорванный, через короткий срок терял свои волшебные свойства, поэтому важно было немедля добавить его в питьё. Цвёл он всего раз в год и очень недолго. На их счастье, была как раз его пора.

Как только Бог Ветра пришёл в себя, сразу попытался вскочить и броситься на поле битвы. Еле удержала его сестра. Но Идар хотел видеть, как бьётся Андвин. А бой был нешуточный. Богу Огня приходилось теперь опасаться даже малейшей царапины, нанесённой мечом Риммора. Андвин бился изо всех сил. Казалось, он был в нескольких местах одновременно. Но постепенно движения его замедлились и Морской Владыка стал теснить его.

Страшно было даже вспоминать эти мгновения. Вот Андвин увернулся от очередного удара, отскочил, затем снова увернулся и ещё отбежал. Оглянулся, увидел, что отходить некуда, а тут Риммор решил покончить с ним одним мощным ударом. Андвин поднимает щит. Но что щит перед мечом Владыки? В этот момент девушка закрыла глаза. Но следом раздался общий вскрик, и она невольно посмотрела на поле боя. Риммор уже лежит на земле, он ранен. Андвин, приставив остриё меча к его шее, не даёт ему подняться, но враг и без этого не смог бы встать. Ранение серьёзное.

Буквально через мгновение, подхваченная братом, она уже стояла рядом. Идар и Андвин направляют руки на Риммора, и сама Гардиса, не думая, делает то же самое. Как только было произнесено первое слово заклинания, Повелитель Тёмных Глубин уже не мог пошевелиться. Из ладоней трёх богов исходит сначала слабое сияние, потом оно растёт и соединяется сначала в светящееся кольцо, а затем образует как будто кокон вокруг поверженного бога. Звучат последние слова, свет гаснет. Риммор обессиленный лежит, не открывая глаз. Гардиса наклоняется над ним. Срочно, срочно надо отнести его к костру. Как смотрел на неё Тёмный Бог, когда она обрабатывала и залечивала его рану. Эту ненависть, казалось, можно было потрогать руками. Какое счастье, что всё это позади. Или не позади?

Гардиса оглянулась по сторонам. Так явственно вспомнились ей события тех дней, что не сразу она пришла в себя. Наклонившись и нежно погладив скромного эльфа, прошептала она ему слова благодарности и за брата, и за вернувшуюся память.

Заметив дерево с персиками, она направилась к нему и вдруг увидела Андвина. Он тоже шёл к этому дереву. Встретившись глазами, оба остановились, потому что снова поплыли картины очередных воспоминаний.

***

Гардиса стоит в саду. Вернее, прячется за раскидистой яблоней. Ей не хочется идти домой. Там опять сидит Риммор. Он буквально осаждает их дом, уговаривая Арфина повлиять на дочь. Тщетно он пытался говорить с самой девушкой. Та наотрез отказывалась выйти за него замуж. Риммор был высок, темноволос, с глазами изменчивыми, как его морские просторы, отличался яркой и мужественной красотой. Он был повелителем огромных владений. Все просторы морские и острова принадлежали ему, но как же он был высокомерен и жесток. Девушки его боялись. У него уже было несколько жён, и все они сбегали от него через какой-то срок.

А самая первая жена, от которой у него были сын и дочь, умерла. Была она лесной богиней, нежной и тонкой как ивовый прутик. Покорно склоняла она голову перед крутым нравом Риммора, но истаяла, оставив маленьких детей. Малышей сначала воспитывали лесные боги, но, когда они подросли, отец затребовал их в свой дворец, упирая на то, что раз нет матери, то дальше воспитанием должен заниматься он. Несладко пришлось брату и сестре в отцовском холодном глубинном дворце. На дочку он мало обращал внимания и выдал замуж, как только подвернулся выгодный случай, несмотря на её слёзы. А сыну он много уделял времени, но карал за малейшую ошибку. Считал Риммор, что Владыка Ночи станет со временем его ближайшим соратником и помощником. Тем более что Воэнэнгу подчинялись ещё и дневные тени. Надо отдать должное, он вырастил из него отличного воина. А вот в магии Воэнэнг отца не догнал. Юноша был всегда замкнут и неулыбчив. И только Эда могла вызвать его смех и зажечь искру в глазах.

Как только не пытался Риммор обхаживать Арфина. Рассказывал ему, что в его дворце Гардиса будет счастливой хозяйкой, что сумеет он уберечь её от всех невзгод. Устал Арфин объяснять Риммору, что не будет он принуждать дочь к замужеству. Потребовал оставить их в покое и пригрозил пожаловаться в Совет. Ушёл Риммор, но от желания своего не отступился. Он решил, что уничтожит Совет и станет владыкой в стране. Тесно ему было в своём дворце, жаждал он власти, преклонения и повиновения. И красавицу Гардису тоже жаждал. И готов был смести всё на своём пути.

А Гардиса уже и думать о нём забыла. Пело её сердце. Пело от любви и нежности. У Серебряного водопада повстречала она Андвина и как будто увидела его в первый раз. Росли они вместе, вместе шалили и учились, относились друг к другу как брат с сестрой. Но в тот летний день, видно, шаловливый Бог Любви столкнул их у пенных струй. Поняли они, что сердце у них теперь одно на двоих и новостью этой поделились с родителями.

Арфин с Рохисой порадовались за детей и, посовещавшись, решили сыграть свадьбу ранней осенью. Да не успели этого сделать. Поднял Риммор восстание против Совета и попытался поработить богов.

Вспомнила Гардиса, как Таронж открыл им единственный путь избавления от Тёмного Бога. Проплыла картина, как запечатывали саркофаг со спящим Риммором. Вспомнилось, как обрадовались они, что им было разрешено проходить круги перерождений вместе.

Что же могло случиться? Зачем их вызвали, прервав этот путь? Или неважно это. Вот перед ней её любимый. Сейчас их минута счастья, которую они получили, пусть и невольно.

***

– Волшебница моя – тихо шепнул Андвин, – придётся нам ещё ждать, чтобы быть вместе.

– Недолго уже. Отведённые нам жизни скоро закончатся. Людской век короток и это последнее рождение, – еле слышно ответила Гардиса.

– Но нас вызвали для битвы. Мы оба знаем с кем придётся сражаться, и потом нам опять придётся расплачиваться.

– Я забыла об этом,– грустным голосом ответила Гардиса, – но мы что-нибудь придумаем.

– Вот это вряд ли, – улыбнулся Андвин, заглядывая в подозрительно заблестевшие глаза любимой, – битва есть битва. Там или ты побеждаешь, или тебя побеждают. Я предпочитаю пройти ещё один цикл, лишь бы потом быть вместе с тобой.

– Я тоже, – вздохнула Гардиса, склонив ему на плечо голову.

На дорожке показалось светлое пятно. Это Эда плыла к ним.

– Пора, брат мой, нам надо посмотреть случайно ли упало дерево, и затем нас ждут в Совете.

# Примечания

1

Компьютерная ролевая игра (англ. Computer Role-Playing Game, обозначается аббревиатурой CRPG или RPG)

2

англ. Gwyn – Повелитель Света в известной игре Dark Souls

3

Dark Souls компьютерная игра в жанре action/RPG

4

Dark Souls