Май Сарт
В конце всё только начинается

«Станция «Щелковская». Конечная. Поезд дальше не идет, просьба освободить вагоны». Каждый раз после этих слов меня охватывает щенячья тоска. Правда, тоска меня охватывает еще раньше, где-то после станции «Площадь революции». И с каждой последующей станцией она нарастает, становится все сильнее, невыносимее, достигая своего апогея – стадии «щенячьей», на щелковской. Конечные станции они такие. Вначале ты запрыгиваешь в переполненный вагон, тебя крепко прижимает к чьей-то подмышке, ты еле дышишь, но счастлив, что запрыгнул, и радостный, практически одной только силой мысли, потому что руки зажаты чьим-то пузом, чатишься в телефоне. Постепенно люди доезжают до дома. Покидая поезд, они целуют на прощание тех, с кем провели день или сколько-нибудь времени, сопровождая это веселым: «Ну всё, моя станция». А я остаюсь. И мне кажется, что тот, кого только что поцеловали, и кто тоже остался – грустит. Весь вагон дружно завидует тому, кто его покидает. И каждый представляет, как было бы круто жить тут, где вагон покидают чуть раньше… Но и он, каждый, через некоторое время доезжает. А я по-прежнему остаюсь и еду дальше. Почти всегда одна. И вот ты сидишь в пустом, прохладном только твоем вагоне и вместо того, чтобы радоваться этому, смотришь в темное подземное окно и с чувством полной обреченности ожидаешь объявления о конечной… Чем дальше от центра ты живешь, тем больше разрыв между тобой и реальной жизнью. Пока ты большую часть своего бесценного времени проводишь под землей, ожидая объявления «Щелковской, конечной», чтобы прийти домой, переодеться, выпить чай под «Дождливый день в Нью-Йорке», люди в центре даже не возвращаются домой. Там жизнь кипит постоянно. Я это знаю точно, потому жила на «Площади революции». Это был лучший год в моей жизни.

– Куда тебя подвезти? – спрашивал, например, меня после неудачного свидания ухажер.

– Не надо, пешком дойду. Я тут живу за углом, в Столешниковом переулке – отвечала я с преисполненной гордостью.

В это же самое время сотни девчонок добирались на «Щелковскую» после неудачного свидания в метро или на автобусе и думали: «Что со мной не так?». На подобного рода размышления нужно очень много времени. А оно есть только у тех, кто живет не в центре. У меня на такие уничижения не было времени. В центре много классных ребят. По пути до Столешникова, можно сходить еще с кем-то на свидание. И не раз.

– Станция «Площадь революции», – прерывает мои романтические воспоминания голос в метро и весь вагон встает, и вот уже все столпились у выхода.

– Вы будете выходить? – спрашивает в толпе почему-то именно меня пожилая женщина в белой шляпе.

– Да, – отвечаю я машинально, хотя никогда не понимала этого вопроса. Вернее, я понимаю, что так делают тревожные люди. Им важно контролировать все, чтобы снизать уровень собственной тревожности. Ты выяснил, что человек, стоящий впереди, и потенциально помеха на твоем пути, тоже выйдет, тебе легче. А если ты выяснил, что человек не выходит, он тебе сейчас уступит свое место ближе к выходу и ты выйдешь из вагона на доли секунды быстрее. Самое забавное случается тогда, когда в переполненном вагоне, все забиваются у выхода, и неожиданно, из толпы раздается: «Вы будете выходить?».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.