Миссионер Джейн
Во имя Великой Империи. Книга 1

Часть

I

: Начало Легенды

За 8 дней до

Паула стояла у двери с подносом в руках. Из маленького чайника доносился терпкий аромат чёрного чая. Девушка глубоко вздохнула. На сердце было слишком неспокойно. Её господин каждый вечер перед сном любил выпить горький напиток, когда не был в странствиях. Это успокаивало лорда. Паула же каждый раз приносила чай с трепетом в сердце. Да, она была служанкой, но это не помешало ей увидеть в своём господине прекрасного зрелого мужчину. Каждый раз, когда он звал прислугу, Паула была рядом. Когда он собирался в долгие походы, она всегда провожала его и со слезами смотрела ему вслед. Но, к огромному для неё сожалению, господин не замечал её. Только прислуга, не более. Хотя лорд никогда не оскорблял своих прислужников, он не относился к ним, как к семье. Он даже не знал их имён. Они приходили и уходили, сменяя друг друга. Любой, кому не нравилась эта работа, мог покинуть богатое поселение, но люди знали, что как только уйдут, они не смогут вернуться. А это означало только одно: они не будут неприкосновенны перед солдатами вражеских и местных армий. Работа на лорда и жизнь в его маленьком суверенном государстве обеспечивала рабочим людям и их семьям полную безопасность, которая была просто необходима в это страшное и неспокойное время.

Лорд только неделю назад вернулся из похода в далёкий город Измунд, на окраине земель Волка. Но мужчина был сам не своим. Он всегда путешествовал один, налегке, но в этот раз по дороге на него было совершено нападение разбойников. Убили его лошадь. Мужчина с трудом остался в живых, отбиваясь от грабителей. Ему удалось убежать. Преступников было слишком много, и лорду пришлось пересилить свою гордыню и бросить битву. Бегство… Это не было его характерной привычкой. Самовлюблённый гордый лорд всегда встречал опасность в лицо. Эта же история ударила более по его гордыне, нежели нанесла телесные травмы. Однако огромная глубокая свежая рана всё же красовалась на его спине, шрам от которой, видимо, не сойдёт никогда.

Когда юной служанке выпала честь перевязать раны своего господина, она была готова заплакать от счастья. Паула до сих пор представляла себе, как он благодарит её приятными словами, а она перебирает между пальцев его длинные тёмно-русые волосы. Но это была лишь фантазия. После перевязки он резко встал и, не сказав ни слова, отправился в спальню. Мужчина даже не посмотрел на девушку. Словно она была одним из этих разбойников. Но Паула не обижалась на лорда.

С самого детства, когда её родители переехали в Зелёный Рай и устроились на работу в качестве прислуги в поместье лорда, она знала его. Когда ей было шесть лет, юноше было уже за двадцать. Потом в результате несчастного случая погибли родители Паулы, а девушке оставалось лишь посвятить жизнь служению объекту своего обожания. Спустя пятнадцать лет службы ему Паула так и не услышала от него ни единого слова, обращённого к ней лично. Все его приказы она исполняла, но он произносил их обобщенно. Господину было неважно, кто перед ним, лишь бы выполнил своё дело. Теперь лорд значительно возмужал, и вместе с его телом окрепло и самомнение. Если в юности он хотя бы редко, но улыбался маленькой служанке, то теперь даже не смотрел на неё. Юноша стал первой детской любовью для маленькой девочки. Теперь же эта любовь переросла в страшное помешательство, безумие в её голове. Девушка ложилась спать с мыслью о лорде, утром с ней просыпалась. Она снимала волосы с его расчёски и вдыхала всей грудью их запах. Паула словно обезумела. Но в окончательное слабоумие она впала совсем недавно. Перед тем, как лорд отправился в этот поход в Измунд, во время которого свершилось нападение. Мужчина как раз надевал на себя доспехи, когда-то закалённые в местной кузне и благословенные известным на всю округу Ведущим Магом Викаэлем, когда служанка вошла в зал с бутылью красного вина для господина. Но прямо перед лордом девушка споткнулась об собственное платье и упала, разбив бутыль у его ног. Вино забрызгало зеркало и доспехи вельможи. Паула лежала на полу, в страхе подняться. Повисло молчание. Лорд глубоко вдохнул и гневно выдохнул, сдерживая раздражение. Паула закрыла голову руками. Однако господин просто громко хмыкнул и быстро удалился. Лёжа на полу, Паула увидела мужчину с другого ракурса. Девушка словно была в восторге от той мысли, что господин мог наказать её за это, что его рука могла схватить её за волосы… Может, он даже ударил бы её по лицу! Служанка глупо и влюблёно улыбалась, смотря, как недовольный господин сдерживает гнев…

Но Паула отвлеклась от этих воспоминаний и, наконец, постучала в дверь.

–Войди,– раздался голос лорда с ноткой раздражения. Девушка в уме посчитала до трёх и вошла.

Лорд стоял у зеркала, обнажённый до пояса. Господин смотрел на свою рану на спине. По лицу мужчины можно было прочитать, что он был готов взять меч и убить всех, кто на него напал, прямо сейчас, в этот момент. Чёрные брови были нахмурены, зубы стиснуты. Сейчас лучше не попадаться под разгорячённую местью руку лорда.

–Ваш чай, лорд Ройдфорд!– тихо произнесла служанка и дрожащими руками налила напиток в кружку. Господин по-прежнему не смотрел на прислугу. Огромная рана, рассекающая спину, привлекла всё его внимание. Глубокий разрез пролегал от его левого плеча до самого правого бедра. Если бы мужчина не уклонился от удара, то разбойник перерубил бы его позвоночник. Эти мысли заставляли кровь лорда кипеть ещё сильнее. Девушка решила всё-таки добиться слова из его напряжённых уст.

–Вы развязали повязку, мой господин,– едва слышно произнесла она,– Это очень опасно, рана ещё слишком свежая! Нужно снова обработать её… Позвольте мне позаботиться об этом!

Лорд повернулся к служанке и гордо ухмыльнулся. Подумал несколько секунд, прежде чем резко ответить.

–Перевяжи,– коротко приказал он и сел на край кровати. Служанка быстро схватила заранее приготовленный на тумбочке материал для перевязок и принялась за дело. Когда смесь лечебных трав коснулась открытой плоти, ни мускула не дрогнула на лице господина. Эти травы дезинфицировали рану, но боли они доставляли, словно травма только что нанесена. Однако терпению вельможи можно было позавидовать. Паула, стиснув зубы, смачивала настоем трав глубокую рану, слегка надавливая на кожу, чтобы лечебная смесь проникла и внутрь. Мужчина поднял руки вверх, чтобы девушка могла без проблем выполнить своё дело. Материя становилась всё короче. Дыхание Паулы сбилось окончательно. Хоть спина мужчины и была изрядно травмирована, рельеф аккуратных мышц пробуждал запретные желания… Девушка поправила волосы господина и замерла, не закончив. Она заворожено смотрела на его обнажённые широкие плечи, стремительно выпадая из реальности, но раздался привычный до дрожи звук. Лорд недовольно цокнул языком.

–Что ты делаешь там?! Уснула? Или мне так сидеть, пока ты намечтаешься?!– грубость лорда привела Паулу в чувство. Служанка заправила материю, чтобы та не развязывалась, и погладила тонкими пальчиками по плечам господина. Она хотела увидеть, как мужчина отреагирует на это, поэтому действовала очень осторожно. Лорд опустил руки. Медленно, словно ничего не имел против вольностей девушки. Паула положила голову на его правое, не изувеченное плечо, но господин тут же вскочил и подошёл к зеркалу. На лице мужчины не читались эмоции. Словно девушка была лишь бездумной машиной для выполнения поручений, и не намекала ему на желание нежности своими ласками только что. На лице лорда жажда крови грабителей, и ни капли тепла, которое Паула хотела в нем пробудить. Служанка замерла. Господин смотрел на себя в зеркале. В глазах пробуждалось ещё больше злобы.

–Забудь об этом,– холодно произнёс он. Девушка вздрогнула от неожиданности, но с её губ всё же сорвалось слово…

–Почему?

–Ты что, не видишь, кто перед тобой?!– приказным тоном лорд испугал её,– Как смеешь ты даже мечтать обо мне?! Ты давно смотрела на себя?!

Он нагло усмехнулся и обернулся к ней. Впервые. Его глаза были прищурены, брови нахмурены, а губы искривлены в надменной ухмылке. Паула открыла рот от удивления. Лорд унижал её, а девушка видела перед собой лишь предмет своего очарования, своей страсти. Мужчина был холодным и злобным, а Паула трепетала от нахлынувших чувств.

–Что, будешь, как и все, вылизывать мои ноги, виляя хвостом?– лорд скривил лицо в поддельном презрении и вновь посмотрел в зеркало,– Пойди прочь! Ничтожество.

Девушка словно отключилась. Она молча любовалась на господина, не впустив в свои уши оскорбления. Лорд посмотрел на отражение Паулы в зеркале. Мужчина замер в ожидании, что служанка ответит на унижение своей чести достойно. Что она встанет в полный рост и отстоит своё право на гордое звание человека. Что она оскорбит лорда в ответ фразой, которая будет являться правдой, укажет на его главный недостаток: раздутое самомнение. Швырнёт чайник на пол и гордо удалится, покрыв лорда такой бранью, какой свет не видывал. Да… Если служанка это сделает, воин точно найдёт с ней общий язык! Ему нужен был человек, который способен постоять за себя. Лорд Ройдфорд был очень одинок, и в следующий поход ему нужен спутник, способный составить ему равную в беседе компанию. Господин как раз думал об этом, когда Паула вошла в комнату. Постоянное одиночество сильно давило на психику, но лорд хотел именно достойного собеседника. Паула первая, кто зашла к лорду после того, как эта мысль проникла в его голову. И господину было наплевать, кто этим спутником будет: мужчина или женщина. Лорду нужен гордый человек, как и он сам, а благородство и понятие чести вельможа самостоятельно воспитает в душе помощника. Сколько планов пронеслось в голове мужчины! О, если бы только Паула отстояла свою честь! Да лорд научил бы её управляться с оружием, вдвоём они обошли бы всё королевство с мечами и щитами, уничтожая тех, кто встанет на их пути!.. Но Паула вскочила с кровати и упала перед господином на колени, уткнувшись носом в пол. Лорд презрительно фыркнул. Такие планы разрушились одним этим поступком! Мужчине стало до того обидно, что он был готов завыть волком прямо сейчас.

–Прочь с глаз моих, презренная!– в сердцах закричал он,– Я не хочу тебя больше видеть! Никогда. Хотя бы в этот момент сохранила бы достоинство, жалкая подстилка!

Паула сжала его босую ногу обеими руками и прикоснулась к ней щекой. Мужчина с отвращением зарычал. Схватил девушку за волосы и поднял с колен.

–Пошла прочь, я сказал! Ты мне отвратительна!– господин развернул служанку спиной к себе и толкнул на дверь. Девушка сделала несколько шагов в сторону и упала, ударившись лбом о край небольшого деревянного столика у кровати. Стоявший на тонкой ножке подсвечник с потухшей свечой покачнулся, но не упал.

–Вон отсюда!– повторил лорд ещё злее, потому как служанка даже уйти достойно не могла. Паула быстро поднялась на ноги и выбежала прочь, дрожащей рукой закрыв за собой дверь.

Господин молча смотрел на то, как девушка убегала. Именно поэтому он презирал людей. Сколько унижений было адресовано в сторону лорда, когда он был совсем юным, а парень гордо отстаивал свою честь и достоинство. Лорд Ройдфорд построил свой небольшой город под чарующим названием «Зелёный Рай», поселил в нём своих, выкупленных у короля крестьян, окружил их заботой. Люди всегда были недовольны. Они судили парня за его спиной, распускали сплетни о его связях с вражескими войсками. В конечном счёте, великий мудрец Викаэль сказал юноше, что не стоит так отдаваться людям. Они не стоят таких усилий и средств, что молодой вельможа вкладывает в их жизни. «Только страхом ты заработаешь их уважение»,– произнёс тогда старец. В тот день лорд поспорил с магом, мол, «ты слишком сильно недооцениваешь людей», но старик стоял на своём. Юноша послушал мудрого мага, и во владениях лорда Ройдфорда был восстановлен порядок. Больше никто не осмеливался осудить парня за его спиной, так как знал, что провинившегося ждёт наказание: плеть, голод в оковах, а далее – вечное изгнание из Зелёного Рая. Изгнанный больше не будет защищён от нападений врагов. Таких беззащитных крестьян в ближайших деревнях и городах без конца грабили любые, кому не нравится счастливая жизнь трудового человека. Поля выжигались, скот уводили, крестьянки вынашивали детей ублюдков, даже не зная, кто именно является отцом. День за днём. Год от года. Грабила и насиловала, в том числе, и королевская власть. Лорд защищал крестьян от этого кошмара, поэтому самым страшным наказанием было изгнание, нежели плеть и голод, который можно было перетерпеть. Страшное же давление со стороны преступных групп и властной структуры перетерпеть было невозможно.

С тех пор, как люди начали бояться лорда Ройдфорда, его жизнь изменилась. Все ходили перед ним на цыпочках, ползали перед ним на коленях, причём по собственной воле. Ройдфорд ненавидел, когда перед ним унижались, но это помогало сохранить авторитет. Когда мужчина был благосклонен к ним, люди постоянно судили его, готовили козни, подговаривали королевских приближённых к принятию мер против самовольного землевладельца… Теперь всё иначе, и лорд постепенно привык к этой власти.

И теперь, когда девушка выбежала из его спальни, мужчина презрительно стиснул зубы. Паула точно такая же, как и все остальные. Видимо, лорду никогда не найти достойного человека. Презрение к людям с каждым днём всё усиливалось. Они сами доказывали свою убогость. Каждый день. Лорд сел на кровать и закрыл лицо руками.

–Ну, ладно,– прошептал он,– Ведь всё нормально, Арчибальд! Не было друзей, и не надо. Всё равно все люди – предатели. Они не стоят твоего общества… Не стоят даже капли крови из твоего пальца.

Большой ком воздуха застрял в груди. Одиночество давило на психику. «Они до тряски меня боятся…»– подумал он, тяжело вздыхая,– «Думаю, справедливо… Я принёс достаточно смертей…». Арчибальд подошёл к стене, на которой висел его меч. Лорд снял его и посмотрел на своё отражение в лезвии. Широкие чёрные брови были изогнуты так, что только по ним можно было прочитать злобный пыл мужчины. Карие глаза выражали безразличие. Тонкие губы уже привыкли к презрительной ухмылке. Темно-русые волосы ложились на широкие плечи. «Может, я и в правду то самое чудовище, которое они во мне видят?»…

За 7 дней до

Солнце встало из-за горизонта и, осветив поместье в центре прекрасного города Зелёный Рай, ворвалось в окно спальни лорда яркими лучами, навязчиво играя на лице мужчины. Арчибальд нехотя открыл глаза. Сегодня он спал дольше, чем обычно. Вчерашний всплеск эмоций сильно утомил лорда, да ещё и эта рана не давала заснуть большую часть ночи. Меч лежал на постели в одной руке воина. Арчибальд забыл убрать его вчера на место. Меч был единственной радостью своего хозяина и, как ни странно, единственным, кто его понимал. Закалённый великими мастерами своего дела, этот меч был готов служить Ройдфорду очень долго. Лорд заботился о своём оружии, как если бы меч был живым существом или даже продолжением его собственной руки. Арчибальд ещё с раннего детства утомлял себя тренировками, а когда ему исполнилось четырнадцать, взялся за оружие. То были мечи, секиры, ножи, шесты и даже булавы. И это только из того, что можно было перечислить наспех. Арчибальд обожал боевое искусство, несмотря на то, что это увлечение не сочеталось с его мечтой детства. Однако в данный момент, не имея достаточно времени на длительные тренировки, он выбрал себе одно оружие на все случаи жизни.

Лорд поднялся с кровати и начал собираться. Сегодня он должен предстать перед юным королём Стоунхедом. Но вельможа никогда не являлся по приказу. Он приходил только тогда, когда считал нужным. Арчибальд Ройдфорд был уважаемым человеком во дворце, и молодой король проявлял к нему благосклонность и почтение, в связи с мудростью мужчины и значительной разницей в возрасте. Из-за своей искренней любви к путешествиям Арчибальд часто брал с собой особо важные свитки и послания от короля в другие королевства. Но это было маленькой тайной между Ройдфордом и Стоунхедом, чтобы никто не перехватил письма по дороге. Даже самые приближённые люди короля не знали об этой сделке. За такую услугу вельможа получал баснословную сумму, возможность видеться с королём, и даже давать ему дельные советы. Однако лорд не пользовался доверием восемнадцатилетнего правителя, который был на этом посту всего лишь жалкий год. Откровенно говоря, Ройдфорд был абсолютно безразличен к государственным делам. Арчибальд выполнял своё дело, как и во времена отца Стоунхеда, крестьяне лорда были защищены от любой невзгоды (за исключением гнева самого господина), а что происходит за пределами Зелёного Рая… Ройдфорд, грубо говоря, наплевал на всё. Однако же стража короля несколько дней назад, когда лорд был в походе, ворвалась в город и увела нескольких крестьян. Королевские разбойники ещё и нанесли серьёзные травмы тем, кто пытался защитить своих близких от несправедливого обвинения во всех смертных грехах. Некоторым отрубили руку, нескольким отрезали язык. Этого вытерпеть Арчибальд не смог. Лорд оделся в свои излюбленные доспехи, взял меч и отправился в путь. В столицу земель Волка, под напыщенным названием в честь нового безответственного короля – Стоунхед. Не было ни малейшего желания сегодня есть. Внутренняя обида на людской род отбивала аппетит.

Ближе к обеду лорд прибыл во дворец. Когда нога воина ступила на землю города Стоунхед, Арчибальд поморщился от ощущения ужасных страданий. В королевстве было неспокойно. Полмесяца назад прошёл слух о надвигающемся восстании. Вероятно, этот слух распустили сами приближённые короля, но он принёс неслыханный доселе хаос. Солдаты выбивали двери в домах крестьян, на которых доносили все, кому не лень, и переворачивали всё вверх дном, ища доказательства назревающей смуты. Не дай Бог, если найдут хоть что-то, напоминающее оружие. Все крестьяне были вынуждены полностью разоружиться, и солдаты сожгли их оружие на главной площади. Тех, у кого по-прежнему находили орудие обороны, бросали в подвалы домов и поджигали. Некоторых крестьян даже обвиняли в чёрном колдовстве и сжигали живьём прямо на глазах у соседей, родственников и детей. Когда Арчибальд вошёл в город, в воздухе по-прежнему витал терпкий стойкий запах сгоревшей человеческой плоти. Что казалось самым жестоким и смешным для лорда: никакой смуты на самом деле не назревало. Просто кто-то из королевских советников решил, что крестьяне чувствуют себя слишком свободными, а это могло привести к ослаблению королевской власти. Человеческие головы горой лежали у входа в город, как показатель, что может случиться с тем, кто скажет хоть одно слово против короля. Среди этой горы голов Арчибальд увидел и головы недавно уведённых крестьян из Зелёного Рая. Кровь лорда вскипела от ярости.

–Ройдфорд!– пронесся шёпот среди местных крестьян, когда вельможа на долю секунды остановился перед сгоревшей хижиной. Клубы дыма возвышались в небеса в разных частях столицы, словно колонны. Ройдфорд почувствовал болезненный укол в сердце. Даже для него это было слишком страшное зрелище. Миловидный юноша колол дрова, когда заметил господина. Парень поставил колун и подошёл к лорду, делая вид, что просто идёт по пути с вельможей.

–Благородный господин!– шёпотом обратился юноша,– Прошу Вас! Помогите нам! Заберите нас отсюда! Стоунхед обезумел, а стража убивает нас, как скот на бойне!

–Отойди от меня, глупый!– прошептал Арчибальд, не смотря на парня,– Хочешь, чтобы и меня сожгли на костре за помощь заговорщикам? Хочешь помощи, так устройся на службу ко мне! Но не смей шептаться! На нас смотрят.

Лорд быстрым шагом отошёл от юноши. Всего несколько секунд, и вельможа услышал крики за спиной. Парня схватили солдаты. Громкие обвинения в предательстве королевской власти лишь вдалеке отзывались в пропитанном запахом горящей плоти воздухе. Но лорд не оборачивался. Он не хотел вмешиваться в дела чужого королевства. Крик ужаса и свист лезвия меча, что разрезал воздух. Крик оборвался. Юноша совершил необдуманный поступок, когда подошёл к Ройдфорду при свидетелях. Теперь и голова этого парня будет лежать у входа в город, дополняя картину…

Стража без слов пропустила Арчибальда к королю. Ноги лорда ступали уверенно по огромному коридору. Стук каблуков отзывался в каждой колонне, в каждой стене. Тронный зал. Молодой король смеялся, смотря на своего шута, который рассказывал парню весьма оскорбительные для женщин шутки, кривляясь и извиваясь, словно в экстазе. «Презренный ублюдок»,– подумал лорд,– «В то время как солдаты жгут его народ, паскуда хохочет и празднует. На его руках кровь невинных, а он слизывает её с наслаждением, закатывая глаза от морального удовлетворения… Унести жизни сотен людей, и это только в столице, и получать наслаждение от этого?! Я никогда этого не пойму и не желаю понимать! Но ещё больше я не понимаю людей, которым есть, куда бежать, но они остаются, принимая свою участь, подобно овцам… Склоняют свои головы, встав на колени, чтобы палачу было ещё удобнее резать их бренные тела. Но я не в его власти! Я не собираюсь вылизывать его окровавленные ботинки и вилять хвостом!». Король поднял взгляд на Ройдфорда и сразу прогнал всех из зала мановением руки. Шуты, стража, слуги – все ушли за считанные секунды.

–Арчибальд Ройдфорд! Как приятно видеть тебя!– король льстиво захлопал в ладоши, как ребёнок. Лорд снова ухмыльнулся, с трудом скрывая презрение.

–Ваше Величество, Стоунхед,– начал Арчибальд,– Я знаю, что тебе известно, какой ужас происходит за пределами твоего дворца. Да, ты устроил настоящую резню для собственного народа! Наверное, тебе это даже нравится… Но мне отчасти всё равно. Я пришёл не высказывать своё мнение о том, что меня не касается, у меня более важный вопрос: с какой стати ТВОИ солдаты приходят в МОЙ город и угрожают МОИМ крестьянам?! С какой стати ТВОИ солдаты покалечили МОИХ людей, и тем более, почему я вижу головы МОИХ подопечных на ТВОЕЙ территории?

Король замер, словно лорд рассказал ему небылицу. Затем юноша засмеялся и махнул рукой.

–А-а-а… Точно! Не бери в голову, Арчибальд! Я просто неожиданно вспомнил, что твой город находится на территории моего королевства. А значит, что твои крестьяне тоже могут замышлять бунт и подговаривать моих людей. Им это запросто! Ну, сам подумай! У тебя твоим людям живётся хорошо, налоги они мне не платят, хотя должны бы. Спрятались за стенами Зелёного Рая и решили переманить к себе ещё рабочей силы. Тебе это, конечно, только в пользу, а мне это не нравится. Мы ведь с тобой не хотим, чтобы какая-то парочка глупцов испортила наши с тобой идеальные отношения, верно?..

–Я могу ручаться за своих подопечных!– возмутился лорд,– У нас был договор, Стоунхед! Я выполняю твои секретные поручения, а ты не трогаешь моих людей!..

–Я думал, что они тебе безразличны!– король встал с трона,– Ещё недавно ты сам говорил мне, что люди – это очень жестокие и алчные создания, которым нельзя доверять. Но я понимаю твои убытки. За каждую голову даю столько, сколько ты уплатил мне за них.

–Я очень терпеливый человек, Стоунхед, но, когда сам король нарушает своё слово…

–Я не нарушал данного тебе слова, Арчибальд!– закричал король,– Я сказал, что не трону твоих, пока они не нарушают мои законы…

–Мои люди не покидают Зелёный Рай, а в моём городе никто и слова о твоей власти не говорит!.. У нас своя жизнь.

–Тогда почему я послал на Зелёный Рай своих солдат, если вы все там такие праведные? Сомневаетесь в благоразумии своего господина, лорд Ройдфорд?– лицо короля перекосило от злобной улыбки. Казалось, что юноша питался яростью лорда, словно вампир. Арчибальд нахмурился в гневе.

–Благодаря твоему развязному языку меня чуть не убили! Шрам на моей спине останется навсегда. Ты нарушил слово! Ты кому-то рассказал о нашей сделке, сказал, какой дорогой я могу поехать! Это самое что ни на есть покушение на мою жизнь! А потом ты дважды преступил закон, Ваше Сиятельство, нарушив право Зелёного Рая на неприкосновенность от Ваших властных длинных рук!– лорд в гневе сжимал рукоятку своего меча. Король нахмурился.

–Первоначальный договор ты заключал с Махоу,– прошипел Стоунхед сквозь зубы,– Да хранит Господь его душу! Со мной у тебя новый договор. И я решил, что имею право немного изменить условия, когда этого требуют обстоятельства.

–Меняешь правила во время игры!?– Арчибальд больше не контролировал свою злость, стиснув зубы,– Это тебе не игры с мальчишками на улице! Твои игры обходятся людям слишком дорого! Каждый раз, когда ты меняешь правило, умирают люди. Что за правитель может позволить себе такую безответственность!?

–Вы обвиняете короля в безответственности, лорд Арчибальд Ройдфорд?! Я прошу Вас уйти,– Стоунхед сел на трон и позвал стражу, ударив молоточком по небольшому гонгу рядом. Вся свита вернулась в зал и заняла свои места. Никто даже не смотрел на лорда, словно мужчина был пустым местом. Шут тут же начал свои безумные пляски перед правителем, вынуждая Ройдфорда отступить на шаг, чтобы безумец в своём танце не зацепил его. Арчибальд прищурился от собственного бессилия перед королём и резко отправился к дверям. Руки дрожали от страшного неудержимого желания прямо сейчас подойти к Стоунхеду и перерезать ему глотку, но в зале слишком много стражи. Стоунхед, несмотря на всю свою наглость, испытывал страх перед своим прямым конкурентом. Он знал, что Арчибальд, если бы хотел, мог выйти на улицу и прямо сейчас, в эту же минуту произнести речь, которая пробудит ненависть в сердцах крестьян. Ненависть к собственному королю, а разъярённую толпу не сдержит даже стража Стоунхеда. Арчибальда знали и слишком уважали. Эта игра становилась опасной для самого короля.

–У меня тоже чисто случайно могут появиться к Вам некоторые обвинения, лорд Арчибальд Ройдфорд,– голос короля заставил вельможу остановиться. Ройдфорд обернулся в сторону правителя через плечо. Стоунхед, как и Арчибальд, в эту минуту думал об этих вещах. Король ехидно улыбался, намекая Ройдфорду, что не оставит ему шанса в этой борьбе. Улыбка Стоунхеда не сулила лорду ничего хорошего, но он гордо поднял голову и толкнул огромные двери, что есть силы. Двери захлопнулись за ним, а вместе с лордом ушла и его надежда на спокойную долгую жизнь свободного землевладельца…

Роковая Ночь/День 1

Целую неделю лорд был, как на иголках. Его рана беспокоила его в самую последнюю очередь. Арчибальд ждал набега солдат Стоунхеда. Совсем перестал спать. Окружил стены Зелёного Рая военно-экипированной охраной, которая беспрерывно дежурила день и ночь, сменяясь лишь на сон. На большую часть средств он хотел нанять наёмников, однако получил отказ от каждого, кого встречал. Никто не хотел помогать человеку, слухи о котором расходились с безумной силой. Уже все знали, что Арчибальд вступил в конфликт со Стоунхедом, поэтому наёмные бойцы старались держаться от него подальше. В итоге Ройдфорд организовал поставку оружия в свой город и всех своих подданных одарил мечами, щитами и копьями. На испуганные вопросы крестьян: «Зачем?», он отвечал: «На всякий случай». Арчибальд знал, что подопечные не убьют его. Ройдфорд всегда защищал их от любой беды и теперь, когда он раздал всем оружие, люди знали, что дело нешуточное. Все должны были сплотиться, стать единым целым, если они хотели противостоять врагу. К сожалению, лорд никому не сообщил, кем являлся их главный враг, но это и так было ясно после того, как королевские разбойники ворвались в Зелёный Рай в первый раз. Однако Ройдфорд предупредил население, что в целях безопасности старикам, женщинам и детям стоит уйти в долину, покинув свои дома, но люди остались в городе. Они боялись, но ещё больше боялись остаться без защиты лорда. Мужчины же, даже зная о таком предупреждении, предпочли остаться с господином до конца и сражаться за Зелёный Рай, чтобы он не достался Стоунхеду. Этот город был делом чести для каждого, и Ройдфорд гордился подобной верностью своих крестьян.

Ночь. Луна освещала лес. Ночная смена стражи Ройдфорда разместилась на своих местах. Идеальная ночь для нападения. Такая яркая, что можно передвигаться без факелов. Это и настораживало Арчибальда. Он был в своей спальне после двухчасового сна. Больше двух часов в сутки мужчина не мог спать уже неделю. Навязчивая мысль, что солдаты ворвутся в Зелёный Рай, когда Ройдфорд будет спать, не отпускала лорда. Вокруг глаз Арчибальда были чёрные круги от недостатка отдыха и постоянных нервов. Кожа мужчины значительно побледнела за эти несколько дней. Арчибальд перестал есть. Он постоянно смотрел в окно. Он не мог позволить этому коварному существу взять верх над ним! Никогда! Есть лишь один способ покорить гордого лорда – убить его! Арчибальд смотрел в окно своей спальни, пытаясь разглядеть вражеские силуэты в лесу, но никого не видел. Это ещё сильнее настораживало Ройдфорда. Нужно выйти на улицу и посмотреть вблизи самому. Арчибальд надел доспехи и вновь взял меч со стены. Лорд посмотрел на своё отражение в лезвии. Какая ирония… Сегодня был день его рождения, но вспоминать об этом совершенно не было времени. Скорее всего, Стоунхед подготовил лорду сюрприз именно в этот знаменательный день. «Оказывается, я не самый страшный монстр в этом королевстве»,– подумал он и воинственно вставил оружие в ножны.

–Лорд,– раздался тонкий девичий голос за его спиной.

–Это снова ты?– спокойно произнёс Ройдфорд, не оборачиваясь,– Я уже сказал, что не хочу тебя больше видеть. Никогда.

Девушка подошла к нему и склонила голову.

–Прошу Вас, не выходите на улицу! Вы знаете, что что-то страшное должно произойти. Мы защитим Вас…

Арчибальд улыбнулся.

–У девочки на побегушках появилось своё мнение…– жестоко пошутил он,– Как мило…

–Прошу Вас!– прошептала служанка,– Послушайте меня!

–Не смей указывать своему господину, что ему делать!– Арчибальд обернулся к ней,– Это – мой бой! И я его должен принять! Ты – не воин, к тому же слишком юна и глупа, чтобы это понять.

Когда Паула посмотрела на мужчину, она снова поймала его взгляд на себе. Но на этот раз служанка не улыбалась. Она знала, что возможно видит лорда в последний раз.

–Почему Вы так злы ко мне?– спросила она, медленно качая головой,– Возможно, мы больше никогда не увидимся…

–Потому что ты такая же, как и все,– безразличие читалось в его глазах,– Готова склонить голову, как покорная собака, вылизывать мои руки, если я прикажу, забыв о чести и гордости… Чтобы ты знала, я хотел увидеть сопротивление, но ты доказала, что не способна проявить достоинство. Сегодня мой шанс проявить его в полной мере. И я не стану, как и ты, падать в ноги и унижаться, умоляя бросить мне косточку. Я никогда ни перед кем не вставал на колени, и сегодня этого не случится! Кстати, где твой кинжал? Я приказал всем ходить с оружием.

–Он за дверью. Я оставила его, потому что всё равно не смогла бы им воспользоваться…

–А если враг ворвётся сюда?– спросил лорд. В этот раз зло не звучало в его голосе. Арчибальд был более холоден, чем всегда. Ему было абсолютно всё равно. Ройдфорд думал лишь о предстоящей битве с солдатами короля.

–Значит, Вы защитите меня,– прошептала Паула и расставила руки для объятий. Арчибальд прошёл мимо неё и остановился перед дверью.

–Видимо, я показал тебе не всё своё презрение к людскому роду,– ответил он достаточно грозно,– Я ничего и никогда не делаю ради кого-то. Даже эта свобода, которую я дал всем вам… Я дал её людям ради себя же самого. По своей прихоти…

–Они убьют Вас, господин,– холодно сказала Паула,– Неужели Вы достаточно глупы, что не осознаёте этого?

–Ты, наконец, сказала мне правду в лицо,– хмыкнул Ройдфорд с поддельной улыбкой,– Но я понимаю, чем это всё для меня закончится. Но знаешь, у меня есть честь. Странно для денежного мешка, правда? Лучше стоя пасть в пучину Вечности, чем прожить жизнь на коленях… Теперь я уверен, что тебе этого никогда не понять…

Арчибальд вышел в двери. Девушка упала на пол и закрыла лицо руками. Если солдаты ворвутся в Зелёный Рай, то судьба Ройдфорда будет решена. Но это – его выбор. И его честь…

Арчибальд шёл по длинному высокому коридору к выходу из поместья. Мысленно мужчина считал шаги. Внутреннее чувство подсказывало, что бой будет именно сегодня. Именно из-за предчувствия Арчибальд предварительно отдал приказ усиленно патрулировать местность в эту ночь. Ройдфорд вышел на улицу, ступая по каменной дороге. Он окинул взглядом ближайшие дома. На крыльце одного из них стояла молодая женщина, держа на руках своего малыша. Рядом, держась за платье матери, стоял мальчик, точно так же, как и женщина, смотря на господина взглядом ярко выраженного страха, но и столь же яркой надежды. В их глазах мужчина прочёл доверие и веру в силы воина. Арчибальд хотел улыбнуться горожанам, но не смог. В груди всё сжалось в один болезненный ком. Мужчина отвёл взгляд, смотря на дорогу. Арчибальд закусил губы и ненадолго прикрыл глаза, затем резко выдохнул и снова угрожающе нахмурился. Личные переживания стоит оставить глубоко внутри. Люди не должны были видеть его волнение! Они должны верить, что сегодня их ждёт победа. Ройдфорд почувствовал резкий укол совести. Обманывать самого себя ещё, куда ни шло, но лицо малыша рядом с матерью, подобно клейму, врезалось в память. Нужно было забыть об этом немедленно! Лорд вышел за ворота родного города. Зелёного Рая.

–Господин,– страж средних лет отдал ему честь.

–Лучше молча выполняй свою работу,– ответил лорд, опечаленно смотря на главную дорогу в обитель Стоунхеда. Крестьянин подумал несколько секунд, прежде чем заговорить.

–Если это последний день наших жизней, господин, я должен Вам сказать… Служить именно Вам было честью для меня и моей семьи!

Арчибальд улыбнулся. Но улыбка эта не была злобной. Возможно теперь, когда его подопечный осознавал приближающуюся кончину, он не льстил. Возможно, человек и вправду так считает. Арчибальд кивнул и в качестве моральной поддержки положил свою руку на плечо крестьянина. Тот с заметным счастьем, хоть и с нескрываемым страхом перед бойней, хотел поклониться лорду.

–Хотя бы в эту ночь,– прошептал Арчибальд,– Не приклоняйся передо мной. Это битва за наши жизни и за нашу свободу в стенах нашего родного города. Битва за наших женщин и детей, за наших матерей, сестёр и пожилых отцов! Мы противостоим алчности и ненависти! На нашей стороне Справедливость, и каждый, кто посмеет покуситься на нашу честь, дорого заплатит за свою гордыню!

Крестьянин кивнул, а все присутствовавшие рядом солдаты восхищённо сжали кулаки. Арчибальд сам не верил в правдивость своих слов, но должен был поднять силу духа вынужденных воинов.

–Гнилой до самой своей чёрной душонки пастух решил, что мы будем бояться,– продолжил Арчибальд уже во весь голос, вытащив меч из ножен,– Решил, что мы будем дрожать от одной мысли, что он готовит своих псов к нападению на стены нашего города. Он решил, что мы разбежимся, как жалкие овцы. Но мы отстоим своё право на жизнь! Сегодня именно МЫ будем резать его скот! Именно МЫ прольём их кровь сегодня, и очень скоро вся столица будет купаться в крови его собак! Мы не убийцы, как они! Мы свободные люди, которые не насилуют женщин, не мучают детей и не жгут города! Сегодня мы отстоим наши земли, а завтра уже сам Стоунхед, ублюдок, что покалечил и убил наших родных, будет верещать от ужаса, захлёбываясь кровью и давясь собственными зубами!

–Воистину!– подхватили несколько солдат. Арчибальд видел, как они вдохновлялись, вспоминая недавнюю трагедию. Нужно было вдохновить их! Нужно было сделать это сейчас…

–Доставайте оружие, воины!– закричал Арчибальд,– Я хочу видеть вашу ненависть! Я видел головы наших людей у ворот столицы. Всех, кого он увёл! И он поплатится за это! Стоунхед будет гореть в Вечном Огне!

Неистовствующие крики толпы. Ройдфорд чувствовал, что его собственная речь завела даже его самого. Страх исчез, сменившись слепой яростью. Арчибальд увидел движение в кустах. Враг подкрался незаметно, но недостаточно. Ройдфорд сорвался с места и подбежал к укрытию. Когда оттуда выскочил солдат, Арчибальд не стал разбираться, готов ли был тот атаковать или бежать. Один удар решил всё. Похоже, Стоунхед посылал на разбой даже необученных воинов, хотя, для того, чтобы грабить, не нужно уметь сражаться. Казалось, брызнувшая на землю кровь разожгла огонь неудержимого безумия. Битва началась, и солдаты Зелёного Рая с горящими глазами приняли на себя волну выскочивших из укрытий королевских бандитов.

Кровавое месиво. Солдаты короля были вооружены с ног до головы, но у стражи лорда было главное оружие: желание жить и быть свободными. Крестьянин, впервые державший в руках клинок, в отчаянии бросался в бой, отстаивая жизнь своей семьи и свою собственную. Каждый страж убивал по три – по четыре солдата, сражаясь с достойным уважения мужеством, но врагов было слишком много… Лорд сражался с особой яростью, отойдя в сторону от своих крестьян, чтобы ненароком не зацепить их. Его ненависть подпитывало осознание, что именно из-за него его собственный народ оказался под ударом врага, а значит, Ройдфорд должен сделать всё возможное, чтобы спасти как можно больше жизней ни в чём неповинных людей. Арчибальд уклонялся от атак, как мог, но вскоре почувствовал, что силы начинают покидать его. Врагов оказалось слишком много, они окружили воина, и Арчибальда спасала лишь его природная ловкость и сила. Он чувствовал, как его собственная кровь щекочет кожу, как открылась рана на его спине, и с каждой потерянной каплей приближалось бессилие. Времени оставалось мало. Это ещё больше разгневало воина.

С каждым ударом Ройдфорд всё отчаяннее рубил тела врагов, но Арчибальд был живым человеком и не мог противостоять бесконечному полчищу солдат. Ройдфорд знал, что если не успеет прийти на помощь к своим людям, то от Зелёного Рая совершенно ничего не останется. Перед глазами всплывала картина крестьянки с её детьми, этот взгляд надежды… Нельзя подвести своих людей! Они остались ради него, подвергая себя смертельной опасности! Арчибальд с рыком отчаяния рванулся вперёд, к воротам, растолкав солдат короля. В глазах лорда загорелось пламя ужаса. Безжизненные тела крестьян вперемешку с трупами солдат лежали друг на друге. Битва за воротами города уже закончилась, но за стеной врагов Ройдфорд не заметил этого раньше! Солдаты короля уже вошли в Зелёный Рай, за ограждением возвышались клубы дыма. С криком отчаяния Ройдфорд рванулся в город.

Миновав ворота, Арчибальд собрал все свои силы, чтобы добраться до центра пожара. С каждым шагом Арчибальд оставлял на земле капли своей крови, образы в глазах размывались, но Ройдфорд не собирался сдаваться. Если ещё был хоть какой-то шанс спасти людей, он будет сражаться! Детский вопль достиг ушей, женский визг резал душу на части. Люди звали на помощь. На дороге лежали трупы мирных горожан, которые не были в состоянии сразиться с вооружёнными до зубов убийцами. Рядом с горящим амбаром собрались королевские псы, ликуя от чувства победы. Арчибальд ускорился, выжимая из себя все соки. Он увидел размытый образ мальчишки, который недавно держался за юбку матери. В его руке был нож. Солдаты безумно захохотали, когда мальчик бросился на одного из них, пытаясь так же, как и Арчибальд, выпустить людей из горящего амбара.

Лорд закричал, словно раненный зверь, срывая голос, когда один из солдат схватил ребёнка за волосы и резким движением полоснул по горлу своим боевым кинжалом. Арчибальд остановился. Он осознал, что больше никому не сможет помочь. Вопли стихли, остался только треск горящих дров и плачь оставшихся в живых, над которыми скоро будут глумиться… Как только лорд умрёт. Ройдфорд часто задышал, глотая ненависть, что обжигала душу. Ехидные смешки были обращены к воину. Твари знали, что больше лорду было нечего терять. Они уже отняли у него всё. Медленно подходили и солдаты со стороны ворот, отрезав воину путь к отступлению, но Ройдфорд не собирался бежать.

–Один на один со мной сразиться никто не желает?– прошипел сквозь зубы Арчибальд, сплёвывая вязкую слюну с привкусом металла,– Всё, что вы можете, это убивать беззащитных. Это вершина ваших возможностей, поганые гниды!

–Гниды, за то живые, в отличие от тебя, ходячий труп,– засмеялся полководец, снимая шлем,– Может, хочешь вымолить пощады? Ты истекаешь кровью, ты всё равно проиграл!

–Где Стоунхед?– Арчибальд ещё сильнее нахмурился, дыша всё глубже и чаще,– Пусть сразится со мной! Во мне ещё достаточно сил, чтобы насадить его башку по самую рукоятку моего меча!

–Мне всегда было интересно, почему о тебе так много говорят, Ройдфорд,– усмехнулся мужчина, подходя ближе,– Говорят, людей убиваешь, как масло режешь. Хладнокровный убийца, гроза всех, кто стоит на твоём пути, мечом управляешься, словно танцуешь, от женщин отбоя нет… Оказалось, преувеличивают. Самый обычный человек… Слабый, смертный… жалкий.

Арчибальд ничего не ответил. Он никогда не любил говорить, если на то не было причин, и сейчас их не видел. Резким движением он рванулся вперёд. Полководец лишь успел широко раскрыть глаза до того, как боевой кинжал оказался в его лбу, выходя наружу через затылок. Ройдфорд сразу вырвал его обратно, оттолкнув ещё стоящий на ногах труп ударом ноги. Солдаты, стоявшие рядом, тут же рванулись к воину. Не было времени ловить падающее тело военачальника. Когда Арчибальд из последних сил занёс меч, один из солдат выбил оружие из рук мужчины. Ройдфорд тут же бросился на него с ножом, но двое схватили лорда из-за спины. Арчибальд дёрнулся, вырвавшись из хватки, но земля уже плыла из-под ног, а стоявшему перед ним солдату осталось лишь ударить Ройдфорда кастетом в челюсть. Арчибальд услышал хруст, но ничего не почувствовал. Рассудок затуманила жажда отмщения за своих людей. Если смерть была неизбежна, Арчибальд должен был забрать с собой столько тварей, сколько ещё мог! Ройдфорд схватил солдата за руку и резко потянул на себя. Ударом второй рукой по локтю нападавшего Арчибальд переломал его пополам. Ехидного смеха не было. Солдатам больше не было смешно.

–Да держите же вы его уже!– крики всё больше расплывались,– Как он ещё на ногах держится!?

–Хренов медведь! Валите его!

–Ну и здоровяк!

–Не стой там, придурок! Хватай его!

Арчибальд уже ясно осознал, что теперь больше ничего не сможет сделать. Он потерял слишком много крови, и этот удар, что он нанёс, был самым последним, на который Ройдфорд был способен.

–Вы все пойдёте за мной в Ад!– зарычал он, смотря на расплывчатые силуэты. Двое солдат схватили Арчибальда из-за спины и на этот раз получили лишь слабое сопротивление. Рассудок покидал воина. Кто-то поднял меч Ройдфорда с земли. Арчибальд закрыл глаза. Это был не крик боли. Крик ярости, ненависти и отчаяния заставил лес содрогнуться. Меч лорда вошёл в широкую спину, пронзив гордо стоящего воина насквозь. Убили. Убили, как труса. В спину. Арчибальд выдохнул и закатил глаза, позволив полной темноте забрать его навсегда.

Резкая боль отступила, руки освободились. Ройдфорд больше не чувствовал слабости, тошноты и головокружения. Отсутствие ощущений доказало ему, что всё кончено. Арчибальд больше не видел перед собой солдат и поле битвы. Ничего. Непроглядная тьма. Ройдфорд попытался коснуться рукой своей груди, но ощутил нечто доселе неведомое. Невесомость. Не было ни единого звука, огонька или запаха. Арчибальд даже не ощущал самого себя, но медленно тьма начала рассеиваться. Ройдфорд зажмурился и закрыл голову руками от резко охвативших его тело языков синего пламени. Он снова чувствовал свои руки и боль. Внезапно стало слишком жарко, но не от огня вокруг. Арчибальд застонал от жгучей боли внутри. Он упал на колени на раскалённые камни, держась за остриё меча, торчащее из его груди. Жар от клинка становился сильнее, Ройдфорд лёг на скалу, пытаясь вытолкнуть лезвие из себя, но как он ни пытался, ничего не выходило. Меч словно был приварен к лорду и не двигался с места. Огонь распространялся по венам, заставляя сердце гореть. Ройдфорд закричал, не выдержав эту пытку. Это болело не тело… Тело не может испытывать такую боль. Арчибальд понимал, где теперь его душа, и что так мучает его, не позволяя даже встать. Ярость, которую он испытывал в последние секунды своей жизни, превратилась в его наказание. Арчибальд вспоминал горящий город, мёртвые тела крестьян и лицо мальчика, когда выродки убили малыша… Чем больше он думал об этом, тем сильнее кипела его кровь, тем сильнее горело его сердце, а горло сжималось от нечеловеческого вопля. Арчибальд кричал не от боли. Он знал, что теперь никогда не сможет отомстить Стоунхеду, никогда не вырежет каждого из тех солдат, что отняли его жизнь и жизнь его народа. Каждого из тех, кто отнял у Ройдфорда всё… Арчибальд стоял на коленях, стиснув зубы, склонив голову от бессилия. Ненависть жгла его изнутри. Языки пламени обнимали лорда, напоминая ему о его жажде мести. Несмотря на неземные пытки от каждой мысли о ярости, Арчибальд не мог перестать о ней думать. Как бы больно ему не было, он не гнал свою злость. Чем сильнее горел огонь в его душе, тем больше он понимал: Арчибальд никогда за всю свою жизнь не желал ничего настолько сильно, как мести. Ройдфорд упивался этой жаждой, прокручивая в голове, что он сделал бы, если бы получил шанс вернуться. Когда его душу в очередной раз охватило пламя, он позволил огню наполнить себя, впустил его глубже, смирившись со своей участью. И боль отступила. Осталось лишь только болезненное ледяное отчаяние и безысходность…

День 2

Паула всю битву пряталась в подвале брошенного дома, в котором уже много лет никто не жил. Когда-то этим домом владели люди, которые, как выяснилось, докладывали известную им информацию о настроении лорда Ройдфорда королю Махоу, из-за чего в итоге были изгнаны из города. Теперь же это полуразрушенное здание даже не привлекло внимание солдат, когда они добивали оставшихся в живых, грабили хижины и поместье, и издевались над девушками, чтобы потом, когда самые грязные желания уже были удовлетворены, обезглавить несчастных, оставив их тела гнить на земле. Многие женщины предпочли смерть бесчестию и сами напарывались на своё оружие. Лишь наутро солдаты покинули опустошённый город. Тела лежали прямо там, где их настигла неминуемая гибель. Солдаты не стали прибирать за собой, получив дополнительное удовольствие от вида разорённого поселения. Стоунхедские псы увезли лишь тело военачальника, и то только для того, чтобы показать горожанам в столице, что Роун Магр «пал смертью храбрых, мужественно сражаясь за честь великого короля Стоунхеда». Паула просидела ещё пару часов в подвале после того, как голоса стихли, убеждаясь, что никто не вернётся. Девушка с трудом открыла повалившуюся дверь и вышла на свежий воздух. Если его можно было назвать свежим…

Паула часто дышала, пытаясь прочистить лёгкие от запаха пыли и трухлого дерева, однако лёгкий ветер постоянно окутывал девушку дымом и копотью. Паула в ужасе посмотрела на разграбленную улицу. Девушки, которые ещё совсем недавно гадали с Паулой на суженного и смеялись, лежали на земле, раскинув руки. На некоторых платье было разорвано и залито кровью от многочисленных ранений в живот и грудь, на некоторых совсем отсутствовала одежда. Они были измазаны в грязи и избиты, однако и их страдания в один момент были окончены. Как бы Пауле ни было страшно об этом думать, но в глубине души она была рада, что нашла убежище от этого кошмара, и солдаты не обнаружили её. Казалось, подобная участь была совсем рядом. Паула закрыла рот рукой, не сдерживая слёзы. Выродки не пощадили даже малышей. Девушка подошла к лежащему на земле маленькому тельцу, завёрнутому в ткань, и посмотрела на его пухленькое личико. Паула не выдержала, заплакав в голос. Она побежала по дороге в сторону главных ворот из города. Хотелось забыть об этом, навсегда выбросить из своей памяти весь этот кошмар, но внезапно девушке пришлось вспомнить…

–Арчибальд…– прошептала она пересохшими губами. Она часто задышала, испытав сильный приступ паники. Стало очень жарко, сердце колотилось с бешеной скоростью. Если город был захвачен и разорён, значит, Ройдфорд был лишён возможности противостоять. Он ни за что бы не бежал с поля битвы, где умирал его народ, значит, его либо захватили, либо… Паула, не жалея ног, бросилась осматривать каждую улицу в поисках столь знакомого тела воина.

Губы задрожали, а ноги подкосились, когда вдалеке девушка увидела Арчибальда, лежащим на земле, на боку. Даже издалека было видно, что в его теле крепко сидел меч. Паула подбежала к лорду и упала на колени перед ним. Дрожащей рукой она коснулась его холодного лица. Челюсть была вывихнута, на губах засохла кровь, а из груди воина торчало остриё лезвия. Девушка узнала это оружие…

–Убили собственным мечом…– простонала она, поддавшись эмоциям,– Нет… Нет! Нет! Арчибальд! За что ты нас всех покинул!? Защитник наш, спаситель!..

Она склонилась к нему и прижалась лбом к его окровавленной руке. Больше не было смысла контролировать свои чувства. Паула кричала, рыдала, взывала к Небесам, повторяя один и тот же вопрос: почему?.. Все эти годы, что Паула знала Ройдфорда, он всегда заботился о своих людях. Он был груб, но никогда не мог остаться равнодушным перед чужой бедой. Что он сделал, чтобы заслужить такую гибель?.. Паула забыла обо всех горожанах и солдатах, что погибли в этой битве. Вся скорбь и боль теперь была сконцентрирована лишь на этом холодном окровавленном теле.

–Рана всё-таки открылась…– заикаясь, прошептала она,– Это я виновата!.. Если бы я чаще меняла повязку… Прости меня, любимый! Прости меня!

Паула встала на ноги и обошла тело. Обхватив меч двумя руками, девушка стиснула зубы до скрипа и вытащила лезвие из остывшей плоти. Слёзы снова пережали дыхание. Паула бросила меч на землю и упала рядом с господином, прижавшись щекой к его плечу. Не было ни малейшего желания покидать город. Паула не хотела бросать любимого вот так, но и сжигать его тоже не хотела. Он был так прекрасен даже сейчас… Словно он не был мёртв, а лишь заснул крепким сном… В собственной крови…

–Нельзя оставлять тебя прямо так, на земле…– Паула встала на ноги и осмотрелась по сторонам. Телега! Девушка, надрываясь, положила тело лорда на неё и повезла по дороге в его поместье.

Неимоверными усилиями, едва не теряя сознание, ступенька за ступенькой, Паула подняла тело огромного мужчины в доспехах на второй этаж здания и положила господина в его кровать. Немного переведя дух, она принесла ведро с тёплой водой и мягкую ткань. Не сдерживая горькие слёзы, девушка смывала кровь и грязь с лица и рук Ройдфорда, словно пытаясь воссоздать образ спящего господина. Спящего безмятежным сном. Однако снимать доспехи Паула не решилась. Если лорд и должен был покоиться, то только в своей боевой экипировке, как подобает истинному воину. Вскоре Паула принесла его меч и вложила его в руки мужчины.

Когда девушка всё-таки закончила приводить господина в порядок, она почувствовала, как сжался желудок от голода. Паула решила проигнорировать это желание. В глубине души влюблённая хотела последовать за своим любимым, поэтому решила не утолять потребность в пище. Она осторожно легла на простыни рядом с холодным телом, смотря в потолок. Слёзы снова сдавили горло. В воспоминаниях всплывали образы из прошлого. Воинственный взгляд, нахмуренные брови, искривлённая улыбка раздражения… И эта привычка, цокать языком от недовольства.

–Когда-то я мечтала лежать здесь рядом с тобой…– прошептала она, закрыв лицо руками,– Но какой в этом смысл, если ты… Не дышишь… Я бы всё отдала, чтобы услышать твоё дыхание, Арчибальд! Я отдала бы всё, чтобы ты был жив…

Тонкие губы защипнули маленький кусочек мёда с ложки, и старик принялся с особым удовольствием смаковать сладость. За огромным столом на сотню человек сидел только он. Напротив каждого кресла на столе лежали чистые тарелки, бокалы, вилки и ложки, словно мужчина ожидал кого-то в гости, но ещё никто не явился. Старик отхлебнул из бокала сырую воду, запивая мёд и наслаждаясь десертом. Скелет, обтянутый кожей – это описание хорошо подходило Ведущему Магу Викаэлю. Возраст уже не позволял иметь красивое подтянутое тело, как когда-то в молодости, но мужчина не беспокоился по этому поводу. Он никогда не скрывал свою старость, потому как считал её показателем богатого жизненного опыта. К тому же, набирать вес было совершенно некогда. Обязанности Ведущего Мага требовали полной отдачи и энергетических затрат. Старик сложил руки на стол и посмотрел на воображаемых гостей. Может, когда-то залы Храма Волка и ломились от количества пирующих людей, но сейчас это был пустой дворец, который не могли посещать смертные, не чтящие Духов.

Земли Волка неспроста назывались таким образом. Вся эта территория была под охраной могущественной энергии, носящей образ полу-волка, получеловека. Люди представляли себе Хранителя этих земель именно таким образом, потому как ещё в древние времена маги во время транса и медитаций по всему земному шару видели в видениях образы, связанные с Высшими Созданиями. Всего разных видений оказалось девять, отсюда люди и пришли к выводу, что Земля делится на девять территорий, каждая из которых попадает под влияние того самого Духа, который явился в видении. Во времена большого упадка человечества, когда люди начали сношаться прямо на улицах городов, подобно животным, когда люди забыли о чести и достоинстве, когда мор и засуха уничтожал целые города, люди были вынуждены просить помощи у Высших Сил. Тогда-то и был образован Круг Ведущих Магов, людей, способных чувствовать Дух Хранителя, его желания, и выполнять его требования. Требований оказалось не так уж много, но все они заключались в плате дани… Человеческой кровью. Когда начались первые жертвоприношения, ситуация стала ещё хуже. Духи не сказали, чью кровь они желают, а маги сделали выводы, что Хранитель хочет крови слабых. Начались убийства младенцев и девственниц. В конечном счёте, заболели и сами маги, и вскоре скончались мучительной смертью. Тогда другие люди, способные видеть Иной Мир, обратились к Духам с мольбами уточнить свои требования. И получили ответ. Тогда каждая из девяти территорий омылась в крови мародёров, убийц и насильников. Маги принесли необходимую жертву с особой жестокостью на Месте Силы, где присутствие Хранителя ощущается настолько, что обычный человек не в состоянии даже находиться там. Жертв истязали несколько часов, пока ощущение страшной энергетической тяжести не исчезло. Когда Духи получили то, что желали, маги поняли, что это была не последняя жертва, которую нужно было принести. Регулярно Ведущие, чувствующие Хранителя, Маги приносили необходимую жертву. В страхе оказаться на месте мучеников, большинство людей взяли себя в руки и приняли отчасти праведную жизнь, прекратив торжество низменных желаний. Позже на Местах Силы возвели Храмы Хранителей по одной планировке, где были вынуждены жить и приносить жертвы Ведущие Маги. Когда Маг становился слишком стар, он обучал юношу или девушку, оставив преемника на своём месте, чтобы наконец-то уйти на вечный покой. Огромные залы Храма были созданы для того, чтобы в особенный день, когда Хранитель преисполнен блаженством, возносить ему хвалу и пировать в его честь… Но идея оказалась неудачной. В назначенный день, когда строительство Храмов было завершено, люди по всему миру закатили в Храмах пир. Шум и веселье лишь разгневали Духов. Люди начали задыхаться прямо в залах, сердца сжимались до боли… С тех пор люди навсегда предпочли забыть об идее пира в честь Хранителей. Ведущие Маги приносили жертвы, приняв отшельничество, каждый день читали молитвы, чтобы иметь возможность находиться на Месте Силы. Никто не мог пожелать такую незавидную судьбу, но Ведущий Маг имел право потребовать абсолютно любую жертву, и никто не был в состоянии ему отказать. Он мог потребовать даже самого короля, а люди, в страхе прогневать Хранителя, отдали бы своего правителя в жертву. Так было когда-то… Времена изменились. Ведущий Маг уже не являлся такой почётной персоной, как раньше, порой о его существовании даже забывали, не говоря уже о его предназначении.

Ведущим Магом могли стать только самые одарённые дети. Вундеркинды, знающие всё возможное, и то, что людям знать не положено. Сам Викаэль когда-то был очень одарённым ребёнком, который попал на обучение в возрасте шести лет, но чем старше он становился, тем больше его учитель понимал: очень скоро он уже ничему не сможет научить своего преемника. Викаэль видел больше наставника, чувствовал сильнее, а со временем обнаружился его особый дар, представляющий угрозу любому человеку, независимо от положения, здоровья и титула. Викаэль имел власть над телом любого, над его рассудком и даже душой. Он был в состоянии говорить с давно ушедшими, чувствовать все эмоции и мысли собеседника… И имел власть убивать, не нанеся ни единого удара. Он мог вытащить душу из тела, сделать человека своей марионеткой, либо вернуть к жизни мертвеца. Но ничего из этого он не делал. Он знал, какая сила была дарована ему при рождении, но не пользовался ей сверх меры. Живые должны быть там, где их место, равно, как и создания, находящиеся за пределами людского ограниченного понимания. Викаэля боялись даже другие Ведущие Маги, но старик уже был слишком стар для разного рода встреч с ними. Теперь он не покидал Храм, выполняя своё дело, и живя лишь по привычке, без интереса к жизни, без желаний… Просто, потому что уже привык жить.

Викаэль набрал в ложку ещё немного мёда и поднёс ко рту, но замер, смотря ярко голубыми глазами вперёд, куда-то вдаль. Сердце защемило, и старик убрал ложку обратно в пиалу, держась левой рукой за грудь. Неужели, его время пришло? Старику было уже за сто пятьдесят, однако Викаэля беспокоило далеко не это. Он считал, что ему пока рано отправляться в Мир Иной, он ещё даже не воспитал преемника, однако тревога лишь нарастала.

–Что такое…– прошептал мужчина и встал с кресла, задыхаясь. Он склонился над столом, отчего длинные локоны седых волос начали настойчиво лезть в глаза. Маг прищурился, всматриваясь в огонёк свечи. Пристально. Внимательно, словно что-то видел в нём. Грудь сдавливали болезненные тиски.

–Боль…– шёпот сорвался с его напряжённых уст, словно кто-то другой говорил голосом старика, взывая о помощи,– Сердце болит… Болит… Горит! Оно горит!

Викаэль не шевелился. Огонёк медленно танцевал, вырисовывая плавные грациозные узоры. Старик глубоко вдохнул, ощущая, как едкий дым заполняет лёгкие. Становилось нечем дышать, а по венам словно циркулировал кипяток. Руки старика задрожали, но он не издал ни звука, словно когда-то уже привык к этой боли…

–Слабый… Смертный… Жалкий…– маг ещё сильнее нахмурился,– Огонь!.. Они все мертвы!..

Викаэль резко сорвался с места и быстрым шагом направился к дверям из столовой, потушив взмахом руки горящие свечи. Боль резко отступила, Викаэль снова ничего не чувствовал, но на сердце было слишком неспокойно, и маг ничего не мог с этим поделать. Однако он знал, что есть лишь один человек, чьи страдания могут доставить ему такие ощущения. У Викаэля был лишь один человек, которым он дорожил, и чьи муки для него были болезненнее его собственных…

Старик вывел коня из конюшни и, не медля ни минуты, отправился в путь. Викаэль уже много лет не покидал Храм дольше, чем на несколько часов, но сейчас был особый случай. Викаэля внезапно перестало волновать всё, что было важно ещё несколько минут назад. «Арчибальд…»– думал мужчина, подгоняя коня,– «Неужели, мои опасения оправдались…».

День 3

Паула всё же не выдержала грубого натиска со стороны голода, и девушке в итоге пришлось поесть. Сильный стресс постепенно отступал, но Паула по-прежнему скорбела по лорду Ройдфорду, не отходя от его тела ни днём, ни ночью. С ужасом девушка понимала, что рано или поздно ей придётся придать тело любимого огню. Арчибальд был мёртв уже не первый день, его тело окоченело, а комнату начал наполнять запах мертвеца. Пауле было очень больно даже думать о сожжении, но она не могла так же свыкнуться с мыслью, что ей придётся оставить тело воина вот так, разлагаться в его постели. Лишь благодаря тому, что на улице, как и в самом поместье, стало холодно из-за того, что помещение больше никто не отапливал, а Паула ещё и открыла окно, тело Ройдфорда ещё хоть как-то держалось. Девушка уже устала плакать, её лицо припухло от постоянных слёз. Близился момент, когда Пауле всё же придётся поджечь это прекрасное тело. Прекрасное даже сейчас, но такое холодное и безжизненное.

Паула в очередной раз легла рядом с лордом, смотря в потолок. Мысленно она начала прощаться с любимым. Возможно, на следующий день или даже через несколько дней, от этого тела не останется ничего, кроме горстки пепла… Неужели, именно такой участи желал её прекрасный господин?.. Паула думала о том, что у него даже детей никогда не было, гордый лорд никогда не был женат. Служанка часто перед сном мечтала о том, что станет его первой и единственной женой и родит ему малыша… Или даже нескольких. Боевых сыновей или прекрасных дочерей. Высоких, рассудительных и гордых, как их отец. Слёзы снова начали застилать глаза. Паула знала, что лорд очень интересовался женщинами, хоть и не рассказывал никому о своих приключениях, но Паула хотела быть особенной. Любимой супругой, ради которой хотелось жить… Жить! Девушка снова в голос расплакалась, погрузившись в горе с головой и утопая в жалости к самой себе окончательно. Как ни больно это признавать, но ей больше было жаль себя, ведь её любовь так и осталась без ответа.

Паула подскочила от скрипа медленно открывающейся двери. Девушка широко раскрыла рот от страха, пятясь к окну. В дверном проёме стоял высокий худой мужчина, одетый в чёрную рясу. На одеянии ярко красным цветом на всю грудь была вышита символика, совершенно незнакомая Пауле. Она никогда не интересовалась подробностями системы магов, даже сейчас приняла Викаэля за священника, который пришёл либо упокоить мёртвых, либо разграбить то, что осталось от города. Его чрезмерная худоба и высокий рост заставили девушку испугаться. Паула схватила кинжал Ройдфорда с тумбочки и дрожащими руками начала грозить пришедшему. Сама не знала, зачем. Однако эта испуганная девчонка совершенно не волновала Викаэля. Он перевёл взгляд на постель. В этот момент Паула увидела, как на его лице отразилась невыносимая боль.

–Нет…– лицо мага исказил ужас. Мужчина медленно подошёл к кровати и упал перед ней на колени, обхватив свою голову дрожащими руками. До Паулы всё же дошло осознание, что этот мужчина пришёл не грабить то, что осталось от поместья, а был знаком с Ройдфордом, но служанка всё же не выпустила оружие из рук.

–Арчи…– Викаэль забыл о том, в каком грозном свете он обязан был представать перед людьми, забыл о том, что рядом находилась свидетельница его страданий. Он громко простонал, зажмурившись и подняв лицо к потолку. Паула медленно расслабила плечи, уже не готовясь к атаке или обороне.

–Сынок…– Викаэль дрожащими руками коснулся тела Ройдфорда,– Арчи… Что стало с тобой, мальчик мой!.. Ты не должен был!.. Ты был так молод!

–Кто Вы?– прервала скорбь Паула, но ведун даже не слышал её. Всё внимание Викаэля было обращено только к мёртвому телу Арчибальда. Это был отец гордого лорда?..

–Я так и знал…– продолжал шептать Викаэль, держа Ройдфорда за холодную руку,– Так и знал, что рано или поздно это случится… Я предупреждал тебя! Ты меня не слушал. Ты никогда никого не слушал!..

–Кто Вы?!– уже настойчиво повторила Паула. Викаэль снова поднял лицо к потолку и закрыл глаза, глубоко дыша. Девушка подняла кинжал, направляя остриё на незнакомца, когда маг медленно встал на ноги. Он какое-то время смотрел на мертвеца. Постепенно выражение боли на его лице сменилось спокойствием, хоть и глубоким горем. Маг закусил губы, представляя все страдания, через которые Арчибальду пришлось пройти всего несколько дней назад.

–Ты всегда был воином…– шёпот,– Боролся до конца…

–Отвечайте на мой вопрос!– нахмурилась Паула, словно маг её хоть немного боялся.

–Выйди отсюда,– короткий приказ. Маг даже не посмотрел на угрожающую ему служанку.

–Нет!– резко возразила она. Викаэль медленно перевёл взгляд на неё и нахмурился. Внезапно Паула почувствовала, что, несмотря на немощность старика с вида, она очень сильно испугалась этого взгляда. Возникло ощущение, что этому человеку ничего не стоило просто подойти и перерезать горло назойливой девчонке, но он держал себя в руках.

–Пошла вон отсюда!– прошипел сквозь зубы Викаэль. Паула снова покачала головой,– Глупая девка! Выполняй, или я заставлю тебя уйти!

–Я никуда не пойду!– она крепче сжала кинжал. Маг замер, пристально смотря на девушку. Паула тут же обмякла. Руки резко опустились по швам, а все мышцы расслабились, словно кто-то уже наигрался с марионеткой и отпустил все верёвочки. Выронив на пол оружие, она упала рядом, закрыв глаза. Пусть поспит. Когда Паула лишилась чувств, Викаэль мог позволить себе пройти в центр комнаты и сесть на пол. Маг раскинул руки, ловя ощущение энергии в этой комнате. Потоки циркулировали, но Викаэль ощущал лишь негатив. После такого количества убийств в этом городе, страшного насилия и унижений, маг не ощущал ничего светлого ни здесь, ни снаружи здания.

«Слишком много смертей»,– подумал ведун, ища нужный поток и потирая пальцами ладони,– «Слишком много мёртвых не упокоены… Заперты здесь… Мученики. Зовут на помощь, хотят покаяться, ищут близких, но не могут отыскать… Эта земля непригодна для жизни, пока они здесь. Я отпущу их, чтобы очистить эту землю. Всех, кроме тебя… Арчибальд, ты мне нужен! Держись, мой мальчик! Я уже скоро найду тебя…».

Арчибальд отрешённо смотрел на пламя перед собой. Мужчина лежал на раскалённой скале на боку. Синий огонь обнимал и ласкал его тело, не оставляя ожогов и не опаляя. Огонь жёг его душу, а Ройдфорд словно был не здесь. Он прокручивал в голове снова и снова те сцены, когда люди горели заживо, взывая о помощи. Взгляд карих глаз не выражал ровным счётом ничего. Больше ничего. Арчибальд устал кричать. Устал извиваться, пытаясь спастись от обжигающей ненависти и наказания. Языки пламени вновь поцеловали его тонкие сухие губы, словно пытаясь проникнуть сквозь них, выжечь новые узоры внутри, заставить страдать, но Ройдфорду теперь было всё равно. Он не выражал эмоций, представляя себе лицо Стоунхеда, окровавленное, искажённое от неземной боли. Арчибальду было уже неважно, что будет с ним самим дальше, он просто хотел, чтобы здесь, рядом, на камнях сейчас лежал этот бесчувственный ублюдок. Ройдфорд мечтал увидеть его страдания, считал несправедливым, что король сейчас находился там, где мог продолжать свои зверства, мучить и убивать людей, упиваясь их болью и горем. Снова поцелуй пламени в сердце… Лорд уже ничего не чувствовал. Люди, которых Арчибальд знал при жизни, всегда видели во взгляде Ройдфорда воинственность, гордыню и стремление идти до победного финала. В его глазах теперь ничего не осталось, но не огонь сломил его дух. Бессилие. Как можно сражаться, если битва его жизни уже закончилась? Не осталось ничего: ни права на реванш, ни надежды, ни даже тела великого воина. Он был уничтожен, он знал, что нет обратного пути, и жажда мести – всего лишь эмоция, желание, которое никогда не сбудется. Нельзя бежать, если нет ног. Нельзя дышать, если нет лёгких. Нельзя держать меч, если нет рук. Его тело было мертво. Арчибальд никогда не очнётся, это не сон. Напоминание об этом – клинок, всё так же торчащий из груди астрального тела.

«Я вынужден принять своё поражение…»– подумал Арчибальд, не отводя взгляда от огня, потому как пламя было повсюду,– «Впервые в жизни я сдаюсь. Я сдаюсь, но не ты победил меня, Стоунхед! Я больше не ребёнок и не верю в то, что люди могут жить вечно… Я убивал. Убивал много раз. Люди и убивают для того, чтобы враг потерял возможность свершить отмщение, ведь так? Убийство – идеальный способ покорить непокорный дух. Если бы я мог увидеть тебя и сказать, что ты убил моё тело, но мой дух ты не сломил… Я не приду к тебе не потому, что теперь считаю тебя победителем. Я не приду, потому что теперь мне нет обратной дороги. Но я очень целеустремлённый, Стоунхед! Я буду ждать тебя здесь. Рано или поздно тебя затащит сюда Судьба, а я уже буду готов сделать твои страдания в Вечном Огне невыносимыми. Однажды наступит этот день… Однажды ты снова увидишь меня, и тогда я вновь почувствую хоть что-то… Для меня не будет большей радости, чем вид твоего страха и ужаса. Ты встретишься со мной… Я буду ждать… Буду! Я буду ждать тебя здесь… Паршивый ублюдок. Я буду терзать тебя до тех пор, пока в тебе ещё будет оставаться хоть капля жизни, хоть капля воли… Пока ты ещё будешь в состоянии молить меня о пощаде. Но пощады не будет. Я заберу у тебя всё, что тебе дорого, и оставлю лишь жалкую пародию, и это будет честью для тебя! Потому что ты не оставил мне даже этого… Да мне и не нужно такое «счастье»! За себя мне не больно. Сколько ты загубил невинных жизней… Ты ответишь мне за каждую. Однажды…».

Внезапно Арчибальд почувствовал чью-то ногу на своей спине и сильное давление. Секунда, и всю грудную клетку сковала невыносимая боль. Ройдфорд всё-таки закричал. Казалось, вместе с лезвием, которое кто-то старательно тянул на себя, наружу выходили и внутренние органы. Меч не хотел поддаваться, но неизвестный был очень настойчив. Арчибальд попытался схватиться руками за камни, чтобы поспособствовать извлечению оружия из своей спины. С лязгом лезвие в один момент выскочило на свободу. Ройдфорд зажмурился, глубоко дыша. Выжигающая боль в сердце отступила, оставив место душевному покою… На долю секунды. Неужели, это часть наказания? Неужели, сейчас с ещё большей жестокостью неизвестный благодетель вонзит клинок в спину мученика? Арчибальд резко обернулся через плечо, всё ещё лёжа на камнях.

–Викаэль!?– Ройдфорд широко раскрыл рот, забыв все слова. Маг стоял, выпрямившись в полный рост и держа в руках окровавленный меч лорда.

–Никаких вопросов, Арчибальд,– Викаэль протянул мужчине руку,– У нас мало времени. Точнее, его совсем нет.

–Я уже провёл здесь Вечность…– тихо ответил Арчибальд, приняв помощь и поднявшись на ноги с раскалённой скалы.

–Посмотри туда…– Викаэль указал левой рукой на пламя,– Видишь дорогу?

Арчибальд прищурился, всматриваясь в слепящие искры.

–Я… Ничего не вижу, Викаэль!– он покачал головой,– Только слепящий огонь! Я кроме него уже ничего почти не вижу…

–Если ты хочешь выбраться отсюда, Арчибальд, тебе придётся увидеть!– Викаэль терял терпение. Ройдфорд понял, что ему было очень сложно находиться здесь, и каждое слово и минута, проведённые в Огне, для него не менее болезненны, чем для самого Ройдфорда,– Ты не видишь, потому что отчаялся. Пожелай вернуться!

–Вернуться?!– Арчибальд продолжал искать дорогу взглядом,– Отсюда нет пути! Это иллюзия! Ты – очередное наказание? Никто не возвращается… Это сказки!

–Так ты хочешь вернуться, или будешь пререкаться, мальчишка!?– Викаэль повысил голос,– Я думал, тебя жестоко убили, растерзав твой народ в клочья.

Арчибальд нахмурился, продолжая всматриваться в огонь.

–Я думал, тебя убили в спину, словно труса, хотя ты сражался до последней секунды…– ещё громче заговорил Викаэль, вынуждая Ройдфорда стиснуть зубы, вспоминая былую ненависть,– Думал, в тебе горит огонь ярости и жажды мести. Неужели, я ошибся, и на самом деле ты не хочешь отомстить?..

–Хочу!– прошипел сквозь зубы лорд. Его глаза отчаянно искали хоть что-то, напоминающее дорогу.

–Так ты хочешь утопить того, кто сделал это с тобой, в его собственной крови?– продолжал маг,– Хочешь слышать его вопли и мольбы о милосердии, которое он сам не проявил к твоим людям?..

–Я разорву его на части!

–Тогда ищи дорогу быстрее!

–Я вижу!– в глазах Ройдфорда промелькнула искра надежды,– Я вижу, Викаэль!

–Иди!– маг слегка подтолкнул мужчину одной рукой,– Ты будешь гореть, будет невыносимо мучительно, но не смей останавливаться! Не сбейся с пути, Арчибальд! Только тогда ты сможешь показать всему роду людскому, чего ты стоишь на самом деле!

Арчибальд резко обернулся к другу. Увидев во взгляде мага страх, Ройдфорд не стал медлить. Больше не оборачиваясь, он сжал кулаки и рванулся вперёд. Пламя обхватило его с такой силой, что Арчибальда буквально зажало в тиски, но он прорывался, преодолевая вершины собственных возможностей. Викаэль сквозь огонь видел, как волосы Арчибальда воспламенились, как и его кожа, но воин не падал, не кричал, не останавливался. Ройдфорд знал, что это его последний шанс выжить.

–Прости меня…– прошептал старик и закрыл глаза, ощущая, как пародия на меч Арчибальда растворяется в его руке,– Ты ещё не знаешь, на что я тебя обрёк…

Викаэль резко открыл глаза, придя в сознание спустя несколько часов. Снова сырая холодная комната, наполненная запахом мёртвого тела. Маг быстро поднялся на ноги и подошёл к лежащей на полу служанке. Викаэль поднял кинжал и, не медля более ни минуты, приблизился к мертвецу. Склонившись над телом, ведун покрепче сжал оружие. Левой рукой он слегка оттянул чёлку Арчибальда к затылку. Словно художник на холсте, Викаэль рисовал лезвием на лбу воина страшные кровавые символы. Когда маг закончил, он отошёл на несколько шагов от кровати, одарив ещё пока мёртвого мужчину взглядом сострадания. Метки необходимы, чтобы дух нашёл дорогу обратно. Викаэль прекрасно знал, что делал, но угрызение совести мешало думать. Хоть маг и знал, что Арчибальд был достаточно силён, чтобы справиться с любыми испытаниями, было больно осознавать, на какие страдания отныне был обречён воин. Викаэль прогнал ненужные мысли и посмотрел на служанку. Паула внезапно очнулась, широко раскрыв рот и глаза. С огромным трудом, словно только что тонула, девушка сделала глубокий вдох и схватилась за грудь. Громкий кашель и затруднённое дыхание. Викаэль усмехнулся, отчасти злорадно, ведь он предупреждал настойчивую девчонку.

Когда Паула прокашлялась и восстановила дыхание, страх всё ещё затуманивал её рассудок. Служанка в ужасе посмотрела Викаэля, не закрывая рот. Обычный шок. Маг видел его слишком часто.

–Ты меня понимаешь?– чётко и весьма грозно произнёс Викаэль, на что девушка, не меняясь в лице, закивала. Понимала, это уже хорошо. Маг серьёзно нахмурился.

–Оберегай его тело!– короткий приказ,– Не сжигай, не хорони, даже с места не уноси! Сюда никто не заявится больше. Сторожи его на всякий случай. Когда очнётся и придёт в себя, скажи, что его лучший друг хочет его видеть… До того, как увидишь, что он осознаёт всё происходящее, держись как можно дальше.

–Очнётся?!– глаза Паулы ещё больше округлились, но Викаэль уже шёл к дверям,– Что значит, очнётся?! В каком смысле, очнётся!?

Маг вышел, хлопнув дверью. Паула осталась сидеть на полу, широко раскрыв глаза. Она ещё не окончательно пришла в себя после гипноза, а данное заявление незнакомца казалось просто бредом сумасшедшего. Девушка встала на ослабевшие ноги и подошла к кровати. Закрыв рот рукой, она сдержала очередное желание заплакать. Эти страшные символы на лбу мертвеца… Что они значили?..

–Арчибальд…– прошептала она, стараясь успокоиться,– Очнётся?..

День 5

Прошло больше суток с тех пор, как Викаэль покинул Зелёный Рай. Паула всё так же день и ночь проводила рядом с лордом. Сначала она решила, что явление мага было всего лишь галлюцинацией, в конце концов, служанка уже не первый день проводила рядом с трупом, рассудок мог помутиться. Но уже на следующий день она заметила, что запах мертвеца постепенно выветривается из комнаты, а это означало, что тело больше не разлагалось. Затем себя стали проявлять и более странные вещи. Синяки на теле потеряли цвет, раны и порезы словно исчезали. Паула знала, что это невозможно, но как бы там ни было верила своим собственным глазам. Ближе к вечеру четвёртого дня с той роковой ночи, волос за волосом на голове Арчибальда стал покрываться сединой. В эту ночь Паула побоялась ночевать рядом с телом и вернулась в свою новую комнату.

Наутро, когда девушка вернулась к лорду, в комнате совсем не осталось лишнего запаха. Паула села перед окном, смотря вдаль, но в один момент подскочила от испуга. Ещё недавно выбитая челюсть хрустнула, встав на место. Паула медленно выдохнула через губы. Становилось страшнее и страшнее. Девушка понимала, что скоро не захочет возвращаться сюда. Любовь любовью, а страх значительно перевесил на чаше весов.

Уже к обеду Паула заметила новую странность. Челюсть Арчибальда словно удлинилась и стала шире, и девушке стало очень любопытно. Она подошла к телу и дрожащей рукой слегка приоткрыла губы лорда. Паула отскочила в сторону и, споткнувшись о платье, упала на пол. Все зубы Ройдфорда приняли другую форму. Каждый из зубов уже заострился, но даже не это пугало настолько, как то, что у мертвеца начали прорезаться ещё зубы во второй ряд, отчего челюсть слегка увеличилась. Паула чётко решила, что более ни одну ночь не проведёт рядом с любимым. Взгляд девушки упал на руки мужчины. Пальцы стали длиннее, ногти толще… Теперь они более напоминали когти хищника, чем человеческие, только гораздо длиннее. Почему Паула не заметила этого раньше? Это было ужасно! Девушка задумалась… Если Арчибальд должен был вернуться, то будет ли он тем же гордым воином, которого любила Паула, или же станет бесчувственным чудовищем, под стать какому сейчас и выглядело его тело? Может, стоило всё-таки сжечь его? Нет. На такой шаг Паула пойти не могла. Если был хоть какой-то шанс на то, что Ройдфорд снова оживёт, нужно использовать его по максимуму.

Когда наступила ночь, а луна осветила комнату, служанка ещё сидела перед кроватью лорда. На столике у кровати стоял подсвечник с тремя горящими свечами. Паула понимала, что ей лучше уйти, ведь кто знает, когда очнётся это существо, которое лишь напоминало человека, но явно не было им. Символы на лбу уже совсем исчезли, оставив после себя лишь высохшие кусочки крови. Девушка взяла подсвечник в руку и покинула комнату, закрыв за собой дверь. Нужно было попытаться поспать… Хотя бы попытаться.

Громкий вдох раздался в комнате. Арчибальд вдохнул полной грудью и медленно выдохнул. Он слегка приоткрыл глаза, пытаясь разглядеть хоть что-то. Было слишком темно. Лишь тонкие лучи лунного света прорывались в комнату через шторы, едва освещая её. Ройдфорд тихо застонал, пытаясь пошевелить закоченевшими руками. «Где я?..»– первое, что пришло в его голову, когда через хруст суставов он всё же приподнялся на локтях. Образы в глазах были размыты, как и в последние секунды жизни, поэтому с трудом, но Арчибальд всё же догадался, что находился в собственной постели. Мужчина опустил взгляд на грудь, но ничего не увидел в темноте, лишь рукой прикоснулся к пробитому нагруднику. Ройдфорд в ужасе медленно поднял руку, чтобы увидеть её силуэт в лунном освещении. Длинные пальцы, когти животного…

–Господь Всемогущий…– прошептал лорд, поворачивая руку и осматривая её расплывчатый силуэт,– Что это…

Арчибальд почувствовал причину, почему глаза видели настолько плохо. Виски сдавила резкая боль, и Ройдфорд схватился за голову, стиснув зубы. Зажмурившись, он замычал, когда ощущение стало невыносимым. Арчибальд не знал, что означала эта боль, но что-то внутри подсказывало ему, как от неё избавиться…

–Воздух…– едва различимый шёпот сорвался с его губ,– Мне нужно выйти отсюда…

Ройдфорд тяжело дышал, медленно поднимаясь на ноги. Мужчина дрожащей почти немощной рукой взял с кровати свой меч и вставил его в ножны на поясе. Арчибальд не знал, как будет сражаться в таком состоянии, но не мог приказать себе остаться в постели. Сил практически не было, но мужчина, раскачиваясь, вышел из комнаты.

В коридоре он почувствовал резкий запах. Арчибальд никогда прежде не чувствовал ничего подобного. Это была примесь аромата шоколада и запаха железа. Что-то необъяснимое, но такое манящее. Арчибальд ощутил моментальное и очень сильное возбуждение. Ройдфорд понял, что бы это ни было, сейчас это было всё, чего он хотел. Ноги сами несли его в сторону его желания, которое всё больше разгоралось внутри. Арчибальд забыл о жажде мести, забыл о своём городе и страданиях невинных. Всё, чего он хотел – найти источник этого аромата. Дыхание учащалось, головная боль сменилась эйфорией… Чем-то очень сладким. Желанием, не похожим ни на что известное Арчибальду. Это не голод, не похоть, не желание спать после долгой работы. Это было сильнее, это было невозможно контролировать! Ройдфорд ощутил прилив сил и побежал по коридору, чувствуя, как манящий аромат становится сильнее.

Резким движением Арчибальд открыл дверь в спальню для гостей. В голову ударило чувство наслаждения… Неутолённого. Ройдфорд схватился двумя руками за дверной проём, едва не падая от охватившего его неистового желания. Арчибальд сдержался, чтобы не застонать в голос от этого жгучего чувства, накаляющего кровь в его венах. Лорд прикрыл глаза, всеми силами стараясь не терять самообладание, но что могло пахнуть таким образом? Что могло вызывать такой дикий инстинкт? Ройдфорд открыл глаза и осмотрел комнату. На столе у кровати горели свечи. В постели лежала она… Та самая служанка, которая сходила с ума по своему господину. Её тело было накрыто тёплым одеялом, выглядывали лишь волосы, хаотично лежавшие на подушке. Это она источала такой манящий аромат. Арчибальд снова прикрыл глаза, вдыхая всё глубже и чаще. Медленно он обошёл кровать и посмотрел на лицо девушки. Впервые её дрожащие ресницы показались ему вершиной искусства. Её губы совершенны, а кожа нежна, как шёлк… Одеяло едва двигалось от медленного дыхания. Чем внимательнее всматривался Ройдфорд, тем сильнее полыхала его кровь. Паула была прекрасна, неотразима… Запах возбуждал всё сильнее, Арчибальд чувствовал, как рассудок покидает его, уступая место животному инстинкту. Ройдфорд почти положил руку на одеяло, но боролся со своими желаниями. Он хотел сорвать одеяло, разорвать всю её одежду… кожу… Услышать, как она вопит. Арчибальд сбивчиво дышал, стараясь не вести себя громко. Он почувствовал, как маленькая капля крови из носа стекала на губу. Вот отчего взялась эта боль! «Я должен убить, чтобы выжить…».

Нельзя! Арчибальд быстрым шагом покинул комнату. Резкая боль снова ударила в виски, вынуждая вернуться, но лорд не вернулся. Ройдфорд стиснул зубы и только сейчас ощутил, что они были другими… Но это было неважно. Он сорвался с места и, что есть сил, рванулся на улицу. Коридоры, городская площадь, мёртвые тела… Всё это не имело значения. Невыносимое желание овладело Ройдфордом, ещё немного, и он мог сдаться, но держался. Он хотел убивать, но вымещать это желание на ни в чём неповинного человека он ни за что не станет! За то в столице он сможет утолить голод. Уже через несколько минут непрерывного безумного бега, в нос снова ударил столь знакомый дурманящий запах. Уже совсем близко…

Городские ворота были закрыты, а на стене располагался пост королевской стражи. Ройдфорд с разбега налетел на огромные двери, вынуждая их распахнуться и впустить незваного гостя. Арчибальд часто дышал, осматривая улицу. Стражи на стене шокировано раскрыли рты, но тут же подняли тревогу, зазвонив в колокола. Ройдфорд сильно сгорбился, не в силах больше терпеть эту невыносимую жажду. Он бросил взгляд сияющих в темноте глаз цвета крови на поднявших шум стражей.

–Ройдфорд!– закричал один, бросив звонить в колокол,– Тревога!

–Оборотень!– крик второго стража у другого колокола,– Ройдфорд ожил!

Из караульной выбежало несколько солдат, чтобы покрыть стражей у ворот бранью за то, что снова напились прямо на посту, но остановились, не веря собственным глазам. Несмотря на невыносимую жажду убийства, Арчибальд хищно и широко улыбнулся, стараясь успеть насладиться моментом, пока эти солдаты, что держали его во время казни, ещё могли дышать и бояться.

–Невозможно…– один из солдат пришёл в себя первым и схватился за оружие,– Я тебя убил!..

Ответа не последовало. Словно голодный хищник, Ройдфорд бросился на своего убийцу и повалил его на землю. Когда остальные стоявшие рядом стражники осознали, что это происходит на самом деле, Арчибальд уже вмял нагрудник жертвы ладонями с такой силой, что захрустели рёбра. Умирающий не смог закричать, лишь сгусток крови вырвался из его рта, на что Арчибальд ответил новой волной ненависти. Грубо, не церемонясь, он вцепился стражнику в горло зубами и резко выпрямился, вырвав щитовидный хрящ. Остальные солдаты бросились врассыпную, словно тараканы. Под истеричные крики со стены о восставшем трупе Арчибальд настиг второго и схватил его за голову одной рукой, развернув к себе. Резким ударом кулака он выбил челюсть врагу, как совсем недавно другой солдат сделал это с лордом. Только силы у Ройдфорда с некоторых пор стало больше, чем у обычного человека. Челюсть солдата безвольно повисла, но тот не успел ужаснуться травме. Уже через секунду в груди стража красовался меч Арчибальда, пронзая мародёра насквозь, лорду оставалось лишь ударом ноги снять с оружия жалкое подобие воина, словно испражнения с ботинка. Ройдфорд почувствовал, как тело наполняет неистовое наслаждение. Широкая улыбка окровавленным ртом существа заставила одного из солдат упасть на колени. Арчибальд быстрым шагом подошёл к нему. Страж зажмурился и сложил руки на груди.

–Прошу, не надо!– взмолился он,– У меня семья! Дети!.. Господин Ройдфорд! Простите меня за всё!

Ройдфорд чувствовал, как невыносимое блаженство переполняет его тело. Жажда убийства сменилась удовольствием. Голод был утолён, но Арчибальд узнал в этом выродке того, кто так же держал лорда, когда сам убийца нанёс последний удар в спину. Наверняка, он грабил Зелёный Рай, насиловал девочек, убивал детей… Ройдфорд нахмурился. Наклонился к стоящему на коленях мародёру и сжал его голову между ладонями. Крик нарастал быстро. Шлем смялся, сдавливая череп. Ройдфорд закрыл глаза и надавил сильнее. Хруст. Всё содержимое головы потекло по шее и груди. Тело обмякло. Арчибальд просто отпустил ещё дёргающуюся плоть. Окровавленной рукой он провёл по своей щеке, оставляя следы. Кажется, это было приятно, но ощущения были слишком спорными. Вроде и свершилось правосудие, но слишком быстро. Однако на большее времени совершенно не было. Сбежавшие стражники уже наверняка зовут подмогу. Ройдфорд выпрямился, медленно выдыхая. Отрешённый взгляд. Арчибальд развернулся и быстрым шагом направился к раскрытым воротам. Нужно немедленно уходить, пока не подоспело подкрепление. Одарив стоявших на стене стражников поистине злорадной ухмылкой, Ройдфорд покинул город. Поднявшие тревогу стражи даже не сдвинулись с места, не веря в то, свидетелями чего они стали.

Арчибальд зашёл в лес достаточно далеко, чтобы солдаты не догнали его, если, конечно, бросятся в погоню, в чём Ройдфорд сильно сомневался. С трудом переставляя ноги и тяжело дыша, Арчибальд всё-таки схватился за дерево. Но на этот раз не слабость и не желание убивать так сильно мучили его. Лорд вцепился пальцами в кору и упал на колени. Мышцы во всём теле сокращались, вызывая необъяснимую эйфорию. Было больно. Больно настолько, что даже приятно. Арчибальд глубоко задышал и зажмурился. Перед глазами всплывали образы умирающих от его рук солдат. Этот взгляд, выражающий ужас. Кровь, заливающая руки лорда, брызнувшая на его лицо… Ройдфорд закатил глаза. Окровавленные руки дрожали.

–Что это!?– прошептал он, пытаясь совладать с собой. Новая волна энергии наполнила тело. Это ощущение блаженства пересиливало все ощущения, которые Арчибальд знал при жизни. Нужно идти! Нужно вернуться в Зелёный Рай, но Ройдфорд просто не мог сделать это.

–Господи…– стон сорвался с его губ. Кровь, гибель, запах страха… Крики и мольбы о милосердии. Безуспешные. Арчибальда трясло, глаза застилала пелена. Никогда в жизни ему не было настолько хорошо! Ради этого хотелось убивать снова и снова. Ради этого не жаль было пожертвовать жизнями этих грязных выродков! Ройдфорд знал, что это ощущение – лишь часть его нового тела, нужно взять себя в руки, как когда его одолело желание убить Паулу, но сейчас ничего не мог с собой поделать. Арчибальд упал на землю, сжимая когтями траву. Блаженная судорога сковывала руки, ноги, спину… В один момент мужчина перестал сопротивляться и потерял сознание, отдавшись этому ощущению наслаждения без остатка.

День 6

Когда Ройдфорд пришёл в себя, солнце уже едва показалось за горизонтом. Более семи часов Арчибальд провёл в состоянии эйфории, и всё это время было начисто вырезано из памяти лорда. Ройдфорд медленно поднялся на ноги. Теперь состояние мужчины значительно улучшилось. Головная боль ушла, исчезло желание убивать и жажда к зрелищу агонии. Арчибальд чувствовал себя лучше, чем когда либо. Не хотелось спать, есть, не осталось естественной нужды, боли, слабости… Ничего. Лишь восхитительное ощущение лёгкости в мышцах и костях. Ройдфорд поднял руки и потянулся, словно после долгого сна. Суставы ещё раз хрустнули, но это не доставило никаких неудобств лорду. Ощущение лёгкости было блаженно, но Арчибальд не забывал, почему провёл ночь на земле. Он посмотрел на грязные руки, впервые получив достаточно времени для того, чтобы внимательно изучить свой новый облик. Казалось, огромные когти мало волновали мужчину. Ройдфорд покачал головой, думая лишь об одном: нужно помыться. Арчибальд отправился в сторону родного города, по пути вспоминая всё то, что произошло с ним за эти две недели.

Войдя в Зелёный Рай, Арчибальд всё же почувствовал болезненный укол в душу. Руины города и гниющие тела, хаотично лежащие прямо на земле. «Эти люди не заслужили всего этого…»– подумал Ройдфорд, медленно идя по улице,– «Быть брошенными на растерзание птицам… Похоже, помыться пока не удастся. Нужно похоронить каждого человека здесь с достойным уважением». Ройдфорд, не заходя в поместье, начал чистку города.

До того момента, как солнце полностью показалось из-за городских стен, Арчибальд уже сложил тела на площади. Всех жителей Зелёного Рая отдельно от солдат короля. Лорд собрал даже мертвецов за стенами города. Когда приготовление к сожжению было окончено, Арчибальд убедился, что конструкция из трупов и дров была надёжной, и развёл огонь. Мужчина даже не смотрел, как горели тела солдат Стоунхеда. Всё внимание было устремлено лишь на мёртвых горожан. Все, кого Арчибальд хорошо знал, и те, кто недавно переехал в город… Мужчины и женщины, о которых лорд заботился, которые пришли в поисках помощи и мирной жизни… Что они получили в итоге? После того, как город был разграблен, всех оставили гнить на сырой земле, даже не удосужившись вернуться и прибрать за собой. Проявить уважение, милосердие, и элементарный здравый смысл, ведь в таком месте легко могла зародиться инфекция. Никто не думал об этом. Арчибальд опустил голову, закрыв глаза. «Он заплатит за всё»,– подумал мужчина, вдыхая дым,– «За каждую неповинную жизнь…».

Утреннее солнце озарило комнату. Паула с трудом открыла глаза. Осознав, что проспала рассвет, девушка подскочила с кровати и наспех оделась. Не причесавшись и не умывшись, Паула побежала по коридору в спальню лорда. Наверняка за ночь его тело претерпело очередное ужасное изменение, но какое? Отчасти Паула даже боялась, что Арчибальд покроется шерстью, подобно монстрам из детских сказок, но ведь это было так же вероятно, учитывая то, что случившееся преображение господина само по себе выглядело, как небылица, страшный сон. Но больше всего девушка боялась, что Ройдфорд изменится в душе.

Паула застыла, увидев пустую постель. Девушка в ужасе осматривала комнату, понимая, что тело лорда либо уничтожили за ночь, либо… Но это казалось абсолютно невероятным, однако сердце служанки было готово вот-вот выпрыгнуть из груди. Девушка подошла к тумбочке и взяла кинжал лорда, сжимая оружие двумя дрожащими руками. Стало очень страшно. Паула едва могла себя контролировать, ведь ещё вчера на постели лежало тело, а теперь его не было, остались лишь смятые грязные простыни.

Медленно, едва переступая с ноги на ногу, девушка шла к выходу из здания. Почему-то искать Арчибальда уже не хотелось, в голове осталась лишь одна мысль: надо бежать!

Когда двери отворились, Паула осторожно ступила за порог здания. Вдалеке, за домами, на городской площади возвышались столбы дыма. Паулу снова бросило в жар. Солдаты вернулись? Перебежками, прячась за развалинами домов, она отправилась к источнику пожара.

Глаза Паулы округлились от шока, когда она увидела Ройдфорда, стоявшего к ней спиной. Мужчина смотрел на сожжение мёртвых тел. А ведь Паула, выйдя из поместья, даже не заметила, что на улице не осталось ни одного мертвеца. Мужчина склонил голову, словно придавался скорби по погибшим. Значит, это был настоящий Арчибальд? Не бездушный труп?.. Мужчина резко обернулся, посмотрев на Паулу. Девушка замерла, выронив кинжал на землю.

Ройдфорд смотрел на неё не теми карими глазами, которые она знала. Они стали красными, и это было заметно даже издалека. Волосы седые, не осталось ни одного русого волоса, а кожа всё так же мертвецки бледная, как и вчера вечером. Челюсть широкая и удлинённая из-за второго ряда острых, как бритва зубов, а лицо забрызгано уже высохшей кровью. Явно лорд не мог так вымазаться, убирая уже окоченевшие трупы.

–Господин…?– прошептала девушка, не веря в то, что это был настоящий он. Арчибальд приоткрыл рот, словно собираясь с мыслями, чтобы что-то сказать. Паулу бросило в дрожь при виде его клыков.

–Мне нужен душ,– всё-таки произнёс он. В его голосе была слышна усталость, отчего приказ звучал, как просьба,– Приготовь воду, пожалуйста. Я хочу помыться.

Паула лишь закивала. На подкашивающихся ногах она во всю прыть побежала в поместье. Кажется, это был настоящий Ройдфорд. Только он мог после всего того, что произошло, думать о горячей воде. Арчибальд тяжело вздохнул, вновь посмотрев на догорающие тела.

–Все мы что-то потеряли в этой битве…– прошептал он,– Но у меня хотя бы появился шанс отомстить. Однако месть не исправит то, что произошло здесь. Я не верну погибших к жизни, как Викаэль вернул меня… Кстати, нужно его навестить. Поблагодарить, а так же посоветоваться, что же мне делать дальше… с этим странным новым телом.

Арчибальд вошёл в зал с огромной ванной. Мужчина всегда был в восторге от водных процедур, поэтому даже после тренировок от него приятно пахло. Он не мог не принять ванну при малейшей возможности, и даже здесь, в этом зале, у Ройдфорда было несколько способов на выбор для того, чтобы приводить себя в порядок. Большой бак для принятия душа, сама ванна, множество разных предметов гигиены, зеркала… Без этого водные процедуры казались бы просто барахтаньем в луже.

Служанка уже набрала воду в бак и разогрела её, пока Ройдфорд сжигал останки, не оставив ничего, кроме пепла. Мужчина вывез пепел в поле, отдав его на волю ветра. Девушка снова невольно задрожала, увидев лорда. Арчибальд начал снимать с себя доспехи, впервые за эти дни после битвы. Паула старалась отвлечь себя от ужасного вида мужчины, но в один момент всё же посмотрела… Он разделся до пояса и быстрым шагом подошёл к зеркалу, не обращая внимания на Паулу. Девушка наблюдала. Нужно было отдать должное: его тело оставалось всё таким же прекрасным. Лорд смотрел в пол, словно боялся чего-то, но резко поднял взгляд на своё отражение. Арчибальд перестал дышать и двигаться.

Паула видела, как в это мгновение изменилось выражение его изуродованного лица. Было ощущение, что кто-то просто взял и разбил то, что ему было дорого. Арчибальд словно провалился сквозь стекло, мир для него на секунду перестал существовать. Мужчина медленно поднял руку и коснулся пальцами щёк, с непривычки почти царапая их длинными когтями. Его губы едва шевелились, словно он шептал что-то, но сам не понимал, что. Два пальца захватили прядь седых волос. Ройдфорд медленно покачал головой. Паула не знала, как реагировать. Стоит ли что-либо делать или говорить сейчас? Арчибальд специально улыбнулся, показав себе свою новую улыбку белоснежными, но такими жуткими зубами. Провёл пальцами по своей челюсти, прикрыв глаза. Паула впервые перестала чувствовать страх. Ей очень захотелось подойти к нему и сказать хоть что-то, чтобы те мысли, которые мучили его сейчас, перестали так жестоко терзать.

«Вот и вышла на свет твоя истинная природа…»– подумал он, смотря в глаза своему отражению,– «Ты же именно это хотел увидеть? Они называли меня монстром… Не в глаза, но я знаю, что называли. Боялись меня до тряски. Любуйся тем, что они видели! Посмотри на себя их глазами! Прошлое тело было всего лишь иллюзией. Наслаждайся тем, что заслужил на самом деле, подставив своих людей под удар этого грязного ублюдка! Это была твоя вина! Твоя! Они мертвы из-за тебя! Теперь наслаждайся наказанием, выродок…». Всё такие же, как и при жизни, чёрные брови были нахмурены. Арчибальд закусил губы. Несколько полосок крови пробежали по подбородку.

–Господин Ройдфорд?– Паула попыталась отвлечь его от размышлений,– Вода готова. Можете купаться…

Арчибальд не слышал её. Он сорвал с себя высохшую и прилипшую из-за крови ткань, что недавно служила перевязкой, и повернулся спиной к отражению. Посмотрел на окровавленную спину, однако раны не увидел. Не было шрама, рубца, да и никаких признаков, что недавно там была хоть какая-то травма. Недавно лорд умирал от потери крови, а теперь…

–Что я такое…– прошептал он, не веря собственным глазам. Губы, которые он только что прокусил, перестали кровоточить, появился лёгкий зуд, но и он быстро исчез. Арчибальд нахмурился, всматриваясь в своё отражение внимательнее. Он всё-таки запустил коготь под кожу груди, медленно разрезая плоть. Паула не шевелилась. Ройдфорд смотрел, как даже от свежей раны в итоге ничего не осталось. На лице лорда появилась какая-то странная улыбка, от которой даже служанке стало не по себе.

–Я…– неуверенно пробубнила она,– Я, пожалуй, пойду, господин, если Вам больше ничего не нужно…

Мужчина не ответил, продолжая улыбаться. Паула почти бегом покинула зал. «Ну, всё, Стоунхед…»– подумал Арчибальд, отходя от зеркала,– «Обратный отсчёт последних твоих дней на этом Свете пошёл…».

Стоунхед шёл по коридору дворца в обеденный зал. Молодой король ещё не завтракал, хотя время уже близилось к полудню. Дело в том, что с земель Орла прибыл посол, дабы обсудить некоторые условия мирного договора между соседями, который заключал ещё король Махоу. Стоунхед был очень раздражён в связи тем, что ему пришлось вникать в дела, которые начал ещё его отец, однако был вынужден улыбаться и кивать, чтобы не провоцировать конфликт. Стоунхед считал, что Ройдфорд был не прав, когда сказал, что молодой король меняет правила во время игры. Юноша чётко решил для себя, что может позволить себе менять правила, только если с ним играют мелкие сошки. К сожалению, в общении и отношениях с крупной рыбой приходилось сохранять дипломатичность. Стоунхед пока не считал, что мог легко уладить любые дела, однако очень стремился к этому. По крайней мере, одну проблему он недавно решил быстро и эффективно, объявив при дворе о предательстве и угрозах со стороны Арчибальда Ройдфорда, а оттуда, словно ветер, разнеслась новость, что лорд Ройдфорд готовит восстание, в результате которого столица будет гореть синим пламенем. Горожане перепугались ещё сильнее, а армия короля не заставила себя ждать. По одному приказу отряд под предводительством Магра направился в Зелёный Рай, чтобы уничтожить предателя в корне. Погиб, правда, к величайшему сожалению, герой земель Волка. Пал в битве от злодейского кинжала, но его гибель была не напрасна! Теперь люд в столице мог спокойно спать… А точнее, спать и бояться, как бы в эту ночь не нагрянули солдаты короля и не подожгли дом в наказание за сговор с Ройдфордом. Лорд уже давно мёртв, но нужно, чтобы его имя как можно дольше эхом раздавалось в стенах города Стоунхед. Чтобы люди дольше волновались, чтобы людей меньше заботили иные проблемы, чтобы люди думали, что Стоунхед победил чрезвычайно опасного врага. Так было нужно, и так будет…

–Ваше Величество!– начальник городской стражи Трен Боруа быстрым шагом настиг правителя и преклонил перед ним колено, когда Стоунхед обернулся,– Я всё утро ждал Вас… Ночью случилось нечто невообразимое!..

–Все вопросы отложи до вечера!– возмутился король, отмахиваясь,– Я устал и хочу отдохнуть…

–Арчибальд Ройдфорд, милостивый государь!– продолжал мужчина, игнорируя протест короля,– Это чрезвычайно важно!

–Что Ройдфорд?– нахмурился Стоунхед,– Кормит червей, это я и так знаю! Что может быть такого важного, связанного с трупом?

–Ночью неизвестный в одиночку выломал городские ворота,– доложил Трен,– Стража на стене сообщает, что видела Арчибальда Ройдфорда.

–Проще перебросить вину за сломанные ворота на мертвеца, чем починить их?!– возмутился король,– Я такие шутки не понимаю. К вечеру ворота не починят – лично приду и буду казнить… В столице находимся, а ворота, как в хлеву!..

–Этой ночью погибло три солдата, патрулирующих улицу,– продолжал мужчина,– У одного грудная клетка раздавлена и шея разодрана, у второго выбита челюсть, а третьему голову раздавило всмятку, словно под прессом! Свидетели утверждали, что это был лорд Ройдфорд, но… Седой и бледный, как мертвец!

–Вы что там все, перепили на посту?!– закричал Стоунхед,– Как труп может ходить, да ещё и убивать!? Из короля идиота решил сделать?! Да я тебя четвертую!..

–Клянусь, Ваше Святейшество!– Боруа упал на колени, сложив руки на груди,– Окажите честь, пройдите со мной! Умоляю, пройдите со мной! Я докажу. Вы сами увидите! Все свидетели утверждают, что видели именно Ройдфорда!.. И видели его не человеком! Бледный, как труп, седой, как старик!.. Он восстал!

Стоунхед нахмурился. Голова не хотела принимать эту новость даже как шутку.

–Если он выглядел так, то как его узнали?

–Он был одет в те же побитые боем доспехи, что и при жизни. Воины из отряда Магра говорят, на кирасе всё та же сквозная дыра на спине и груди. Даже в свете фонарей было видно, что экипировка покрыта старой кровью. Постовые на стене видели это, но спуститься и помочь страже не смогли. Не успели. Вы сами знаете, Ваше Святейшество, что вход на стену у нас с противоположной стороны города…

–Если ты меня водишь за нос…– прошипел парень,– Если сейчас я выйду к воротам, а там не будет обещанных тобой изуродованных трупов… Я отрублю тебе голову.

–И это будет справедливо, Ваше Величество!– ответил Боруа,– Только посмотрите!.. Вы сами поймёте!..

-Разойдитесь! Все разойдитесь!– кричали стражники, охранявшие место убийства. Толпа народа собралась вокруг трупов, разглядывая мертвецов с особым интересом и охая при каждом удобном случае.

–Его Величество Стоунхед!– по улице в направлении места преступления направлялся Боруа, расчищая дорогу кнутом,– Уступите дорогу и преклонитесь!

Пара ударов по толпе заставила зевак расступиться и пропустить короля. Те, кому была дорога жизнь, поклонились юноше в ноги, даже не поднимая голову. Стоунхед смотрел по сторонам, сидя на коне и заметно нервничая. Стражники рядом с трупами так же поклонились ему, пропуская к зрелищу. Стоунхед спрыгнул с жеребца и посмотрел на мертвецов. Боруа взял поводья, чтобы животное не убежало. Парня бросило в жар. Всё, как и сказал Боруа. Разодранная в клочья шея, раздавленная грудь, каша, вытекавшая из смятого шлема. Стоунхед резко обернулся, посмотрев на Трена. Мужчина молча кивал.

–Где свидетели?– громко произнёс король, обращаясь к толпе,– Кто видел?!

Стражники толкнули нескольких коллег в спину, вынуждая выйти на обзор Стоунхеда. Мужчины были на грани нервного срыва, пот стекал по их щекам.

–Видели, Ваше Величество!– начал один из них,– Видели всё! Ройдфорд явился! Труп! Крон лично пронзил его мечом в Зелёном Раю, а тот явился и убил его вчера! Он убил его, Ваша Светлость! Он зубами вырвал у него из шеи огромный кусок мяса, как будто хлеб откусил!..

–Довольно!– закричал Стоунхед,– Горожане его видели?

–Я видел, Ваше Превосходительство!– один из крестьян в толпе поднял руку,– Из окна!

–Я видела!..

–Я тоже его видел! Это был он!..

–Страшный, как оборотень!

–Хватит!– Стоунхед поднял руку, смотря на свидетелей стражей,– А где были вы, когда он пришёл?

Солдаты ещё больше занервничали.

–Мы побежали за подмогой!– произнёс один,– Нужно было поднять тревогу…

–Постовые на стене уже её подняли,– Стоунхед нахмурился,– Вы жалкие трусы! Вы бежали с битвы!

–Это не так, Ваше…– попытался оправдаться один из солдат, сложив руки на груди.

–На колени!– короткий приказ. Солдаты, стоявшие за спинами вечерних постовых, ударом ноги по лодыжке поставили коллег на колени,– Не потерплю трусов на службе!

–Вы его не видели!– закричал другой солдат,– Вы бы тоже бежали!..

–Рубите!– Стоунхед моментально покраснел от злости.

–Да что б ты сдох!– зажмурившись, закричал что есть силы тот, кто рассказал Стоунхеду об увиденном. Король тут же поднял руку, чтобы остановить казнь и отправить наглеца на пытки, но лезвие уже отсекло голову солдату. Стоунхед замер. Он посмотрел на людей вокруг. Многие переглядывались, но боялись даже шептаться. Короля бросило в жар. Чтобы скрыть нервоз, Стоунхед быстрым шагом подошёл к своему коню и запрыгнул в седло, чтобы скорее спрятаться от лишних глаз. Парню как-то стало совсем не по себе. Боруа пошёл за ним пешком.

–Что прикажете делать, Ваше Величество?– быстро заговорил он. Стоунхед даже не смотрел на Трена.

–Зови ко мне святого отца Сэфу,– произнёс он, сдерживая страх,– Чтобы немедленно пришёл ко мне в тронный зал! И готовьте отряд, а затем немедленно отправляйтесь в Зелёный Рай. Может это и был не человек, но точно не Ройдфорд. Принесите мне его голову в доказательство, что мёртвые не могут ходить. А зверя, если снова явится в город, изловить.

Арчибальд глубоко вздохнул, вытирая влажные волосы чистым полотенцем. Мужчина уже надел чистую рубашку и брюки, и смотрел на себя в зеркале в новом свете. «А в целом, я неплохо выгляжу даже так»,– мысленно пошутил он, а на деле лишь горько усмехнулся,– «Просто почаще купаться и не разводить на себе столетнюю грязь. Поставь красавца с грязной физиономией рядом с чистым поросёнком, конечно, поросёнок симпатичнее будет». Повесив полотенце на крючок, мужчина покинул зал. «Кого я обманываю…»– он направился к себе в спальню,– «Я никогда не думал, что такое уродство вообще возможно в природе…».

«Странно»,– думал он, стараясь как можно быстрее причесать спутавшиеся волосы,– «Это же не моё тело… Мало того, выгляжу иначе, но ведь изменилось всё! Живой человек уже давно захотел бы есть, а я не хочу. Да что там, нужду нужно было бы давно справить, а мне не нужно. Всё это как-то неправильно. Что-то не так, и это мягко сказано! Я не узнаю себя. Эти новые запахи, новые желания… Зрение стало острее, хотя когда меня одолевало это наваждение от запаха девчонки… Я чуть не убил её! Надо предупредить, чтобы, если я скажу, бежала, как можно дальше от меня…».

Стук в дверь.

–Войди!– всё тем же тоном, как и раньше, произнёс мужчина.

–Лорд Ройдфорд…– очень тихо и боязливо произнесла служанка, входя в комнату.

–Я больше не лорд,– чётко ответил Арчибальд и обернулся, отложив расчёску на тумбочку,– Мой город сгорел. Пока ситуация у меня настолько плачевная, зови меня просто Ройдфорд.

–Да, господин,– кивнула она,– Господин Ройдфорд.

Арчибальд усмехнулся, увидев в её взгляде ярко выраженную неуверенность, как и раньше.

–Что?– издевательская ухмылка,– Не так красив, как раньше?

Служанка замялась, заметно краснея.

–Да, брось! Я же тебе нравился,– улыбнулся он, выставляя напоказ клыки,– Ну да ладно! Кому теперь какая разница. Что ты хотела?

–Мужчина, что приходил, когда Вы лежали…– тихо произнесла она, нервничая всё сильнее,– Он сказал, что хочет с Вами встретиться…

–Благодарю за послание, девочка,– Ройдфорд резко стал серьёзным,– Но оно запоздало. Уже и я сам хочу навестить этого человека. К тому же, я не собираюсь оставлять тебя здесь на время моего отъезда. Сейчас же собери продуктов и одежду в дорогу. Мы выдвигаемся в путь, как только ты будешь готова.

–Что?– девушка непонимающе прищурилась.

–Проблемы со слухом?– ответил он. Груб. Всё так же груб,– Я сказал, собирайся, и уходим. Немедленно! Ближайшие несколько часов королевские псы будут здесь.

–Откуда Вы…

–Хочешь, чтобы они тебя растерзали – оставайся,– короткий ответ.

–Нет!– Паула покачала головой,– Я уже собираюсь, господин!

Выбежала. Ройдфорд цокнул языком и открыл шкаф. Что бы надеть, чтобы скрыть свою новую сущность от лишних глаз? Пока что Арчибальду было нежелательно светиться перед случайными свидетелями.

-Мы не едем на лошадях, господин?– спросила служанка, стараясь не отставать от мужчины. А походка у него была отнюдь не медленная.

–Ты видела в городе хоть одну лошадь?– фыркнул Ройдфорд,– Я что-то ни одну после разорения не приметил.

–Простите…– пробубнила она, только раздражая воина.

–Ты можешь говорить нормально, или нет?!– проворчал он, посмотрев на спутницу,– Мямлишь что-то себе под нос… Ведёшь себя, как невинная овечка! Чтобы ты знала, я презираю такие одуванчики. Как ты вообще выжила?

–Я хорошо пряталась,– ответила она,– Когда битва кончилась, я нашла Вас, и сама, без чьей-либо помощи, уложила Вас в Вашу кровать и умыла…

–Ты сумасшедшая?– Арчибальд без издёвки горько засмеялся,– Какой смысл укладывать труп в постель?

–Вы выглядели так, словно спали…– служанка погружалась в романтический бред, отчего Ройдфорд поднял руки, не желая больше слушать.

–Спал…– фыркнул он,– С мечом в спине…

–Я его вытащила!– продолжила служанка,– Когда Вы проснулись, он же был у Вас в руках? Это я его положила!..

–Но Ведущего Мага, конечно же, позвала не ты, так?– серьёзно спросил он. Девушка нахмурилась.

–Кого?..– переспросила она, на что Ройдфорд цокнул языком.

–Ясно,– отмахнулся,– Как тебя зовут?

–Паула…– девушка мгновенно начала краснеть.

–Паула,– повторил лорд,– Запомнить бы. Сейчас ты мой единственный собеседник, если я захочу поговорить.

–А Вы захотите?– с надеждой и счастливой улыбкой произнесла она.

–Нет,– покачал головой,– Я не люблю болтать впустую, но хотя бы буду знать, что в случае чего, есть собеседник.

Паула задумчиво закивала. Едва поспевая за ним, она смотрела на его широкую спину. Учитывая его подготовку и отсутствие усталости, для Паулы этот путь будет долгим и мучительным…

День 7

Ночь в пути. Арчибальд успел понять, что без коня до Измунда добираться гораздо дольше. Когда солнце спряталось за горизонтом, Паула совсем устала. Если Ройдфорд уже привык к дороге, то девушка практически не покидала Зелёный Рай раньше. Арчибальду не понравилась идея тратить время и ночевать в лесу, ведь он совсем не хотел спать. Увидев, что служанка больше не может продолжать путь, он понял, что ему придётся пересилить своё неприязненное к ней отношение. Паула была вне себя от переполнявшей её радости, когда Ройдфорд приказал ей лечь ему на руки. Девушка решила, что ей это снится, не могла поверить в это. Уснуть было очень сложно, но усталость взяла своё. Под шорох травы и стук камней под ногами Ройдфорда она провалилась в глубокий сон, прижимаясь к груди лорда. Арчибальд старался думать о чём-то другом, чтобы не слушать её сопение. Он сделал это исключительно, чтобы сэкономить время, но мало ли что могла нафантазировать девушка. Арчибальд прекрасно видел, как она к нему относилась, и это ему нисколько не льстило. Ройдфорд не проводил своё время и не общался с девушками, которые испытывали к нему любовные чувства. Лорд не верил в любовь, считая это бредом сумасшедшего, однако не общался с влюблёнными по другой причине. Он был ярым одиночкой, и самое последнее, что он хотел – это создавать семью и заводить детей. Однако все влюблённые девушки рано или поздно начинали питать подобные иллюзии, а разбивать кому-то душу совершенно не хотелось. Кроме того, Паула ему не нравилась, как человек, но даже не понимала этого. Но нравилась она ему или нет, это было неважно. Он не мог бросить её в разорённом городе на растерзание новой волны Стоунхедских псов. Паула была единственной оставшейся в живых из его народа. Пока что Паула – его единственная подопечная, а этот факт обязывал лорда позаботиться о ней. Он не мог бросить своих людей, ни при каких обстоятельствах, даже если в живых остался всего один человек.

«Наивная девочка…»– думал мужчина,– «Наивная, однако некоторые её безумные идеи шокируют даже меня. Зачем она перенесла меня в спальню? Она явно не знает, кто такой Викаэль, значит, понятия не имела, что он спасёт меня. Какова была её выгода? Что она собиралась делать дальше? Хотя… Может, ничего. В конце концов, я не могу понять её, может, в её голове возникла какая-то бредовая фантазия. Но от неё можно было ожидать, а вот Викаэль… Вопросы продолжают меня мучить. Нужно как можно скорее задать их, иначе сойду с ума окончательно».

К вечеру следующего дня путники подошли к Измунду, однако в сам город заходить не стали. Всю дорогу они избегали поселений, чтобы люди не увидели новое лицо Арчибальда. Тогда они подняли бы лишний шум, который лорду был совершенно ни к чему. Ройдфорд вёл Паулу прямиком к огромному собору на горе. Девушка никогда не была здесь, поэтому, ещё едва завидев постройку, она шокировано ахнула. Этот храм выглядел гораздо больше королевского дворца, однако к нему боялись даже подойти близко. Все знали, что от Места Силы лучше держаться подальше, к тому же, в Храме жил Викаэль. Когда к старику приезжали королевские посланники и привозили еду и жертв, они даже не заезжали на территорию собора. Викаэль сам выходил к ним за ворота и забирал поставку. Ведуна боялись и держались от него на расстоянии, но Ройдфорд не видел никакой причины бояться его.

Арчибальд подошёл к внешней стене и снял с пояса большой ключ, который до этого прятал под рубашкой. Паула широко раскрыла глаза.

–Откуда у Вас…– хотела было поинтересоваться она, но Ройдфорд перебил её.

–Старая история,– ответил он на незаданный вопрос и вставил ключ в огромные железные ворота. Девушка потеряла дар речи, когда мужчина толкнул двери, и они поддались, издав душераздирающий скрип.

Двор был большим, но пустым. Откуда-то доносился стук копыт коней. Паула хотела бы узнать, откуда, но Арчибальд не горел желанием осматривать территорию и просто прошёл к дверям в Храм.

–Ты остаёшься здесь,– приказ. Ройдфорд даже не посмотрел на служанку, входя в здание,– Ничего не трогай. Скоро вернусь.

Паула кивнула, но Арчибальд не увидел ответ. Девушка растерянно посмотрела по сторонам, когда двери закрылись за спиной Ройдфорда. Внезапно Паулу бросило в жар, и она присела на каменные ступени, медленно дыша. Воздух казался слишком тяжёлым, его не хватало. Страшное энергетическое давление, казалось, высасывало жизнь из девушки. Нужно просто дождаться Арчибальда! Просто дождаться…

Ройдфорд вошёл в главный зал Храма Волка, бросив взгляд на огромную золотую статую в центре. Мужчина на секунду замер, всматриваясь в искусно выполненную работу, и почтительно поклонился на все четыре стороны. Нужно было проявить уважение. Так учил Викаэль, когда Арчибальд приезжал сюда в молодости. В какой-то момент мужчина ощутил то, чего не чувствовал прежде, когда приходил сюда. То самое чувство, как в ту ночь, когда Ройдфорд очнулся, и до него дошёл запах служанки. Арчибальд облизал губы и прикрыл глаза, ощущая, как по венам начинает бежать быстро закипающая от желаний кровь. Он посмотрел на статую, касаясь своей груди. Рубашка душила, хотелось сорвать её и почувствовать данное блаженное ощущение в полной мере, но…

–Арчи!

Ройдфорд резко пришёл в себя, посмотрев в сторону дверей в коридоры храма. Там стоял Викаэль, одетый в мантию Ведущего Мага. Видимо, ещё несколько минут назад он занимался жертвоприношением и не успел переодеться. Арчибальд забыл об эйфории, взволнованно смотря на мага. Старик не шевелился. Казалось, в этот момент и он не верил собственным глазам. Медленные шаги навстречу друг другу. Арчибальд нахмурился. Приблизившись, они остановились. Викаэль осматривал существо голубыми впалыми глазами.

–Ты всё-таки вернулся…– прошептал маг, на что получил крепкие внезапные объятия, из-за чего не выдержал и горько рассмеялся.

–Благодарю тебя!– в ответ прошептал Арчибальд, прижимая к себе тощего высокого старика,– Благодарю тебя, Викаэль!

–Не нужно, мой мальчик! Не надо!– маг опечаленно улыбнулся, не отстраняясь,– Какой же ты стал большой!..

–Ты тоже вырос,– грустно засмеялся Арчибальд, прекратив сжимать друга в объятиях, и сделал шаг назад,– Годы летят незаметно.

–Однако ты изменился за считанную неделю,– Викаэль уже серьёзно покачал головой. Теперь и у Арчибальда с лица пропала улыбка,– Скажи мне… Как ты себя чувствуешь?

–Викаэль!– Ройдфорд снова широко улыбнулся, выставив напоказ огромные клыки,– Я никогда прежде не чувствовал себя столь легко! Не осталось голода, не замерзаю, вижу и слышу то, чего раньше не замечал!..

–А когда вернулся?– маг нахмурился,– Что было, когда ты вернулся?

–Сначала голова начала словно раскалываться на части,– продолжил Арчибальд,– Но потом эйфория…

–Ты убивал?

Ройдфорд замолчал. Ведун был серьёзнее, чем когда-либо. Арчибальд кивнул.

–Да.

–Кого?– Викаэль продолжал допрос,– Ты помнишь момент убийства?

–Да,– снова кивнул,– Я пошёл в столицу. Всё было, как в тумане, но я помню, как убивал. Мне как раз попались те солдаты, которые… Насадили меня на меч.

–Ты не убивал первых встречных?– маг нахмурился,– Всех подряд не резал?

–Нет!– Арчибальд возмущённо повысил голос,– Как ты мог такое на меня подумать!? Я никогда бы…

–Арчибальд…– Викаэль медленно покачал головой,– Ты благодаришь меня, но ты ещё представить себе не можешь, на какие муки я тебя обрёк. Я спрашиваю все эти вещи, не потому что в тебе сомневаюсь, а потому что знаю, какой силы могли быть эти желания.

–Вообще-то, после убийства этих стражников я ушёл в лес,– Ройдфорд заметно занервничал,– Там я потерял сознание…

–Это нормально,– маг кивнул,– После убийства это нормально. Не переживай по этому поводу. Первое время так и будет.

–Первое время?– Арчибальд нахмурился.

–Пойдём в столовую,– Викаэль указал рукой на дверь,– Я тебе всё расскажу.

–Служанка, что дежурила у моего тела…– мужчина сделал шаг назад,– Она ждёт снаружи.

–Ты привёл её в Храм?!– старик недовольно прищурился.

–Викаэль…– Арчибальд заговорил спокойно,– Солдаты Стоунхеда наверняка прочесали весь Зелёный Рай в поисках меня. Я не мог оставить девчонку там. Я не чудовище, да и ты тоже нет, мы оба знаем, что они бы сделали с ней…

–Ты прав,– Викаэль кивнул,– Но оставить её в Храме я не могу. Денег у вас нет?

–Город разграбили…

–Я дам десяток монет девочке,– старик направился к дверям в коридоры собора,– Пусть снимет комнату в Измунде на неделю. Всё равно ты заберёшь её не раньше.

–Откуда такая уверенность?– Ройдфорд проследовал за магом.

–Не делай из меня старого дурака, Арчи!– Викаэль отмахнулся,– Я прекрасно знаю, что ты собираешься делать. И я ничего не имею против этого, но проблема в другом. Тебе надо подготовиться к масштабной экспансии. Сейчас у тебя ничего нет, единственные твои владения и те были разорены. Однако зачем вести войну, если можно решить всё, убрав одну фигуру с доски, ведь так?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.