Анна Денисова
Проснись, Ирен!

«Я должен верить в тот мир, который создает мой разум, я должен верить, что мои действия имеют смысл, я должен верить, что когда я закрываю глаза, мир не исчезает… А я верю, что мир не исчез?.. Я верю, что он еще здесь?»

© «Меме́нто»

ГЛАВА 1

В комнате царил полумрак, тяжёлые синие шторы были наполовину задёрнуты. Дубовая мебель, массивная и старинная больше подходила для великовозрастной дамы, чем для молодой девушки. Единственный луч света падал на широкую кровать, выхватывал серый декупаж раскрытого чемодана и отражался в зеркале распахнутой настежь дверце шкафа. Поймав своё отражение Ирен поморщилась. Щеки ввалились, из-за чего без того широкие скулы сильней выделялись. Пушистые ресницы отбрасывали тени и делали синяки под глазами выразительней. Ирен никогда не питала иллюзий по поводу своей внешности. Чтобы сгладить квадратное лицо, ей приходилось носить каре. Использовать яркий цвет помады, чтобы губы казались полнее. Она старалась широко не улыбаться из-за щербинки между зубами, которую многие считали милой и придающей шарм. Ирен взяла с полки аккуратную стопку и сгрузила на дно чемодана. Она достала мужскую клетчатую рубашку и замерла. Глубоко вдохнув, почувствовала въевшийся запах масляной краски. «Дегьер!» – из памяти вырывался собственный срывающийся крик. «Господи! Милый, не оставляй меня! Дегьер!»

Дверь за спиной открылась, Ирен украдкой смахнула слезу и обернулась. Она встретилась с цепким взглядом матери и поспешила отвести глаза.

– Дорогая, ты уверена, что хочешь провести Рождество в одиночестве?

– Да, – твёрдо ответила Ирен, продолжая паковать вещи.

– Ты могла бы поехать в наше шале в Шамони или снять номер в Плаза Атэни. Зачем отправляться в забытое богом захолустье, где даже мобильный телефон не ловит?

– Я хочу побыть подальше от людей, – отрезала Ирен.

– Пойми, мы с папой волнуемся за твоё душевное состояние…

Ирен захлопнула крышку чемодана, резко дёрнула за собачку, застегнула молнию и повернулась к матери.

– Я так решила, мама.

Подхватив багаж, Ирен поравнялась с матерью, чмокнула в щеку и вышла из спальни.

Мадам Байо переместилась к окну и посмотрела на улицу. Ирен выскочила из дома, подбежала к машине, погрузила вещи в багажник и бросила взгляд на окна своей спальни. Аннет тяжело вздохнула и пригладила без того идеальную прическу. Она проводила взглядом отъезжающий ситроен дочери и отвернулась. Они никогда не были по-настоящему близки, но после встречи с Дегьером Ирен отдалилась окончательно. Из-за него она ушла из семьи, из-за него бросила школу искусств и устроилась официанткой в кофейню.

– Дочь Клода Байо официантка, – причитала Аннет, заламывая руки. – Если об этом станет известно…

– Многие дети известных родителей сами зарабатывают на жизнь, – успокаивал её брат. – Вот увидишь, Ирен перебесится, и всё вернётся на круги своя.

Время шло, а блудная дочь не спешила возвращаться.  Даже когда той стало трудно платить по счетам, в то время как любимый пытался обрести музу. Они жили в маленькой квартире Дегьера в Порте де Клиши. Клод хотел оказать финансовую помощь, но Ирен наотрез отказалась брать у него деньги. Мадам Байо взяла ситуацию в свои руки и поговорила с Дегьером, объяснив, что дочь не совсем здорова и не может принимать осмысленные решения, но он не воспринял её слова всерьёз. В последствии, Аннет пришла к выводу, что Дегьер ищет выгоду, ведь Клод Байо имел связи в мире искусства. Она старалась донести свою мысль до Ирен в надежде, что та одумается, но и это не сработало. В итоге всё закончилось весьма трагично, Аннет такой финал нисколько не удивил.

***

Машина петляла на обледеневшей трассе. Присыпанные снегом ели мелькали за окнами. Ирен провела в пути несколько часов, останавливаясь лишь однажды, чтобы перекусить и заправиться. Ещё полчаса, и она на месте.

Две недели назад, сидя в парикмахерской и листая глянцевое издание, Ирен наткнулась на фотографию. Бревенчатое строение с черепичной крышей, в окружении дубов и елей. Палая листва пёстрым ковром устилала поляну перед охотничьим домом. Солнечные блики плясали на поверхности разлившегося неподалёку озера. В мозгу щёлкнуло. Она запихнула журнал в сумку и выбежала из салона, бросив девушке администратору, что запишется на другое время. Она приехала домой, влетела по ступенькам на второй этаж и заперлась в своей комнате. Вытащив коробку из-под кровати, она высыпала содержимое на пол. Среди кистей, тюбиков с красками, блокнотов с набросками, огрызков карандашей и стикеров, Ирен нашла снятое на полароид фото. Она раскрыла журнал и сравнила. То же самое место. Под снимком значился адрес.

Окружённое коралловым ореолом солнце путалось в кронах деревьев и медленно сползало вниз. Ирен свернула с главной дороги и подъехала к маленькой лесной избушке. Она вышла из машины и вдохнула морозный лесной воздух. Из припаркованного рядом желтого пикапа вылез грузный мужчина и похромал к ней, опираясь на толстую длинную палку.

– Мадмуазель Байо? Я местный смотритель.

– Месье Лурье, здравствуйте, – сказала Ирен, роняя взгляд на самодельную трость.

– Попал в капкан, – пояснил он, постукивая клюкой по толстой подошве ботинка. – Но вам нечего опасаться, хотя бродить по лесу я бы не советовал. Места здесь глухие. Телефон уже починили. Я оставил на тумбочке номера, которые могут пригодиться.

Он протянул ей ключи, сел в машину и укатил прочь. Девушка вытащила из багажника вещи и направилась к крыльцу. Дом оказался маленьким, но уютным. Ирен очень кстати запаслась продуктами, потому как кроме бесчисленных запасов кофе, других съестных припасов не оказалось. Ирен поставила на плиту чайник и подошла к окну. В сиреневатых сумерках она заметила ворона. Он сидел на ветке и наблюдал за ней, склонив голову на бок. Взгляд опустился ниже, и Ирен заметила покачивающийся огромный мешок. Присмотревшись, она пришла в ужас. На негнущихся ногах она направилась к двери. Несколько секунд понадобилось, прежде чем её открыть. Набрав воздуха в легкие и зажмурившись, Ирен распахнула входную дверь. Ледяной ветер ударил в лицо. Кутаясь в толстый свитер, она собралась с силами и посмотрела на дерево. Конечно, ей почудилось, откуда здесь висельник. Ворон каркнул и улетел. Она облегченно выдохнула и вернулась в дом.

Память перенесла в маленькую квартиру студию в Порте де Клиши. Ирен окинула зачехлённую мебель и ощутила приступ отчаяния. Четыре месяца и четыре дня без него. Она подошла к холсту в центре комнаты и сдёрнула завешивающую его ткань. Картина показалась ей зловещей. Неприятный холодок пробежал по спине. Она не сразу сообразила, что её так напугало. Ирен коснулась полотна кончиками пальцев и тут же отдёрнула руку. На заднем плане, между толстых ветвей болтался повешенный. Полароидный снимок, приколотый к углу рамы, открепился и упал под ноги.

Ирен достала из кармана пузырёк, с хлопком открыла крышку и высыпала на ладонь пару маленьких таблеток. Проглотив их и запив кофе, она подхватила чемодан и поднялась в спальню. Ирен достала вещи и сложила в старый комод. Она разделась и легла в постель, с головой укрывшись одеялом. Лёжа без движения в чужой кровати, в незнакомом доме она перебирала воспоминания. Нанизывала их словно бусины на леску в попытке найти исходную точку, когда что-то пошло не так. Его нет. Четыре месяца, две недели и четыре дня.

***

Лето выдалось жарким. Они валялись в кровати, подставляя обнаженную кожу под прохладные струи кондиционера.

– Я её почти закончил, – протянул Дегьер, поглаживая плоский живот Ирен.

– Ты слишком много работаешь.

– У меня же нет богатого папочки, который организует выставку в Лувре, какой бы мазней не были работы.

Дегьер стал нервозным и раздражительным последнее время. Всё чаще она замечала нездоровый блеск в его взгляде. Ирен ощутила стыд пополам с обидой. «Он закончит картину и снова станет прежним. Милым, улыбчивым парнем с которым познакомилась год назад», – убеждала она себя. «Мать ошибается на его счёт. Все ошибаются».

– Прости, – бросил Дегьер.

– Ты талантлив, – заверила Ирен, – и тебе необязательно использовать… допинг, – осторожно добавила она.

– Сколько раз повторять, я не употребляю! – вспыхнул он, вскакивая с кровати.

Ирен подавила вздох, глядя, как он раздражённо натягивает брюки, закуривает и выходит на балкон. Она невольно дёрнулась, когда балконная дверь ударилась о стену.

Ирен села, оглядела царивший вокруг бардак, на секунду задержалась на картине в бордовых и чёрных тонах. Пытаясь скрыть дрожь, она принялась одеваться. Сейчас ей не хотелось здесь находится.

– Пойду, куплю что-нибудь к завтраку. Есть особые пожелания? – она подошла к любимому и натянуто улыбнулась.

– Купи на свое усмотрение, – он притянул её к себе и поцеловал, оставляя на губах горький привкус табака.

– Я скоро, – она высвободилась из объятий, взяла с тумбочки ключи и поспешила на улицу.

Вернувшись Ирен поставила пакет на пол и бросила ключи на полку в прихожей.

– С шоколадом не было, поэтому я взяла с джемом. Продавец сказал свежие. Дегьер!

В неестественной тишине её сердце стучало особенно громко. Пульс бил в висках, в горле, в животе, в кончиках пальцев. Как лопнувшая пружина, она сорвалась с места, понеслась в комнату и замерла на пороге ванной. Дегьер лежал на белом кафеле. Ирен опустила веки и резко подняла. Его лицо приобрело сероватый оттенок. Губы посинели.

– Дегьер, – едва слышно произнесла на выдохе.

Несколько неуверенных шагов, и мир покачнулся. Она рухнула на пол, словно придавленная усилившейся в сотни раз гравитацией. Положила его голову себе на колени, тёмные кудри разметались по ярко-синей юбке. Ирен вытерла краем блузки струйку пены, застывшей на его щеке. Глаза, как два шарика из зелёного бутылочного стекла с маленькими черными точками зрачков, смотрели в потолок. До неё наконец дошло, что он не дышит.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.